Текст книги "Равника (ЛП)"

Автор книги: Грег Вайсман

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]

Глава XXXVII
Раль Зарек

Под рокот миззиевых турбин летающее недосудёнышко везло гильдмейстера Раля Зарека и камергера Мари к Башне Маяка, вглубь территорий Азориуса.

Когда Зарек в последний раз бывал на борту Тучегона Голбета Фреззла, шёл дождь – и промозглый ветер задувал в открытую гондолу, пробирая его до костей. Сейчас небо, потемневшее от Старшего заклятья, казалось ему ещё мрачнее. Его озаряли лишь вспышки похищенных Искр, которые проносились по воздуху, стремясь к Боласу на вершине его Цитадели.

Через телескопы различной мощности Раль и Мари наблюдали сверху, как один, два, три новых мироходца прибыли в Равнику – и как двое из этой троицы почти сразу же стали жертвами вечных.

Четвёртого мироходца, высокого эльфа в длинном белом плаще с капюшоном, схватил и поднял ввысь Вечный бог Кефнет, которому даже не хватило совести сгореть за своё злодеяние после того, как он переправил Искру эльфа дракону.

Зарек был благодарен за то, что рёв винтовых моторов Тучегона заглушал любые крики. Но едва ли это имело значение. Сквозь самую мощную линзу своего телескопа он мог в мельчайших подробностях видеть, как лица умирающих мироходцев перекашивала гримаса ужаса, и его разум добавлял к этому все звуки, которые он пропустил – вдобавок напоминая ему о его собственном вкладе в это побоище. На верную смерть этих мироходцев привёл Маяк. Он был порождением ума Нив-Миззета, но Зарек спроектировал эту треклятую штуковину, и даже удалённо надзирал за её постройкой. Среди всех его неудач, включая и обернувшуюся катастрофой попытку сплотить десять гильдий, это – это – стало его единственным успехом. Разумеется, он весьма гордился им. Он сражался ради того, чтобы его включить. Он даже убивал ради этого.

Вот они какие, успехи Раля Зарека, с горечью подумал он.

Несколько минут спустя Тучегон пришвартовался у верхнего этажа Башни Маяка. Раль и Мари обнаружили, что её охраняет горстка солдат из Иззета и Азориуса. Иззеты сразу же встали на сторону своего нового гильдмейстера. Раль подумал, что сражения с азориусами им точно не избежать. Но нет. Возможно, они ещё не знали, что их новый гильдмейстер, Довин Баан, тайно работал на дракона, и, таким образом, наверняка бы не одобрил намерения, с которыми Раль прибыл в башню. А может, они пропустили Зарека как раз потому, что очень хорошо знали о преступлении Баана перед всей Равникой. Так или иначе, они не оказали никакого сопротивления.

Нет. Стражники – не главная проблема. Главная проблема – моя чёртова добросовестность.

Старший химистр Варриворт, иззетский гоблин и главный инженер Маяка, со всех ног бросился к ним, дабы засвидетельствовать своё почтение двум наиболее высокопоставленным членам его гильдии: – Мастер Зарек! Камергер Мари! Как прекрасно, что вы решили посетить нас в самый разгар светопреставления!

Что следует понимать как «почему вы не делаете что-нибудь полезное вместо того, чтобы докучать мне?», подумал Раль.

Вслух он сказал: – Мы прибыли, чтобы выключить Маяк.

У Варриворта отвисла челюсть. – Создание Маяка было последней волей Пылающего Разума!

– Я знаю это, старший химистр. Но теперь он служит интересам Боласа. Того самого Боласа, который убил Пылающего Разума.

– Да, хорошо. Я понимаю. Но с этим ничего нельзя поделать. Я не могу его отключить. Вы не можете его отключить. Согласно вашему же приказу, мастер, схема прибора вообще не предусматривает возможности отключения – чтобы его не мог отключить Болас.

– И это я знаю. Но я также знаю, что любой уважающий себя химистр всё равно установил бы в него какую-нибудь аварийную систему безопасности.

Варриворт пожал плечами. – Маяк по-прежнему нуждается в питании. Нет питания– нет маяка. Это лучшее решение, которое я могу вам предложить.

Мари закатила глаза. – Если бы мы только знали кого-нибудь с непомерными аппетитами!

Раль догадался, что она намекает на него, но подумал, что её слова в какой-то мере относятся и к ней самой, не говоря уже о доброй половине разумного населения Равники.

По крайней мере, теперь я знаю, что должен сделать.

Он включил свой Аккумулятор, положил ладони на металлическую приборную панель Маяка и начал поглощать чистое электричество через кончики пальцев. К счастью, он так и не перезарядил Аккумулятор со времён своей неудачной попытки разыскать Томика. К несчастью, Маяк таил в себе поистине неисчерпаемый запас энергии. Раль всё откачивал, и откачивал, и откачивал её, но чувствовал, что ни на шаг не приблизился к цели.

Он понимал, что очень скоро ему придётся высвободить часть накопленной энергии, иначе Аккумулятор взорвётся, сорвав крышу башни и убив всех, кто находится в ней – при этом нисколько не повредив Маяку, построенному так, чтобы выдержать встречу со Старшим драконом.

Варриворт начал отворачиваться, заслонив глаза рукой. Сквозь натужный гул Аккумулятора Раль расслышал, как он причитает: «Мастер… мастер…».

Мари смотрела на него с каменным лицом, лишь один раз уголок её рта слегка дёрнулся.

Солдаты-азориусы боязливо попятились. Иззеты при виде этого усмехнулись, а затем украдкой обменялись тревожными взглядами.

Обернувшись, Раль заметил, что Голбет уводит Тучегон подальше от башни. Тем не менее, он продолжил начатое, стараясь высосать Маяк досуха. Он добился определённых успехов, но звуки, издаваемые Аккумулятором, становились всё тоньше и пронзительнее. Вскоре он начал искрить от переизбытка энергии.

Это нехорошо. Мне нужно срочно выпустить излишки, иначе я поджарюсь до хрустящей корочки.

Он разорвал контакт с приборной панелью и, пошатываясь, двинулся к балкону, отчаянно выискивая на горизонте точку для безопасной разрядки. Заметив парящего невдалеке Кефнета, Раль выпустил в него чудовищную по силе молнию, которая начисто отсекла Кефнету правую руку. Бог-ибис, похоже, этого даже не заметил.

Раль вернулся к приборам Маяка, потея и едва дыша. Мари, на лице которой отразилось непритворное – хотя, пожалуй, временное и продиктованное обстоятельствами – беспокойство за него, постаралась его поддержать, но заряд статического электричества, потрескивающий вокруг его тела, отбросил её на пару футов назад. Она плюхнулась на задницу, в целом не пострадав, но испепеляя его взглядом.

Не обращая на неё внимания, Раль снова возложил ладони на приборную панель. Он мгновенно почувствовал, что всё же сумел кое-чего добиться. Немногого, но тем не менее. Достаточно, чтобы проверить гипотезу и показать, что она имеет право на существование.

Я справлюсь с этим.

И он продолжил опустошать источник питания Маяка.

Это займёт некоторое время, но итог предопределён. Маяк погаснет. Ни в чём не повинные мироходцы больше не будут стекаться в Равнику, точно агнцы на заклание. Само по себе это не остановит Боласа, но зато ограничит его источник питания, положив предел количеству Искр, которые он сможет поглотить. А это уже кое-что.

Глава XXXVIII
Тейо Верада

– Что-то изменилось, – сказал Тейо.

– Да, – ответила Кайя. – Я тоже почувствовала. Кажется, Ралю всё же удалось выключить Маяк.

– Мироходцы ведь по-прежнему смогут приходить сюда? – спросил Тейо.

– Да, но теперь их не будет сюда тянуть. Призыв больше не работает.

– И это хорошо?

– Думаю, да. Нас достаточно, чтобы победить дракона. Или, во всяком случае, погибнуть, пытаясь.

Крыска пихнула Кайю кулаком в плечо со словами: – Да вы у нас просто лучик надежды.

– Ай.

Крикнув: «Все за мной!» – Крыска бойко устремилась вперёд.

Кайя шикнула на неё.

Крыска закатила глаза. – Кроме вас, никто меня не слышит. Никто не хочет слышать. К тому же мы почти добрались до Скаррга. Когда мы попадём туда, вести переговоры буду я, идёт?

– Я думал, они не могут тебя услышать, – заметил Тейо – и тут же прикусил язык, опасаясь, что его слова могли задеть Крыску за живое.

Но она, по-видимому, привыкла стойко переносить суровую правду. – В основном да. Но моя мать, Ари Шокта, может. И мой отец, если хорошенько постарается. То же самое с Борборигмосом. Он считает меня прелестной, что, между прочим, чистая правда. Я прелестная Крыска! – она рассмеялась, и её смех эхом отразился от выгнутых стен туннеля, зазвенев в ушах троицы подобно музыке. Тейо подумал, что «музыка» Эммары Тандрис и Тростани была неземной и чарующей, но музыку смеха Кларысии Шокты он не променял бы ни на какую другую.

У неё глаза цвета равноденственных слив, подумал он.

И залился румянцем.

Они пробирались сквозь сточные туннели, словно, ну, словно крысы. Было темно, влажно и тесно. Тейо, выросший в сухом климате, обливался потом. Он опасался, что Кайя и Крыска решат, будто бы он вспотел, потому что боится.

Я и впрямь боюсь!

Но им было вовсе не обязательно об этом знать. Они обе были такими бесстрашными, в то время как он по-прежнему изо всех сил старался принести хоть какую-то пользу. И всё же, несмотря на ужас и замешательство, пребывание в Равнике давало ему некоторое облегчение.

Они меня не знают. Не знают, насколько я никчёмен.

Их неведение помогало ему так долго оставаться в игре. Аббат знал, что Тейо Верада не способен воздвигнуть приличный щит, даже если на кону стоит его жизнь. Эти добрые люди понятия об этом не имели. Поэтому Тейо удавалось водить их за нос, от случая к случаю спасая им жизнь, и таким образом спасая себя.

К тому времени, как они дошли до конца длинного кирпичного туннеля, зловоние уже начало порядком досаждать Тейо. Крыска приблизилась к железной двери и, присев перед ней на корточки, шустро вскрыла замок.

Достаточно шустро, чтобы произвести впечатление на Кайю, которая одобрительно хмыкнула: – Да ты и впрямь в этом хороша. Даже лучше меня, а я в некотором смысле специалист.

Крыска снова закатила глаза. – Я вас умоляю. Я научилась этому, когда мне было шесть. Если люди не подозревают о твоём существовании, они не станут ничего для тебя отпирать. Она широко распахнула дверь, и до их ушей тут же донеслись сердитые голоса и лязг оружия.

Крыска резво припустила по очередному туннелю. Тейо и Кайя изо всех сил старались не отставать.

Вскоре туннель вывел их в просторное подземное помещение, изрытые ямами руины огромного дворца. В головы Тейо и Кайи мгновенно полетело несколько топоров. Повинуясь инстинкту, Тейо сотворил треугольник, и топор срикошетил от него в сторону. Кайя стала бесплотной, и топор прошёл прямо сквозь неё, воткнувшись на добрых пару дюймов в стену за её спиной. Оба мироходца приготовились к новому нападению – и только потом сообразили, что никто на них не нападал. Им просто не повезло очутиться между двумя противниками-груулами: отцом Крыски, Ганом Шоктой, и исполинским циклопом.

– Это Борборигмос, – сказала Кайя. – К нему-то мы и пришли.

Их внезапное появление вынудило обоих бойцов прервать поединок. Они сражались перед гигантским костром, от жара которого Тейо вспотел ещё сильнее. И они были не одни. Ещё тридцать или сорок зрителей – воинов из Кланов Груул, как предположил Тейо – наблюдали за битвой. Теперь все они злобно уставились на Тейо и Кайю, хватая и поудобнее перехватывая своё оружие с явно недружелюбными намерениями.

Тейо огляделся в поисках Крыски, но нигде её не увидел.

Она может сделаться невидимой и для меня, или же она просто нас бросила?

Ни в то, ни в другое ему особо не верилось.

Борборигмос сощурил на Кайю свой единственный глаз, а затем разразился тирадой, состоящей из замысловатых рычащих звуков.

– Что он говорит? – нервным шёпотом спросил Тейо, больше всего мечтая о том, чтобы его шёпот не казался таким нервным.

– Я его не понимаю, – прошептала в ответ Кайя, тоже заметно нервничая. – Но я уверена, что он запомнил меня со времён первой попытки Раля объединить гильдии. Участие в том собрании стоило ему главенства среди Кланов.

Циклоп поднял свою четырёхфутовую палицу и, продолжая ворчать, стукнул рукоятью в свободную ладонь, словно желая подчеркнуть свою точку зрения. Но что именно он подчёркивал, так и оставалось неясным.

Ган Шокта нехотя перевёл: – Борборигмос едва сдерживается, чтобы не прикончить тебя на месте, призрачная убийца. Он считает, что ты и грозовой маг в ответе за его свержение.

– Я понимаю, – робко ответила Кайя, а затем уже увереннее добавила: – С другой стороны, мы с Тейо помогли спасти тебе жизнь. И, кроме того, мы дружим с твоей...

Не успела Кайя сказать про Крыску, как Ган Шокта сердито перебил её: – Не нужно напоминать мне о моей… маленькой оплошности. Да, я вам обязан. Я признаю это. Но не думайте, что ваш приход обрадовал меня хоть капельку сильнее, чем циклопа. Уж поверьте мне, вы выбрали очень неудачное время.

– Мы хотим находиться здесь ничуть не больше, чем вы хотите нас здесь видеть. Но у нас нет выбора, Ган Шокта. Нет выбора, Борборигмос. Нам нужно, чтобы груулы…

Внезапно её прервал женский голос, звучавший со смесью радости и тревоги: – Она здесь, Ган!

Ган Шокта обернулся: – Здесь? Где?

Вперёд, обняв Крыску за плечи, вышла женщина. Она была значительно выше и значительно крепче девочки, к тому же вооружена до зубов: с мечом и секирой, двумя длинными кинжалами и железной цепью, обмотанной вокруг её талии наподобие пояса. Тем не менее, у неё были такие же тёмные волосы и почти такая же улыбка. Сходство моментально бросалось в глаза. Без сомнения, это была мать Крыски, Ари Шокта. – Прямо здесь! – сказала она, обращаясь к супругу.

Все сидящие у костра разом повернулись к крупной женщине.

Ган Шокта прищурился и крикнул: – Отзовись, дочка!

– Я здесь, Отец, – сказала Крыска.

– Она прямо передо мной, Ган, – добавила его жена.

И тут Ган Шокта улыбнулся: – Я её вижу.

Борборигмос что-то проворчал, соглашаясь с ним.

Ещё несколько человек в толпе кивнули, хотя Тейо подозревал, что многие из них просто притворяются, будто бы видят девочку, желая произвести впечатление на своих вождей.

В неожиданно почтительном тоне Крыска обратилась к отцу и циклопу: – Великий Борборигмос. Легендарный Ган Шокта. Вы должны объединить Кланы и помочь другим гильдиям. Иначе всем нам придёт конец.

В ответ Ган Шокта прорычал, указывая на Борборигмоса: – Именно это я и пытался ему втолковать. Но упрямый осёл и слушать не желает.

Борборигмос наклонился и протянул к Крыске свою огромную лапищу. Она выскользнула из объятий матери прямо в его ладонь, которая сомкнулась вокруг неё, практически скрыв её из виду.

Тейо невольно сделал шаг вперёд, но Кайя положила руку ему на плечо и прошептала: – Она знает, что делает.

Циклоп поднял Крыску, и та о чём-то зашептала ему на ухо.

В ответ он яростно затряс головой.

Она поднесла ко рту сложенные лодочкой ладони и снова о чём-то зашептала. Затем она поцеловала его в щёку. Во имя Бури, подумал Тейо, неужели этот монстр и впрямь только что покраснел?

Глава XXXIX
Дак Фэйден

Дак невольно вздрогнул, когда двое его «соратников» присели на корточки по обе стороны от него. Один из них, серебряный голем Карн, казался устрашающим. Другой, демон Об Никсилис, вселял неподдельный ужас, причём сам он, похоже, был доволен производимым на Дака эффектом, если не сказать – упивался им. Усмехнувшись про себя, демон произнёс тихим шёпотом: – Ну что, ты готов, тля? Этот Мост устроен так, что переносит из мира в мир только неорганическую материю. Вечные могут пользоваться им благодаря лазотеповому покрытию. Но тебя защитит лишь твоя хрупкая Искра. Думаю, скорее всего ты вспыхнешь сразу же, как только переступишь границу портала. Ты выглядишь азартным, тля. Не желаешь ли сделать ставку на своё выживание?

– Ох, оставь его в покое, – прогудел Карн.

– Что? – притворно возмутился Никсилис, совсем не дружески похлопав Дака по спине своей когтистой лапой, которая по ощущениям состояла из горячей лавы. – Я не делаю тле ничего плохого. А ведь мог бы запросто его прихлопнуть. И что бы это изменило в масштабах Мультивселенной? Одной тлёй меньше – невелика потеря. Всё равно эта тля – если хорошенько подумать – вряд ли переживёт сегодняшний день.

Дак покосился на Карна, однако тот не клюнул на эту наживку.

Тогда Об Никсилис зевнул и сказал: – Но я не трону нашу маленькую тлю. Я успел привязаться к нему за последние три минуты, – хлоп, хлоп, хлоп, – От него так восхитительно пахнет страхом. И я всегда смогу прихлопнуть его позже, разжевать и проглотить его, если он станет слишком надоедливым. Конечно, в нём лишь кожа да кости, но если во время задания мне вдруг захочется заморить червячка..., – Об не стал заполнять эту угрожающую паузу.

Дак тяжело сглотнул и попытался собраться с духом.

Я могу это вытерпеть.

Перед ними стояла предельно чёткая задача: прошмыгнуть сквозь Межпланарный мост и вырубить его с другой стороны, из какого-то мира под названием Амонхет, в котором Дак прежде никогда не бывал. К счастью, его третья и последняя соратница – невероятно активная девушка по имени Самут – была уроженкой этого мира. Сейчас она находилась на противоположном краю крыши, готовая в любой момент взять разбег.

Откровенно говоря, присутствие трёх таких пугающе опасных подельников должно было внушать уверенность. В конце концов, Дак сам подписался на эту миссию, не в последнюю очередь заботясь о личной выгоде. Единственный путь из Равники, подальше от высасывающих Искры вечных, лежал сквозь этот портал, а значит, ему во что бы то ни стало нужно было пройти сквозь него. Его заверили, что Искра непременно защитит его во время перехода. То, что эти заверения сопровождались «возможно» от Белерена и «скорее всего» от Сахили Рай, пожалуй, несколько снизило их убедительность, но выживание на улицах Равники среди охотников, выпущенных Боласом, после ужасной гибели Рейда казалось ему не менее рискованным и гораздо менее привлекательным занятием. С другой стороны, Дак никому и не обещал, что после завершения миссии вернётся в Равнику, чтобы продолжить битву. В конце концов, если он поможет закрыть портал, – тем самым помешав вечным и дальше наводнять Равнику, – он с лихвой отдаст все долги своему приёмному миру. Всё-таки он чувствовал капельку ответственности перед Равникой. Он даже обзавёлся здесь друзьями. Марик и Леона были хорошими людьми, и Дак успел привязаться к дочери Леоны, Келле. Не все жители Равники походили на Й'дашу. Но если он успешно провернёт это небольшое дельце, ему будет вовсе не совестно спихнуть оставшуюся часть работы на тех, кто был действительно способен на подвиги. Дак был вором, а не каким-то там чёртовым героем.

Не осмелившись подойти к порталу ближе, чтобы не выдать себя раньше времени, «Квартет Межпланарного моста» притаился на крыше неподалёку. После этого демон хлопнул Дака крылом по плечу и сказал: – Твой выход, тля.

Дак сосредоточился. Проникновение в разум вечного – а тем более сразу нескольких вечных – выбивало из колеи сильнее, чем всё, что ему доводилось пробовать раньше. Их мыслительный процесс казался таким далёким, таким… омертвевшим, что волосы на его руках встали дыбом.

Но само заклинание было довольно простым. Сконцентрировавшись на снопе вечных в тридцати ярдах перед порталом, Дак заставив их думать, что они окружены мироходцами, которые только и ждут, чтобы кто-нибудь похитил их Искры. Как и предполагалось, вечные набросились друг на друга. Размахивая оружием. Хватая и пытаясь высосать. Вскоре у Моста образовалась куча-мала.

И чем больше вечных выходило из портала, тем больше становилась куча.

Карн подал знак Самут, которая промелькнула мимо них с невероятной скоростью. Она в буквальном смысле сбежала вниз по отвесной стене здания и устремилась в толпу.

Карн просто спрыгнул с крыши, устроив внизу небольшое землетрясение.

Об Никсилис встал в полный рост. Даку не нравился демон, но он посчитал своим долгом сказать: – Запомни, они не должны коснуться тебя, иначе ты лишишься Искры.

– Я не позволю никому и ничему снова забрать мою Искру, – прорычал Никсилис.

Снова? удивился Дак. Искры можно лишиться несколько раз? Готов поспорить, Рейд был бы рад об этом узнать.

Об Никсилис подхватил Дака под руки, и, расправив крылья, полетел с ним к порталу.

Боги правые, мои подмышки будто полыхают!

Об снова усмехнулся: – Наслаждаешься полётом, тля? Смотри, как бы он не стал для тебя последним.

Дак постарался не обращать на него внимания. Он посмотрел вниз. Большинство вечных самозабвенно сражались друг с другом. Карн и Самут быстро разделывались с теми, кто пытался встать у них на пути, расчищая себе дорогу к Мосту.

Но Никсилис, похоже, вовсе не собирался их ждать. Он пронёсся прямо над ними, и, не сбавляя скорости, влетел с Даком в портал, ведущий в Амонхет.

Как только они пересекли границу, Дак Фэйден взвыл от нестерпимой боли…