Текст книги "Скоро рассвет (СИ)"
Автор книги: Хелен Тодд
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)
На душе стало противно, горько. Даша жалела, что все вот так сложилось. Ей не хотелось выглядеть круче из-за дружбы с ребятами, не хотелось показывать себя выше или значимее. Она просто гуляла, хотела насладиться свободой, а вместо этого отчетливо ощущала зависть Иры.
***
– Вы оставите меня на остановке? – Ира состроила глазки. – Ну подождите троллейбус, а? Мне с пересадками ехать отсюда. А вам всего ничего пешком!
– Дождь начался. Мокнуть не охота, а мне еще Дану домой проводить, – ответил Андрей, зная, что Саша мог бы и остаться. – Да и с Сашкой подготовиться к походу на Амосовку завтра.
Он перевел хмурый взгляд на друга и тот с пониманием кивнул.
– А я с вами! Мм? Что это такое, ваша Амосовка?
– Заброшенная лаборатория, но я бы тебя не брал. Место опасное, а ты девчонка, – самодовольно ответил Андрей.
– И что теперь?
– Теперь Дану домой, а Сашку ко мне, чтобы мы перебрали вещи, которые нам нужны будут.
– Слушай, я останусь, идите, – Саша махнул рукой. – Зайду завтра утром, заодно притащу спортивный рюкзак.
– Как знаешь. Дан? Давай руку, а то утонешь в луже.
Андрей подмигнул ей, хитро посмотрел на Ирку, не попрощался, а просто нырнул в мелкую морось и потащил за собой Дашу. Та только ойкнула, бросила Ире “Пока” и виновато пожала плечами.
– Да пусти ты, куда тянешь так? Все равно промокнем!
Даша высвободила руку возле высокого шпиля у “Дворца школьников”.
– Платья тебе, может, не жалко, но хоть мне посочувствуй! Или ты хотела стоять с подружкой ждать троллейбус, а потом провожать ее на маршрутку?
– Нет, но…
– Не нужно никаких но, твоя подружка сядет тебе на шею, свесит ножки и будет думать чтобы ей получить кроме Сашки. А он вежливый дурак!
Андрей непонятно из-за чего злился. Он редко вспыхивал, еще реже откровенно отталкивал людей. Даша восхищалась его умением красиво отдаляться и создавать свой круг общения.
– Мне с ней еще учиться четыре года!
– Учиться, общаться, но не значит таскать ее по всем нашим местам и компаниям!
– Они не только твои!
– Хмуришься, мелочь, – Андрей ответил с улыбкой, вздохнул. – Все равно милашка. Но дам тебе совет: общайся, но не дружи.
– Сама решу!
– Конечно, ты взрослая, решишь, – слова прозвучали спокойно. – Но я присмотрю за тобой. А завтра, если тебя отпустят, пойдем на Амосовку.
– Не знаю, если честно… суббота ведь. – Даша вздохнула и продолжила идти в сторону дома.
– Я позвоню на домашний, скажу, что приглашаю тебя в кино.
– Ты с ума сошел! – сказала и сердце в пятки ушло.
– Хорошо, придумаю что-то оригинальнее.
– Слушай, не порть мне жизнь. И так дома не пойми что, а ты хочешь сделать так, чтобы я совсем не выходила на улицу, даже на два часа по выходным?
– Ты оговорилась что приехал отец. Он-то меня знает с детства.
Андрей беззаботно пожал плечами.
– Перестань! Выберусь как-нибудь, если вы девчонок пускаете на ваши секретные объекты.
– В целом нет, но под мою ответственность – да.
– Тогда до завтра.
Андрей нажал цифры на кодовом замке ее подъезда и открыл дверь.
– Беги, мелочь.
Даша махнула рукой, по привычке не прощалась с ним. Это было негласное правило, которое тянулось с самого детства. Они никогда друг с другом не прощались.
Подниматься было тревожно. Вдруг, завтра не отпустят? Или что-то еще случится. Побывать на Амосовке хотелось, все-таки секретный объект. И еще одно место, в котором она, для матери, не была. Если можно было бы составить список, который Лариса не прочитает, то он начинался бы с военной части возле дома, площадки через пару домов и никогда бы не заканчивался. Ее жизнь – большая маленькая ложь, в которой приходилось умело лавировать на байдарке.
По привычке Даша открыла замок очень тихо. Проскользнула в дверь и… застыла. Из-за дождя она пришла домой раньше.
– Лариса, черт возьми, меня не было все это время из-за работы вовсе не для того, чтобы ты делала из нашего ребенка асоциального человека!
– С чего ты это решил? – мать отвечала пока спокойно.
– Я Женю твою встретил, поговорили, – отрезал отец.
– Женю? – голос матери дрогнул.
Речь шла о ее близкой подруге, с которой так часто говорила по телефону и рассказывала все свое негодование о Даше.
– Ее самую, немного подвыпившую и готовую рассказать мне все детали твоей жизни в мое отсутствие, – отец понизил тон.
– Мало ли какие бредни она говорила!
– Судя по сообщениям Даши, твоему поведению сейчас, бредни чистой воды правда. Ты не даешь ей вдохнуть спокойно. Ладно бы тяжело, но ребенок поступил, учится, сам все решает, а ты ей только на мозги капаешь и на поводке держишь! Ни одной нормальной вещи не купила, что она носит, раз так рада джинсам и футболкам?
– У нее целый шкаф вещей!
– Купленных в секонд-хенде и взятых у Жени, да.
– Ну какая разница? Она вырастет из них через год.
– Я все понял, – таким отца Даша еще не слышала. – Через год я закрываю проект по выработке. А там уволюсь.
– А жить на что мы будем?
– Ты шьешь, – саркастично подметил отец.
– Леша! Хватит строить из себя мученика. Это я, я оставалась одна с ребенком в четырех стенах! Не ты!
Мать явно была в истерике. Дашу это пугало, она не знала как это отразится на времени, когда отец уедет.
– Теперь я посижу, а ты поработаешь. Договорились.
Он резко оборвал разговор и вышел в коридор, где застал растерянную Дашу.
– Ты рано, – его тон стал мягче.
– Там дождь…
– Тогда мой руки, на столе бутерброды, надеюсь, я их готовлю сносно. Завтра у тебя есть планы?
– Я хотела бы погулять…
– Хорошо, с компьютером к вечеру разберусь, а ты отдохнешь в это время. Ну чего стоишь? Мой руки, я пока чай сделаю.
Мать наверняка все это слышала, но так и не вышла из комнаты.
Даша коротко кивнула. Понимала: все трещало по швам. Утешали только слова отца о том, что он останется в Киеве. Стоит подождать год, всего год.
Глава 4. Амосовка
На столе стояла жидкая овсянка, немного кислого абрикосового варенья и свежий батон.
Даша вылавливала ложкой варенье и заедала хлебом, пытаясь запить все это чаем, чтобы перебить вкус нелюбимой каши.
– Каша с хлебом, чай с хлебом, макароны с хлебом. Так нельзя – это неправильно.
С утра мать позаботилась о Даше или делала вид, что заботилась. Сейчас это уже неважно. Внутри проросло зерно обиды, созрело и дало новые семена. Крошечные, гладкие они ютились друг возле друга, чтобы не утратить тепло. И с каждым замечанием, каждой вспышкой ее недовольства, одно из них пускало новый стебель, чтобы потом дать свои плоды.
– Я поняла, мам.
На языке вертелись едкие, неприятные слова. Хотелось сказать, что эту стряпню иначе не съесть. Но голод брал свое, и становилось уже не важно: кислое или пересоленное, безвкусное или переваренное в кашу.
– Как всегда поняла. Ну ладно, чай хоть допей.
– Да, конечно.
Даша тяжело вздохнула и продолжила есть. Отец обещал ведь отпустить надолго, поэтому стоило плотно позавтракать.
– Ты куда намылилась сегодня? – уточнила мать будто невзначай.
Не верила, что у дочери есть друзья? Или боялась, что на свидание? Даше было неприятно об этом думать.
– В колледж…
– Сегодня суббота! – Мать округлила глаза.
– Я там встречусь с Ирой.
– А потом куда? Ты ведь города не знаешь! Мало ли чего!
– Ира знает. У нее запрета на передвижение за границы собственного двора нет.
– Ты дерзишь!
– Я констатирую факты, – Даша ответила спокойно, но внутри ее сковывал страх.
Что делать? Как допить отвратительный, заваренный вчера, чай? Как взять и уйти?
– Ну чего же ты? В колледж ходишь, в парке гуляешь. Отвратительный парк, гаражи еще рядом, железнодорожная развязка… придумали такое строить! Это все такие как ты… ученики!
– Ученики ничего не строят, мам, у них нет лицензии на проектирование и работу по специальности, – Даша вздохнула. – Да и в парк на Соломянской площади ты не пускаешь.
– А что тебе там делать? Рядом университет МВД, одни парни!
Мать раздраженно вытирала руки о полотенце.
– Вон глаза чернющие, накрасилась! В колледж свой… праздник что ли?
– Это тени, коричневые, – голос предательски осип.
Она нанесла макияж аккуратно, слегка. Нет никакой черноты. Диалог с матерью выбивал ее из колеи. Кусок в горло не лез, поэтому тарелка и чашка были отнесены к раковине.
– Оставь, я помою, а то ты уже оделась. Странно, что не в новенькое.
Даша только плечами пожала. На ней были старые темные джинсы, мешковатая черная футболка и тонкая резинка на руке, чтобы завязать волосы, если что. Глупо идти в новом на заброшку.
– Отстань от ребенка, – отрезал отец.
Он вышел из комнаты с набором инструментов. Что-то ремонтировал на балконе. Мать собиралась ему ответить, но в дверь позвонили.
Даша даже не дернулась. К ней никто не приходил, поэтому нет смысла бежать открывать.
– Валерка пришел? – мать нахмурилась. – Иди, встречай своего друга.
Лариса не любила Валеру. Тот был хорошим другом отца, но слишком веселым и часто ее подкалывал. Поэтому в гостях почти не бывал.
– Я открою, раз Валерка, – передразнил ее тон отец.
Он поставил ящик и, вытерев руки о штанины, открыл.
– Здравствуйте! Я тут увидел вашу машину, подумал, что Дашка тоже дома, а то я ее сто лет не видел.
Из коридора послышался голос Андрея, и Даша замерла и перестала дышать. Паника разгоралась, клубилась. Тут уже не скрыть ни шока, ни страха. Это конец. Чертов конец. Ее же посадят под домашний арест!
– Андрюха? Вот ты вырос! – отец явно был рад. – Дашка в колледж собиралась, вчера говорила, забирай. Нечего ей дома торчать, я здесь порядки буду наводить с трубами. То еще удовольствие.
– Может, помочь нужно?
– Помочь? Да ну тебя, глупости говоришь, что я льняной нити в руках не держал? – Он явно улыбнулся. – Дашка, чего ты на кухне зависла? К тебе твой друг детства пришел, иди сюда.
Даша сделала глубокий вдох и вышла в коридор. Ноги были ватными. Главное, на мать не смотреть. Она явно за спиной зло смотрит.
– Ток босоножки не бери, лады? На детских площадках песка много. – Андрей широко улыбнулся.
Даша не ответила. Надела серые кроссовки, взяла телефон, ученический, ключи и собиралась было выйти, как отец посмотрел на нее.
– Будешь идти домой, купи пачку какао, а то от кофе тошнит уже. Сдача твоя. – Он достал из сумки кошелек и протянул ей деньги.
– Хорошо.
Даша взяла купюру, задумалась, взяла небольшую черную сумку и переложила все вещи из карманов туда, а деньги спрятала в маленький, внутренний, на замочке. Кошелька то не было.
– Ну все, приходи на обед, если нет, перекуси что-то, там хватит, и до вечера.
Отец похлопал ее по плечу и, услышав ворчание супруги, закрыл дверь.
Андрей самодовольно улыбался. А Даша едва стояла на ногах. Он ведь не понимал к чему это все может привести.
– Ну ты бледнее некуда!
Выйдя из подъезда Андрей закрыл дверь и улыбнулся еще шире.
– Не знаю, что за глупости у тебя в голове, но отец твой меня знает, а матери придется потерпеть. Я ее достану, не отвертится.
– Ты в своем уме? Меня же никуда теперь даже на пол часа не отпустят!
– Знаю я, тетя Женя все моей маме рассказала. Никуда она не денется. Это с тобой она такая, с развязанными руками. Ты бы раньше сказала, что с тобой вот так…
Он укоризненно посмотрел.
– Как так? – Даша не знала, что именно сказала тетя Женя.
– Слушай, пересказывать не буду, но это не нормально. Одно дело ограничивать, что вполне логично, другое вот так к тебе относиться. А тетя Женя, поверь мне, знает многое.
Даша отвернулась. На глаза навернулись слезы. Просто больно, стыдно, страшно. Сколько еще людей знает все? Знает то, что она никто, что ей ничего нельзя, она ничего не достойна и станет доступной барышней, раз учится на строительном.
– Дан…
Андрей положил руки ей на плечи, собирался обнять.
– Не трогай, не хочу сплетен по двору. Мне потом их от матери выслушивать.
– Понял. – Он убрал руки. – А насчет тети Жени ты не переживай. Она только с моей и твоей мамой общается. Теперь и вовсе уезжает к мужу в Польшу, он получил гражданство. Вот по пьяни и разболтала все.
Даша аккуратно вытерла слезы. Хорошо туши нет, иначе похожа была бы на чучело.
– Пойдем, развеешься, прогуляемся на Амосовке. Там такой вид с крыши!
– А Сашка?
Стоило взять себя в руки. Перемены часто даются тяжело. Просто закончить колледж, поступить в университет и свалить из дому.
– Сашка твой заболел. Промок вчера, сегодня температура.
– Зря тогда остался, ливень такой был…
– Не зря. Ирку вон до маршрутки проводил, а дальше терпение лопнуло, отморозился. – Андрей улыбнулся.
Даша невольно ответила тем же. Глупо на него обижаться, он же помочь хочет. Ему не безразлично. От этого стало тепло.
Не одна.
***
До Соломянской площади добрались молча. Андрей хмуро переписывался с кем-то, а Даша смотрела по сторонам, стараясь успокоиться и не думать о том, что будет по возвращении домой.
– Пойдем, это наш!
Андрей взял Дашу за запястье и потянул к сороковому, который остановился чуть дальше положенного.
Солнце попадало в салон троллейбуса сквозь большие мутноватые и поцарапанные окна. Сидения – сплошная краска, как и сам транспорт. Душно.
Под строгим взглядом кондуктора Андрей достал из кармана билет и прокомпостировал. Даша достала ученический, собралась открыть, но мужчина махнул рукой, мол, понятно что школьница.
– Интересно, – Андрей подмигнул. – Сядем?
– Нет…
Даша так и осталась в хвосте троллейбуса и задумчиво смотрела в окно, прислушиваясь к привычному шуму транспорта.
Андрей не лез. Сел, начал перешнуровывать берцы. Сегодня он был весь в черном: потертые узкие джинсы с дыркой на колене, футболка с надписью “АРИЯ”, бандана, завязанная поверх закатанного рукава клетчатой черно-синей рубашки. Несвойственная ему легкая небрежность читалась в каждом выверенном, но легком движении.
Через пару остановок он поднял на Дашу светло-голубые глаза и прищурился.
– Выходим, а тебе сейчас кое-что подгоню.
Он легко поднялся, спрыгнул со ступеней и галантно протянул Даше руку, которую та не собиралась брать, но Андрей ее опередил, поймав девичью ладошку.
– Не отказывайся от помощи. Сейчас не нужна – а когда понадобится, то ее могут и не предложить, ты ведь “Все сама”. – Он подмигнул. – Теперь замри.
Даша нахмурилась, но застыла.
Андрей достал из сумки черную бандану, аккуратно ее сложил, оставив маленький треугольник и, обернул несколько раз, завязал на Дашином запястье.
– Может пригодиться, если на Амосовке будет пыльно.
– Спасибо.
Даша поймала себя на мысли, что ей стало спокойно. Плевать, она живет здесь и сейчас. Можно ведь немного расслабиться?
Дорога вела направо. Им нужно было зайти с верхушки склона. Первое время ничего не было видно. Просто деревья, открытый участок забора, через который они попали на территорию лыжного спуска. Сейчас он, разумеется, не работал.
Но как только Даша оказалась на выступе – замерла. Здесь открылся вид на склон, кусочек другого Киева, Киева, которого она раньше не видела. Густые заросли на склоне напротив, извилистая дорога внизу и немного домов. Слева панельки, справа дом с башенками и шпилями.
– Пойдем, ну? Охраны тут нет, но и лишнее внимание привлекать нечего, лады?
Дорога вниз была размыта водой. Было неудобно идти из-за большого уклона и желобков от ручейков. Но как только они повернули направо, в чащу, стало легче.
Посреди деревьев виднелось заброшенное трехэтажное здание. Местами отделочная бежевая плитка уже осыпалась, напоминая, что здесь уже давно никто не бывает.
– Зайдем через черный ход, парадный такой себе, там делать нечего, а здесь коридоры свободные. Хотя, подожди, Игорь пишет, что уже на подходе.
– Игорь? – Даша не ожидала, что будет кто-то еще.
– Твэл, ты его знаешь, он часто возле “Спутника” бывает.
Даша понятливо кивнула. Парня знала, он был одним из друзей Андрея.
– Эй, да здесь мы! – Андрей помахал рукой.
Игорь был в темных джинсах, серой, мешковатой футболке и берцах. На руке у него красовалась такая же черная бандана. Он подошел, прищурился, смерил взглядом Дашу и только после поздоровался с Андреем.
– И нестрашно мелочь с собой брать? – В карих глазах промелькнуло что-то недоброе.
– А ты ей экскурсию проведешь, тогда и решишь страшно или нет.
– Лады, только к часу нам стоит от сюда уйти. Будет команда сталкеров, ребята не особо приятные. – Игорь растрепал короткие черные волосы пятерней и завязал банданой. – Ну, Дашка, пойдем.
Она не ответила. Молча проводила взглядом Игоря, который легко запрыгнул на ступень и скрылся за дверью и, после того как Андрей ее подтолкнул, зашла сама.
Пахло пылью. Светло, пусто. На первый взгляд. Если присмотреться, то на стенах еще осталось немного краски, а под ногами строительный мусор. Остатки деревянных рам, немного стекла, бумаг, извести. Просторный коридор первого этажа был залит солнечным светом. Заброшенная больница. Даша ожидала чего-то мрачного и угнетающего, но лаборатория встречала ее архивными листами и светом.
– Здесь исследовали СПИД, рак и… что-то еще, – Игорь рассказывал о лаборатории. – На втором этаже клетки, там ставили опыты над животными. Говорят, были обезьяны, но, мне кажется, не только они. Иначе какой смысл делать такие массивные прутья?
Дарья нахмурилась. Она внимательно смотрела на то, куда ступает. Тонкая подошва кроссовок – не то, в чем стоило бы сюда идти.
– Боишься? – Твэл ехидно улыбнулся. – Лады, идем на крышу, потом как-то байки расскажу.
Точно думал, что испугалась. Это могло бы потешить его самолюбие, придать значимости. Или шутил. По выражению лица Игоря сложно было понять эмоции.
– Нет, просто здесь много пробирок, битого стекла и шприцов, а я в кроссовках. – Она прикусила губу, переступая через одну ступень.
– Что ты здесь вообще делаешь?
Он остановился у окна, достал из трухлявой рамы кусочек листа, явно заполненного вручную. Пытался что-то прочитать, но чернила расплылись.
– Ага, расскажи ей басни о колодце с мутантами, – добавил Андрей, который скучающе шел следом.
– Глупости, просто вентиляционная шахта, – ответил Твэл. – Не глупая, понимает. Ты на строительном же, да?
– Откуда ты знаешь?
– Сашка о тебе часто говорит. Недавно радовался, что ты теперь с ним в колледже. Ничего, в универе встретимся.
– Зазнайка поступил в КИСИ, теперь тоже на строительном, – добавил Андрей.
– КНУСА, Киевский национальный университет строительства и архитектуры, – с ухмылкой добавил Игорь. – Ты там в своем Политехе не зачахни.
– Да поделом Политеху, живи себе и радуйся. Поступил же на бюджет.
– А могло быть иначе? – Игорь поднял бровь и выжидающе посмотрел на Анрея.
– Учитывая, как ты пропал на пару месяцев со своей подготовкой – нет. Вон Дашка забыла, кто ты.
– Ох, Андрей, Дашка почти не бывает в наших местах.
– Теперь она здесь. – Андрей улыбнулся.
Даша в разговоре не участвовала. Она с интересом осматривала одну из комнат. Квадратная белая плитка с черными швами замазки, клетки на стеллаже, рядом стояли кроватки, напоминающие детские, но закрыты прутьями сверху. Ржавая труба, идущая под потолком и что-то напоминающее лифтовую шахту. Правда, никакого лифта там не было – всего лишь ниша в выступающей стене для лекарств. Она даже заглянула в нее сквозь пыльное стекло: одни колбы и ампулы с затертыми надписями.
Ее удивляло, что в кабинетах и коридорах валялась бумаги, документы, записи и справочники. Хотелось прочитать, все ведь сохранилось. Несмотря на разбитые окна, дожди и непогоду. Но было противно трогать грязные листы, и Даша присела, стараясь разобрать текст.
– Зачем тебе это? Пойдем на крышу. Они что – глупые? Кто бы тебе оставил секретную информацию вот так посреди здания.
– А вдруг? Все… настолько в сохране, словно они спешили покинуть здание.
– Его просто оставили. А все это добро бросили. Кому оно сдалось?
– А баночки? С надписями. Там есть осадок от… – Даша не понимала почему здесь столько всего.
– Да черт его знает, чего ты себе голову морочишь? Пойдем наверх. Или высоты боишься?
Твэл безразлично пожал плечами и направился к основной лестнице. Подниматься было несложно: удобные ступени, пусть и без перил, но целые.
– Самое главное – крыша. Там клево. А все эти пробирки и подвалы со сказками муть для поехавших крышей сталкеров, – Андрей сказал ей это и поспешил вверх по лестнице.
***
Даша с опаской шла по бетонным ступеням. Ничего страшного, но раздавить подошвой ампулу ей точно не хотелось бы. Осторожничала.
Правда все это не имело смысла. В этой части часто ходили такие же любопытные. Поэтому наступить можно было разве что на чей-то окурок.
Картину портили разрисованные неумелые граффити: странные черные буквы, сливающиеся в несуразные линии, странная символика, разнообразные надписи “Я здесь был”. Для полноты картины не хватало только надписей с признаниями в любви.
– Высоты боишься? – с ухмылкой спросил Игорь.
– Нет, стекла. – Даша посмотрела на бандану, завязанную на запястье.
– Это верно, кроссовки хорошо, но слабо для таких мест, – подметил Игорь. – Ты ее зачем взял сюда?
– Дана своя. Глупостей творить не будет, об опасности знает и, как видишь, соблюдает все предупреждения, – отозвался Андрей.
Он шел сзади, все время уткнувшись в телефон. Явно с кем-то переписывался.
– Своя, значит, своя. Тогда на крышу нестрашно. А то помню я твою Милану… – Игорь произнес это неоднозначно. Даше даже послышались нотки сочувствия.
– Был глуп, но все же обошлось, – отрезал Андрей, явно закрывая тему.
– Обошлось, конечно.
Даша слышала что-то о Милане, кажется, Андрей с ней встречался какое-то время. Но в их компании она ни разу не появлялась. Сашка иногда шутил, что ее ноготки слишком идеально разукрашены, точно не для прогулок по паркам в их микрорайоне.
– Так, здесь осторожно, низковат потолок. А на лестнице помогу, поняла? – Игорь нырнул в проход на технический этаж.
– Да…
Даша кивнула. Хотела было отказаться, но вспомнила слова Андрея на остановке.
Технический этаж действительно был невысоким, где-то полтора метра, может, меньше. Даше это не доставляло особого дискомфорта, а вот парням приходилось сильно наклоняться, чтобы не задевать потолок.
Недалеко виднелись большие вентиляционные трубы. Они занимали почти все пространство, поэтому осматривать помещение было глупо: там ничего особенного их не ждало.
За поворотом, в узком дверном проеме показалась небольшая шахта и железная лестница наверх. Игорь легко вылез по ней, а после присел у выхода, протягивая руку Даше.
– Она шатается, будь аккуратна.
Даша понятливо кивнула, проверила ногой перекладину и начала подниматься. В конце только взялась за протянутую руку. К ее удивлению широкая ладонь Игоря оказалась совсем теплой. Он легко сжал ее запястье, предлагая ей сделать так же. Кажется, на Основах жизнедеятельности говорилось, что так безопаснее держать человека.
Немного помощи, и Даша ступила на крышу. Позади нее осталось возвышение выхода. Так же, как и все здание, покрытое бежевой вертикальной плиткой исписанной разноцветными надписями. Справа выделялся чей-то трафаретный портрет. Можно было сказать, что это Че Гевара, но по мнению Даши он был не похож. А других предположений не оставалось.
– Андрей? Ты где там?
– Подожди, у отца проблемы на работе…
– Вылезай наверх, здесь связь ловит лучше.
Андрей ответил что-то невнятное, но выбрался на крышу. Тут же ответил на звонок и отошел говорить.
Даша пожала плечами и неуверенно подошла к краю крыши. Совсем близко останавливаться не решилась. Но этого оказалось достаточно.
От вида перехватило дыхание. Высокие новостройки, склон, дорога, густая растительность… все было так близко и так далеко.
Порыв ветра спутал ее волосы, но от этого ощущение свободы только усилилось, и Даша невольно закрыла глаза, подставляя лицо теплым солнечным лучам. Здесь хорошо.
– Пойдем на выступ, там посидишь или постоишь, но безопаснее. Здание то не новое. Крепкое, но не новое.
Игорь мягко коснулся ее плеча. Пришлось обернуться. Он стоял чуть склонив голову на бок и с полуулыбкой изучал Дашу. Мятая футболка, джинсы… его движения были выверенными, но плавными, легкими.
– Пойдем, чего смотришь?
Он уперся руками о невысокую вентиляционную крышу, которая была посередине основной и доходила почти до конца. Подтянулся, отчего на руках выступил рельеф мышц и забрался.
– Руку подам, не страшно, давай.
Даша вздохнула, но любопытство взяло верх. Она ухватилась за его запястье, поставила ногу на подоконник технического отверстия, из которого выходила труба, и, с помощью Игоря, оказалась наверху.
Тот улыбнулся, сел, свесив ноги, и Даша последовала его примеру.
Теплый рубероид приятно грел ладони, слышно было как шелестели деревья, а солнце приятно, все еще по-летнему обжигало кожу.
– Твэл… – Даша произнесла это вслух случайно, просто думала где раньше слышала это слово.
– Тепловыделяющий элемент – главный конструктивный элемент активной зоны гетерогенного ядерного реактора, – отчеканил Игорь.
– Странное прозвище, если честно.
– Это ты в компаниях сталкеров не бывала. Бывает и похуже. – Он улыбнулся. – А ты ничего, в панику не впала на крыше.
– Здесь же невысоко.
– Достаточно, чтобы закончилось плохо.
– Нравоучения? Андрей мне уже прочитал лекцию о том, как здесь опасно.
– Он просто предупредил. Это правило.
Игорь снял бандану, растрепал волосы и принялся ее завязывать на руке.
Даша хотела было что-то сказать, но замерла. Внизу послышался громкий смех, нецензурная брань, выкрики.
– Пришли…
Игорь завязал узел и спрыгнул.
– Андрюха, а ну сюда! – он окликнул друга. Жестом показал помочь Даше слезть и подошел к выходу на крышу.
Как раз в этот момент показалась чья-то рука с бутылкой, послышалось что-то невнятное и гогот. И тут же на крышу вывалилось тело. Парень лег на спину, но, увидев Игоря, поднялся на ноги.
– Твэл? А чего ты тут? Говорят же бросил лазить по заброшкам.
Незнакомец улыбнулся, показывая неровные зубы и перекинул на спину длинный взлохмаченный хвост. Русые волосы местами отливали зеленью, явно плохо смыслась краска.
– Провожу экскурсию, – холодно отозвался Игорь.
Он сложил руки. Простая поза, в которой он, казалось бы просто стоял, но в ней читалась готовность в любой момент оттолкнуть агрессию.
– Слазь давай…
Андрей отвлек Дашу, помог спрыгнуть на крышу. А в этот момент оказались еще два парня. Один с чудаковатой косухой и потрепанным походным рюкзаком. В носу у него была серьга. Второй, с фиолетовыми волосами, был с выбритыми висками.
– О! Девчонка на заброшке! Цивильная! – Тот, что в косухе, показал на нее пальцем.
– Она со мной, – ответил Игорь.
После чего палец тут же был спрятан в карман и парень немного стушевался.
– И нам пора, говорю же, экскурсия, ребят, нам еще подвал наверху посмотреть.
Андрей молча оттеснил ребят, пропустил Дашу и придержал за руку, чтобы та безопасно спустилась по шаткой лестнице, слез сам.
– Идем, Твэл поговорит, догонит нас.
– Все нормально?
– Да не переживай ты за него, он не конфликтный, да и ребята его знают. Просто чтобы не оставаться, стоит свалить. Да и мне пора, у отца завал, полетела система на всех компьютерах на этаже. Попросил приехать, помочь.
Андрей был явно в своих мыслях о технике.
– Ладно, я дорогу к остановке помню.
– Еще чего! Выйдем из территории, дождемся Игоря, а мне все равно с вами до остановки “Протасов Яр”, просто потом в другую сторону.
Андрей покачал головой, мол, глупая, кто тебя здесь оставил бы.
Даша не ответила. Молча спускалась по лестнице. Было приятно, что о ней заботились.
