355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Харлан Кобен » Второго шанса не будет » Текст книги (страница 18)
Второго шанса не будет
  • Текст добавлен: 6 сентября 2016, 23:56

Текст книги "Второго шанса не будет"


Автор книги: Харлан Кобен


Жанр:

   

Триллеры


сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 21 страниц)

Ленни отключился. Я сказал Рейчел, что нашли «смит-и-вессон» и провели баллистическую экспертизу. Она откинулась на спинку сиденья и прикусила нижнюю губу (ах, как знакома мне с давних времен эта привычка!).

– Отсюда однозначно следует, – медленно сказала она, – что Павел и все остальные связаны с событиями полуторагодичной давности.

– А раньше ты сомневалась?

– Если помнишь, всего несколько часов назад мы считали, что все это – грандиозный блеф. Мы думали, что эти негодяи знают нечто такое, что позволяет им делать вид, будто Тара у них, и таким образом выманивать деньги у твоего тестя. Но теперь все изменилось. Нам точно известно, что эти люди были у тебя в то утро. Это они похитили твою дочь.

Логика в ее рассуждении была, и все-таки что-то меня смущало.

– Ладно, куда направляемся? – поинтересовался я.

– Самым разумным было бы нанести визит этому юристу, Стивену Бакару, – сказала Рейчел. – Беда только в том, что нам неизвестно, кто это – хозяин или обыкновенный служащий. Пока, насколько можно понять, главенствует Дениз Ванеш, Бакар ей помогает. Или оба они работают на кого-то третьего. И если мы там появимся, Бакар просто не откроет рта. Он юрист – значит, слишком искушен, чтобы много болтать.

– Так что же ты предлагаешь?

– Честно говоря, и сама не знаю, – вздохнула Рейчел. – Допускаю, что пора подключать федералов. Они могли бы прошерстить эту контору.

Я покачал головой:

– Волокита.

– Возможно, нам удастся поторопить их.

– Допустим, они нам поверят, что тоже далеко не факт. Сколько это может занять времени?

– Не знаю.

Мне это не понравилось.

– Допустим, Дениз Ванеш что-то заподозрила. Допустим, Татьяна перепугалась и снова позвонила ей. Допустим, произошла какая-то утечка. Слишком много чего может случиться, Рейчел.

– Хорошо, что ты предлагаешь?

– Ударить с двух сторон, – не особо затрудняя себя раздумьями, ответил я. Возникла проблема. Я внезапно нашел решение. – Ты берешь на себя Дениз Ванеш. Я – Стивена Бакара. Сверим часы – и вперед.

– Повторяю, Марк, он юрист, душу свою открывать тебе он не будет.

Я посмотрел на нее. Она уловила мой взгляд. Верн слегка привстал и свистнул сквозь зубы.

– Ты что, рассчитываешь запугать его? – спросила Рейчел.

– Речь идет о жизни моего ребенка.

– Из этого не следует, что можно нарушать закон. Не в первый уж раз, кстати.

– Как это?

– Ты грозил Татьяне пустить в ход оружие.

– Я всего лишь хотел припугнуть ее. Неужели ты думаешь, что я бы действительно выстрелил?

– Закон…

– Закон и пальцем не пошевелил, чтобы защитить мою дочь, – сказал я, старясь не сорваться на крик. Краем глаза я заметил, что Верн согласно кивает мне. – Закон чересчур занят, чтобы тратить время на людей вроде тебя и меня.

– Меня? – вскинулась Рейчел.

– Знаешь, что сказал мне Ленни у себя дома? Полиция считает теперь, будто похищение – твоих рук дело. Я ни при чем. Просто ты хотела меня опять заполучить или что-то в этом роде.

– Что-о?

Я поднялся из-за стола:

– Короче, я намерен повидаться с этим Бакаром. Вреда я никому причинять не собираюсь, но если ему хоть что-нибудь известно о моей дочери, я заставлю его говорить.

– Вперед! – Верн вскинул сжатую в кулак руку.

Я попросил его одолжить мне «камаро».

– Конечно, – сказал он, – ведь я с самого начала на вашей стороне.

Я думал, Рейчел снова заспорит. Но она промолчала. Может, понимала, что я своего решения не переменю. А может, в душе согласилась со мной. Или – всего вероятнее – была потрясена тем, что старые коллеги способны всерьез подозревать ее в преступлении.

– Я с тобой, – заявила Рейчел.

– Нет, – отрезал я. Пока у меня не было ни малейшего представления о том, что, возможно, придется сделать на месте, но я знал, что способен на многое. – Думаю, я предложил наилучший план. – Я слышал себя как бы со стороны: знакомые интонации врача-хирурга. – Как доберусь до Бакара, позвоню. Нанесем удар по нему и Дениз Ванеш одновременно.

Ответа я ждать не стал. Вернулся в машину и поехал в «Метровиста».

Глава 37

Лидия была в светлом парике – примерно таком же, какой, судя по описанию Стивена Бакара, носила Дениз Ванеш. Она постучала в дверь на последнем этаже.

Занавеска на окне рядом с дверью пошевелилась.

– Татьяна? – улыбнулась Лидия.

Молчание.

Ей было известно, что Татьяна почти не говорит по-английски, и она уже прикидывала, как справиться с этой трудностью. Сейчас главное – время. Необходимо заткнуть рот всем и каждому. Когда кого-то, вроде Бакара, вид крови отталкивает, сразу понимаешь, каковы могут быть последствия. Лидия с Хеши разделились. Она приехала сюда. Позже они вновь соединятся.

– Татьяна, ни о чем не волнуйтесь, – сказала она через дверь. – Я хочу вам помочь.

Молчание.

Лидия попыталась зайти с другой стороны:

– Я друг Павла. Вы ведь знаете, кто такой Павел?

Из-за занавески на мгновение показалось исхудавшее женское, а, впрочем, скорее девичье лицо. Лидия ободряюще кивнула, но женщина двери не открывала. Лидия быстро оглянулась. Никого. И все же она слишком на виду. Надо побыстрее кончать с этим делом.

– Сейчас. – Не спуская глаз с занавески, Лидия открыла сумочку и извлекла карандаш с бумагой. Она что-то нацарапала на листе, став таким образом, чтобы из окна – если за ним кто-нибудь еще есть – ее было видно. Закончив писать, она прижала бумагу к стеклу.

Все это напоминало выманивание испуганной кошки из-под дивана. Татьяна медленно, очень медленно, отодвинула занавеску. Лидия стояла, как вкопанная, боясь ее спугнуть. Татьяна наклонилась. Так, кошечка, так, хорошо. Теперь Лидия отчетливо видела ее лицо. Татьяна сощурилась, пытаясь разобрать слова.

Лидия выхватила пистолет и прижала дуло к стеклу, целя Татьяне прямо между глаз. В последний момент та резко качнулась в сторону. Но слишком медленно, слишком поздно. Пуля вошла ей в правый глаз. Хлынула кровь. Автоматически опустив пистолет, Лидия выстрелила вторично. На сей раз – Татьяна уже падала – пуля попала ей в лоб, но в этом не было особой нужды. Сербка умерла после первого выстрела. Смерть оказалась мгновенной.

Лидия стремительно бросилась в сторону, рискнув, однако, в последний момент оглянуться. Никого. Дойдя до близлежащего сквера, она освободилась от парика и светлого пальто. Машину Лидия оставила на стоянке, в полумиле отсюда.

* * *

Добравшись до «Метровиста», я позвонил Рейчел. Она уже припарковалась напротив дома Дениз Ванеш. Настало время действовать.

Правда, плана действий у меня не было. Наверное, я рассчитывал ворваться в кабинет Бакара, приставить ему пистолет к виску и вынудить заговорить. Чего я не учел, так это нормальной бюрократии. У Стивена Бакара оказалась просторная приемная. В ней сидела супружеская пара. Муж уткнулся в номер журнала «Спортс иллюстрейтед». Жена выглядела подавленной. Она улыбнулась мне, но было видно, насколько трудно ей это далось.

Только сейчас я сообразил, что произвожу дикое впечатление. Больничная одежда. Двухнедельная щетина. Красные от недосыпа глаза, растрепанные волосы.

Секретарша сидела за стеклянной перегородкой вроде тех, что обычно ассоциируются у меня с зубной клиникой. Агнес Вайс – так было написано на небольшой карточке – мило улыбнулась мне:

– Здравствуйте. Чем могу быть полезна?

– Мне надо видеть господина Бакара.

– Вы уславливались о встрече? – Голос звучал приветливо, впрочем, с ноткой официальности.

– Нет, но у меня срочное дело.

Мой ответ ее не удивил.

– Ясно. Извините, вы наш постоянный клиент, мистер…

– Доктор, – рефлекторно откликнулся я. – Скажите мистеру Бакару, что его срочно желает видеть доктор Марк Сайдман. Дело не терпит отлагательства.

Супружеская пара в четыре глаза уставилась на меня. Улыбка медленно сползла с лица секретарши:

– У мистера Бакара сегодня чрезвычайно насыщенное расписание. – Она принялась листать ежедневник, – Попробуем что-нибудь придумать для вас.

– Агнес, посмотрите-ка на меня.

Она повиновалась.

Я придал своему лицу максимально грозное выражение.

– Скажите ему, что у доктора Сайдмана срочное дело. Скажите: если он не примет меня немедленно, я обращусь в полицию.

Агнес поудобнее уселась на стуле.

– Не будете ли вы так любезны присесть…

– Живо!

– Сэр, если вы не отойдете от окошка, я вызову охрану.

Пришлось отойти. Ничего, в любой момент можно вернуться. Агнес и не подумала поднять трубку. Я сделал шаг вперед. Агнес закрыла окошко.

– Она покрывает его! – выпалил муж.

– Джек! – одернула его жена.

Джек пропустил замечание мимо ушей.

– Бакар ушел полчаса назад. Похоже, он очень торопился. Секретарша твердит, что он вот-вот вернется.

Едва войдя в приемную, я обратил внимание на фотографии, висящие на стенах. Теперь пригляделся к ним. На каждом снимке в обществе каких-то политиканов, сомнительных знаменитостей, вчерашних спортсменов был изображен один и тот же человек – толстощекий коротышка со скошенным подбородком и прилизанными волосами. «Наверное, это и есть Стивен Бакар», – подумал я.

Поблагодарив Джека, я направился к двери. Приемная Бакара была на первом этаже, и я решил подождать его у входа. Таким образом я застану его врасплох, на нейтральной территории. Агнес не успеет ни о чем предупредить шефа. Прошло пять минут. За это время в здание вошли и вышли несколько пиджаков, гнущихся под тяжестью портфелей величиной с багажник автомобиля. Я нетерпеливо мерил шагами коридор.

Появилась еще одна пара. По неуверенным шагам и загнанному взгляду я сразу определил, что это тоже клиенты Стивена Бакара. Глядя им вслед, я пытался понять, что же их сюда привело. Мне представилось, как они женятся, держат друг друга за руки, целуются, занимаются любовью по утрам. Я видел, как постепенно налаживается у них жизнь. Видел, как переживают они, что все еще нет ребенка. Проходит год. Потом другой. Результаты анализов по-прежнему отрицательные. А у друзей уже появились дети, только о детях и разговоры. Родители спрашивают, когда же, наконец, им подарят внуков. Видел, как идут они на прием к врачу-специалисту, видел все эти бесконечные процедуры, унизительный сбор спермы в мензурку, интимные вопросы, анализы крови и мочи. А годы идут и идут. Друзья отдаляются. Занятия любовью приобретают сугубо утилитарный характер. Муж и жена высчитывают сроки. В доме поселяется уныние. Он перестает держать ее за руку. Она поворачивается к нему спиной, если только сроки не те. Я видел пилюли, запредельно дорогой персонал, новый отсчет дней, новые анализы и убийственные разочарования.

И вот они здесь.

Нет, ничего в точности я, конечно, сказать не мог. Но чувствовал, что близок к истине. Интересно, на что они готовы пойти, чтобы положить конец своим переживаниям? Сколько готовы заплатить?

– О Боже! О Боже!

Я резко обернулся. В здание, с силой захлопнув за собой дверь, влетел какой-то мужчина:

– Полиция! Вызовите полицию!

Я бросился к нему:

– В чем дело?

Вновь раздался крик. Я выскочил на улицу. И снова крик, на сей раз более пронзительный. Я свернул направо. Из подземного гаража выбегали две женщины. Я кинулся к ним, проскочил мимо автомата, выдающего талоны на парковку. Кто-то беспрерывно молил о помощи, призывая позвонить по 911.

Впереди я заметил охранника, громко говорившего по радиотелефону. Закончив разговор, он сорвался с места. Я – за ним. Завернув за угол, охранник резко остановился. Рядом с ним стояла женщина и, стиснув ладонями лицо, кричала, не переставая. Я подбежал к ним.

Тело, зажатое между двумя машинами. Взгляд, устремленный в никуда. Толстые щеки. Скошенный подбородок. Зализанные волосы. Раны на голове, кровь. У меня потемнело в глазах.

Стивен Бакар, последняя моя надежда, был мертв.

Глава 40

Рейчел нажала на кнопку звонка. Дениз Ванеш, как выяснилось, предпочитала звонок непростой, из тех, что поют на разные голоса. Солнце стояло в зените. Небо ясное и голубое. Мимо, поигрывая разноцветными гантельками, бодрой походкой прошествовали две дамы. Не замедляя шага, они кивнули Рейчел. Она ответила им.

– Да? – донесся голос из селектора.

– Дениз Ванеш?

– Кто там?

– Меня зовут Рейчел Миллз. Я работала в ФБР.

– Работала?

– Да.

– Что вам угодно?

– Мне надо поговорить с вами, мисс Ванеш.

– О чем?

Рейчел вздохнула:

– Может, все-таки впустите меня?

– Не раньше, чем вы скажете, что вам надо.

– Речь идет о девушке, у которой вы только что были в Юнион-Сити. Для начала о ней.

– Весьма сожалею, но о своих пациентах я ни с кем не говорю.

– Повторяю, для начала.

– А что, собственно, тут может быть интересного для бывшего агента ФБР?

– Хотите, чтобы я пригласила действующего?

– Мне все равно. Итак, мисс Миллз, нам с вами не о чем разговаривать. Если у ФБР есть вопросы ко мне, пусть свяжется с моим адвокатом.

– Ясно, – сказала Рейчел. – А зовут его, случайно, не Стивен Бакар?

Наступило недолгое молчание. Рейчел оглянулась на машину.

– Мисс Ванеш?

– Я не обязана отвечать на ваши вопросы.

– Не обязаны. Наверное, мне стоит пройтись по соседям. Авось что-нибудь да узнаю.

– И что же вы им скажете?

– Спрошу, не известно ли им о торговле детьми, центр которой находится в этом доме.

Щелкнул замок, и дверь открылась. Стоя на пороге, загорелая блондинка заявила:

– Я подам на вас в суд за клевету.

– За наговор, – поправила ее Рейчел.

– Что?

– За наговор. Клевета может быть только в печати. А если речь идет об устном высказывании, то это наговор. Вы имеете в виду как раз наговор. Но, в любом случае, вам придется доказать, что я лгу. А мы обе знаем, что это не так.

– Нет, это вам придется доказать, что я совершила нечто противозаконное. А сделать этого вы не можете.

– Еще как могу.

– Я оказала медицинскую помощь больной женщине. Вот и все.

Рейчел показала пальцем в сторону лужайки. Из машины вышла Катарина.

– А как насчет прежних пациентов?

Дениз Ванеш прижала ладонь ко рту.

– Она засвидетельствует, что получила от вас деньги за ребенка.

– Ничего подобного. В таком случае ее арестуют.

– Ну да, конечно, ФБР скорее ухватится за нищенку из Сербии, чем прикроет торговлю детьми. Смелая мысль.

Заметив, что Дениз Ванеш колеблется, Рейчел потянула на себя дверь.

– Так как, можно войти?

– Вы ошибаетесь, – спокойно сказала Дениз.

– Ну что ж, – Рейчел уже была в доме, – у вас есть возможность поправить меня.

Бросив взгляд на Катарину, Дениз Ванеш медленно закрыла входную дверь. Рейчел была уже в кабинете. Какая белизна! Белые кушетки. Белые ковровые дорожки. Белые фарфоровые статуэтки обнаженных женщин на белых конях. Белый кофейный столик, белые стулья или, точнее, табуретки. Дениз вошла в кабинет. Ее белое платье слилось с общим фоном, и у Рейчел возникло впечатление, будто голова и руки Дениз самостоятельно плывут в воздухе.

– Что вам от меня надо?

– Я ищу одного ребенка.

– Ее ребенка? – Дениз кивнула в сторону двери, имея в виду Катарину.

– Нет.

– Впрочем, это не имеет значения. Я все равно не знаю, где держат этих детей.

– Вы ведь акушерка, правильно?

– Я не собираюсь отвечать на ваши вопросы. – Дениз скрестила на груди сильные длинные руки.

– Знаете что, Дениз, мне и так почти все известно. Остались кое-какие детали, которые вы могли бы прояснить. – Рейчел села на клеенчатую кушетку. Дениз не пошевелилась. – В некоей стране за рубежом у вас есть свои люди. Может, не в одной стране. Но в Сербии – точно. Поэтому будем плясать от нее. Ваши люди находят девушек. Все они беременны, но на таможне об этом, естественно, не заявляют. Вы наблюдаете девушек как гинеколог и помогаете им при родах – может, здесь, может, в другом месте, этого я не знаю.

– Вы вообще многого не знаете.

– Но кое-что все-таки знаю, – улыбнулась Рейчел.

Теперь руки Дениз лежали на бедрах. Какую бы позу она ни принимала, любая казалась неестественной, словно напоказ.

– Знаю главное, – сказала Рейчел. – Женщина рожает. Вы покупаете у нее ребенка и переправляете его Стивену Бакару. Бакар работает на людей, отчаявшихся заиметь собственное потомство и готовых закрыть глаза на закон.

– Интересно.

– Вы хотите сказать, что все это – чистая фантазия?

– Вот именно, – осклабилась Дениз.

– Ну что ж, отлично. – Рейчел потянулась к мобильнику. – В таком случае я звоню федералам. Познакомлю их с Катариной. Потом им, наверное, захочется съездить в Юнион-Сити и потолковать с Татьяной. Затем они, вероятно, посмотрят распечатку ваших телефонных разговоров, ваши счета…

Дениз замахала руками:

– Ладно, ладно, говорите, что вам нужно. Если я правильно поняла, в ФБР вы уже не работаете. Так чего же вы от меня хотите?

– Хочу знать, как действует ваша система.

– Чтобы и самой поживиться?

– Нет.

Дениз на мгновение задумалась.

– Вы вроде разыскиваете какого-то ребенка?

– Разыскиваю.

– Стало быть, на кого-то работаете?

Рейчел покачала головой.

– Слушайте, Дениз, выбор у вас невелик. Либо вы говорите мне правду, либо отправляетесь в тюрьму, причем надолго.

– Ну а если я скажу все, что знаю?

– Тогда вы в этом деле не замешаны, – солгала Рейчел без малейших угрызений совести. Повитуха участвует в торговле детьми, а такие вещи не прощаются.

Дениз села на кушетку. Она как-то внезапно постарела и побледнела. Углубились морщины вокруг глаз и рта.

– Все не так, как вам кажется, – начала она.

Рейчел выжидательно молчала.

– Мы никому не причиняем зла. Напротив, делаем доброе дело. – Дениз Ванеш потянулась к сумочке (естественно, белого цвета) и, вытащив сигарету, протянула пачку Рейчел. Та отрицательно покачала головой. – Вам что-нибудь известно о детских приютах в бедных странах?

– Только то, что показывают по телевизору, в документальных фильмах.

Дениз щелкнула зажигалкой и глубоко затянулась.

– Это настоящий ад. Бывает, на сорок детей приходится одна няня. Как правило, безграмотная девчонка. Такая работа считается знаком политического доверия. С детьми подчас обращаются исключительно жестоко. Многие рождаются с наркотической зависимостью. Медицинский уход…

– Ясно, ясно, – прервала ее Рейчел. – Все это, разумеется, очень печально.

– Да уж.

– Ну и?..

– Мы нашли способ помочь хотя бы некоторым из этих несчастных.

Рейчел села на стул и скрестила ноги. Ей стало ясно, к чему клонит эта женщина.

– Вы переправляете беременных сюда и платите им за детей?

– Это слишком сильно сказано.

Рейчел пожала плечами:

– А как надо сказать?

– Поставьте себя на их место. Вы бедны. По-настоящему бедны. Вы занимаетесь проституцией или чем-то в этом роде. Фактически вы рабыня, хотя и белая. Никто. И вдруг вы узнаете, что забеременели. Можно сделать аборт или, если запрещает вера, поместить младенца в какой-нибудь жалкий приют.

– Или, – подхватила Рейчел, – если повезет, передать его вам.

– Да. Мы обеспечим ребенку нормальный медицинский уход. Мы заплатим матери. И главное, мы проследим, чтобы новорожденный попал в хороший дом, к заботливым обеспеченным людям.

– С постоянным доходом, – уточнила Рейчел. – То есть, к преуспевающим.

– Да, дело это дорогое, – согласилась Дениз. – Но позвольте задать один вопрос. Возьмем для примера вашу приятельницу, ту, что ждет вас в машине. Кажется, вы назвали ее Катариной?

Рейчел промолчала.

– Как бы сложилась ее жизнь, если бы мы не переправили ее в Америку? Как бы сложилась жизнь ее ребенка?

– Не знаю. Я не знаю, что вы сделали с ее ребенком.

– Ладно, очко в вашу пользу, – улыбнулась Дениз. – Но вы ведь отлично понимаете, о чем я. Где, на ваш взгляд, ребенку лучше – с опустившейся проституткой в стране, которую раздирают междоусобицы, или в Соединенных Штатах, в заботливой и любящей семье?

– Ясно. – Рейчел старалась сохранять спокойствие. – В общем, у вас тут благотворительное общество. Да такое, что всему миру на зависть.

– Осмотритесь, – ухмыльнулась Дениз. – У меня дорогие вещи. Я живу в престижном районе. Мой сын – студент частного колледжа. Я люблю путешествовать по Европе. Короче, я занимаюсь своим делом, потому что оно приносит хорошие деньги. Ну и что? Кого интересуют мои мотивы? Положение с детскими приютами в Югославии от этого не меняется ни на йоту.

– И все-таки я не понимаю, – возразила Рейчел. – Итак, женщины продают вам своих детей.

– Отдают, – поправила Дениз. – А мы им предлагаем материальную компенсацию…

– Ладно, ладно, будь по-вашему. Так или иначе, вы получаете младенца. Мать получает деньги. А потом? Должна же быть какая-то документация, иначе этим делом заинтересуется государство. Никто не позволит Бакару просто так заниматься усыновлением.

– Верно.

– Так как же все происходит?

– Похоже, вы стараетесь прищучить меня? – улыбнулась Дениз.

– Честно говоря, пока не знаю.

– Вы ведь помните, что я добровольно согласилась отвечать на ваши вопросы?

– Помню.

Дениз Ванеш сцепила пальцы и прикрыла глаза. Со стороны можно было подумать, что она молится.

– Мы нанимаем американок.

– Извините? – воззрилась на нее Рейчел.

– Скажем, Татьяна вот-вот родит. Мы нанимаем вас, Рейчел, сыграть роль матери. Вы отправляетесь в соответствующий отдел мэрии, заявляете, что беременны и рожать намерены дома, так что в больнице не будет никакой записи. Вам дают анкеты. Вы их заполняете. Никому не приходит в голову убедиться в том, что вы на самом деле беременны. Да и как, собственно? В мэрии ведь нет гинекологического кресла.

– О Боже! – выдохнула Рейчел.

– В общем-то, если вдуматься, ничего сложного во всем этом нет. Нигде не записано, что Татьяна скоро родит. Напротив, по всему следует, что это у вас будет ребенок. Я помогаю ему появиться на свет. И я же, как свидетельница, удостоверяю факт рождения. Вы становитесь матерью, а затем подписываете документы о передаче ребенка на воспитание. Их готовит Бакар… – Дениз пожала плечами.

– Таким образом, приемным родителям ничего не известно?

– Нет, да им и не до этого. Им просто до безумия хочется иметь ребенка. Все остальное не играет роли.

Рейчел неожиданно почувствовала себя вымотанной до предела.

– И еще, – не унималась Дениз. – Перед тем, как сдать нас властям, подумайте хорошенько. Мы занимаемся этим делом уже почти десять лет. И все это время наши дети покойно и счастливо живут в своих семьях. Десятки детей. И вот этому счастью придет конец, потому что усыновление будет считаться недействительным. Появятся подлинные матери и заявят права на своих детей. Или потребуют отступного. Вы разрушите не одну жизнь…

Рейчел устало покачала головой. На сегодня с нее хватит. В свое время она действительно все хорошенько обдумает. Пора приступать к главному. Рейчел расправила плечи и пристально посмотрела на Дениз:

– Ну а Тара Сайдман здесь при чем?

– Кто?

– Тара Сайдман?

Теперь пришла очередь Дениз удивляться:

– Минуту. Тара Сайдман – кто это? Уж не та ли девочка, которую выкрали некоторое время назад в Каслтоне?

Зазвонил мобильник. Взглянув на экран, Рейчел увидела, что это Марк. Только она собралась ответить, как в комнате, словно из ниоткуда, возник какой-то мужчина. Почуяв неладное, Дениз обернулась и отскочила в сторону. У Рейчел перехватило дыхание.

Это был мужчина, который душил ее в парке.

Пистолет, направленный на Рейчел, в гигантской руке казался детской игрушкой.

– Телефон, – бросил мужчина.

Рейчел отдала мобильник, стараясь не коснуться страшных пальцев. Мужчина прижал дуло пистолета к ее лбу.

– Оружие.

Рейчел повиновалась. Телефон снова зазвонил.

Мужчина нажал на кнопку ответа:

– Доктор Сайдман?

– Кто это? – Даже Рейчел услышала голос Марка.

– Мы находимся в доме Дениз Ванеш. Немедленно приезжайте. Один. Без оружия. Тогда я все расскажу о вашей дочери.

– Где Рейчел?

– Здесь. В вашем распоряжении тридцать минут. И учтите. Вы всегда пытаетесь ловчить в таких ситуациях. Не советую. Ваша приятельница мисс Миллз умрет первой. Ясно?

– Ясно.

Мужчина отключился и посмотрел на Рейчел. Зрачки у него были карие, с золотистым оттенком. Взгляд кроткий – как у косули. Великан повернулся к Дениз Ванеш. Она вздрогнула. Мужчина медленно улыбнулся.

Намерения его были очевидны.

– Нет! – отчаянно вскрикнула Рейчел при виде, как пистолет поднимается на уровень сердца Дениз. Прозвучали три выстрела. Пули попали в одно и то же место. Тело Дениз обмякло и сползло с кушетки на пол. Рейчел вскочила. Мужчина перевел пистолет на нее:

– Сидеть!

Она покорилась. Дениз Ванеш была мертва. Вне всякого сомнения. Глаза широко открыты. На пол стекает кровь, особенно красная на фоне окружающей белизны пространства.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю