Текст книги "Развод в 45. Горький вкус эспрессо (СИ)"

Автор книги: Галина Доронина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 13 страниц)

Глава 19

Я смотрю в окно кабинета, за которым наступает весенний рассвет. Дым от ароматной свечи с запахом кофе и ванили вьется тонкой струйкой по комнате. Передо мной лежит стопка распечаток банковских выписок, которые мы с Олегом добыли. Цифры, даты, странные переводы на офшорные счета... Все то, что Дима так тщательно скрывал от меня годами.

Мой палец медленно скользит по строчкам. Пятьсот тысяч, миллион, два миллиона... Куда уходили эти деньги? И главное, почему он скрывал их от меня, своей жены и партнера? В голове не укладывается масштаб обмана. За последние три года Дмитрий вывел из нашего бизнеса почти тридцать миллионов рублей. Наших общих денег, заработанных кровью и потом.

Делаю глоток остывшего кофе и откидываюсь на спинку кресла. От недосыпа глаза слезятся, но странное возбуждение не дает расслабиться. Каждая новая строчка в этих документах – как еще один гвоздь в крышку гроба нашего брака. Гроба, который мой муж сколотил собственными руками.

Телефон вибрирует сообщением от Олега.

"Доброе утро, Елена. Нашел еще кое-что интересное. Дмитрий оформил на Светлану квартиру в новостройке неделю назад. Стоимость – 12 миллионов. Угадайте, откуда деньги?"

Горько усмехаюсь. Конечно, из нашего бизнеса. Из денег, на которые мы планировали открыть новые точки, модернизировать оборудование, запустить линию фирменного шоколада...

"Спасибо, Олег. Добавим к делу".

Пальцы замирают над клавиатурой. Хочется написать что-то еще. Не такое формальное, не такое деловое. За последние недели Олег стал для меня больше, чем просто адвокатом. Он стал... Другом? Поддержкой? Тем, кто видит во мне не только клиента, но и женщину?

Качаю головой, отгоняя непрошеные мысли. Сейчас не время для этого. Сначала нужно закончить с Димой, с прошлым, подвести черту.

Часы показывают 6:30. Через два часа назначена встреча с Дмитрием и его адвокатом в офисе Олега. Первая официальная встреча по разделу имущества. Первая встреча после того, как наша маркетинговая кампания взорвала интернет.

О боже, эта кампания... Она превзошла все ожидания. За три дня видеоролики набрали миллионы просмотров. Тысячи женщин делились своими историями под хэштегом #ГорькийВкусПредательства. Наши кофейни не пустовали ни минуты. Люди приходили не только за кофе, но и за атмосферой, за ощущением сопричастности.

Я встаю из-за стола и подхожу к гардеробу. Что надеть на встречу с мужем, который предал меня? С мужем, который годами воровал у меня не только деньги, но и веру в людей, в любовь, в себя?

Выбираю темно-синий костюм с узкими брюками и жакетом с серебряной отделкой. К нему – белая шелковая блузка с высоким воротом. Синие пряди в волосах идеально дополняют образ. Макияж делаю тщательно, но не вызывающе – четкие стрелки, немного румян, винная помада.

Когда-то я одевалась так, чтобы понравиться Диме. Теперь чтобы понравиться себе. И может быть чтобы произвести впечатление на Олега? Я отгоняю эту мысль, но она упрямо возвращается.

Странно осознавать, что в сорок пять можно испытывать такие эмоции. Как девочка-подросток перед первым свиданием. Но разве не в этом суть моего перерождения? В возвращении к себе – настоящей, живой, чувствующей?

В 8:15 я уже у дверей офиса Олега. Останавливаюсь на минуту, делаю глубокий вдох. Собираюсь с силами перед встречей с прошлым.

Секретарь улыбается мне и сразу проводит в переговорную. Олег уже там – в безупречном сером костюме, с идеально повязанным галстуком. Он поднимает глаза от бумаг, и я вижу, как меняется его взгляд, теплеет, загорается чем-то, очень похожим на восхищение.

– Елена Андреевна, вы выглядите сногсшибательно, – тихо говорит он, поднимаясь мне навстречу.

– Спасибо, – улыбаюсь я, чувствуя, как щеки покрываются легким румянцем. – Решила, что сегодня особенный день. Нужно соответствовать.

– Вы готовы? – он смотрит мне прямо в глаза, и в этом вопросе гораздо больше, чем кажется на первый взгляд.

– Как никогда, – киваю я. И это правда. Я готова встретиться с Димой не как сломленная женщина, а как сильный противник.

Олег подходит ближе, и на мгновение мне кажется, что он хочет сказать что-то еще, что-то личное, выходящее за рамки наших деловых отношений. Но звонок в дверь прерывает этот момент.

– Они здесь, – секретарь заглядывает в переговорную.

Олег кивает и бросает на меня последний взгляд:

– Помните: что бы ни происходило, вы сильнее, чем думаете.

Дверь открывается, и входит Дмитрий. За ним следует его адвокат – молодой, самоуверенный мужчина с хищным взглядом.

Наши глаза встречаются, и я вижу, как Дима на секунду теряется. Он не ожидал увидеть такую меня – уверенную, стильную, с этим новым блеском в глазах. Он ожидал встретить свою прежнюю жену – мягкую, уступчивую, готовую согласиться на любые его условия.

– Лена, – он кивает, пытаясь сохранить невозмутимость. – Ты хорошо выглядишь.

– Благодарю, – отвечаю я с легкой улыбкой. – А вот ты, Дима, выглядишь уставшим. Бессонные ночи? Или совесть замучила?

Его адвокат кашляет, явно недовольный таким началом.

– Давайте сразу к делу, – предлагает он, раскладывая на столе папки с документами.

– Отличная идея, – Олег открывает свой кейс. – Начнем с финансового состояния компании "Амаретто" за последние три года.

Он выкладывает на стол наши распечатки. Все эти странные платежи, переводы на офшоры, деньги, исчезнувшие из бизнеса.

Я наблюдаю за лицом Димы. Он думал, что будет контролировать эту встречу, диктовать условия. Вместо этого он видит перед собой доказательства своих махинаций.

– Что это? – спрашивает он, но по его глазам видно, что он прекрасно понимает, что перед ним.

– Это то, что ты скрывал от меня все эти годы, – отвечаю я спокойно. – То, что ты воровал из нашего общего бизнеса. То, на какие деньги ты купил своей беременной любовнице квартиру за двенадцать миллионов.

Его лицо бледнеет.

– Ты следила за мной? – в его голосе звучит обвинение.

– Нет, Дмитрий Сергеевич, – вежливо отвечает Олег. – Моя клиентка всего лишь воспользовалась своим законным правом изучить финансовую документацию компании, совладельцем которой она является.

Глава 20

Адвокат Димы быстро просматривает наши бумаги, и я вижу, как меняется выражение его лица. Он понимает, что дело принимает неожиданный оборот.

– Мы можем обсудить это в более конструктивном ключе, – предлагает он, пытаясь спасти положение.

– Конечно, – соглашается Олег. – Вот наше предложение: Елена Андреевна получает семьдесят процентов бизнеса и полное право на бренд "Амаретто". Дмитрий Сергеевич получает оставшиеся тридцать процентов при условии возврата всех незаконно выведенных средств.

– Это грабеж! – Дима стукает кулаком по столу.

– Нет, Дима, – я качаю головой. – Грабеж – это то, что делал ты. Выводил деньги, которые мы заработали вместе. Тратил их на свою новую жизнь, в которой мне не было места.

– Ты ничего не понимаешь, – он пытается перейти в наступление. – Без меня этот бизнес рухнет. Ты всегда была лишь красивым дополнением, лицом компании. Все финансовые вопросы решал я!

– О да, – усмехаюсь я. – Я видела, как ты их "решал". Знаешь, что самое забавное? Ты был так уверен в своей незаменимости, что даже не заметил, как изменился рынок. Как изменились потребители. Как изменилась я.

Я достаю из сумки планшет и включаю презентацию. На экране результаты нашей новой маркетинговой кампании. Цифры говорят сами за себя: рост посещаемости на 40%, увеличение среднего чека на 15%, тысячи новых подписчиков в социальных сетях.

– Эта кампания... – Дима смотрит на экран с смесью удивления и ярости. – Ты использовала нашу ситуацию для рекламы?

– Я превратила боль в созидание, – поправляю его. – В то, что помогает другим женщинам пережить то, что пережила я. И знаешь что? Это работает. "Амаретто" сейчас на пике популярности.

Его адвокат наклоняется к нему и что-то шепчет на ухо. Дима хмурится, но затем медленно кивает.

– Мы изучим ваше предложение, – наконец говорит адвокат. – И вернемся с встречным.

– Конечно, – Олег вежливо улыбается. – Только имейте в виду: если мы не договоримся, следующим нашим шагом будет заявление в налоговую и полицию по факту мошенничества и нецелевого использования средств компании.

Это удар ниже пояса, и Дима это знает. Его бизнес-репутация, его будущее – все окажется под угрозой.

– Ты не сделаешь этого, – он смотрит на меня с вызовом. – Настя никогда не простит тебе, если ее отец окажется за решеткой.

– Не надо впутывать сюда нашу дочь, – мой голос становится ледяным. – И не пытайся манипулировать мной. Это больше не работает.

Его адвокат снова что-то шепчет ему, и Дима нехотя встает.

– Мы свяжемся с вами через два дня, – говорит он сквозь зубы.

Когда дверь за ними закрывается, Олег поворачивается ко мне с широкой улыбкой:

– Вы были великолепны! Видели его лицо, когда он понял, что мы знаем о его махинациях?

Я выдыхаю, только сейчас осознавая, как сильно была напряжена все это время.

– Думаете, он согласится на наши условия?

– У него нет выбора, – уверенно отвечает Олег. – Если он не хочет проблем с законом, ему придется принять вашу щедрость. А тридцать процентов – это действительно щедро, учитывая все обстоятельства.

Он подходит ближе, и я вдруг остро ощущаю его присутствие. Тепло его тела, запах одеколона, силу и надежность, которые от него исходят.

– Знаете, Лена, – его голос становится мягче, – я восхищаюсь вами. Тем, как вы справляетесь со всем этим. Тем, как сумели превратить личную трагедию в успех.

В его глазах я вижу нечто большее, чем просто профессиональное уважение. Что-то, что заставляет мое сердце биться чаще. Что-то, чего я не чувствовала уже очень давно.

– Без вас я бы не справилась, – честно отвечаю я. – Вы дали мне не только юридическую поддержку, но и веру в себя.

Возвращаясь домой, я смотрю на золотисто-розовое небо над городом. Весенний воздух пахнет свежестью и новыми возможностями. Внутри меня что-то оттаивает. Что-то, что было заморожено все эти годы с Дмитрием.

Мой телефон снова вибрирует сообщением от Олега:

"Вы были безупречны сегодня. И красивы. И сильны. Простите за откровенность, но я не мог не сказать этого."

Я улыбаюсь, печатая ответ:

"Спасибо, что помогаете мне стать той женщиной, которой я всегда хотела быть."

Глава 21

День благотворительного вечера наступает внезапно, хотя я готовилась к нему несколько недель. Просыпаюсь с первыми лучами солнца и долго смотрю в потолок. Сегодня кульминация моего плана, момент, когда социальная месть обретет форму.

Телефон оживает сообщением от Марины:

«Готова блистать сегодня? Фурор гарантирован!».

Улыбаюсь. Марина. Мой неизменный соратник во всех авантюрах. Она помогала мне составлять список гостей, продумывала каждую деталь программы, даже лично обзвонила половину нашего окружения, чтобы убедиться, что никто не пропустит сегодняшний вечер.

Встаю с постели, иду в ванную, принимаю долгий душ. Горячие струи смывают остатки сомнений. Раньше я постоянно сомневалась в своих решениях, своей привлекательности, своей значимости. Теперь каждое движение наполнено уверенностью.

Синие пряди в моих волосах уже не кажутся вызовом, они стали частью меня новой. Критически осматриваю свое отражение: гладкая кожа, легкий загар, выразительные глаза, которые больше не прячут свой блеск.

Звонок в дверь нарушает утреннюю тишину. По видеодомофону вижу улыбающуюся Настю, с огромной коробкой в руках.

– Привет, мам! – она влетает в дом, как маленький ураган, хотя давно уже не ребенок. – Я привезла твое платье. Его только вчера закончили.

Она ставит коробку на стол и бережно извлекает из нее темно-синее платье, переливающееся в лучах утреннего солнца.

– Оно идеально, – выдыхаю я, прикасаясь к ткани. – Синее, как мои волосы.

– Я не зря выбрала именно этот цвет, – добавляет Настя, хитро улыбаясь. – Синий – цвет свободы и бесконечных возможностей.

Мы вместе готовимся к вечеру. Настя помогает мне уложить волосы, сделать макияж. Ее ловкие пальцы творят чудеса.

– Как думаешь, папа придет? – наконец спрашивает она, закрепляя последнюю прядь.

– Придет, – уверенно отвечаю я. – Диме нужно поддерживать деловые связи. Он не может позволить себе пропустить такое мероприятие, слишком много наших общих партнеров будет там присутствовать.

Настя морщит носик:

– Представляю его лицо, когда он увидит тебя на сцене.

– Дело не в его лице, дочь, – я беру ее за руку. – Дело в том, что мы действительно поможем людям сегодня. Фонд «Надежда» – не прикрытие для мести. Это то, во что я по-настоящему верю.

***

Зал ресторана «Империал» сияет огнями. Элегантные столики, утопающие в цветах, мягкая музыка, приглушенные голоса. Я стою у входа, встречая гостей. Каждое рукопожатие, каждый поцелуй в щеку сопровождается удивленными взглядами, ведь многие видят меня впервые после расставания с Димой.

– Леночка, ты выглядишь потрясающе! – восклицает Вероника, жена нашего главного поставщика. – Этот цвет волос... Такая смелость!

– Спасибо, – улыбаюсь я. – Иногда перемены приходят извне, а иногда мы создаем их сами.

Краем глаза замечаю, как в зал входит Дима. Высокий, подтянутый, в своем любимом сером костюме. Когда-то при виде его мое сердце начинало биться чаще. Сейчас я отмечаю только новые морщинки в уголках глаз и легкую сутулость, которой раньше не было.

Наши взгляды пересекаются через весь зал. По его лицу пробегает тень замешательства, но он быстро берет себя в руки и направляется ко мне.

– Лена, – он наклоняется для формального поцелуя. – Впечатляющее мероприятие.

– Дима, – киваю я, не уклоняясь, но и не отвечая на поцелуй. – Рада, что ты смог прийти. Как Светлана? Уже знаете пол ребенка?

Его брови слегка приподнимаются , он не ожидал такой прямоты.

– Еще нет, – отвечает после паузы.

– Передавай ей привет и пожелания легкой беременности, – говорю я с легкой улыбкой. – И проходи, скоро начнется официальная часть.

Он явно сбит с толку моим дружелюбием и отсутствием жертвенной позы, которую ожидал увидеть. Киваю на прощание и поворачиваюсь к новым гостям – супружеской паре Ковалевых, наших старых друзей.

Зал постепенно заполняется. Все, кого мы приглашали, пришли, никто не хочет пропустить возвращение Елены Акимовой в общество после громкого скандала. Да, наш разрыв с Дмитрием не прошел незамеченным, слишком заметными фигурами мы были в деловых кругах города.

Марина подходит ко мне, элегантная в своем изумрудном платье:

– Пора начинать, звезда вечера. Готова?

– Как никогда, – отвечаю я, делая глубокий вдох.

Поднимаюсь на небольшую сцену, где установлен микрофон. Свет в зале приглушается, и все взгляды устремляются на меня. Чувствую, как внутри разливается спокойная уверенность.

– Добрый вечер, дорогие друзья, – начинаю я. – Благодарю каждого из вас за то, что нашли время прийти сегодня. Вечер, который мы проводим, посвящен важной теме. Поддержке одиноких матерей через фонд «Надежда».

Делаю паузу, обводя глазами зал. Замечаю Диму, он сидит в окружении бизнес-партнеров, но выглядит отстраненным. Словно чужой на этом празднике жизни.

– Многие из вас, наверное, задаются вопросом, почему именно эта тема стала для меня такой важной сейчас, – продолжаю я с легкой улыбкой. – Жизнь иногда преподносит нам неожиданные уроки. И один из самых ценных – это понимание того, как важна поддержка в трудные времена.

По залу проносится легкий шепоток. Все знают о моей ситуации, все ждут драмы или хотя бы намека на скандал.

– Нет, я не стала матерью-одиночкой, – я позволяю себе короткий смешок. – Моя дочь уже взрослая, самостоятельная девушка. Но последние месяцы заставили меня по-новому взглянуть на многие вещи. На ценность семьи. На важность верности. На то, как легко разрушить то, что строилось годами.

Мой взгляд на мгновение останавливается на Дмитрии. Он замер, сжав в руке бокал с вином.

– Знаете, что я поняла? – я улыбаюсь, обращаясь ко всему залу. – Что настоящая сила часто проявляется в самые темные моменты нашей жизни. Когда привычный мир рушится, мы вдруг обнаруживаем в себе ресурсы, о которых даже не подозревали.

Замечаю, как несколько женщин в зале утвердительно кивают. Они понимают, о чем я говорю. Возможно, некоторые из них прошли через похожий опыт.

– Я всегда считала себя счастливицей, – продолжаю я. – У меня была полная семья, успешный бизнес, любимое дело. Но настоящее счастье – это не отсутствие проблем. Это способность расти через эти проблемы. Становиться сильнее. Помогать другим.

Моя речь течет легко, словно я всю жизнь выступала перед публикой. На самом деле, это заслуга тех курсов ораторского мастерства, которые я начала посещать после ухода Димы.

– Фонд «Надежда» помогает женщинам, оказавшимся в одиночестве с детьми на руках. Помогает не только материально, но и психологически. Поддерживает, дает возможность получить новую профессию, найти себя. Потому что самое страшное в жизненных испытаниях – это не сами испытания, а ощущение, что ты один на один со своей бедой.

Делаю паузу, отпивая глоток воды из стоящего рядом стакана.

– Сегодня каждый из вас может сделать что-то важное. Помочь тем, кто действительно нуждается в поддержке. И знаете что? Это не просто акт благотворительности. Это инвестиция в будущее. В здоровое общество, где семейные ценности не просто слова.

Мой взгляд снова находит Диму. Он сидит, опустив глаза. Даже на расстоянии чувствую его дискомфорт.

– Я хочу закончить словами, которые стали для меня своеобразным девизом в последнее время: «В жизни, как в кофе: самое ценное познается в горечи. Но именно эта горечь и делает вкус по-настоящему глубоким».

Зал взрывается аплодисментами. Вижу, как многие женщины смахивают слезы. Мужчины выглядят задумчивыми.

Спускаюсь со сцены, чувствуя прилив энергии. Марина сжимает мою руку:

– Ты была великолепна! Видела его лицо? Он готов был провалиться сквозь землю.

– Дело не в нем, – отвечаю я, но не могу сдержать легкую улыбку. – Дело в тех, кому мы действительно поможем сегодня.

Вечер продолжается. Я перехожу от столика к столику, беседую с гостями, рассказываю о проектах фонда. Многие делают щедрые пожертвования. Чувствую себя в своей стихии – уверенной, яркой, увлеченной тем, что делаю.

Краем глаза замечаю, как Дмитрий пытается влиться в беседу с нашими общими деловыми партнерами, но его явно не принимают в круг так же легко, как раньше. Он выглядит растерянным, не понимая, что изменилось.

К концу вечера ко мне подходит Андрей Петрович, владелец крупной строительной компании, с которой мы сотрудничали многие годы.

– Елена Андреевна, – он целует мне руку с уважением, которого раньше никогда не проявлял. – Вы сегодня открылись для нас совершенно с новой стороны. Ваша речь тронула мое сердце.

– Спасибо, Андрей Петрович, – улыбаюсь я. – Иногда жизненные повороты заставляют нас обнаружить в себе что-то новое.

– Знаете, я всегда думал, что в вашем тандеме с Дмитрием Сергеевичем именно он был движущей силой. Похоже, я ошибался.

Его слова звучат как бальзам на душу. Не потому, что принижают Диму, а потому, что наконец признают мою роль, мою значимость.

Глава 22

Дмитрий

Рассвет застает меня с чашкой остывшего кофе на крохотном балконе Светиной квартиры. Спать сегодня не получилось, слишком много мыслей крутится в голове после вчерашней встречи с Леной и ее чертовым адвокатом.

Кто бы мог подумать, что она наймет Зимина? Самого дорогого юриста в городе, специалиста по семейному праву. Я-то надеялся, что она будет цепляться за наши отношения, умолять вернуться... А она явно готовилась к войне.

И эти бумаги! Откуда у нее информация о моих финансовых операциях? Об офшорах знали только я и мой финансовый консультант. Я был уверен, что прикрыл все следы. Черт побери!

А эта новая маркетинговая кампания... Хитрый ход, ничего не скажешь. «Горький вкус предательства» – и эти видеоролики, где актер, похожий на меня, выставлен бесчувственным мерзавцем. Она превратила наш развод в бизнес-стратегию!

– Дим, ты чего не спишь? – сонный голос Светы вырывает меня из размышлений.

Она стоит в дверях балкона, кутаясь в тонкий халатик. Волосы растрепаны, глаза еще сонные. Меня вдруг раздражает ее молодость, ее беззаботность. Она не понимает, что происходит. Для нее все это – просто очередная жизненная драма. Меня раздражает теснота этой квартира после нашего просторного дома. Как душно здесь по ночам. Как не хватает моего кабинета с видом на сад.

– Думаю, – отвечаю коротко.

– О встрече? – она присаживается рядом на хлипкий пластиковый стул. – Так плохо все прошло?

Я усмехаюсь:

– «Плохо» – не то слово. Она нас размазала. Лена знает все – про офшоры, про квартиру... И ее адвокат угрожает подать заявление в налоговую, если я не соглашусь на ее условия.

– Какие условия? – Света мгновенно просыпается, ее глаза широко открываются.

– Она хочет семьдесят процентов бизнеса и полные права на бренд.

– Что?! – Света вскакивает так резко, что стул опасно скрипит. – Это же грабеж! Ты не можешь согласиться!

Она начинает расхаживать по крошечному балкону, размахивая руками:

– Без тебя «Амаретто» – ничто! Кто принимал все финансовые решения? Кто находил инвесторов? Кто продумывал стратегию развития?

Я молчу. Потому что знаю правду, которую никогда не признавал вслух: без Лены не было бы самой идеи. Без ее вкуса, ее понимания того, чего хотят люди, ее особого подхода к созданию атмосферы не было бы самого «Амаретто». Я мог решать финансовые вопросы, но душу бизнесу дала именно она.

– А что с квартирой? – внезапно спрашивает Света. – Ты говорил про какую-то квартиру.

Я отворачиваюсь, делая вид, что заинтересовался чем-то на улице. Не хочу видеть ее реакцию.

– Это квартира, которую я купил неделю назад. На Парковой. За двенадцать миллионов

– Но мы же не смотрели никакой квартиры на Парковой, – в ее голосе слышится растерянность.

– Я хотел сделать тебе сюрприз, – объясняю, все еще не глядя на нее. – К рождению малыша. И оформил ее на тебя.

– И откуда Елена знает про эту квартиру?

– Понятия не имею, – я трогаю ноющий висок. – Она, похоже, знает все – каждый мой шаг, каждый перевод, каждый чертов счет.

Света присаживается обратно, и я наконец поворачиваюсь к ней. Ее лицо меняется – из беззаботной девушки она внезапно превращается в серьезную женщину.

– Дим, нам нужно поговорить, – она берет меня за руку. – О нас. О будущем. О ребенке.

Что-то в ее тоне заставляет меня насторожиться.

– Что случилось?

Она делает глубокий вдох, словно собираясь нырнуть:

– Я боюсь, что с этой новой кампанией «Амаретто» тебя затравят. Ты видел комментарии в сети? Люди уже называют тебя чудовищем, мужчиной-предателем...

– Пусть говорят, – пожимаю плечами. – Меня больше волнует угроза налоговой проверки.

– Именно! – она сжимает мою руку крепче. – Если Лена подаст эти заявления, ты можешь потерять все. И что тогда? На что мы будем жить? Как поднимать ребенка?

В ее глазах я внезапно вижу что-то, чего не замечал раньше. Страх. Не за меня, за себя и будущего ребенка. Она боится остаться с несостоятельным мужчиной.

– Ты поэтому со мной? – вырывается у меня прежде, чем я успеваю подумать. – Из-за денег?

Она отшатывается, словно я ударил ее:

– Как ты можешь такое говорить? Я люблю тебя! Я жду твоего ребенка!

– Но тебя волнует только бизнес и деньги, – я чувствую, как внутри нарастает злость. – Не то, что я чувствую, не то, через что прохожу. Только возможные финансовые потери.

– А что еще мне должно волновать? – она вскидывает подбородок. – То, что ты страдаешь из-за бывшей жены? Что до сих пор любишь ее?

Ее слова бьют точно в цель, и я чувствую, как вздрагиваю.

– Я не люблю Лену, – говорю, но голос звучит не так уверенно, как хотелось бы.

– Дим, прекрати, – Света встает и смотрит на меня сверху вниз. – Я вижу, как ты смотришь на ее фотографии в соцсетях. Как реагируешь, когда слышишь ее имя. Как злишься, что она не сидит и не плачет, а строит новую жизнь.

– Это неправда, – огрызаюсь я, хотя знаю, что она права.

Я действительно следил за Лениными соцсетями. После нашего расставания она словно расцвела – новая прическа с этими дерзкими синими прядями, новый стиль, новая уверенность в себе.

– Правда, – настаивает Света. – Ты до сих пор считаешь ее своей. Думал, что она всегда будет ждать тебя, готовая простить. А она взяла и построила собственную жизнь без тебя. И это сводит тебя с ума.

Я молчу, потому что возразить нечего. Потому что где-то глубоко внутри знаю, что она права. Я был уверен, что Лена никогда не сможет без меня. Что она нуждается во мне больше, чем я в ней. А она взяла и перевернула все с ног на голову.

Света смотрит на меня долгим взглядом, а потом молча начинает собираться на работу.

Когда дверь за ней закрывается, я включаю телевизор просто чтобы разбавить тишину и застываю с чашкой недопитого кофе.

На экране Лена. Моя Лена – нет, не моя, уже не моя – дает интервью утреннему каналу. Но это какая-то другая Лена. С новой прической, в стильном синем костюме, который подчеркивает ее фигуру. Она улыбается открыто и уверенно, совсем не так, как улыбалась последние годы со мной.

«...Наша новая концепция "Горький вкус предательства" родилась из личного опыта, – говорит она в камеру. – Мы хотели создать пространство, где женщины могут почувствовать себя в безопасности, найти поддержку и превратить горечь разочарования в силу для новых свершений».

Камера отъезжает, и я вижу, что интервью снимают в нашей первой кофейне на Пушкинской. Видны новые стаканчики с дизайном, в котором я с ужасом узнаю собственный силуэт. Никто другой, наверное, не заметит, но для меня это очевидно – тот же разворот плеч, та же посадка головы.

– И насколько успешной оказалась ваша стратегия? – спрашивает ведущая.

– Потрясающе успешной, – Лена улыбается еще шире. – Посещаемость наших кофеен выросла на сорок процентов.

Я сажусь на край дивана, не в силах отвести взгляд от экрана. Это какой-то кошмар. Лена использовала нашу ситуацию – мой уход, мое предательство – как маркетинговый ход! И судя по цифрам, которые она называет, чертовски успешный ход.

Телефон вибрирует в кармане. Мой адвокат, Станислав, молодой и амбициозный, но явно не соперник Зимину.

– Дмитрий Сергеевич, вы смотрели телевизор? – в его голосе тревога. – Ваша жена превратила ваш развод в рекламную кампанию. Это меняет расклад. Общественное мнение теперь полностью на ее стороне.