Текст книги "Христианство и религии мира"

Автор книги: Генрик Хмелевский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)

Фетишизм

Одна из форм первобытных верований, во многом сходная с магическими обрядами, известна исследователям первобытных народов под названием фетишизма[23]23
  Слово «фетишизм» происходит от латинского «facticius», дословно «искусственно созданный» (талисман, амулет).


[Закрыть]. Фетиш – это материальный предмет (камень, дерево, палка; могут быть фетишами и животные, даже кости людей или животных, перья птиц и т. д.), который в представлении ряда первобытных народов обладает особым могуществом. Фетиш якобы может излучать свою таинственную мощь и таким образом вредить или помогать человеку. Следовательно, фетиш приобретает некоторые качества, которые на более позднем этапе развития религии становятся качествами божества. Он как бы наделен необычайной силой, помогающей преодолевать трудности. Такой предмет положено охранять, соответствующим образом обращаться с ним и бояться его. Ведь он может не только помогать, но и причинять вред.

Фетишизм как явление, близкое к религиозному культу, наблюдался у находящихся на очень низкой ступени развития народов Австралии, Америки, Западной Африки. Присутствовал он и в религиях древнего Египта, Греции, стран Востока. Когда с течением времени сложилось наиболее обобщенное понятие божества, фетиш становится местопребыванием божества или предметом, с помощью которого божество действует. В такой форме он продолжает существовать даже в современных высоко организованных религиях. Культ различных изображений святых, чудотворных медальонов, амулетов и т. д. имеет много общего с первобытным представлением о том, что некоторые предметы могут обладать самостоятельно действующей силой.

Так же, как и магия, фетишизм, входящий в разные религиозные культы, в то же время существовал и независимо от последних. Представление о чудесных свойствах разных предметов не всегда носило религиозный характер. Еще и сегодня некоторым предметам приписывается способность приносить счастье, что не связано ни с какими видами официального религиозного культа.

Анимизм

Этнологи, занимающиеся изучением культуры первобытных народов, обратили внимание на весьма распространенную у многих народов веру в духов. Такая вера может приобретать разные формы. Так, в представлении некоторых жителей австралийских пустынь или африканских джунглей духи являются не только двойниками живых людей, но и у мертвых предметов есть свои духи. По их понятиям, духи есть у деревьев, камней, лесных ручьев, рек, животных и людей.

Английский ученый Э. Б. Тэйлор назвал это достаточно распространенное представление анимизмом. Тэйлор считал анимизм одним из самых первичных истоков религии[24]24
  Основной труд Э. Б. Тэйлора, в котором он обобщил результаты своих исследований, называется «Первобытная культура».


[Закрыть]. Он исходил из предположения, что первобытный человек как мыслящее существо не мог быть равнодушен к своим внутренним переживаниям. Примером может служить такое явление, как сны. Во сне человек видел себя самого, и, что было совсем удивительно, появлялись также его товарищи, давно умершие. Это заставляло задуматься. Как это так? Он хорошо знал, что этих людей уже нет. На его глазах они были растерзаны львом, он сам вместе с другими зарыл их тела в землю и обложил могилу сверху камнями. Но несмотря на это, в снах они приходят, он видит их, иногда даже слышит их разговор. Значит, они существуют, значит, несмотря на все, они есть.

Явление сновидений и даже грез наяву известно и нам. Мы можем вполне объемно представить себе людей или вещи, какие пожелаем. Но они будут существовать лишь в нашем воображении.

Что такое воображение? Это одна из функций нашего мозга. Мозг человека, его серые клетки, вполне материальные, способны выполнять такие сложные функции, что они граничат с чудесами. Человеческий мозг при помощи различных соотношений серых и белых клеток, а также сети проводов-нервов наблюдает за всем, что делается вокруг человека и в нем самом (например, боль), накапливает эти наблюдения (память), связывает их между собой в разнородные комбинации или сочетания и, наконец, воспроизводит их, как фильм с ленты (вспоминает).

Только мозг – более лучший режиссер. Фильм, однажды заснятый на ленту, навсегда останется таким же, а мозг как бы пускает несколько «фильмов» сразу, накладывает один на другой, изобретая все новые сочетания тех же образов. Соединяя элементы, взятые из различных наблюдений, он комбинирует их и воспроизводит изображения, ощущения или переживания, не встречавшиеся в действительности.

Они являются фантазией, чем-то самобытным, хотя и основанным на предварительно накопленном и систематизированном в мозгу материале. Но все это вполне материально, ничего потустороннего в этом нет. Способность мозга воспроизводить явления материального мира в различных сочетаниях – это и есть воображение. Воображение может ограничиваться простым воспроизведением в мозгу увиденных образов. Например, кто из нас, солидно проголодавшись, не видел во сне, более того, ощущал запах, почти вкус этакого румяного жареного поросенка с капустой или жареной картошечкой. Человек уже подцеплял аппетитный кусочек на вилку и… просыпался голодным.

Ощущение голода, переданное по нервам в мозг, привело в движение аппарат воображения. Из кладовых памяти серые клетки извлекли образ жареного мяса, воспроизвели его. Но… это была только иллюзия, созданная воображением. В действительности поросенка не было. А ощущение голода осталось, оно было действительным, реальным.

Но как мы уже говорили, воображение может сочетать, комбинировать разные наблюдения, противоречащие друг другу и действительному положению вещей. Например, поэт говорит: «Пирамиды, на гору взойдите, на нее поглядите глазами веков». Пирамиды – вещи мертвые, достаточно тяжелые, и, как известно, двигаться не могут. Воображение поэта соединило движение, присущее живой материи, с неживыми предметами, каковыми являются пирамиды. И вот в нашем воображении слова поэта вызывают образ пирамид, двигающихся к горным вершинам. Возможен такой образ? Возможен. Уолт Дисней в своих мультипликационных фильмах создавал и не такие комбинации. Но это будет образ искусственный, нереальный, противоречащий действительности. Этот пример относительно прост.

Воображение может создавать образы не только из двух, но и из трех, пяти, десяти и более элементов, взятых из наблюдений, относящихся к разным периодам жизни. Тогда могут возникнуть образы, совсем оторванные от действительности. Они могут стать для человека стимулом к попытке реализовать, воплотить их, закрепить то, что возникло в воображении. Тогда мы говорим о творческом воображении, творческой фантазии. Вышеизложенные рассуждения о воображении– это лишь конспект того, что науке известно об этом явлении. Если кого-либо этот вопрос заинтересует (а стоит!), пусть он возьмет какой-нибудь учебник общей психологии, например С. Л. Рубинштейна «Основы общей психологии».

Но даже на основе данного краткого изложения нам легче будет понять, как возникали представления у первобытных людей. Ведь первобытный человек тоже обладал воображением. Без него он не смог бы развиваться, без «мысленного преображения действительности» не было бы прогресса. Каждое, даже самое простое, дело требует работы воображения. Чтобы обтесать камень и придать ему желаемую форму, тоже надо думать, надо представлять себе, как он должен выглядеть, какие движения нужны для того, чтобы достичь цели.

Память регистрировала факты, происшествия, а воображение переосмысляло их, усматривая в них проявление деятельности духов. Духов приписывали не только живым созданиям, с которыми первобытный человек был действительно крепко связан условиями жизни, но и мертвым предметам. Неожиданно упавший камень действовал, значит, что-то должно было его побуждать к действию. Воображение видело в этом деятельность духа камней.

Тэйлор и его приверженцы совершали ошибку, когда представления первобытного человека о духах предметов связывали с его размышлениями о смерти, о своей дальнейшей судьбе. Они делали из него философа, которым он не был и не мог быть. Его мышление, развивавшееся в конкретных условиях, в процессе конкретной деятельности, было еще очень далеко от каких-либо обобщений. Обобщения возникли на базе опыта. Нужно было накопить опыт, накопить наблюдения над разными явлениями, чтобы выявились некие общие признаки, общие закономерности. Если первобытный человек (уже типа разумного человека) имел некоторый запас общих понятий, то они не выходили за пределы его опыта. А его орудия, его жилища (пещеры, землянки) показывают, что опыт его был невелик и ограничивался кругом повседневных дел: добычей пищи, защитой от опасности, от холода и т. п.

По существу, значение анимизма, который бесспорно является одной из наиболее близких к современной религии форм человеческого мышления, заключается в том, что он стал одним из основных факторов формирования в человеческом сознании представления о дуализме мира, его раздвоении на мир материи и мир духа. Не следует думать, что только анимизм привел к возникновению понятия дуализма. Двойственность, делимость мира понемногу закреплялась в человеческом сознании прежде всего в процессе производственной деятельности.

Она проявлялась в ежедневно наблюдаемых противоположностях: людей и окружающего их мира природы, человека и животного. И еще сильнее она выступала по мере развития производственной деятельности в условиях первобытного разделения труда в обществе: мужчины, которые охотятся, и женщины, которые собирают семена и другие средства для прокормления, молодые охотники и старики, уже неспособные охотиться, но умеющие делать оружие и другие приспособления, и т. д.

Здесь сказывалось влияние как самой производственной деятельности, так и общественных отношении внутри племени. Анимизм же становился фактором, углублявшим в человеческом сознании представление о двойственности мира. Поэтому он стал существенным элементом будущих верований религиозного характера.

Тотемизм

Другой формой культа, встречавшейся у первобытных народов, были тотемистические обряды. В основе их лежали представления о происхождении членов данной общественной группы от одного общего предка-тотема. Группы людей называли себя людьми Эму, людьми Медведя и т. д. С этим представлением о таких родственных отношениях было связано убеждение в том, что предок данной группы людей специально заботится о ней. Охота или поиски пищи были для людей главным дедом, от этого зависело их существование. Обычно тотемом было животное или растение, наиболее часто встречающееся в данной местности. Тотем нечто вполне реальное. Он связан с процессом основной производственной деятельности, которая на одном из ранних этапов развития человечества складывалась из охоты на крупного зверя, собирания съедобных растений и зерен, а также жуков или гусениц[25]25
  У племен австралийских арунтов существует тотем гусениц. См. И. Eilderman. Spoleczenstwo pierwotne, str. 189.


[Закрыть].

Тотемистические обряды, как правило, включали в себя раздел и потребление мяса животного-тотема.

Эльдерман вслед за Спенсером описывает, например, такой тотемистический обряд: «Итак, часть обряда тотема Кенгуру из племени ундиаров заключается в том, что молодые люди идут охотиться на кенгуру и затем приносят добычу старым мужчинам, остававшимся в лагере. Там старейшие мужчины тотема во главе с вождем съедают немного мяса кенгуру. Потом тела всех участников обряда натираются жиром кенгуру, после чего мясо делят между всеми собравшимися. После этого начинаются другие обряды. Они продолжаются всю ночь, а утром повторяется описанный выше вчерашний обряд. Ночь опять проходит в пении песен. После отправления этих обрядов люди из тотема Кенгуру едят мясо кенгуру очень воздержанно, а существуют некоторые части, например хвост, почитающийся за особое лакомство, до которых людям из этого тотема, особенно женщинам, и дотрагиваться не положено»[26]26
  Н. Eilderman. Spoleczenstwo pierwotne, str. 191.


[Закрыть]

Тотемистические обряды касаются не только съедания мяса тотема, уже наделенного некоторыми признаками божества. Они связаны с общественным устройством данной социальной группы, ее внутренним разделением, основанным на трудовой роли. К самым важным обрядам относится посвящение подрастающей молодежи, введение молодых в число взрослых членов рода. В процессе обряда присваиваются новые имена, причем молодой человек вместе с именем получает и «духа».

У тотемизма много признаков религиозной системы (культ тотема, обряды, легенды, связанные с историей тотема, рассказываемые или напеваемые стариками во время обряда), хотя он, разумеется, очень существенно отличается от религии в современном понимании этого слова. В тотемистические обряды вплетаются и магические действия, заключающиеся в изготовлении исполинских изображений тотема, которые, как считается, благодаря своей форме и размерам обладают огромной волшебной силой. «После окончания празднества исполинская фигура разрывается на мельчайшие кусочки. Люди верят, что из этих лоскутков возникнут новые кенгуру»[27]27
  Н. Eilderman. Spoleczenstwo pierwotne, str. 317.


[Закрыть]. Это интересный пример тесной связи магических обрядов с производственной деятельностью, с бытовыми проблемами людей, выполняющих эти обряды. Порванное на лоскутки изображение кенгуру должно чудесным образом размножить животных, добыть повое мясо «своим» людям.

В культовых обрядах тотемизма четко выступают также анимистические представления и верования, особенно в танцах и рассказах, касающихся необыкновенных подвигов предков-тотемов..

Много тотемистических обрядов перешло постепенно в политеистические религии, опирающиеся на развитый культ сил природы, а затем эти обряды были переняты современными религиями.

Прежде всего следует назвать символическое съедение тела бога (аналогичное съедению тела тотема), используемое также в некоторых греческих культах (съедение тела божия в виде хлеба).

Об устойчивости тотемистических представлений даже у людей, являющихся приверженцами иной, более высокоорганизованной религии, свидетельствует наблюдение норвежского исследователя Тура Хейердала. Хейердал исследовал происхождение огромных каменных фигур на о. Пасхи. Там он встретился с разнообразными религиозными представлениями местных жителей.

– Следует подчеркнуть, – писал он, – что население острова официально считается христианским и каждое воскресенье толпами идет в церковь. Но в то же время, однако… даже супруга священника по имени Эрория глубоко убеждена, что происходит от… кита. Когда священник пытался убедить ее во вздорности подобных взглядов, она всегда ему отвечала, что хотя он и священник, но, однако, всего знать не может, а она слышала об этом от своего отца, который узнал это от своего отца, а этот последний должен был все знать наилучшим образом, ибо именно он-то и был китом.

Манизм

Манизмом[28]28
  Термин «манизм» образован от слова «маны». Маны (лат. «манес», «manis») – в религии древних римлян первоначально божества загробного мира, охраняющие могилы, позднее – обожествленные души умерших, которым родственники приносили жертвы. – Ред.


[Закрыть] называют теорию, усматривающую источник религии в культе предков. Теорию эту выдвинул Герберт Спенсер. По его утверждению, начало религии следует искать в почитании предков. Духам предков, как наиболее близким данной группе (семье, роду), по мнению Спенсера, придавалось наибольшее значение. Умершие предки в представлении их детей и внуков продолжают существовать в виде духов. Духи требуют помощи со стороны общества. Им нужны орудия, питание и т. п. В наидревнейших погребениях мы в самом деле находим рядом со скелетами оружие, орудия труда и даже посуду с окаменелыми остатками пищи. Взамен этих приношений данная группа рассчитывала на помощь своих предков. Став духами, они приобрели, по представлению их потомков, сверхъестественную силу и могли сделать немало хорошего. Давая что-либо предкам, от них ожидали благодарности в виде опеки над живыми, оказания им помощи. Первобытный обычай класть в могилу с умершим орудия и пищу постепенно преобразился и его заменил обряд принесения обетов, жертв.

Развитию культа предков способствовали мифы, рассказы типа сказок. Миф обычно опирается на какое-нибудь действительное событие, но обросшее фантастическими добавлениями и так разукрашенное, что реальное событие утопает в море вымысла.

Мифы рождались таким образом: старики, порой лично знавшие какого-нибудь давно умершего предка, рассказывая о его жизни и подвигах, уснащали рассказ добавлениями необычайного, нереального характера. Например, вспоминая удачную охоту, приводили доказательства магических способностей покойного, только благодаря которым удалось убить столь крупное животное. Рассказы эти, повторяемые много раз при разных обстоятельствах, меняли свою сущность, обрастая все новыми подробностями. Таким образом, в некотором по порядку поколении фигура предка обрастала такими невероятными атрибутами, что он становился непохожим на живых, вырастал в глазах потомков в носителя сверхъестественной мощи. Миф продолжал свой дальнейший путь, укрепляя в слушателях веру в существование необычных вещей, людей, обладающих особыми возможностями, а следовательно, веру в сверхъестественное[29]29
  Из самой сущности слова «сверхъестественный» вытекало, что оно определяло нечто, находящееся над естеством, за пределами природы. В дальнейшем сверхъестественное противопоставляется природе. Таким образом, упоминаемый уже нами дуализм, раздвоение мира, углубляется в сознании людей в результате слушания мифических рассказов.


[Закрыть]. В конце концов герой приобретал такие качества, что становился чем-то вроде бога, олицетворением силы, заботящейся о данном племени, опекающей его.

Из множества примеров такого постепенного «возвышения» духа предков, которые приводит Эльдерман в уже цитированном большом труде о первобытном обществе, возьмем один, дающий представление, как возникали мифы в обществах, стоящих на весьма низкой ступени развития. У австралийских камилароев большим почетом пользовалась фигура Биэми. «При жизни он считался могущественным чародеем, которому были послушны все тотемные племена и все вожди тотемов. Во время великих торжеств посвящения юношей, когда собирались все роды племени: голуби, вороны, собаки, черные лебеди, ящерицы с голубыми языками и другие, этот наиславнейший из всех чародеев представлял многочисленные доказательства своей власти. Приведем только некоторые из них: охваченный гневом на мантиев, которые нарушили торжество глупым смехом, он превратил их в собак. С тех пор они навек утратили способность говорить и смеяться, могли только лаять и выть. А когда они поняли свою утрату, их глаза наполнились тоской и выражением немой просьбы – выражение глаз, которое и сегодня можно наблюдать у их потомков. До этого они были собаками по имени их тотема и обрядам, возможно, и по одежде; теперь они стали ими в самом деле. Также заколдовал Биэми высокую каменную гору в том месте, где туземцы вырубают теперь свои великолепные пестики, чтобы женщины могли растирать ими зерна злаков. Как старый человек и вождь тотема, Биэми занимался сбором меда в дуплах деревьев и приносил своему племени так много этой сладкой еды, что молодые никак не могли постичь тайну его зачарованных мест и представляли в своих грезах, что он приказывает цветам цвести, а пчелам – собирать мед и даже управляет ветром и погодой. Под конец своей жизни Биэми удалился па одинокую, покрытую кустами гору, где никто не мог его увидеть и где нельзя было никому находиться. Эту гору стерегли собаки Биэми. У них было тело собак, а головы свиней, и были они сильны и свирепы, как дьяволы. Каждый, кто встречался в лесу с этими ужасными существами, прощался с жизнью: они беспощадно загрызали его насмерть.

Когда Биэми покинул землю, он поселился высоко на горе Оби-Оби в далекой стране Буллимах»[30]30
  Н. Eildernian. Spoleczenstwo pierwotne, str. 302–303.


[Закрыть].

Фигура Биэми обладает уже многими чертами бога. Он может быть добрым и страшным. Он могуч. Он уже больше, чем просто чародей.

Из мифа о Биэми можно сделать два вывода, которые следует подчеркнуть:

1) человек-чародей постепенно превращается в сверхъестественное существо;

2) все представления людей, причастных к созданию этого мифа, вращаются около вопросов быта. Биэми помогает добыче ценных камней для изготовления орудий, достает мед и цветы, без которых нет меда. Здесь четко выступают общественные начала. Биэми следит за соблюдением общественного порядка, непокорных карает, превращая в собак.

Мифы встречаются не только у первобытных народов, они перешли и в те религии, в которых есть уже настоящие боги со всеми присущими им атрибутами. Наиболее известны мифы древних греков.

Утверждение Спенсера, что культ предков был первым источником религии, следует принимать с оговорками. Он был частью, элементом процесса возникновения религии, но не единственным его источником.

А часть не может заменить целого.

Выше мы описали вкратце (литература по этому вопросу огромна, особенно англичане занимались весьма капитальными исследованиями в этой области) несколько форм культа, которые признаны наукой первичными истоками религии. Уже при беглом их рассмотрении нетрудно заметить, что ни одна из них не встречается в чистом виде, каждая всегда содержит разнородные элементы. В магии есть элементы веры в духов, и, наоборот, в анимизме ясно видна магическая основа. В тотемизме есть и вера в духов, и попытки магического воздействия на них, а также элементы культа предков, с существованием которых был так сильно связан быт первобытных охотников и сборщиков еды, встречающейся в природе в готовом виде. Но в этих формах верований не было всех основных элементов, присущих религии в полном смысле слова.

Религии свойственны три момента, которые и определяют ее наличие:

1. Признание человеком существования особой силы, главенствующей над ним.

2. Подчинение этой силе и определение своего отношения к ней. Это проявляется в форме обрядов (жертв, молитв, выделения особых мест пребывания этой силы – святынь), объединяемых общим названием религиозного культа.

3. Организационная связь, объединяющая группу людей, признающих одну и ту же силу и отправляющих одни и те же обряды.

Существенным элементом организации является обычно руководящая группа (чародеи, жрецы), устанавливающая ритуальные формы и толкующая само божество, его природу, значение и деятельность. Эта организационная связь придает верованиям (мысленным представлениям) окончательную форму религии.

Названные формы верований первобытных людей, каждая в отдельности, еще не могут быть признаны религиями. Но они являются существенными элементами, участвующими в процессе создания этого общественного явления. Из перечисленных форм культа ближе всего к религии, несомненно, тотемизм. В нем соединены анимистические верования с магическими культовыми ритуалами, а кроме того в нем уже наличествует зачаток понятия божества, которым является наделенная необычными качествами фигура предка-тотема.

Биэми, считает Эльдерман, является богом камилароев. Но он, однако, не бог в понимании, свойственном позднейшим религиям. Он может разве что служить примером постепенного формирования понятия божества. Биэми еще не вполне отчужден от человеческого общества. Он плоть от плоти – человек. Он участвует в производстве вместе со своими одноплеменниками. По представлениям своего народа, он действует необычными методами. Миф постепенно приписывает ему все более необычайные качества, все больше обособляет его, пока, наконец, совсем не отделяет от человеческого общества, заставляя его удалиться на гору Оби-Оби, где-то в неизвестной, неопределенной, недосягаемой стране Буллимах.

Следовательно, нельзя ни анимизм, ни магию, ни даже тотемизм признать религиями, так как они не соответствуют трем кардинальным требованиям каждой религии: наличие божества, культа, организации.

Религия, близкая по своей сути к современной, появилась позже, когда гораздо сильнее начинают воздействовать иные силы, порожденные также деятельностью людей. Она появляется, когда все сильней на человеческое бытие начинают воздействовать общественные силы.