Текст книги "Код красный (СИ)"
Автор книги: Хельга Петерсон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]
– А поехали, – она попыталась встать. Но безуспешно, конечно же. – Фильм мы всё равно уже видели. Потом досмотрим.
С другого конца дивана к ней повернулась Тесса. Её брови подскочили на лоб.
– Ты хочешь? – в голосе прозвучало неподдельное удивление.
Ну да, ведь ботанички не могут хотеть к костру, музыке и пиву. Джеки с обманчивым безразличием пожала плечами.
– Суббота же. Я давно не была на пляже ночью.
Не то что бы это случалось часто, но случалось. Правда только в компании самой Тессы. Подруга тем временем закатила глаза, громко цокнула и всё-таки столкнула с себя тяжелые, длинные ноги.
– Главное, чтобы нас оттуда не вывели под руки, – скептически бросила она и включила в комнате свет.
Глава 15
Сумерки уже окончательно погасли, уступив место тёмному звёздному небу. Окраина Бристоля вдалеке светилась фонарями. Впереди чернел залив, а совсем слабые волны набегали на кромку пляжа и тут же снова отступали.
До ближайших домов не меньше полумили.
Идеальное место для попойки.
– В этот раз я пью, а ты за руль, – бросил Арт, выйдя из джипа и обогнув капот.
Он на мгновение остановился рядом, звякнул ключом и сунул его Люку в руки. Да разбежался.
– Твоя тачка, ты и поведешь, – Люк попытался втолкнуть брелок обратно Арту.
– Ни хрена. Твоя очередь, – тот попятился на два шага. – И от пары банок пива ничего не будет, просто не налегай.
– Э! Водителю вообще нельзя! – раздался сзади голос Тессы.
Арт только хохотнул и ускорил шаг. Засранец.
Люк сжал ключ в кулаке, нахмурился и двинулся на свет горящих на пляже костров. За спиной послышались шаги плетущихся следом девчонок. Вообще-то он на такое не рассчитывал. Он и так не хотел сюда ехать, но раз уж приехал, какого чёрта здесь делать без горючего? Потягивать колу и смотреть на тех, кому можно больше? Лучше уж было остаться дома и дальше спать на коленях Печеньки. Хотя не-е-ет, это ведь она и захотела сюда притащиться! Сраная авантюристка. И Тесса туда же…
Кстати о Тессе.
Люк развернулся к девчонкам и нашёл в потёмках сестру.
– У Тессы есть права. Они с Джекс загрузят дрова в тачку и доставят до дома.
– Что?! – воскликнула Тесса.
Ну конечно, она против… Люк приблизился к ней и сунул ключ в карман куртки.
– Я ни разу не водила без папы! – она попыталась увернуться. – И уже пару месяцев не была за рулём!
– Не мешай моему падению на дно, – ключ всё-таки остался в её кармане.
– Я не могу мешать, потому что падать уже некуда, – Тесса тут же попыталась вернуть брелок.
Люк отскочил в сторону.
– Пей колу и скучай по Черчиллю. Я буду за тобой следить, – он предупреждающе указал на неё двумя пальцами и быстро пошёл вперед.
Удобно, когда ноги в полтора раза длиннее, чем у оппонента. Конечно, ведьмы еще могут догнать, но делать этого не станут. Скорее всего, они и так собирались сидеть на коле, так что какая разница? Никто не проиграет. Тесса сохранит моральный облик, а он сможет заняться саморазрушением.
Прекрасно.
Люк стремительно свернул с дороги и берцы увязли в песке. Сорвал с волос красную резинку, с которой так и вышел из дома, надел её на запястье рядом с браслетом и часами и натянул на голову капюшон толстовки. Выудив из кармана сигарету и зажигалку, быстро прикурил.
Артур уже успел смешаться с толпой, расползшейся по пляжу.
Стал отчётливее слышен гул голосов, невнятная музыка, играющая из чьего-то багажника, смех и плеск волн. Компания идиотов ходит по холодной воде, задрав штаны до колен; кто-то конвульсивно дёргается под музыку вокруг костров, кто-то играет в пиво-понг на капоте одной из тачек, а именинница извивается перед приятелями, явно изображая «крокодила».
– Мик Джагер! – послышался резкий вопль.
– Нет, это слово «сопротивление»!
– Или Дарт Вейдер?!
Подружка Илая (пора бы запомнить её имя) только молча помотала головой, отбрасывая все предположения.
Тоска. Что здесь делать полночи?
Люк быстро нашёл взглядом прикопанное в песке ведро с торчащими бутылками и двинулся к нему. Каждый раз одно и то же. Каждую неделю, всё по кругу. Им самим ещё не надоела такая дерьмовая, бесцельная жизнь? Шарик от пиво-понга угодил в стакан, задел соседний, и содержимое опрокинулось на капот. Тут же раздался вой лажающей команды.
Люк выпустил дым через нос и вытащил бутылку.
– Бреннер пришёл! – проорал Илай, отвлёкшись от «крокодила». – Наше светило!
Шутник.
Люк поднял пока еще закрытую бутылку и отсалютовал обернувшейся на рёв толпе.
Если уйти куда-нибудь в тень и не отсвечивать, вечер пройдёт быстрее? Чёртова Печенька. Не могла молча массировать шею и смотреть на полуголого мужика на экране? Ведь так хорошо лежали! Тепло, мягко, удобно… Люк невесело хмыкнул и сделал затяжку. Зажав сигарету в пальцах, открыл бутылку и отшвырнул крышку в ведро. Вообще-то это странно, что на коленях Джекс оказалось так удобно. Это ведь Джекс. У неё даже из задницы должны торчать колючки.
Придётся ей отомстить. Подлить краситель в шампунь или сделать ещё что-нибудь такое идиотское. Например, сунуть её руку в кастрюлю с водой, когда будет спать.
Мало того, что она вытянула его на холод, так теперь еще нужно включать в себе няньку. Одно дело тащить мелких на квартирную вечеринку, и другое – на загородный ночной пляж с кучей обдолбанных придурков. В квартире с ними был Черчилль и маленькое замкнутое пространство. А здесь они в свободном доступе, вокруг ночь, неосвещенные машины и пустырь.
Лучше бы остались дома. Чёрт.
Люк отошел подальше от костра и поближе к воде. Остановился у самой кромки: ещё дюйма два, и берцы намокнут от набегающей волны. Сделав большой глоток из бутылки, он снова глубоко затянулся. За спиной раздались едва уловимые сквозь шум воды и музыки шаги. Песок почти заглушил их. Люк выдохнул дым, но оборачиваться не стал.
– Привет, – рядом остановилась высокая, тонкая фигурка.
Дерьмо.
Софи. Конечно, она здесь. Как можно было забыть? Люк не повернулся, чтобы посмотреть на неё. Вообще-то где-то на краю сознания жила надежда, что её вообще больше не придётся видеть. А зря. Он молча затянулся и выпустил облако дыма, которое тут же улетело в сторону моря.
А молчание между тем затянулось.
– Ну ладно тебе… – она, наконец, шагнула ближе и заглянула в лицо. – Я соскучилась.
От неё ведь просто так не избавиться, да? Глупо было надеяться.
– И чего ты хочешь? – Люк поправил капюшон и затолкал под него выбившуюся чёлку.
– Тебя, глупенький, – на губах Софи появилась хищная улыбка.
Грудь обожгло отвращением. Он издал короткий, едкий смешок, смешавшийся с дымом.
– Ну окей, хоти.
Никогда. Больше никогда не связываться с недалекими бабами. Выбить эту мантру на запястье и смотреть туда каждый раз перед тем, как кого-то склеить, а тем более, упаси боже, перезвонить.
И снова молчание начало придавливать к земле. Софи поправила светлые локоны и намотала один на палец.
– Пойдём спрячемся за тачками, – она сделала еще один шажок. – На мне сейчас даже трусиков нет…
Люк выгнул брови и мельком глянул на мини-юбку и чёрные колготы на длинных ногах. Апрель, вечер, море…
– Господи, ну и дура же ты, – он устало закатил глаза.
– Бреннер, ну перестань, – она вытянула руку и попыталась взять его за локоть. Люк сделал шаг назад. – Я же не знала, что эта рыжая твоя подруга! – она перевела взгляд ему за спину. – Смотрю она и сегодня здесь. И с ней еще какая-то малолетка…
Ай да умница!
– Продолжай, – Люк сделал затяжку и прищурился. – Прямо сейчас у тебя есть возможность оборжать ещё и мою младшую сестру. Не останавливайся.
Софи запнулась. На лице, освещенном бликами от костров, появилось комичное, удивление. Она открыла рот, тут же его захлопнула и всмотрелась в даль. Опознание прошло успешно?
– Ой, точно, – наконец, выдохнула Софи. – Вы так похожи, класс… Познакомишь нас? – она перевела взгляд на его лицо.
В груди полыхнуло. Сигарета истлела и начала жечь пальцы.
– Просто пошла на хрен отсюда, – Люк подался вперед и выдохнул дым прямо в симпатичное личико. – Держись подальше от меня, моей сестры и Джекс. Если увижу, что ты подходишь к ним и открываешь свой грязный рот, тебя здесь больше не будет.
Её глаза обалдело расширились. Накрашенные, пухлые губы раскрылись. Ответа не последовало, но Люк и не стал его ждать. Он развернулся и побрёл прочь от воды, на свет костров, туда, где люди сбились в круг и что-то обсуждали. Подальше от тупой куклы, которая совершенно не фильтрует речь.
– Я всем расскажу, что у тебя маленький! – вдруг рявкнула она вслед.
Вот и показала зубы. А так хорошо начинала…
Не оборачиваясь, Люк поднял вверх руку с выставленным средним пальцем.
Даже интересно, как у неё вообще хватило наглости, чтобы подойти. Он швырнул окурок в песок, на ходу оставил бутылку в ведре со льдом и вытянул из кармана жвачку. Саморазрушение отменяется. Находиться рядом с людьми, оказывается, безопаснее. Люк забросил в рот мятную пластинку и подошёл к гудящей компании, где громче всех звучал голос Эда.
– Ну что, кто поедет с нами в мае по городам? – он повис на какой-то девчонке и поднял банку с колой над головой.
Достаточно безопасная тема, чтобы тихонько постоять здесь и послушать.
– А уже есть даты? – девчонка отобрала у Эда колу и приложилась к банке.
– Ты не следишь за нашей страницей? Весь май забит. Бат, Глостер, Оксфорд, Вустер, Эксетер…
– Нортгемптон, – Люк сорвал с головы капюшон и прочесал пальцами волосы.
– Еще под вопросом Бирмингем, – Эд вернул себе банку. – Ну так что? Поехали?
– Класс! – прозвучал женский голос из толпы. – Я бы покаталась.
– И я, – ещё один.
– И я…
Голоса наперебой загудели, Эд принялся рассказывать о планах на будущее.
«Мы собираемся перезаписать некоторые песен».
«А в июне будем снимать клип на «Надейся на себя».
«И фестивали, конечно же!»
У него организаторский талант, и не нужно нанимать менеджера со стороны. По крайней мере пока. Чёрт знает, что будет с группой дальше… И вообще, куда делись мелкие?
Люк сунул руки в карманы джинсов и бегло осмотрел толпу поверх голов. Если им грустно и одиноко, можно уже сейчас затолкать их в машину и вернуться домой. Диван ещё не успел остыть…
Тесса и Печенька обнаружились неподалёку. Они сидели у одного из костров в компании незнакомых парней и о чём-то трепались. Вот один из парней что-то сказал, Тесса прыснула в кулачок, а Печенька открыто расхохоталась, запрокинув голову. Блики от костра заиграли в медных волосах. Красиво… Но она тут же перехватила их, скрутила в жгут и уложила на плечо. Очень зря. Могла бы и не трогать. Люк машинально нащупал на запястье красную резинку, сорвал с руки и надел обратно.
– Кто будет играть в «бутылочку»? – прокричал вдруг появившийся рядом Илай.
Оказывается, их «крокодил» уже закончился.
– Не-е-ет… – Люк прикрыл глаза и зажал пальцами переносицу.
Боже, только не этот цирк…
– Да-а-а! – дружно грянула толпа.
Чёрт, ну нормально же общались! Из темноты к компании подплыла Софи.
– Если мне снова выпадет Эд, я утоплюсь, – она глупо хихикнула, прикусив ноготь на большом пальце.
Люк закатил глаза.
– Хорошо, что здесь недалеко, да? – собственный голос прозвучал почти шёпотом.
Но она услышала. И ему в лицо врезался острый, колкий взгляд.
– Ты козлина, Бреннер.
Кажется, у него появился враг. Занятно. Никогда больше не перезванивать одноразовым бабам. Ни-ког-да. Толпа между тем зашевелилась, как встревоженный муравейник. Илай нашёл пустую пивную бутылку, первым плюхнулся на песок и призывно махнул рукой.
– Давайте, садимся!
Его подружка-именинница тут же приземлилась рядом.
– Бутылка утонет в песке, – она недовольно скрестила руки на груди.
– Не пытайся всё испортить, – Илай на секунду прижался к её губам, но тут же отстранился. – У нас полно картона: на нём будет крутиться, как на взлётной полосе.
И как по команде на песок рухнула девчонка с куском картона в руках и положила его в центр. Всё схвачено, система отлажена. Они все делали это миллион раз и какого-то чёрта им не надоело. Люк остался стоять на месте. Следующей в круг уселась Софи, за её спиной появился Артур, сунул два пальца в рот и свистнул. Те, кто всё еще играл в пиво-понг на капоте, замерли и обернулись.
– Завязывайте там! – Артур махнул им рукой. – У нас «бутылочка»!
Оттуда раздался одобрительный вой. Арт развернулся на носках к группе у костра.
– Играешь, Джекс?
Джекс? Он назвал её Джекс? Люк вскинул брови и сделал пару шагов к ним. Еще бы сказал «Печенька»! Но та, кажется, ничего не заметила. Поднялась на ноги и отряхнула с джинсов песок.
– Конечно, – на губах появилась скромная улыбка.
Конечно, она не упустит момент. Если грамотно рассчитать траекторию бутылки, можно попасть в того, кого хочешь. Тесса тоже поднялась, тоже стряхнула песок. И это та, которой нельзя? Люк перехватил сестру за локоть.
– А как же Черчилль?
Тесса закатила глаза и вырвалась из захвата.
– Я просто составлю компанию Джеки, – она вытянула из кармана мобильник и что-то в нём открыла. – Сейчас только позвоню и приду.
И, прижав телефон к уху, медленно побрела к воде. Люк уставился ей вслед. И с каких пор он стал моралистом? Никогда раньше его не волновало, кто играет в бутылочку: свободные, в отношениях, женатые… Хотя женатых и не было. Или просто дело в том, что Тесса – сестра? Она остановилась возле воды, обняла себя за плечи и опустила голову. Наверное, заулыбалась, но без очков этого не увидеть.
Сзади раздались мягкие шаги и локтя что-то коснулось. Люк резко обернулся.
Ему в лицо снизу вверх серьезно смотрела Джекс.
– Нужно поговорить, – она тут же убрала руку в карман.
Выглядит так, будто у неё что-то случилось. И когда только успела вляпаться?
– Говори.
– Нет, давай отойдём, – Печенька мотнула головой в ту сторону, где в темноте виднелись очертания машин. – Мы ненадолго, не волнуйся.
И она, осторожно посмотрев по сторонам, быстро двинулась вперед, в поздние апрельские сумерки. Вот это, конечно, интрига. Люк криво ухмыльнулся и поплёлся вслед за маленькой фигуркой в длинной, объемной толстовке.
Костры остались за спиной, впереди показалась импровизированная парковка. Музыка постепенно затихла, и до слуха донеслись только редкие пьяные выкрики. Вечер, яркая луна, интим. Смешно. Печенька ловко протиснулась между тачками и скрылась за хорошо знакомым джипом Артура. Будто на убой ведет. По закону жанра сейчас из-за борта машины должен выпрыгнуть маньяк, и будет отличная месть за все грехи детства и юности. Люк подавил смешок.
– Так и скажи, что заманила меня сюда, чтобы убить, – он размашистым шагом завернул за капот.
Глава 16
И чуть не налетел на застывшую в потёмках фигурку. Чёрт… Джекс быстро отскочила назад. В свете луны отчётливо стала видна серьезная морщинка между бровей.
– У меня к тебе дело, – в голосе просквозила вся свойственная ей серьезность.
Только что она смеялась, но, видимо, её смеха достойны только незнакомые пацаны. Люк устало привалился к двери джипа.
– Говори быстрее, а то пропустим всё самое интересное.
– Не паясничай.
– Я пока и не начинал.
Печенька нервно обняла себя за плечи и покрутила головой, всматриваясь в темноту. Боже, сейчас явно последует очередная безумная идея. Самое время. Но сначала нужно, конечно, поломаться, понервничать, подобрать слова… Люк тяжело вздохнул, запрокинул голову и уставился в звездное небо. Красивое. В городе такого не видно…
– Я хочу участвовать в "бутылочке", – вдруг решительным тоном выпалила Джекс.
Ну наконец-то созрела.
– Валяй, – он повел плечом. – Только при чём здесь я?
Печенька нервно фыркнула. Разомкнула руки и прикусила большой палец.
– Там столько народу, – в голосе засквозили скептические нотки. – Все друг друга знают, кто-то с кем-то спит или спал… – она запнулась и взъерошила волосы. – Я не хочу выглядеть идиоткой, если бутылка укажет на меня.
В воздухе повисло напряжение. Что-то здесь всё-таки не так.
– Никто и не считает тебя идиоткой, – Люк прищурился и попытался всмотреться в ее лицо.
К чему она ведёт? Возможно, у кого-то вроде дуры Софи и есть «ценное» мнение, но таких меньшинство. Однако Джекс глубоко, шумно вдохнула и на секунду задержала воздух в лёгких. Сейчас выдаст мысль и…
– Поэтому ты должен научить меня целоваться, – прозвучала автоматная очередь из слов.
В висок будто ударил камешек. Маленький, но острый. Вокруг вдруг стало ужасно тихо. Даже ветер перестал трепать волосы. Люк вскинул брови, глаза широко раскрылись, и он ошарашенно уставился на серьезное лицо напротив.
– Шта-а-а?
Вырвалось. Просто вырвалось. Но ему же показалось? Печенька сделала шажок к нему.
– Ты должен научить меня…
Нет, не показалось. Люк вжался в борт джипа. Отскочил бы, но некуда.
– Ты прикалываешься?
– Нет, – она недоуменно нахмурилась.
– Да прикалываешься же!
– Нет! – рявкнула она и снова стало тихо.
Что здесь вообще происходит?! Продолжая сверлить его хмурым взглядом, Печенька отбросила с лица рыжий локон и спрятала руки в карманы толстовки. Не отвернулась, не стушевалась. Уверенная, собранная, такая же, как всегда. Но что, мать её происходит? Борьба взглядов не прекратилась. В горле запершило и Люк хрипло откашлялся. Нужно же хоть что-то сказать, да?
– Что… Что ты имеешь в виду? – он нервно поскреб затылок. – Ты забыла, куда деть язык? У тебя давно никого не было?
Боже, каждое слово, как шаг по тонкому льду. Печенька, кажется, нахмурилась ещё больше.
– О чём ты?
Если она продолжит так хмуриться, лет через десять у неё на лбу проляжет канава.
– Ты меня поняла.
– Нет, не поняла, – она поморщилась. – У меня вообще никого не было.
А это уже даже не смешно. Люк уронил руку и спрятал в карман джинсов.
– Как это не было?
– Да просто не было и всё! Ни парня, ни тем более… – она многозначительно замолчала.
Что-о-о?!
– В каком смысле? – глаза снова сами собой расширились.
Печенька устало посмотрела в небо.
– Боже, Люк, ты же не тупой, – она вздохнула и зажала пальцами переносицу. – Не заставляй объяснять очевидное.
Терпение уже начало выкипать из кастрюльки. И это она ещё психует? Серьёзно?!
– Да нет уж, давай-ка ты объяснишь! – Люк развёл руками и хлопнул себя по бёдрам. – Почему не было? Как это вообще возможно? Тебе же девятнадцать!
– И что? – припечатала Джекс. – По-твоему возраст – это аргумент?
И то, что это бред.
– Ты умная, красивая и до сих пор никого не нашла? – он сделал шаг к ней. – Хочешь, чтобы я повёлся на этот стёб?!
– Ты издеваешься?
– Это ты издеваешься!
Она резко прочесала пальцами волосы и уперла кулаки в бока. В солнечном сплетении появилось странное чувство. Где здесь подвох?
– Ты вообще хорошо меня помнишь?! – она отступила на шаг, но тут же вернулась и вытянула вперед руки. – У меня веснушки даже на пальцах, – демонстративно покрутила в темноте ладонями. – И последние семь лет я ходила то с брекетами, то с резинками, то с капами, то с ретейнерами! Кому нужен веснушчатый гном, у которого по зубам можно узнать дневное меню?!
Сарказм злобно прозвенел в воздухе, и снова стало тихо. Печенька отвернулась, конвульсивно запустила пальцы в волосы и так и осталась стоять. Люк поражённо уставился в худую спину. Осознание накатило ледяной волной и вылилось за шиворот, заставив поморщиться.
Она серьезно. То есть… она и правда говорит серьёзно.
Он чудом удержался, чтобы не присвистнуть, мысли в голове смешались в кашу. Джекс опустила руки, и слабый ветер подхватил её волосы.
Выходит, всё это время попытки соблазнить Арта были вообще первыми попытками в её жизни. Как это уложить в голове? Нереально. Просто нереально. Да, Джекс Айеро была забавным подростком, но всегда казалась хорошенькой. У неё сильный характер и харизма. Еще и эти веснушки… И чёрт бы побрал школьные годы, но неужели сейчас все её однокурсники – настолько близорукие тупицы?
Люк не сдвинулся с места. Его словно приморозило к земле, ноги превратились в колоды. А Джекс наоборот отмерла: запрокинула голову и посмотрела в небо. Будто собравшись с силами, медленно развернулась и растёрла лицо ладонями.
– Слушай, это рациональный подход, – зазвучал её голос сквозь пальцы. – Я же не прошу делать мне детей. Всего лишь… всего лишь, ну… показать… – руки упали и повисли плетями. – В смысле, я как бы представляю, видела, конечно же, всё такое… – она неопределённо пожала плечами. – Просто там сейчас столько парней, и я не хочу быть неотёсанной зубрилой, которая не знает, куда деть руки и… и язык, да.
Она опустила взгляд под ноги.
И вот об этом она тоже говорила серьезно. Дерьмо… Повезло же ему! Люк беспомощно посмотрел по сторонам. Глубоко втянул носом воздух и с шумом выдохнул.
– Я не могу.
Джекс тут же вскинула голову.
– Почему?
– Потому что ты это ты, божечки!
О чём тут спорить? Всё вроде бы очевидно…
– Вот именно! – резко припечатала она. – Я – это я. А ты – это ты. Мы давно знакомы, хорошо друг друга знаем, и здесь не будет ничего личного, – она победно развела руки в стороны. – Просто практический подход. Всего минута, и ты снова пойдёшь к той своей блондинке. Никто не узнает, твоей репутации ничего не угрожает, и между нами всё останется так же, как было всегда.
Почему в её исполнении весь этот бред звучит, как здравая мысль? Её саму ничего не смущает?!
– Джекс… – Люк попытался положить руки ей на плечи, но она увернулась.
– Меня и так все считают зажатой ботаничкой. Я не хочу подтвердить их мнение…
– Джекс, перестань.
– Это моя последняя просьба, обещаю.
– Нет, – он мотнул головой.
– Люк, пожалуйста, – и теперь уже она обхватила его за руки.
Ледяные пальцы сомкнулись на запястьях. По телу прошла короткая дрожь. Её темные глаза оказались настолько близко, что в них стало видно отражение луны. Люк замер, всмотрелся в серьезное лицо. Она замерзла здесь, как сосулька, но всё еще стоит и строит из себя решительную, независимую и взрослую. Насколько сильно ей надоело быть изгоем? По шкале от одного до десяти, наверное, на одиннадцать. Чтобы прижать к машине своего главного детского врага, нужно дойти до ручки. И иметь смелость.
Как ей отказать?
Люк вырвал руки из захвата и закрыл лицо ладонями. Набрал полные лёгкие воздуха.
– Боже… – тяжелый выдох. – Ладно, давай.
Джекс будто вздрогнула.
– Правда? – в голосе послышалось недоверие.
Он об этом точно пожалеет. Однозначно.
– Да. Не верю, что говорю это, но да, – он опустил руки и снова посмотрел в лицо напротив.
Все нервы в теле завязались в узел. Сюда бы хоть какой-нибудь слабенький фонарь. Хоть какой-то свет, чтобы понять, что написано на лице этой авантюристки. Она ощутимо напряглась и попятилась. Передумала? Так быстро?
– Хорошо, – Джекс энергично кивнула. – И… и что мне делать? Я по сравнению с тобой такой лилипут. Может, нужно найти какой-то камень, чтобы я на него встала? Или…
Люк подавил усталый вздох.
– Господи, просто заткнись.
– Хорошо… – она снова кивнула и сжала губы.
Какая послушная.
– Рот можешь не закрывать, – он зажал в кулаке её толстовку и притянул к себе.
– А… да, – ещё один кивок. – Ладно.
Это будет интересно… Кровь разогналась в венах и бешено запульсировала в висках. Он осторожно взял Джекс за подбородок и ощутил мягкую кожу под огрубевшими от гитары пальцами. Приподнял её голову и склонился над сосредоточенным лицом. Джекс даже не моргнула. Застыла как мраморная, и, кажется, перестала дышать.
В горле пересохло. Люк коснулся носом её ледяного носа, по спине прошла мягкая, едва заметная дрожь…
Отступать некуда.
Ну и чёрт с ним.
– Готова? – выдохнул он.
.
Горячее дыхание опалило щёку. Неизменные мята и сигареты заволокли сознание.
Ему всё-таки пришлось подогнуть колени и ссутулиться, чтобы дотянуться.
И это была последняя рациональная мысль, мелькнувшая в мозгу.
Джеки нервно вдохнула, закрыла глаза, и в этот момент Люк подался еще немного вперед и накрыл её губы своими. По телу прошла волна дрожи. Щетина, которую обычно даже не видно, оцарапала кожу. Колени банально подкосились, Джеки вскинула руки, вцепилась пальцами в края его косухи, и Люк осторожно придержал её за талию.
Так бережно и невесомо, будто она фарфоровая.
Сердце замолотило где-то в горле. Она рассчитывала на чисто механический процесс? Боже… Тело вытянулось струной навстречу крепкому мужскому телу. Тёплые пальцы Люка мягко переместились с её подбородка на затылок и запутались в волосах, язык обжигающе скользнул по губам, заставляя раскрыться навстречу, и поцелуй углубился. По венам прошел разряд тока. Вторая рука Люка крепче обвилась вокруг её талии, и Джеки вжалась в жесткую грудную клетку.
Время остановилось. Тяжёлые удары сердца Люка эхом отдавались в такт её сердцу. Он на мгновение замедлился, немного отстранился, ресницы дрогнули… но вот его язык снова обжёг нёбо, заполняя всё мятным вкусом жвачки и отбирая дыхание. В солнечном сплетении поднялся огонь. Он растекся по телу, осел внизу живота, добрался до самых кончиков пальцев ног, заставляя их поджаться.
В кино всё выглядело не так. Вообще. И мужское тело представлялось не таким твёрдым, каким оказалось на самом деле. От желания запустить руки в жесткие светлые волосы в пальцах появилось жжение. Джеки рванула их вверх и прошлась по жилистой, горячей шее. Нащупала грубый шрам на затылке, порывисто запуталась в волосах и стянула их. И ей в губы тут же влетел хриплый стон. Рука Люка съехала ниже талии. Толчок, и бёдра Джеки вжались в мужски. Люк прикусил её губу, тут же зализал укус...
И вдруг всё оборвалось.
Обътия ослабли.
Джеки рвано вдохнула. Люк прижался лбом к её лбу, его рука выпуталась из волос, глаза распахнулись. Обычно голубые, но сейчас бездонно-чёрные пропасти заглянули, кажется, в самую глубину души. Сознание начало проясняться. Время ускорило бег. Реальность накрыла с головой и дала под дых.
Она только что целовалась с Люсьеном Бреннером.
С Люком. Тем самым мальчишкой из двора напротив.
Как же он, оказывается, вырос…
Щекам стало жарко, Джеки резко отступила назад и сцепила перед собой дрожащие пальцы. Люк медленно выпрямился, попятился и молча привалился к джипу. Вязкая тишина заволокла их маленький мирок и опутала толстыми канатами. Сердце снова подскочило к горлу. Джеки моргнула. Ну и как сейчас себя вести? В её практичных представлениях всё было просто. Куда проще, чем оказалось на самом деле.
Это нужно переварить. Пережить, переиграть, перечувствовать…
Под пристальным, молчаливым взглядом Люка по телу снова прошла горячая волна. В мозгу забилась паника. Почему он молчит? Почему его обычно не затыкаемый фонтан сейчас заткнулся?! Он скрестил руки на груди и задумчиво потёр губы большим пальцем. В тишине раздался короткий, хриплый смешок.
– М-да… – Люк резко отбросил назад светлую чёлку
И снова замолчал.
В горле застрял шершавый камень, воздух закончился. Но Джеки попыталась надеть на лицо всё своё хладнокровие.
Сбежать. Точно. Надо сбежать. Очень умно.
– Ну… – она ещё немного попятилась. – Спасибо. Было… эм… приятно. И познавательно.
Она мысленно поморщилась. Как же, наверное, тупо прозвучало. Но ноги уже сами развернули её и понесли на свет костров. Туда, откуда по-прежнему еще раздавались вопли и смех. Где всё это время шла жизнь и минуты не останавливались.
Губы запоздало начало покалывать, Джеки зажмурилась и прижала к ним кулак. Вся кровь в теле бросилась в лицо, в груди разросся огненный шар и перекрыл дыхание. Кажется, навсегда. Боже, что она наделала? В рациональном плане всё было просто. Элементарно! Это же всего лишь поцелуй. Механическое действие, сделка, ничего особенного.
Но как теперь смотреть Люку в глаза?
А за спиной так и не прозвучало ни слова. Он не попытался её остановить, заговорить или сгладить неловкость. Только на мгновение ветер донёс короткий щелчок зажигалки.
.
Я могла разделить эту проду на три, и хватило бы до конца недели. Но резать этат кусок на нанокусочки было бы варворстом, так что вот он весь.
а следующая прода аж в понедельник.
мне тоже, как и Джеки, нужно многое переварить))
