Текст книги "Тень Чужого"

Автор книги: Георгий Левин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 26 страниц)

Кто любит своего соседа? С бескрайными просторами. Богатыми недрами. Кучей людей. Ну, не умеет он жить! Используя это богатство. Ходит в рубище и онучах. Живёт полуголодной жизнью при таком богатстве. И этот нищий страшен! Имеет ракеты и атомное оружие. Лезет всюду. Со своей идеей мирового равенства и любви. Хотя этого и не имеет.

По этой причине от страха и любопытства все и лезут к нам. А вдруг что-то узнают? А вдруг что-то испоганят? Поддерживая не согласных. А вдруг…

Деньги тратят приличные. Не жалея. Время не легальных переходов через границу прошло. Это используют только отсталые страны. Более развитые действуют иначе. Под крышами посольств, общественных организаций, гуманитарных и других миссий, государственных и частных сидят люди. Они и продвигают все эти вопросы. Ищут недовольных, слабых, жадных, запутавшихся, и используют их. А ещё бесконечные толпы туристов с фотоаппаратами. Среди тысяч нормальных людей это были единицы. За деньги они служили своему государству. И делали свою работу. А мы делали свою работу. Мы защищали государство. На это и были поставлены.

Я была маленьким винтиком большой машины и знала только свой маленький участок. Наша группа состояла из 8 человек. Две горничные, электрик, сантехник, телефонист, официантка, я и администратор гостиницы. Администратор была руководителем группы. Женщина 45 лет. Майор. Группа имела и специальное оборудование. Подслушивающее и записывающие. Понятно записи мы не прослушивали. Наши обязанности были простыми. Проследить контакты. Зафиксировать встречи. Сфотографировать. Осмотреть вещи. Обнаружить тайники. Всё сфотографировать. Положить всё на место, так что бы хозяин этого не заметил. Времени на всё это уходило много. И два дня отдыха между сменами часто приходилось посвящать этой работе. Но эту жизнь выбрала сама. Кроме врагов были и другие люди удостаивающиеся нашего внимания.

Москва была не только столицей нашей огромной Родины. Здесь были все министерства СССР. Они распределяли квоты и ресурсы. Верстали планы. Это уже была сфера подпольных производителей. И очень доходная сфера для чиновников партийного и государственного аппарата. Ведь всё делалось с общего сырья. Ходоки приезжали с письмами, с просьбами увеличить эти плановые разнарядки. И не с пустыми чемоданами. Это были тоже наши клиенты. Вопросы с ними были те же. Обыскать вещи. Сфотографировать деньги и записные книжки. Отследить разговоры и встречи. То есть всё, что делали они в стенах гостиницы. Снаружи их сопровождали другие. Вот так и работали.

Что делалось дальше? С собранным нами материалом мы не знали. Всё собранное за день забирал специальный курьер. Записи, плёнки и рапорта мы запаковывали в большие коричневые пакеты и передавали ему. На этом наше участие и заканчивалось. Так спокойно работали до 1983 года. А потом нагрузка всё возрастала и возрастала. Но об этом позже.

За этот период мне особо запомнилось три эпизода. Первый не очень значительный. Но он просто был первым делом в моей жизни. Первый раз лазила по чужим вещам и чемоданам. Это становление было смешным и комичным. Но это со стороны.

… Из страны наших врагов прибыла группа туристов. Шумная толпа с сувенирами, жвачками и сигаретами. Группа насчитывала 32 человека. А шумели они как сотня. Галдели не стесняясь. Заходили друг к другу. Сидели до упора в ресторане. Заказав бутылку вина на десять человек. На весь вечер. Официанты их не любили. В отличие от наших граждан они деньгами не бросались. А их чаевые были смешными. Только то, что они дарили пару пачек сигарет, жвачку или ручки, как-то мирило с ними. Эти сувениры охотно покупали у официантов крутившиеся у гостиницы дельцы. Тогда они звались "фарсовщики". За пачку сигарет давали 1–2 рубля. За ручку 1.5–2 рубля. За жвачку рубль. Что бы было понятно, приведу пример. В то время 120–140 рублей были нормальной зарплатой инженера. За смену таких сувениров набиралось на 8-12 рублей как минимум. У каждого из официантов. Это кроме остальных чаевых. Такие милые и добрые иностранные туристы.

И вот наша руководитель дала команду проверить эту группу. Осмотреть вещи и всё остальное. Согласно инструкции. Для меня это был первый раз. Причины были уважительные. То я ходила беременная. То рожала. То сидела с ребёнком. Начальница сама мать и бабушка меня жалела и не трогала. Так по мелочам использовала. Послушать разговоры за столом. Посмотреть за встречами в ресторане. И вот боевое крещение!

Сердце колотилось. Было страшно. Хотя и понимала. В случае даже если бы меня застали за работой. Ничего не было бы страшного. Перед человеком извинились бы. Меня при нём крепко отругали. Без него просто бы вздохнули и…

Перевели бы в другую гостиницу.

Всё это знала. Понимала. Но боялась.

Группа уехала на экскурсию. Время их возвращения мы знали. Туристы у нас передвигались только группами. Их постоянно пересчитывали. Объясняли просто. Можете отстать и потеряться. Туристы твёрдо верили. Медведи у нас не бродят только там, где их возят и водят. Чуть в сторону отойдёшь и съедят. Верили или притворялись, что верят. Только твёрдо знали они в стране дикарей-людоедов. Что такое дикари-людоеды тоже знали. Это те, кто съел мореплавателя и путешественника Кука. В прошлом веке. Вот и не рисковали. Работать можно было спокойно.

Дежурную по этажу под каким-то предлогом убрали. Её место заняла одна из горничных. Сотрудник нашей группы. Выход на лестницу запасного хода перекрыл и контролировал электрик. Телефонист усовершенствовал телефоны в номерах. Снимая "жучки" в одних комнатах и переставлял их в другие. Остальные члены команды разделили комнаты и занялись осмотром вещей. Меня пожалели. Дали комнат для осмотра меньше всех. И команда приступила к делу.

Я вошла в первую комнату. Вспомнила всё, чему учили на курсах. Надела тонкие хирургические перчатки и приступила. Сердце колотилось в груди. Кровь стучала в висках. Страшно боялась что-то сделать не так или пропустить. Пожалела, что у меня нет конспекта тех лекций. А потом вспомнила, что с курсов ничего выносить было нельзя и все исписанные тетради и листочки мы сдавали. А жаль! Сейчас бы мне это пригодилось. Но на нет и суда нет. Вперёд! Так подбодрила себя. На дверь в номер ещё раньше повесила табличку. "Извините, уборка номера". На русском и английском языках и начала создавать натюрморт уборки. Повесила новые полотенца в ванной. Старые полотенца бросила на пол посреди номера. И начала работать. Двигалась слева на право. Как учили по ходу часовой стрелки. Трудилась старательно. Каждый предмет осматривала на наличие сигнальных "маячков". Любую пылинку, ворсинку старалась положить чётко на место. Старательно сохраняла порядок расположения вещей и предметов. Увлеклась. Успокоилась. В себя пришла, когда услышала шаги в коридоре. Они приближались к двери номера. Мгновенье и я заметалась по номеру. Куда спрятаться?

Ванна? Только в бачок унитаза. В биде не влезешь. В ванну не спрячешься и под неё тоже. Вся она облицована плиткой. Щели нет. Да и иностранцы не мы. Они моют руки часто. Придя с улицы. Ну и до, и после…

И тут мой взгляд упал на встроенный шкаф-вешалку у входа. Шаги затихли у двери. Всё! Время вышло! Выбора не было. Безумный страх толкал в спину. Нырнула в шкаф. Забилась в угол. Сжавшись в комок. Закрыла глаза и перестала дышать. Дверь номера открылась и человек вошёл. В этот момент с ужасом вспомнила о брошенных на пол номера полотенцах. Паника охватила меня.

На то, что человек зашёл в номер и даже не попробовал вставить ключ в личинку, не обратила внимания. Как не заметила и второго момента. Пришедший человек даже не подошёл к вешалке. На улице стоял февраль. Шёл снег. Иностранцы мокрую от снега одежду на кровати не бросают. Даже в гостинице. Но об этом не думала. Не до того было. Отчаянно крутило и чесалось в носу. Я крепилась. Морщилась. Но сил сдержаться не хватило. И я громко чихнула. В комнате что-то упало. Раздались шаги. Они приближались к моему укрытию. Сделала всё, что могла в этом случае. Свернулась в клубок и зажмурила глаза. Двери шкафа открылись. На моё плечо легла рука и легонько толкнула. Знакомый голос телефониста гостиницы члена нашей команды произнёс:

– Ты чего здесь? В жмурки играешь? Или спряталась и спишь?

Осторожно открыла сначала один глаз. Убедилась, что слух меня не подвёл. И только тогда открыла второй глаз. Ну и принялась ощупывать всё, что попало под руки. Какой-то халат и ночную сорочку. Больше в шкафу ничего не было. В отличие от нас иностранцы ездят в туристические поездки с одним небольшим чемоданом. И тут до меня дошло. У халата и ночной сорочки карманов не было. Телефонист оставил меня в покое. Он отошёл назад к столу и колдовал над телефоном. Ему было не до меня. Жить в шкафу не могла. С лицом цвета нашего знамени, тех лет, выскочила из шкафа. Подняла с пола полотенца и бросилась прочь из номера. Сняла с двери свою табличку и перешла в соседний номер.

Здесь работала спокойно. Не суетилась. Но делала всё очень медленно. Одну комнату за меня осмотрели коллеги. Помогли! Хотя мне и дали номеров для осмотра меньше всех. В этот день мы ничего не нашли. Так тоже бывает. И туристы бывают без двойного дна. К нам ездят и честные люди. Они просто хотят узнать, как мы живём и нашу историю. Таким гостям мы рады. Мой первый рабочий опыт по основной профессии обернулся провалом. Но никто надо мной не смеялся. Толи телефонист никому не сказал ничего о том, где он нашёл меня. Толи все понимали, что это был мой первый раз осмотр и просто промолчали. Спасибо им за это!

И время пошло дальше. Больше таких конфузов со мной не было.

Второй случай произошёл в сентябре этого же года. Как уже говорила. Нас во все подробности не посвящали. Давали конкретное задание. Мы и выполняли. В один из дней в зале ресторана заметила элегантно одетого мужчину лет 50. Обратила на него внимание только по одной причине. Официантка, обслуживавшая его столик, порхала и радостно улыбалась. Среди наших девочек и мальчиков такая доброта говорила об одном. Этого клиента знали. И чаевые он давал хорошие.

Давно известно. Лакей всегда ненавидит того кто даёт ему чаевые. Хотя берёт их с радостью. Но, не суетясь! Как должное. А суетится только в том одном случае. Когда знает! Чаевые будут приличные. Это и был как раз этот случай. Времени было около часа дня. Посетителей было не много. Этот эпизод и заметила. Звонок внутреннего телефона стоявшего на моём рабочем столике отвлёк меня.

Сняла трубку и услышала голос администраторши. Командира нашей группы.

– Виктория! Спуститесь ко мне!

Ясно есть работа! Спустилась в фойе гостиницы и подошла к стойке. Командирша подняла голову и негромко произнесла:

– Комната 319. Дежурную на этаже уже сменила. Вот фотография объекта.

Взглянула на фотографию. Это был мужчина, замеченный в зале ресторана. Кивнула головой. Повернулась и пошла к лифту. Всё было ясно.

На этаже дежурную подменила горничная из нашей команды. Я ей сказала, что мужчина сейчас в ресторане. Как только он уйдёт, я к ней поднимусь. И вернулась в ресторан. Теперь с интересом наблюдала за мужчиной.

Он закончил есть. Вытер губы и подозвал официантку. По её довольному лицу поняла. Ожидания её не обманули. Она даже какую-то пылинку стряхнула с его костюма! Вот какой сервис за хорошие чаевые!

Мужчина улыбнулся и галантно поцеловал ей руку. Золотой клиент! Можно и на ночь согласиться! Сопровождаемый официанткой он покинул ресторан. Через центральный вход вышёл на улицу. В наш ресторан можно было попасть из гостиницы и с улицы. Так устроены все рестораны при гостиницах. Проводила его взглядом и отправилась к лифтовому холлу. Поднялась на нужный этаж. С собой несла сумку с приспособлениями и аппаратурой. Всем нужным для работы.

Горничная-дежурная заняла пост. Она стояла на страже! Открыла дверь номера. Повесила табличку: "Уборка, номера". Ну и начала обыск. Вещей у постояльца было не много. Проверила возможные тайники и склонилась над чемоданом. Он стоял в шкафу. Два маячка обнаружила сразу. Человек явно был любителем. До профессионала ему было расти и расти. Волос на крышке замка и перышко на уголке чемодана. Детские игры. Осторожно сняла маячки. Вынула чемодан. На всякий случай ещё раз осмотрела его. Ничего подозрительного не обнаружила. Положила его на ковёр и осторожно открыла. Достала фотоаппарат и щёлкнула дважды. Привычно запоминая порядок укладки, слой за слоем, начала вынимать вещи. Каждый слой фотографировала. Между вещами в середине лежали пачки денег. Я сфотографировала сначала все пачки как они лежали. Затем каждую пачку в отдельности. Руки в перчатках следов не оставляли. Наследить не боялась. И продолжала вынимать вещи. Нашла папку с бумагами. Занялась ей. Пересняла каждый документ. Не читая. Меня содержание этих бумаг не интересовало. Посмотрела на счётчик кадров. Осталось два кадра. Но показалось и дно чемодана. Рядом с рубашкой в упаковке лежал толстый журнал. Я сфотографировала этот последний слой. Положила фотоаппарат в сумку с инструментами. Уже собралась укладывать обратно вынутые из чемодана вещи. Яркая обложка журнала привлекла моё внимание.

Сверху большими буквами "Playboy", а ниже…

Голая блондинка широко раскинула ноги. Открывая взору свое сокровенное место. И выпятила огромные груди. Рядом две фотографии поменьше. На них от пупа до колен фрагменты двух мужских тел. И стоящие в полной готовности фаллосы. Один принадлежал белому человеку, а второй темнокожему мужчине.

Покраснела как рак! Такое видела впервые! Бросила вороватые взгляды по сторонам. Если бы кто-то увидел меня смотрящую на такое! Я бы точно умерла на месте от стыда. Ужас! Таких журналов ещё не видела. Ужас! Но интересно до колик. Вот и не удержалась. Перелистывая страницу за страницей с красным лицом и горящими глазами. Жадно рассматривала фотографии. Чего там только не было!

Моя задержка в номере обеспокоила стража. Горничная-дежурная по этажу покинула свой пост и заглянула в номер. Я посмотрела на неё сурово. Она моментально исчезла. Она была лет на 10 старше. Но была только прапорщиком, а я офицером! У нас военных девушек это много значит. С сожалением оторвалась от журнала. Вздохнула и стала складывать в чемодан вещи. Руки делали дело. А увиденные фотографии интересные, ужасные и необычные стояли перед глазами.

Я девушка бойкая и любопытная. Но из мужчин знала только своего мужа. Игоря. Все отношения у нас происходили в темноте. И принимала дополнительные меры. Плотно закрывала глаза. Ну, а потрогать? Вы сами знаете что! Наверно умерла б на месте. От стыда.

Сейчас этот журнал продаётся во всех киосках. Даже дети на него не обращают внимания. Ничего нового и неизвестного. По телевизору крутят круглосуточно порнофильмы. Запрет на секс снят. И народ постиг грамоту. Быстро и глубоко.

В моё время всё было иначе. Впервые увиденное чудо поразило и запомнилось ярким фактом не забываемых впечатлений. Сложила чемодан. Поставила его на место. Установила маячки. Внимательно осмотрела номер. Забрала свою сумку. Вышла из номера. Закрыла дверь и покинула этаж.

Вернулась в свою коморку. Перезарядила фотоаппарат. Использованную кассету с плёнкой положила в конверт и отдала начальнице-администратору.

Остаток дня провела под впечатлением увиденного дива. На мужчин смотрела с любопытством. Мать двоих детей после 5 лет супружеской жизни с удивлением выяснила одну истину. Оказалось, отличаются у мужчин не только лица и стать! А и…

Это открытие меня потрясло. Переодеваясь вечером, сняла бюстгальтер. Осталась в одних трусах. В таком виде крутилась перед зеркалом в своей кладовке. Принимая разные позы. Зеркало мне показало, а разум утешил. С дамами из журнала соперничать могла. Свободно!

Пришла домой. Несмотря на поздний час, было четверть третьего ночи, растолкала Игоря. И выполнила свои супружеские обязанности. Бдительность не теряла. Повеселилась и хорош! Двое детей хватит! А впечатление осталось.

Третий случай был другим. Произошёл он через год. Это был последний год спокойной и размеренной жизни. С двумя выходными и отпуском по графику. Всё последующее позволило мне понять. Почему на пенсию отправляться можно после 25 лет выслуги? Дольше при такой нагрузке не выдержать. Но об этом расскажу дальше. А пока…

К нам поселили группу иностранных туристов. Группа была разнополая и разновозрастная. Спокойные и бодрые старички и старушки. Несколько степенных пар среднего возраста и 8 человек от двадцати трёх до тридцати лет. Шумные и беспокойные. Они доставали всех и горничных, и официанток, и гидов работающих с ними. Чем-то они и привлекли внимание наших служб. Толи чрезмерным любопытством. Толи слишком усердно фотографировали. Там где не положено. Как уже говорила. Нам давали задание без каких-либо объяснений.

Мы и занялись обычным делом. Обыском номеров и досмотром вещей. Урожай был богатый. У одной солидной четы чемодан был с секретом. Его массивная ручка оказалась разборной. В ней спокойно в специальных контейнерах вмещалось десяток маленьких кассет для фотоаппарата. В комнате двух девушек тихих и спокойных тайник для плёнок был устроен в тюбиках с кремами и зубной пастой. Нашли так же две книжки с секретами. В обложках переплётов были спрятаны листочки тоненькой бумаги.

Всё найденное нами забрал специальный курьер. Вернулся он через час. И не один. В гараж въехал "УАЗ". Туда в подвал мы спустили все кассеты с фотоплёнками. Найденные у всей группы. На прибывшем "УАЗ" двое парней подключили установленный в его салоне прибор и пропустили всё принесенное нами. Через два дня эту операцию повторили.

В номере двух самых шумных и скандальных парней ничего не нашли. В принципе это нормально. Один из приёмов разведки. Отвлечь внимание от тихих и незаметных людей. Людей делающих свою работу. Бывает и наоборот.

Нам дали приказ. Усилить наблюдение за владельцами книжек с дополнением в переплёте. И сообщить когда они исчезнут. Но это были мелочи. Горничные убирали номера каждое утро и это не упустили.

В этой истории меня поразили две вещи.

Во-первых. В одной группе собралось слишком много людей. Одного рода занятий.

Во-вторых. Реакция нашего руководства. Никаких арестов. Ни шумихи в прессе. Просто обработали всю плёнку. Занесли обнаруженных лиц в картотеку. Ласково улыбались. Пожали руки. И отпустили. Уезжали они радостные и довольные. Задание выполнено! Этих не далёких умом русских обвели вокруг пальца. Здорово! Представляю их радость! Когда проявят плёнку! Конечно, всё поймут! А будут ли рады?

Так и закончились спокойные годы. Они оставили в моёй памяти эти три эпизода. Но было и радостное событие.

Меня вызвали в Мосгорисполком в отдел по учёту и распределению жилья. Как семье молодого специалиста стоящего в очереди на квартиру мне вручили ордер. Моя организация, где я была уже лейтенантом, постаралась. Нам выделили трёх комнатную квартиру на улице Дмитрия Ульянова.

Радостные хлопоты омрачила свекровь.

Бабушка умерла. И возникла проблема. В их четырёх комнатной квартире осталось прописанными мало людей. Для такого большого метража были только они. Четыре человека. Могли и потеснить. Конечно, им этого не хотелось. Виновата опять была я. Мотив был тот же. Змея лишала их жилплощади. Она получила квартиру. В ордер на эту квартиру был вписан их сын. Теперь он должен выписаться от них. А их тогда точно переселят!

Действовала она стандартно. Устраивала скандалы мужу и обоим сыновьям. Игорю доставалось по полной программе. В их семье она давала прикурить всем.

В нашей семье я была такой же. Впервые увидела себя со стороны. Стало очень неприятно. Дала себе слово, что изменюсь. Как получалось? Не знаю. Но слово себе дала! О нём никто не знал. И осуждать меня держу своё слово или нет? Никто не мог. Так проще. Для меня.

Я с детьми была временно прописана у родителей. Игоря пожалела. Достаётся бедному! То от меня. То от матери. Мы женщины очень добрые. Чуткие. Нежные. Жалостливые. Ну, вы знаете! Переезд на новую квартиру и прописку затянули на полгода.

За это время родители Игоря разменяли свою квартиру. С доплатой. На две двухкомнатных. Одну для себя и Игоря. На Чистых прудах. Вторую с проходной комнатой для второго сына. В Измайлово. Но я всё равно осталась змеёй. Вот если бы не беспокоила их. Захомутав их бедного сына. Они жили бы спокойно. В своей старой квартире.

Мне на её разговоры было наплевать! И так не общались. Зато от моих родителей съехали. Вшестером жить в трёх комнатах согласитесь не очень комфортно. Тем более отцу приходилось работать дома. Готовиться к лекциям. Писать статьи. Проверять рефераты. Он бедный и так все эти годы до позднего вечера сидел на работе или до полуночи работал на кухне. Но они не роптали. И были счастливы. Объясняла это просто. Ведь я родная! Единственная любимая дочь! Внучка и внук тоже понятно. Их они любили. Дочкина кровинка родная и незабвенная жила в них. Думаю, это и было самым дорогим и важным для них. Понятно объяснила? Родители с моими выводами были согласны! Куда им деться? А Вы?

Я не пишу об Олимпиаде 1980 года. Это был дурдом! Но относительно спокойный. Народа нашей специфики работы нагнали столько, что толкались мы все бок обок. У меня сложилось впечатление, что были только наши сотрудники и коллеги. И немного спортсменов. Поэтому ничего примечательного тогда не произошло. И этот период даже не запомнился. Примечательным он был в одном. Работали без выходных. Не считаясь со временем работы и не смотря на часы. Это не очень приятно. Но такова специфика работы. Тут никуда не денешься. Терпели.

В ноябре 1982 года умер Брежнев. Наш Генсек. Конечно все люди разные. Кто по человеческим меркам жалел об его смерти. Кто жалел по личным мотивам. Только добрался до кормушки и власти и вот получи. Опять ищи пути как удержаться. Кто-то злорадствовал. Кто-то ругал. Уже говорила. Люди разные и разные у них взгляды и мотивы. Но главного не знал никто. Заглянуть в будущее не могли.

Со смертью Брежнева окончилась целая эпоха. Жизни нашей страны. Хотя ему на смену пришёл такой же пожилой человек. Из той же команды или обоймы. Как Вам нравиться. Но пришёл ненадолго.

А у нас началась новая жизнь. Под кодом "Держись!". Кто-то решил, что мы мало загружены. Или так получилось. Но нас теперь привлекали ко всему и за стенами гостиницы. К наружному наблюдению. К осмотрам квартир и помещений. Это я называю так слежку и обыски, что бы смягчить не приятную суть. Для себя. И этим мы занимались в перерыве между сменами. Мечта о нормальной семейной жизни осталась мечтой. Дети жили у моих родителей Игорь тоже. Выбор у него был невелик. Или умереть с голода. Или стать ещё и домохозяйкой. Или жить с детьми у моих родителей. Он выбрал последнее. Почти добровольно. Когда я ему сказала. Он же не виноват, что жена – чекистка. Романтик, ущербленный! Так всегда и смотрел мне в рот. Всё норовил пристроиться рядом. Если я разрешала. Но это я так. Дуркую. Мне его отношение и обожание очень нравилось. Опять полезла в разговор о чувствах! Нам девушкам-чекисткам это лишнее. Нам работу давай! Теперь о ней.

С удивлением открыла в себе два новых таланта. К уже имевшимся. О них напомню. Это были чисто женские таланты. Проникать в помещения без оглядки на замки. Количество и качество этих устройств значения не имело. Обыскивать любые помещения за короткое время. При этом находить самые хитрые тайники. Без всяких приборов у меня получалось настраиваться на человека и находить всё. Даже то, что он и сам забыл. Теперь мне для обыска выделяли большую часть помещений. Завидовали! Но всё равно я заканчивала раньше всех. После меня найти что-то было не возможно. Стала ищейкой, каких поискать!

Первый из обнаружившихся у меня новых талантов заключался в том, что я бесподобно маскировалась. Настолько гармонично сливалась с окружающей средой, что становилась не заметной. Практически невидимкой. Моя начальница раздражённая, как и все, этой свалившейся нагрузкой не раз вначале отчитывала меня. Она говорила:

– С 18.30 тебя не было на отведенном месте! Доиграешься! Бросай сачковать! В ответ на её обвинения я не возмущалась и не оправдывалась. Просто сдерживала торжествующую улыбку и подробно рассказывала ей. О каждом движении объекта и её в указанное ей время. Она смотрела на меня подозрительно. Потом спрашивала уже с интересом:

– А где ты пряталась?

И долго не могла поверить, что старушка, нищий или кто-то другой стоявший с ней рядом и была, я. В следующий раз она бдительно осматривалась. Но находила меня редко. С чем и смирилась.

А второй из обнаружившихся во мне талантов состоял из трёх, маленьких талантов.

Положив руку на замок и закрыв глаза, я видела любое движение отмычки и реакции на эти движения механизма замка. Открывала все! Впору было ставить меня на учёт как "медвежатника".

Второй из этих маленьких талантов был не понятным даже для меня. По натуре я непоседа. Всегда куда-то бегу. Высидеть на месте спокойно минуту? Это только в наказание. А тут выяснилась невозможное дело! Могу замереть и часами пребывать не подвижной. Отключать сознание. Отрешаться от всего окружающего мира. Это и пригодилось мне. Когда пришлось взяться за снайперскую винтовку.

И последний из этих маленьких талантов тоже был странным. Я настраивалась на объект и чувствовала его. Не подумайте, что я могла читать мысли или внушать их. Это было бы круто! Но этого не было. Просто чувствовала намерения объекта. Когда он остановиться или свернёт. Сядет или встанет. Оглянётся. Не ошибалась никогда.

Всё это обнаружила в себе и проявила за короткий срок. Пока Генсеком был Черненко. Он пришёл и очень быстро ушёл. Ничем не проявил себя ни с какой стороны. В отличие от меня.

Но для меня и моих товарищей по работе это был бурный и тяжёлый период.

Не знаю! Был ли предопределён приход к власти нашего Председателя? Или была какая-то другая цель? Но мы работали плотно. За период до его прихода я обшарила не один десяток квартир. Видела килограммы золотых украшений. Огромные суммы наличных денег. Сберегательные книжки на предъявителей с сумами в 50–70 тысяч рублей. Это тогда, когда очень хорошей зарплатой считалась зарплата в 180–200 рублей. Её получали не многие.

Тогда эти люди наворовали эти огромные деньги и вынуждены были прятаться. Как и бухгалтер Корейка. Советский миллионер, питавшийся кефиром. Не забываемый персонаж "12 стульев". Которого нашёл сын турецкого подданного.

Богатым было нелегко. Во все времена. Даже сейчас.

При советской власти им приходилось прятаться от всех. И от криминала. И от государственных структур. И от соседей. Денег было много, а приходилось жить с оглядкой. Изображая обычных граждан. Жить скромно. Охраны нанять себе позволить не могли. Её просто не было. За границу свободно не поедешь. Вот и прозябали. Надеясь на русское "авось". Могли позволить себе только одно удовольствие. Любоваться на свои богатства. Брать их в руки. Пересчитывать. И горестно вздыхать.

В новое наше время демократии и развивающейся экономики мало что для них изменилось. Опасаться и прятаться приходилось не меньше. И криминала. Старого и нового. И государственных органов. И чиновников. И конкурентов. И друзей. И соучредителей. И нищающего народа. Как видите, проблем не убавилось. Просто появились новые возможности. Можно было нанять охрану. Купить дом за границей. Спрятать там семью. Не бояться показать, что у тебя есть деньги. Но проблемы безопасности это не решало. Добавлялась ещё одна опасность. От охраны. Криминал и государственные органы достать и за границей могли легко. Если хотели.

И опять нужно жить, как и раньше. Полагаясь на уже известное русское "авось".

Мне пришлось тоже испытать это на себе. Денег получала, больше, чем мой отец полковник. Старший преподаватель Академии Генерального штаба. Официальной зарплаты, как администратор получала 185 рублей на руки.

Каждую смену 12 официантов сдавали по 5 рублей с человека. 50 рублей отдавала директору ресторана. Плюс за дополнительный столик официант платил мне 10 рублей. В среднем в смену это было 20 рублей. Я усредняю всё. Считая и праздники. Это в месяц при 10 сменах давало 300 рублей. Плюс продукты и спиртное. Химичили на всём. Итого в месяц ресторан давал 485 рублей. Плюс зарплата в КГБ. Игорь получал 242 рубля.

Я не могла его обижать. Кормильца! И говорила, что получаю 210 рублей. Эту сумму сдавала в семейный бюджет. Остальные прятала. Пыталась сунуть маме вместе с продуктами. Ведь дети и муж были у неё! Не получалось. Открыла счета в сберкассе на детей. Клала на счета по 10 рублей. На каждый. Больше девать было некуда. Вот и прятала. Могла только любоваться на них. Бесполезных.

Это к тому, что понимаю богатых. Побывала в их шкуре. Мне не нужно было бояться многого. Чего боялись они. Но оставалось общее. Девать деньги было не куда. Приходилось жить, как и все. Вздыхая и жалуясь на жизнь. Сама себе.

За этот период был один не ординарный случай. Столкнулась с одним изобретением. Это изобретение говорит о таланте нашего народа. Человек оборудовал тайный переход. Соединил две квартиры. Он не был шпионом, а был обычным советским торговым работником. По должности имел возможность химичить. Извлекать хорошие деньги. Был умён и изобретателен. Кое-что я у него одолжила. Украла придуманную им идею и немного его имущества. Недвижимого. Идея была гениальна и проста. Система сообщения двух квартир расположенных в разных парадных. Одного и того же жилого дома. Позднее я воспользовалась этими квартирами. Превратила их в свою конспиративную квартиру. Пещеру Али Бабы. Об этом расскажу подробнее.

Но сразу хочу сказать. Я служила государству! Которого нет. Была офицером его охранной структуры. Давала клятву. Государства нет. Но я и моя клятва есть. И ей не изменю. Все имена я или не называю, или называю созвучные. Здесь я целиком на стороне своего мужа. В своих записках он об этом не говорит. Но так поступает. И я поступлю так же. За это извините! Каждый должен поступать так, как подсказывает его совесть и убеждения. Ещё раз извините!

Вернусь к прерванному рассказу.

Две недели группа следила за одним человеком. Пары сменяли друг друга. Мы не спускали с него глаз. Он был директором большого магазина. На работу приходил в 7 часов утра. Открывал магазин. Уходил с работы в 21 час. Закрывал магазин. В субботу уходил в 19 часов. Магазин работал с 8 до 20 в будни и в субботу с 8 до 18. Воскресенье был выходной.

Следить за этим человеком при таком образе жизни не сложно. Дом. Работа. Дом. Кроме двух дней в неделю. Его квартиру мы осмотрели. Ничего особенного. Обычная двух комнатная квартира. Её занимала его семья. Он, жена работавшая врачом, дочь-студентка. Обычная квартира не бедная, но и ничего особенного. Наличных денег нашла 3000 рублей. Сумма не малая, но и не очень большая. Сберкнижки одна на него. На счету 2700 рублей. Вторая книжка на имя жены. На счету 3600 рублей. И последняя книжка на имя дочери. С 2150 рублями на счёте. Не огромные суммы. С работы не отлучался. Даже за своей долей поставщики приезжали к нему. Но иногда он нарушал обычный распорядок дня. В среду или субботу. Это и были дни исключения. Он уходил с работы в 17 часов. И шёл в дом по другому адресу. Сначала заподозрили наличие любовницы. Вычислили квартиру. Навели справки о жильцах. И здесь ожидал конфуз. Квартира принадлежала женщине 57 лет. Она её сдавала. Сама жила в селе. Там проживала её старуха-мать. С ней побеседовали. Женщина не отрицала факта сдачи квартиры. Её снимал приличный человек. Среди предъявленных ей фотографий она его опознала. Это был наш клиент. С квартиры не сводили глаз. Тут и выяснилось. В квартиру приходил только один человек. Наш клиент. Находился в ней до 21 часа. Уходил и возвращался домой к жене и дочери.