Текст книги "Грешник в сутане (СИ)"

Автор книги: Харитон Мамбурин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 16 страниц)

Передав деньги Армэну, мы с Марием остались в душном зное Апсародая совершенно не у дел. Срок выхода был назначен, бухту с удобным подъездом нам подсказали, сухопутная перевозка содержимого контейнера и его реализация были на Алебастре, обещавшем задействовать свои связи, так что у нас оказалось несколько часов, которые можно было посвятить отдыху. Правда, не было денег, да и солнце пекло так, что хотелось вернуться в квартиру, залезть в душ и там остаться до вечера.

– Неплохой план, – оценил Гритт, – Засядем в душе с парой пива, а затем замочим простыни и отправимся под ними отсыпаться на прохладном!

– Дешево и сердито, – согласился я, лениво зевая.

Увы, но сосисочная вечеринка под струями прохладной воды не случилась. Как только машина тронулась с места, мой смартфон заиграл мелодию вызова, а в его динамике, прижатом к уху, раздался вредный, почти предвкушающий голос отца Григория:

– У меня есть для тебя дело, Красовский. Срочное. Подъезжай к храму прямо сейчас…

…черт побери.

Через три с половиной часа я продирался за городом через густой кустарник, чувствуя, как саднят царапины, оставленные его шипами на покрытой слоем соли коже. Жара, насекомые, ящерицы. Полный набор выходного дня.

Церковники не просто так потеряли влияние в таком важном для них городе, как Апсародай. В обычном случае, как объяснил мне кривящий губы православный негр, вылезший из своего храма, драка с организованной преступностью была бы долгой, кровавой и выматывающей для всех, как уже было неоднократно в истории мира. Однако, за Триадами, за якудза, за западными камарильями встал новый игрок, появившийся относительно недавно, а укрепившийся и обнаглевший – считанные десятки лет назад.

Корпорации.

Всё то же самое, что и церковь, но круче, лучше, менее обособленно, с целым ворохом горизонтальных связей. Это если бы кто-то разделил Синдикат, в котором я «работал», оставив от него только легальную часть. Тут было тоже самое, но все эти финансовые воротилы стремились к тому же, к чему стремятся простые люди. Власть, сила, контролируемое ими насилие, качественные наркотики, малолетние подростки для секса, оргии… и, конечно же, возможность оторвать голову любому, кто тебе не понравится. За деньги. Мафия с огромной охотой взяла на себя роль военной силы корпораций, получив взамен прикрытие, информацию, защиту…

Наши грешники в сутанах оказались совершенно беззащитны против такого альянса.

Ну, почти.

Продравшись сквозь кусты, я снял с себя несколько репьёв, пнув воинственно шипевшую на меня ящерицу, а затем, сгорбившись, проследовал дальше, стараясь держаться в тени деревьев. Здесь, около скрытой тайной гавани, к которой вела всего одна дорога, никого постороннего не ждали. Двум местным, вооруженным автоматами, вполне хватало третьего, смуглого и жилистого парня, сноровисто перетаскивающего из машины ящики со спиртным в стоящий на приколе катерок. Вооруженные люди стояли, лениво переговариваясь друг с другом, и поглядывая то на грузчика, то на грязевую дорогу, по которой он приехал.

Я опоздал, погрузка уже началась. Ладно, будем импровизировать.

Оценка обстановки.

Итак, у нас тут есть наезженная дорога к одинокой гавани, с которой частенько идет погрузка-выгрузка разных интересных товаров. Имеется склон, частично расчищенный от джунглей, маленькая хибарка у мостков, явно для ожидающих, каменистое побережье с очень коварными под– и надводными камнями и скалами. Вывернуть на большую воду лодку в этом лабиринте может лишь тот, кто его очень хорошо знает. Вообще, место довольно секретное и безлюдное, с блокпостом в пятнадцати километрах отсюда, стоящим на единственной дороге, которая ведет в этот пятачок контрабандиста, поэтому я и продирался сквозь растительность, не щадя собственной одежды. Знают об этой точке многие, пользуются ей тоже, но…

Гм, кажется, отвлекся. Так, что у нас есть? Убивать сторожей и грузчика нельзя, а катерок, в который всё складируются и складируются ящики с бухлом, чересчур маленький, чтобы можно было питать надежду до него добраться и спрятаться внутри. Остается лишь одно здравое решение…

Вздохнув и поморщившись, я извлек из кармана пачку презервативов, начав её распаковывать. Ну не так я хотел использовать сегодня эти штуки, совсем не так! А ведь тут еще и море, а оно, как известно, солёное… Единственный плюс – после всех тренировок, которыми нас уже неделю как истязает Армэн, заплыв на пару сотен метров будет почти удовольствием, пусть и без ластов.

Так и случилось. Сделав крюк, я вошёл в воду, притопил с помощью камней ботинки, простившись с ними, а затем аккуратно поплыл между скал, стараясь держаться так, чтобы с пристани меня увидеть было нельзя. Последнее касалось только заканчивающего погрузку человека, оба других смотрели не на обрыдлый им океан, а честно несли службу, озирая дорогу. Грузчику же, всему взмокшему и уставшему, явно было не до того, чтобы щуриться на водные просторы.

Затаившись за острым, выдающимся на два метра вверх, камнем, я принялся ждать, про себя матеря чересчур острые шипы кустарника, через который пришлось продираться ранее. Ну, другого варианта действий практически не было, а, по словам моего чернокожего заказчика, шанс упускать было нельзя.

Вот мы и не упускали.

Подплывшая яхта, держащаяся на разумном отдалении от скал, ничем не выделялась из тысяч таких же, демонстрируемых на фотографиях и в интернете. Средних размеров, со сложенным парусом, белая, с виду более чем новая. Впрочем, меня её состояние не очень интересовало, в отличие от возможности незаметно подняться на борт. Это я осуществил со стороны океана, пока приплывшие с шутками и прибаутками помогали постоянно извиняющемуся мужику на катере перебросить ящики к себе.

Подтянувшись на пальцах и аккуратно осмотревшись, я насчитал пятерых человек, приплывших сюда загружаться. Трое молодых, в отличной физической форме, подтянутых, занимающихся сейчас ящиками, двое постарше, лет сорока, может, ближе к пятидесяти, тоже не игнорировавших упражнения. В отличие от загорелой молодежи, красовавшейся большим количеством татуировок, тела тех, кто постарше, были солидно чисты от подобного безобразия. Одобряю.

В общем-то, я уже мог приступать, хоть это и обещало определенный геморрой в ближайшем будущем, но тут один из татуированных парней, схватив ящик, навернулся на ровном месте, смачно приложившись об него лицом и разбив несколько бутылок. Это породило сцену, которую я слышал, уже протискиваясь в жилые помещения яхты.

– Идиот! Придурок! Посмотри на себя, криворукий ублюдок! Ты губу себе рассадил! Ты с таким лицом тут нам сосать собрался? Сука! – разорялся один из пожилых мужчин, – Вали в катер, тварь! Передай менеджеру, что я недоволен, слышал⁈ Бегом!

– Артур, успокойся, не порть себе настроение, – увещевающе бубнил второй, – Мы упакованы, слышишь? Нормально всё.

– Да какое «нормально»… мы сюда их чисто покататься пригласили? Кончай капать кровью на мою яхту, мразь! Пошёл вон!

Остаток диалога я прослушал, закрывшись в гальюне яхты и приготовившись ждать. Долго делать я этого не собирался, вскоре легкая донесшаяся вибрация показала, что эти, совершенно неэкономные люди, не утруждающие себя даже разворотом паруса, поплыли с места загрузки. Отдыхать, веселиться, участвовать в гомосексуальных игрищах. Ну, явно не сегодня.

Следующий подарок судьбы был не хуже первого, когда кому-то приспичило отойти в туалет. Подозревая, что отливать с борта яхты могут лишь богатые люди из гостей или хозяев, я приготовился… и не напрасно. Дверь гальюна открыл из молодых и татуированных, тут же получив стволом извлеченного из презерватива «кольта» в горло. Затащив ошеломленного парня с раздробленным кадыком внутрь, я помог ему быстро отойти на тот свет, тщательно следя за тем, чтобы не оставить отпечатков пальцев. Обнаружив у упокоенного пистолет в кобуре, я уважительно покачал головой. Боевые мужские шлюхи – это нечто новенькое даже для меня.

Взяв доставшуюся даром «беретту» и сунув свой ствол за пояс, я проверил магазин, оказавшийся полным, а затем пошёл на выход из тесных внутренностей яхты. Три цели, не подозревающие о твоем приближении – это подарок.

Диспозиция снаружи проста, понятна и очевидна. Наемный шлюх с ящиком алкоголя в руках, тащащий его к штурвалу. Он получает пулю между удивленно вытаращенных глаз, становясь мертвецом не хуже осевшего на унитазе. Смешное расстояние, поэтому я позволяю себе риск, стреляя в голову человеку, а лишь потом оборачиваясь к хозяину яхты и его гостю, стоящих у штурвала. Мой опыт и инстинкты кричали, что они безоружны и совершенно не приспособлены к бою – так и оказалось.

Оба человека, одетые лишь в легкие шорты, застыли в шоке, если не сказать в ужасе. Я еще молчу, а они уже демонстрируют свои руки, подняв их над головами. Молча.

Так не годится.

– Подайте голос, – командую я.

– Ч-что…? – говорит один из них.

– Ты не Артур, – облегченно сообщаю я мужчине новость, стреляя ему в грудь, а затем в голову, – Отдыхай.

Второй, тот самый Артур, скулит и садится на корточки, закрывая голову руками. Это неплохо, позволяет мне, сунув уже второй пистолет за пояс и поморщившись от горячего ствола, поцеловавшего задницу, остановить двигатель яхты. Всё, пока никто никуда не плывёт.

– Нет-нет-нет… – скулит тем временем единственный оставшийся в живых, – Игорь… Игорь…

– Артур Берринг, – называю я имя человека, отвешивая ему слабую пощечину, – Соберитесь. Вы должны для меня кое-что сделать.

– Ч-что? Что? – непонимающе лепечет довольно высокопоставленный корпоративный функционер, находящийся в шоке из-за потери друга, любовника, бизнес-партнера или хрен его знает, кто это там был, – Кто…

– Вы, – я показываю ему два смартфона, ранее лежавших на столике рядом с отдыхавшими, – Сейчас покажете мне танцующего розового слоника, Артур.

По мере того, как человек слышит эту странную просьбу, его лицо меняется. Шок, паника, потрясение, всё это уходит, пытаясь вернуть человеку самообладание деловой акулы одного из самых опасных городов мира. Старой, опытной и очень-очень пронырливой. Подобное не в моих интересах, поэтому я вновь выхватываю «беретту», стреляя корпорату в колено. Сначала в одно, затем в другое. Отработавший свое пистолет улетает в море, его место занимает балисонг, чье лезвие через несколько секунд, потребовавшихся мне, чтобы поймать оседающего человека за волосы, уже прижато к глазу Берринга.

– ААА!!!

– Вы слышали мою просьбу. Не заставляйте повторять.

– Нет! – изо рта корчащегося от боли человека летит слюна, – Нет! Как вы узнали⁈ Я никогда подобного не сделаю! Никогда! Это смерть!

Он совершенно прав. Не сделает. Никогда и ни за что… пока имеет хоть какое-то самообладание. Однако, я занят тем, что ломаю именно это. Быстро, эффективно и жестоко. В одной из исторических справок моего мира была легенда о ярле викингов, который изобрел уникальную методу допроса пленных. Сначала он вырезал человеку один глаз, молча и быстро, а только потом начинал задавать вопросы.

Это работало всегда.

Через две минуты и тридцать одну секунду Артур Берринг показал мне танцующего розового слоника на экране своего смартфона, получил свою пулю в голову, ставшую для него большим облегчением, а затем осыпался на палубу яхты. Я же, выставив судну курс на сближение с недалеким берегом, отправился искать запасные канистры с горючим, поминая добрым словом науку Армэна Ди Вайна. Очень пригождается, вот буквально сейчас.

Выполненная работа стоила далеко не тридцать тысяч долларов. Даже того, что я понял по оговоркам отца Григория, подобное дело могло потянуть и в десять, и в сто раз больше. Чем бы ни был розовый слоник, заплясавший на экране после того, как окровавленные пальцы хозяина набрали код на клавиатуре, он точно делал что-то очень плохое, что-то, что должно было сильно порадовать душу черного священника.

А вот мне, который мог просто отделаться деньгами, теперь предстояло очень долгое возвращение домой, причем, я пока даже не понимал, как.

Точно, еще и обувь! Как я мог про неё забыть!

Глава 15
Взрывная смесь

Просыпаться в театре боевых действий мне приходилось и раньше, но обычно я в нем и засыпал, психически подготовленным. На этот раз получилось не так. Вернувшись домой поздним утром, я содрал с ног почти развалившиеся ботинки, еле выстоял под напором холодной воды в душе, а затем, не раздеваясь и не отвечая на вопросы… кого-то, попросту упал на кровать, тут же отрубившись. Проснулся, когда за окном было уже темно, под приглушенные крики и щелчки выстрелов.

В городе шла война. Её я учуял, просто отскребя себя от койки и встав у окна, одновременно сдирая пропотевшую майку. Удушающая жара, от которой шумело в ушах, ничуть не мешала жителям Апсародая убивать друг друга в разных концах города. В окнах рядом стоящего здания не горел свет, но были заметны бледные лица людей, выглядывающие из-за занавесок. Что бы там не творилось по всему городу – оно было воистину масштабным.

Странно только, что никто меня не поднял. В такое время наемники на вес золота. Может, наши церковники тоже попрятались от греха подальше?

Тайна недолго оставалась таковой. Выйдя в общий зал, я оказался в мудрой полутьме, слегка освещаемой ночником, возле которого троица моих напарников играла в карты. На полу.

– Проснулся, – хмыкнул Марий, оглядев моё великолепие, – Слышишь, что творится? Связь, кстати, не работает. Никакая.

– Ага, – глубокомысленно отозвался я, поплетшись ставить чайник на плиту.

– Петр! – донесся под приглушенный фырк японки голос вампирессы, – Ты ничего об этом не знаешь?

– О чем? – остроумно спросил я, булькая почти пустым чайником.

– О том, что на улице!

– Я спал, вообще-то. Что вы тут устроили? – вяло поинтересовался я, даже не думая делиться своими приключениями, включая таинственных танцующих слоников.

– Мы⁈ Ничего! А вот ты…

Брюнетку перебил бешеный стук в металлическую дверь, от которого весь наш просторный зал наполнился чуть ли не колокольным звоном. Команда, похватав оружие (даже Юки!), тут же принялась занимать места, удобные для обороны. Поставив чайник на плиту, я пошёл проверять, кому это мы понадобились.

За дверь обнаружился возбужденный Армэн Ди Вайн, прибывший к нам сквозь город, в котором везде идут бои. Живой, невредимый, бодрый. Только на лоснящейся щеке мазок сажи.

– Собирайтесь! – скомандовал ворвавшийся толстяк, возбужденно блестя глазами, – Мы можем отплыть сегодня! Сейчас! Самый лучший момент!

– Чего? – Эрике очевидно хотелось поговорить хоть с кем-нибудь.

– Мне дали скидку в половину цены за фрахт подъёмного судна! – не стал зажимать псих информацию, – Хозяин хочет убрать его из порта! Срочно! Слышите, что на улицах творится⁈ Это у нас тут! В Среднем городе вообще ужас! Даже в Верхнем! Собирайтесь! Сейчас лучший шанс всё провернуть тихо!

Псих-кладоискатель был прав на сто процентов. Связи не было. Апсародай отрубил всё, сотовая связь и интернет не работали, переговоры были возможны только по рациям. Народ в панике прятался где только можно и нельзя, а что конкретно случилось – могли рассказать только люди, стреляющие друг в друга на улицах. К ним, разумеется, обратиться было сложно. Оставался лишь один вопрос…

– А тебе-то что с того? – напрямую спросил я Армэна, готового, казалось, затолкать Широсаки в её спальню и собственноручно переодеть.

– Половина сэкономленных денег и безопасность вдали от дома, – честно ответил нам местный сумасшедший, – Итальянцы, с которыми у меня договоренность, сейчас… заняты. Местные снова могут навестить. Воспользоваться случаем! А вас и ваш груз точно никто не заметит! К тому же, у вас места много, пустите переночевать. Вы идёте или как⁈

– Петр, ты в норме? – не обратил внимания на этот крик души Марий, – Ты был потрепанным.

Мысленно я поставил ему галочку, как хорошему лидеру, а затем кивнул. Ноющие ноги, зудящие царапины, дым в голове… всё это пройдет к моменту, когда мы будем на месте. Кофе можно и на тягаче попить. Снимаем чайник, выключаем газ.

– Хорошо, тогда собирайтесь и выходите. Я присоединюсь к вам в гавани, – кивнул Гритт, суя пистолет в кобуру и подхватывая рацию для связи с Алебастром, – Будьте осторожны.

Когда мы уже спускались, позади меня неожиданно послышался тонкий голосок Няшки, легко пробившийся сквозь приглушенное стаккато выстрелов с улицы:

– Армэн, ты действительно сбежал из дому… сюда? Через весь город? Через всё это⁈

– Конечно! – откликнулся седой толстяк, чуть ли не прыгающий по ступенькам, – Дома было слишком опасно!

– А тут – нет⁈

– Хватит с ним разговаривать! – рыкнула раздраженная Эрика, замыкающая наш хит-парад, – Если и ты двинешься, то я не знаю, что сделаю! Нам Красовского хватает!

– Эй, а я причем?

– Пока тебя не было, город сошёл с ума! – крайне нелогично, но очень интуитивно отозвалась госпожа Хатсбург, выбегая из подъезда.

– Еще скажи, что я Кеннеди убил!

– Нет, ты его точно не убивал! – пыхтя, буркнул Армэн, залезая на переднее сиденье «тойоты», – Ты слишком…

– Всё! – в голосе вампирессы неожиданно просквозила слегка истеричная нотка, – Заткнитесь все! Валим!!

Снаружи было куда веселее, чем внутри. Звуки стали ярче, налились информацией и истеричной яростью. Стреляли чуть ли не везде, но с северо-запада, как раз с самых злачных окраин Старого города, несся треск полноценных автоматных очередей и глухие хлопки разрывов посерьезнее. Мы, попрыгав в «тойоту», поехали в порт, следуя указаниям Ди Вайна, отлично знавшего город.

Веселье стояло везде, причем, насколько я видел, большая его часть представляла из себя дискотеку разряда «кот из дома – мыши в пляс». Каждый из замеченных нами магазинов был вскрыт, из взломанных дверей вытаскивали товар, нередко держа задравших руки или стоящих на коленях продавцов под прицелами стволов. Так же часто, как и ограбления, встречались разборки между людьми на холодном оружии, местные шайки выясняли отношения так, как будто завтра уже не наступит. Парочка разгорающихся пожаров, чуть не попавший нам под колеса пьяница, что-то орущий в небо, робкие, но всё усиливающиеся взвизги Юки…

– Да что с этим городом⁈ – недовольно рявкнула вампиресса, постоянно озираясь по сторонам, – Конец света настал?!!

– Нет, такое уже было, – ответил ей Армэн, крепко вцепившийся в ручку двери и подпрыгивающий на кресле от моей езды, – Раз пять на моей памяти. Просто следите за теми, кто может отнять машину…

Такие нехорошие люди действительно попались, когда мы уже почти выехали на прямую дорогу к порту. Целая банда смуглых молодых тайцев выкатилась из подворотни, а затем со всех ног ломанулась на перехват к «тойоте», вопя и размахивая ножами и бутылками. Я, под синхронный вой пассажиров, банально крутанул руль, вынуждая старую японскую тачку перелететь бордюр, и отправляя её тем самым лоб в лоб с наступающей бандой идиотов. К такому эти люди оказались не готовы. Нет, те, что лидировали в беге успели среагировать и отскочить, но следующие за ним…

– Петр! – всхлипнула Широсаки после того, как машина закончила переваливаться по чему-то мягкому, попавшему под колеса.

– У нас нет времени на ерунду! – напряженно отозвался я, с трудом разворачивая большую и тяжелую машину так, чтобы вновь выехать на дорогу.

– Машину сам мыть будешь, – снизу, даже не думая подниматься, пробурчала вампиресса.

– Ты в самом деле думаешь, что она дождется нас в порту Старого города? – удивился я, давя на газ.

– ЧТО⁈

Как же просто отвлечь женщину от дорожного кегельбана! Просто скажите ей, что скоро она потеряет машину. Версии, куда деть здоровенный пикап, зазвучали одна за другой, от чего я только крутил головой и улыбался. То, что машина дождалась нас вообще у дома – это заслуга самого сонного райончика Старого города, но дожила бы она до утра? Вопрос интересный. Стоящий вокруг хаос намекал, что нет.

В небольшом порту этой части города было куда спокойнее. Подъезжая, мы заметили, как несколько малых кораблей и еще более мелкоразмерных судов поспешно удирают в открытое море, а на косых деревянных сходнях, пристроенных совсем уж сбоку для рыбаков, спешно грузится с два десятка лодок. Народ, толпящийся возле них, продемонстрировал легкую панику при виде нашей машины, но, увидев, что та следует в другой конец порта, вернулся к погрузке.

– Петр! – внезапно, но очень решительно пропищала Няшка, – Топи нашу девочку!

– Она нам еще пригодится! – мельком взглянув на подавившуюся воздухом Хатсбург, сообщил я, – Да и вообще Эрика хорошая…

– Я про машину! – испуганно замахала руками кицуне, – Топи её! Мы потом достанем, и я починю!

– Легче будет новую купить, чем очистить движок от той дряни, что здесь плавает! – отрезал я, останавливая «тойоту», – Либо найти потом нашу же. Выметаемся, ищем лодку, занимаем оборону, ждём Мария.

Лодки местных, подвешенные тут в специальных загонах, явно не могли считаться жирной добычей, так что мы без проблем одну свистнули, расколупав старый замок. Точнее, свистнули девушки, пока я ломал голову, куда можно спрятать здоровенный пикап. В итоге, так ничего и не придумав, попросту отогнал нашу машину дальше по береговой линии, да завел её слегка в воду, спрятав за остовом давным-давно отплававшего своё парохода. Компромисс был вполне подходящим.

К этому времени появился и Гритт. Полуголый, без майки, с парой царапин на теле, мазками подсыхающей крови на штанах в районе ножа, но бодрый, веселый, и с полным ворохом новостей, которые принялся рассказывать, пока мы с ним везли полную лодку народа на ожидающий нас тягач. Сначала, конечно, он упомянул, что оттаскивать добычу мы будем не на зарезервированный склад, к которому сейчас нет доступа, а в лодочный сарай, выбранный Алебастром в качестве варианта «Б», но затем перешёл и к новостям общего плана.

– В сеть города упала информационная бомба с компроматом, – повествовал блондин, плавно двигая своим веслом, – Огромная бомба, тщательно подготовленная и структурированная. Не в одно место, а прямо по адресатам ушла целая куча данных, фотографий, видеозаписей, документов. Кто-то много лет собирал грязь буквально на все фракции города, подбирал, что плохо лежит или недорого стоит, а затем бахнул. Причем «кто-то» – это не точно, весь Апсародай знает, кто этот человек, его сейчас ищут с собаками… но плевать. Важно то, что началось.

– А что началось? – кивнула Эрика на город, – Война началась, мать её!

– Именно, – кивнул блондин, – Еще когда работала связь, русские обрушились на итальянцев, прямо в разгар рабочего дня, а в китайские заведения заглянули сербы, причем вооруженные очень серьезно. Не успели люди и глазом моргнуть, как из главного порта заработали минометы, развалив за пятнадцать минут один из небоскребов в Верхнем городе. Там обосрались вообще все. От такого дерьма большие шишки тут же нажали на рубильник, оставив весь Басолан без связи, но уже было поздно. Впрочем, сейчас уже серьезных заруб мало, как оповестил меня наш чернокожий друг, но вот разошедшаяся мелочь продолжает устраивать кровавую баню. Их никто не будет останавливать, так что нам лучше пересидеть пару дней где-нибудь… не в городе.

Порт блокирован, аэропорт тоже, торговая инфраструктура встала, мирные жители забились по домам, а банды выясняют отношения и устраивают передел собственности. И все из-за одного человека. Кажется, я даже знаю, какого. Любителя танцующих розовых слоников.

– Ах да, – когда мы уже взбирались на борт тягача, раздался голос Мария, – Петр, не знаю, что ты там делал для отца Григория, но, кажется, ты сработал впустую. Его убили. Прямо в храме.

– Убили? – выдернув вякнувшую Няшку, ползшую по веревочной лестнице за мной, переспросил я, – Прямо вот совсем убили?

– Ага. Распилили бензопилой заживо. Мы даже знаем кто. Мара Сальватручча. Их людей сложно подделать.

Хм, на суицид не похоже. Хотя… всё возможно. Негр вполне мог решиться уйти с шумом на весь город. Всё-таки, как нам уже хорошо известно, дела у него шли не лучшим образом, особенно после того, как остальные члены их религиозного кружка обложили старика долгами за его шуточки. Тем не менее, они, по словам Гритта, живы и здоровы, а за нами тоже никто не пришёл. То есть – остальные храмы остались не тронуты. Более того, заглянувшие к православному негру татуированные гангстеры ничего с самим храмом не сделали, только запилили попа.

– Парни, кончайте прохлаждаться! – донесся до меня голос Армэна, уже заставившего тягач заурчать тяжелым дизельным двигателем, – Идемте ко мне! Девушки! Берите фонарики и проверяйте снаряжение! Пока идём без огней!

– Ахой! Йо-хо-хо, якорь мне в корму и готическую бабу в каюту!

– Марий, если ты ударишь Красовского, то я тебя поцелую!

– (сдавленный и всхлипывающий кашель японки итальянского происхождения)

– Юки, если ты укусишь эту стерву, то я подарю тебе этот ваш компьютер!

– (жалобное поскуливание)

– Марий Гритт так дешево не продается! Уточните характер и интенсивность поцелуя!

– … ладно, мы с Юки тебя поцелуем!

– (мертвое молчание издохшей на месте лисицы)

Оказывается, сваливание из охваченного насилием города здорово поднимает настроение!

Разогревающийся на ходу дизель бодро, хоть и достаточно медленно, понес нас к цели, ворчащий что-то своё Армэн Ди Вайн склонился с инструментами над картой, высчитывая координаты по старинке, а я стоял у штурвала и ничего не делал, пока Гритт заканчивал проверку больших прожекторов для ночных работ. Казалось, что через несколько часов у нас наступит новая жизнь.

В моем понимании, «новая» – была вовсе не хорошим, отменно укрепленным логовом, в котором сидел последний член нашей команды, этот подземный альв, отнюдь. Под новизной я понимал то, что развернется по всему городу из-за этой лютой подставы, которую организовал всем и каждому попиленный негритянский поп. Каким образом он узнал о компромате, собранном Артуром Берингом, мне было решительно непонятно, чего хотел добиться этим – тоже, но не воспользоваться эффектом этой «бомбы» мы не могли.

Кровь вопиет об отмщении. Месть в руках, держащих меч. Булат можно купить или взять в аренду. Мы – наемники. Необходимое зло, которому скоро прибавится высокооплачиваемой работы.

Сейчас я был почти уверен – не отключись в Апсародае связь, то нас бы завалило звонками. Черт, нужно как можно скорее искать нормальное оружие. Штурмовые винтовки, пистолеты-пулеметы, дробовики, гранаты… а еще подучить Юки. Она на вид неженка-неженкой, худенький и тоненький росточек, но это лишь видимость. Будь это на самом деле так – Широсаки уже был попробовала удрать от нас и от Инквизиции, даже зная, чем это кончится.

Несколько часов, пока здоровый старый морской трудяга шёл до цели, мы провели почти в праздности, даже умудрившись слегка подремать. Мне это на пользу пошло больше всех, так что, когда Армэн дал стоп машине и мы приступили к поискам контейнера, чувствовал я себя уже почти на сто процентов.

Найти искомое труда не составило. Здоровенный ящик сбрасывали с прицелом, чтобы его можно было легко обнаружить и достать – мы обнаружили и достали. Пришлось слегка попотеть, особенно нам с Гриттом, чтобы зафиксировать зацепы подъёмного крана во всех нужных местах, но, в конечном итоге, моторы загудели, лебедки завращались, добыча начала подъём со дна…

…только оказалась чересчур тяжелой.

Вот тогда наступил ад. Подчиняясь командам Армэна, мы втроем, я, Марий и Эрика, бросились в трюм старого погрузчика, начав вовсю таскать балластные мешки к корме. Кроме мешков там были и чугунные чушки под полсотни килограммов, что прибавляло жизни задора и огня. Духота, омерзительный запах трюма старого грузового судна, пот и мат. Мы вымотались просто феерически. Гритт сквозь зубы обещал убить альва самым жестоким образом, если выяснится, что мы так пашем ради контейнера, забитого гантелями, Недотрога хрипела, что у него не выйдет, ибо она доберется до него первой. Я, стиснув зубы, продолжал зарабатывать кровавые мозоли.

Спустя четыре с половиной часа ударного труда, подъёмник, гудя от натуги под встревоженные вопли управляющего им Армэна, поднял до поверхности водной глади морской грузовой контейнер. Мы попадали, где стояли, но толстый бородатый псих, взяв в оборот Юки, через полчаса безжалостно растолкал нас с Марием – было нужно закрепить дополнительные тросы на кране, страхующие нашу добычу. Их уже провела Юки, нам оставалось лишь поднапрячься…

Такого никто из нас не ожидал. Тяжелая физическая работа, нудная и ресурсоёмкая, сама по себе была невеликим горем, но вот ощущение облома, того, что в контейнере не то, что нам обещал Алебастр – вот это было куда хуже. Эрика, уставшая и всклокоченная, говорила, что поднимет бунт, если наш знакомый ошибся. Ей возражали, утверждая, что просто пошлём его в жопу и пусть альв дальше сидит в своей дыре. Наш корабль тихо-тихо плыл к лодочному сараю под злобное бормотание Ди Вайна, не уверенного, что мощи крана хватит, чтобы поднять контейнер из воды.

Его хватило. А вот нас… уже не очень. Когда кран, ювелирно управляемый Ди Вайном, внес контейнер в лодочный сарай, то оказались сокрушены не только пустые деревянные стойки для мелких посудин, но и вспорота крыша ветхого строения. Её нам пришлось латать экстренными темпами и подручными средствами прямо под палящим солнцем. То, что от нас осталось в конце рабочего дня – можно было брать голыми руками.

Когда корабль дополз обратно до порта и мы, без всякого удивления обнаружив нетронутую «тойоту», набились в неё, отправившись домой, звуки продолжающихся перестрелок не волновали никого, даже Армэна. Поднявшись, я упал в кровать, даже не отпустив Юки, вырубившуюся еще в машине и занесенную мной домой. Плевать уже было категорически на всё, даже на смартфоны, разрывающиеся у каждого из нас уже пару часов как.

///

Человек, представляющийся последние шестнадцать лет Армэном Ди Вайном, сидел в закутке чужой кухни и пил паршивый чай из пакетика, заваренный им в первой попавшейся ёмкости. Не обращая ни малейшего внимания на треск выстрелов за окном, крики и наконец-то раздавшийся вой полицейских сирен, он рассматривал свои руки.

Они тряслись. Сильно.

Человеку, сидящему в огромной длинной комнате, было страшно.

Пять лет назад старина «Потягушечник» никогда бы не смог сделать то, что сделал сегодня. Ветхо выглядящий морской погрузчик, еле справляющийся со своими обязанностями у берега, не смог бы поднять такой тяжелый контейнер и уж, тем более, утащить его к черту на кулички. Движок, подъёмник, тросы – что ни назови, подвело бы всё. Однако, он смог. Корабль был подготовлен к другой процедуре.