Текст книги "Тень Чужого"

Автор книги: Георгий Левин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 26 страниц)

Их квартиры, офисы, машины, получали свои порции жучков, маячков, глаз и ушей. Приходилось тяжело. Но розыскное дело распухало и пополнялось.

Николай Иванович нервничал и постоянно теребил меня. Прошло уже десять дней с момента исчезновения девушки. Кое-что мы накопали. Но на след девушки не вышли. Делом занималась всего семь дней. Кто понимает что-то в профессии сыщика. То он знает, что этот срок очень мал. Для получения результата. Кропотливая работа розыска спешки и нервозности не приемлет. Результат нужно не просто ждать. А упорно работать и он придёт. Так и произошло. Наблюдатели следили за двумя парнями постоянно. От них и пришло сообщение. Клиенты начали проявлять активность. Ходили по клубам дискотекам. Ездили по знаменитой Тверской. Высматривали проституток. Везде подбирали блондинок. Это было подозрительно. Нескольким из девушек повесили "маячки". К ним клиенты проявили особое внимание. Не отстали и мы. Их передвижения отслеживались. Затем случилось непонятное? Три "маячка" были зафиксированы в одном месте в городе Обнинске. В небольшом доме. Его взяли под наблюдение. Наблюдение дало результат. С дома старая "четвёрка" увезла сигналы "маячков" в гараж транспортной фирмы.

Дальше "маячки" начали двигаться в сторону Украинской границы. Сигнал исходил от фуры везущей товар в Польшу. Пункт назначения выяснили инспектора ГИБДД. Выяснили и чья фура. Она принадлежала фирме империи человека. О нём рассказала раньше. Два экипажа преследовали фуру. На стоянке им в кофе добавили хитрый порошок. Водитель и сопровождающий товар уснули. Наши парни обыскали фуру. Девушек нашли в ящиках. Они были под воздействием сильного наркотика. Накладные и все находки сфотографировали. Сложили всё на место, и связались со мной. В документах значилось, что груз перевозимый фурой, предназначен одной польской фирме.

Связалась с Николаем Ивановичем и попросила о помощи. Сообщила, что мы вышли на след и что нужно. На следующий день в обед два джипа с пятью охранниками и мной мчались в сторону украинской границы. У нас было семь заграничных паспортов с польскими визами. Седьмой паспорт был на имя девушки с её фотографией.

Впервые ехала за границу!

Украинскую границу пересекли быстро. Двести долларов в моём паспорте открыли шлагбаум. Мы мчались по территории бывшей братской республики теперь независимого государства. Фуру настигли около Львова. Сменили наши экипажи. Дальше за фурой следовали мы.

Польскую границу тоже пересекли без проблем. Правда заплатила 600 долларов. Здесь таксы были уже европейские. Заграница была настоящая. Пограничник оценил моих рослых сопровождающих. Пожелал нам счастливого пути и показал свой дом.

– Когда пани будут возвращаться. Хай знайдеть мене. Я Вам поможу! За так же сумму.

Отметку о въезде на территорию Польши он поставил во всех семи паспортах. По головам нас не считали.

Фура пересекла границу через два часа. Тоже рекорд! Маячки сообщили, что груз на месте. Их сигнал и привёл нас в небольшой городок. Точнее на его окраину в пансион. Его мы и взяли под наблюдение. В пансионе было человек двадцать девушек под охраной пяти быков. Они находились в здании безвыходно. В наших джипах в тайниках находилось шесть "ТТ" китайского производства. Нейтрализовать пятерых быков было не сложно. Они и пикнуть не успели бы. Но я человек не кровожадный и выбрала другой путь.

Одного из своих сообщников молодого парня остальные бандиты гоняли за разными вещами. То за сигаретами. То за выпивкой. Он безропотно бегал. Я и решила обратиться к его совести.

В очередной его поход трое моих охранников в масках с пистолетами и ножами схватили его и затащили в полуразрушенный сарай. Там без видимых следов попугали его. Угрожали отрезать кое-что. Он не соглашался и пытался кричать. Они и залепили ему рот липкой лентой. Изверги. Убедились. Парень дошёл до кондиции. Проникся ситуацией. Тут и появился ангел! То есть я:

– Изверги! Что вы делаете! У парня ещё нет детей! А Вы хотите ему отрезать его детородный орган! Он согласен помочь Вам! А Вы! Звери! Иди ко мне мой хороший мальчик! Я спасу…

Или убью тебя. Что выбираешь? Хороший мой! Они ведь звери! И ножи у них грязные! Отрежут тебе твою гордость и занесут инфекцию. Что тебе тогда делать? Всё! Не плачь мой хороший. Идём со мной. Поможешь мне? Я тебе и денег дам. Тысяч десять или двадцать! И заметь всё в американских рублях! Хочешь?

Он отчаянно закивал головой. Я обрадовалась:

– Вот и умница! Посмотри на это фото. Ты её знаешь? Правда, симпатичная? А теперь рассказывай всё, что видел и слышал. Только сначала.

Весь его рассказ приводить не буду. Он был невнятный и часто уходил в сторону. Расскажу кратко сама.

Из Росси приходил груз. Это были девушки. Их собирали в пансионате. Раз в два месяца отправляли в разные точки Европы и на Восток. Там и продавали. Вот такая простенькая схема.

Парень согласился нам помочь. Добровольно! Осознал, что участвует в нехорошем деле. Ему дали четыре бутылки водки и 10 000 зелёных рублей. Остальные обещала ему после того как выведет и передаст нам девушку. На прощанье душевно сказала ему жарким шёпотом на ухо:

– Только не забудь! Вот эти злые парни всё время будут рядом. Они тебе не доверяют! Могут и убить. Помни!

Он трясся. Но всё сделал как надо. Напоил товарищей по работе водкой с нашей добавкой. Те и вырубились. Вывел и передал нам девушку. Обменял её на вторые 10 000. Всё было сделано честно. Хороший парень!

Мы получили девушку. Развернули свои машины и умчались прочь. Всё своё у нас было с собой. Вот и не было долгих сборов. Не было и прощания с заграницей. Из моторов выжимали всё.

Через 2 часа 30 минут были у дома доброго польского стража границы. Нам сказали, что он на службе. Держит границу на замке! Мы и поехали. Бдительный страж увидел наши машины. Узнал и устремился к нам. На бегу громко кричал:

– Пани! Вже поспишаю! Не хвилюйтесь!

Он прибежал. Взял из моего паспорта 600 долларов. И тут же на капоте джипа поставил отметки о выезде. Во всех паспортах. На пассажиров в машинах не смотрел. Отдал мне паспорта. Сам побежал к шлагбауму и поднял его. Стоял у шлагбаума и отдыхал от таких усилий. Ему было очень трудно таскать свой живот. Но он старался. Вот это европейский сервис!

На украинской границе сервисом и не пахло. Усатый пограничник и усатый служитель таможни задумчиво топтались возле наших машин. Я их понимала! Всё было сложно и не понятно. Едут люди из-за границы. А машины пустые? Едет машина оттуда рессор не видно. Всё ясно! Давай 100 долларов! Или проверим, что везёшь! А здесь проблема! Машины пустые. Как взять 100 долларов? Такса имеется! Вот и думай. Как их взять?

У нас времени не было. И я облегчила их мысленный труд. Дала 200 зелёных. Все формальности закончились сразу. Через пять часов отдала ещё две 100 долларовые бумажки. Мы въехали на территорию России. Узнать, нужно здесь платить? Или нет? Не успела. Моё удостоверение положенное сверху паспортов решило вопрос. До Москвы было часов 5 езды. Разбитые дороги скорость развивать не позволяли. Ехать приходилось осторожно.

Я пристроилась на заднем сидении джипа. Дремала и думала.

"Теперь если мне придётся заполнять анкету с чистой совестью смогу в ней писать "да" в двух строках.

Семейное положение замужем "да".

Были ли Вы за границей "да". А в следующем вопросе этого же пункта "где?" буду писать " в Польше" и рядом приписку "20 часов, с дорогой". Вот прогресс!"

С такими радостными мыслями и позвонила Николаю Ивановичу. Была ночь. Но его это не испугало. Встретились. Он забрал девушку. Мы договорились о встрече после обеда в его офисе. Было 06 часов 24 минуты. Уже нового дня.

За всё время пути девушка не проронила ни звука. Её никто не беспокоил. С вопросами не приставали. Думаю и образ её жизни и понятия изменяться. Жестокий урок получен. А не поймёт? Туда ей и дорога.

Отпустила охранников отдыхать. Сама поехала в двухкомнатную квартиру владений дочери. Сын уже встал. За стенкой грохотала музыка. Но мне она не мешала. Приняла душ. Упала на кровать и уснула. Тяжело девушке без нормальных условий. Вот и устала.

Проснулась в 13.30. Душ и кофе взбодрили меня. Оделась и поехала на встречу. С собой взяла дипломат.

Николай Иванович и магнат уже были на месте. Обычное приветствие. Коньяк и кофе. И разговор о делах наших скорбных.

Возле каждого из присутствующих стоял дипломат. На встречу высокие стороны прибыли во всеоружии. Первой свой дипломат открыла я. Толстая папка со всеми материалами легла на стол. Туда же положила и листок с перечнем должных мне сумм. Всего просила 200 000 долларов минус 20 000 аванса.

Николай Иванович подвинул всё к себе. Папку даже не открыл. Просмотрел листок и сказал:

– Так ясно. Двадцать тысяч давал я. Значит с меня 80 000, а с тебя 100 000.

Обратился он к магнату. Два дипломата легли на стол. Николай Иванович достал 8 пачек 100 долларовых купюр. Магнат достал банковскую упаковку. 10 пачек. Они перекочевали ко мне. Мой дипломат их приютил. Успела заметить, что в дипломатах обоих мужчин ещё осталось достаточно пачек.

"Плохой из меня коммерсант!"

Промелькнула мысль. Меня это очень не расстроило. Настроение испортил магнат. Кроме денег он достал из своего дипломата свежий номер газеты "Московский комсомолец". Протянул мне:

– Прочтите! Там обведено! Очень интересно!

Я и прочла. В разделе происшествий была обведена заметка.

" По сообщению из полицейского департамента возле городка Х не далеко от польско-украинской границы произошла криминальная разборка. Прибывшие на место полицейские обнаружили 23 тела молодых людей с огнестрельными ранениями. При погибших были обнаружены паспорта граждан России, Украины, Молдавии. Рядом с телами лежали пистолеты и автоматы. В 500 метрах от места этого побоища найдены два легковых автомобиля и один микроавтобус. В них были ещё три трупа. Так же с огнестрельными ранениями. Следов лиц совершивших это преступление не обнаружено. Свидетелей данного происшествия нет. Ведётся расследование".

Дата в заметке была такая же. Как и в отметке в моём паспорте о пересечении польско-украинской границы. Отодвинула газету. Кричать, что это не мы! Быть себя в грудь? Рвать волосы на голове? Не собиралась. Давать клятвы? Что мы тут не при делах. Что это просто случайно совпали обстоятельства. Было глупо. Поэтому и молчала. Хранить молчание продолжала и тогда, когда магнат задал вопрос:

– За эту бойню тоже заплатили мы? Или это бесплатный подарок?

На помощь пришёл Николай Иванович. Он подвинул к себе газету. Прочёл статью и подвинул газету магнату.

– Ты чего пристал к Виктории Андреевне? Прочёл газету и привязался. Это о твоих родственниках или работниках пишут? Здесь написано, что это сделала она? Написано, что ты это заказал и оплатил? Жалко этих бандитов?

Окажи помощь их семьям тысяч по 100 долларов. Благодетель! Начинаешь здесь нюни распускать. Она не она! Меня этот вопрос не интересует. Нашла нужным? Покрошила! Главное она решила проблему и наша выгода налицо. Слова обоих братцев ты слышал. Все условия она выполнила. Благодари её, а не разыгрывай из себя благородного рыцаря!

Отвернулся от магната. Обратился ко мне:

– Виктория Андреевна! Извините моего товарища! Он вырос и живёт на островке в океане. Не обитаемом. Поэтому его иногда и заносит. Когда-то в юности его избрали народным заседателем в суд. Вот его и заклинило. Ещё раз извините! Спасибо Вам за работу! Всё выполнено! С моей стороны вопросов нет. Я перевёл на Ваш счёт 30 000. Это премия от меня лично. Спасибо! Был рад встречи с Вами! Всегда к Вашим услугам!

Галантный кавалер поцеловал мне руку. И я упорхнула.

Так впервые столкнулась с торговлей людьми. Сейчас об этом говорят открыто. Тогда или замалчивали. Или не знали. Куда ушёл собранный нами материал? Приняли ли по нему меры? Не знаю! Это дело проводила как частное лицо. Сдала материалы "заказчику". Получила деньги и забыла. Таковы условия этого жанра.

В прессе сообщений не было. Дотошные журналисты так ничего и не узнали. Братья продолжали занимать свои посты. На этом и закончилась эта история. А моя продолжалась.

Покинула место встречи. Поехала в наш офис. Из полученных денег забрала свои кровные двадцать тысяч. Для оплаты нашему добровольному помощнику в Польше. Брала свои. Забрала ещё 20 000 мой гонорар. Остальные отдала правой руке директора. Приказала выдать всем задействованным в этом деле премию по 2 000 каждому. Оставила джип. И покинула офис.

Поймала частника и поехала на дачу к родителям. По дороге купила билет на самолёт на Барнаул. Посидела с родителями. Оставила им денег. Вообще они не нуждались. Отцовской пенсии хватало. Но было приятно помочь родителям. Они вырастили и воспитали такую умную и красивую дочь!

Вечером поймала сына. Дала ему 5 000 долларов. Это я почти вырастила и воспитала такого сына! Он был счастлив. Решил купить машину как у всех. Товарищей и подруг по учёбе. Решить решил, а денег нет! И вот добрая и красивая мама. На деньги сынок! Ни в чём себе не отказывай милый! Вот так!

Утром улетела в Барнаул. К обеду была дома. Здесь и ждал меня подарок от дочери. Родной частичке моего тела и души!

Когда она вошла в дом. На столе лежала кучу подарков ей. Не забыла и 4 000 долларов. Обняла и прижала к сердцу дитя. Чуть не всплакнула. Помешало одно. Показалось мне что ли? Дочь принюхивалась ко мне! Ослабила объятия. Понюхала себя. Потом и алкоголем не пахло. И в этот момент пропустила вопрос дочери:

– Мам! Как ты Владу в глаза смотреть будешь?

Ответила честно, Вы ведь помните? В анкетах решила писать правду!

– Не знаю! Наверно прямо. Когда явится!

Ну и получила ответ.

– Никогда не подумала б! Что тебя на старости лет на блуд потянет! В твои годы это стыдно!

Здравствуйте! Приехали. Ну, блуд это бог с ним. Но обозвать меня старухой? Это уж знаете перебор! Обиделась страшно. Родное дитя бить не будешь! Гордо повернулась и ушла в спальню. Повернула ключ в замке. Сбросила одежду. 25 минут вертелась перед зеркалом. Изъянов сильных не нашла. Так мелочи! Но в комплекте девушка ещё ничего. Так лет 30. Не больше! Обида мучила меня. Из комнаты не выходила. Почти. Не угадали! Не в туалет. Душ и туалет были за отдельной дверью в самой спальне. Выходила за едой. Я же не птичка! Так и просидела до утра в комнате. Благо еда и туалет были под боком. Вечером дочь что-то пищала. Стучала в двери спальни. Но я сохраняла лицо. Обиделась! Так и не отозвалась. О чём ей говорить со старухой?

Утром встала и пошла в ресторане. На каторгу. Целый день изображала упорный труд. К вечеру мы помирились. Так и прошёл месяц. В трудах и заботах. А потом приехал Влад.

Пробыл не долго. Снова уехал. А я опять осталась ждать. Дни тянулись. Но всё равно проходили. Бизнес под руководством дочери шёл хорошо. Посетителей хватало. Народ тянулся к веселью. Где-то в большом мире громыхала первая чеченская война. Она разделила народ на русских и лиц "кавказской" национальности. Приносила смерти и горе. А у нас была тишина. Спокойный провинциальный быт. В замершем времени.

Несколько раз приезжал Влад. Звонил. За это время дважды звонил директор фирмы. Первый раз сообщил новость. Магнат стал клиентом фирмы. Второй раз звонил с отчётом о делах фирмы. Но эта жизнь была далеко. И как думала уже меня не касалась. Так и встретили Новый год.

Что он нам принесёт? Могли только гадать. Но гадание дело не благодарное. Поэтому им и не занималась. В тихий сонный ритм жизни уже втянулась. Даже немного поправилась. Вот это было катастрофой!

Сын Андрея что-то зачастил домой. Родители его были рады. Но заметила. Он часто отирался в ресторане. Не пил. Не ел. Сидел и смотрел на дочь. Она фыркала и возмущалась, когда я ей намекнула об этом. Парень он был ничего. Конечно не гигант. Косая сажень в плечах. Но по местным меркам идеал. Не пил. Не курил. Заканчивал аспирантуру. И уже сейчас работал преподавателем на кафедре. Дочь хоть и капризничала, но перед парнем рисовалась. Да и пора уже было. Заневестилась коза! Так проходили мои дни.

Чтобы не совсем облениться стала заставлять себя бегать. Поддерживала спортивную форму. Дочь издевалась.

– Опять мамуля к выходу на панель готовишься! Старайся! Придётся конкурировать с 12–13 летними. Не подведи! Не опозорься!

Эти издевательства сносила стойко. Обычно отвечала:

– Смотри за своей попкой! Переросток!

Часть седьмая
"Последнее дело. Наёмники. И снова бой! Жестокий и кровавый Тень и Чужой, его ведут"

И она как наколдовала. Звонок моего телефона с московским номером раздался неожиданно и некстати. Стола на лестнице вытирала люстру. Вначале решила, перезвонят. Слезать было лень. Ведь потом придётся лезть назад! Я не дурочка! Всё просчитала! Но он звонил не переставая. Вот докопались! Со злостью швырнула тряпку. Слезла. Взяла телефон. Нажала кнопку. Набрала в лёгкие воздуха. Приготовила мат и поднесла трубку к уху.

Воздух и мат застряли в моём горле. В трубке услышала густой мужской голос. Но причиной был не голос этого человека. Причиной была его фамилия. Он мне представился.

Ни его фамилия, ни он не мелькали на страницах газет и с экрана телевизоров. Но в кругу клиентов нашей фирмы о нём говорили шёпотом. Он был россиянином. Но его бизнес на 80 % был за рубежом. Под его гарантии западные банки давали кредит. В среде наших клиентов такого о себе не мог сказать никто. Хотя они и считались крупнейшими бизнесменами России. Аккуратно выпустила воздух и перевела дух. Ответила на приветствие и сразу выпалила:

– Здравствуйте! Но, извините! Вы наверно ошиблись номером?

Мужчина ответил сразу:

– Увы! Виктория Андреевна нет. Я не ошибся. Номер мне Ваш сообщил один человек. Ему Вы без шума нашли и вернули дочь. У меня ситуация хуже. Хотел бы встретиться с Вами и переговорить. Даже самому странно сказанное. Обычно просят об аудиенции у меня. А сейчас прошу я. Давно уже такого не было. Прошу Вас мне не отказывать. Сегодня я в Амстердаме заканчиваю дела и завтра вылечу в Москву. Если Вам удобно встретимся завтра вечером. Позвоните и назначите время. Когда Вам удобно. Мой номер телефона у Вас высветился. Спасибо, что согласились.

Связь прервалась.

А я ещё минут 5 слушала гудки отбоя в наушнике телефона. С трудом приходила в себя.

Очнувшись. И заметалась. Мне нужно было срочно в аэропорт. Ближайшим рейсом должна была вылететь в Москву. Вот и суетилась.

Аэропорт привычно гудел. В кассе мне сообщили, что билетов эконом класса на Москву нет. Но Аэрофлот изобрёл новый вид билетов, бизнес класса. Стоили они в два раза дороже. Сделаны места этого класса были просто с русской выдумкой. В передней части салона шторкой на верёвке отгородили два ряда кресел. Вот и получился бизнес класс. Для утешения напитки в нём подавали на протяжении всего полёта. Билеты бизнес класса были всегда. Я и взяла. Через два часа самолёт взлетел и взял курс на Москву.

Москва встретила меня хорошей погодой. Это была приятная неожиданность. Такси домчало меня до двухкомнатной квартиры дочери. Там и перевела дух. А то спешу, спешу.

Душ, снял напряжение и усталость. По дороге закупила продуктов. Коньяк остался на квартире с прошлого посещения. В квартире сына было тихо. Открыла потайные двери. Вошла в его берлогу. Квартирой назвать это помещение можно было только из-за наличия стен, окон, дверей, потолка и пола. А так только берлогой. Не застланная постель. Разбросанная одежда и засохшая корка хлеба в отключенном холодильнике.

Вздохнула. Принялась берлогу преображать в квартиру. Убирала. Слаживала вещи. Включила холодильник и щедро поделилась продуктами. Честно отдала всё! Только приготовила себе два бутерброда. Какой матери полезет что-то в рот? Если видит у ребёнка одну засохшую корку хлеба в доме? А я обычная не нормальная мать. Успела всё закончить. Тут и появился сын.

– Ура! Конец диете! Приехала кормилица!

Закричал он ещё с порога. Когда увидел меня. Но бросился к холодильнику. Схватил кусок хлеба и колбасы. А только затем бросился ко мне. Строго отстранила его.

– Ты мне скажи! Бардак я понимаю. А корку хлеба нет! Я тебе три тысячи рублей высылаю каждый месяц. Не хватает?

Сын обнял меня. Осыпал крошками хлеба. Ухитрялся говорить и жевать.

– Мамуль! Машина, девочки и гульки требуют не только сил, но и денег. Вот и улетают они. Не успеваю и оглянуться. Ты не переживай! Я приспособился. Когда деньги есть? Накапливаю жир. Заканчиваются деньги? Учусь и живу за счёт накопленного жира. Ведь все гении в учении голодали. Вот и не отстаю. А когда совсем становится голодно еду к деду с бабой. Они накормят и с собой дадут провианта. Да ещё и денег подбросят. Прячась друг от друга. Вот и выкручиваюсь! Скажи! Я у тебя умный?

Я едва не заплакала. Достала из кармана кошелёк дала ему 500 долларов. Он обрадовано запрыгал по комнате.

– Мамуль! Приезжай чаще! Но не на долге время. А то колобком стану!

Так душевно просидели до темноты. Сказала, что приехала по делам. Сколько дней пробуду в Москве? Пока не знаю. Сейчас еду к знакомым.

Сын в отличие от дочери матери верил и не подозревал её. Ни в чём!

Простилась и ушла…, в другое парадное. Музыка за стенкой играла ещё долго. Ребёнок праздновал.

Утром встала. Выпила чашку кофе. Съела два запасенных бутерброда. В 14.30 позвонила по данному мне номеру. Ответили сразу. Знакомый густой голос осведомился, где меня забрать. Сказала и через 40 минут стояла на условленном месте. Подъехала "шестёрка". Водитель распахнул двери и спросил:

– Виктория Андреевна?

– Да!

Ответила. Скрывая своё разочарование. Думала за мной приедут ну как минимум на 600 "Мерседесе"! А тут? Шедевр российского автомобилестроения. Было немного обидно. Но взяла себя в руки. И принялась рассматривать водителя. Крепкого мужчину лет 50–52. Одет он был не броско. Обычно. В толпе не отличишь. Принимали меня очень просто. Без оркестра. Без пламенных речей и эскорта мотоциклистов в парадной форме. А я старалась и нарядилась! Так по моему разумению едут на приём к правителям и миллиардерам. И вот облом!

Или меня захватили враги? И сейчас везут в подвал на пытку? А я с пустыми руками! Ни ампулы с ядом. Ни гранаты. Вот попалась! И тут же для себя решила! Если в этот раз вырвусь? Больше так не опростоволошусь! Без гранаты из дому больше не выйду. Это если вырвусь. А нет? То умру как партизанка! Не скажу им ни слова! Даже своего имени.

Наверно это всё читалось на моём лице. Отвлёклась от своих мыслей и заметила в салонном зеркале. Водитель с ухмылкой смотрит на меня. Надела маску безразличия и строгости. И посмотрела ему в глаза. Мужественно и твёрдо. А он рассмеялся:

– Ну, Виктория Андреевна! Даёте! Читал ваше личное дело. Собирал все слухи о Вас. Фотография в Вашем деле старая. Вы на ней в форме. Вот и думал! Сейчас придёт такая солидная тётя с пудовыми кулаками. А Вы? Как девчонка! Ещё и играетесь. Даже не верится, что эти хрупкие руки могут свернуть шею здоровому мужику и не одному. Могут нажать спусковой крючок и всадить пулю в лоб. И что самое странное? Вы командуете мужиками! И давно! Честно сказать? Удивили!

Моё игривое настроение пропало. И я серьёзно посмотрела на него.

– Может Вы и правы! Я не так выгляжу. Не так себя веду. Но давайте оставим меня в покое и посмотрим на Вас. К Вам в машину сел человек. А Вы? Даже не представились! Как и присуще воспитанному человеку. Но рассказали мне, что читали моё дело и изучали. Как я ем? Как сплю? Где и с кем? Здорово! Хотите запугать? Раз читали моё дело? Знаете откуда я и где училась. Поэтому на всякие запугивания просто плюю. Не могу сказать, что я супермен! Но постоять за себя сумею. Даже проигрывая пару шей сверну. А там как Бог даст! Простите за нравоучение. Но Вы знаете, что я права!

Ожидала всего. Что человек надуется. Замкнётся. Просто окинет презрительным взглядом и перестанет обращать на меня внимание. Но всё было не так.

Мужчина раскатисто рассмеялся.

– Ну, Виктория Андреевна! Вот теперь верю! Что Вы командуете мужиками. Что Вы провернули те дела. О некоторых я смог узнать. Есть в Вас стержень! Признаю Вашу правоту. Прошу меня извинить! Занимаемое положение испортило. Поэтому предлагаю мир и начнём всё с чистого листа.

Зовут меня Иван Иванович. Это не псевдоним. Я родился в глухом сибирском селе и у нас пол села Иван Ивановичей. А вторая половина Пётр Петровичи. Ибо в нашем селе жили уже тогда всего две семьи в семи домах. Это всё, что осталось от большого старообрядческого поселения. Молодёжь подрастала и уходила.

Лет пять назад бывал в родном селе. Дороги к нему заросли. Крыши домов обвалились. Умерли старики. Умерла жизнь. Вот такая судьба моей Родины.

Дальше всё просто. Генерал-майор ФСО. Начальник охраны известного Вам человека. Исправился? Мир? Или дать конфетку?

Он опять заразительно рассмеялся. Улыбнулась и я.

– Ладно! Мир! На счёт конфетки сами напросились. Будете должны.

Он кивнул головой. Говорить было не когда. Мы приехали. Вернее въехали в арку и повернули налево. Ленинский проспект дом 42. У второго парадного Иван Иванович припарковал машину, Открыл дверцу с моей стороны и помог выйти. Настоящий галантный мужчина! Не смотря на то, что генерал!

Вход в парадное преграждала прочная металлическая дверь с кодовым замком. Иван Иванович набрал несколько цифр. Открыл дверь и пропустил меня вперёд. Я вошла в обычный подъезд семидесятых годов. Чистенький. Но не привычный. В парадном перед старым лифтом прохаживался молодой человек. Под его пиджаком угадывался пистолет. А на небольшом столике стоял дипломат. Этот дипломат был мне знаком. Одно лёгкое движение и дипломат открывался. Его крышки падали и в руках оказывался взведенный АКС. При виде генерала он замер по стойке "Смирно". Мы прошли к дверям лифта. Иван Иванович нажал кнопку вызова. Приехал старенький лифт и гостеприимно открыл перед нами двери.

Мы, вошли. Иван Иванович нажал кнопку этажа. Лифт тихо заскользил. Ухаживали за ним на совесть. Лифт остановился. Двери открылись. Мы вышли на лестничную площадку. Двое молодых парней перекрывали площадку сверху и снизу. О том, кто едет? Им сообщил охранник снизу. Но у них была инструкция. Они следовали ей. На площадку выходили двери четырех квартир. Свернули направо. Подошли к крайней двери. Иван Иванович в звонок не звонил. Он взялся за ручку двери и потянул её на себя. Дверь открылась. Иван Иванович пропустил меня и зашёл вслед за мной. Прикрыл дверь.

С интересом осмотрелась и замерла. Я попала в квартиру моего детства. Тогда мы жили в военном городке. И у нас была точно такая квартира. Ковровые дорожки. Старая вешалка. Старая тумбочка и зеркало над ней. Лампочка под абажуром. Старые поблекшие от времени обои. Детство спокойное и беззаботное снова было со мной. Уже прожитая жизнь ушла. В прихожей стояла девочка. И у неё вся жизнь была впереди.

В прихожую из кухни вышёл мужчина. Старые трикотажные брюки, тапочки. Футболка и фартук. Таких теперь нет. Такой был когда-то у моей мамы. Волевое лицо аккуратная причёска седых волос не гармонировала с его простой одеждой. Это лицо узнала. Мужчине было за шестьдесят. Но выглядел он хорошо. В руках держал полотенце. Улыбнулся нам и сказал густым голосом:

– Приехали? Чудесно! У меня всё готово! Одевайте тапочки. Мойте руки и прошу к столу!

Иван Иванович стоял вытянувшись.

– Разрешите идти!

– Иван! Ты не на плацу, а у меня в гостях. Я хочу, что бы ты присутствовал при нашем разговоре. Так, что проходи. Или откажешься от моего обеда? Пожалеешь! Давай! Отказ не принимается.

Говорил человек спокойно. Но в его голосе звучали властные нотки. Сам он их не слышал. Сняла обувь. Одела тапочки. Проследовала в ванную. Вымыла руки. Прошла в столовую. Иван Иванович шёл за мной.

Столовая тоже была из того старого времени. Мебель, ковровые дорожки, старый буфет, старые стулья вокруг накрытого стола. На окне старые шторы и занавески. Здесь время замерло. Оно просто остановилось. Хозяин квартиры и Иван Иванович в него вписывались. Я была чужеродной. Человеком другого времени. Сейчас мне бы косу до пояса! Ситцевое платье, белые носочки и чёрные туфельки с круглым носком без каблуков на перепонке. Тогда бы и я здесь была своей. Но это было не возможно. И я выбросила эти мечты из головы. Прошла к столу. И чуть не открыла рот от изумления.

Ожидала увидеть на столе всё, что угодно. Икру, балыки, разные деликатесы, а увидела…

Крупно порезанную селёдку украшенную луком. Рядом стояли блюда с отварной картошкой, огурцами, помидорами, пирожками. Накрытая супница и завёрнутая в полотенце кастрюля. Стол украшала запотевшая бутылка "Столичной", кувшин клюквенного морса, три рюмки и три столовых прибора. Мой рот наполнился слюной. Сглотнула её. Вместе с хозяином квартиры и Иван Ивановичем присела к столу. Съеденные два бутерброда в моём желудке много места не занимали.

Иван Иванович открыл водку и налил её в рюмки. Хозяин предложил тост:

– За знакомство!

Мы выпили. А дальше я налегла на закуски. Отведала всего. В супнице был наваристый гороховый суп с копчёными рёбрышками. А кастрюле макароны с мясом. Известные как "макароны флотские". Ели молча. Да и мой набитый рот был не способен произнести ни звука. Иван Иванович от меня не отставал. Желудок был полон. Но макароны доела.

– Спасибо! Наелась на неделю! Готовят у Вас чудесно! Повариха золотая!

Сказала я откладывая салфетку и с тоской поглядывая на стол. Еды ещё осталось достаточно. Но я была не в состоянии проглотить даже крошку.

Хозяин квартиры улыбнулся.

– Вы наверняка читали, что в старое время хозяин усаживал нанимаемого работника с собой за стол. Смотрел, как он ест. Если ел хорошо? То хозяин его нанимал. По этим показателям, Вы на работу приняты. Ну а на счёт поварихи? Тут Вы ошиблись! Готовил повар! И он перед Вами. Это я! Люблю готовить! В этой квартире делаю это всегда. К сожалению, бываю здесь редко. Сейчас Иван сварит Вам и себе кофе, а мне приготовит чай. А мы пока поговорим. Познакомимся. Расскажу Вам то, что Иван знает. К основному разговору он успеет.

Иван Иванович вышёл на кухню. А хозяин удобно устроился и начал свой рассказ.

… Я видел Ваше изумление, когда Вы вошли в эту квартиру. Это не рисовка и не хождение в народ. Такие вещи никогда не понимал и не принимал. Это гавань моих счастливых воспоминаний. Для приёмов есть квартира в "сталинской" высотке и на Кутузовском проспекте. Особняки на Рублёвском шоссе, в Лондоне, Париже, Берлине. Но эта квартира моей молодости. Моей не сложившейся жизни. Здесь всё как было более 30 лет назад. Поддерживать такое состояние не просто. Вещи стареют. Приходят в негодность. Их заменяют на такие же вещи. Иллюзия? Самообман? Наверно. Но мне так нравиться и я могу себе это позволить.