Текст книги "Развод в 45. Горький вкус эспрессо (СИ)"

Автор книги: Галина Доронина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 13 страниц)

Глава 23

– Это законно? – спрашиваю я, все еще глядя на экран, где Лена рассказывает о планах расширения сети.

– Абсолютно. Она нигде прямо не упоминает вас. Говорит обтекаемо: «личный опыт», «многие женщины переживают подобное». Комар носа не подточит.

Я закрываю глаза, пытаясь справиться с волной бессильной ярости. Лена – тихая, спокойная Лена, которая всегда оставалась в тени, – превратила наш развод в целое шоу. И теперь я выгляжу мерзавцем в глазах всего города.

– Что нам делать? – спрашиваю я, пытаясь сохранить хоть какую-то деловитость.

– Соглашаться на ее условия, – вздыхает адвокат. – По крайней мере, на большую их часть. С такой мощной медиа-кампанией за плечами она имеет огромное преимущество в глазах общественности. Если дело дойдет до открытого судебного разбирательства, судья почти наверняка будет на ее стороне. Общественное мнение сегодня – сильный инструмент давления на судебную систему. И это мы еще не затрагиваем вопросы с финансовыми нарушениями, которые она обнаружила. Если они подадут заявление в налоговую с этими документами, с этими выписками и доказательствами двойной бухгалтерии, вам грозит не только полная потеря бизнеса, но и серьезное уголовное преследование с вполне реальным тюремным сроком.

Я выключаю телевизор одним резким нажатием кнопки, не в силах больше смотреть на эту новую, совершенно незнакомую мне Лену, уверенно дающую интервью на фоне нашей кофейни. Что происходит? Когда именно я потерял контроль над ситуацией? Еще месяц назад я был абсолютно уверен, что развод пройдет полностью на моих условиях, как и планировалось изначально. Сейчас же я ощущаю, как почва буквально уходит из-под ног каждый день, каждый час.

– Семьдесят процентов – это грабеж, – говорю я, сжимая телефон до побелевших костяшек.

– Но тридцать процентов всё же лучше, чем совсем ничего, – резонно замечает адвокат спокойным, профессиональным тоном. – Тем более что эти тридцать процентов можно будет потом стратегически отбить через другие проекты, новые направления. У вас остаются связи, репутация в определенных кругах.

Я вздыхаю, понимая, что он прав. С моим опытом, с моими связями я смогу начать все сначала. Может быть, это даже к лучшему – новый бизнес, без груза прошлого.

– Хорошо, – сдаюсь я. – Готовьте документы. Покончим с этим.

Я медленно кладу трубку и подхожу к окну, бездумно глядя на цветущие весенние деревья во дворе бизнес-центра. Яблони и вишни расцвели почти одновременно, создавая нежное облако из бело-розовых лепестков. Странно и совершенно нелепо, но именно в этот тяжелый момент я вдруг с поразительной ясностью вспоминаю, как мы с Леной открывали нашу первую маленькую кофейню.

Это была зима, мягкий пушистый снег медленно кружился за стеклом, крошечное уютное помещение на Пушкинской улице с потрескавшейся местами штукатуркой, которое, тем не менее, казалось нам настоящим роскошным дворцом. Лена, раскрасневшаяся от волнения, в своем любимом ярко-красном свитере с растянутыми рукавами, сосредоточенно варит первую чашку кофе для нашего самого первого посетителя. Я никогда не забуду ее лучистые, счастливые глаза, полные надежды и гордости, когда этот немолодой профессорского вида мужчина сделал первый глоток и с искренним удивлением произнес: «Пожалуй, это лучший эспрессо в городе». В тот момент мы оба поверили, что сможем покорить весь мир.

Двадцать лет. Двадцать лет, которые я разрушил за один момент страсти.

Мой взгляд падает на фото на журнальном столике – Света на фоне моря, счастливая, с развевающимися волосами. Я делал этот снимок прошлым летом, когда мы впервые поехали вместе в отпуск. Тогда я соврал Лене, что еду на бизнес-конференцию.

В глубине души я понимаю, что заслужил все это. Кампанию, общественное осуждение, потерю контроля над бизнесом. Может быть, даже больше. Когда ты предаешь человека, с которым провел половину жизни, нельзя ожидать, что все сложится гладко.

Но есть и другая правда. Со Светой я чувствую себя живым. Последние годы с Леной превратились в рутину, в вереницу одинаковых дней, наполненных обязательствами и привычками. Я задыхался в этой жизни, хотя сам ее и построил.

Телефон снова настойчиво вибрирует на столе, прерывая поток мучительных размышлений. На этот раз приходит сообщение от дочери: «Все-таки ты мой отец, и я должна тебе кое-что сказать, хотя, возможно, не следовало бы. Ты даже не представляешь, на что по-настоящему способна мама, когда ее предают те, кому она безоговорочно доверяла. Я, честно говоря, тоже этого раньше не знала или не замечала. Но сейчас вижу каждый день и... Папа, я, кажется, впервые в жизни горжусь ею так сильно, до мурашек. Она не сломалась, не сдалась обстоятельствам. В отличие от тебя».

Я прикрываю глаза. Настя, моя девочка, которая всегда была папиной дочкой, сейчас на стороне Лены. И я не могу ее винить.

Из кухни доносится резкий запах: кофе выкипел, пока я смотрел интервью. Ирония не ускользает от меня: человек, построивший кофейную империю, не может даже уследить за туркой.

День обещает быть долгим. Нужно встретиться с адвокатом, обсудить новую стратегию, просмотреть предложения о покупке доли в бизнесе. И еще надо заехать в мебельный. Света хочет новый диван, на этом невозможно спать вдвоем.

Я поднимаюсь с дивана, иду на кухню, выливаю испорченный кофе и ставлю турку заново. Забавно: двадцать лет я варил кофе Лене и делал это с любовью. Теперь я варю его себе – и чувствую только горечь.

Глава 24

Я сижу в своем кабинете, рассматривая макеты для ребрендинга. После того, как Дмитрий ушел к своей беременной дизайнерше, самое время дать еще кое-что новенькое нашему бизнесу. Теперь моему бизнесу.

За окном накрапывает весенний дождь, но на душе удивительно спокойно.

Переворачиваю страницу презентации и задерживаю взгляд на концепции проекта "Женский капучино". Идея пришла ко мне после нашего первого обновления.

– Елена Андреевна, к вам SMM-менеджер Кирилл, – в кабинет заглядывает моя помощница.

– Пусть заходит, – я поправляю выбившуюся синюю прядь в своих черных волосах.

Кирилл влетает в кабинет с горящими глазами:

– Елена Андреевна, я проработал все детали проекта "Женский капучино". Нужно ваше финальное одобрение перед запуском!

Он раскладывает передо мной красочные буклеты, фотографии интерьеров, расписание мероприятий.

– Смотрите, мы перепрофилируем четыре кофейни из двенадцати. Те, что расположены в спальных районах, где много женской аудитории. Новый дизайн интерьера, специальное меню, и самое главное – программа еженедельных встреч.

Я перебираю материалы, и на сердце становится теплее. Это именно то, что я представляла себе. Пространство, где женщины смогут не просто выпить кофе, а найти поддержку, понимание и вдохновение.

– Каждое воскресенье будем проводить встречи женского клуба "Амаретто", – продолжает Кирилл. – Я уже договорился с психологами, которые будут вести группы поддержки. Представляете, Елена Андреевна, сколько женщин переживают сложные периоды в одиночку! Развод, измена, потеря работы...

– Или двадцатилетний брак, который закончился известием о беременной любовнице, – добавляю я с иронией, от которой уже не больно.

Кирилл смущенно улыбается:

– Простите, я не хотел...

– Все в порядке, – отмахиваюсь я. – Именно поэтому мне так нравится эта идея. Я на собственном опыте знаю, как важна поддержка в такие моменты. А клуб – это не только психологическая помощь, но и юридические консультации, верно?

– Да! Это второе направление. Мы договорились с адвокатской конторой Олега, и они будут проводить бесплатные консультации для наших гостей. Имущественные вопросы, алименты, раздел бизнеса... Поверьте, это очень востребовано.

Я киваю, вспоминая как Дмитрий пытался оставить мне лишь треть нашего общего бизнеса, хотя мы начинали вместе, на равных.

– А здесь самое интересное, – Кирилл показывает фотографии уютных столиков, расставленных полукругом. – В формате "Разговоры за чашкой кофе" женщины смогут просто общаться, делиться опытом, находить единомышленниц. Уже без психологов и юристов, просто человеческое тепло и понимание.

Я представляю, как это могло бы помочь мне самой, когда я сидела в пустом доме, не в силах поверить, что Дима ушел к своей Светлане. Как не хватало тогда просто поговорить с кем-то, кто понимает, через что ты проходишь. Мне в итоге помогла моя подруга Марина, а сколько женщин проживают все в одиночку?

– Мне нравится, – говорю я, откладывая буклеты. – Начинаем со следующей недели?

– Да, все готово для запуска. Но есть еще одна важная деталь, – Кирилл делает паузу. – Нам нужно лицо кампании. Кто-то, кто станет символом проекта. И я думаю это должны быть вы, Елена Андреевна.

Я удивленно поднимаю брови:

– Я? Но почему?

– Потому что ваша история – это и есть "Женский капучино". Успешная бизнес-леди, которая прошла через предательство, но не сломалась, а создала что-то новое. Вы – идеальный пример для тысяч женщин, которые сейчас находятся в начале этого пути.

Что-то внутри меня сопротивляется. Эта дурацкая привычка быть в тени, поддерживать образ "жены Дмитрия Акимова". Но ведь я больше не его жена. Я – Елена Акимова, владелица сети кофеен "Амаретто".

– Хорошо, – решаюсь я. – Что от меня требуется?

– Фотосессия для рекламных материалов, интервью для местных изданий и, самое главное, ваше присутствие на открытии первой встречи клуба. Возможно, даже короткая речь о том, почему для вас важен этот проект.

Я смотрю в окно на дождливый город и думаю о том, сколько женщин сейчас сидят в своих квартирах, борясь с отчаянием и одиночеством. Может быть, мой опыт действительно поможет кому-то поверить, что жизнь на этом не заканчивается?

– Согласна, – говорю я твердо.

Глава 25

В воскресенье я приезжаю в кофейню на час раньше назначенного времени. Сердце бьется чаще обычного, волнуюсь, как перед первым свиданием. В каком-то смысле так и есть – это мое первое свидание с новой жизнью.

В кофейне уже кипит работа. Бариста расставляют на столиках изящные карточки с программой мероприятия, девушки из персонала раскладывают буклеты о женском клубе "Амаретто". В уголке у окна психолог Анна Сергеевна раскладывает материалы для арт-терапии – альбомы, краски, карандаши.

– Елена Андреевна! – ко мне подходит управляющая Ольга. – Как хорошо, что вы приехали заранее. У нас аншлаг! Записалось тридцать женщин, хотя мы планировали максимум двадцать.

– Значит, идея действительно нужная, – говорю я, оглядывая преображенный зал.

Интерьер кофейни изменился. Появились мягкие пуфы и низкие столики для более камерных бесед, книжные полки с литературой по психологии и саморазвитию, даже небольшой детский уголок, чтобы мамы могли спокойно участвовать во встречах.

– Елена! – раздается знакомый голос, и я оборачиваюсь.

Кирилл подходит ко мне, держа за руку молодую женщину. Лет тридцати, с усталыми глазами и следами недавних слез.

– Это Ирина, – представляет ее Кирилл. – Она увидела нашу рекламу и пришла раньше. Хотела поговорить с вами, если возможно.

Я киваю и предлагаю Ирине присесть за столик в углу, подальше от суеты подготовки.

– Кофе? – предлагаю я. – Капучино, латте?

– Капучино, пожалуйста, – тихо отвечает она.

Когда перед нами появляются чашки с кофе, украшенные нашим фирменным рисунком, Ирина наконец решается заговорить:

– Я видела ваше интервью по телевизору... О том, как ваш муж ушел к молодой любовнице. И как вы не сломались, а наоборот, начали развивать бизнес в новом направлении...

Она делает паузу, собираясь с силами:

– Мой муж ушел полгода назад. К коллеге. Я думала, что умру от этой боли. Перестала выходить из дома, общаться с друзьями... А сегодня утром увидела вас и подумала: если она смогла, то и я смогу.

Я смотрю на эту женщину, такую хрупкую и ранимую, и вижу в ней себя. Ту, какой я была еще недавно.

– Знаете, что самое сложное? – говорю я, отпивая кофе. – Поверить, что жизнь продолжается. Что вы – это не только "жена своего мужа", а самостоятельная личность со своими мечтами, талантами и возможностями.

Ирина кивает, в ее глазах появляются слезы:

– Именно! Я всегда была "женой Миши". Мне кажется, я даже не знаю, кто я без него.

– А это самое интересное, – улыбаюсь я. – Узнать, кто вы на самом деле. Может быть, в вас скрывается талантливый фотограф? Или писатель? Или, – я делаю паузу, – бизнес-леди?

Ирина слабо улыбается:

– Я всегда хотела открыть маленькую пекарню. Печь – это мое. Но муж считал это несерьезным...

– Видите? – я накрываю ее руку своей. – Уже есть направление, куда двигаться. И в нашем клубе вы найдете поддержку. Психологи помогут справиться с эмоциональной стороной развода, юристы – с практической. А такие же женщины, как вы, помогут понять, что вы не одиноки.

К нам подходит Кирилл:

– Елена Андреевна, гости начинают собираться. Нам пора готовиться к официальному открытию.

Я киваю и поворачиваюсь к Ирине:

– Останетесь на встречу?

– Обязательно, – теперь в ее глазах появляется решимость. – Спасибо вам за надежду.

Через полчаса кофейня заполняется женщинами разного возраста – от совсем юных девушек до элегантных дам за шестьдесят. Все они пришли сюда, привлеченные обещанием найти поддержку и вдохновение.

Я выхожу в центр зала, и разговоры стихают. Сердце колотится, но я чувствую странное спокойствие. Я на своем месте.

– Добрый день, дорогие гости, – начинаю я. – Меня зовут Елена Акимова, и я рада приветствовать вас на открытии женского клуба "Амаретто".

Пауза. Глубокий вдох.

– Многие из вас, возможно, видели мое интервью и знают мою историю. Двадцать лет брака. Совместный бизнес. А потом – предательство и уход мужа к молодой любовнице.

Я вижу понимающие взгляды, кивки. Многие из этих женщин прошли через подобное.

– Но сегодня я хочу говорить не о боли, а о возрождении. О том, как из пепла разрушенной жизни может родиться нечто прекрасное. "Женский капучино" – это не просто новая концепция кофеен. Это место силы. Место, где каждая из нас может найти поддержку, когда земля уходит из-под ног.

Слова льются свободно. Я рассказываю о том, как важно не изолироваться в своем горе, а находить единомышленниц. О том, как беседа за чашкой хорошего кофе может стать первым шагом к исцелению. О том, что даже самая глубокая рана со временем затягивается, оставляя шрам, как напоминание о пережитом испытании.

– Каждое воскресенье в наших кофейнях будут проходить встречи женского клуба "Амаретто", – продолжаю я. – Здесь вы найдете не только вкусный кофе, но и пространство, где можно быть собой. Где можно плакать и смеяться, делиться своими страхами и мечтами, учиться жить заново.

Я обвожу взглядом зал и вижу, как многие украдкой вытирают слезы. В глубине комнаты замечаю свою дочь, Настю. Она пришла без предупреждения, просто поддержать меня. Ее черные волосы, так похожие на мои, собраны в высокий хвост, а в глазах – гордость. Я посылаю ей воздушный поцелуй.

– А теперь я предлагаю нам всем познакомиться. Возьмите свои чашки с кофе и присаживайтесь в наш круг. Сегодня мы поговорим о том, как найти в себе силы, когда кажется, что их больше нет.

Женщины начинают пересаживаться, формируя круг в центре зала. Я вижу, как Ирина неуверенно оглядывается, и машу ей рукой, приглашая сесть рядом.

– Елена Андреевна, – шепчет мне на ухо Кирилл, – вы великолепны! Посмотрите, как они вас слушают.

– Спасибо, Кирилл, – улыбаюсь я. – Но главное не я, а то, что происходит сейчас в этом зале. Смотрите, они начинают общаться!

И действительно, едва мы официально открыли встречу, как тишина сменилась гулом голосов. Женщины представлялись, рассказывали свои истории, и с каждой минутой атмосфера становилась все теплее. Истории были разные – от классических "муж ушел к молодой" до "потеряла себя в рутине и забыла о своих мечтах". Но объединяло всех одно – желание найти свой путь к счастью.

Когда официальная часть закончилась, и женщины разделились на небольшие группы для общения с психологом или юристом, я отошла к бару за свежим кофе. Настя подошла ко мне и крепко обняла.

– Мама, ты невероятная. Я так тобой горжусь. Ты не представляешь, что значит для этих женщин видеть тебя такой сильной.

– Я не всегда была такой, – отвечаю, прижимая ее к себе. – Ты же помнишь, как я рыдала первые дни, когда папа ушел.

– Помню, – кивает Настя. – И именно поэтому то, что ты делаешь, так вдохновляет. Ты показываешь, что можно пройти через этот ад и выйти из него победителем.

Я смотрю на свою красавицу-дочь и думаю о том, как многому научилась за эти недели. Как поняла, что Дмитрий, уйдя к своей беременной Светлане, сделал мне странный, но ценный подарок – возможность узнать, кто я на самом деле.

– Знаешь, – говорю я Насте, – мне кажется, в жизни нет ничего случайного. Иногда нужно потерять что-то привычное, чтобы открыть в себе новые грани.

– И что ты открыла в себе, мама? – спрашивает она с интересом.

Я задумываюсь, помешивая кофе с корицей:

– Что я сильнее, чем думала. Что могу создавать что-то свое, без оглядки на мужчину. И еще я узнала, что синие пряди в моих черных волосах мне очень идут, – добавляю с улыбкой.

Настя смеется:

– Да, с синими прядями ты выглядишь моложе. И счастливее.

Я обвожу взглядом кофейню, наполненную женщинами, которые смеются, плачут, делятся сокровенным и просто пьют вкусный кофе. "Женский капучино" – такой простой проект, но в нем столько души.

– Скажи, – спрашивает вдруг Настя, – ты жалеешь о чем-нибудь?

Я задумываюсь. Жалею ли я о двадцати годах, проведенных с Дмитрием? О том, что так долго жила в его тени? О том, что не видела знаков приближающейся измены?

– Нет, – отвечаю я честно. – Я не жалею ни о чем. Все, что произошло, привело меня к этому моменту. К "Женскому капучино". К пониманию себя. К синим прядям в волосах.

Мы с Настей смеемся, и в этот момент я замечаю, как в кофейню входит высокий мужчина с букетом лилий. Это Олег. Он останавливается у входа, ища меня взглядом.

– О-о-о, – протягивает Настя с хитрой улыбкой. – Кажется, "Женский капучино" может стать не только местом выхода из кризиса, но и стартом для чего-то нового.

– Не говори глупостей, – я поправляю волосы. – Олег просто мой адвокат. Он помогает мне с разделом бизнеса.

– Ну да, адвокат, который приходит с букетом твоих любимых лилий в свой выходной день, – Настя подмигивает. – Мама, ты заслуживаешь счастья. И не только в бизнесе.

Олег наконец замечает меня и направляется к нам. Я почему-то волнуюсь, как девчонка.

– Добрый день, прекрасные дамы, – он улыбается, протягивая мне цветы. – Елена, потрясающая речь. Ты вдохновила всех присутствующих, включая меня.

– Спасибо, – я принимаю лилии, чувствуя, как щеки предательски краснеют.

Настя деликатно отходит к группе психологической поддержки, оставляя нас вдвоем.

– Ты не представляешь, как важно то, что ты делаешь, – говорит Олег. – Когда моя сестра развелась, она ходила как в воду опущенная несколько лет. Ей так не хватало такого места, таких людей рядом. Я просто хочу сказать, – Олег делает паузу, – что восхищаюсь тобой. И не только как профессионал.

Глава 26

Дмитрий

Солнце пробивается сквозь тонкие занавески Светиной студии. Очередной день моей "новой жизни", если можно так назвать существование в тридцати квадратных метрах после просторного загородного дома. Светин крошечный диван, на котором мои ноги свисают, как у великана в кукольном домике. Новый я уже заказал, но его еще не успели доставить. Ее шкаф, заполненный какими-то невообразимыми тряпками, среди которых мои две рубашки и костюм выглядят сиротливыми пришельцами.

– Дим, ты опять не спишь? – сонно бормочет Света, переворачиваясь на другой бок.

– Мм, – неопределенно отвечаю я, разглядывая трещину на потолке. Она похожа на карту моей жизни. Такая же рваная и бессмысленная.

Утро субботы, а я не могу спать. Хотя раньше по выходным любил поваляться до обеда. Лена всегда... Черт. Опять думаю о ней. Как болезнь какая-то.

Света потягивается рядом, ее золотистые волосы разметались по подушке. Господи, ей всего двадцать шесть. Когда ей было шесть, я уже строил свой первый бизнес. Когда ей было шестнадцать, мы с Леной открывали четвертую кофейню "Амаретто". Безумие какое-то.

– Давай я сделаю кофе? – предлагает она, садясь в постели. На ней моя рубашка. Выглядит нелепо.

– Не надо, – отвечаю резче, чем собирался. Кофе – это история про Лену. Двадцать лет утреннего ритуала. Я варил ей идеальный эспрессо с щепоткой корицы. Света варит растворимую бурду с тремя ложками сахара.

Она обиженно поджимает губы:

– Я стараюсь, знаешь ли. Не все рождаются гуру кофе.

Я вздыхаю:

– Извини. Не выспался просто.

Света прижимается ко мне, ее волосы щекочут мне шею.

– Тогда давай еще полежим, – шепчет она. – У нас весь день впереди.

Весь день. В этой клетушке. С женщиной, которая меня не понимает и никогда не поймет. С женщиной, которая носит под сердцем моего ребенка.

От этой мысли теплеет внутри. Ребенок. Почти в 50 лет я снова стану отцом. Когда Настя родилась, мне было двадцать восемь – молодой, амбициозный, полный планов. Сейчас я кто? Мужчина в кризисе среднего возраста, бросивший жену ради молоденькой любовницы. Банально до тошноты.

Телефон на тумбочке вибрирует. Машинально тянусь к нему, хотя обещал себе не проверять сообщения в выходные.

"Дим, ты видел новую компанию "Амаретто"? Лена с ума сошла. Позвони, как сможешь".

Сердце пропускает удар. Что там опять придумала моя бывшая жена? Господи, как странно звучит. Бывшая. Двадцать лет рядом – и вдруг бывшая. Хотя мы еще не развелись…

– Что там? – Света приподнимается, пытаясь заглянуть в телефон.

– Ничего, – слишком быстро отвечаю я, убирая телефон. – Рабочее.

Она молчит несколько секунд, потом произносит с неожиданной твердостью:

– Дима, нам надо поговорить.

Эта фраза. Ее боится каждый мужчина на планете. "Нам надо поговорить" никогда не предвещает ничего хорошего.

– О чем? – спрашиваю, усаживаясь на краю кровати.

Света усаживается напротив, демонстративно закидывает ногу на ногу, как будто сидит на фотосессии. Взгляд холодный, но изучающий.

– О ребёнке, – бросает она. – О нас. И о деньгах.

– Что с деньгами? – напрягаюсь я. Последняя неделя была финансовым кошмаром. Лена заблокировала корпоративные счета. Мой личный счет оказался "временно заморожен" по какой-то необъяснимой причине. Даже мои карточки работать отказывались.

– Ты больше не даешь мне денег на шопинг, – Света смотрит прямо, без обиняков. – Я понимаю, у тебя сейчас проблемы с Леной и бизнесом. Но я привыкла к определенному уровню жизни. Эти туфли, – она кивает на пару дизайнерских лодочек, небрежно брошенных у двери, – стоят моей месячной зарплаты. Я купила их на твои деньги.

– Тебе нужны деньги? – спрашиваю напрямик. – Сколько?

Ее лицо меняется, словно маска сползает. Она смотрит на меня надменно, с оттенком презрения:

– Дело не в конкретной сумме! Дело в том, что ты обещал мне жизнь, о которой я мечтала! А сейчас мы ютимся в моей студии, ты огрызаешься на каждое мое слово, постоянно думаешь о своей бывшей, и да, перестал давать мне деньги!

Меня как будто обухом по голове:

– Я не думаю о Лене постоянно. С чего ты взяла?

Света улыбается, без намёка на сочувствие:

– Дима, ты произносишь ее имя во сне. Иногда ты смотришь такими пустыми глазами в никуда, и я знаю, что ты думаешь о ней. О вашем доме, о вашем бизнесе, о том, как все просрал. Ты вообще осознаёшь, насколько это жалко выглядит? Неудивительно, что она тебя слила.

Ее прямота ранит. Потому что черт возьми, она права.

– Света, – начинаю я, но она прерывает:

– Нет, послушай. Я должна тебе кое-что сказать. Я... – она запинается, глубоко вдыхает. – Я не беременна.