Текст книги "Наследие Белых (СИ)"
Автор книги: Герда Куинн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 9 страниц)
Глава 6
Валлиот, Главный Военный Советник Короля Белых Шеннара, трясся мелкой дрожью. Он бы и потел, если б мог... Будь он человеком, так исходил бы жидкостями, пропитавшись насквозь... Подождать бы до завтра, не нарушать Королевский отдых, да только новость была такой, что требовала безотлагательного визита. И поэтому, дрожа и вздыхая, чувствуя уже стальную удавку на шее, Валлиот стоял навытяжку в Круглом Зале, ожидая Короля.
Шеннар Интикийский вошёл неспешно, раскрасневшийся и довольный. Взбесившая его накануне Королева Экрисса сдавлена контурами, придворный маг поручился головой за их надёжность. Пусть посидит, подумает... И поймёт, наконец, что здесь ей не Лоннлейн, а он, Шеннар – не её вонючий муженёк, подкаблучник и мямля. Сначала Король Белых взбесился из – за смерти ребёнка, но теперь... Кончина этого высранка не так уже его заботила.
" Даже и лучше, что потомок Покорителя сдох... " – думал Шеннар – " Ничего хорошего из него всё равно бы не выросло... Гнилое семя Лоннлейна, гнилая ветвь! А вот Холлетский потомок... "
Король Белых плавал в радужных волнах мечтаний о союзе Интикии и Холлета, о потомстве, несущем власть, силу и мощь. И об утерянной магии Беулльской Расы, сгустившейся сейчас в одной Самке. Последней из Рода. Это всё должно принадлежать ЕМУ. Присоединение Холлета к Интикии, потом и Ланерона, Сианора и, наконец, ослабленного войной Лоннлейна.
– Что ж, дорогой Валлиот... – промурлыкал Шеннар, сворачиваясь в кресле, как сытый хозяйский кот, только что стащивший со стола жирную котлету – Зачем ты хотел видеть меня?
– Лоннлейн, заручившись поддержкой Ланерона, объявил нам войну, сир! Сианор принял их сторону. Лоннлейнская Армия пересекла нейтральную полосу, следуя через Южный Край. Ланеронцы движутся с Севера. Запад... Запад молчит. ПОКА!
– Шшшшто?! – взревел Белый, моментально обрастая чешуёй – Шшшто он хочет?! Его Армия разбита, у него нет сил драться...
– Видимо, есть... – прошептал Советник – Не скажу, что Бронзовые движутся быстро, но большую половину Пограничной Армии они уже...
Шеннар шарахнул кулаком в стол:
– Всеобщая мобилизация.
– Уже объявлена, Сир.
" Хрен Лоннлейнский. Неймется... " – подумал Шеннар – " И было бы из – за чего! Готов оторвать себе башку только лишь... "
– Иди. – велел он Советнику – Иди и сделай так, чтобы они повернули назад. Или полегли все! Башку Покорителя – на пику! Шкурой его выстелю плиты возле замка!
...Эйрин почувствовала недоброе, когда в очередной раз увидела в дверях замка разъяренного Шеннара.
– Одевайся. – велел он – Мы уезжаем. И не вздумай сопротивляться или выпускать когти. Навредишь только себе.
– Ммм... То есть? – Королева прищурилась – Как я поняла, ты мне угрожаешь? В таком случае, я никуда не еду. Попроси ты меня об этом вежливо, тогда, может быть...
Она откровенно издевалась. Щурилась, ломала губы усмешкой, фыркала... Белому приходилось прикладывать титанические усилия, чтобы вот сейчас не наброситься на наглую суку и не свернуть ей шею.
– Вы идиот, Сир Интикийский. Идиот! Недальновидный глупец! Знаете... Я, похоже, начинаю понимать причину Вашего неуспеха у женщин... В Вас нет шарма, такта и галантности. У Вас отсутствует чувство меры... Вы...
– Нашла время философствовать! – рявкнул наг – Когда надо уносить ноги...
Осекся, поняв что сказал лишнее... Хотя... Она, скорее всего, знает о начавшейся войне.
– Слушай, ты... – зашипел он, словно сало на раскалённой сковороде – Или ты сссоберешься сама или я помогу тебе... А ещё лучше, тебе помогут сссстражники... Недолго ведь пустить тебя по кругу, дорогая Королева Экриссса? Или ты думаешь, для меня много значит наше родство? Не скрою, ты не очень в моём вкусе, но что не сделаешь ради продления рода?
Эйрин отшатнулась. Её замутило от его слов... ТАК не мутило даже от беременности... Даже от боли.
– Вы... – выдохнула она – Какая мерзость...
Пользуясь её слабостью и замешательством, Шеннар прижал девушку к перилам лестницы:
– Мерзость? – он посмотрел ей в глаза – Да неужели? А знаешь, что наши предки ИМЕННО ТАК и поступали, когда не хватало самок?
Он больно сжал её груди и тут же согнулся от невыносимой боли:
– Сссука!
– Да! – выкрикнула Эйрин – Так и есть! Сука! Дрянь! Истеричка! А ты... Смрадная мерзость!
Она вытерла полой его сюртука окровавленное лезвие кинжала:
– Ничего, заживет. Рана неглубока, не сдохнешь.
Король Белых зажал ладонью левый бок.
– И впредь... – сказала Эйрин – Если повторится нечто подобное, я разорву Вам глотку. Я поеду с Вами. Но! Только на моих условиях. Вам ясно, Сир Интикийский?
Он не ответил. Отнял руку, приподнял край рубашки. Рана – округлая, неглубокая, уже начала затягиваться.
– Иди, собирайся... Королева Экрисса, мать твою... Своевольная сильно! Не воспитал тебя мудоклюй этот! Ничего, Холлетская Династия окоротит... Брэднар шутить не любит.
Королева, смерив Белого презрительным взглядом, удалилась к себе.
...Дорога до Холлетского Королевства заняла ровно сутки. Всю дорогу Шеннар и Эйрин молчали, не перекинувшись даже парой фраз, одаривая друг друга взглядами, наполненными такой осязаемой злостью, что страшно было за судьбу слуг, лошадей и экипажей. Казалось, ярость эта сейчас вырвется на свободу и спалит к тьманникам всё... Включая и окрестности.
Королева потребовала себе отдельный экипаж.
В этом ей было отказано.
– Хорошо. – сказала она – Но тогда...
Сев напротив Белого и прикрыв ноги пледом, показала кинжал.
– Понял, белая срань? Только тронь...
Тот фыркнул:
– Ну и воспитание... Набралась от Лавилля, да от муженька своего простонародных штучек...
Эйрин кивнула:
– Так и есть, Сир Белая Погань! Простонародных штучек. И казарменного юмора.
... Так и молчали всю дорогу до самого Холлета.
Лишь только увидев в окно кареты высокие строения в аскетичном стиле, идеально подстриженные кусты и деревья, расступающихся людей на вылизанных до стерильности улицах, девушка фыркнула, закатив глаза:
– Холлетская Династия боится заразы? Что, слишком слабая плоть? Или просто склонность намывать руки после каждого плевка?
Тут Шеннар склонился к ней и, смотря дочери прямо в пожелтевшие глаза, прошипел:
– Да нет, Эйрин... НЕ СЛАБАЯ! Напротив. Слишком... Впрочем, сама увидишь!
Он откинулся назад, мерзко улыбаясь. В тот же миг карета, щёлкнув колёсами по камням, остановилась напротив парадного входа в замок Холлетского Короля.
– Не вырвешься, птичка! – хохотнул Шеннар – Вот отсюда уж точно нет выхода.
Глава 7
Лакей, открыв дверцу кареты, помог величественным особам спуститься, преклонив при этом голову. Первым выбрался Шеннар, брезгливо поморщившись и оглядевшись по сторонам, все же оперся о предложенную руку слуги, при этом даже не поблагодарив того.
Вышел, выплюнув на ходу обидные для Эйрин, слова:
– Ей можешь не оказывать почестей. Она еще пока здесь никто. Даже не дворянка, а простолюдинка, такая же убогая и мерзкая тварь, как и ты.
Потянулся, но не так грациозно, как хотел. А словно старая заезженная кляча, которая разминает затекшую и горбатую спину.
Эйрин пришлось быстро прикрыть рот рукой, чтобы Шеннар не услышал смеха. Ее смеха, который так его бесил.
Лакей ничего не ответил, лишь еще ниже склонил в поклоне голову так, чтобы этот напыщенный Король – самодур, не увидел яростно блестящих глаз. Помог спуститься Королеве, залюбовавшись ее красотой. Девушка немного покраснела от такого взгляда, поблагодарив юношу, тактично отвернулась, пряча предательский румянец.
Этот невинный взгляд мальчишки, приятно удивил ее, напомнив мотылька.
Лакей смотрел ей вслед, покрывая матом всю Интикию. Ибо знал, какой жестокий тот правитель и как он обходится с людьми. Слуга искренне пожалел прекрасную незнакомку, покорившую за считанные минуты его еще почти детское сердце. В Холлетском государстве люди имели хоть какие – то права. Юноша сжимал и разжимал кулаки, которые так и чесались взять кнут, любимое оружие этого Сукиного Сына и отдубасить его до полусмерти, до визга, как он дубасит своих рабов: без пощады и сожаления. Дубасить, хлестать до крови, разрывая сухожилия.
– Погоди, ИНТИКТИЙСКАЯ СВИНЬЯ! Придет и твой черед ползать на коленях. Ты сдохнешь в сливной яме. Не от рук знати, так от рук убогих, от рук таких, как мы!
Их провели в тронный зал. Шесть незнакомых пар глаз уставились на девушку и ее отца. Взгляд Холлетского Короля – Холзара, был изучающим. Договор о предстоящей свадьбе и родстве рассматривался давно, однако ввиду Шеннаровского нрава и подлости, Холзар им не доверял и на то были свои причины.
Принц Бреднар же смотрел хищно и с лукавством. Разглядывал Королеву Лоннлея, словно товар на невольничьем рынке. Его наглый взгляд жёг и пожирал. У Эйрин создалось впечатление, будто ее раздевают на площади, при беснующейся толпе, на виду у всех. Она даже поежилась от отвращения, бросив мимолетный взгляд на наглеца, мысленно отмечая, что одежда все же присутствует на ней.
– Это только цветочки! – тихо прошептал Шеннар, скоро ты сама лично увидишь всю их мерзкую по твоим меркам, подноготную сторону...
Третий же взгляд принадлежал Холлетской Королеве , Адэе. Она смотрела надменно, с холодной отчужденностью и брезгливостью. Мысленно посылая непрошенных гостей убираться обратно восвояси и не прерывать их жизненного устоя. Посмотрев укоризненно на сына, лишь полностью убедилась в своих мыслях:
Пока эта девка будет здесь, о мире можно забыть.
Каково же было удивление Эйрин, когда принц покинув трон, приблизился к ней, внимательно глядя в лицо. Когда осмотр товара его удовлетворил, кивнул отцу. А тот в свою очередь пожал Шеннару руку.
– Хорошая сделка! – воскликнул Холзар, протянув небольшую шкатулку, искусно отделанную драгоценными камнями.
– Рад, что угодил Бреднару...
Принц взмахом руки остановил его:
– Отец! Отдай вдвое больше предложенной цены! Уверяю тебя, она этого стоит.
И не дождавшись ответа, сорвал диадему, прикрепленную и держащую волосы, которые тут же рассыпались по плечам, переливаясь на свету и смотря в глаза девушке, поцеловал.
Поцелуй получился спонтанным и неожиданным для Лоннлейской Королевы, которая не смогла вовремя оттолкнуть нахала, как он тут же отстранился, издав победный клич при виде полных негодования ее серебристых глаз.
– Девчонка хорошшша, правда придется обусссдать ее независссимый нрав, но ведь мы так это любим, правда отец?
Адея хлопнула в ладоши, заставляя всех, обратить на себя внимание:
– Отведите ее в гарем! Подстилкам Королей не место находится рядом с нами!
И ведь никто не возразил ее словам. Да и Эйрин вовсе не хотелось убеждать Королеву в обратном. Когда – то ее уже ссылали в подобное заведение.
И ничего, справилась, справлюсь и сейчас!" – подумала она, распрямив спину и гордо подняв голову, пошла за слугой.
Гарем находился в другом крыле замка. Эйрин так была поглощена в свои мысли, что не замечала всей роскоши и великолепие дворца.
Слуга проводил девушку до покоев и ничего не говоря, удалился восвояси, предоставив ей самой обследовать цветничок ", как его в шутку называли слуги у нее дома, у Эсмонда...
– Милый... ты опять опоздал...
Но тосковать ей не дали. Грубый женский голос оборвал на корню ее меланхолию, прогоняя грусть.
– Сарина! Ты только посмотри, какой редкий цветок появился у нас!
Эйрин круто развернулась, готовая в любую минуту отразить удар, однако этого не понадобилось. На нее удивленно и с восхищением смотрела уже немолодая, но все же красивая женщина. И даже морщинки вокруг ее глаз не портили красоту.
– Добрый день... – выдавила Королева.
– Добрый, дитя, добрый! Каким ветром тебя сюда занесло?
Голос, показавшийся Эйрин грубым вначале, вдруг сделался мягче. Изменились и черты лица незнакомки.
– Полагаю, что южным. – отозвалась она. – Я, Эйрин жена Эсмонда Покорителя, Королева Лоннлея. Они думают мой муж погиб! Идиоты! – тут же добавила она, внося ясность.
– Значит, ты подруга по несчастью.
И более ничего не говоря, взяла Эйрин за руку и повела в большой зал.
В центре комнаты, за круглым низеньким столом, на мягких подушках восседали еще четыре дамы. Они были приблизительного одного возраста и о чем – то оживленно беседовали.
– Девочки! У нас пополнение! Это Сарина, Аяна, Шейла и Кудина, а я, Имран. А это Эйрин, прибыла к нам с Юга. Быстро проговорили Имран, знакомя ее с подругами.
– Боги! Она ведь совсем еще дитя! – Голос Сарины звучал дружелюбно, она немного сдвинулась, предлагая девушке место за столом. Тут же перед ней оказалась чашка с пряным напитком, прекрасно утоляющем жажду.
– Спасибо.
– Ты такая худенькая! Бери, угощайся.
И тут же перед девушкой появилось большое блюдо со сладостями и фруктами. Некоторые из них она никогда прежде не ела.
– Да, когда – то мы тоже были такими... – проворчала Шейла. – Красивыми, застенчивыми и ничего не знающими. Кушай, кушай...
Эйрин съела фрукт, вытерла руки о салфетку и внимательно стала слушать даму.
… Меня выкрали в восемнадцать. Привезли сюда, в подарок Холзару. Неопытная, застенчивая девушка, в руках хищника. Он уже тогда был таким… Бездушным уродом, считающим себя властелином и повелителем.
Помню, как он облизывался, при виде меня обнаженной.
Шейла подперев голову рукой, немного задумалась, будто переносясь в то время и вспоминая молодость.
...Свадьбу сыграли по холлетским законам. Его первая жена Адая, сидела в первом ряду, багровая от ярости. Я стояла в белом платье, чуть живая и он… Красивый, статный молодой наг, облаченный в доспехи. От него исходило мужество и благородство. Во время первой брачной ночи, Холзар был обходителен и нежен, влюбил меня в себя с первого взгляда. Второй ночи я ждала с нетерпением, однако она задавила и мою любовь и все светлое, что я испытывала к этому чудовищу…
Во второй раз все было иначе…
Меня отвели в темную комнату. Свет зажегся неожиданно, освещая меня, стоящую по центру в одном пеньюаре. Король был не один, а со своими советниками и приближенными знатными особами.
Их наглые рожи улыбались, а глаза, словно репейники впивались в меня. Слуга стоял рядом с огромным кожаным ремнем. Страх и стыд сковали мое тело! Хотелось сбежать, спрятаться от них, их ненавистных взглядов, но только я дернулась, как меня ужалил удар. Холзар... его властный голос приказал стоять смирно и не рыпаться, расслабиться и наслаждаться.
Вместе со стыдом пришла и обида. На него и на весь Экрисс. Досталось и Богам, которые допустили это!
Шейла дернулась и промокнула платком покрасневшие от слез глаза. Боль заставляла Суть Королевы взбунтоваться, однако ошейник давил. Ей оставалось посильнее сжать ручку чашки и слушать рассказ дальше, сдерживая гнев.
– А после началось самое страшное испытание в моей жизни и к моему сожалению, не последнее.
Тонкая ткань пеньюара не скрывала моего тела, а лишь выгодно подчеркивала грудь с выпирающими от холода сосками, округлость бедер, стройные длинные ноги. Мне казалось, что стоит Королю произнести одно только слово " фас “ и эти голодные шакалы набросились бы меня.
Промедление пугало. Но вот, взмах его руки и пеньюар легкой тенью лег у моих ног. За порывом прикрыться, последовал новый удар. Еще более яростный, заставляя мою кожу лопаться. При виде моей крови эти хищники оживились, зашептали непристойности и гнусности.
Но самое страшное было впереди.
Он начал продавать меня. Кто заплатит больше, тому и предоставится право первым пользоваться мной.
Сначала пустили в обиход мой рот. Слуга подтащил меня к одному из них.
Еще не совсем осознавая, чего от меня хочет этот мужлан, я сжалась в комок, но после оглушительной пощечины моего носа коснулся его член. Схватив за волосы, он со всей силы протолкнул его в мой рот, заставляя давиться.
Борясь с тошнотой, болью и страхом, он творил с моим ртом все что хотел, излившись в меня, оттолкнул использованный товар. И за мой рот взялись другие. Когда я устала им сосать, слуга вычистил меня, засунул в рот какой – то порошок. Он немного облегчил мою боль, притупил сознание.
Они называли меня блдью и шлюхой. Я дарила им наслаждение, взамен получала пинки и удары.
После эти подонки пользовались моим телом. Выстраивались в очередь, они драли меня с остервенением, вторгались в мое лоно безжалостно. В комнате пахло их потом, спермой и моей болью и кровью. Иногда по очереди, иногда вместе, зажимая меня между скользкими телами, разрывали анус.
Не помню, сколько длилась их оргия, я потеряла счет, сколько раз каждый из них трахнул меня, запустил в мой рот свой мерзкий член. Не обращая на слезы, мои обмороки и слабость. Так и оставили меня, бросили замерзать на каменном полу. Обессиленную и избитую, с раздолбанными от траха дырочками и разбитыми губами. Перемазанную в слюнях и слезах, в сперме. Бросили дожидаться смерти. Да, я ждала ее и чувствовала близко, совсем близко. Но мне не суждено было уйти по Мрачной Долине. Целитель выходил, раны зажили, синяки сошли на нет, но уже больше я не была собой. Той ночью они убили во мне все хорошее. Пользовались моим телом постоянно. И я действительно превратилась в шлюху… Их шлюху…
Шейла закончила свой рассказ и отвернулась от подруг, скрывая слёзы...
Эйрин смотрела на нее не моргая. Рассказ старой наложницы поверг в шок, заставив кровь застыть в жилах. Нежная фарфоровая чашка лопнула в руках. Тонкая струйка крови потекла по кисти, окропив кружевную, белую скатерть.
Королева слизнула кровь, зажимая рану салфеткой:
– Они не возьмут меня так просто! Обломаются…
– Мне бы твою силу, да волю! – прошептала Шейла поднявшись из за стола.
Ее подруги затихли, скрывая жалость. Каждая из них вспоминала свои злоключения и все горести которые испытали в объятиях холлетского монстра.
Оказывается из всех этих Королей, самым гуманным был только Эсмонд. Ее муж! Ее Истинный! Любимый...
Глава 8
Дни в гареме тянулись, как патока или густой сахарный сироп. Утро – завтрак, обильный и сытный. День – обед, отдых...
" От чего?! " – думала Эйрин – " Отдых от... отдыха? "
Вечер. Ужин. И опять отдых.
Ну, прогулки. Ну, разговоры. Эйрин, привыкшая к другому, иногда не знала, куда себя деть... Слонялась из угла в угол, как перекормленный зверь в тесной клетке. Даже читать было нечего... Да и некем – все гаремные жёны были неграмотны. Женщинами они оказались добрыми и сочувственными, но... Неграмотными, забитыми, тихими. Больше всех беспокоила первая, старшая жена Холзара – Адэя. Эта женщина – черноволосая, стройная, темноглазая красавица почиталась здесь, как Божество. Распоряжения её выполнялись незамедлительно и беспрекословно. Адэя отличалась жёстким нравом. Она не терпела возражений. Совсем. Ни от кого. Иногда Эйрин казалось, что и Холзар, и Брэднар побаиваются свою жену и мать...
Надо сказать, что девушка не ошибалась. Ощущение не подводило её. Несколько раз столкнувшись с Адэей, Лоннлейнская Королева верно рассудила, с КЕМ здесь надо держать ухо востро.
Адэя странно смотрела на Эйрин... ОЧЕНЬ странно. Никогда ничего не говорила, не делала замечаний, как другим, не прикрикивала... Один раз даже... Это было странно...
Эйрин спускалась по лестнице и подвернула ногу. Сильно. Закусив губы и давясь слезами, девушка добралась до своей спальни, цепляясь за стену. Положив пальцы на ручку двери, вдруг почувствовала на своём локте сильную руку.
– Надо быть осторожней, Белая. – голос Адэи прозвучал мягко, тон был даже дружеским – Очень больно?
Эйрин растерялась.
Старшая жена провела её в комнату и помогла лечь в постель. Вызвала целителя. И не уходила, пока тот не пришёл и не уверил обоих, что ничего страшного нет. Ничего страшного и не было – регенерация не заставила себя ждать, ей нипочём были даже кожаные оковы.
Тонизирующий напиток, который дал девушке целитель, начал действовать... Эйрин задремала. И тут же на плечо ей легла нежная, но сильная рука Старшей Жены...
– Не бойся, девочка с Юга. – горячий шёпот прямо возле уха и куда – то в шею – Я... не враг тебе...
Эта нежданная ласка оказалась страшнее и жутче, чем окрики и неприятие – то, хотя бы, можно счесть ожидаемым! Но это?! Что это?! Зачем?
Но и это можно стерпеть. Да всё можно было бы стерпеть – скуку, опасность, даже побои! Ничто так не давило на Эйрин, как бесконечные видения о муже и мысли о сыне. Как он? Как Лиона, как Сейдрик? И жива ли ещё Лавиния? Дождётся ли она свою " дочушку "? И суждено ли " дочушке " увидеть их всех? Их всех и своего любимого – не в видениях, а наяву!
Суждено ли ей вновь ощутить на своём теле жёсткие, властные прикосновения? Его губы, сжимающие её соски, его внутри себя, каменную тяжесть разгоряченного тела... Суждено ли прикоснуться своими нежными губами к его бронзовой коже и услышать стон и слова:
– Мой детёныш!
" Эсмонд... Они говорят, что тебя нет! Что ты умер, остался там, на Южном Крае, слился с цветами и травой... А я не верю, родной мой! Я не верю! Ты не можешь умереть, ты обещал никогда не оставлять меня... Ты жив. Потому что я вижу тебя, слышу тебя, чувствую тебя... Из Мрачной Долины никто не возвращается. Даже в видения. Я жду тебя, любимый. Муж мой. Жизнь моя. "
...Эйрин стояла у огромного окна, вдыхая свежесть и запах долгожданного дождя. Долгожданного после такой жары! Изматывающая, горячая, расплавленная, приторная, как мёд, она отступила. На её место пришёл проливной дождь...
Девушка вздохнула полной грудью. Сжала руки на груди. Сейчас ей было почти радостно – она любила дождь. Он освежал душу и сердце, смывал тревоги и давал надежду.
– Сира Эйрин! – вошедший слуга поклонился – Вас ждёт Сир Король. Прошу последовать за мной.
Холзар... Что, интересно, ему понадобилось?
Она шла по коридору за слугой и размышляла об этом...
В просторном кабинете Короля Холзара, обставленном вычурно и богато, но на вкус Эйрин – слишком претенциозно, было душновато и пахло какими – то пряностями. У девушки сразу же запершило в горле и защекотало в носу. Она едва – едва сдерживалась, чтобы не чихнуть.
– Сира Эйрин Лоннлейнская! – из уст Холлетского Короля упоминание её титула прозвучало, как пощёчина – Присаживайтесь, дорогая.
Королева присела на край скользкого дивана, обитого золотистой прохладной тканью. Несмотря на духоту, по спине девушки пробежал неприятный озноб. Она поёжилась и попыталась поплотнее завернуться в лёгкий сиреневый палантин, пестро расшитый цветами и птицами.
– Я пригласил Вас, Эйрин... Дорогая моя Эйрин...
Он сел рядом, вальяжно развалясь и сощурил темно – карие глаза. Сейчас он напоминал мелкого хищника, следящего за добычей.
– Говорите быстрее, Сир Холзар. – Эйрин почувствовала, что закипает – Я не настроена на длинные вступления и пространные диалоги. Более того... Скажу прямо – мне неприятно Ваше общество. И я не довольна создавшимся положением вещей!
Он сел ровно, потом приблизившись к ней почти вплотную, вдруг прошипел на ухо:
– Хочешь всё изменить, Белая? Хочешь? Так... всё возможно... Всё в твоих руках, детка.
Она дёрнулась, чтобы встать, но тут же почувствовала на талии грубые руки.
– Сидеть. Сиди, где сидишь, Лоннлейнская Королёва.
Палантин дёрнулся и пополз вниз. Нежная ткань поддалась, затрещала, повинуясь грубому напору. Разошлась надвое, обнажая худенькую спину и сведенные от напряжения лопатки.
– Не бойся. – прошептал Холзар, прикасаясь к моментально похолодевшей коже ладонью – Я умею быть нежным с женщиной.
– Что Вы себе позволяете?! – взвизгнула Эйрин – Вы омерзительны!
В следующий же момент она оказалась лежащей на спине, придавленная к ткани дивана тяжёлым напряжённым мужским телом.
– Сладкая... – прошептал Холзар, сжав ей горло пятернёй – Сопротивляйся. Люблю, когда девки верещат и плачут. Это здорово заводит!
Девушка задыхалась, рука его сдавила горло, жёсткая кожа ошейника царапала её кожу. Эйрин захрипела и вцепилась ногтями в пальцы Короля.
Он расхохотался:
– Давай, детка! Ты просто огонь! Я только тебя увидел, сразу понял, ЧТО тебе нужно... К херам гарем! И к херам дурака Брэднара! Я сам буду трахать тебя, белая Лоннлейнская сучка!
Он развёл ноги девушки грубым, жёстким движением, несмотря на то, что силы оставляют её, Эйрин содрогнулась от отвращения, когда почувствовала горячие пальцы под тканью белья.
– Какая ты влажная, Эйрин... – Холзар провёл липким языком по полоске обнаженного живота – Я понимаю твоего покойного мужа... По всему Экриссу гремела молва о том, что он просто не мог от тебя оторваться. Ты и вправду пахнешь мятой...
Он отпустил её горло, Эйрин надрывно кашляла, по щекам ручьями бежали слезы, перед глазами прыгали цветные круги.
– Не... смей... не смей! – прохрипела Эйрин – Не смей называть его ПОКОЙНЫМ!!! Грязная... ГРЯЗНАЯ ХОЛЛЕТСКАЯ СВИНЬЯ!
Тугой перламутровый хвост сдавил горло Холзара... Следующее белое кольцо легло, плотно обхватив плечи. Послышался треск разрываемой ткани. Следующий виток лёг на поясницу... Треск. Треск рёбер... Кольца обвили тело Холлетского Короля, не давая обратиться, руки чудовища развернули его лицо к себе, полный ужаса взгляд утонул в черных провалах глаз...
– Холзааааар...
Тело её изогнулось, потеряв всяческое сходство с человеческим...
– Сссмотри на меня...
Улыбка... Нет, страшный оскал чудовища. Глаза, тёмные, как Бездна.
– Беулл...
Поцелуй. Глубокий, холодный. Вынимающий из уже коченеющего тела жизнь, душу, кровь. Суть.
Кольца, бесконечные, белые, сияющие перламутром... Бездонные глаза и сильные изящные руки с когтями, загнутыми на манер кошачьих. Водопад длинных волос, струящийся по спине, шипы, проткнувшие кожу...
И шипение... Будто проткнули огромный воздушный шар.
Беулл. ПОСЛЕДНЯЯ САМКА.
И её жертва, пустая оболочка, высосанная до конца.
Мятный запах... Ползущий по стенам холод...
– Не сссссмей называть ЕГО покойным...
Никогда!
... Лежащий на полу кабинета Холзар был мертв. На лице его, покрытом редкими пластинками не успевшей высвободиться Нагатской Сути, застыло выражение тёмного смертельного ужаса...
Эйрин Лоннлейнская, завернувшись в разорванный палантин, быстро шла по коридору.
Глаза её, угольные, как бездна, разрезали надвое темно – голубые ровные полоски.
