Текст книги "Твой Никто (СИ)"

Автор книги: Галина Кор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

Глава 16

Ася.

Только бы не заметил, только бы не заметил… Резко поворачиваюсь, чтобы успеть скрыться в здании и остаться незамеченной.

–Я в аудиторию, – бросаю Машке. Уже сделала спасительный шаг за порог и тут…

–Ася, – япона мать! Чтоб тебе икнулось!

Медленно поворачиваюсь на пятках и цепляю на лицо дружелюбную улыбку.

–Привет, – тяну это слово, рассматривая раненного бойца Артура. – Ой! Что с тобой случилось? – немного переживания в голосе не помешает.

–Да пристали отморозки какие-то, вот пришлось раскидать и рассказать «по-понятиям». Не на того напали… А это так, – проводит пальцами по ссадинам на лице, – ерунда, им больше досталось. – Ох, и рисуется он перед нами, каратэ-пацан, блин. Маша видит, что разговор намечается «интимный», бочком, бочком и примыкает к другим одногруппникам, стоящим чуть поодаль.

–Не сомневаюсь, – ага, так досталось, что даже, как выразился «главный отморозок», костяшки на руках не счесал.

–А ты как? – и смотрит так… настороженно. Видно, что гадает, помню ли я что-то или белое полотно.

–Представляешь, с середины вечера ничего не помню. Проснулась утром… дома. А как попала, вопрос. Вроде не пила спиртное… – пожимаю плечами, показывая свое непонимание произошедшего.

–Ты жаловалась на головную боль… Кто-то из девочек дал тебе таблетку от головы. Ты выпила, но лучше тебе не стало. Поэтому я вызвал тебе такси. Таксист мой знакомый, поэтому я за тебя не переживал. Да он и отзвонился, когда доставил тебя по адресу. – Сомневаюсь, что Ник, отчитывался перед Артурчиком о моей доставке. – Только машина отъехала, как появились эти отморозки. И начался замес. Вовремя ты уехала. Я бы расстроился, если бы с тобой что-то случилось. – О, как мило… Врет без зазрения совести. Вот гадский-гад! Хороший у меня таксист был, столичный. До седьмого этажа на руках тащил. Раздел, искупал, спать положил… прямо «бизнес-класс».

–Ну, выздоравливай, мне еще по делам надо… пара у меня по «Грамматике», – отступаю от него на несколько шагов.

–Может встретимся… как-нибудь?

–Конечно, – слишком быстро и фальшиво восклицаю, – позже… Тебе надо восстановиться… подлечиться… И потом, как-нибудь, состыкуемся.

–Да… – Артур хоть и придурок, но не дурак, он понимает, что мы навряд ли будем когда-либо встречаться. Он помнит, что получил по морде от какого-то типа, который, закинув меня на плечо, утащил в неизвестном направлении. Он понимает, что я могу знать часть правды, а я знаю, что врет он.

Остаток дня проходит ровно. Головная боль медленно отступает. Жить становится легче и веселей. Маша больше не докучает вопросами об Артуре, так как получила от меня «зеленый свет» на его охмурение. Но не в обиду будет сказано, и не при Маше, но он на нее не обратит внимание… Я до сих пор не понимаю, почему я удостоилась сей чести… Но я, хотя бы видела с его стороны заинтересованные взгляды, а в ее сторону он даже и не смотрит. Думаю, что и имени он ее за три года обучения, так и не знает.

И вот… что меня беспокоило все пары… это воспоминания о Нике, точнее его голое тело. Стоит мне только отключиться от образовательного процесса, как мозг неконтролируемо включает показ слайдов порнографического характера. И когда только он успевает ходить по спортзалам и прокачивать мышцы?

Так, все, пора прекращать фантазировать. Откуда у меня такой интерес ко взрослому мужику? Я что, мужиков раньше не видела? Не дикая же… слюни пускать.

А мозг – предатель, нет-нет, да и подкинет очередную картинку.

Обреченно бреду к назначенному месту встречи с Ником. Я опаздываю специально… на три минуты, но… Может психанет и уедет?

И вообще, почему я должна с ним куда-либо ехать! Надо взбунтовать, показать, что у меня есть характер, а главное, с моим мнением стоит считаться. Или нет, сразу откажусь! Чего ненужные разговоры вести? Ей-богу, откажусь! Прямо только увижу, выскажу все, что меня не устраивает. Где это видано, чтобы человека, то есть меня, вот так активно склоняли к выполнению неуместных и… вообще! Кто он такой, чтобы мной распоряжаться! Во, как я себя настроила! Сейчас, как скажу ему все, что накипело.

Так себя накрутила, что даже шаг увеличила. Быстрее дойду, быстрее выскажу и все… разбежались. Тоже мне, друг нашелся… по интересам.

Подхожу к супермаркету и вижу машину. Я в боевом настрое, уверена, что все у меня получится.

Открываю машину и… спотыкаюсь об обворожительную улыбку.

–Привет. Хорошо выглядишь, так и не скажешь, что вчера полночи голяком пробегала и помирать собиралась. Прыгай в машину и погнали, может еще сегодня успеем по лесу походить.

Как? Вот как он это делает, а? Одной фразой охладил весь мой пыл. Так, надо собраться, да как выдать ему пламенную речь.

–Мне бы переодеться… – серьезно? Это сказала я? А где же «кузькина мать?».

–Я тебе спортивный костюм купил и кроссовки, – указывает рукой на кучу пакетов, стоящих на заднем сидении.

–А…

–Успокойся, он не дорогой, китайский, и не к чему тебя не обязывает, – я не успела придумать продолжение фразы, просто: «А…», а он уже опережает своим ответом ход моих мыслей. Не мужик, а клад. Вот что значит опытный…

С видом великой мученицы залезаю в машину и закрываю дверь. Оборачиваюсь назад, а там тьма пакетов.

–А что в остальных?

–Я, конечно, понимаю, что мы едем в лес по грибы, но ты же не думаешь, что мы кинемся их сразу есть. В пакетах продукты.

–Как-то я об этом не подумала, – печально выдаю.

–Видишь, как хорошо, что у нас есть Я! Обо всем подумал, все купил…

–Ага, прямо находка, – подтверждаю.

–Что-то ты не веселая? Случилась чего? – заботливо интересуется Ник.

Чуть не ляпнула: «ВЫ! Со мной случились – Вы, Ник!». Но, прожевав и проглотив эту фразу, говорю совершенно другое.

–Все нормально.

–Ну раз нормально, тогда погнали, – заводит машину и трогается.

Едем. Он на позитиве. Подпевает какой-то заезженной песенке, звучащей из радио, и активно постукивает в такт пальцами по рулю.

Смотрю на свое отражение в боковом стекле. Печальнее только каторжник… Уголки губ опущены вниз, глаза, как у побитой собаки и на мокром месте. Вот это я еду отдыхать… С таким настроем надо сидеть дома под одеялом и депрессировать, а не шляться с мужиком по лесу.

–Слушай, – оживает грибник-недоучка, – тебе дома не влетит, что ты ночевать не будешь?

–Нет, – и я не вру. Папа мало интересуется, где я пропадаю. Меньше попадаю на глаза, берегу его нервную систему. Так как дома он по большей части выпивший, то встреч и вовсе искать не стоит. Он не тот человек, который выпил и ложится спать, его тянет поговорить. А разговоры обычно заканчиваются скандалом, так как он не признает свои ошибки, а охотно тыкает носом в чужие.

–Ну смотри, а то могу поговорить с твоим отцом, заверить, что ничего страшного с тобой не случится и верну я тебя в целости и сохранности.

–Хм… хотела бы я на это посмотреть, – еле разборчиво бормочу себе под нос. – Это лишнее, – говорю чуть громче, повернув голову в сторону Ника. – Вы главное мне обещайте, что ничего со мной не случится, а папа как-то переживет без ваших уверений.

–Я думал, что после… сблизившей нас ночи, мы перешли на тот этап, когда доверие не ставится под сомнение.

–Вот зачем вы это делаете?

–Что именно, – все он прекрасно понимает, хитрец, – напоминаете мне о том, что хотелось бы забыть.

–Что, все еще пускаешь слюни на мое супер идеальное атлетическое тело?

–Мечтайте. И лучше видала, – отвечаю со всем возможным ехидством. И яду с желчью в тот котел добавила, скривившись.

–Да прям там, – смешно ему, – а что ж так щечки предательски покраснели?

Все, вот теперь я обиделась! Скрещиваю руки на груди, отворачиваюсь и молчок. А ему смешно!

Глава 17

НикТО.

–Да ладно тебе, хватит дуться. Уже подъезжаем. Не будем же мы сутки молчать? Да и что такого… ну пялилась ты на мое тело, мне же не жалко… Смотри, ради Бога.

Молчит. Поджала губки, и молчит. Не Ася, а умора. Что может поднять настроение, как не попытка раздраконить маленького боевого джунгарика в теле симпатичной девахи.

–Аська, не молчи. Выскажи все, что накипело, не держи в себе, а то лопнешь. – Еще больше отвернулась от меня, сидит уже практически спиной. – Ты, если в лесу потеряешься, хоть мычи, раз говорить отказываешься, – говорю, откровенно насмехаясь.

О, результат! Повернулась в мою сторону и зыркнула исподлобья.

–Я так понимаю, что вы испытываете огромное удовольствие подтрунивая надо мной.

–Назовем это «дружеским стебом». Мне нравится, как ты реагируешь. Даже, когда ты злишься, в тебе нет реальной агрессии. Беззлобная ты, что тут еще сказать. Да и злишься ты… реально смешно. У тебя живые эмоции, ты открытая, мне с тобой комфортно. Даже спать в одной постели, – поворачиваю голову и слежу за ее реакцией на последнюю мою фразу.

–Вы спали со мной в одной кровати? – шок – это по-нашему!

–А где я должен был спать?

–В другой комнате, там есть диван.

–Вот еще, никогда на диване не спал, и спать не собираюсь. Еще б меня на кухонный уголок спать уложила, это практически одно и то же. Нет уж, я люблю спать, и спать комфортно. У меня позвоночник один. Я, прежде чем выбрать себе квартиру для съема, потребовал фото матраца. А ты говоришь… диван.

–Как вы себя любите, – скривившись, произносит Аська.

–Если не я, то кто? – тут говорю чистую правду. Мама относилась ко мне, как к проекту, которому не удалось стать реальностью. Не оправдал я ее балетные порывы. Отец давно не опекает меня, так как у него своя жизнь, новая семья, да еще и дети малые. Моей новой мачехе двадцать два, на минуточку, а младшему брату – семь месяцев. Это при том, что отцу моему пятьдесят семь. А кроме меня и мелкого у него еще пятеро, от разных мадам. М-да… вот такая у нас большая и «дружная» семья. Почему «дружная», потому что мы между собой не общаемся, хотя знаем о существовании друг друга и раз в году встречаемся на дне рождения родителя. А Тае вообще параллельно что со мной, где я и… короче, у нее свой яркий и разноцветный мир.

–Тут я с вами согласна, – неожиданно, – себя надо ценить и любить. Редкий человек протянет руку помощи. Мир жесток.

–Слушай, я вот что хотел спросить всю дорогу, но ты так реально обижалась, что я решил не портить образ «великой буки». Ты уже два раза упомянула отца, а мать… Они в разводе, и ты живешь с отцом?

–Нет. Они женаты, теоретически, а по факту, она уже третий год как живет в Греции. Уехала на заработки, чтобы я могла поступить в институт.

–Так ты же на бюджете?

–Сначала она уехала, а уж потом я поступила. Мама уехала а июне, нашла высокооплачиваемую работу и решила с ней не прощаться. Сначала помогала финансово, пару раз приезжала, но помощь становилась все меньше и не каждый месяц, а приезды через полтора года вообще прекратились.

–И она даже не звонит? Может с ней что-то случилось?

–Звонит. Раз в месяц. А ее фотки я вижу каждый день в Инсте. Она работает переводчицей в консульстве. Так что никакого рабства, никакой грязной истории… Просто у нее другая, новая и интересная жизнь.

–А отец? Почему ты его боишься?

–Я не говорила, что его боюсь. Он обиженный мужик, которого бросила жена и он пытается найти виновного. Признаться себе, что слабак – не может, проще выливать негатив на меня.

–Он тебя бьет? – если он хоть пальцем ее трогает, найду и отпизжу, тварь.

–Я похожа на забитую жертву? Конечно, нет. Он просто выносит мне мозг пьяным базаром и нудёжем. Поэтому мы стараемся не пересекаться.

–Живя в одной квартире?

–Пока у меня нет возможности съехать.

–Все, откладываем задушевные беседы, – я заезжаю в открытые ворота базы отдыха. – Сейчас будем чистить ауру и открывать чакры.

–Гриботирапией? Будем есть сыроежки и ловить дзэн? – и как к такой языкатой и остроумной Асе не пропитаться симпатией.

–Тебе вчера мало было впечатлений? Хочешь познать нирвану? – не даю Ася послать себя в жопу, торможу возле центрального здания, выскакиваю из машины не глуша ее, бросая ей на ходу, – сиди, сейчас ключ от нашего домика возьму.

Решение рутинных вопросов происходит быстро. Предъявляю паспорт и получаю ключ с указанием о местоположении домика. Все просто.

–Не скучала? – интересуюсь у Аси, забравшись обратно в машину.

–Кости вам перемывала, – с подковыркой отвечает моя временная сообщница по «грибному» делу.

Смотрю на нее с улыбкой. Все-таки она классная и прикольная, а еще красивая, и фигура что надо…

–Поехали искать наше временное пристанище. Администратор сказала, что наш домик последний и находится прямо у леса.

–Я вас удивлю, здесь везде лес и мы в лесу.

–Ух, ты! Удивила. А я и не заметил. Кстати, а вот и он, – указываю пальцем на небольшой сруб.

–А как вы решили, что он последний? Они, вроде как, стоят по кругу.

–На нем номер написан. Как ты думаешь, совпадает, – сую ей под нос ключ с брелком, на котором значится номер «семь».

–Логично. Так бы сразу и сказали, что ищем домик под номером семь, а то… самый крайний… у леса.

Паркуюсь у домика.

–На выход, – командую. – Лови, – перекидываю через крышу ключ от домика, – иди, открывай, а я пакеты заберу.

–Так может помочь?

–Иди уж, помощница. Без сопливых.

–Сами вы… сопливый, – поворачивается и идет к двери. Пока я ковыряюсь, пытаясь собрать все ручки пакетов в одну руку, из домика доносятся восхищенные ахи-вздохи. Да что ж там за интерьер такой, удивительный?

Спешу оказаться в доме. Переступаю через порог и обвожу взглядом комнату. Фотки на сайте были реальными – это не может не радовать. Было б обидно видеть и выбирать одно, а по итогу получить избушку-развалюшку с бабой Ягой в придачу. Дом сделан по принципу открытого пространства. Большая комната, которая выполняет роль и гостиной, и кухни, и спальни. Двуспальная кровать спрятана за фальшстеной у спинки дивана, выполненной в виде стеллажа. Одна единственная дверь в этой огромной комнате ведет в санузел.

Я думаю, Ася понимает, что спать нам придется в одной кровати?

Лично меня все устраивает. Вчерашняя ночь показала, что, когда она спит, то не раскидывает ноги-руки, а главное – не сопит и не храпит.

–Как здесь красиво, – Ася ходит по комнате. Проводит рукой по гранитной столешнице, по варочной панели.

–Я б удивился, если за такую суточную стоимость домика, здесь было б все скромнее. А так… цена – качество.

–Вы любите комфорт… – это было сказано не вопросительно, а, как констатация факта.

–А кто его не любит? А больше, я люблю лес. Переодевайся, и пошли. Хочу набрать полные легкие хвойного воздуха. Очиститься после вашего сизого городского смога.

–Один день не поможет, тут вам придется поселиться, чтобы толк был. А так… только зря организм балуете. Да и дождь будет.

–С чего ты взяла? Суставы на перемену погоды болят?

–Нет, в телефоне прогноз погоды смотрела.

–Давай, быстрее переоденешься, меньше намокнешь, если он вообще будет. И мы недалеко отойдем. Тут, по месту.

–Блин, откуда вы такой лесник-любитель на мою голову взялись? Вам хочется, вы и идите, я вас тут подожду.

–А если на меня волки нападут или лось какой?

–То я им сочувствую! А если и нападут, то, чем я смогу помочь?

–Будешь громко орать и пищать. Мне не по статусу это занятие. Все, я жду тебя у трех сосен на опушке.

–Оставьте координаты и компас, я передам поисковикам.

–Аська, меньше слов, больше движений. Жду. – Открываю дверь и собираюсь выйти, а мне в спину летит:

–И не называйте меня Аськой, бесите!

–Хорошо, Аська, не буду, – рычит, кошечка. А меня прет!

Глава 18

НикТО.

–И долго мы будем бродить в полутьме?

–Я еще не нашел ту самую сосну, – понятия не имею, что на самом деле я ищу, просто иду и иду.

–Ту, в которую въеб… – она говорит тихо, но слух у меня отличный.

–Аська, как дам по губам за плохие слова.

–Я просила не называть меня Аськой! У моей бабушки, так кошку звали. Я помню ее старой, беззубой и вечно беременной. А на счет идеальной сосны… вам не кажется, что мы далеко зашли?

Просеки прочищены, деревце за деревцем стоят в ряд, и пусть даже уже темнеет, но на несколько метров вперед все отлично просматривается. Поэтому отвечаю смело:

–Не кипишуй, все под контролем. Мы идем туда, – показываю рукой прямо, – а пришли оттуда, – поворачиваюсь на сто восемьдесят градусов и указываю в направлении базы.

–А вот фигушки! Вы несколько раз смещались с одного ряда, на другой, поэтому, как минимум, надо идти туда, – делает шаг в мою сторону и сдвигает мою руку правее. – Сусанин, блин! Точно, ваша фамилия Сусанин! И пусть в слове «Никто» нет буквы С, вы все равно Он!

И вот она, последняя капля Асиного терпения, падает нам на голову в виде дождя.

–Фух, – громко вздыхает, аж эхо пошло, – а я говорила, что будет дождь…

–Он же теплый, практически летний, – аргумент так себе, но стоило попробовать.

–Угу, в конце сентября, летний дождь… Идите уж, обнимите любую попавшуюся сосну, потритесь об нее или что вы там… планировали. Теперь, когда я точно промокну, могу подождать минутку. И пошлите обратно, а?

Смотрю на ближайшее дерево. Я что, дурак, что ли об него тереться. Не так я близок к природе и не настолько я люблю деревья, чтобы обниматься с ними. Мало ли, может там белка насикала на кору или лось под деревом нагадил…

–Единение с природой откладывается до улучшения погодных условий, – объявляю Асе свое решения, поставив руки в боки. – Пошли в домик, будешь кормить меня, а то свежий воздух вызывает неконтролируемый прилив жора.

–Дойти бы… без приключений. Я думаю, что зашли мы с вами далеко.

–Глупости, – делаю первый шаг в том направление, куда указывал я, – всего-то пару сотен метров прошли. Вот увидишь, дойдем быстро. Дорога домой, всегда проходит быстрее.

–Да, только быстрее будет идти туда, куда указала я, – спорить не спешу. Из меня, ребенка каменных джунглей, тот еще лесник. Думаю, что Ася, несмотря на разницу в возрасте, в этом вопросе будет поопытнее.

–Ты хорошо ориентируешься в лесу?

–Если бы ваш крестный жил в Станице, а ваши родители были любителями «грибной ловли», то и вы бы умели определять по стволу дерева, где север, а где юг.

–У тебя здесь живет крестный?

–Нет, не прямо здесь. А километрах в двадцати. Вы думаете, что Станица – это клочок земли километр на километр? Вы ошибаетесь. Здесь столько гектаров леса, что заблудиться – раз плюнуть. Пошлите уж, а то у меня волосы мокнут.

Как ни странно, путь, выбранный Асей, оказался правильным. И шли мы ни сто, ни двести метров, а с километр, так точно. Главное, что успели выйти из леса до полной кромешной темноты. Уже почти у самого домика дождь припустил, не оставив нашей одежде даже миллиметра сухого клаптика. Лично у меня, даже трусы были мокрые.

Забегаем в дом. Вода с нас не просто капает, а течет.

–Стой, снимай всю одежду здесь, иначе весь пол будет мокрый.

–Вы совсем, что ли? – крутит пальцем у виска.

–Тс… – закатываю глаза, – что я там не видел? Я удивлюсь, если за сутки у тебя там вырос член, а ко всему, что уже видел, отнесусь ровно.

Подаю пример, принимаюсь стягивать с себя одежду и бросаю тут же на пол. Недолго думаю, когда дело доходит до трусов, смело их стаскиваю. Если к отсутствию верхней одежды Ася отнеслась ровно, то сей «аксессуар», заставил ее щеки покрыться красными пятнами, а сама она резко отвернулась. Честно, я абсолютно не стеснительный. Я столько времени провел с мамой в женских раздевалках, что голым телом меня не удивить. Правда это было лет до шести-семи, пока в школу не пошел… Но разве важны эти нюансы?

–Ну вы и…

Кто я, решил не узнавать, сгреб свои вещи и потопал в ванную комнату, сверкая голым задом.

–Все, я в горячий душ. Я быстро. Вещи кину в стиралку, она должна здесь быть, – открываю дверь ванной, – есть, не обдурили, когда на сайте указывали имеющуюся в наличии технику. Ты потом свои засунешь и включишь, хорошо? – Беру с вешалки халат и кидаю на диван. – У тебя есть время быстро раздеться и натянуть на себя халат.

Закрываю дверь ванной комнаты и становлюсь под душ. Настраиваю воду погорячее и несколько минут тупо стою, отогревая замерзшее тело.

Выйдя из душа, игнорирую халат, идентичный Асиному. Просто наматываю полотенце вокруг бедер. Я понимаю, что провоцирую ее, но мне… это нравится… нравится ее провоцировать, выводить на эмоции. Да и сама Ася мне нравится… может даже больше, чем мне хотелось бы… чем я планировал. Зацепила меня эта девчонка. И нет тут никаких братских чувств… Только реальный интерес мужчины к женщине.

Неприятная ситуация, в которую сам себя загнал, но я точно это не планировал.

Выхожу. Сидит Аська, как бы она не противилась этой интерпретации ее имени, но я буду так ее называть, на диване, подтянув ноги к груди. Замоталась в этот дурацкий безразмерный халат и смотрит на меня, как зверек из норки.

–Что? – интересуюсь, приподняв одну бровь.

–Здесь кровать одна.

–Неужели, – театрально прикладываю руку к груди.

–Вы же знали об этом. Сами сказали, что видели фото домика на сайте.

–Ну уж прости, здесь нет двухместных апартаментов и опции «все включено». Опыт совместного «спания» у нас имеется, так чего сейчас строить из себя обиженку и тратить драгоценное время на выяснение отношений. – Подхожу к кухонной части, а там и «конь не валялся». – Лучше бы приготовила чего, вместо загруза своего мозга об этических соображениях. – Поворачиваюсь в ее сторону. Смотрит так, словно обдумывает, с какого боку ко мне подойти и начать расчленение. Ход ее мыслей, заставляет улыбнуться. – Иди в душ, погрейся под горячей водой, не хватало еще заболеть. – Поднимается, подходит к входной двери, сгребает свои мокрые вещи и топает в ванную.

–Так… где тут у нас датчик… – разговариваю сам с собой в поисках терморегулятора теплого пола. Надо бы увеличить температуру, чтобы дом хорошо прогрелся, да и вещи потом развешу, чтобы до утра высохли. Нахожу его так же у входной двери и корректирую температуру.

Женщина в доме, а готовить придется мне.

Смотрю на набор продуктов, купленных мной, и пытаюсь составить меню. Значит так, будет яичница, бутерброды и чай. Чем не мишленовский уровень?

За то время, что Ася возится в ванной, я успеваю накрыть на стол. Она выходит в тот момент, когда я разливаю кипяток по кружкам.

–Проходи – не бойся…

–А вы молодец, умеете готовить, – садится на стул напротив и рассматривает в тарелки приготовленный мною шедевр. Глазунью.

–Слушай, я думаю, что даже рукожоп к тридцати двум годам сможет пожарить яйца. Кушай, детка… Когда я ем, я глух и нем.

На какое-то время замолкаем, каждый занят тщательным пережевыванием пищи. Только, когда принимаемся пить чай, начинаем перекидываться фразами.

–И вы верите в дружбу между мужчиной и женщиной, – в ходе разговора выходим на эту тему.

–А почему нет? У меня в организации работает много женщин. Если нет сексуального влечения, то общение может складываться и в этом русле.

–Например, у вас к женщине нет интереса, но он может быть у нее.

–Когда не даешь ложные надежды, умная, сразу поймет, что ей не светит. А с дурами я не имею дел.

Не знаю, что в моем ответе заставило Асю поникнуть. Я же не говорил, что это относится к ней. Неужто малышка испытывает ко мне влечение?

Смотрим друг другу в глаза. Я изучаю, а Ася тушуется, быстро допивает содержимое своей кружки и, прихватив тарелку, направляется к раковине. Включает воду и принимается мыть посуду. Допиваю свой чай, собираю посуду, чтобы подкинуть Ася для мытья. Подхожу к ней со спины и, протянув руку с тарелкой, чуть наклоняюсь, чтобы поставить ее в раковину.

Ася вздрагивает, почувствовав прикосновение моей груди к своей спине. Резко поворачивается и так смотрит… что волна возбуждения прокатывается волной от макушки до пят. Она меня хочет. А я? Черт, еще неделю назад я говорил себе, что она маленькая для меня, не вытянет. А сейчас? Мозг вопит: «Хочу!».

А как быть потом?

Я чертов эгоист. Не слушаю доводы разума, а наклоняюсь и нежно целую ее. Оттолкнет, значит ничего не будет. Даже спать пойду на диван. От греха подальше.

Но нет, Ася не отталкивает, а наоборот, отвечает.

–Если ты не хочешь, я могу остановиться, – даю ей последний шанс.

–Я хочу, – не задумываясь отвечает.

Забираю губку для мытья посуды из ее рук, выключаю воду и, веду ее к кровати.