Текст книги "Непознанное"

Автор книги: Фридрих Л. Бошке

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц)

Глава 5
Знания под секретом

Мы убедились, что наши знания о вселенной, о Млечном Пути, о нашей солнечной системе, даже о нашей маленькой планете весьма неполны. Если подвести итог, то мы увидим, что располагаем массой сведений о различных малозначащих явлениях, но зато почти не имеем надежных данных о многих серьезных проблемах. Сделаем еще один шаг и посмотрим, что нам известно о казалось бы, столь хорошо знакомой поверхности Земли.

Первые описания незначительной части ее доходят к нам из Вавилонии, где за 2300 лет до нашей эры на глиняных табличках были зафиксированы границы некоторых равнинных районов страны. Это было сделано для облегчения работы налоговых инспекторов. Именно их служба разработала первую известную нам карту, хранящуюся в Британском музее. На ней даже изображена «река соленой воды» – океан!

А уже в 423 году до н. э. карта становится чем-то до того само собой разумеющимся, что в комедии Аристафана на сцену выносят карту мира и актер показывает зрителям, где лежат Афины.

Однако описание Земли стало наукой географией лишь в 290 году до н. э., когда универсальный ученый Эратосфен написал свой труд «Географика». Эратосфен много путешествовал, учился в Афинах, а в 246 году до н. э. был приглашен царем Птолемеем III воспитывать наследника, тогда же он стал главным хранителем знаменитой Александрийской библиотеки, так что у него под рукой оказались богатейшие материалы. Особенно ценными были данные, полученные в результате похода Александра Македонского в Индию, и доклады моряка Пифея из Масилии. Конечно, доказательств в них мало, но Эратосфен не только регистрирует сообщенные факты, он критически осмысливает их, удивительно верно оценивая и сопоставляя. Поскольку ему неизвестно, как точно соотносятся друг с другом различные страны и местности (ведь тогда были еще неизвестны астрономические широтные измерения), он сравнивает сведения об их климате, о растениях и располагает их по зонам, которые он называет «климатами». Так, например, Карфаген и Александрию он помещает примерно на одинаковой высоте, на одном градусе широты, как мы выразились бы теперь. Еще один «широтный градус» он проводит от южной оконечности Испании, – мимо кончика итальянского «сапога», через остров Родос до Малой Азии, а в Индии доводит его до верхнего течения Ганга, что вовсе не плохо. Заодно он создает тем самым и первую климатическую карту мира. Морской путь от Испании в Индию, который будет впоследствии искать Колумб, для Эратосфена не проблема, на его карте все массивы суши можно объехать по морю.

В школьные учебники Эратосфен попал благодаря своему определению окружности Земли. В день летнего солнцестояния, когда Солнце стояло в зените над городом Сиена (Ассуан), а Эратосфен полагал, что он находится на одной прямой к югу от Александрии, палочка, воткнутая вертикально, не отбрасывала тени, в то время как в Александрии тень была налицо. Угол ее составил ¹/₅₀ окружности (7°12′). Расстояние от Сиены до Александрии оценивалось в то время в 500 стадий и, значит, окружность шарообразной Земли должна была составить 500 × 50 = 25 тысячам стадий. Правильно ли определил Эратосфен окружность Земли? К сожалению, мы не знаем, как велика была стадия, споры продолжаются до сих пор. Некоторые отчаянные головы полагают, что Эратосфен ошибся всего на несколько километров. Но скорее на несколько сотен километров, к тому же Сиена лежит не на том же меридиане, что Александрия. Но в конечном счете гораздо важнее, что гениальный мыслитель воспринимал Землю как шар.

Следующим великим географом был Страбон (Страбон из Амазеи, родился в 64/63 году до н. э.). В Александрию он приехал в 25 году. Он оставил нам описание города и гавани, знаменитого Александрийского маяка и строений, воздвигнутых во времена Марка Антония и Клеопатры VI. Страбон – внимательный наблюдатель, и где бы он ни побывал, будь то на границе с Эфиопией, на Красном море, в Сирии, Риме, Коринфе, он всюду отыскивает нечто новое, сравнивает увиденное с известными данными и пишет об этом. Собственных идей у него мало. Более того, трудно удержаться от иронического замечания, что Страбон в отношении познания Земли все время шагал как-то назад, а не вперед. На известных нам картах Древнего Рима делаются попытки изобразить всю Землю (это карты от 100 года до н. э.), но они выглядят жалкими. Возможно, они были задуманы как маршрутные карты, потому что расстояния и поселки указаны в них с достаточной точностью, но горы изображены как цепь маленьких холмов, а моря превратились в узкие полоски воды.

Чем ближе к современности, тем хуже. Эйнгард (770–840 гг. нашей эры), друг и биограф Карла Великого, сообщает, что у императора было целых три карты, а именно: карта «всей земли», поделенной на три континента, городские планы Рима и Константинополя.

Правда, они были выгравированы на золотых и серебряных пластинках, но сам факт, что покоритель стран имел в своем распоряжении ничтожные географические данные, от этого никак не выигрывает.

Стоит ли удивляться, что на карте 1740 года относительно точное географическое положение по широте и долготе было указано всего для 116 мест.

Как обстоит дело на сегодняшний день с нашими знаниями о поверхности Земли?

Когда в 1938 году стало ясно, что в ближайшем будущем разразится война, все военные бросились проверять карты. Результат, к которому пришло военное ведомство США, оказался просто поразительным: даже для самих Соединенных Штатов нет достаточно хороших карт, необходимых, если война развернется на территории страны! Не забудьте, что как раз военным карты очень нужны. Военное значение карт настолько высоко оценивалось испанскими мореплавателями времен Великих географических открытий, что существовало предписание утяжелять карты (а также лоции и шифры) свинцом и при необходимости немедленно выбрасывать за борт, лишь бы они не достались врагу. Это предписание существует и в наши дни для всех кораблей, ведущих военные операции.

И вот когда в 1939 году разразилась война, поиск карт в Америке привел к печальному результату: их было множество, но по большей части они были устаревшими, часто просто не знали, где отыскать нужную карту. Европейские военные державы были в лучшем положении – осталось еще достаточно карт «с прошлого раза». Но и они устарели: на картах не были нанесены новые, благоустроенные шоссе, не говоря уже об автобанах.

В наши дни имеются данные аэрофотосъемок в любом масштабе и любого места. Однако аэрофотосъемка не может заменить карту. Читать снимки, сделанные с воздуха, сложно и нужен навык: с одной стороны, они содержат слишком много совершенно не относящихся к делу деталей, с другой – на них трудно определять разницу в высоте отдельных участков. Да и попробуйте отыскать именно ту карту, которая нужна в данный момент. Старые ньюйоркцы берегут схему подземки как зеницу ока – у кого ее нет, тот обнаружит схему только в вагоне метро, который, увы, едет в противоположном направлении.

Особую и особенно занимательную главу в истории составления географических карт занимают «карты сокровищ». Точек, где якобы погибли в морских сражениях или во время бурь суда, больше, чем всех «золотых и серебряных» каравелл, когда-либо существовавших в истории. И все же подлинных затонувших сокровищ более чем достаточно, чтобы разбудить фантазию и любовь к приключениям.

С давних времен известны, например, рассказы о греческих и римских судах, груз которых представляет в наши дни интерес не только для науки, но и для антикваров. Огромное множество затонувших судов покоится у берегов Атлантики. Сокровища, там погребенные, вполне стоят затрат на их подъем, знать бы только, где искать.

Есть и такое сокровище, о котором слышал каждый. Оно уже полторы тысячи лет дожидается, пока появится исследователь, который разыщет его, как Шлиман Трою. Мы говорим о кладе Нибелунгов. В «Песне о Нибелунгах» указывается, что она записана в монастыре Лорш в нескольких километрах к востоку от города Вормс. Этому указанию вполне можно поверить. Мы точно не знаем, кем был автор «Песни о Нибелунгах», но ему наверняка хорошо была известна эта местность, ведь и замок, в котором вековала вдова Кримгильда, тоже можно увидеть из окон монастыря.

В «Песне о Нибелунгах» довольно точно описано, как и где был закопан клад. Гернот предлагает опустить его в Рейн. А Хаген воспользовался первым же отсутствием королей, чтобы осуществить это намерение. Все участники затем должны дать клятву никому не сообщать, где захоронен клад.

Можно предположить, что клад спрятан в таком месте, откуда его можно было бы поднять: где река (в те времена) была не очень глубокой, где она текла медленно и где на берегу существовала какая-нибудь особая примета. Это значит, что клад, по всей вероятности, можно поклясться костями предков, спрятан в одном из притоков Рейна поблизости от какого-нибудь большого дерева или скалы. Кто хочет, может рассчитать, как можно было доставить «несчетное сокровище» до места, и если бы в нашем распоряжении была карта тех времен, на ней наверняка можно было бы обнаружить три-четыре точки, где стоило бы поискать клад Нибелунгов. К сожалению, теперь трудно установить, где в V веке протекал Рейн. В 1969 году в Майнце была организована рабочая группа по поиску клада Нибелунгов; первым делом она попыталась реконструировать по старым картам прежнее русло Рейна. Насколько нам известно, эти попытки не дали результата. (Пожалуй, умнее было бы реконструировать прежнее русло по геологическому строению местности.)

В поисках различных исторических мест часто бывает необходимо найти русла рек, по которым они текли много веков тому назад. Масса времени и сил была понапрасну затрачена на поиски библейского рая. Описано это место весьма точно: «Из Эдема выходила река для орошения рая; и потом разделялась на четыре реки. Имя одной Фисон: она обтекает всю землю Хавила, ту, где золото; и золото той земли хорошее: там бдоллах и камень оникс. Имя второй реки Тихон, она обтекает всю землю Куш. Имя третьей реки Хиддекель: она протекает пред Ассирией. Четвертая река Евфрат».

Здесь все так точно разложено по полочкам, что верится: система таких рек, по-видимому, действительно существовала в прошлом. Русло Евфрата известно. Затем указано месторождение минералов золота и оникса. Наконец, называют Ассирию и «страну мавров». Так что, похоже, рай должен отыскаться без труда.

Одним из первых отправился на поиски рая ирландский монах Брендан (484–578 гг.). По каким-то соображениям он полагал, что рай нужно искать в Атлантическом океане. После долгих путешествий он вернулся и сообщил об острове необыкновенной красоты и райского изобилия. Никто сейчас толком не знает, где был Брендан, может быть, на Мадейре или на Канарских островах, во всяком случае, ему поверили. Лишь по прошествии 1200 лет, в 1759 году, когда ни одному из мореплавателей так и не удалось отыскать островов Св. Брендана, эти мнимые острова были окончательно стерты с карт.

Последним искателем был, пожалуй, Франц фон Вендрин, бравый патриот, который в 1924 году попытался убедить всех, что рай помещался некогда на границе Померании с Мекленбургом, а центр его следует искать в том месте, где сейчас стоит город Деммин!

В общем, попытки использовать библейские указания о рае скорее внесли сумятицу в географию, чем обогатили ее.

Еще одним местом, на поиски которого было затрачено немало энергии, усердия и фантазии, остается Атлантида. Сказочно богатую Атлантиду помещают то к северу от Британских островов, близ Гельголанда, в Северном море, то к западу от Гибралтара, в Средиземном море, а то и к северу от островов Бимини (группа островов восточнее города Майами во Флориде).

А Венета, знаменитый торговый город в Балтийском море, который, без сомнения, существовал еще около 1100 года? Лежал он справа или слева от впадения Одера? А может быть, на Рюгене? А те многочисленные острова, которые привиделись мореплавателям, например, недалеко от побережья Португалии, и ими изобиловали карты середины XIV века? Были ли они на самом деле? В их существовании древние картографы были уверены, ибо сомнительные, по их мнению, острова и берега они украшали изображениями судов, загадочных животных, расцвечивали их виньетками розы ветров или аллегорических знаков – прелестная манера скрывать свое незнание.

Глава 6
Невидимые границы

Есть острова, которые поднимаются из пучины морей, заселяются людьми, а затем вновь опускаются на дно. Большого интереса они сами по себе не представляют, хотя любопытен уже тот факт, что поверхность Земли находится в движении, поднимается, становится сушей, вытесняя море, а потом вновь уступает место морским волнам. Достаточно подробнее ознакомиться с этими фактами, и мы от удивления – до чего же активно движется Земля! – перейдем к испугу: с каких это пор она, собственно говоря, начала двигаться? Невольно возникает вопрос: долго ли сможет выдерживать земная кора все эти бурные перемещения, не лопнет ли она в конце концов?

1 ноября 1880 года в Берлине родился человек, которому мы обязаны нашими нынешними представлениями о форме земной поверхности. День смерти его неизвестен: Альфред Лотар Вегенер погиб, спеша на помощь друзьям, в вечных льдах Гренландии.

Вегенер оставил о себе память в виде книги «Возникновение континентов и океанов». Книга эта появилась в 1915 году, но представляет интерес и по сей день. Вегенер пишет о строении дна в глубоких морских впадинах, о перемещении континентов, о подвижках по краю континентов, о разрывах морского дна, о смещении положения полюсов Земли; даже занимающая сейчас очень многих проблема конкреций марганца на дне океана и та была уже упомянута им. Вегенеру удалось создать новое представление об изменениях земной поверхности. До сих пор верили в такую модель: горные складки образуются в результате охлаждения горячего внутреннего ядра, подобно тому как на печеном яблоке в результате потери им влаги морщится кожура. Вегенер предложил идею раскалывания огромного праконтинента, дрейфующего на жидкой магме. По профессии Альфред Вегенер был метеорологом, больше всего его интересовали огромные массы полярного воздуха, которые «делают» нашу погоду. В 1906–1908 годах он принял участие в экспедиции по Восточной Гренландии. С 1908 по 1912 год Вегенер преподавал в университете в Марбурге-на-Лане, но его больше манят молчаливые гренландские льды, чем университетская карьера. Летом 1912 года он вновь отправляется в Гренландию, зимует там, а в следующем году даже пересекает ледяную пустыню.

Начинается первая мировая война, Вегенера призывают в армию и в 1919 году отправляют на метеорологическую станцию военно-морских сил на Гросборстель. Однако теперь уже ученый скорее стал геофизиком, чем метеорологом. В 1930 году он становится руководителем «Немецкой гренландской экспедиции». По всей ширине острова закладываются станции, где должны зимовать исследователи. Сам Вегенер остается на станции «Ледовый центр». Именно здесь застигает его призыв с побережья о помощи, и, хотя для похода по льду время уже слишком позднее, Вегенер отправляется 1 ноября 1930 года на санях помочь товарищам. Цели он так и не достиг, труп исследователя был найден позже. Свой 50-летний юбилей Вегенер пережил всего на несколько дней.

Открытие Вегенера каждый может проверить сам, лишь бы под рукой была карта мира. Вегенер рассказывал, с чего он начал: перед ним лежала карта континентов, и он вдруг поразился, насколько точно подходят друг к другу береговые линии справа и слева от Атлантического океана. Между тем гипотеза, что это действительно части целого, представлялась ему слишком невероятной, пока Вегенер не узнал осенью 1911 года о некоторых, новых для себя палеонтологических фактах. Если верить им, то в далекие времена между Африкой и Бразилией должно было существовать нечто вроде «сухопутного моста», по которому звери и растения могли путешествовать в обе стороны. И он не был единственным. Такие соединительные участки явно имели место между Мадагаскаром и Передней Индией, между Австралией и Антарктикой, а также между Мадагаскаром и Австралией. Специалисты обсуждали вопрос о наличии еще нескольких подобных мостов.

Вегенер задал вопрос: можно ли принять гипотезу о существовании сухопутных перешейков между островами и континентами? Можно ли считать острова в Беринговом проливе между Сибирью и Аляской остатками сухопутного моста между Азией и Америкой? Не меньше двадцати крупных ученых, каждый из которых был корифеем в своей области, яростно отстаивали такую вероятность или отвергали ее. В качестве решающего доказательства выдвигали, например, распространение определенных родов и семейств дождевых червей (для которых море, естественно, непреодолимо).

Вегенер не был специалистом во всех этих вопросах, но мысль его опережала идеи знатоков. Его преимуществом было незнание деталей, тех мелких подробностей, которые нередко не позволяют видеть леса за деревьями.

Давным-давно, после того как земной шар охладился и покрылся твердой каменной корой, всю его поверхность на глубину более двух километров затопило первородное море. Потом каменная кора начала разрываться, части ее смещались, возникали складки, в море появились глубоководные и мелководные участки, отдельные территории трансформированной земной коры начали подниматься над уровнем моря. Вегенер долго размышлял на эту тему и пришел к следующему выводу: некогда должны были существовать два массива суши, два сверхконтинента, которые, возможно, уже были покрыты горами:

1) Африка + Южная Америка + Индия + Австралия + Антарктида = Гондвана

2) Европа + Азия + Северная Америка + Гренландия = Лавразия

Затем оба эти суперконтинента разломались и начали дрейфовать по жидкой внутренней части Земли. Разрывы на них превратились в глубокие трещины, отдельные массивы вращались вокруг своей оси, переворачивались, вновь объединялись, вставали на попа и уходили краями в жидкое нутро Земли, расплавлялись там, короче говоря, были похожи на льдины, которые несет по поверхности реки.

А что до сухопутных перешейков, то в них вовсе нет никакой необходимости!

Теория Вегенера нашла блестящее подтверждение не только благодаря совпадению формы континентов, но и геологического состава тех участков суши, которые некогда принадлежали одному целому, их флоры и фауны. Любой читатель может совместить отдельные континенты, вырезав кусочки из карты. Только не промахнитесь с Передней Индией. Этот субконтинент когда-то был соединен с северо-восточной частью Австралии, оторвался от нее и с большой скоростью, под парами дымящихся вулканов направился на север, где столкнулся с Азией, сдвинув сушу до высоты Гималаев.

В какие же времена все это происходило? Нашей Земле примерно 4700 миллионов лет. Жизнь зародилась на ней примерно 3700 миллионов лет тому назад. А раскол континентов имел место всего лишь 300 миллионов лет назад!

Попробуем представить себе эти интервалы времени. Возьмем масштаб, где миллион лет равен одной минуте, и представим себе, что Земля появилась в понедельник в 0 часов 00 минут. В таком случае первые живые существа появились в 16.30 в понедельник, затем проходят понедельник, вторник, среда, а поутру в четверг, в пол-седьмого, свершается нечто невероятное: оба огромных массива суши, на которых мирно обитали растения и животные, вдруг трогаются с места и начинают на глазах раскалываться! Возникают все новые трещины, откалываются все новые куски. Они начинают расплываться, и море все больше разделяет их.

Можно спросить: не указывают ли процессы, происходящие на поверхности, на какие-то процессы внутри Земли? Неизвестно, что представляет собой ядро Земли, значит, нельзя сказать, что там происходит. Нельзя даже ответить на вопрос, что послужило причиной раскалывания континентов. Теорий сколько угодно, но не подкрепленные соответствующими данными, они стоят немного.

А между тем мы ежедневно испытываем на себе последствия расплывания континентов. Расстояние между материками постоянно увеличивается, в данном случае неважно, на сколько сантиметров; то тут, то там появляются глубокие, до самых нижних слоев, трещины. Из них начинает выступать жидкая магма, она расширяет своим напором разлом, доходит до поверхности, и мы становимся свидетелями вулканической деятельности, наблюдаем выбросы горячих источников, столбиков пара, вулканического пепла, разливы раскаленной красной лавы.

Не менее энергично раскалывается морское дно. Вокруг дрейфующих материков расходится сетка подводных трещин и разломов, на морском дне нередко удается зарегистрировать температуру, свидетельствующую о подводной вулканической деятельности.

Зона разломов вторгается между Европой и Африкой с востока и в континент Северной и Южной Америк с запада; это великая впадина, заполненная Атлантическим океаном. Здесь с большой мощью дают о себе знать внутренние процессы Земли, они приподнимают в середине дно океана, выгибая его в купол так, что каменные глыбы раскалываются и по краю их возникают глубокие обрывы. На дне таких впадин отмечается повышенная температура, свидетельствующая о поступлении тепла изнутри земли. Анализы убедительно показали: наиболее молодой, то есть наименее изъеденный морской водой, камень находится в центре Атлантики, непосредственно во впадине или по ее краям. Чем дальше к востоку или западу, тем старее становятся породы, тем дольше терзали их соленые воды, значит, морское дно между континентами – это «новое» земное дно! Там, где бурлящие массы породы вынесены на поверхность моря, поднимаются острова: Азоры, острова группы Св. Павла, остров Вознесения, а дальше к югу Тристан-да-Кунья. То, что мы называем «островами», на самом деле верхушки огромного горного массива, самого высокого на Земле!

Лава выливается из морского дна, застывает там и все дальше расталкивает континенты. Вулканическая деятельность на поверхности суши – детская игра по сравнению с вулканическими процессами, которые разыгрываются под спокойной океанической поверхностью. Обращает на себя внимание и еще один факт: возраст самых старых пород в Атлантическом океане едва достигает 150 миллионов лет, это значит, что тогда четыре огромных материка – Европа, Африка, Северная и Южная Америки составляли один континент и не были тревожимы вулканическими стихиями, по крайней мере в таком размахе, который они приобрели в наши дни.

В принятом нами масштабе земной истории эти 150 миллионов лет равны двум с половиной часам – совсем мало, а разлом, отделивший Африку от Азии и образовавший Красное море, расширение которого грозит превратить Африку в остров, произошел всего две минуты назад!

В 1966 году геологи обнаружили поразительный факт: Красное море на дне значительно горячее, чем на поверхности! Температура в глубоких впадинах на морском дне вообще невероятная: 56,5°! Возможно ли это? Вода, имеющая подобную температуру, должна подниматься на поверхность. Дальнейшие проверки обнаруживают еще более удивительный феномен: там, внизу, находится, собственно, не морская вода, это не то Красное море, по которому плавают суда. По дну моря разлит плотный раствор соли! Мало того, в нем растворены металлы, представляющие огромный интерес для экономики и промышленности.

Исследования 1968 года показали, что в десятиметровом слое соляного раствора есть цинк, свинец, серебро и золото на сумму 2,4 миллиарда долларов, стоимость менее ценных металлов в расчет вообще не принималась!

Компании, занимающиеся разработкой горных пород, вступают в яростную схватку за концессии, а ученые готовят для них новый сюрприз: в том месте, где в 1966 году была зарегистрирована температура 56,5°, она составляет теперь 59,2°! В это трудно поверить, но это факт: где-то в глубине Красного моря в него изливается вода с температурой 104°, на поверхности Земли она немедленно обратилась бы в пар. Именно она растворяет в недоступных нам недрах металлические соли и выливает их на дно моря в виде горячей тяжелой каши.

А что произойдет, если температура будет повышаться и дальше? Если раздел Африки и Азии в этом месте ускорится, мы станем свидетелями великолепного геологического зрелища: перед нами откроется кипящее море, скорее гигантская двухкилометровая впадина, из которой начнут вырываться вулканические шлаки, горячие газы и, наконец, потоки лавы; все это будет сопровождаться неистовыми землетрясениями, разрывом Красного моря вдоль Суэцкого канала, образованием впадины в направлении Мертвого моря и, наконец, появлением новой зарубки на земной поверхности, которая пройдет на юг, к Африке. Очень может быть, что подобный геологический спектакль не только сделает доступными новые месторождения в виде соляных отложений, но и вскроет неизвестные нефтеносные поля. Нефть разольется вдруг по поверхности моря, и это, увы, принесет непоправимые бедствия не только судоходству, но растительному и животному миру Красного моря.

Что это, фантазия? Ни в коем случае, ведь и Аденский залив представляет собой огромный разлом между Аравийским полуостровом и Сомали, берущий начало в Джибути. Не менее бурные процессы происходят и на другом конце Красного моря, где с древних времен отмечалась активная вулканическая деятельность. Весь Африканский континент, вращаясь, уходит от Азии, смещается ближе к Европе.

Красное море, без сомнения, самый живой пример идеи Вегенера о смещении континентов. Но не забудем, что эти процессы затронут и Европу. В свое время образовалось Средиземное море, появился Бискайский залив, Англия не только «отъехала» от Франции, но и развернулась вдобавок на 30 градусов по часовой стрелке (а Европа повернулась относительно Северной Америки на целых 50 градусов). А теперь мы из мозаичных кусочков можем сложить Европу (для этого непременно нужно иметь перед глазами глобус, а не обычную плоскую карту).

Поэтому отогнем Испанию к северу, а нынешний Лондон отнесем на то место, где ему следовало быть, – около Орлеана. Италию, Сардинию и Корсику нам придется немного сжать в складки и переместить к западу, на юг от Франции. (Область Корсики и Сардинии 6 миллионов лет назад сдвинулась против часовой стрелки, но с той поры, похоже, движение прекратилось.)

У кого есть время, тот может поставить перед собой более сложные задачи и постараться представить себе, как можно сложить арктические острова с Гренландией, ведь все они выглядят так, будто оказались разметены в северо-западном направлении в результате попадания гигантского метеорита (кратером которого был бы в таком случае Гудзонов залив).

Наука имеет пока недостаточно сведений об этих ледяных просторах, поэтому каждый может предложить собственную теорию. Что касается Гренландии, то она была, по-видимому, некогда частью суперконтинента Лавразии, «отломившись» 60–70 миллионов лет назад от Северной Америки. Какой простор здесь открывается для теории, показывает хотя бы тот факт, что еще в 1967 году господствовало следующее мнение: после отделения Америки от Европы оба континента, возможно, снова приблизились, а то и столкнулись, затем в течение некоторого времени оставались «склеенными», потом вновь разошлись, оставив у себя на память куски другого материка.

Когда приезжаешь на Канарские острова, задаешь себе вопрос, по чьей земле ты, собственно, ступаешь: по африканской, по южноамериканской или по какой-либо иной. Возможно, острова возникли в результате вулканической деятельности и выброшены из недр океана, но не исключено также, что это кусочки, «отломившиеся» от континента Южной Америки, когда тот распростился с Африкой и отплыл на запад. В таком случае эти райские острова следует рассматривать как островную группу Южной Америки. А вдруг Канарские острова – верхушки затонувшего горного хребта африканского Атласа, тогда их следует отнести к Африке! Доказательствами «за» и «против» обеих теорий можно заполнить до краев окаменевшие остатки скорлупы от страусовых яиц, найденных на острове. Страусы не могли переплыть море и поселиться на вновь возникших островах, которые отстоят от Африки больше чем на сто километров! Вероятнее, что эти животные были свидетелями разделения земных массивов.

В последнее время наиболее дотошные геологи пытаются доказать, что восточные Канары относятся к Африканскому (а может быть, к Южноамериканскому) континенту, а вот западные – эти уж вулканического происхождения.

Мы не знаем, с какой скоростью путешествовали материки в разные стороны. Скорее всего скорость эта бывала различной. Наибольшим скороходом представляется Передняя Индия, когда она отделилась от Австралии и столкнулась затем с Азией. В настоящее время скорость дрейфа Южной Америки составляет около одного сантиметра в год, если считать вдоль экватора. Есть и зоны большего движения: так, например, Красное море прибавляет в ширину по два сантиметра каждый год, а берега Тихого океана расходятся ежегодно на расстояние до шести сантиметров.

И вот что важно отметить: подлинные границы на нашей Земле не реки и не высокие горы, даже не морские берега – Земля разграничена глубокими разрывами и разломами между дрейфующими блоками континентов. Граница между Европой и Америкой, например, лежит на невидимой для нас атлантической глубине в середине океана (эту границу можно увидеть только на маленькой Исландии, острове, который в геологическом отношении частью принадлежит к Америке, а частью к Европе).

Сейчас появляются все новые теории о причинах подобных трансформаций. Существует версия, согласно которой Земля подверглась бомбардировке огромными метеоритами. Они изрыли ее кратерами, как лунную поверхность. Считают, что могло измениться направление земной оси, в результате чего изменился климат, возникли гигантские массы льда, приведшие к обледенению Сахары, да и всей Северной Африки. Невероятно большие массы льда возникли на Южном полюсе, они нарушили равновесие Земли и вызвали разломы и расхождение континентов.

Другая теория считает, что сам климат изменился вследствие перемен в судьбе континентов, такая точка зрения как будто бы подкрепляется изучением Австралии, которая, по некоторым данным, дважды проплывала над Южным полюсом.

Споры порой ведутся с большим ожесточением. Вот один пример такого спора, разгоревшегося весной 1973 года. Хотя по поводу пресловутой «загадки пирамид» уже много чего говорилось, но в данном случае речь вновь зашла о великой пирамиде Гизе. Точно установлено, что 4500 лет тому назад строители проложили ее стены строго в направлении с севера на юг и с запада на восток. С тех пор пирамида недвижно высится в пустыне. Недвижно ли? При точной проверке оказалось, что направление несколько нарушено. Что это, ошибка строителей? Вряд ли, говорят некоторые геофизики, скорее дело в том, что вся Африка немного повернулась. А по какой причине? Конечно, тут могло сыграть роль и перемещение континентов, но тогда пирамида должна была бы развернуться в противоположном направлении. А может быть, причиной послужило землетрясение, случившееся в 908 году до н. э.? Или же лед в Гренландии и Антарктике растопился, и это повлияло на положение Африки и пирамид? Кто может дать ответ?