Текст книги "Билл — герой Галактики. Том 2"

Автор книги: Гарри Гаррисон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 46 страниц) [доступный отрывок для чтения: 19 страниц]

  Глава 9

Билл никогда даже не верил в существование зомби, а тут ему пришлось тащить одного на себе. Конечно, до недавнего времени он не верил и в существование мумий. Ничего не скажешь, жизнь полна неожиданностей. Сейчас он потел, кряхтел и ругал себя за то, что уродился таким недоверчивым. Мордобой был очень тяжел и к тому же, превратившись в зомби уже наполовину, не проявлял ни малейшего желания помогать себя тащить. Билл держал его ноги, а Кейн и капитан Блайт – руки, по одной каждый. Голова осталась в полном распоряжении инопланетного существа: к этому концу тела никто приближаться не решался.

– Петля готова? – крикнул Билл.

– Спускаю, – ответила Рэмбетта через дыру в потолке пещеры. – Смотри, чтобы не соскользнула. Кристиансона мы чуть не уронили. Хотя мне было бы ничуть не жалко, разбейся он хоть вдребезги.

«Ничего не скажешь, добрая девушка, дальше некуда», – подумал Билл.

Они надели на Мордобоя петлю и смотрели, как остальные вытягивают его наверх. Биллу самому не терпелось поскорее убраться отсюда.

– Похоже, это что-то вроде инкубатора, – заметил Кейн. – Интересно было бы узнать, сколько здесь прячется взрослых особей.

– Не надо об этом! – взмолился Билл, почувствовав, что душа у него ушла в пятки. – Даже в шутку не надо!

– Это было бы весьма полезно, с точки зрения расширения наших знаний, – продолжал Кейн. – Ну и, возможно, мучительно. Или даже смертельно.

– Прошу вас заткнуться! – сердито приказал капитан Блайт. – Встречи с инопланетянами, заканчивающиеся смертельным исходом, должны выпадать на долю рядовых, а не офицеров.

Билл увидел, как Мордобой исчез в дыре, веревка упала вниз, и он схватил ее.

– Вы знаете, что Ухуру заперся в корабле? – спросил он, чтобы отвлечься от остальных мрачных мыслей, обвязывая себя веревкой вокруг пояса одной правой рукой и крепко держась за нее другой. – Он боится что-нибудь от нас подцепить.

– Это с его стороны вполне логично, – заметил Кейн. – На его месте я бы сделал то же самое.

– Но мы не на его месте, а здесь, – сказал Билл. – И что нам делать дальше?

– Попасть внутрь корабля, – сказал Кейн. – Это тоже вполне логично.

Рыгай был безмерно счастлив, что снова увиделся с Биллом. Как только Билл пролез через дыру, пес сшиб его с ног и принялся вонючим, слюнявым языком облизывать лицо, поставив лапы на грудь и не давая вздохнуть.

– Надо поскорее поднять сюда Кейна, – сказала Рэмбетта, отогнав мерзкого пса ударом ноги, отвязав Билла и снова сбросив вниз свободный конец веревки. – Это крайне важно.

– Что тут еще случилось? – спросил Билл, охваченный недобрым предчувствием.

– Мы прочитали вахтенный журнал станции, – пояснила Киса. – Дело очень плохо.

– Я слышу, – отозвался Кейн, проползая через дыру. – Какая там последняя запись?

– А стоит вытаскивать капитана Блайта? – спросил Ларри, а может быть, Кэрли. – Я за то, чтобы оставить его там навсегда.

– Я тоже слышу! – заорал Блайт из пещеры. – И я требую...

– Да уж вытащим, пожалуй, – сказал Билл. – Тут будет легче за ним присматривать.

– Последняя запись была сделана примерно месяц назад, – сообщила Рэмбетта. – Вот что тут написано: «Это ужасно!»

– А предпоследняя? – с трепетом спросил Билл.

– «Это катастрофа!» – прочитала Рэмбетта, перевернув страницу. – А перед этим написано: «Это не может долго продолжаться. Нам конец. Конец!»

– Пожалуй, мы узнали что-то новое, – заметил Кейн. – По-видимому, у них что-то произошло. Читайте дальше. Может быть, в этом журнале мы найдем ключ к разгадке тайны.

– Вот предыдущая запись: «Это кошмар! Ужас!», – читала Рэмбетта. – А вот запись перед ней: «Еще один долгий, нудный день. Здесь никогда ничего не происходит. Сегодня после обеда мне показалось, что по полу прошмыгнула мышь».

– Прошмыгнула мышь? – переспросил Билл с внезапным интересом. – Там так и написано – прошмыгнула?

– Можешь прочесть сам, если тебе не нравится, как я читаю, – раздраженно отозвалась Рэмбетта, протягивая ему журнал. Билл принялся читать – медленно, шевеля губами и водя неуклюжим пальцем по строчкам. Она права; ничто не предвещало несчастья до того самого момента, когда в журнале была упомянута прошмыгнувшая мышь.

– Что будем делать с этими двоими? – спросила Киса, показывая на Мордобоя и Кристиансона, которых пока что прислонили к шкафу. – У меня от них мурашки по спине бегут.

– Надо доставить их на корабль, – сказал Кейн. – Только так можно их спасти.

– Но как это сделать? – спросила Рэмбетта. – Ухуру запер люк изнутри.

– Заставим отпереть, – сказал Билл.

– Каким образом? – насмешливо спросил Кейн.

– Очень просто, – ответил Билл. – Сначала мы, каждый поодиночке...

– Можешь не продолжать, – простонала Киса. – Я этим уже сыта по горло. С тех пор как Мордобой и этот надутый осел превратились в зомби, меня больше как-то не тянет бродить в одиночку по таинственным и страшным местам. Это занятие утратило всю свою прелесть.

– Нужно разыскать липкую ленту! – вскричал Билл. – И побольше. Не может быть, чтобы ее где-нибудь здесь не нашлось.

Липкая лента нашлась: Ларри и Кэрли обнаружили целый огромный шкаф, доверху набитый рулонами. Их свалили в кучу у люка, ведущего в шлюзовой коридор, и связались по радио с Ухуру, который держался крайне необщительно.

– Вы еще живы? – поинтересовался он. – Я-то думал, вы к этому времени уже все превратились в мумии.

– А способен ли ты поверить, что на свете и вправду существуют зомби? – тихо шепнула Рэмбетта. – И еще всякие склизкие существа, которые прыгают на людей из лужи?

– Замолчи, – сказала ей Киса. – Услышит!

– Нет, Ухуру, мы все в полном порядке, – солгал Билл. – Ты готов нас впустить?

– И не надейся, Билл, дружище, – прорычал Ухуру.

У меня в голове еще остались кое-какие мозги, и я намерен их сохранить. Люк будет закрыт, пока мы с Моу не починим корабль и не улетим отсюда или же не умрем от старости – не знаю, что случится раньше.

– А как там канализация? – спросил Билл.

– И за этим не пущу, не пытайтесь, – ответил Ухуру. – Устраивайтесь там сами, как хотите. А вообще – ух, и вонища! Лучше не спрашивайте.

– Неужто так плохо?

– Неописуемо!

– А как ты думаешь, немного липкой ленты тебе не может пригодиться? – небрежно спросил Билл.

– Это было бы просто спасение. У меня совсем кончилась, а трубы все текут.

– У нас есть лента, – сказал Билл. – Сколько угодно ленты.

– Не верю, – ответил Ухуру, но голос его дрогнул. – Настоящая герметизирующая липкая лента?

– Сотни рулонов, – подтвердил Билл. – Хватит, чтобы обмотать все трубы на корабле в два слоя. Я думаю, от этого вонь может стать поменьше.

– В таком случае я, возможно, вас и пущу, – сказал Ухуру. – Но только вы должны пройти обычную процедуру дезинфекции длительностью не меньше пяти часов и отсидеть несколько дней в карантине. Ленту я, конечно, пропущу через стерилизатор и использую сразу, а вот вам, ребята, придется потерпеть.

– Мы не можем ждать несколько дней, – прошептал Кейн. – И даже несколько часов. Все решают минуты.

– Извини, Ухуру, но так не пойдет, – твердо сказал Билл, взглянув на Мордобоя и Кристиансона, прислоненных к стене и точь-в-точь похожих на самых обыкновенных безмозглых зомби, если не считать милых инопланетных зверюшек, прилепившихся к их лицам. – От дезинфекции у меня зуд начинается, – солгал Билл. – Давай договоримся вот как. Или пускаешь нас сразу и получаешь ленту, или никакой ленты тебе не будет.

– Не знаю уж, – протянул Ухуру. – Вы абсолютно уверены, что мозги у вас снова в порядке? Да нет, вы же сами этого знать не можете. Мне не нужна на борту никакая зараза.

– Мы в полном порядке, – солгал Билл. – Лучше не бывает.

– Нет, – сказал Ухуру. – Не могу. Хоть лента мне и нужна, уж очень велик риск.

– Ну, как хочешь, – сказал Билл. – Это тебе приходится дышать тем, что там у тебя вместо воздуха.

– Придумал! – воскликнул Ухуру. – Скафандр! Я надену скафандр! И тогда, если у вас то, что я думаю, на меня это не перекинется.

– Прекрасная мысль, – продолжал лгать Билл. – Мы входим в шлюзовой коридор.

Благодаря фонарикам, которые обнаружила Киса, обратный путь по коридору был намного легче. Однако эта перемена к лучшему свелась на нет из-за того, что пришлось тащить с собой двух увесистых кандидатов в зомби и вдобавок несколько сотен рулонов липкой ленты. К тому же ступня у Билла стала такой тяжелой, что здорово затрудняла передвижение.

Ухуру, в неуклюжем скафандре с лампочкой на шлеме и запотевшим щитком, открыл люк, и все опрометью кинулись внутрь корабля, опасаясь, как бы он не передумал. Вцепившись в рулоны липкой ленты, Ухуру не сразу заметил, что с двоими из вернувшихся что-то неладно.

– К Мордобою прилепилось что-то непонятное! – вскричал он. – К нам вторгаются инопланетяне!

– Пожалуй, скорее наоборот, – сказал Билл. – Похоже, на этой планете инопланетяне взяли верх.

– И к Кристиансону тоже! – простонал Ухуру. – Как вы могли протащить на корабль этих чудищ? Вы же поклялись мне, что снова нормально соображаете!

– Мы только на время перестали нормально соображать, – объяснила Рэмбетта. – Когда с нами случилось что-то странное. Так мне, по крайней мере, кажется.

– Очевидно, так, – буркнул Ухуру. – С вами случилось бы еще кое-что постраннее, будь у меня сейчас под рукой ружье.

– Смотрите на это как на уникальную возможность для научных исследований, – произнес нараспев Кейн. – Не каждый день доводится изучать такие милые и в то же время такие омерзительные формы жизни.

– Вы правы, вы правы, – сказал Ухуру, ласково потыкав пальцем в одно из инопланетных существ и содрогнувшись от отвращения. – Они ужасно милы, при всей своей мерзости, но только я теперь, должно быть, никогда не вылезу из скафандра.

– Что там происходит? – раздался из интеркома голос Моу из рубки. – Меня кто-нибудь слышит?

– Мордобой понюхал стручок, – сказал Ухуру. – И теперь у него на физиономии инопланетянин вместо маски.

– Что? – переспросил Моу. – Ты что, тоже спятил? Надо было и мне надеть скафандр. Теперь я погиб.

– Время дорого, – сказал Кейн. – Давайте перенесем их в лабораторию. Ухуру, может быть, пока мы проведем анализы, вы займетесь канализацией? Воздух здесь немного тяжеловат.

Лаборатория Кейна примыкала к оранжерее, и пришлось отодвинуть несколько горшков с растениями, чтобы уложить Мордобоя.

– Не начать ли нам с Кристиансона? – спросила Киса. – Я хочу сказать – если мы сделаем что-то не то, пусть уж это будет он. Мордобой тоже не подарок, но...

– В мире объективной науки нет места сантиментам, – сказал Кейн. – Они затуманивают мозг и ведут к ошибочным заключениям. Мы начнем с Мордобоя. Передайте мне совок.

– Совок? – переспросил Билл.

– Вон он, между граблями и мотыгой, – сказал Кейн. – Вы сами из деревни, могли бы знать, как выглядит совок.

– Но сейчас, наверное, требуется какое-нибудь экстренное хирургическое вмешательство, – робко заметил Билл, выполняя тем не менее просьбу Кейна.

– Именно это я и имею в виду, – ответил Кейн. —Хочу попробовать отодрать от Мордобоя это инопланетное существо.

– Только поосторожнее, – предупредила Киса.

– Могу вас заверить, что постараюсь не причинить вреда Мордобою, – сказал Кейн, пытаясь отодрать от лица того милую крохотную перепончатую лапку.

– Я-то больше думала об инопланетянине, – сказала Киса. – Пусть он опасен и даже способен нас всех убить, но он все равно прелесть.

– Опять сантименты, – проворчал Кейн, с досадой отложив совок в сторону. – Не отлепляется. Передайте-ка мне садовые ножницы, Билл.

– Неужели вы собираетесь разрезать его на части? – в ужасе вскричал Ларри. А может быть, Кэрли.

– Да нет. Хочу взять кровь на анализ.

– Я бы этого делать не стала, – поспешно сказала Рэмбетта. – Мы совсем ничего не знаем про его кровь. Может быть, она такая едкая, что даже самая маленькая капелька проест насквозь пол, все палубы и доберется до корпуса, и тогда мы все погибнем.

– Вы бы лучше заткнулись, – намекнул Кейн. – Я собираюсь взять кровь у Мордобоя.

– А, тогда другое дело, – сказала Рэмбетта с облегчением. – Берите сколько хотите.

– Спасибо, – сухо ответил Кейн, отрезал у Мордобоя крохотный кусочек мочки левого уха и капнул несколько капель крови в глиняный цветочный горшок. – Сейчас пропущу ее через анализатор.

– Потрясающе! – сказала Киса. – Мне еще ни разу не доводилось видеть настоящую науку в действии.

Билл поглядел на садовые ножницы и подумал, нельзя ли будет позаимствовать их ненадолго, когда Кейн закончит. Он уже сломал два ножа Рэмбетты, безуспешно пытаясь подрезать ногти на своей слоновьей ступне, и та сказала, что больше ни одного ему не даст.

– Невероятно, – произнес Кейн, нажимая клавиши анализатора.

– Что вы обнаружили? – спросил Билл. Все остальные столпились вокруг.

– Полное отсутствие хлорофилла, – ответил Кейн. – Ни разу еше ничего подобного не видел.

– Так ведь речь идет о человеке, – возразил Билл. – У Мордобоя, конечно, есть свои недостатки, но все-таки он больше животное, чем растение.

– До сих пор мне здесь не приходилось анализировать ничего, кроме стеблей или листьев, – сказал Кейн, качая головой. – И в них всегда есть хлорофилл.

– Где это я? – спросил Мордобой, садясь. – Что на обед? Жрать хочу.

– Я тоже, – сказал Кристиансон. – Еще никогда я не был так голоден.

– Так вы оба живы! – воскликнул Билл.

– А ты как думал? Спятил, что ли? – проворчал Мордобой, держа в руке безжизненно обвисшее инопланетное существо. – А это что за штука? Последнее, что я помню, – это как я нюхал какой-то стручок.

– Осторожнее! – завопил Кейн, бросившись к нему и выхватив существо у него из рук. – Это исключительно ценное инопланетное существо!

– И у меня такое есть, – сообщил Кристиансон, держа его на вытянутой руке за обмякшую перепончатопалую лапку. – Только, по-моему, оно у меня уже мертвое.

– Они оба мертвые, – сказал Кейн. – Как вы себя чувствуете, Мордобой?

– Жрать хочу, – ответил тот. – А так ничего себе, только ухо почему-то болит. Пошли, пожуем чего-нибудь.

– Им пришлось нелегко, – сказала Рэмбетта. – И я тоже проголодалась.

– Я останусь здесь и займусь изучением инопланетян, – решил Кейн. – Подлинный ученый должен быть выше таких низменных занятий, как еда, когда он стоит на пороге небывалого и эпохального открытия.

– Пора жрать. Пошли, – сказал Мордобой, глотая слюну.

– А что это тут так дерьмом воняет? – потянув носом, спросил Кристиансон, когда они направились в сторону камбуза.

– Лучше не спрашивайте, – ответил Билл, обрадованный, что можно больше не думать об инопланетянах и вернуться к обычным заботам о еде и канализации.

– Смотрите-ка! – сказала Киса. – Ах нет, уже убежала.

– Кто убежал?

– Мне показалось, что там была мышь. Она тут же шмыгнула за угол, я даже не успела ее разглядеть.

– Надеюсь, что отбивные еще остались, – сказал Мордобой. – Иначе кому-то придется плохо.

«Шмыгнула? – подумал Билл. – Она в самом деле сказала «шмыгнула»?»

  Глава 10

Отбивные еще оставались – во всяком случае, после того, как за них взялся Мордобой, их хватило на целых десять секунд. Он бы управился и раньше, если бы не пришлось ткнуть вилкой в руку Кристиансону, чтобы не лез.

Мордобой и Кристиансон мгновенно расправлялись со всем, что только появлялось на столе. Все и раньше знали, что аппетит у обоих намного выше среднего, но теперь зрелище было просто удивительное.

– Невероятно, – сказала Рэмбетта, поднимая вилку с повисшей на ней жареной морской улиткой. – Послушайте, по-моему, это должно хрустеть.

– Что видишь, то и получишь, – отозвался Ухуру, усевшийся за стол вместе со всеми, не снимая скафандра. – Это только что из печи.

– Но в микроволновой печи морских улиток не готовят, – возразила Киса. – Они должны хрустеть. Их жарят во фритюрнице.

– Фритюрница поломалась, когда мы приземлялись, – сказал Ухуру. – Такая хорошая была фритюрница, только теперь она никуда не годится. А вот эти блинчики из гремучих змей с черной икрой на вид очень даже ничего.

– Замечательные блинчики, – подтвердил Кристиансон, хватая полную пригоршню и выливая на них полбутылки горячего соуса. – Лучше берите скорее, если хотите, чтобы вам досталось. А то я за себя не отвечаю.

– Я не хочу вылезать из скафандра, – жалобно сказал Ухуру. – Не желаю превратиться в зомби.

– Все это глупости – про зомби. Это Кейн выдумал, – заметил Мордобой, выдирая из жареной индейки с Процио-на-3 сразу обе ножки. – Гляньте на меня – какой всегда был, такой и есть. Передайте-ка мне еще вот этого фу-фу.

– Сейчас будет готово, – робко отозвался капитан Блайт, который был назначен дневальным по камбузу и потому прикован цепью к плите. – Уже дожаривается. Я же не могу делать все сразу.

– С этим я покончил, так что возьму еще один соевый гринбургер, – объявил Кристиансон, запихивая в рот последний кусок и с довольным видом облизывая пальцы. – На мой взгляд, ничего вкуснее гамбургеров с сублимированными рублеными паучками нет во всей Галактике. Но и это меня вполне устраивает. Вы уверены, что не хотите, Ухуру?

Билл явственно расслышал, как отчаянно забурчало в животе у Ухуру – тот с вожделением смотрел на шипящую сковородку с гринбургерами, над которой поднимался заманчивый зеленый пар. Опустив руку под стол, он потрепал по голове Рыгая. Пес с аппетитом жевал кустик окры, который выкопал в оранжерее.

– Который из вас Моу? – спросил Билл. Все трое клонов сидели напротив него и жадно обгрызали подрумяненные крылышки археоптерикса.

– Вон тот. Который жрет соус, как последний кретин.

– Чего нам не хватает, чтобы отправиться в путь, Моу? – спросил Билл, откусывая кусок блинчика.

– Кроме липкой ленты? Если добудем несколько мотков проволоки, можно будет кое-что ею скрепить. Да, еще стальные плиты для переборок, защитные экраны на замену и предохранители – у нас их почти не осталось. Сварочных аппаратов и всяких мелочей в ремонтных отсеках хватает, но времени потребуется довольно много.

– Времени-то у нас как раз и нет, – сказал Билл. – Но в предохранителях я разбираюсь – у меня четвертый разряд по обслуживанию предохранителей. Так что это я возьму на себя.

– А я возьму на себя переборки, – выговорил Мордобой, не переставая есть. – Только пусть мне кто-нибудь поможет притащить стальные плиты со станции.

– Только не я, – сказала Киса. – Я в это ужасное место теперь ни ногой. Передайте-ка фу-фу.

– Не могу больше! – вскричал Ухуру, сбрасывая шлем и хватая двухметровое крылышко археоптерикса. – Знаю, что мне придется об этом пожалеть, но я умираю с голоду!

– Ты бы попробовал жевать то, что ешь, Мордобой, – заметила Рэмбетта. – Так легче глотается.

– Зато ешь медленнее, – отозвался тот с набитым ртом. Только время теряешь.

– А вот вам и гамбургеры с паучками, – сказал капитан Блайт. – Как полагается, недожаренные. Черные штучки – это хитиновые скорлупки.

– Фу-у! – простонала Киса. – Теперь я видела, как он готовит паучков, и больше никогда их в рот не возьму.

– О-ох! – заревел вдруг Мордобой.

Разговор мгновенно оборвался. Все застыли. Даже Рыгай перестал жевать свою окру и уставился на Мордобоя.

– О-ох! – проревел тот снова, изо всей силы шлепнув себя по голове. – Не иначе как я совсем спятил!

– Я так и знал! – взвыл Ухуру. – Ни за что не надо было мне снимать скафандр! Прощайте, мои мозги, не миновать мне превратиться в зомби!

– Где мой топор? – ревел Мордобой. – Какой козел спер мой топор?

– Не волнуйся, – попытался успокоить его Билл. – Никто твоего топора не...

– А кто ты такой, чтобы мне говорить, волноваться мне или не волноваться, полисмен проклятый? – орал Мордобой. – Это все ты виноват!

– Я виноват?

– Он остался там – в пещере со стручками. Ларри сказал, что захватит его с собой.

– Я? Ну-ка, Кэрли, признавайся – это ты должен был его захватить.

– Кому-то придется за ним смотаться, – прорычал Мордобой. – Я думаю, полиции.

– Мне? – переспросил Билл.

– У тебя что, уши заложило? – рявкнул Мордобой. – Если бы ты своим проклятым копытом не проломил дыру в полу, ничего бы не было. А теперь лезь в эту дыру и принеси мой топор. Иначе полезу сам, а вернусь с топором – возьмусь за тебя. Тогда тебе о своей дурацкой ноге больше беспокоиться не придется. Понял?

– Кажется, картина мне ясна, – ответил Билл.

– Ну, ладно, – с садистским удовлетворением проворчал Мордобой. – Теперь, раз мы договорились, можно поесть еще. Кто слопал все блинчики?

– Сейчас будут еще, – отозвался недовольный капитан Блайт. – Как раз по вашему вкусу.

Мордобой и Кристиансон принялись делить между собой огромную гору полусырых блинчиков из гремучих змей с черной икрой, и в этот момент вошел Кейн. Он с озабоченным видом нес в руке одного из мертвых инопланетян.

– Дело неладно, – сказал он.

– Знаем! – откликнулся Ухуру, уплетая гринбургер. – Мордобой потерял свой топор, и... эй, уберите это отсюда!

– Это просто сброшенный наружный покров, – сказал Кейн. – Он не представляет опасности.

– Что-что? – переспросила Рэмбетта. – Как вы сказали? Просто наружный покров? Теперь он вовсе не такой уж милый.

– Наружный покров – это научный термин, означающий кожу, – объяснил Кейн. – Он сбросил с себя кожу, как змея. Я уже наполовину провел вскрытие, когда обнаружил, что там внутри пусто.

– Что за тема для разговора за столом, – недовольно сказал Кристиансон, хотя есть не перестал.

– Уж вам-то, мистер Кристиансон, не мешало бы послушать, – заметил Кейн. – И Мордобою тоже.

– Чего там, я слушаю, – проворчал тот, разгрызая кость археоптерикса и шумно высасывая из нее мозг.

– Вам будет неприятно это слышать, – назидательно продолжал Кейн. – Но наука сурова, бесчувственна и объективна, она не всегда бывает приятной на слух. Это роскошь, которую ученый себе позволить не может.

– Красиво говорит, – невозмутимо заметила Рэмбетта. – Перебросьте-ка мне пару блинчиков.

– Хороши, правда? – сказал Мордобой. – Хоть и жаль мне этих гремучих змей.

– Не бери в голову, – посоветовала Киса. – Они погибли за правое дело. Ради того, чтобы испортить тебе пищеварение.

– Прошу вас меня выслушать, – сердито прервал их Кейн. – Я пришел к выводу, что мы имеем дело с личиночной формой крайне сложного существа. – Он помахал в воздухе шкуркой инопланетянина. Одна перепончатопалая лапка оторвалась и упала в салат. Мордобой выудил ее и швырнул на пол. Рыгай принюхался, недовольно заворчал и вернулся к своей окре.

– Мы непосредственно наблюдали гнездилище, где хранятся яйца, – продолжал Кейн. – Это вполне подходящий момент, с которого можно начать изучение жизненного цикла животного. После соответствующего периода инкубации оно, очевидно, выводится из яйца и ждет, когда поблизости появится какое-нибудь живое существо, к которому оно может прилепиться.

– Я чувствую, как у меня от этого портится аппетит, – простонала Киса.

– У меня нет, – весело сказал Мордобой. – Где у нас там был нарезанный лук?

– После чего они накапливают питательные вещества, на некоторое время погружаются в неподвижность, а потом линяют.

– Подождите минутку, – перебил его Кристиансон, следя за тем, как капитан опускает морских улиток в кипящее масло. – Мне что-то не нравится этот разговор про накопление питательных веществ. Не хотите ли вы сказать, что он пил мою кровь?

– Что-то в этом роде, – ответил Кейн. – Но об этом я бы на вашем месте не беспокоился. На начальном этапе своего жизненного цикла они еще очень невелики, так что питательных веществ им нужно не так уж много. Всего лишь чуть-чуть крови. Вы вполне можете без такой малости обойтись. Разве что потом почувствуете себя голоднее обычного.

– Ничего подобного я не заметил, – сказал Кристиансон, откусывая разом половину гамбургера с паучками.

– И я тоже, – поддержал его Мордобой, макая в соус десятую по счету индюшачью ногу.

– Инопланетники-кровопийцы? – задумчиво произнесла Рэмбетта. – Галактические вампиры?

– Сначала мумии, – простонала Киса. – Потом зомби, а теперь еще и вампиры! У нас тут, похоже, все чудища, какие только бывают на свете!

– Мы пока не видели троллей, – с готовностью подсказал Билл. – И драконов.

– Не забудьте про оборотней, – добавила Рэмбетта.

– Наверное, следующими будут как раз оборотни, – уныло сказала Киса.

– Этого я пока точно сказать не могу, – продолжал Кейн. Но мы можем быть уверены в одном: какую бы форму оно ни приняло в следующий раз, оно уже не будет крохотным и милым. Эту стадию оно переросло.

– Ничего не скажешь, приятная новость, – отозвался

Билл, щупая себе живот, чтобы определить, влезет ли в него еще что-нибудь.

– Ну и где они? – спросил Ухуру. – Если они уже вывелись из личинок, то куда делись? Надеюсь, они не внутри корабля?

– Это вполне возможно, – ответил андроид-ученый. – И не исключено, что их уже не два, а четыре.

– Четыре? – спросил Ларри, а может быть, Кэрли или Моу, стянув блинчик с тарелки соседа. – А почему четыре?

– Возможно, они способны делиться. Многие живые существа так делают. Амебы, например. Но это еще не самое плохое.

– Погодите, – вмешался Билл. – Возможно, у нас по кораблю гуляют четыре вампира, и это еще не самое плохое? Что же может быть хуже?

– Вполне возможно, что они вовсе не гуляют по кораблю.

– Ну, тогда еще ничего, – сказал Ухуру.

– Да нет, – медленно произнес Кейн. – Это и есть самое плохое. Возможно, они перерастают в следующую стадию в организме Мордобоя и мистера Кристиансона.

Все, кроме двух только что упомянутых организмов, перестали жевать и в ужасе уставились на тех, кто олицетворял возможную опасность.

– Бросьте эти шутки, – сказал Мордобой, сердито озираясь. – Я ни о чем таком в жизни не слыхал.

– В природе такое случается сплошь и рядом, – утешил его Кейн. – Любой из нас, квалифицированных ученых, может привести множество примеров. Мне из них наиболее знакомы осы, которые кладут яйца внутрь гусениц. Но есть, конечно, еще глисты и разные другие паразиты.

– Я слыхал, что когда у человека глисты, у него появляется огромный аппетит, – сказал Билл, подозрительно покосившись на Мордобоя.

– Действительно, это предположение подтверждается многими фактами, – согласился Кейн.

Теперь продолжали есть только Мордобой и Кристиансон. У остальных под действием разговоров о глистах и растущей уверенности, что вот-вот случится нечто ужасное, аппетит окончательно пропал.

– Если это так, – произнес Ухуру, не сводя глаз с Мордобоя, – то что будет дальше?

– Когда инопланетянин достигнет следующей стадии развития, он – или они – выйдут наружу.

– Каким образом? – в ужасе спросил Билл.

– Каким им будет угодно, – ответил Кейн.

– У-г-г-г-х! – захрипел Мордобой, схватившись за живот. – У-р-р-р-р-г-к-х! Э-э-э-х-р-р!

– Что происходит? – вскричал Ухуру, рывком отодвинув стул и выскочив из-за стола.

– Мы все умрем, – простонала Киса. – Я так и знала!

– У-г-г-г-х-х! – задыхался Мордобой. – У-р-рр-к-х!

– У него припадок! – воскликнул кто-то из клонов. – Сделайте что-нибудь! Суньте ему в рот ложку!

– По-моему, он подавился, – сказал Билл. – А в таких случаях совать в рот ложку не рекомендуется.

– Это инопланетяне хотят вырваться из его организма таким кровавым, отвратительным и ужасным способом! – стонала Киса. – Мы все умрем!

– Как интересно, – сказал Кейн. – Надо бы мне делать заметки. Это может представить значительный интерес для научного сообщества.

– Г-г-р-р-п! – захлебывался Мордобой, откинувшись на стуле. – Ик! У-г-г-г-р-х!

– Мы должны что-то предпринять, – сказала Рэмбетта. – Билл, нельзя же просто так сидеть и смотреть, как он умирает!

– Я размышляю, – отозвался Билл. – Ты же знаешь, он собирался оттяпать мне ноги.

– Идеальных людей не бывает, – ответила Рэмбетта, колотя Мордобоя по спине. – Помоги мне!

– По-моему, следует обхватить его поперек живота и встряхнуть как следует, – посоветовал Билл, вставая.

– Так сделай это! – завизжала Рэмбетта. – У нас уже не осталось времени!

– Я не могу его обхватить, – возразил Билл. – Он слишком толстый.

Рэмбетта и Билл взялись за руки и после недолгого препирательства о том, где у Мордобоя расположена диафрагма, встряхнули его. Мордобой громко рыгнул, осыпав стол кусочками съеденного.

– О-о-ох! – простонала Киса. – Теперь мы уж точно все умрем!

– Ну и грязищу развели! – воскликнул Ухуру, отступая к двери. – Я так и знал, что нельзя пускать вас обратно на корабль. А инопланетян там не видно?

– Нет, только полупереваренная пиша, – ответил Кейн, шаря по столу с подлинно научной любознательностью, свойственной лишь андроидам. – Он просто подавился. Какая жалость. Я надеялся, что это вылупляется инопланетянин.

– Говорила я ему, что надо жевать лучше, – сказала Рэмбетта. – А он и слушать не хотел.

– Кому добавки? – объявил капитан Блайт, вкатывая тележку, доверху заваленную едой, и тут же завопил во весь голос, когда все кинулись его колотить: – Что вы делаете? Что тут происходит? Если вы чем-то недовольны, то и у меня есть для этого основания! Только я приготовил очередную партию блинчиков, как – раз! – и мимо прошмыгнула эта мышь. Кто запустил ее на камбуз? Там не должно быть никаких грызунов!

Билл изо всех сил топнул своей слоновьей ногой. Под ней что-то хрустнуло, только на мышь это было не очень похоже. Он медленно поднял ногу и с ужасом взглянул на то, что прилипло к подошве.

– Попали? – спросил Блайт.

– Еще как попал, – ответил Билл. – Только я не думаю, чтобы это была мышь. Поглядите-ка.

– Изумительно, – сказал Кейн, вместе со всеми разглядывая подошву Билла.

– Это инопланетянин? – простонала Киса.

– Это был инопланетянин, – уточнил Кейн. – К несчастью, Билл раздавил его в лепешку и изуродовал до неузнаваемости. Я бы хотел исследовать его поближе.

– Откуда он взялся? – спросила Киса. – Выскочил из Мордобоя?

– Нет, – ответил Блайт. – Из камбуза. Я видел, как он шмыгнул мимо мешка с мукой.

– А это что, зубы? – спросила Рэмбетта. – Вон те белые штучки, что торчат посреди всего этого месива?

– Мне кажется, это похоже на зубы, – сказал Кристиансон. – И очень острые.

– И сколько их! – добавила Рэмбетта. – Очень много!