Текст книги "Ветер и крылья. Вечное небо (СИ)"
Автор книги: Галина Гончарова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
Дан Нери что-то попискивал, но дан Баттиста увлекал его с неизбежностью лавины.
Адриенна довольно улыбнулась.
А вот поделом! Пусть теперь Ческа своего родственничка устраивает, но ближайшие года три он королеве на глаза точно не попадется. Если жить захочет.
Впрочем, хорошее настроение у королевы держалось недолго.
Ровно до письма от Мии.
***
Сестренка!
Он подлец и мразь. Не знаю, на кого меня променяли, сейчас пока даже встать не могу, плохо себя чувствую.
Не хочу потерять ребенка.
Как только смогу встать, дам знать и продолжим.
Береги себя.
М.Ф.
Адриенна еще раз пробежала глазами записку. Посмотрела на дана Пинна.
– Дан Иларио...
– Да, ваше величество?
– Я хочу знать. Где сейчас моя сестра?
Дан Пинна подавился воздухом. Потом подумал, что сестры бывают разные. И двоюродные, и троюродные... и вообще, молочные. И названные... чего сразу родные-то? Это он что-то не сообразил.
– Я и так знаю, ваше величество. На Приречной.
– Как я могу к ней попасть?
Адриенна спрашивала не просто так. Ясно же.... Если Мие плохо, единственная, кто ей может помочь – именно Адриенна. Такова уж ее природа...
Но чтобы помочь, надо быть рядом. Хотя бы ненадолго.
Хоть как...
– Ваше величество!
Дан Пинна даже испугался.
Если Мию беременность украшала, то Адриенна выглядела просто ужасно. Кроме живота больше выпуклостей не было – сплошные впадины. Щеки запали, губы вообще не видны, так, полоска бледная, сама королева вся тощая, что лиса по весне... а глаза горят.
Лихорадочными синими огнями.
– Ваше величество, так нельзя...
– Дан Пинна, или вы мне поможете, или я пешком пойду.
Иларио подумал пару минут.
И ведь пойдет.
И придумает, как из дворца выйти, и по городу пройдет...
– Ваше величество, у нас не получится отлучиться надолго.
– Мне хоть бы пару часов рядом с сестрой. Потом все и так устроится.
Дан Иларио только вздохнул.
– Хорошо, ваше величество. Я сделаю.
– Сегодня?
– Да. Этой же ночью.
Из Адриенны словно стержень вытянули. Она протянула руку и коснулась рукава дана Иларио.
– Богом клянусь. Я не забуду вашей помощи.
– Да чего уж там... непонятно, что ли? Если родня...
Адриенна кивнула.
– Ближе нее у меня никого нет... почти никого.
Лоренцо.
Но где сейчас ее любимый? Нет его рядом, а когда будет, и что будет... пока приходится самой справляться. Как она ему в глаза посмотрит, если Мию не убережет?
Никак.
Попросить короля хоть ненадолго отпустить Адриенну в город? Такое не рассматривал ни один из заговорщиков. Ни королева, ни Иларио... и так все ясно.
И не отпустит, и сестра королевы только себе бед наживет... нельзя.
– Ваше величество, я все сделаю. Только эданну Чиприани позовите.
– Зачем?
– Потому что кто-то должен будет нас прикрывать. Если что...
Адриенна медленно кивнула.
Да... прикрыть их, выиграть время...
– Откуда мы уйдем?
– Из сада, ваше величество. В розарии есть одна тропинка...
Адриенна подозревала, что их куда как больше. Но спорить не стала.
– Позовите эданну, Иларио. Пожалуйста.
Мужчина ласково погладил королеву по руке.
– Будьте готовы, как стемнеет.
И Адриенна кивнула.
Будет. Ой как будет...
Мия, держись! Я тебя не брошу...
– И еще... Иларио, пожалуйста, узнайте, что сейчас с даном Демарко?
Мия его не убила? Очень, очень жаль. Ничего, Адриенна наверстает.
***
– Ваше величество?
Эданна Сабина вошла, не подозревая ничего крамольного. И Адриенна протянула ей письмо Мии.
– Прочитайте, пожалуйста.
Эданна послушно взяла его. Пробежала глазами.
– Ваше величество?
Ну да. Что-то понятно, но есть и вопросы.
– Эданна, у меня есть сестра. Не кровная, но это не важно. Я ее все равно люблю, ближе человека у меня нет. Это письмо мне прислала она. Сегодня.
Теперь эданне все было понятно.
– Ваше величество, что вы хотите сделать? Я могу к ней съездить...
– Нет, эданна. Я сама к ней съезжу. Ночью. А вас прошу переночевать в моей спальне, и всем говорить, что королеву тошнит. Или королева спит. Или нюхает цветы, или... вы мне поможете?
– Ваше величество, это безумие, – честно сказала эданна.
– Знаю, – Адриенна и спорить не стала. – Вы бы сестру бросили?
– Чем вы сможете ей помочь?
– Эданна, иногда лечат даже слова. Разве нет?
– Вы можете написать их, а я передам. Может, они и на бумаге вылечат, ваше величество? – эданна упиралась недолго, но всерьез.
Адриенна только головой качнула.
– В жизни себе не прощу... если что. Даже думать о таком не хочется. Вы мне поможете?
Эданна Чиприани прищурилась. Вот теперь было видно, у кого муж – армией командовал.
– Если буду уверена, что это для вас безопасно, эданна.
Иларио вернулся как раз вовремя.
– Ваше величество, дан Демарко сегодня с утра был во дворце. Попросил отпуск на декаду, для устройства семейных дел.
– Каких-каких дел?
– Семейных. Сказал, что женится.
Шипение Адриенны проигнорировали и дан, и эданна. Сделали вид, что ничего не слышали... может, это во дворе конюха кобыла лягнула... аккурат туда. Уж больно... витиевато!
– З-замечательно, – прошипела Адриенна, совладав с собой. – Тваррррь... дан Пинна, прошу, доложите мне потом подробно. И на ком это женилось, и обстоятельства...
– Ваше величество?
– Дан Пинна, вы же умный мужчина.
Дан Пинна действительно был умным. Потому что примерно догадался, и кто, и что...
– Ваше величество, не нервничайте так. Будет потом еще время, обещаю...
Адриенна медленно кивнула. И придворные переглянулись над ее головой, так, чтобы королева не заметила.
Дану Демарко оба посочувствовали. Нет, не сильно. Подлеца, который довел беременную женщину до выкидыша, жалеть не стоит, он того не заслужил. Но...
Судя по выражению лица королевы... ой, что она с ним сделает! Черти в аду позавидуют, и опыт перенимать кинутся... это уж точно.
За своих королева не простит. Никогда. Никого.
– Дан Пинна поможет мне. Детали вы можете уточнить у него, эданна.
Сабина кивнула, и взяла дана под руку.
– С вашего позволения, ваше величество.
Адриенна только рукой махнула.
– Охотно позволяю. А я пока посплю... ночь будет долгая и трудная.
Повернулась на бок, осторожно, чтобы живот не потревожить, малыш уже двигался, а спать, когда тебе по печени проходятся, или там, на мочевой пузырь, что есть силы, давят – сложно.
И закрыла глаза.
Придворные вышли из спальни, тихо, вполголоса обсуждая предстоящее ночью дело.
И никто не заметил скользнувшей им вслед фигурки.
Нет, все фрейлина не услышала. Но самое главное поняла.
Этой ночью королевы не будет в ее покоях. А это... это...
Это – надо срочно доложить!
***
– Ваше величество, нам надо серьезно поговорить.
Филиппо страдальчески поглядел на кардинала Санторо.
Ну почему!? Вот почему его никто не понимает!? Он защищал свою страну, был серьезно ранен, едва выкарабкался... только благодаря нежной заботе Франчески, и ему до сих пор плохо! А ему даже не могут дать отдохнуть!
Где, где справедливость, я вас спрашиваю!?
Почему нельзя подумать, что король – тоже человек?!
Эданна поймала взгляд своего любимого – и тут же заворковала, сбиваясь на отчетливое куриное кудахтанье.
– Ваше высокопреосвященство, куда вы, ну куда?! Его величество себя не слишком хорошо чувствует, и у него сегодня...
Кардинала такими мелочами было не сбить. Вот если б эданна соизволила яйцо снести... нет, не сбился бы, но хоть посмотреть отвлекся. А один звук? Да пусть ее... кудахчет!
– Эданна, оставьте нас.
– Ваше высокопреосвященство...
– Давно ли ты была на исповеди, дочь моя?
Вопрос подбил эданну на взлете.
Ну... не была. Достаточно давно. Вот как это соотносилось в голове эданны Франчески – Бог весть, но тем не менее!
Участвовать в черных мессах можно, ходить к ведьме – ерунда. Убивать людей, то есть приносить в жертву для получения желаемого – легко! А вот на исповеди лгать – низзя!
Нехорошо это. Неправильно. Поэтому к причастию эданна ходила, и на службу тоже, а вот на исповеди не была давненько. Пришлось потупиться.
– Ваше высокопреосвященство, вся моя жизнь сейчас проходит на глазах у его величества...
– Вот и пусть глаза отдохнут. Идите, эданна.
Франческа метнула на Филиппо взгляд то ли раненой лани, то ли тонущего крокодила. Но его величество был занят, разглядывал что-то под одеялом.
Ладно-ладно, Ческу он любит. Но если кардиналу она мешает... да мало ли что? Кардинал ему так помог в последнее время, даже подумать страшно, сколько он на себя взвалил! Эти государственные дела такие утомительные...
Когда за эданной закрылась дверь, его величество посмотрел на кардинала.
– Что случилось, дан Анджело?
– Ваше величество. Я хотел поговорить с вами по очень важному вопросу, который не терпит отлагательств.
– Слушаю.
А что еще остается?
– Ваше величество, давно ли вы видели свою супругу?
Филиппо невольно скривился.
Давно-давно... да, достаточно давно. Уже дней десять она к нему не приходила, а он и не настаивал. И Ческа была недовольна, и видеть Адриенну не хотелось... как-то она не так выглядела...
Понять, что во время беременности женщины дурнеют, у короля не хватало ни ума, ни сердца. А подумать, что на беременную женщину не надо наваливать государственные дела, что ей бы отдохнуть, что ей надо создать комфортную атмосферу... нет, что вы! Зачем?!
Она ведь не жалуется!
Опять-таки. Мысль о том, что Адриенна могла бы жаловаться сутки напролет, и это ничего не дало бы, все равно он сделал бы так, как понравится Франческе, тоже не приходила в важную королевскую голову. А зачем?
Там темнота, пустота и образ Франчески. Больше ничего и не помещается.
Филиппо Третий сына, конечно, воспитывал. Но... то ли проклятье сработало, то ли он сам по себе такой получился. Увы.
– Это важно, кардинал?
– Ваше величество, я понимаю, что вы себя плохо чувствуете. Что вас тревожат государственные дела, – с каждым словом кардинала лицо короля разглаживалось. Да-да, все именно так и обстоит. Он страдает! Очень страдает. – Но и вы поймите. Вы – король, вы обязаны служить примером для подданных. В том числе и проявлять внимание к супруге... хотя бы иногда. К примеру, если раз в декаду вы будете проводить с ней ночь...
– Дан Санторо!
Судя по лицу короля, вдобавок к ране у него и все зубы заболели.
Кардинал мило улыбнулся.
– Ваше величество, ну я же не прошу вас изменять эданне Франческе, – особенно с законной женой, ага... – Просто прийти, побеседовать...
Филиппо только вздохнул.
– Это очень надо?
– Ее величество носит наследника престола. Если бы это не было так важно, я бы и не подумал вас отвлекать от государственных дел...
Которые ты, обормот, ищешь в декольте своей девки. Тьфу, ну какой же дурак, какой потрясающий дурак!
Кардинал понимал, что не совсем справедлив к королю, просто Филиппо такой человек. Как сосуд. Как глина. Что налили, что вылепили... вот то самое и получилось. Пока отец им занимался, все было в порядке. Попал он в руки эданны Чески – и понеслось...
Впрочем, презирать короля ему это не мешало. Сложно уважать человека, которым манипулируешь, как тебе вздумается. И не только ты, но и такая, как Франческа... это уж и вовсе... тьфу, дурак!
– Что ж... я схожу.
– Сегодня же, ваше величество.
– Сегодня?
Королю явно не хотелось. Но у кардинала был неотразимый аргумент.
– Ваше величество, если вы пойдете завтра, эданна Франческа еще и ночью возмущаться будет...
– Да, Ческе это не понравится...
Замечательно!
– Ваше величество, есть государственная необходимость.
Филиппо скривился, но куда ему было против кардинала. Пришлось покориться этой самой необходимости.
Мия
Чего не ожидала женщина...
– Миечка!
Адриенна влетела в спальню ураганом, почти упала на кровать рядом с подругой.
– Риен!?
– Фууууу... как же я за тебя испугалась!
Адриенна плюнула на все и сгребла Мию в объятия.
Плевать на дурноту, на все... это ее подруга, почти сестра... да гори оно все огнем и гаром!
Дан Пинна смотрел, как королева обнимает блондинку, и думал, что поступил правильно. Даже если ему потом оторвут голову... он просто не видел Мию. А если бы видел, сам бы королеву привез. Это ж глядеть жутко...
Серое лицо, запавшие за одну ночь глаза...
Разочарование смыло с лица Мии все краски, оставило только черную и серую. А сейчас... сейчас она оживала рядом с Адриенной. Риен положила ей руку на животик.
– Толкается. Терпи...
– Знаю, – кивнула Мия. – Я потерплю... это девочка.
– А у меня парень.
Мия погладила подругу по руке.
– Ты тоже потерпи. Я сейчас приду в себя, и мы все-все исправим. Я тебе обещаю.
Адриенна поцеловала подругу в щеку.
– Мия, ты главное, не переживай. Рикардо просто недоумок, даром, что красивый...
Мия фыркнула.
Она уже не переживала. Она это просто пережила. И... было обидно. До боли, до слез, до крика обидно... ну вот почему, почему он с ней ТАК!? Она же все делала, чтобы ему было лучше, она его правда любила, все отдала, ребенка от него родила, а он...
А ему важен блеск. Шум и гам столицы.
Статус...
Смешные блестящие погремушки, которые нельзя даже сравнивать с родными и близкими людьми. С теми, кто тебя любит. Почему она это понимает, а Рикардо не понял? Почему!?
– Когда-нибудь он это тоже поймет, – тихо сказала Адриенна. – Не скоро. И ему будет очень больно, Мия. Помнишь Марко?
– Да.
– Когда-то его отец едва не убил его мать. А сейчас... готов на коленях к ней ползти, лишь бы Марко признал имя и принял род. Полностью. А Марко уже не хочет. Теперь он дан Джерио.
Мия хмыкнула.
– Потом... двадцать лет?
– Чуть меньше, но не намного.
– Я столько не выдержу. Возмездие должно настигать подонков при жизни, Риен. И так, чтобы все понимали. И за что, и почему...
– Я не возражаю, но только после твоих родов, – взмахнула рукой Адриенна. – Слово дай!
Мия сморщилась, но...
– Ладно. Я им займусь после родов.
– Вот и отлично. – А к тому времени, глядишь, и остынешь, и успокоишься... – Как ты себя чувствуешь?
– Лучше. Намного лучше, – честно сказала Мия.
Не то, чтобы идеально. Все же нервы, нервы, обиды, разочарования...
Но последствия верховой езды уже так не чувствовались. И голова не болела, и не кружилась, и ее не тошнило...
– Сейчас, вот этой рукой...
Адриенна поменяла руку, которой гладила животик Мии. Теперь на нем оказалась рука с кольцом. Мия посмотрела на него внимательнее. Впервые...
– Хм... кажется, я такое уже видела.
– Да?
Мия оживала прямо на глазах. Огляделась...
– Ага, а мои сумки? Ньора Роза?
– В гардеробной, дана.
– А можно черную сумку принести?
– Я помогу, – вызвался дан Пинна. На ньору Анджели он поглядывал с видимым интересом. И то... ньора была удивительно хороша собой. Этакая сочная, зрелая, наливная красота. Как у осеннего яблочка.
Долго черную сумку искать не понадобилось. А уж длинный и узкий ящик, торчащий из него – тем более.
– Дан Козимо Демарко отдал, – пояснила Мия. – Сказал, что под женскую руку, да и вообще.... Не его это. Вот, оказалось, что и не мое... наверное. Он меня слушается, но не любит. Не признал до конца. И... зовут его так своеобразно. Я думала о тебе, но все как-то к делу не приходилось.
Адриенна открыла ящичек.
Да...
Клинок словно сам лег в руку. Пальцы сжались на рукояти... Адриенна достала из волос шпильку. Царапнула палец, выдавила на камень капельку крови.
Секунду ничего не происходило. А потом словно три алых огня вспыхнули.
В диадеме, в рукояти клинка, на пальце...
Все части камня заняли свое место.
Все попали, наконец, к своей хозяйке.
И в алом свете камней, Адриенна была так похожа на Моргану, что дану Пинна даже жутковато стало.
Круг замыкается, и все возвращается на свои места. И к законным владельцам, – дану показалось, что кто-то шепнул ему это на ухо. Но... показалось же! Вот как хотите – просто показалось!
А еще...
Звучит это, конечно, неплохо. Но кто сказал, что это самое 'все' уступят те, кто им сейчас владеет? Ой, вряд ли!
– Ты заберешь клинок? – Мия почти не спрашивала, почти утверждала.
– А ты отдашь?
– Он же твой. Чего тут думать...
Адриенна кивнула.
– Спасибо, сестренка.
– Риен...
– Да?
– Если будет не слишком трудно...
– Рикардо?
– Да.
– Он сегодня взял отпуск для устройства личных дел. Для женитьбы, – не стала скрывать Адриенна.
Мия стиснула кулачки. Слез почти и не было, лишь одна капелька стекла по тонкому лицу.
– Ненавижу...
– Знаю. И поверь, пока я королева, он ничего не получит, – жестко сказала Адриенна. – Обидевший тебя – и мой враг.
И сказано было серьезно.
Адриенна не станет кричать, не будет плакать или взывать к чьей-то давно почившей совести. Она рассудит по своему разумению. И спуску не даст.
Ни Рикардо, ни его женушке... хотя так и так, Адриенна подозревала, кто это. Ну, погодите у меня... Андр-реоли! Порву!
***
– Ваше величество?
Эданна Сабина склонилась перед королем, изображая верноподданность.
– Я пришел к своей супруге.
Эданна растопырилась еще сильнее.
– Ваше величество, умоляю меня выслушать.
– Пропустите меня, эданна.
Филиппо был настроен не то, чтобы решительно, но стоять под дверью покоев королевы? В халате и колпаке? Вот еще...
Эданна Сабина поклонилась.
– Ваше величество... казните. Но умоляю... прислушаться.
И приоткрыла дверь в спальню. Чуть-чуть, только щелочку.
Звуки, которые оттуда доносились, заставили Филиппо отшатнуться. Явно кого-то жестоко и безжалостно выворачивало наизнанку. И запах... такой, тяжелый, сладковатый...
– Что это?!
– Ваше величество, – эданна Сабина прикрыла дверь. – Ее величеству часто бывает плохо именно по вечерам. Вы же видели, как она... умоляю меня простить... изменилась за последнее время.
– Подурнела, – бросил Филиппо.
Эданна скрипнула зубами. Ну да, у Адриенны беременность. И времени лежать в ваннах с ослиным молоком, попросту нет. И вообще, сколько еще с тебя, осла, молока надоишь?
Но вслух Сабина ничего такого не сказала. Жить хотелось. А вместо этого...
– Я умоляю ваше величество или подождать, пока ее величество придет в себя. Или... перенести ваш визит на завтра... если опять не случится ничего подобного. Или я могу дать вам знать, когда ее величество будет чувствовать себя получше...
– Пожалуй, это будет самым верным вариантом, – кивнул Филиппо. – Пожалуй...
Эданна поклонилась.
– Вы изволите сейчас зайти к ее величеству? Если да, то я предупрежу... умоляю, хотя бы пять минут...
– Буэээээээ, – донеслось из снова приоткрытой ей двери.
Филиппо отшатнулся и даже головой замотал.
– Нет-нет. Это до завтра... или вы мне завтра доложите вечером...
– Да, ваше величество.
Поклон у эданны получился очень почтительным. А уж каким получился выдох облегчения, когда за его величеством дверь закрыли...
Слов нет, одно дыхание...
– Можно? – головка Челии Санти высунулась из дверей королевской спальни. Вслед за ней появился дан Виталис.
– Все в порядке?
И заткнул пробкой флакон с мускусом.
Парфюмерия?
Так каплей же! Кап-лей! На большой флакон.
А в концентрированном виде – убийственная вонючка.
– Да. Спасибо вам, – от всей души поблагодарила эданна.
Дан Виталис широко ухмыльнулся.
– Не хочу спасибо. Хочу разрешение от ее величества на брак с этой милой даной.
Эданна Сабина невольно улыбнулась. Ну да, как королева, Адриенна должна давать разрешения на браки своих фрейлин. И за Челию она будет рада. Это уж точно.
Очень рада.
Вот ведь как складывается.
Уговаривая своего монарха на свидание с королевой, кардинал не знал, что в соседней комнате готовит лекарство дан Виталис. Адриенна монарха не навещала, пришлось обходиться подручными средствами. Они тоже работают, но их же пить надо, втирать, повязки менять... вот и ждал дан Виталис. Эданна Франческа, как о своей любви не пела, но даже вида открытых ран не любила. А тут же еще и чистить надо, и обрабатывать... и руки у нее не из того места росли.
А услышав про инициативу кардинала, лекарь решил вечером предупредить королеву. Мало ли...
Нет, не в смысле любовников или еще чего. А просто – вот лежишь ты, в кровати, на лицо крем намазала, чесночка наелась, носочки шерстяные натянула... и тут – муж! И романтики требует...
Ага?
Тут, положим, дело не в романтике, но и отношения венценосной четы для лекаря секретом не были. Вот и решил зайти, сказать.
Эданна Сабина впала в панику, дан Виталис подумал... и – привлек дану Челию. Иначе не получилось бы. Эданна Сабина должна разговаривать, но кого-то и тошнить должно... причем – женским тоном. У мужчин это иначе слышится. Добавили еще запах концентрированного мускуса, от которого Челию едва на самом деле не стошнило... и ура!
Отбились.
Но это на сегодня... а потом?
– Предлагаю всем вместе подождать ее величество, – решила эданна. – И обрадуем.
***
Долго ждать Адриенну не пришлось. И у дана Виталиса последние подозрения отпали касательно любовников и прочего. Ага, именно так со свиданий и приходят.
В сопровождении личного секретаря, серые от усталости, нежно прижимая к себе чехол с клинком. Вот просто – кто бы сомневался?
Сразу видно. ЗАлюбили и ВЫлюбили. Только что выкинуть осталось.
Узнав о случившемся, Адриенна даже зубами заскрипела.
– Вот... с-собака!
– Его величество не...
– Да при чем тут он? Кардинал! – не выдержала королева. – Взаимность ему, гаду, подавай! Обойдется!
Присутствующие переглянулись.
Ладно-ладно, допустим, кардинал обойдется без взаимности. Но... что он дальше-то выкинет?
Адриенне это тоже было интересно. Но сейчас ей больше хотелось спать.
– Официальное разрешение на брак выдам завтра, – честно сказала она. – И над подарком подумаю.
– Ваше величество, – начал было дан Виталис, и был остановлен решительным жестом.
– Дан, я все понимаю. Вы не за деньги, а я не откупаюсь. Это другое. Позвольте мне просто сделать подарок двум замечательным людям, которые нашли друг друга.
Против такого возразить было сложно. И дан Виталис кивнул.
Адриенна так и уснула, положив неподалеку от себя клинок. И руку на него положила.
И снилась ей счастливая Моргана.
Все возвращается на круги своя. Рано или поздно – все возвращается...
Глава 5
Мия (Лоренцо)
– Столица. Эврона.
Путешественники смотрели на нее с самыми разными чувствами.
Лоренцо – счастливо. Он дома, он почти дома!
Зеки-фрай с опаской. Как-то его встретит чужая страна?
Его дети – с любопытством. Интересно же!
И только Динч злобно щурилась.
Лоренцо решительно отказывался жениться. Не помогали ни крики, ни слезы, ни обмороки. Ответ был один и тот же.
Ты сама говорила, что свадьба тебе не нужна. Вот и отлично, ребенка признаю, тебе пропасть не дам – и довольно глупостей!
Ну, говорила! И что?!
Всякому ж понятно, эданной быть куда как приятней, чем ньорой! А вот Лоренцо этого не понимает!
И другая...
Адриенна...
Найди ее еще поди, ту Адриенну! У них вон, даже королева – и та Адриенна. То есть уже – у нас, в Эвроне.
Ладно, сдаваться Динч не собиралась. Вот после родов, как возьмет Лоренцо сына на руки, так и поймет! Так и предложение ей сделает!
Наверняка!
А пока хватит и того, что она едет не к своим родным, а к его. В дом Лаццо.
Энцо еще немного волновался, как его встретят, да что скажут, но... с Паскуале он столкнулся прямо на пороге. Ньор Лаццо как раз выходил из дома, а Лоренцо спрыгнул с лошади и готовился позвонить в колокольчик.
Увидев эту картину, Паскуале охнул – и едва в обморок не упал.
– ЭНЦО!!!
Лоренцо едва успел подхватить дядю.
– Ну-ну... не надо! Я живой, все в порядке.
– Правда? Но... КАК!?
– А вот так. Меня смыло за борт, поносило по свету, но я выжил и вернулся.
Паскуале потрогал Лоренцо за руку. Но рука была живой и теплой.
Коснулся светлых, сейчас почти льняных волос, выгоревших на жарком южном солнце.
И – признал!
– ЭНЦО!!! Мальчик мой!!!
У мальчика только кости хрустнули. А его спутники тут же расслабились. Если ТАК обнимают, выгонять точно не станут. Любят, это видно. Сразу видно...
Так и вышло.
И в дом всех пригласили, и домочадцы примчались, и Марко позвали, и...
Рассказывать было много чего. Равно как с одной, так и с другой стороны.
Лоренцо познакомил всех с Зеки-фраем, и Фредо Лаццо довольно потер руки.
Компаньонство, говорите? Знакомые в Арайе?
Интересненько, любопытненько, мы еще об этом поговорим. Подробно так, серьезно.
Зеки-фрай не возражал.
Вот Динч вызвала больше любопытства у женской части семейства. Энцо был объявлен 'бессердечным', но тут уж рявкнул Фредо Лаццо. Ньоры и даны замолчали, и утащили Динч отдыхать и переодеваться. А то как же...
А Марко отвел Лоренцо в сторону для приватного разговора. Об Адриенне.
– Она вышла замуж.
Лоренцо даже плечи опустил. Он знал... но верил! И надеялся.
А вдруг!?
– За короля.
– ЧТО!?
– Ты ведь кое-чего о ней не знаешь. Ты ее сейчас не осуждай. Поверь, другого выхода у нее не было. Вечером, когда все устанут и разойдутся, я приду, и мы поговорим. Хорошо?
Энцо молча кивнул.
А что ему еще оставалось делать?
Это ему еще про Мию не рассказали. Не успели.
***
Про Мию Лоренцо спросил сам. Минут через десять.
– А где дядя? Мия? Она замуж не вышла?
Фредо и Паскуале переглянулись. И на этот раз уже они утащили Лоренцо в кабинет.
– Энцо, тут такое дело...
– Подробнее, – попросил Лоренцо, начиная осознавать, что дома-то без него беда. И видимо, серьезная...
– Я тоже виноват, – честно сказал Фредо. – я должен был подумать, как-то приглядеться... я не сообразил. Но я любил свою дочь. И Джакомо тоже любил. Я и подумать не мог, что оно все так обернется.
– Как – так? – у Энцо по позвоночнику уже не холод бежал – там ледяная дорожка открылась.
– А вот так. Джакомо решил выдать Серену за дана Густаво Бьяджио.
– Да вы что! Он же старик!
Лоренцо про Рубинового Короля кое-что слышал. Лично его не видел, но в лавке-то чего не узнаешь?
– Вот, он решил жениться на Серене. Джакомо даже нам не сказал сразу...
– А вы бы вмешались? – прищурился Лоренцо.
Тут уж глаза опустили оба Лаццо.
Ну... как бы... деньги, все же... а от Серены точно не убудет! Жила бы, как сыр в масле каталась...
Лоренцо это понял. Но осуждать не стал. Раньше – может быть. А сейчас... помотался среди людей, понял, что почем. И осознал, что никому-то его сестры не нужны. Кроме него самого.
Так вот. Твоя семья и твои близкие – они только твои. И только ты будешь их беречь, любить и защищать. Никто другой об этом не подумает и не сделает. Скорее уж, использует их в своих целях.
Вот, как Лаццо.
Все ж они Лаццо, он – Феретти...
Можно дружить, можно хорошо относиться, можно помогать. Но... если встанет выбор между своей выгодой и чужим счастьем, Лаццо выберут свою выгоду. А Серена... поплачут на могилке, если что.
– Что с Мией? – Лоренцо даже не сомневался, что старшая сестра пыталась это остановить. И остановила, видимо, потому что Серену он уже видел. И Джулию.
– Мия убила Джакомо и утопилась.
– А... ы...
Как-то ничего содержательнее у Лоренцо не получилось. Какое уж тут содержание? Шок полный...
– Убила Джакомо?! Утопилась?
– И дана Бьяджио тоже убила. Подсыпала им отраву, а там и...да, взяла грех на душу, – Паскуале вздохнул. – Потому и говорим... это и наша вина.
Лоренцо скрипнул зубами.
– А если б вы знали? Мию бы заперли в монастыре? Или как?
Лаццо опять переглянулись.
И снова... будь Лоренцо обычным человеком, не переживи он столько всего за последнее время... нет, он бы не понял. А сейчас...
– Дядя Фредо. Дядя Паскуале. Простите, мне это надо серьезно обдумать.
И вышел из кабинета.
Лаццо переглянулись. Они оценили по достоинству и выдержку молодого человека, и его реакцию... ожидали куда как худшего. Но Лоренцо привык уже не рубить сплеча. И отправился размышлять в сад. Там его Серена с Джулией и нашли.
– Братик...
Лоренцо почувствовал, как его обнимают, посмотрел на сестер.
– Девочки... простите.
– Не надо, – покачала головой Серена, понимая, о чем переживает брат. – Мия мне все-все объяснила. И сказала, что надо делать. Ты не думай, она точно жива.
Лоренцо почувствовал, что ему стало легче дышать.
– Правда?
– Да. Она сказала, что иначе остановить Джакомо не получится. Слишком выгодная партия...будь кто-то другой, попроще, можно бы побороться. А так... бесполезно.
Лоренцо кивнул.
Да, пожалуй. Слишком много денег, слишком высокое положение в обществе... и осуждать Лаццо не получается. Разозленный Рубиновый король устроил бы такое...
Лоренцо мог бы не отдать сестру. А вот купцы...
Даже Джакомо, хоть и дан по рождению, но многое определяет среда обитания...
– Я понимаю.
– И не переживай за Мию. Она пообещала объявиться, но не сразу, не раньше, чем через год.
Энцо выдохнул.
– Да?
– И под другим именем.
– Понятно. Как вы здесь жили без меня?
Сестры переглянулись и заулыбались. Про помолвки Лоренцо еще не сказали... дану Феретти предстояли определенные потрясения.
***
Казалось бы – куда еще?
Но поздно вечером Лоренцо добили окончательно. В дверь постучался Марко.
– Поговорим?
– Проходи. Вина будешь?
В качестве жениха для сестры дан Джерио полностью устроил дана Феретти. А что?
Молод, неглуп, руки и голова на месте, желание работать для семьи есть – остальное приложится. И приданое не размотает, и преумножит еще, и детей неволить не будет.
Нормальный парень.
Завтра еще со вторым познакомится, который Делука, но пока женихи сестер Лоренцо устраивали.
Про Мию бы еще узнать.
Но про нее Марко ничего сказать не смог. А вот про Адриенну...
– Ты не думай. Адриенна тебя любила, и любит, и любить будет.
В этом Лоренцо и не сомневался. То, что между ними – не подделаешь. Но вопросы оставались.
– Она не смогла отказать принцу? Но где она его увидела? Я думал, она просто с кем-то помолвлена? Ее жених ко двору представил?
Марко качнул головой.
– Нет. Я ведь ей молочный брат, что-то слышал, что-то видел... клятву дай, что никому про меня не скажешь.
– Про тебя?
– Я не беру клятву держать сказанное в тайне. Ты не дурак, сам поймешь, кому что говорить. А вот о том, что я это знаю, лучше помолчи.
– Клянусь, – четко произнес Лоренцо. – Клянусь своей матерью – да изольется ее чрево, клянусь своим родом – да пресечется он навеки, клянусь своей честью – пусть будет мое имя покрыто позором, клянусь своим сердцем – да остановится оно в тот же миг. Я не скажу никому о твоем знании.
Марко кивнул. Они друг друга поняли.
– Адриенна и была помолвлена с принцем. С двенадцати лет.
– Как?!
– А вот так... она – потомок Сибеллинов. Тех самых.
– Ох...
– Я точно не понял, почему, но вроде как Эрвлины нас завоевали давно, а вот право...
– Легитимность.
– Да, вот именно. Не знаю, что именно там не так, но эта свадьба нужна была королю. Еще старому. Ну, ты знаешь, у нас теперь Филиппо Четвертый.
– Да. И... королева Адриенна.
– Да.
Лоренцо ссутулился и прикрыл глаза.
Впрочем – ненадолго.
На Арене тоже бывали безнадежные ситуации. Но разве это – повод умирать? Вот ничуточки! Он жив и здесь! И с браком Адриенны тоже рано или поздно решится... естественным путем.
Так что юноша открыл глаза и посмотрел на Марко.
