Текст книги "Журнал «Если», 1993 № 01"

Автор книги: Гарри Гаррисон

Соавторы: Филип Киндред Дик,Филип Хосе Фармер,Альфред Бестер,Аврам (Эйв) Дэвидсон,Рон Уэбб,Акоп Назаретян,Александр Дынкин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава пятая

– Классный корабль, па! – воскликнул Боливар, осматривая пульт управления крейсера «Д. С. Гнашер».

– Крейсеры такого класса считаются лучшими в галактике.

– Даже есть централизованное управление огнем. Ого! – сказал Джеймс, нажимая на кнопку, прежде чем я успел его остановить.

– Тебе не обязательно было уничтожать этот метеорит. Он абсолютно не мешал, – недовольно пробурчал я, отключая орудийные системы, пока он не натворил чего-нибудь еще.

– Дети есть дети, – с материнским терпением сказала Анжелина.

Я принялся щелкать переключателями, пытаясь привести мысли в порядок. Что за семейка – никто не хочет подчиняться. Надо быть с ними построже.

– Слушайте приказ. Стартуем через пятнадцать минут. Затем направляемся к точке в космосе, определенной космической «пиявкой». Мы выйдем из искривленного пространства ровно на одну и пять десятых секунды, чтобы произвести необходимые замеры. Затем автоматически вернемся и проанализируем полученные данные. Дальнейшие действия определим позже. За неповиновение – расстрел на месте. Все понятно?

– У тебя настоящий командирский голос, – пробормотала Анжелина, поднося к губам бокал с шампанским. По ее тону трудно было понять, что она имела в виду. Я решил оставить ее реплику без внимания.

– Тогда за дело. Боливар, я знаю, что у тебя хорошие оценки по навигации.

– Пришлось выучить. Нас привязывали цепями к партам и оставляли без еды, пока нам не удавалось сдать зачет.

– Неважно. Все это осталось позади. Установи курс к цели и покажи мне его, прежде чем введешь в компьютер. А ты, Джеймс, составь программу сбора информации.

– А мне что делать, любовь моя?

– Открой еще одну бутылку шампанского, дорогая, и полюбуемся, как работают наши сыновья.

Оба они прекрасно справились с заданием. Никто из них не жаловался, понимая всю ответственность за происходящее. Я несколько раз проверил результаты их работы и не смог ни к чему придраться.

– Награждаю каждого из вас Золотой Звездой. Можете взять по два куска торта.

– От него портятся зубы, папа. Может, вместо него ты нальешь нам шампанского?

– Конечно. Пора произнести тост. За ycnex!

Мы чокнулись и пригубили шампанское. Затем я нажал на кнопку старта. Мы взлетели. В подобных путешествиях обычно нечего делать, так как за всем следит компьютер. Близнецы облазили весь корабль и изучили по техническим описаниям все его детали. Мы с Анжелиной тоже нашли себе занятие и прекрасно проводили время. Пока не запищал сигнал тревоги. Мы подготовились к выходу из подпространства. Все собрались в центральной рубке.

– Пап, ты знаешь, что у нас на борту два патрульных катера? – спросил Боливар.

– Знаю. Полезная вещь. Приготовьтесь к выходу. Но сначала мы все наденем бронированные скафандры.

– А это еще зачем? – спросил Джеймс.

– Потому что тебе так сказали. – В голосе Анжелины звучали металлические нотки. – Если бы у тебя работали мозги, ты бы и сам сообразил.

Это упрочило мой авторитет, и я не отдавал больше никаких приказов, пока мы не облачились в скафандры.

Все свершилось стремительно. Мы прибыли на место – приборы зажужжали и защелкали – мы вернулись в исходную точку в ста световых годах отсюда. Некоторое время я не разрешал никому снимать скафандры на случай, если за нами погоня. Через полчаса мы вылезли из скафандров и принялись изучать результаты исследований.

– Поблизости ничего нет, – сказала Анжелина, рассматривая распечатку компьютера. – Но в двух световых годах – звездная система.

– Это наша следующая цель, – сказал я. – План такой. Мы остаемся здесь и запускаем «разведглаз», чтобы тот исследовал все планеты системы и передал информацию на спутниковый приемник. Спутник запрограммирован так, что тут же вернется сюда, если с «раз– ведглазом» что-нибудь случится. Все понятно?

– Можно я запрограммирую «разведглаз»? – спросил Боливар, на секунду опередив своего брата. Молодцы! Мое сердце пело, когда я отдал им соответствующий приказ. Через пару минут спутник и «разведглаз» были в пути, а мы сели поужинать. Не успе-ли мы поесть, как спутник сообщил о своем возвращении.

– Уж очень быстро он вернулся, – заметила Анжелина.

– Чересчур быстро. Если они сбили «разведглаз», то у них превосходная система обнаружения. Сейчас все узнаем.

Я на большой скорости прокрутил пленку, пока не дошел до нужного места. Звезда в центре экрана приближалась к нам, превращаясь в раскаленное солнце. Данные на экране компьютера указывали, что в этой системе имеются четыре планеты, и все обитаемые. «Раз– ведглаз» направился к ближайшей планете и начал снижение.

– Ничего себе… – прошептала Анжелина, а я лишь согласно кивнул.

Вся планета казалась огромной крепостью. Земля зияла дырами ракетных шахт, бесконечными рядами стояли боевые звездолеты.

– Смотри, – сказал я. – Вон та штука очень похожа на космического кита, который проглотил наш спутник с адмиралами. А вот и вторая, третья… Значит, это боевой корабль…

Конец сеанса наступил очень быстро. По экрану пошли полосы, и он погас.

– Кажется, они не очень дружелюбны, – сказал я, наполняя бокал нетвердой рукой. – Запиши все это и отправь на ближайшую базу. Пусть пси-оператор немедленно передаст сокращенный отчет. А пока у меня родился кое– какой план. Согласны попробовать?

– Ты ведь капитан, дорогой, – сказала Анжелина, и по ее голосу я понял, что она действительно так считает.

– Я предлагаю найти какой-нибудь астероид подходящего размера, выдолбить изнутри и спрятать там один из патрульных катеров. Затем мы выведем его на орбиту, и он обследует другие планеты, чтобы собрать как можно больше информации.

После небольшой дискуссии – никто не смог предложить ничего лучшего – моя команда согласилась. Включив радар, мы перешли на малый ход и через час натолкнулись на скопище каменных и железных астероидов. Скоро я заметил подходящую глыбу.

– Это то, что надо, – заявил я. – Нужного размера, нужной формы и из чистого железа. Мы спрячем катер в нем. Анжелина, садись за пульт и подруливай к нему. А мы с Боливаром наденем скафандры и прогуляемся туда на патрульном катере. Джеймс, ты будешь обеспечивать связь. При помощи пушки мы проделаем в астероиде дыру необходимого размера. Пустяковая работа.

Установив пушку на минимальную мощность, мы принялись долбить астероид. Когда дыра показалась нам достаточно глубокой, я застегнул скафандр и отправился на разведку.

– Выглядит неплохо, – сказал я, выплывая из туннеля. – Боливар, ты сможешь завести сюда катер, не поцарапав обшивку?

Боливар возмущенно хмыкнул.

Он прекрасно справился с заданием. Я наблюдал, как патрульный катер плавно зашел в туннель и скрылся из виду. Теперь мы могли установить на поверхности нужное оборудование, подсоединить его к кораблю и замаскировать астероид…

С астероида я отчетливо видел «Гнашер», который находился на границе зоны астероидов в двух километрах отсюда. Его иллюминаторы весело горели в межзвездной темноте. Мне захотелось поскорее вернуться и как следует отдохнуть.

Внезапно рядом с кораблем возникла огромная черная тень. Космический кит! Его гигантская пасть распахнулась и, заглотив «Гнашер», снова захлопнулась. И кит скрылся.

Я застыл, парализованный страхом.

Корабль исчез. Исчезли Анжелина и Джеймс.

Глава шестая

Мне не раз приходилось испытывать удары, но такого со мной не случалось никогда. Застыв, я сжал кулаки, в ужасе глядя на то место, где еще недавно находился корабль. Почти все прошлые беды обрушивались на меня самого, и это лишь заставляло мозг работать быстрее и насыщало адреналином кровь. Теперь же опасность угрожала не мне, а Анжелине и Джеймсу. И я не знал, как им помочь.

Наверное, я застонал, потому что до моих ушей донесся испуганный голос Боливара:

– Что происходит?!

Его крик вывел меня из оцепенения, и я метнулся к патрульному катеру. По пути я, как мог, объяснил сыну, что случилось. Когда я появился в центре управления, он смотрел на меня с побелевшим лицом.

– Что нам теперь делать? – тихим голосом спросил он.

– Пока не знаю. Искать!

Раздалась пронзительная трель, и я резко обернулся.

– Что это? – спросил Боливар.

– Общая пси-тревога. Я читал об этом в наставлениях о полетах, но не слышал, чтобы подобное случалось. – Я ринулся к пульту управления. – Как ты знаешь, радиоволны распространяются со скоростью света, поэтому, чтобы получить сигнал от станции на расстоянии ста световых лет, понадобится век. Не самый быстрый способ связи. Поэтому большинство посланий передается с одного корабля на другой с помощью пси-связи – практически мгновенно. На каждом корабле Лиги установлены детекторы, которые реагируют на пси-сообщения. Чтобы детектор заработал, каждый пси-оператор должен мысленно передавать одно и то же слово – «Опасность». Получив сигнал пси-тревоги, каждый корабль выходит из искривленного пространства возле ближайшей станции, чтобы узнать, что случилось. Именно это мы сейчас и сделаем.

– А мама и Джеймс?

– Чтобы найти их, нам понадобится помощь. К тому же, у меня такое предчувствие, что эта тревога каким-то образом связана с их исчезновением.

К несчастью, я оказался прав. Мы вынырнули возле ближайшего радиомаяка, и записанный сигнал тут же загремел в динамиках:

– …вернуться на базу. Всем кораблям вернуться на базу. Час назад 17 планет Лиги подверглись нападению чужого флота. Всем кораблям вернуться на базу. Всем кораблям…

Я изменил курс еще до того, как сообщение стало повторяться. Теперь мы направлялись на Главную базу Специального Корпуса. Куда еще было лететь? Борьбу с захватчиками возглавит Инскипп, и в его штаб будет стекаться вся информация.

…Я вывел корабль из искривленного пространства возле Главной базы. Мы снижались на максимальных перегрузках, врубив тормозные двигатели лишь в самый последний момент. Я отключил управление, как только магнитные захваты коснулись поверхности, и выскочил из корабля. Боливар не отставал от меня ни на шаг. Преодолев коридор, мы ворвались в кабинет Инскиппа, который храпел, положив голову на стол.

– Говорите! – скомандовал я, и он открыл красные от бессонницы глаза. Затем застонал.

– Я так и знал. Стоило мне только задремать в первый раз за четверо суток, как тут появляешься ты. Знаешь ли…

– Я знаю, что космический кит проглотил мой крейсер вместе с Анжелиной и Джеймсом. Нам пришлось несколько дней тащиться сюда на патрульном катере.

Пошатываясь, он поднялся с кресла.

– Извини, мы тут совсем замотались.

Заковыляв к бару, он налил себе в бокал виски и опорожнил его одним глотком. Я принюхался и последовал его примеру.

– Объясните, – сказал я, – что здесь происходит?

– На нас напали, и, надо сказать, воевать противник умеет. Эти космические киты – на самом деле военные корабли, покрытые каким-то защитным слоем, который ни ракетами, ни лазером пробить не удалось. Нам не остается ничего другого, как отступать. Правда, десантироваться на планеты они пока не рискуют – оборонительный пояс, видимо, кажется им слишком плотным. Но бомбардировки уже были. Не знаю, сколько еще мы сможем продержаться.

– Значит, мы проигрываем войну?

– Похоже, что так.

– Я поражаюсь вашему оптимизму. А не скажете ли, с кем мы воюем?

– Даже покажу.

Он щелкнул переключателем, и перед нами на трехмерном экране возникло отвратительнейшее существо. Когтистое, клыкастое, с огромными щупальцами и несколькими парами глаз, смотревшими в разные стороны, оно было покрыто зеленоватой слизью. У этой жуткой твари было еще немало разных отростков, о которых лучше не вспоминать.

– Уф-ф, – выдохнул Боливар за нас обоих.

– Ну, если этот экземпляр вам не приглянулся, – пробурчал Инскипп, – могу предложить другие. У нас – широкий ассортимент. – На каждом новом слайде (возможно ли такое?) чудища были все безобразнее и отвратительнее.

– Хватит! – воскликнул я. – Меня тошнит, теперь целую неделю я не смогу притронуться к еде. Кто из них наш противник?

– Все. А теперь – слово профессору Койцу.

На экране появилось изображение профессора Койцу, и, несмотря на скрежет зубами и отвратительную манеру говорить, после этих мерзких тварей он выглядел довольно сносно.

– Мы исследовали захваченные экземпляры. Результаты неутешительны. В нашествии участвует большое количество биологических форм из различных планетарных систем. По словам пленных, все они принимают участие в Великом Крестовом Походе. Цель – уничтожение человечества либо изгнание его за пределы галактики.

– Но почему? – удивился я.

– Вы можете спросить, откуда такая ненависть? – продолжал вещать профессор с экрана. – Резонный вопрос. Судя по всему, у них чисто физическое отвращение к человеку как биологическому виду. У нас непотребно мало конечностей, наши глаза не свисают на отростках, мы омерзительно сухие, мы не выделяем слизь, и у нас полностью отсутствуют многие важные органы. Мы настолько убоги, что просто не имеем права на существование.

– Кто бы говорил! – воскликнул Боливар.

– Красота – понятие относительное, – нравоучительно сказал я. – А теперь помолчи и послушаем профессора.

– Вторжение было тщательно подготовлено, – сказал Койцу, шелестя бумагами и постукивая ногтями по своим выпирающим зубам. – Нам удалось обнаружить образцы чуждых жизненных форм, копошащихся в мусорных ведрах, вентиляционных вытяжках, помойных баках и туалетах. Судя по всему, они давно уже следили за нами, собирая различную информацию. Перед вторжением они похитили наших адмиралов, чтобы обезглавить флот и посеять панику в войсках. Но на должности исчезнувших адмиралов были назначены младшие чины, и боеготовность увеличилась примерно вдвое. Однако мы не располагаем достаточной информацией о вражеских структурах и базах, потому что нам удалось захватить лишь несколько небольших вражеских кораблей, пилотируемых летчиками-новобранцами. Необходимо собрать как можно больше данных…

– Спасибо большое, – проворчал Инскипп и выключил экран, оборвав профессора Койцу на середине фразы. – Сам бы я до этого никогда не додумался.

– Я смогу это сделать, – сказал я, с удовольствием наблюдая, как он таращит на меня свои покрасневшие глаза.

– Ты? Уж не думаешь ли ты победить там, где весь флот постигла неудача?

– Конечно. Без ложной скромности скажу: я – ваше секретное оружие. Только дайте мне сначала поговорить с Койцу.

– Мы полетим спасать маму и Джеймса? – спросил Боливар.

– Это – задача номер один. А заодно мы спасем цивилизацию.

– Почему вы всегда отрываете меня от работы? – брызгая слюной, завопил с экрана связи профессор Койцу. У него были такие же красные глаза, как и у Инскиппа.

– Успокойтесь, – ласковым голосом сказал я. – Я решу все ваши проблемы, как делал это и раньше, но я рассчитываю на вашу помощь. Сколько видов монстров вам удалось обнаружить?

– Триста двенадцать. Но зачем?..

– Вы, наверное, уже определили язык, на котором они общаются друг с другом. Он сложный?

– Ты говоришь на нем. Это эсперанто.

– Без шуток, Койцу!

– Перестань разговаривать со мной таким тоном, – истерично завизжал профессор. Затем он успокоился, выпил таблетку и пожал плечами. – А почему бы и нет? Несомненно, они уже давно наблюдали за нами, пытаясь собрать всевозможную информацию перед тем, как предпринять наступление. Должно быть, из всех языков – как и мы – они выбрали эсперанто, как самый простой и эффективный способ общения.

– Понял. Спасибо, профессор. Постарайтесь немного отдохнуть, потому что скоро я прибуду к вам, и вы поможете мне пробраться во вражеский штаб, чтобы выяснить обстановку и спасти мою семью. И адмиралов, если предоставится такая возможность.

– Что, черт побери, ты имеешь в виду? – рявкнул Инскипп, а губы профессора на экране одновременно произнесли ту же фразу. Таким же противным голосом.

– Все просто. По крайней мере, для меня. Профессор Койцу сконструирует для меня передвижной муляж монстра с выделителем слизи, и я залезу в него. Они примут меня за своего. Подумают, что я – представитель новой отвратительной формы жизни, который желает записаться в их армию. Они полюбят меня. Я готов, профессор.

Техники неплохо постарались, выполнив все в короткий срок. Они загрузили в компьютер данные о щупальцах, клыках, когтях, отростках, бородавках и заставили его выдать несколько вариантов. Мы получили рисунки, немного покумекали и выбрали самый подходящий экземпляр.

– И это мой отец! – восхищенно сказал Боливар, ходя вокруг этой штуковины и осматривая ее со всех сторон.

Костюм-муляж, в который мне предстояло облачиться, был похож на страдающего проказой миниатюрного тиранозавра. У этой штуки было две ноги, понятно почему. Тяжелый хвост с двумя щупальцами на конце для равновесия. В хвосте располагались источники энергии и прочее оборудование. Огромная пасть с желтыми и зелеными зубами, слегка выпирающими, как и у создателя этого чудовища. Уши – словно у летучей мыши, усы – как у крысы, глаза – как у кошки, жабры – как у акулы. Бр-р, ну и мерзость! Я осторожно расстегнул магнитную молнию на брюхе и залез внутрь.

– Предплечья соответствуют твоим рукам и имеют силовой привод, – сказал Койцу. – Но тяжелые задние лапы оснащены серводвигателями и повторяют движения твоих ног. Будь повнимательней. Своими когтями ты можешь проделать дыру в стальной плите.

– Обязательно попробую. Как насчет хвоста?

– Оснащен автоматическим противовесом. При помощи вот этих двух рычажков ты можешь размахивать им в движении. Для большей правдоподобности. Вот этот переключатель заведует шевелением хвоста, когда ты находишься в сидячем положении. А вот с этой кнопкой будь поосторожней – она приводит в действие безоткатную пушку 75-го калибра, вмонтированную в голову между глаз. Прицел на носу.

– Чудесно. А гранаты?

– Гранатомет, естественно, находится под хвостом. А сами гранаты замаскированы… ну, понятно, подо что.

Пришлось немало повозиться, прежде чем я смог естественно передвигаться, но через пару минут мне все стало ясно. Я бродил по лаборатории, царапая когтями стальной пол, сбивая хвостом все подряд, и даже разок выстрелил из вмонтированной в мою голову пушки. Безоткатная она или нет, думал я, выпив пригоршню таблеток от головной боли, но пользоваться ею можно только в самых критических ситуациях.

Когда я повернулся в дверях, мне на хвост наступил робот.

– Эй, убирайся прочь! – закричал я, когда на табло перед моими глазами вспыхнула надпись «Боль в хвосте». Я попытался смахнуть робота, но тот легко увернулся от удара. И внезапно стал напротив меня, сняв голову с оптическими линзами. Я увидел улыбающееся лицо Боливара.

– Можно полюбопытствовать, что ты делаешь в этой штуке? – спросил я.

– Я отправляюсь с тобой. Робот-слуга, он же оруженосец. Логично, не правда ли?

– Нет, неправда. – Я перебирал в уме различные аргументы, но понял, что мне нечего возразить. Впрочем, его решимость меня порадовала. А я уж не отпущу его от себя ни на шаг…

– Куда? – спросил Инскипп, с отвращением наблюдая, как я выбираюсь из маскировочного костюма.

– На планету-базу, где они держат адмиралов. И, скорее всего, Анжелину и Джеймса.

– Теперь остается только узнать, как ты собираешься туда попасть?

– На нашем же патрульном катере. Его лишь нужно хорошенько изуродовать. Пара пробоин, несколько разбитых приборов. Пусть привезут с бойни побольше крови и разольют по всему кораблю. И… Не хочется об этом говорить, но обстоятельства вынуждают: нет ли у вас трупов?

– Больше, чем хотелось бы, – хмуро ответил Инскипп. – Ты хочешь, чтобы мы занесли на корабль пару убитых офицеров в военной форме?

– Они могут спасти нам жизнь. Я примчусь на планету монстров на всех парах, включив все огни и непрерывно подавая сигналы. Словом, перед ними окажется герой, жаждущий присоединиться к священной борьбе.

– О которой ты узнал, когда захватил этот корабль?

– Для вашего возраста вы на редкость сообразительны. Приготовьте корабль немедленно, потому что я хочу вылететь через пять минут.

Так как все надежды на победу над этими тварями теперь были связаны только со мной, нас обслужили по высшему классу. Покореженный патрульный катер загрузили на крейсерский звездолет, который стартовал, как только мы поднялись на борт. Он подбросил нас к ближайшей вражеской звезде и оставил в космосе одних. Я провел катер мимо сгущения космической пыли, прошел через одну или две черных дыры, чтобы запутать следы, а затем решительно направился в тот «луч» галактики, где обитали наши противники.

– Ты готов, сынок? – спросил я, высовывая голову из разреза на груди тиранозавра.

– Я в полной готовности, Скользкий Джим, – ответил робот, устанавливая свою голову на место.

Я застегнул молнию и когтистой лапой пожал металлическую руку робота. На носу катера были установлены дополнительные огни, и я врубил их на полную мощность. Теперь мы стали похожи на рождественскую елку. Затем я поставил пленку с недавно записанным гимном моей воображаемой планеты и стал передавать его на 137 частотах. Закончив необходимые приготовления, мы спокойно приближались к планете под оглушительные звуки гимна моей любимой воображаемой Родины:

 
Хвостатые, клыкастые —
Мы самые ужасные.
Вокруг на сотни светолет
Кошмарней тварей в мире нет.