Текст книги "Моё Бородино"
Автор книги: Галина Юдина
Жанр:
Языкознание
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 12 страниц)
47
– А где и как Кутузов расположил свои войска? – спросил с интересом Никита Михайлович. В его голосе появилось что-то такое, что я посмотрел на него и подумал: «Он тоже был в армии? А может, и на войне?..»
– Смотрите. Территория от деревни Маслово через село Бородино до деревни Шевардино. Между Масловом и Шевардином километров 8 будет.
– В Бородине недавно новая улица появилась, а на ней – коттеджи. В Шевардине тоже строят. Мы с Серёжкой видели… – опять вспомнил Никита Михайлович.
– Да, знаю… Об этом тут все знают. Знают, но сделать ничего не могут. Враг столько не сделал, сколько мы сами… – Николай помолчал и продолжил: – У Шевардина были сделаны укрепления. Их должен был защищать генерал Горчаков с 8 тысячами солдат пехоты и 4 тысячами солдат кавалерии.
– А дальше? – поинтересовался я.
– Дальше? Здесь деревня Горки, а здесь – деревня Утица. Расстояние – 4,5 километра. Тут стоял Багратион со своей армией. Смотрим дальше. Новая и Старая дорога. Здесь между ними километра 3,5. Тут был Барклай.
– Значит, когда Наполеон шёл вперёд, то расстояние между флангами становилось всё меньше? Правильно я понимаю? – Никита Михайлович посмотрел на Николая.
– Да. А ещё французским солдатам надо было идти не по дороге, а по не очень-то ровному полю.
– А какой план был у Наполеона? – спросил я.
– Сначала ударить по левому флангу, а потом идти в лоб.
– Что значит «в лоб»? – не понял я.
– Прямо по центру. Этого и хотел Кутузов.
– Почему? – спросил я.
– Если бы Наполеон ушёл с армией за фланги к Можайску, то…
– …То армия Кутузова была бы взята в кольцо! – закончил я.
– А наш центр был сильным? – спросил Никита Михайлович.
– Нет, слабым, как и левый фланг. Здесь были нужны хорошие укрепления.
– Успели их построить? – поинтересовался он.
– Да. Хотя у наших было только два дня.
– Молодцы! Быстро подготовились. А вот мы с Сержем видели новые дома, которые сейчас никак не могут достроить… – сообщил Никита Михайлович. Мы все посмотрели на него. Опять никто ничего не сказал.
– Наши солдаты подошли к Бородину утром 3 сентября, – продолжал Николай. – Настроение у них было не самое лучшее. Ведь они уже два месяца отступали.
– Николай, а где были крестьяне, когда началось сражение? Ведь здесь так много деревень… – спросил я.
– Перед сражением им приказали срочно отсюда уехать. Они и уехали.
– А почему Кутузов был уверен, что правильно выбрал место и правильно расположил своих солдат? – задал я новый вопрос.
– Он уже сражался с Наполеоном под Аустерлицем. Михаил Илларионович знал императора Франции. Чувствовал его.
Вопросы к главе 8Б1. В чём секрет пирогов Татьяны Андреевны?
2. Почему Кутузов дал Бородинское сражение, несмотря на то что был против него?
3. Кто выбрал место сражения?
Почему Кутузов считал, что силы французской и русской армий равны, хотя французов больше?
Какой фланг русских был сильнее других и почему?
1. Какой объект защиты Кутузов определил как главный? Почему?
2. Кто командовал правым флангом? А левым? Сколько людей и орудий было на этих флангах?
Где был центр русской армии?
3. Что было бы, если бы французы через левый фланг дошли до Можайска?
1. О чём вспоминал Никита Михайлович, пока Николай рассказывал о расположении армий? Как на это реагировали Татьяна Андреевна, Николай и Серж?
2. Кто должен был защищать Шевардинское укрепление?
3. Какой план был у Наполеона?
В чём Николай видел талант Кутузова?
Откуда Михаил Илларионович знал, как поведёт свои войска император Франции?
В. Шевардинское укрепление
48
– Когда к Бородину подошли французы? – спросил я.
– 5 сентября. Их увидели с церкви деревни Бородино. Оттуда хорошо было видно, как к Бородинскому полю идут и идут три колонны солдат с блестящими на солнце ружьями. Колонны подходили всё ближе и ближе… Они были похожи на три реки.
– Наполеон шёл в центральной колонне? – улыбнулся я.
– Да. Его колонна шла по Новой Смоленской дороге на деревни Валуево и Бородино. Правая от него колонна – по Старой Смоленской дороге через деревню Ельню, а левая – на деревню Беззубово.
– В этот день сражения не было? – Никита Михайлович посмотрел на Николая.
– Было. В истории оно известно как Шевардинское сражение. Это было сражение за Шевардинское укрепление.
– Император Франции сразу пошёл в атаку? – удивился я.
– Да. Он атаковал, потому что был уверен в победе своих солдат. Кроме этого, он знал, что русские к сражению не готовы, что они не успели построить укрепления. Наполеон хотел взять эти укрепления, чтобы тоже иметь хорошую позицию для своих войск.
– Сколько человек послал Наполеон на Шевардино? – спросил я.
– 40 тысяч солдат. В основном – пехота, а четверть – кавалерия. Их поддерживала артиллерия. Около двух сотен пушек. Французы атаковали укрепления с севера, с запада и с юга. Бой начался в 2 часа дня. Начала артиллерия. Затем пошли солдаты. Они шли как стена. Шли, останавливались и стреляли из ружей.
– Сейчас солдаты идут на врага по-другому, – сказал Никита Михайлович. – Каждый из них бежит, стреляет, прячется, стреляет… Это правильно. А тут – идут стеной… Не понимаю!
– В начале XIX века психология войны и психология солдата были другими. Солдат шёл на врага прямо и открыто. Он не прятался, – объяснил Николай и продолжил: – Затем началось рукопашное сражение. Наполеон приказал взять укрепления.
49
– А сколько в Шевардине было наших? – поинтересовался Никита Михайлович.
– Пехоты – почти в три раза меньше, чем у французов. Кавалерии – треть французской. Артиллерии – пушек 50.
– А где были остальные пушки? Почему они не помогли? – спросил Никита Михайлович.
– Понимаете, Никита Михайлович, основные силы артиллерии стояли на расстоянии полутора километров от укреплений. Это далеко для того времени. Кроме того, рядом с укреплениями стояли наши войска.
– А почему Багратион не дал команду отходить? – не мог успокоиться Никита Михайлович.
– Отходить было нельзя. Армия готовилась к главному сражению. Ей нужно было время для подготовки.
– Так им не помогли?
– Почему не помогли? Помогли. Багратион направил туда 6 тысяч солдат.
– И что? – Никита Михайлович снова посмотрел на Николая.
– Около пяти часов вечера началась ещё более жестокая атака. Французы атаковали со всех сторон! Наши не хотели отдавать даже сантиметра земли! Сражение было такое, что нельзя уже было понять, где свои, а где чужие…
– Французы отошли? – с надеждой спросил Никита Михайлович.
– Нет… Сражение за укрепление продолжалось до темноты.
– Чёрт! – Никита Михайлович ударил кулаком по столу.
– А вы знаете, чего нам стоило это сражение? Нет? Я вам скажу: оно стоило жизни 6 тысяч русских. Французам – на тысячу меньше.
– 11 тысяч убитых? – воскликнул Никита Михайлович.
– Убитых и раненых.
– Не может быть! 11 тысяч человек за несколько часов убиты и ранены?! – воскликнул Никита Михайлович. – Да-а, есть о чём подумать.
– Кстати, у Шевардина на бывшем командном пункте Наполеона в 1913 году памятник поставили. Памятник всем погибшим французам, – вспомнила Татьяна Андреевна. – «Мёртвым Великой армии» – вот что на нём написано.
– Знаешь, Серёжа, какой вопрос задал Наполеон своим генералам после этого сражения? – Николай хитро посмотрел на меня.
– Нет… Какой?
– Наполеон спросил: «Сколько русских взяли в плен?» Как думаешь, что ему ответили?
– Ну… Не знаю… Назвали количество.
– Ему ответили, что пленных нет! Русские всегда говорили, что лучше смерть, чем плен!
– Вот такой у нас, у русских, характер! – воскликнул Никита Михайлович.
Я посмотрел на Татьяну Андреевну, Николая и Никиту Михайловича и увидел на их лицах счастливые и гордые улыбки. Не смог вспомнить, кто из русских классиков написал: «Нам нужны великие могилы, если нет величия в живых…»
50
– А что было 6 сентября? – продолжал спрашивать Никита Михайлович.
– И русские, и французы готовились к сражению. Наполеон изучал Бородинское поле. Он понял, что наш правый фланг хорошо защищён.
– А как он смог это понять? – задал я новый вопрос.
– Весь день он ездил по всему полю, изучал местность и, кстати, встретился с нашими казаками. Чуть не попал в плен.
– После этого его план как-то изменился? – поинтересовался я.
– Нет. Просто французский император понял, как ему лучше действовать. Он решил атаковать левый фланг. Там, где батарея Раевского и Багратионовы укрепления. Он хотел занять этот фланг и заставить наших уходить к реке Москве и реке Колочи. Там он хотел уничтожить нашу армию. А ещё… А ещё Наполеон решил обмануть Кутузова.
– Обмануть? Как? – удивился я.
– Организовать обманную атаку на правый фланг и на часть левого.
– Зачем? – я посмотрел на Николая.
– Чтобы Кутузов из центра направил туда своих солдат.
– И что? Обманул? – я с интересом посмотрел на Николая.
– Вот сюда, – начал он, показывая на рисунке, – на левый фланг, император Франции направил поляка Понятовского1. Он и его солдаты должен был взять Утицу, обойти армию Багратиона, а потом окружить её.
– Понял, – сказал я. – А по центру?
– Вот здесь, против русского левого фланга – видите? – должны были стоять с солдатами французские маршалы Даву2, Ней3 и Жюно4, а за ними – Мюрат со своей кавалерией. Они должны были атаковать армию Багратиона.
– Понятно. А правый фланг? – спросил я.
– Здесь Богарне5 и часть солдат Даву должны были произвести обманную атаку. Им надо было взять Бородино и уже оттуда атаковать русский центр. Понятно?
– А что Кутузов? – спросил Никита Михайлович.
– Кутузов?.. Тоже не спал… – улыбнулся Николай. – Изучал информацию, выбрал лучшее место и направил туда солдат. А ещё сам объехал все фланги. Он сказал солдатам, что каждый будет участвовать в сражении. И ещё… И ещё он попросил их помолиться Смоленской Божьей Матери.
– Самой иконе? – поинтересовался я.
– Да.
А. Шепелюк. М. И. Кутузов на командном пункте в день Бородинского сражения
– Это помогло? – улыбнулся я.
– Участники сражения потом говорили, что после молитвы перед иконой на сердце стало легче. Страх ушёл. Ушёл страх смерти. Люди перестали чувствовать себя просто людьми. Каждый из них надел чистую одежду. Они были готовы к большому сражению…
– А зачем чистая одежда? – не понял я.
– Со старых-старых времён у нас была традиция перед боем просить друг у друга прощения и надевать чистые рубахи. Если солдата ждала смерть, то он перед Богом был чист. В чистой рубахе он шёл умирать с чистым сердцем и с чистыми мыслями. И ещё… Чистую одежду можно было использовать для раненых, – сказала Татьяна Андреевна.
– А Наполеон обращался к своим солдатам? – спросил я.
– Да. Он тоже говорил с ними. Он показал им портрет своего маленького сына. А ещё император Франции напомнил, что у них уже были победы под Аустерлицем, Фридландом, Витебском и Смоленском. А новая победа будет называться «Сражение на Москве-реке». В ночь перед сражением Наполеон не мог заснуть. Он плохо себя чувствовал. Французский император всё время спрашивал: «На месте ли русская армия?»
– А Кутузов? Спал? Он же любил поспать, – улыбнулся я.
– Думаю, что нет. Утром, когда ещё было темно, он поехал на батарею Раевского. Поехал один. Там он ещё раз проверил войска, посмотрел на своих солдат и отдал последние команды генералам и офицерам.
Комментарии1 Понятовский (1763–1813, польск. Józef Antoni Poniatowski) – польский князь и генерал, маршал Франции.
2 Даву (1770–1823, фр. Louis-Nicolas Davout) – полководец Наполеоновских войн, маршал Франции (Наполеон называл его «железный маршал»).
3 Ней (1769–1815, фр. Michel Ney) – один из наиболее известных маршалов Франции времён Наполеоновских войн (Наполеон называл его «храбрейший из храбрых»).
4 Жюно (1771–1813, фр. Jean Andoche Junot) – генерал Наполеона.
5 Богарне (1781–1824, фр. Beauharnais) – генерал Наполеона.
Вопросы к главе 8В1. Как французская армия двигалась к Бородинскому полю? Какого числа французы подошли к месту сражения?
2. Откуда русские узнали о приближении французов?
3. Почему Наполеон сразу пошёл в атаку? Как начался бой за Шевардинский редут?
1. Сколько русских и как защищали Шевардинское укрепление?
Почему им не помогли основные силы русской артиллерии?
Почему защитники Шевардино не получили команду отходить?
2. Как сражались французы и русские за Шевардинское укрепление?
3. Сколько длился этот бой?
Сколько было убитых и раненых?
Сколько русских было взято французами в плен? Почему?
4. Что написано на памятнике погибшим французам?
Мог бы такой памятник появиться в советское время? Почему?
5. Как вы понимаете фразу: «Нам нужны великие могилы…»? Вы согласны с поэтом?
1. Откуда Наполеон узнал, что правый фланг русских хорошо защищён?
Какой фланг он решил атаковать? Почему?
2. Как Наполеон решил обмануть Кутузова?
3. Откуда Кутузов узнал о планах Наполеона? Что он сделал, узнав об этом?
4. О чём попросил Кутузов своих солдат перед сражением? Что делал Кутузов ночью перед сражением?
Перед какой иконой молился Кутузов со своей армией перед сражением?
О какой русской традиции вы узнали?
5. Что говорил Наполеон перед сражением своим солдатам? Чей портрет он показывал им?
Как чувствовал себя Наполеон в ночь перед сражением? Какой вопрос он постоянно задавал?
Г. Главное сражение
51
– Главное сражение началось 7 сентября. Да? – спросил я.
– Да. На поле образовалось две горячие точки. Первая – на левом фланге. Там, где Багратионовы укрепления, – говорил Николай и показывал на схеме. – Вторая – вот здесь. На самой высокой точке поля. Батарея Раевского. Атаки тут были особенно жестокие, потому что они определяли сражение и его результаты.
– А как началось сражение? – задал я вопрос.
– С артиллерийской атаки. Французы начали. Наши им ответили. А через полчаса солдаты Наполеона начали наступление. Вот здесь, здесь и здесь. Тысячи солдат из всех европейских стран шли плечом к плечу на нас.
– Почему они так шли? – спросил я. – Их же легко можно было убить.
– Легко. Огонь был такой, что, когда солдаты подходили на выстрел, они так и ложились плечом к плечу.
– Что значит «на выстрел»? – не понял я.
– На 100 метров. А знаешь, как стреляли из ружья в начале XIX века? Нет? Расскажу. Чтобы выстрелить из ружья один раз, надо было сделать целых 12 операций! Поэтому можно было сделать только один выстрел в минуту, и то если погода хорошая.
А. Шепелюк. М. И. Кутузов на командном пункте в день Бородинского сражения
– А когда началась первая атака? – поинтересовался Никита Михайлович.
– Очень рано. Около 6 утра. Уже через полчаса маршал Даву пошёл к Багратионовым укреплениям и взял одно из них. За другие началось страшное сражение. Около 9 часов утра Понятовский взял Утицу. На левом фланге было очень страшно. Сюда Наполеон бросил главные силы. Богарне тем временем на правом фланге атаковал деревню Бородино.
– А Бородино взяли? – спросил я.
– Да. Там была страшная рукопашная атака. Правый берег остался нашим, а вот Бородино отдали. У Бородина французы быстро поставили пушки и стали стрелять по батарее Раевского.
52
– А где в это время был Кутузов? – поинтересовался Никита Михайлович.
– У деревни Горки.
– А Кутузов точно знал, что Наполеон начнёт сражение 7 сентября, а не 8-ого? – задал я вопрос.
– Слушай, Серёга, ты был в армии? – спросил Никита Михайлович. – Нет? Ну, ты участвовал в таких сражениях, когда одна улица бьёт другую? Тоже нет? Эх, Серёга… Что с тобой тогда говорить…
– Да, – продолжил Николай, – тогда тебе, Серж, трудно понять чувство сражения. Понимаешь, это такое чувство… такое чувство…
– А ты был в армии? – спросил я Николая. – Был? И участвовал в сражениях? – я с интересом посмотрел на него.
– Был. Участвовал. Как и мой отец, и как мой дед. Человеку из деревни трудно пройти мимо армии. У деда была Великая Отечественная. У отца – Афган1. У меня – Кавказ2. Но это другие истории…
– Коля, а дальше-то что было? Положение-то у нас сложное получается… – Никита Михайлович нетерпеливо посмотрел на Николая.
– Да. Положение очень сложное. Но Кутузов не стал направлять солдат из центра на фланги. А вот Наполеон направил туда ещё 30 тысяч человек и чуть больше 150 орудий. Французов там стало в два раза больше.
– И что? – с волнением спросил Никита Михайлович.
– И всё!.. Багратионовы укрепления стали французскими.
– Чёрт! – опять стукнул кулаком по столу Никита Михайлович.
«Никита Михайлович, – подумал я, – ведёт себя как на футболе! Как будто болеет за свою любимую футбольную команду».
Комментарии1 Афган – (разг.) зд.: Афганская война (1979–1989), война между правительством Демократической Республики Афганистан и моджахедами. Просоветское правительство Афганистана поддерживал СССР, а моджахедов поддерживал ряд зарубежных стран (финансовая поддержка) и государства исламского мира (военная поддержка).
2 Кавказ – (разг.) зд.: или о Первой (1994–1996), или о Второй (активные боевые действия 1999–2000 гг., с 2000 г. по наст. время – время от времени возникающие конфликты) чеченской войне.
53
– После 9 утра сюда пришла помощь, и укрепления стали снова нашими, – продолжил Николай.
– Знаешь, Коля, ты давай… это… Ну, так рассказывай, чтобы сердце… понимаешь, сильно не волновалось! – сказал Никита Михайлович.
Я с удивлением посмотрел на него: «То он бегает и землю себе на Бородинском поле выбирает, то так сильно волнуется из-за того, что на этом поле было 200 лет назад. Европа вот тоже вся на могилах стоит. И ничего. Это жизнь…»
– Ну, в общем… французам удалось дойти до деревни Семёновское и взять её. Это совсем рядом с Багратионом. Французы шли, наши в них стреляли, те падали, а на их место приходили всё новые и новые солдаты… Потери были огромные. Смерть не могла остановить солдат Наполеона. Багратион даже крикнул: «Браво! Браво, французы!» Он был восхищён их героизмом. На помощь Багратиону Кутузов послал генерала Тучкова, когда укрепления вновь заняли французы.
– Мужа Маргариты Михайловны? – спросил я.
– Да. Уже рассказали про неё? Ну вот, Тучков встал, взял знамя и крикнул: «Что же вы не идёте на француза? Тогда я один пойду!» Через несколько секунд он был убит…
– Зачем он пошёл на смерть? – не понял я.
– Его смерть сделала чудо. Смерть героя на войне делает чудеса. Наши солдаты снова пошли на врага.
– А что Наполеон?
– Он направлял и направлял к укреплениям всё новые и новые силы, но бой оставался нерешённым… Тогда Наполеон послал туда лучших своих маршалов: Даву, Жюно, Мюрата и Нея. Им помогала артиллерия. Почти полтысячи пушек! Вскоре на поле лежало такое количество убитых, что кавалерия не могла уже пройти по полю…
– Ужас-то какой!.. – вздохнула Татьяна Андреевна.
– Да… Подвиги совершались каждую секунду. И нашими, и французами…
– Я видел памятник на батарее Раевского, – сказал я. – Кажется, это самый большой памятник. А что там было?
– Это место, может быть, одно из самых страшных. Батарею атаковали и французская артиллерия, и пехота, и кавалерия. Французы долго не могли взять её. Когда взяли, то поняли, что никто из русских отсюда не ушёл. Не ушёл, потому что все выбрали смерть. В конце концов французы отошли к деревне Бородино и начали готовиться к новой атаке. Наполеон тогда сказал о русских: «Им помогает сам чёрт!»
54
– Французы снова пошли вперёд? Да?.. – Никита Михайлович забыл, казалось, о своих бородинских планах.
– Да… И их встретили наши новые силы. Я говорил, что сражение началось с артиллерии. Так вот, пушки стреляли весь день и закончили стрелять только к вечеру. Уже к обеду многие пушки были такими горячими, что стоять рядом с ними было почти невозможно.
– Так сколько же человек погибло в Бородинском сражении? – спросил я.
– В среднем каждый час погибало около 10 тысяч солдат. Это более 100 человек в минуту… Пишут, что на Бородинском поле всего погибло около 100 тысяч человек, наших и французов, – ответил Николай.
– 100 тысяч? За один день на одном поле? Я не могу этого представить, – сказал я.
– Французы около 60 тысяч раз стреляли по нашим из пушек. Из своих ружей они сделали 1 500 000 выстрелов. Мы тоже сделали не меньше выстрелов. А ещё и рукопашные сражения…
– Это надо представить себе поле, – Никита Михайлович посмотрел на меня, – и на него каждые пять минут в течение восьми часов падают большие самолёты с людьми, ну типа аэробусов…
– Это невозможно… – с трудом проговорил я.
– Оказывается, возможно. Это было всего 200 лет назад. И мы сейчас там, где это было… – сказал Никита Михайлович, не глядя мне в глаза.
– А раненым кто-нибудь помогал? – спросил я.
– А как им помочь? Кому-то повезло – его унесли в госпиталь… Хотя… Хотя там тоже было несладко. В госпитале руки и ноги тогда не лечили.
– А что делали? – не понял я.
– Резали. Один из хирургов русской армии писал, что за один этот день он отрезал 200 рук и ног. Кстати, вот любопытный факт. После боя Наполеон сказал своим врачам, чтобы они помогали и русским солдатам, потому что после победы нет солдат, а есть только люди.
– Да, молодец. А в плен брали?
– Пленных было немного. Около тысячи человек с каждой стороны. Многие из них были тяжело ранены. Ну, рассказываю дальше… Сражение продолжалось. К Наполеону приехал маршал Ней и попросил у него новые силы. Император решил ему дать 20 тысяч солдат своей гвардии. Михаил Илларионович увидел, как сражается французская гвардия, и понял, что вскоре у него не будет армии. Он не знал, что делать. Новых сил у него не было. К пяти часам атаки прекратились. Наполеон приехал к Багратионовым укреплениям, увидел горы мёртвых солдат и сказал: «Я вижу победу, но не вижу успеха». У него не было никаких эмоций. Генералы потом писали, что он был не похож на себя.
– А дальше? – задал я вопрос.
– С пяти часов вечера до темноты снова стреляли пушки. Около шести часов вечера стало понятно, что Бородинское сражение закончилось. И у французов, и у русских не было сил сражаться дальше. Артиллерия продолжала стрелять часов до девяти вечера. Когда стало темно, французы отошли с поля. Наполеон и Кутузов готовились к новому сражению… Но ночью Кутузов понял, что может потерять в этом сражении всю свою героическую армию. И тогда он решил сохранить армию и дать ей возможность отдохнуть, отойти за Москву.
– Он знал, что надо будет отдавать Москву? – тихо спросил я.
– Да. Он это понимал и знал. Поэтому он и дал Бородинское сражение. Без такого страшного сражения нельзя было отдать старую столицу. Понимаешь, не мог он без сражения её отдать!
– А Наполеон? – поинтересовался я.
– Он понял, что его звезда в этом сражении не помогла ему. А ещё император понял, что русские отходят, но он не может назвать это победой. Ведь за целый день он смог подвинуть русскую армию всего примерно на километр. А ведь он понимал, что его армия была сильнее. Победы не получилось, потому что русские не бежали. А ещё не было пленных… В общем, во французских учебниках истории пишут, что под Бородином победили французы, в русских – что победили мы, потому что после Бородина французы уже не смогли выиграть эту войну. У них не осталось сил для победы.
