Текст книги "Журнал «Если», 1993 № 01"

Автор книги: Гарри Гаррисон

Соавторы: Филип Киндред Дик,Филип Хосе Фармер,Альфред Бестер,Аврам (Эйв) Дэвидсон,Рон Уэбб,Акоп Назаретян,Александр Дынкин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава седьмая

– Kiu vi estas? – спросил загробный голос, и в тот же момент на экране появилась на редкость омерзительная морда.

– Kiu mi estas? Ciuj konas min, se mi ne konas vin, beludo…

Я решил, что немного лести обеспечит мне теплый прием. Но мне стоило большого труда назвать этого безобразного слизняка «красавчиком». Пригладив скользким щупальцем пучок усиков на голове, слизняк перешел на более дружелюбный тон:

– Ладно, ладно, крошка. Возможно, тебя и знают на родной планете, но сейчас ты далеко от дома. А тут у нас война, и надо соблюдать меры безопасности.

– Конечно, о чем речь! Я просто сгораю от нетерпения. Вы действительно воюете против этих сухокожих и розовотелых типов?

– Да, цыпочка.

– Что ж, принимайте меня к себе. Мы захватили этот корабль, когда он шнырял рядом с нашей планетой. У нас нет звездолетов, но одной боевой ракеты хватило, чтобы сбить его. Так мы узнали, что все благородные носители разума объединились в войне против этих букашек. Мы хотим воевать под вашими знаменами. Ждем приказа о зачислении.

– Молодцы! – забрызгал слюной урод на экране. – Садитесь по лучу радара. Гарантирую торжественную встречу. Только один вопрос, милашка.

– Задавай, красавчик.

– Судя по глазам, ты ведь женская особь, не так ли?

– Я перейду в женский пол ровно через год, а сейчас я нейтрал. Не он и не она.

– Тогда через год я назначаю тебе свидание.

– Сейчас помечу в своей записной книжке, – проворковал я и выключил экран. Затем потянулся за бутылкой. Но робот-Боливар опередил меня и налил полный бокал виски, который я высосал через трубочку.

– Может, я ошибаюсь, па– сказал он, – но мне кажется, что этот обитатель канализации имеет на тебя виды.

– Да, кажется, наши техники перестарались…

Я ввел в компьютер программу, и мы пошли указанным курсом, пока не приземлились на металлической площадке внутри огромной крепости.

– Тебе не мешало бы надеть шлем, па. – Голос Боливара вывел меня из мрачных раздумий.

– Ты прав, мой славный робот. – Я надел украшенный золотом стальной шлем с бриллиантовой звездой во лбу и посмотрел на свое отражение в зеркале. Превосходно. – И, пожалуйста, больше не зови меня папой. А то это вызовет массу вопросов о нашей биологической совместимости.

Когда мы вышли из люка, нас ожидала толпа прыгающих и ползающих тварей. Робот-Боливар нес мой багаж. Один из встречающих с золотым ободом на покрытой слизью голове сделал шаг вперед и замахал своими щупальцами.

– Добро пожаловать, звездный посол, – сказал он. – Я – Гар-Бей, председатель Военного Совета.

– Рад познакомиться. Я – Скользский Джим с Гештункина.

– Скользкий – это твое имя или титул?

– Это дворянский титул, который на моем языке звучит следующим образом: «Тот, который ходит когтистыми лапами по спинам крестьян».

– Довольно компактный у вас язык, Скользкий Джим. Я бы хотел поговорить с тобой. Наедине. – Шесть из его восемнадцати глаз мигнули, и я понял, что покорил его своей сексапильностью.

– Мы уединимся с тобой во время моего следующего периода оплодотворения, Гар. Сейчас все мои мысли только о войне. Расскажи мне, как идут дела и чем могут помочь гештункинцы.

– Следуй за мной.

Движением щупальца он отпустил своих подчиненных. Мой верный робот не отставал от меня ни на шаг.

– Военные действия идут по плану, – сказал он. – Ты, конечно, не знаешь, но мы потратили много лет на подготовку вторжения. Наши шпионы проникли во все человеческие миры, и мы знаем, сколько у них вооружений до последнего лазерного пистолета. Сейчас мы готовимся перейти ко второму этапу.

– Какому?

– Высадка на планеты. Уничтожив их флот, мы возьмем их планеты, как спелые сливы с дерева.

– Вот это мне по душе! – завопил я, проделывая когтями дыры в стальном полу. – Мы, гештункинцы, прирожденные солдаты и готовы пойти на смерть ради общего дела!

– Другого я и не ожидал услышать от такого зубастого и клыкастого бойца, как ты. Сюда, пожалуйста. У нас полно звездолетов, но опытных воинов не хватает. Официально приглашаю тебя на заседание Военного Совета. Но сейчас ты, наверное, устал и хочешь отдохнуть.

– Ни за что! – Я оторвал зубами кусок кресла. – Никакого отдыха, пока последний враг не будет уничтожен! Нет ли у вас парочки пленных, которых я мог бы разорвать на части перед телекамерой. Для пропаганды.

– У нас есть целая куча адмиралов, но они пока нужны нам.

– Как жаль. Я бы оторвал у них руки и ноги, как лепестки цветов. А нет ли у вас пленных женщин или детей? Они так приятно визжат.

Это был важный вопрос, и в ожидании ответа я нетерпеливо помахивал хвостом. Робот перестал жужжать.

– Странно, что ты об этом спросил. Мы действительно захватили шпионский корабль, пилотируемый женщиной и молодым существом мужского пола.

– То, что нужно! – закричал я от радости. Их необходимо подвергнуть пыткам, допросам, а потом разорвать в клочья. Это работа для меня. Ведите меня к ним!

– Я бы с удовольствием, но это невозможно.

– Они мертвы? – спросил я, стараясь выдать

свое отчаяние за разочарование.

– Нет, к сожалению. Мы так до сих пор и не знаем, что произошло. В комнате с этими бледными двуногими находились пять наших лучших бойцов. Всех пятерых мы обнаружили мертвыми. А пленники сбежали.

– Плохо, – сказал я с наигранной скукой, почесывая лапой раздвоенный кончик хвоста. – Разумеется, вы их уже поймали?

– Нет, как это ни странно. Это произошло несколько дней назад. Но тебе не следует беспокоиться из-за таких пустяков. Смерть гладкокожим!

Дверь за ним закрылась, и робот-Боливар спросил:

– Куда поставить багаж, могучий Скользкий Джим?

– Куда хочешь, металлическая башка. – Я попытался сбить его хвостом, но он ловко увернулся. – Не отвлекай меня.

Я принялся расхаживать по комнате, громко распевая гештункинский гимн и внимательно осматривая потолок и стены. Затем я остановился и, расстегнув молнию, высунул голову наружу.

– Если желаешь, можешь размяться, – сказал я. – «Жучков» и оптических детекторов здесь нет.

Боливар тут же вылез из металлического робота и сделал несколько приседаний под аккомпанемент хрустящих суставов.

– Не так уж и приятно сидеть в этой жестянке, – сказал он. – Что будем делать дальше? Как мы найдем маму с Джеймсом?

– Хороший вопрос, но на него сразу не ответишь. По крайней мере, мы знаем, что они живы и сумели напакостить неприятелю.

– Может, они оставили нам какой-нибудь знак? След, по которому мы их найдем?

– Поищем, хотя надежды мало. Ведь следами могли бы воспользоваться и эти твари. Достань-ка бутылочку виски, чтобы прочистить мозги.

Я думал очень долго, но так ничего и не придумал. Возможно, сказывалась непривычная обстановка. На стенах висели картины с красными пятнами на зеленом фоне. Половину комнаты занимал бассейн с булькающей жижей. Поднимающиеся на поверхность пузыри лопались, наполняя воздух ужасным зловонием. Боливар принялся обследовать служебные помещения, но после того, как его чуть не засосало в туалете и он увидел продукты на кухне, сын стал зеленее моего маскировочного наряда и уселся перед телевизором. Большинство программ было непонятно. А то, что мы понимали, вызывало чувство отвращения. Как, например, военная хроника.

Мы даже не подозревали, что телевизор служит одновременно и коммуникатором, пока на экране не появилась отвратительная морда Гар-Бея. К счастью, рефлексы у ди Гриза отменные. Боливар юркнул в сторону, а я повернулся к экрану спиной, застегивая молнию.

– Я не хотел беспокоить тебя, Джим, но Военный Совет уже собрался, и все ждут твоего появления. Мой адъютант укажет тебе дорогу. Смерть гладкокожим!

– Да – да, – пробурчал я, пытаясь просунуть свою голову в череп муляжа. Пронзительно заверещал звонок.

– Открой, робот, – сказал я. – Скажи, что я сейчас выйду. Затем понесешь за мной шлейф.

Я шел за монстром, а за мной следовал робот, держа конец шлейфа, спадающего с моих плеч. Это украшение было длиною добрых три метра. Пурпурный шлейф с вышитыми на нем золотыми и серебряными звездами был оторочен по краям розовыми кружевами. Ух! К счастью, я не видел сам себя со стороны, но бедному Боливару не завидовал. Не то чтобы " мне был нужен этот шлейф, но таким образом я держал Боливара при себе. Я произвел на Совет неизгладимое впечатление. Восторженное хлюпанье, чавканье и хрюканье доносилось со всех сторон, и я два раза прошелся по комнате, прежде чем занял свое место.

– Добро пожаловать, неотразимый Скользкий Джим, – прочавкал Гар-Бей. – Нечасто такие красавцы удостаивают нас своим посещением. Если все гештункинцы похожи на тебя – не говоря уже о ваших бойцовских качествах, – я уверен, что боевой дух наших солдат взлетит на небывалую высоту.

– Надо снять пропагандистский ролик, – прошамкала какая-то темная пупыристая тварь в дальнем конце комнаты. – Это привлечет к нам новые полчища добровольцев.

– Чудесно! Прекрасная идея!

Со всех сторон слышались одобрительные крики, сопровождавшиеся радостными взмахами щупалец, клешней, антенн и других отростков. Меня чуть не стошнило, но я защелкал зубами, делая вид, что ужасно доволен

Не знаю, как долго продолжалось бы всеобщее ликование, если бы секретарь не ударил молоточком в гонг, призывая к порядку. Это было существо, похожее на раздавленную лягушку с морщинистым хвостом и пиявкооб– разной головой. Как только шум стих, секретарь прочавкал:

– Заседание номер 4013 Военного Совета объявляю открытым. При желании вы можете получить копию стенограммы предыдущего заседания. В сегодняшней повестке дня – вопросы тылового обеспечения и снабжения продовольствием. – Выждав, пока прекратятся стоны и вопли, секретарь продолжал: – Однако, прежде чем начать обсуждение, мы хотели бы попросить нашего нового друга Скользкого Джима выступить с небольшой речью для вечерних новостей.

Послышалось хлюпанье и шмяканье щупальцами, означавшее аплодисменты, и я кивнул в появившийся объектив.

– Дорогие мои мокрые и склизкие друзья! Все мои четыре сердца бьются от радости, что я нахожусь среди вас. От имени всех гештункинцев я, Скользкий Джим, хочу заверить, что все мы как один присоединимся к Великому Крестовому Походу, чтобы очистить галактику от бледнокожих двуногих. Неописуема ярость гештункинцев в бою, – с этими словами я отгрыз кусок железной трибуны, и присутствующие одобрительно захлопали, – поэтому смело можете положиться на нас.

Я сел, скрестив лапы в надежде, что моя хитрость удалась. Если Анжелина все еще на этой планете, возможно, она видит выпуск вечерних новостей. В этом случае она узнает имя, под которым я познакомился с ней много лет назад. Дальний прицел, но другого выхода у меня не было.

Моим друзьям-монстрам не особенно понравилась моя речь, но жабообразный секретарь остался доволен. Я запомнил все подробности военных планов, но, как новичок, не стал соваться со своими предложениями. Хотя, когда меня спросили о численности гештункинской армии, я назвал им такие умопомрачительные цифры, что все снова повеселели. Я вдохновенно врал, и всеобщему ликованию положил конец лишь секретарь, закрывший, наконец, заседание. Гар-Бей дружески обнял меня щупальцем за талию.

– Может, ты зайдешь ко мне, красавчик? Мы разопьем с тобой бутылочку вина и съедим по паре кусочков какой-нибудь гадости. Как тебе это нравится?

– Превосходно, крошка Гар. Но у Скользкого Джима закрываются глазки, и ему надо как следует выспаться. А после этого мы просто обязаны встретиться. Не звони мне, я сам тебя найду.

Я смылся, прежде чем он успел что-либо ответить. Робот семенил за мной, держа край шлейфа. Я несся по сырым коридорам к своей комнате, радуясь, что избежал любовных объятий моего тошнотворного поклонника.

Не успел я войти в комнату, как дверь с грохотом захлопнулась, и луч бластера прожег дыру в стене рядом со мной. Я застыл на месте, услышав свирепый голос:

– Только пошевелись, и я разнесу твою гнилую башку!

Глава восьмая

– Я без оружия! – прохрипел я в ответ. – Не стреляйте! – В голосе чудилось что-то знакомое. Может, все же повернуть голову и посмотреть? Боливар сделал это за меня. Он снял голову робота и радостно крикнул:

– Привет, Джеймс! Что с твоим горлом? Не стреляй в этого милого монстра. Это – твой собственный отец. '

Я скосил глаза и увидел Джеймса, вылезающего из-под шкафа. С бластером в руке и отвисшей челюстью.

Из другой комнаты вышла Анжелина, одетая в изящное меховое бикини, на ходу засовывая пистолет в кобуру.

– Немедленно вылезай из этой штуки, – приказала она, и я с удовольствием поменял пластиковый плен на ее объятия.

– Уф! – сказала она после долгого и страстного поцелуя, который мы прекратили только из-за недостатка кислорода. – Мне кажется, я не видела тебя уже несколько световых лет.

– Я вижу, ты получила наше послание.

– Когда это чудище упомянуло то самое имя в вечернем выпуске новостей, я поняла, что здесь не обошлось без тебя. Правда, догадаться, что ты и монстр – одно существо, было трудновато.

– Ничего, самое главное – мы снова вместе. Кстати, тебе идет твой наряд. – Я посмотрел на меховые шорты Джеймса. – И Джеймсу тоже. Я вижу, вы одеваетесь у одного портного.

– Они забрали всю нашу одежду, – все тем же суровым голосом пояснил Джеймс.

– Что это у тебя за шрам на горле? – спросил я.

– Меня поцарапали во время побега. Но из шкуры этого монстра мы и сделали себе одежду.

– Мое воспитание! Боливар, если тебе не трудно, достань из аварийного запаса бутылочку шампанского. Мы отпразднуем нашу встречу, а твоя мама тем временем расскажет, что же с ними произошло.

– Все очень просто, – сказала она, морща носик от пузырьков шампанского. – Нас захватил один из боевых кораблей. Думаю, ты видел, как это случилось.

– Это был самый ужасный момент в моей жизни, – простонал я.

– Бедняжка. Как ты понимаешь, нам тоже пришлось не сладко. Мы открыли огонь из всех орудий, но обшивке из коллапсиума это не причинило ни малейшего вреда. Словом, нас обезоружили. По крайней мере, так считали они. Но я вспомнила, как ты тогда спасся на Бураде с помощью отравленных ногтей, и мы сделали то же самое. Они схватили нас и отвели в тюрьму или камеру пыток – у нас не было времени узнать поточнее, – где мы их быстро уложили и сбежали.

– Прекрасно! Но ведь с тех пор прошло довольно много времени. Как вам удалось выжить?

– Благодаря помощи силайринов.

Она хлопнула в ладоши, и из другой комнаты выскочили пятеро мужчин, угрожающе размахивая оружием. У них были бледные лица и длинные черные волосы. Их одежда – если ее можно так назвать – состояла из обрывков шкур, скрепленных кусками проволоки. Оружие – примитивные топоры и мечи, были остро заточены и имели довольно устрашающий вид.

– Ду геобхайр деармад тайше гаш сеонд, – сказала Анжелина. Они радостно закивали и опустили топоры.

– Здорово ты с ними управляешься, – заметил я.

– Я сказала им, что ты, мой муж и глава племени, прибыл сюда, чтобы уничтожить их врагов.

– Если их враги – монстры, то так оно и есть. Боливар, угости наших союзников виски, пока твоя мамочка объяснит мне, что же, черт возьми, здесь все-таки происходит.

Анжелина выпила шампанского и мило нахмурилась.

– Подробности мне неизвестны, – сказала она. – Я едва понимаю их язык. Похоже, си– лайрины – коренные обитатели планеты. Понятно, что после появления монстров, при таком неравенстве сил, им пришлось уйти в подземные туннели, за стальные переборки между домами-каютами, в воздухозаборники…

– Точно крысы – крысы из нержавеющей стали! – воскликнул я.

– Я знала, что тебе они понравятся. Когда, сбежав от монстров, мы мчались по коридору, они появились из подвального люка и позвали нас за собой. Прячась за стенными панелями, мы разработали план, как похитить звездолет и освободить адмиралов.

– Ты знаешь, где они?

– Конечно. Недалеко.

– Тогда нам остается только отдохнуть, а с утра…

– На отдых нет времени. К тому же я знаю, что у тебя на уме.

– Ладно, – вздохнул я. – Какой же у вас план?

Но тут дверь распахнулась, и в комнату вошел любвеобильный Гар-Бей. Настроен он был весьма игриво, судя по розовой ночной рубашке.

Гар-Бей жутко удивился:

– Джим, крошка, почему у тебя разрезано брюхо? Ох!

Последнее слово он произнес, когда первый меч проткнул его грудь. После короткой битвы Гар-Бей рухнул на пол, но его отрезанный хвост, в котором, похоже, находился рудиментарный мозг, извиваясь, пополз по коридору и скрылся за углом.

– Надо сматываться, – сказал я.

– Быстрее в туннель! – крикнула Анжелина.

– Подожди. Боливар, вылезай из робота и уступи место маме. Покажи ей, как управлять этой штуковиной, и отправляйся вместе с этой братией. Мы вас разыщем.

– Как здорово! – расцвела Анжелина. – А то мои ноги совсем устали. Джеймс, покажи брату, куда идти. Встретимся позже.

В семье ди Гризов долго не размышляют, а силайрины научились быстро принимать решения, сражаясь с противником. Со стены был сорван гобелен, за которым открылась потайная дверь. Боливар и Джеймс скрылись в проеме, за ними исчезли наши союзники.

– Как тут уютно, – сказала Анжелина, забравшись в корпус робота. – Ты иди впереди, а я буду подсказывать тебе дорогу.

– Слушаюсь и повинуюсь.

Я выскочил в коридор, робот последовал за мной. Отрубленного хвоста нигде не было видно. Я несколько раз ударил по металлической двери, пока ее не заклинило. Это задержит преследователей и собьет их с толку.

Путешествие по металлическому городу было долгим и на редкость скучным. Сырые извилистые коридоры, где с потолков капала вода, сменялись металлическими площадками под открытым небом. Иногда коридоры использовались как стоки для воды, и я плыл, активно работая хвостом. Робот был слишком тяжелым для купания, и Анжелине приходилось передвигаться по дну. Монстры, которые встречались на нашем пути, радостно приветствовали меня. Я махал им, бормоча под нос проклятия.

– Все это мне уже порядком надоело, – признался я Анжелине.

– Терпение, мой герой. Мы уже почти у цели. Осталось всего несколько километров.

Вскоре мы заметили стену, которую охраняли вооруженные до зубов монстры. При виде меня они восторженно зашлепали по стальной площадке хвостами.

– Джим! Джим! – кричали они. – Да здравствует Гештункин! – Судя по всему, все они смотрели вечерние новости, и я произвел на них неизгладимое впечатление. Я поднял лапы и подождал, пока стихнет шум.

– Приветствую вас, – завопил я. – Как я рад, что сражаюсь бок о бок с такими тошнотворными тварями! – Падкие на лесть монстры в экстазе закатили глаза. – За время моего короткого пребывания здесь я видел немало уродливых, омерзительных и жутких тварей, но вы – самые уродливые, омерзительные и жуткие из всех. – Подождав, пока стихнут восторженные крики, я перешел к делу. – Мы на

Гештункине видели только один корабль с бледными двуногими. Естественно, мы сразу же разорвали их на куски. Как я понял, у вас тут целый спутник. Не так ли?

– Именно так, Скользкий Джим, – забрызгал слюной Один из них. Теперь я разглядел у него на голове золотые кометы и понял, что передо мной – важный чин. Я обратился к нему:

– О, как мне хотелось бы хоть кого-нибудь из них разорвать на куски.

– Я с удовольствием бы отдал их всех такому мерзкому красавчику, как ты, но – увы. Они еще нужны. К тому же, список желающих расправиться с ними давно полон. Если хочешь, можешь на них взглянуть.

Я подошел к стене, и он открыл смотровое окошко. Изможденные люди, со свалявшимися седыми бородами, уныло бродили по огромной тюремной камере. Другие лежали на полу. Их форма превратилась в лохмотья. Хотя они и адмиралы, но мне стало их жалко.

– Спасибо, – скрипнув зубами, поблагодарил я. – Я обязательно доложу Совету о вашей любезности.

Я помахал им лапой и пошел прочь. В ответ они замахали своими щупальцами, словно стая взбесившихся осьминогов.

– Я в отчаянии, – сообщил я своей жене– роботу, когда мы завернули за угол. – Их оттуда не вытащить.

– Не вешай голову! – передала мне по радио Анжелина. – Мы проберемся к ним снизу.

– Умница! – Я ласково похлопал когтистой лапой по ее металлическому плечу. – Но как узнать, что мы оказались под ними?

– Пока ты толкал политическую речь, я прикрепила к стене ультраволновый сигнализатор.

– Это было частью твоего плана? Говори быстрее, а то я позеленею от зависти.

– Хорошо, что под шкурой монстра этого не видно.

По каким-то скользким ступенькам мы спустились в кромешную тьму. Анжелина включила пару прожекторов, и мы увидели массивную дверь.

– Можешь прожечь в ней дыру? – спросила она, высовывая голову наружу, чтобы немного подышать воздухом.

Анжелина включила свой ультраволновый приемник и пошла на зуммер. Взломав несколько дверей и проделав дыры в стенах, мы оказались на месте.

– Сигнализатор прямо над нами, – объявила Анжелина.

– Отлично. – Я осмотрелся. – Здесь должна быть охраняемая стена, а здесь – пленники. – Я тщательно измерил расстояние. – Электродрель готова?

– Жужжит от нетерпения.

– Вот здесь. Принимайся за работу.

Из металлической руки тотчас высунулось сверло и вонзилось в ржавый потолок. Когда звук изменился, Анжелина выключила прожекторы и уменьшила обороты дрели. Через некоторое время она опустила руку, и через дырку в потолке пробился луч света. Все было тихо.

– Дай-ка я посмотрю, – сказал я.

Стоя на цыпочках и кончике хвоста, я просунул в дырку отросток с глазом-телекамерой. Просканировав все 360 градусов пространства, я втянул отросток.

– Отлично. Никто из адмиралов и не попытался обнаружить источник шума, а охранников не видно. Дай-ка молекулярный расщепитель и отойди в сторону.

Я вылез из своего костюма, встал на него и легко дотянулся до потолка. Молекулярный расщепитель – это такое приспособление, которое уменьшает связывающую способность молекул и превращает их в мономолекулярный порошок. Я вырезал в потолке крупную дыру, стараясь не чихать от летевшей во все стороны пыли. Взяв руками вырезанный диск, я передал его Анжелине, аккуратно просунул голову в отверстие и огляделся по сторонам. Все в порядке. Прямо передо мной сидел приунывший адмирал. Я решил немного поднять его боевой дух.

– Господин адмирал, – прошептал я, и он повернулся в мою сторону. Его глаза расширились, а искусственная челюсть чуть не выпала, когда он увидел мою бестелесую голову. – Тихо, я пришел спасти вас. Если поняли, кивните.

Зря я доверял адмиралам. Он не только кивнул головой, но и вскочил на ноги, заорав во все горло:

– Охрана! На помощь! Нас хотят спасти!