355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Гэвин Лайл » С мертвых не спросишь » Текст книги (страница 6)
С мертвых не спросишь
  • Текст добавлен: 10 сентября 2016, 02:56

Текст книги "С мертвых не спросишь"


Автор книги: Гэвин Лайл



сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 20 страниц)

– Особенно активно Мартин работал с норвежскими судоходными компаниями. Он сделал наш отдел лидером по Норвегии.

– Лидером?

– Вы знаете, что это означает? Лидер традиционно первым устанавливает страховые ставки. Какой-то страховщик видит, как вокруг готового к спуску норвежского судна вьются брокеры. Тогда он выясняет, имеет ли к этому отношение Фенвик. Если имеет, значит ставка установлена верно, понимаете? Есть отделы – лидеры в страховании танкеров, морских буровых установок или буксировок... И большинство предпочитает следовать за лидером, понятно?

Я кивнул.

– Похоже, вы сами неплохо разбираетесь в судоходстве.

– Это был наш семейный бизнес. Нас вытеснили из него в пятидесятых, и теперь вместо того, чтобы плавать на своих собственных судах, приходится возиться с бумажками.

Вилли улыбнулся, я тоже. Возможно, его вежливая, но отсутствующая мина – не притворство, а средство что-то скрыть? Но что? Может быть, прекрасное самообладание?

– Ну и как при Фенвике шли у вас дела?

– Вы задаете множество вопросов, вам не кажется? – Несмотря на такие слова, Вилли оставался весьма любезным.

– Наверное, все дело в чувстве вины. Хочу побольше узнать о Фенвике после того, что случилось... – я подсунул ему своеобразную приманку.

– Не нужно быть к себе таким суровым, приятель. – Он понизил голос. – Вы сделали все, что могли...

– И все равно мне нет покоя.

– Ну, это не секрет – при нем у нас все было в порядке. В тяжелые годы – знаете, некоторые отделы вообще тогда терпели крах – Мартину удалось нас удержать на плаву, и мы уже готовились к новому подъему, когда... ну, сами знаете.

– А как же сам Фенвик сумел пережить все эти годы – с его-то доходами?

Глаза Вилли вновь стали холодными и отсутствующими, хотя по лицу скользнула легкая улыбка.

– Представления не имею, дружище. Мне, например, пришлось продать несколько охотничьих собак. А вы охотитесь?

Глупейший вопрос, но в то же время вежливый намек, что следует сменить тему разговора.

– Да, но только на кошачьих блох.

– Не очень понимаю...

– Этому азартному виду спорта я научился на Кипре. Ловите светлую кошку с короткой шерстью – лучше всего белую или рыжую – берете пинцет для бровей, выслеживаете их в подшерстке и – щелк!

– Звучит азартно. Но в охоте всегда должен присутствовать какой-то риск.

Я пожал плечами.

– Всегда можно попробовать проделать это с дикой кошкой.

По его лицу снова скользнула неопределенная улыбка, а взгляд устремился куда-то в пустоту.

– Да, конечно, – пробурчал он и замолчал.

К этому времени кое-кто уже уехал, но оставшиеся явно не торопились расходиться. Проходя мимо, Дэвид подмигнул и зашагал вверх по лестнице. Я последовал за ним.

Комната у него была большая – хотя не думаю, что в доме были маленькие комнаты, разве что для прислуги. Там еще сохранились трогательные свидетельства его детских игр и забав. На широком подоконнике сидел старых потрепанный плюшевый медведь, в углу пылилась замечательная электрическая железная дорога, а на стене висела побитая модель "спитфайра". И книги – их было не меньше, чем блох на кипрских кошках.

Я взял в руки толстую книгу, лежавшую на тумбочке возле кровати – "Августовские пушки" Барбары Такман[1]1
  Популярное исследование по истории Первой мировой войны – прим. пер.


[Закрыть]
.

– Прочитал?

– Пока только один раз, сэр. А вы?

– Отличная книга. Хотя, мне кажется, автор переоценивает первоначальный план Шлиффена.

Дэвид наморщил лоб.

– Я думал, все провалилось лишь из-за того, что фон Клюк вышел к востоку, а не к западу от Парижа и оголил фланг своей армии.

– Может быть. Но никто не задает вопроса, что бы произошло, если строго следуя плану, фон Клюк пошел бы на запад. Тогда он потерял бы связь со Второй армией, растянул и ослабил свою, и все равно ему пришлось бы целый месяц непрерывно двигаться маршем. В обоих случаях его армия оказывалась измотанной до предела – вот в чем недостаток плана Шлиффена.

– Пожалуй. – Дэвид улыбнулся. – Можно мне вас процитировать в моей работе, сэр, как мнение бывшего майора разведки?

– Ну, если тебе так хочется... А теперь хочешь послушать, как идут дела?

– Мне бы хотелось знать, почему на вас напали.

– Они охотились за тем, что подменили книжкой "Медвежонок Берти". В моей квартире им попался дубликат, после укола психотропного препарата я наболтал Бог весть чего про эту книжку и, разумеется, их очень удивил. Теперь мы знаем, что "Медвежонком Берти" подменили что-то другое, такой же формы и размера.

– В квартире отца этого тоже не оказалось?

– Нет. Причем ее уже обыскивали до меня.

Глаза Дэвида полезли на лоб.

– Поскольку на меня напали уже после этого, можно сделать вывод, что в квартире они тоже ничего не нашли. В страховом отделе этой вещи также нет, иначе Макби давно бы ею завладел. Он, кстати, знает, что это за штука.

Дэвид задумался.

– Возможно, это находится здесь, в доме.

– Ты мог бы поискать в вещах отца?

Поколебавшись, он кивнул и сунул руку во внутренний карман пиджака.

– Не знаю, хорошо ли это, но вот письмо, которое мама выбросила в корзину.

Думаю, в закрытых частных школах не учат копаться в мусорных корзинах родителей, однако, разворачивая скомканный листок, я торопливо подтвердил:

– Да-да, ты сделал правильно.

А прочитав, что там написано, смог оценить, насколько прав был Дэвид.

Письмо на официальном почтовом бланке судового эксперта Йонаса Стэна было отправлено из Бергена в Норвегии. Оно было написано довольно корявым почерком человеком, который явно привык диктовать машинистке.

В письме говорилось:

"Уважаемая миссис Фенвик!

Позвольте сообщить о глубочайшем сожалении по поводу ужасной гибели Вашего супруга, которого я хорошо знал. Это должно было явиться для Вас тяжелейшим ударом.

В столь трудный час я вынужден побеспокоить Вас по поводу одной книги, которую, как я предполагаю, Ваш муж вез во Францию. Если ее не взял мистер Корд, который был там с Вашим супругом, не можете ли Вы сказать, где эта книга находится сейчас?

С прискорбием и искренним сочувствием – Йонас Стэн"

Я дважды прочитал письмо.

– Значит, книга. Он называет ее просто "книгой", хотя при этом откровенно лукавит, верно? Эта хитрость вряд ли поможет твоей маме в поисках. Не знаешь, она ответила на письмо?

Дэвид огорченно покачал головой.

– Я же не могу ее спросить.

– Да-да, конечно, разумеется. Ладно, теперь по крайней мере можно поговорить с этим Стэном.

– Не знаю, стоит ли вам продолжать этим заниматься, сэр. Я не думал, что в результате... что вас так изобьют.

– Я и сам не думал. Но теперь, когда все считают, что книга у меня, нельзя же выйти из игры.

– Вы можете сказать правду, что это обычная детская книжка с картинками.

– Да? Ты полагаешь, мне поверят?

– Понимаю, сэр. Пожалуй, не поверят.

– Пока они считают, что эта вещь находится у меня, меня не оставят в покое – зато не станут искать ее в других местах. Ведь Макби выдал себя именно из-за нее.

– Вы думаете, мистер Макби послал бандитов вас избить?

– Очень сомневаюсь. Больше похоже на тех, кто стрелял в Аррасе.

Дэвид побледнел, заморгал и отвернулся.

Я сказал:

– Ладно, позвоню я Стэну, потом посмотрим. Как ты считаешь, стоит посвятить в наши дела Вилли Уинслоу – рассказать о том, что ты меня нанял и все такое?

Он вдруг принялся возиться с игрушечной железной дорогой, соединил рельсы, поставил несколько вагончиков.

– А для чего, сэр?

– Нам нужен кто-то, чтобы поднажать на Макби. Уинслоу работает в его отделе и, похоже, достаточно дружелюбно настроен...

Дэвид все еще не оборачивался и явно не собирался этого делать, пока не удастся незаметно вытереть слезы.

– Хорошо, сэр. Вы сами с ним поговорите, или лучше мне?

– Лучше тебе. Напросись прокатиться на этом его здоровенном "панцеркрафтвагене"[2]2
  Бронетранспортере – нем. – прим. пер.


[Закрыть]
. А потом попроси позвонить мне.

Наконец Дэвид украдкой провел рукавом по глазам, подошел к модели истребителя и принялся ее внимательно осматривать.

– В отцовской квартире что-то удалось найти?

Нашел я там кучу предметов, не вписывавшихся ни в одну из версий.

– Ничего особенного. Только получил общее представление об стиле жизни твоего отца... Кстати, до сегодняшнего дня я не подозревал, что мама у тебя американка. Родственников по ее линии ты знаешь?

– С некоторыми встречался. Все довольно состоятельные люди. Мама к ним ездит каждый год... А вот отец не очень с ними ладил. И не хотел, чтобы я ездил с ней. Последний раз я погостил у них, когда мне было девять лет.

Итак, мама каждый год летает через океан, что должно обходиться в половину ее годового дохода – если только билет не присылают оттуда. Что стоит богатым родственникам купить билет? И почему бы не присылать не только авиабилеты? Ну, скажем, Тернера на стену. Или купить сам дом и давать деньги на его содержание?

Как бы отнесся к этому человек вроде Фенвика?

Я протянул ключ.

– Возьми, пожалуйста. Рано или поздно его у тебя спросят.

Дэвид повернулся, я увидел перед собой заплаканного маленького мальчика, и добавил как можно мягче:

– Я видел, как в бою плачут самые храбрые солдаты. Ну ладно, я буду держать тебя в курсе.

Внизу людей оставалась совсем немного, и похоже, они тоже допивали и собирались прощаться. Миссис Фенвик встретила Дэвида укоризненной улыбкой.

– Ты совсем утомил мистера Корда, милый. Сбегай посмотри, не хочет кто-нибудь еще выпить.

– Хорошо, мама, – послушно кивнул Дэвид и убежал. Рядом с ней казался еще моложе. Впрочем, так, наверно, бывает всегда.

Миссис Фенвик грациозно опустилась на длинный мягкий диван и похлопала рукой рядом.

– Не хотите мне рассказать, что в тот день произошло?

Я оказался перед выбором – рассказывать о том, что тогда случилось, или нет. И предпочел рассказать – во всяком случае, большую часть. Не упомянул о книжке "Медвежонок Берти" и опустил тяжелые подробности смерти Фенвика, однако она отлично уловила суть.

Миссис Фенвик потягивал джин с тоником, внимательно слушала мой рассказ и время от времени кивала. Когда я умолк, она сказала:

– Ну, я уверена, вы сделали все, что было в ваших силах.

Услышать это было приятно, но довольно неожиданно.

– Он явно ничего подобного не ожидал, – заметил я.

– Наверняка не ожидал, – согласилась она и ободряюще улыбнулась. Улыбка была очень милая и естественная, как у маленькой девочки. Казалось, с той же непринужденностью она могла бы и расхохотаться – к зависти большинства женщин, ведущих себя в жизни так, словно они на сцене или в доме начался пожар.

– Вы никого не подозреваете? – спросил я.

На этот раз ее улыбка была печальной.

– Боюсь, что нет. Он не рассказывал мне о своей работе. Если это имеет отношение к его страховому отделу, Вилли может быть в курсе. И обязательно должен знать мистер Макби.

– Знать-то он знает, но его рассказ можно уместить на острие иглы – и еще останется место.

– Вам не слишком нравится мистер Макби, верно? – по ее лицу скользнула лукавая улыбка.

– Ну разве что на первый взгляд – впрочем, и на второй тоже.

Миссис Фенвик кивнула.

– Порой мне кажется, что лучше бы он вообще не появлялся в их отделе. Хотя, конечно, он принес с собой кучу денег...

Таким поворот беседы следовало непременно воспользоваться. Я хмыкнул и как можно безразличнее спросил:

– Скажите, у вас возможны некоторые...финансовые проблемы?

На миг ее лицо непроницаемо застыло, как в тот раз, когда она узнала, кто я. Потом его снова озарила улыбка.

– Думаю, я найду выход. На обучения Дэвида пойдет страховка. Возможно, я сохраню этот дом, хотя не слишком разумно тратить деньги на содержание такого большого поместья... Естественно, ко мне вернется пай Мартина в компании Ллойда.

Тут до меня дошел смысл ее слов.

– Вы сказали "вернется"?

Улыбка стала печальной.

– Да, потому что это мои деньги. В наше время надо рождаться уже с деньгами, у Мартина так не вышло.

Я спросил так осторожно, словно вытаскивал занозу из львиной лапы:

– Значит, вы помогли мужу завоевать положение у Ллойда?

– Когда мы поженились, он был там брокером, но мечтал стать страховщиком. Для этого был нужен капитал. Естественно, ему пришлось воспользоваться моими деньгами.

Неплохо бы узнать, какой смысл она вкладывала в слово "естественно", но не стоило так далеко заходить в этих колючих вопросах.

– Давно вы живете в Англии, миссис Фенвик?

– Шестнадцать лет. Вы пытаетесь выяснить, что произошло с Мартином?

– Что-то вроде того. Вы не знаете, зачем он поехал во Францию? И что повез с собой?

Она какой-то миг смотрела на меня, потом покачала головой.

– Нет, боюсь, я ничего не знаю.

Я кивнул, приняв ее ложь к сведению. Она прекрасно сыграла; не знай я правды, ни за что бы не усомнился.

– Не слишком я вам помогла, верно? – участливо спросила она.

– Кто знает...

– Вы не думали, что его могли, допустим, шантажировать?

Я помолчал, глядя, как она спокойно потягивает джин и мило улыбается. Потом протянул:

– Нет, об этом я всерьез не думал. Да и с чего бы?

– Уж слишком все похоже на шантаж. Он едет на тайную встречу, везет какую-то вещь, чтобы передать незнакомым людям... Ведь так все было, правда?

– Шантажисты не убивают своих жертв. Это все равно, что убить курицу, несущую золотые яйца.

– Вы правы, – и она вздохнула, сожалея о такой хорошей версии.

– Если это шантаж, чем его могли шантажировать?

– Откуда я знаю? Чем может заниматься мужчина, державший отдельную квартиру в Лондоне?

– Не знаю, – осторожно сказал я.

– Вам приходилось видеть мисс Маквуд?

Думаю, сильней эффекта она могла добиться только если бы написала все это на доске, а потом треснула меня этой доской по голове. И то вряд ли.

Я кивнул.

– Хорошенькая, верно? – продолжала она.

Я опять кивнул.

– Закурить найдется?

– Прошу прощения, не курю.

– И правильно делаете. – Один легким плавным движением она встала с дивана. – Если хотите, Вилли отвезет вас в деревню.

По команде "Разойдись!" следует сделать поворот направо и отдать честь, после чего можно в организованном порядке отправляться в казарму.

– Очень любезно с вашей стороны, – ответил я.

14

Днем мне поесть не удалось, поскольку в пабах к этому времени ничего съедобного не остается, поэтому пришлось довольствоваться бутербродами, что удалось перехватить в поместье. Первые полчаса я ехал быстро – не из-за выпитого виски, а потому что стоило сбросить скорость и начать размышлять, я окончательно запутывался.

Возле Севеноукс машин стало больше, пришлось притормозить и я почувствовал: пришло время вспомнить того Фенвика, которого я знал. Точнее, не знал, а только встретил.

Я сел в его машину в подземном тоннеле у вокзала Юстон. В этом тоннеле с односторонним движением легко заметить машину, из которой за вами следят – она нигде не останавливается и никого не пропускает вперед, Но такой машины я не заметил.

Фенвику на вид было около пятидесяти. Аккуратный клетчатый костюм для прогулок, довольно коротко подстриженные седеющие волосы и небольшие бакенбарды – единственная уступка моде. Опрятный и подтянутый, с виду важная фигура в Сити. Любезен и в общении приятен. Вот и все.

Пока мы ехали на юг, он коротко изложил мою задачу: присутствовать во время его встречи с какими-то людьми в Аррасе на случай возможных осложнений. Нужно бы расспросить его подробнее, и пару раз я заводил было разговор... но он уклонялся от темы. Или следовало спросить его прямо?

По дороге мы говорили о погоде, о регби, Общем рынке и автомобилях, не особенно вдаваясь в суть дела – обыкновенная мужская болтовня.

Он сообщил, что женат, а я – что развелся, и больше семейной темы мы не касались. Вид у него был несколько озабоченный, но так обычно и выглядят люди, прибегающие к услугам телохранителя.

Мы воспользовались паромом Фолкстон – Булонь, а не Дувр – Кале, чтобы избежать потока туристов, причем на паром поднялись каждый сам по себе. Когда я убедился в отсутствии слежки, мы встретились с ним в баре на борту, он взял минеральную воду, я – содовую. Что еще?

До Арраса добрались спокойно, по дороге оба думали о предстоящей встрече. Впрочем, где-то на полпути он спросил:

– У вас есть при себе оружие?

– Да, – ответил я.

– Какого типа?

– Интересуетесь пистолетами?

– Не слишком, хотя немало пришлось иметь с ними дело в армии – в сорок пятом довелось быть в контрольной комиссии. В то время без оружия никуда...

– У меня "вальтер", приспособленный под укороченный девятимиллиметровый патрон.

– Это старый патрон 38 калибра? Сейчас такие пистолеты, наверное, встретишь не часто?

– Нет, почему, такими пистолетами вооружены многие подразделения полиции. Небольшой, стреляет громко, к тому же пуля не летит Бог весть куда. Главная задача – напугать нападавших, заставить их промахнуться. Обычно тщательно прицелиться не удается – я же не снайпер, что готовится к убийству.

Я тщательно подбирал последние слова – еще одна попытка прощупать обстановку. Но он лишь рассмеялся.

– На этот раз ничего подобного не предвидится.

Теперь я знаю больше, чем он тогда. И только. Я до известной степени согласен, что в тот раз ничего подобного не ожидалось. Фенвик не тот человек, чтобы подставлять себя под пулю – уж я-то в людях разбираюсь. Большинство клиентов, нуждающихся в охране, просто не могут перечислить всех, кому не терпится всадить в них пулю. Вот почему я всегда стараюсь получить с них деньги вперед. Но Фенвик был не из таких. С такими, как он, такого просто не бывает. Ну, кроме исключений...

Вернувшись домой, я разогрел остатки утреннего кофе, перемыл скопившуюся в раковине грязную посуду и плюхнулся перед телевизором. Когда на экране появилась таблица футбольного чемпионата, я телевизор выключил, решив позвонить Йонасу Стэну в Берген.

Чтобы разыскать абсолютно незнакомого человека по неизвестному вам номеру в другой стране понадобится немало времени и сил, но главный секрет заключается в том, чтобы заранее поставить поближе к телефону стаканчик виски с содовой. Тогда вам не придется все время бегать на кухню, и в ближайшую пару часов вы сэкономите уйму времени.

Наконец меня соединили. Слышимость была неважной, но все же стало ясно, что на чистейшем английском со мной беседует совсем еще не старый человек.

– Я – Джеймс Корд. Вы знали Мартина Фенвика, верно?

– Да-а, – довольно неохотно подтвердил он.

– Я был с ним, когда его застрелили.

– Так почему же вы не помешали? – резко заметил он.

– Поверьте, это было не в моих силах. Вы писали миссис Фенвик о книге?

– А почему вы спрашиваете?

– Возможно, я смогу вам помочь. Какую книгу вы имели в виду?

– Я никаких книг ему не посылал.

Я задумался. Похоже, он врал, хотя по телефону на расстоянии четырехсот миль нелегко в этом убедиться. Да и пошли он книгу, разве в этом дело?

– Хорошо, тогда как она к нему попала?

– Не знаю. И не хочу с вами больше разговаривать.

– Постойте, не вешайте трубку. Возможно, книга у меня. О ней вы спрашивали миссис Фенвик?

Похоже, Стэн напуган, но почему? Можно на него поднажать или придется упрашивать? Такие вещи не мешает знать заранее.

– Кому эта книга принадлежит? – не отставал я.

– Владельцам, разумеется.

Да, очень ценная информация.

– И вы хотите получить ее обратно?

– Нет. Я больше ни о чем говорить не стану.

И он действительно повесил трубку. Я продолжал сидеть, слушая короткие гудки, потом не выдержал.

– Черт бы тебя побрал! Не думай, что ты от меня избавился. Я тебя с морского дня достану – если, конечно, это не слишком дорого обойдется.

Едва я положил трубку, как телефон снова зазвонил. У меня мелькнула безумная мысль, что это звонит Стэн, чтобы извиниться и все рассказать, но разумеется, я ошибался.

– Привет, это Вилли Уинслоу. Я все звоню, звоню и никак не могу дозвониться.

– Бывает.

– После вашего отъезда я поговорил с Дэвидом и теперь понимаю, почему вы задавали все эти вопросы. Я должен извиниться...

– Ничего, все в порядке, я знал, что выгляжу излишне любопытным. Ну, вы готовы встать на нашу сторону?

– Готов ли я...Ну да, конечно. По-моему, вы заняты очень нужным делом. Чем я могу помочь?

– Ну, если вы хотите помочь, профинансируйте поездку Берген. Дэвид говорил вам о Йонасе Стэне?

– Да, упоминал. – Вилли, конечно, не одобрил бы копание в маминой корзине для бумаг – офицеры почти никогда так не поступают.

– Я только что звонил Стэну. Он изворачивается, как уж, но вроде здорово напуган.

Тут я несколько преувеличил.

– По телефону он ни о чем говорить не стал, хочу поехать туда и надавить как следует.

– Да, конечно. – Тут он вдруг спохватился. – Послушайте, вы там ничего не натворите? Ведь будет очень неловко, если вы угодите там в тюрьму?

– Ничего, я постараюсь себя сдерживать. Кстати, вы о нем раньше ничего не слышали? Он ведь судовой эксперт – не знаю, правда, что это такое.

– Дэвид мне что-то говорил, но я его не знаю. Вообще-то судовые эксперты занимаются оценкой судов – определяют, какой нужен ремонт или какой нанесен ущерб. Это важно при страховании.

– Вот, видимо, откуда его знал Фенвик.

– Возможно. А что за история с книгой или чем-то похожим?

– Я собирался вас спросить. Похоже, Стэн послал Фенвику какую-то книгу, тот взял ее с собой в Аррас. Возможно, из-за этой книги его и убили. Нет никаких идей, что могла быть за книга?

Напряженную паузу заполняли только хмыканье и сопение Вилли, ломавшего голову, как следует ответить. Ему могло помочь не помню чье высказывание, что глупым можно счесть только незаданный вопрос.

Наконец он сообразил:

– Понятия не имею, но полагаю, именно это вы узнаете у Стэна.

– И это тоже. Кстати, вы не проверите, по документам вашего отдела Йонас Стэн не проходил?

– Хорошо, я это сделаю в понедельник.

– И можно бы попробовать порасспросить Макби. Он знает куда больше нас с вами.

Это задание было посложнее, и Вилли снова засопел.

– Конечно, но... Он всегда смотрит на тебя, как на идиота, и объясняет так, что уже вовсе ничего не понимаешь.

– Но мне он просто ничего не скажет, и вряд ли можно поручить расспросы Дэвиду.

Я съязвил намеренно – сейчас нужны были результаты.

– Нет, конечно. Ладно, посмотрю, что можно будет сделать.

Да, вдохновить Вилли на решительные действия – нелегкая задача. Я вздохнул.

– Я буду держать вас в курсе. Не знаете, как часты в это время года рейсы на Берген?

Вилли принялся рассказывать про самолеты, а я ему – почему те мне не нравится. Таможенный досмотр, возможность обнаружить пистолет, – тем более только на прошлой неделе какой-то идиот угнал самолет скандинавской компании и в аэропортах установили строжайшие меры безопасности. Все мои доводы вряд ли до него дошли, зато он вспомнил, что компания "Берген лайн" выполняет рейс из Ньюкасла ежедневно, включая даже понедельник.

– Вы знаете Норвегию? – спросил Вилли.

– Никогда не был.

Действительно, это единственная страна НАТО, где мне не довелось побывать за время службы в армии.

– Рекомендую отель "Норге", там отличные завтраки.

Под конец он мне дал свой телефон в графстве Беркшир и заверил, что, если его не будет дома, любые сообщения можно передать через его мать. Хотя он ничего не говорил, я заранее решил, что Вилли не женат. На этом мы и порешили.

Я смешал последнюю порцию виски с годовой на сон грядущий и принялся ломать голову, что бы съесть на ужин. Когда я выглянул в окно, верный "моррис" стоял на привычном месте, чуть поблескивая темно-зелеными боками в свете фонарей. Интересно, как он переносит морские путешествия?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю