Текст книги "Я все еще тебя (не)люблю (СИ)"

Автор книги: Галина Джулай

Соавторы: Рина Ларс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц)

Приближался ноябрь, на улице совсем похолодало. Наташа не вернулась в университет. Что с ней было, она так и не рассказала. А мы с девочками не давили и не спрашивали. Они с Матвеем уехали в их загородный дом. И мы почти не общались.

Мы договорились с Сергеем перекусить в торговом центре. Виделись мы редко, но он, как и обещал, не бросил меня, остался моим другом. Чего ему это стоило, я не знаю. Иногда я ловила на себе его внимательный, полный грусти взгляд. Но все менялось, стоило ему это заметить.

Я сидела за столиком и ждала Сергея. Он попал в пробку и задерживался.

– Ксю? – услышала я знакомый голос.

– Игорь? – меньше всего я ожидала его здесь увидеть, ведь он учился в столице.

– Привет, – улыбается мой бывший парень. – Не ожидал тебя здесь увидеть.

– Я тоже, – улыбнулась в ответ. За то, что он бросил меня, ничего не объяснив, я все ещё злилась. Но решила этого ему не показывать.

– Боже, сколько мы не виделись? Год?

– Да, где-то так, – безразлично пожимаю плечами.

– Ты как?

– Нормально, – вдруг понимаю, что этот человек не вызывает во мне никаких эмоций. Сразу возникает вопрос: а действительно ли я была в него влюблена? Или я так старательно вытравляла чувства к Кириллу, что и не заметила, как обманула саму себя. Да, он по-прежнему красивый. Но…

– А ты здесь одна? – интересуется Игорь.

– Нет, я с парнем, он сейчас подойдёт, – почему-то мне совсем не хочется признаваться, что я одна, и что после него у меня так и не было ни с кем отношений. И что Сергей, которого я жду, мне просто друг.

– Ясно, – хмыкает он. – Значит, он всё-таки своего добился? – бросает он непонятную для меня фразу.

– Кто?

– Тихомиров, – поясняет парень.

– А причём здесь Тихомиров?

– Ну, он же твой парень?

– Нет, с чего ты взял? – Игорь тушуется и отвечает уже не очень уверенно.

– Наверное, показалось. Он… Ладно, Ксюш, я, наверное, пойду… Рад был встрече.

– Подожди, – останавливаю его. – Объясни, причём тут Тихомиров? Ты ведь про Кирилла? Да? – он только кивает. – Так причём здесь он? – внутри разрастается ураган, который я пока ещё могу контролировать.

– Ксюша, ты прости меня, конечно, но это он настоял на том, чтобы я тебя бросил.

– В смысле, он настоял? – с трудом верю его словам, а в горле резко пересохло, даже голос подвел.

– Ты же знаешь, отец мне сказал, если я не поступлю, он лишит меня всего, а помогать мне принципиально не хотел. Кирилл как-то это узнал. Помог. Пообещал, что я поступлю, если брошу тебя. Я согласился. Прости, – Игорь отводит взгляд.

И тут до меня доходит, почему все отношения, которые я пыталась строить, не клеились. Все парни исчезали после нескольких свиданий. Неужели это все Кирилл постарался? Его рук дело?

Как Игорь прощается и уходит, я уже не замечаю. Во мне клокочет злость. Вулкан пробудился, скоро грянет взрыв.

– Привет, Ксюша, – наконец-то за столик садится Сергей. – Прости, что опоздал, давно ждёшь?

– Я сейчас спрошу и очень прошу, ответь честно, – не отвечая на его приветствие, говорю я.

– Хорошо, – его взгляд становится настороженным.

– Ты помнишь Кирилла? – грустная ухмылка касается его губ.

– Ещё бы.

– Он… Он приходил к тебе? Просил, чтобы ты со мной расстался? – повисает пауза. – Сергей, пожалуйста, ответь.

– Да, Ксюша, приходил.

– И ты согласился? – чувствую, что вот-вот расплачусь.

– Нет. Я его послал. Но там в доме у твоей подруги… Все было слишком очевидно.

– И ты решил не бороться за меня?

– Я бы боролся, если бы ты стояла перед выбором. Но ты выбрала его.

– Нет! Это неправда! Я не выбирала! – горькие слезы ручейками потекли из глаз. Так горько, так обидно мне стало. – Извини, – вытираю ладошкой слезы. – Мне нужно… Я позвоню…

Я встаю из-за стола и спешу покинуть ресторан. Меня снова раздирают противоречия. Я сажусь в машину и еду к Кириллу.

– Бэмби? – он открывает дверь и ошарашенно смотрит на меня.

Толкаю его в грудь, он позволяет, все ещё не понимая, что происходит. А меня несёт, разрывает.

– Зачем? – ору на него.

– Что?

– Ты заставил Игоря бросить меня! Ты хотел, чтобы меня бросил Сергей! Кто ещё по твоей указке это сделал?

Каждое мое предложение сопровождалось толчком ладошек в грудь. Каждый раз он делал шаг назад, пока не упёрся в стену.

– Зачем!? – очередной удар, но в этот раз Кирилл перехватил мои запястья. И мои ладошки так и остались прижаты к его обнаженной груди.

– А ты ещё не поняла? – зашипел он. – Влюбился я в тебя! Понятно!? – в этот раз кричит Кирилл. Его сердце под моими руками сходило с ума. Глаза горели диким огнем.

– И к твоему сведению, все они были недостойны тебя!

– Откуда тебе знать!?

– Потому что продавались! Меняли тебя на деньги!

– Это не твое дело! – злюсь я и хочу освободить руки, но он держит крепко – Зачем ты это делал?!

– Потому что хотел тебя себе! И запомни, я и дальше буду всех убирать со своего пути!

– Ненавижу! Ненавижу тебя!

– Это лучше, чем равнодушие!

А потом он перехватывает мои запястья одной рукой, а второй, запустив в волосы на затылке, притягивает к себе, так близко, что его губы почти касаются моих. Я чувствую его горячее дыхание.

– Бэмби, смирись уже, – шепчет он. – У тебя буду только я, – а затем вгрызается в мои губы. Клеймит, поглощает, уничтожает волю к сопротивлению.

32 глава

Кирилл

Время тянется как некачественная жевательная резинка. Вот уже третья неделя, как я держу свое обещание и не пытаюсь устроить даже случайную встречу с Бэмби. Хотя в удовольствии наблюдать за ней никогда себе не отказываю.

Вчера я залипал через окно, как она вечером возвращалась домой с тренировки. Поле того, как она скрылась в подъезде, как маньяк ждал, когда же в ее комнате загорится свет, и жадно наблюдал за ее передвижениями, пока она не задернула шторы. Желание нарушить свое обещание крепло с каждым днем.

Она была на виду, иногда отвечала на мои сообщения и даже благодарила за знаки внимания, но вот подойти и прикоснуться к ней я не мог. Будто звезды в летние ночи: кажется, они так близко, что стоит протянуть руку и вот они у тебя в руках, но все это лишь иллюзия. Также было и с Ксюшей: она была моей, но не принадлежала мне. И все, что мне оставалось – это только любоваться ей без возможности дотянуться.

Вот и сегодня, сидя в офисе, я снова заказал доставку цветов. На этот раз я выбрал хризантемы. Пусть и типично для осеннего букета, но я не хотел повторяться, поэтому сегодня выбор пал на них. Пусть поймет уже наконец, что я не отступлюсь и даст мне шанс.

Сегодня была важная встреча, после которой я не стал возвращаться в офис, и дома оказываюсь немного раньше обычного. Первым делом заглядываю в окна Ксюши, но в них не горит свет. Разочарованно плетусь в душ. А после, натянув лишь домашние штаны, устраиваюсь в гостиной и беру ноутбук. Нужно закончить несколько отчетов для отца.

На телефон приходит сообщение, я на мгновение замираю, вдруг это от Бэмби. Но нет, это Наташа наконец ответила на сообщение, которое я ей присылал еще утром. После похищения она стала замкнутой, в универе взяла академ. И даже со мной поддерживает связь очень редко. Я разговаривал днем с Матвеем, и он говорил, что Наташе уже лучше, хотя она все еще боится спать в полной темноте. Но упрямица не хочет идти к психологу. Не знаю даже, правильно ли это. Может, ей больно обо всем сейчас вспоминать. Но я верю в Матвея и знаю: он для неё всё сделает.

Я погружаюсь в работу, пока из потока мыслей и цифр меня не вырывает звонок в дверь. Вроде никого не жду и даже думаю не открывать, но звонок повторяется. Может, из соседей кто-то? Без особого желания плетусь в прихожую. А когда открываю дверь, на меня налетает Бэмби. Толкает своими нежными ладошками в грудь, о чем-то возмущается, а я как идиот ловлю кайф от тепла, которое сейчас разливается в груди.

Что бы там не произошло, я безумно рад, что она здесь. Так, надо сосредоточиться. Мысленно даю себе затрещину, а то вид ее губ просто не дает мне здраво мыслить.

– Ты заставил Игоря бросить меня! Ты хотел, чтобы меня бросил Сергей! Кто ещё по твоей указке это сделал? Зачем!? – кричит моя маленькая воительница.

Каждая фраза – новый толчок, новый разряд. Отступаю, пока не упираюсь в стену. Перехватываю ее руки, не позволяю отстраниться. Получаю извращённое удовольствие от такого простого прикосновения.

– А ты ещё не поняла? – зашипел я, злясь то ли на нее, то ли на себя. А потом и вовсе на крик перешёл – Влюбился я в тебя! Понятно!? И к твоему сведению, все они были недостойны тебя!

Она, конечно, не верит, в запале кричим друг на друга. Это не разговор – это война! И на ее вопрос "зачем" я не собираюсь врать, заявляю о своих намерениях:

– Потому что хотел тебя себе! И запомни, я и дальше буду всех убирать со своего пути!

– Ненавижу! Ненавижу тебя! – дёргается, руки свои вырвать хочет.

– Это лучше, чем равнодушие! – зло говорю я, а потом притягиваю ее за затылок к себе и шепчу ей в самые губы.

– Бэмби, смирись уже. У тебя буду только я.

И я делаю то, о чем мечтал со дня свадьбы Наташи. Я снова ее целую, настойчиво, может, даже грубо. Пусть знает, что я не остановлюсь ни перед чем и ни перед кем, так или иначе она будет моей.

Ох, Бэмби, характер у тебя, конечно, чемпионский, ты никогда не сдаешься, но и я не из робкого десятка. И ты будешь моей! Будешь!

Вкус ее поцелуя несравним ни с чем. Он преследовал меня с тех пор, как я впервые ощутил его на языке. Впоследствии я искал его в других девушках, но все они были лишь бледной тенью Ксюши. Сравнивать их между собой – это как приравнивать вкус фуа-гра к печеночному паштету. Настолько они из разных категорий. И я упиваюсь, наслаждаюсь своей победой. Радует и то, что Ксюша отвечает.

Но мое счастье длится недолго. Бэмби в какой-то момент начинает сопротивляться. Ей не удается вырваться из моих тесных объятий. Я не выпускаю, прижимаю еще крепче. На что Ксюша реагирует мгновенно и заезжает мне коленом по причинному месту.

Ох, ты ж, ежкин-матрешкин! Дикая боль, искры перед глазами, и Ксюшу приходится отпустить. Постоянно забываю, что трижды в неделю эта пигалица вот так же заезжает коленками по груше и я для нее легкая добыча.

– Больше не пиши мне и не присылай доставщиков с посылками! Я больше ни знать тебя, ни слышать о тебе ничего не хочу! Ты просто эгоист! – снова орет она. – Как с тобой строить отношения?! – убрав с лица непослушную прядь, она на прощание добивает меня взглядом, а потом уходит, хлопая громко дверью.

Я все же позволяю себе сползти по стенке на пол. Больно же! Вот чертовка! Ничего, я придумаю как тебя за это наказать. А потом я обдумываю ее последнюю фразу. И невольно улыбаюсь. Отношения! Раз она о них заговорила, видимо, думала о такой перспективе. Значит, еще не все потеряно. Ну, или у меня просто крыша уже едет на этой девочке.

На следующей день меня вызывает к себе отец. Иду туда с неохотой. Каждый раз боюсь, что зашлет меня в какую-нибудь командировку с новой миссией.

– Звал? – захожу в его кабинет.

– Да, – он откладывает бумаги. – Присядь, есть разговор.

Одна эта фраза напрягает. Но я послушно принимаю приглашение и устраиваюсь в кресле.

– Завтра ты должен прийти домой на ужин.

– Прямо должен? – усмехаясь я. – Что, тебе уже скучно с твоей… – сдерживаюсь, чтобы не назвать ее тупой сукой. – Камиллой?

– Да, сын. Должен. Начало в шесть. Очень надеюсь на твою пунктуальность. И оденься прилично.

– Это как? В смокинг? – маскирую раздражение шуткой.

– Так, как должен выглядеть мой сын. А не непонятно кто.

– У меня были на вечер планы, – вру я. А что, попытка – не пытка.

– Отмени! – строго говорит отец и я понимаю, что спорить бесполезно.

Хрен с тобой, один вечер как-нибудь выдержу общество твоей стервы.

– Это всё?

– Да.

Я встаю и покидаю кабинет. Ненавижу его. Он ведь ни разу не поинтересовался, что конкретно случилось с Пташкой. По его словам, она теперь забота Матвея. Ну почему нам так "повезло" с родителями? На днях мне снова пришлось побывать у мамы и все, что ее интересовало, это не бросил ли отец свою Камиллу. Ни как дела у меня, ни как у Наташи, она даже не спросила.

Когда у меня будут дети, я всегда в первую очередь буду думать о них и интересоваться их делами. Даю себе обещание.

33 глава

Кирилл

В субботу собираюсь на ужин в дом отца. Меняю любимые джинсы на брюки и одеваю классический пиджак темно-синего цвета и голубую рубашку. Удавку одевать даже не подумал. Схватил ключи, одел пальто и вышел из дома.

– Привет, – обернулся. На скамейке у подъезда сидела Лёля.

– Привет. Ты чего здесь задницу свою морозишь? – не очень дружелюбно спросил я.

– Ты давно не звонил, я соскучилась.

Бля, приплыли. Ничего не отвечаю, направляюсь к машине, игнорируя девчонку.

– Кирилл, – она идёт за мной. – Тебе что, больше не нужна моя помощь? Почему ты не звонишь?

– Ты угадала, больше не нужна, – отрезаю я.

– Тогда я все Ксюше расскажу!

– Валяй! Не думаю, что она узнает что-то новое, – сажусь в машину и уезжаю. В зеркало замечаю, как она бросает мне что-то в след.

Вот же… Но про нее я быстро забываю, так как меня больше волнует, что же задумал отец. Все становится предельно ясно, когда я вхожу в дом.

В гостиной уже сидят гости. Дядя Витя с тетей Ниной – они давно сотрудничают с отцом, их я знаю, наверное, лет с десяти. Рядом с ними сидит Альвина, и заметив меня, девушка расплывается в улыбке. Это замечает отец и, обернувшись, встаёт мне навстречу.

– Сын, – улыбается он, что выглядит само по себе подозрительно. – Рад, что навестил, как раз вовремя. А у нас, видишь, гости, – его сладкие речи мне не нравятся. Пожимаю протянутую мне руку и ловлю на себе его оценивающий взгляд. – С Виктором и Ниной ты знаком, как и с Альвиной. А это Росонович Вячеслав, его жена Наталия, а также их дочь Марьяна.

На другом диване сидят представленные мне гости. Мужик как мужик, ровесник отца, немного седины на висках, небольшой живот. Жена у него ухоженная, можно сказать, красивая женщина. Дочь – яркая брюнетка с темными глазами. Ничего особенного, обычная девушка, таких много.

Практически сразу Тамара Петровна объявляет, что стол накрыт и мы дружно идём в столовую. Мне отводят место во главе стола напротив отца, по обе руки от меня садятся девушки.

– Кирилл, я очень рада тебя видеть, – говорит Альвина. Вот честно, никак не мог понять, что за имя такое. Смесь Альбины и Мальвины? – Мы с Наташиной свадьбы не виделись, – тем временем продолжает она. И даже руку кладет на мою кисть. – Как у тебя дела?

Всем своим видом она демонстрирует Марьяне, что та здесь лишняя, и всеми силами привлекает к себе мое внимание.

– Нормально, – отвечаю я и убираю свою руку.

Тамара Петровна приносит горячее, и я принимаюсь за еду. Это лучше, чем пытаться поддерживать разговор. Девушки, сидящие рядом, отличаются друг от друга, как день и ночь. Одна брюнетка, вторая блондинка. Одна тихая, спокойная, вторая ведёт себя вызывающе. Одна молчаливая, вторая никак не заткнется. Бросаю взгляд на отца, он играет роль добродушного хозяина дома. Краем уха слышу, как Наталия рассказывает про свою дочь. Умница, красавица, в теннис играет, в универе учится, языки знает. Ни дать, ни взять, хочет подороже продать. Тетя Нина не отстает и нахваливает Альвину. Сжимаю в руках вилку до побелевших костяшек и бросаю взгляд на часы. Когда же это все закончится?

После ужина отец предлагает перейти в гостиную. Вставая из-за стола, бросаю Альвине.

– Поговорим? – и иду в свою комнату.

Знаю, она точно пойдет за мной. Захожу к себе. Давно я тут не был. Открываю окно и достаю сигареты. Вот как тут бросишь курить? Мысленно возмущаюсь я. Успеваю сделать пару затяжек, когда слышу, что в комнате уже не один.

– Значит так, – начинаю я, продолжая смотреть в темноту неба, выпуская дым, а потом оборачиваюсь. – Твою мать!

Альвина избавилась от блузки и стояла теперь в брючках и бежевом кружевном бюстгальтере.

– Оденься, – чеканю зло я.

– Почему? Разве тебе не нравится? – улыбается девушка. Она пытается соблазнить меня, поглаживая пальчиком себя по ложбинке между грудью. – Помнится, ты был очень рад меня видеть.

– Альвина, это был один раз и уже лет пять назад.

– Четыре. Это было четыре года назад. И ты был у меня первым, – она подошла ближе.

Я затушил сигарету и закрыл окно, потому что кожа девушки покрылась крупными мурашками.

– Кирюша, ты же знаешь, что я тебя люблю. И понимаешь, что я буду для тебя лучшей женой, чем эта вобла, – она хотела положить мне руки на грудь, но я отошёл.

– Оденься и не унижайся. Я позвал тебя, чтобы сказать: не питай иллюзий. Я не женюсь по указке отца ни на тебе, ни на Марьяне.

– У тебя не будет выбора, как его не было у Наташи, – зло выплёвывает она. – Так лучше я, та, что любит тебя и готова все прощать, чем непонятно кто. Я буду любить за двоих, а она, может, никогда и не полюбит в ответ.

– Ты плохо слышишь? – уточняю у девушки, начиная заводиться не по-детски. – Я не выберу ни тебя, ни ее. Это все, что я хотел сказать. Надеюсь, ума хватит не напиваться, как на свадьбе.

– Мне было плохо! Понятно?! – крикнула Альвина.

– Мне бы тоже было плохо, если бы я столько выпил.

– Ты не понял, мне было плохо, когда ты обхаживал эту… Эту девку. Подружку Наташи у меня на глазах!

– Тебя моя личная жизнь, – сжимая крепче кулаки, чтобы не придушить эту дуру, шиплю я. – Не касается!

– Когда ты станешь моим мужем, твоей личной жизнью стану я!

– Мечтай, – фыркаю я.

– Папа договорится с дядей Гришей. И твоей женой стану я!

– Уйди, пока я тебя не придушил, – говорю девушке, сжимая переносицу.

Это ж надо было тогда позволить ей остаться!? Вот же идиот, а теперь расхлёбывать.

– Я не прощаюсь, дорогой, – говорит она и наконец покидает мою комнату, застегивая на ходу блузку.

А я обессиленно сажусь на кровать. Нужно ещё и Марьяне сказать, чтобы не строила планов. Правда, она и так не особо заинтересованной выглядела. Выкуриваю ещё одну сигарету и спускаюсь к гостям.

Отец с дядей Витей и Вячеславом, оказывается, ушли в кабинет, а женщины во главе с Камиллой по-прежнему сидели в гостиной. На небольшом столике стояли чашки с чаем и сладости. Но все делали вид, что сладкое не едят, и поэтому пирог и печенье Тамары Петровны стоят нетронутыми.

– Кирилл, – улыбается Камилла. – Твой папа просил присоединиться к ним в кабинете. Но сначала, пожалуйста, покажи Марьяне, где находится гостевая ванная.

– Пошли, – говорю девушке. Мы доходим до нужной двери, и я захожу следом.

– Ты что здесь забыл? – возмущается она.

– Сейчас уйду. – успокаиваю девушку. – Скажи честно, тебе нужен этот брак.

– Какой брак?

– Не будь наивной. Можно подумать, ты не знаешь, для чего состоялось это знакомство.

– Мне про брак ничего не говорили. Папа попросил присоединиться к ним на ужине. Вот и все. А вы разве с этой… Альвиной не вместе?

– Не вместе. Не были и не будем, – на что девушка лишь ухмыляется.

– А по ее поведению так и не скажешь. Территорию метит так, что осталось только на тебя пописать, – теперь усмехнулся я.

– Значит, с твоей стороны проблем не будет? – уточняю я. – Тогда я очень рад знакомству, Марьяна.

Я покидаю девушку и иду в кабинет к отцу. Мужчин застаю за распитием коньяка.

34 глава

Кирилл

После того, как гости расходятся, я тоже спешу покинуть отцовский дом. Но мне не позволяют.

– Зайди в кабинет, – говорит отец. От его приветливого тона, которым он говорил при гостях, не осталось и следа.

– Итак, – начинает он, когда дверь кабинета за нами закрывается. – Думаю, ты не дурак…

– Не дурак. И говорю тебе «нет». Я не женюсь ни на одной, ни на другой, – хлопаю по карманам, нахожу пачку сигарет и прикуриваю. На побагровевшее лицо отца не смотрю.

– Ты охренел? – тут же орет он и бьёт кулаком по столу. – Это надо сделать. И скажу прямо: закрепить союз с Вячеславом мне важнее.

– И что, на долголетнюю дружбу с дядей Витей тебе насрать?

– За словами следи, щенок.

– Я вообще-то твой сын. Из этих слов делаю вывод, что я сын кобеля. Хотя это не новость…

– Я лишу тебя всего! Ты хоть понимаешь, с кем тягаться решил?!

– Не забывай, что я тебе нужнее, чем ты мне. Лишит он. А что ты мне дал? Мамы нет, сестру продал. И меня туда же. Нужно закрепить союз – женись сам.

– Ты чего такой дерзкий стал? Страх потерял?

– Я не женюсь по твоей указке. Я бы и Пташке этого не позволил, но Матвей меня убедил.

– Кирилл, я не спрашиваю твоего желания. Есть вещи, которые ты обязан делать. И жениться на Марьяне – твой долг перед фирмой, которая когда-нибудь станет твоей.

– А ты спросил? Я этого хочу?

– А ради кого я по-твоему жилы рвал? Создавал все это?

– Ради себя, – даю очевидный ответ. – Нам так много никогда не было нужно.

– Я дам тебе время подумать. И как видишь, я великодушен, даю тебе выбор.

– Выбор без выбора – это не великодушие. Я люблю другую и жениться по твоей указке не буду.

– Люби кого хочешь. Лишь бы это делу не мешало. А теперь пошёл вон! Я устал с тобой спорить.

Молча поднимаюсь и ухожу.

Я не привык жаловаться. Ради Пташки всегда старался быть сильным. Брать удар на себя. Защищал ее как мог. А сейчас… Сейчас мне было так хреново. Навряд ли меня поймут. Сын богатых родителей. Наследник. Но многие забывают, что человеческое отношение в семье куда важнее того, сколько папа положит на твою карту.

До дома не доезжаю, заворачиваю в клуб. Устраиваюсь у барной стойки. И если за ужином я не пил алкоголь, так как был за рулём, то здесь сразу заказал двойной виски.

Смогу ли я идти против отца до конца? Хватит ли мне сил? На что он способен в случае моего несогласия? Ни на один из этих вопросов я ответить не мог. Раздражало всё: и эти назойливые мысли, и девушки, что пытались познакомиться, и алкоголь, который словно и не действовал на меня.

Домой добирался на такси дико уставшим и злым. Было уже поздно и света в Ксюшином окне, конечно, уже не было. Но я всё равно пялился в него, оперявшись лбом в прохладное стекло.

Ксюша

Я вылетаю из квартиры Кирилла, будто меня ужалили. Сердце колотится, точно лошадь галопирует в порыве выиграть дерби на ипподроме. Щеки горят, мне безумно жарко.

Кирилл не просто вновь признался в своих чувствах, а вывернул мою душу наизнанку. Слышать эти слова и быть в его руках податливым воском безумно приятно, но он все же… Взвешивая все его поступки, направленные в мою сторону, я понимаю одно. Кирилл – эгоист.

Сомневаюсь, что когда он прогонял Игоря, у него были чувства ко мне. А когда ему не удалось прогнать Сергея, он в пьяном угаре просил просто переспать с ним, чтобы его отпустило. Ненавижу! Ненавижу!

Все это время он действовал исключительно из собственных интересов и ни разу даже на секунду не задумался о моих чувствах. Как мне после этого ему доверять? Я не вижу ровным счетом никакой перспективы в отношениях с человеком, который вел себя по отношению ко мне таким пренебрежительным и потребительским образом.

Я себя собрала по кусочкам, когда он разбил вдребезги мои детские чувства, и еще тогда обещала себе, что буду о себе всегда заботиться и не позволять никому топтать мои чувства и достоинство. И что теперь? Я словно наступила на те же грабли.

Неужели он не понимает, каково было мне все это время, пока он играл в благородного «отметателя» моих ухажеров? Обо мне он заботился! Ха! Такими темпами я могла растерять всю уверенность в себе и своей женственности. Что еще можно подумать, когда все парни, которые появляются на твоем пути, исчезают также стремительно, как и появились.

Нет, жалеть Кирилла и бежать навстречу в его объятия я не буду. Поверить ему – это… Это унизить себя, свое достоинство. Сдаться – это предать себя. Да лучше я умру с тридцатью кошками в своей квартире, чем прощу. Хотя, нет. Не дождется! Назло ему я выйду замуж и буду самая счастливая! Как там Лолита пела? «Не будет по любви, будет по-другому». Точно. Вот и пусть будет по-другому. Зато сердце в порядке.

Сажусь в машину и набираю Сергея.

– Да, Ксюша, – быстро принимает он вызов.

– Ты где?

– Домой еду.

– Скажи адрес, – не прошу, скорее требую.

– Зачем? Что-то случилось? – голос Сергея становится встревоженным.

– Адрес, Сергей, скажи мне адрес!

Он называет мне адрес и я, вбив его в навигатор, еду к нему. Как ещё не плачу, не понимаю. Внутри все болит и пульсирует. Но я внимательно веду машину, стараюсь сосредоточиться только на дороге.

Машину Сергея вижу припаркованной рядом с подъездом. Отлично, значит, он уже дома. Набираю цифры на домофоне, он открывает даже не спрашивая, кто пришёл. Стоит лифту открыть свои двери, как я вижу Сергея, стоящего в открытых дверях своей квартиры. Похоже, он вернулся совсем недавно, так как на нем была та же одежда, что и в ресторане.

Подхожу стремительно, пока не растеряла решительность и уверенность в правильности своих действий. Обхватываю его лицо руками и, привстав на цепочки, целую парня. Вкладываю в поцелуй всю страсть, на какую только способна, и он отвечает, жадно исследует мой рот своим языком. Сергей, приобняв меня, отрывает от пола, заносит в квартиру и захлопывает за нами дверь.

35 глава

Ксюша

Стоит двери закрыться, как я оказываюсь отстранена от Сергея. Дыхание от волнения и дикого поцелуя сбилось, и я немного не понимаю, что происходит.

– И что это значит? – громко сглатывая, спрашивает меня Сергей.

– Я выбираю тебя. Ты не рад?

– Ксюша, – он качает головой, – Решения, принятые на эмоциях, чаще всего неверные. И сейчас это явно эмоции.

– Я же нравлюсь тебе, – из глаз текут слёзы. – Так почему отказываешься?

– Ксюша, милая моя девочка, – Сергей стирает большими пальцами рук мои слезы, беря лицо в свои теплые ладони. – Ты не просто мне нравишься… И предложи ты мне себя до поездки к твоим друзьям, я был бы самым счастливым мужчиной, но… Я не знаю, что у вас произошло, но я не хочу быть использованным. Да и ты потом жалеть будешь.

– Ну почему ты такой?! – всхлипываю я.

– Какой? – с грустной усмешкой спрашивает он.

– Такой хороший… – уже не могу сдерживаться и начинаю плакать, даже рыдать. Громко в голос, шмыгая носом.

Сергей притягивает меня к себе, прижимает к груди, а я с благодарностью утыкаюсь в нее носом. Я не знаю, сколько времени мы так стоим. Когда я немного успокаиваюсь, Сергей отправляет меня в ванную умыться. Умывшись, я нахожу парня на кухне, он уже успел заварить чай.

– У меня только малиновый, – говорит он и ставит на стол чашку с ароматным красным чаем.

– Спасибо.

Чувствую себя неловко, мне очень стыдно за свое поведение. И я благодарна Сергею за его поступок. Поэтому опять говорю:

– Спасибо.

– Это всего лишь чай.

– Нет, я… За то, что ты такой…

– Хороший? – усмехается парень, показывая свои ямочки.

– Да.

– Расскажешь?

– Что именно?

– Что посчитаешь нужным.

Я не сразу решилась. Сначала я схватилась за кружку и сделала несколько глотков сладкого чая. Но в моей голове творилась такая ерунда. Раздираемая противоречивыми мыслями и эмоциями, я металась от желания все рассказать и попросить совета до желания вскочить и убежать, и больше никогда не показываться на глаза этому потрясающему парню.

– Ксюша, – выдернул меня из моих мыслей Сергей. – Весь твой мыслительный процесс отражается на твоем личике. Все так плохо?

– Мне очень стыдно и хочется сбежать, – призналась я. – Но в то же время, я так запуталась, что мне хочется спросить совета. Правда, я не знаю, имею ли на это право… Я имею в виду, спрашивать совета у тебя.

– Я не подросток, которого ты можешь обидеть. Тем более, что мы решили, что мы друзья. А для чего ещё нужны друзья, если не выслушивать и не давать советы?

Ещё немного подумав, я решилась и рассказала то, что никому и никогда не рассказывала. Начиная с момента, как поняла, что влюбилась, как решила признаться и как он с друзьями смеялся. Как больно и обидно мне было. Как я старалась его забыть и даже стала встречаться с Игорем, и даже переспала с ним. Как он бросил меня, ничего не объяснив. И как я не могла найти себе парня, потому что, как сегодня оказалось, их всех отгонял от меня Кирилл. И что он мне в любви сегодня признался и сказал, что я буду только с ним. Я снова плакала, растирая слезы по щекам, но выдавала все в подробностях, позволив всем своим чувствам впервые обрести голос, вылиться в слова.

– Он меня поцеловал, а я его ударила и убежала. К тебе. – завершила я свой рассказ.

Надо отдать Сергею должное, он ни разу не перебил, слушал внимательно, а когда я замолчала, сказал.

– Выпить хочешь? – и встал, чтобы достать из шкафчика на стене бутылку красного вина.

– Хочу, – соглашаюсь я.

Он разливает вино по бокалам и даже нарезает сыр и колбасу с хлебом для закуски.

– Я не могу найти оправдания его поступку с запиской. Как на старшем, ответственность лежала на нем. Но я могу его понять, когда он решил убирать конкурентов. Знаешь, ведь как говорят: в любви как на войне. И я так понимаю, если ему удавалось так легко от них избавиться, значит, достойных не было.

– Был – ты, – тихо вздыхаю и осушаю свой бокал.

– Ксюша, – с улыбкой смотрит на меня. – Я опоздал на целых пять лет. Хотя, тогда мне было уже двадцать два и для тебя я был бы взрослым дядей, как и ты для меня маленькой девочкой.

– Что мне делать?

– А чего ты хочешь?

– Я не знаю.

– Подумай, – он снова наполняет мой бокал.

– Ты такой классный, – подпираю кулачком подбородок и разглядываю парня, сидящего напротив. Мои слова снова вызывают у него улыбку. – А ты влюблялся когда-нибудь?

– Было дело. Но я тогда в армию ушёл. А любовь на расстоянии не выжила.

– Почему?

– Ненастоящая, наверное, – пожимает он плечами.

– А потом? Когда вернулся? – подвигаю свой пустой бокал Сергею, и он опять его наполняет.

– Девушки были, но чувств нет. Пока… Но это неважно.

– Пока не встретил меня?

– Да, Ксюша, – я отвела взгляд.

– Прости.

– Я справлюсь, не переживай.

– Мне, наверное, стоит исчезнуть из твоей жизни. Ведь я поступаю эгоистично… Не отпуская тебя…

– Ксюша, это мое решение. И если бы я не хотел тебя видеть, поверь, я бы нашел тысячи причин. Так что расслабься, ты здесь не причем.

– Но если… Если я тебе нравлюсь… Я причиняю тебе боль…

– Иногда любить – это отпустить и видеть любимого человека счастливым, – его голос тихий, ровный, спокойный, словно ножом проходился по моему сердцу.

Я вскочила, опрокинув табурет, на котором сидела.

– Я не хочу, не хочу, чтобы тебе было плохо! Ты не заслуживаешь этого! Прости меня! Прости.

Я рванула в прихожую, глаза снова застилали слезы.

– Ксюша, остановись, – Сергей пошёл за мной. – Куда ты рванула? Успокойся. И мы так и не решили, что тебе делать. Так что пошли допьем вино.

Он за руку вернул меня на кухню и снова усадил за стол. И как ни в чём не бывало, задал вопрос.

– Так чего ты хочешь от Кирилла, Ксюша? – сглотнула.