Текст книги "Ловушка для холостяка (СИ)"

Автор книги: Евгения Светлакова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 11 страниц)

Глава 17

Саша

Я аккуратно открыла дверь, стараясь не поднимать лишнего шума. Заявиться домой в шесть утра – не самый умный поступок, о чем мне не раз намекнул Егор, предлагая поехать к нему и выспаться. Вот только я к такому была совсем не готова.

И дело не в том, чем это могло бы кончиться. Логично и, наверное, правильно, если отбросить некоторые моральные соображения и нормы приличия. Но одно дело всю ночь болтать и играть в стрелялки, бильярд, даже настольный теннис... Своеобразный способ отметить неделю знакомства, проведя ночь в месте знакомства, но вот остаться наедине...

Я не ханжа, но сегодня – нет. Я девочка, мне положено сомневаться. Да и к тому же, честь и все такое. Оправдаемся этим. Да, самое подходящее оправдание.

В полумраке прихожей меня встретило недовольное рычание Дака. Я, кажется, его разбудила.

Так, интересно, если пес у нас с дедом, значит, Гастелло или опять свалил или ночевал у нас. Ботинки и куртка подтвердили последнее. Что ж, это не редкость, он не особо любит оставаться один в квартире.

– Доброе утро, – я потрепала пса по голове.

Тот зевнул и ткнулся головой в ноги. Еще и тявкнул, приветствуя.

– Тише, разбудишь всех.

– Ты и без него справишься с этой задачей, – голос деда заставил замереть и почувствовать себя виноватой.

Сейчас отчитывать начнет. Где была, с кем – это, конечно, ему важно, но после окончания университета подобных вопросов он старался не задавать. Хотя волнуется, это точно, но, не считая сегодняшнего дня, я старалась не злоупотреблять. Ночевки у Руслана и то были заранее оговорены и согласованы. А тут я просто загулялась.

– Доброе утро, – я выпрямилась и улыбнулась.

– Доброе, доброе, – проворчал дедушка, проходя мимо меня в кухню. – Хорошо погуляла?

На меня явно злились. И оставалось понять: за то, что ушла с Егором, или еще какой косяк за мной числится.

– Хорошо.

Я пошла следом, наблюдая, как дед ставит чайник и готовит все для своих фирменных воскресных блинов. Вот так всегда – захочешь похудеть, а воскресение испортит все планы, ибо еще не понедельник и можно все. Но это еще полбеды, самая проблема, что воскресенье неизбежно повторяется, как и понедельник, замкнутый круг. Наверное, поэтому диеты меня никогда не интересовали – не в этом доме. А вот спортзал, не просто с понедельника, заикнись и в этот же день все будет исполнено.

Пока я усиленно старалась не смотреть в глаза человеку, взявшему на себя опеку надо мной вместо вечно разъезжающих по всему миру родителей, на глаза мне попалась бутылка из-под водки.

Это что еще за новости? Картошка жареная – это одно, всякие вредности и жирности, которые деду нельзя тоже, но водка? Что тут вчера произошло?

– Не хмурься.

– Вы пили?

– В основном Мишка, – вздохнул Александр Александрович.

– Чего это он? – нахмурилась я еще больше.

Какого фига Гастелло напивался до потери сознания? Опять Витка?

– Все тоже все так же, – устало вздохнул дед. – Так, все. Или помогай, или иди спать. Вон, засыпаешь на ходу.

– Да ничего я не засыпаю, – хотела отвертеться, но вместо этого зевнула.

– Конечно-конечно, – проворчал дед. – Марш спать, и не разбуди страдальца. Бегом, а то влеплю наряд на кухне на месяц вперед, будешь знать.

– Как что, так сразу наряд, – пробурчала я, поднимаясь с места.

– Разговорчики.

– Все-все, уже иду спать, – я обняла своего старого вояку и поцеловала в щеку. – Ты у меня самый лучший дедушка.

– Не подмазывайся, я еще злюсь по поводу твоего раннего возвращения, а этому денди передай, что девушек стоит возвращать домой до десяти вечера, а не утра, – мягко сказал дед.

Хоть и говорит, что злиться, а на деле просто волновался.

– Быстро спать! – снова скомандовал военачальник нашей квартиры.

Я поспешила выполнить приказ, помедлив лишь, чтобы завернуть в ванну и привести себя в порядок, забираясь в домашнее. Перед дверью своей комнаты притормозила и аккуратно, чтоб не разбудить, приоткрыла дверь.

Как я и думала, Гастелло спал на моем диване, скинув одеяло на пол, и теперь мерз. Вот Костя так же делает, нашел какую привычку взять у отца. Нет бы что полезное!

Проскользнув в комнату, притворила за собой дверь, чтобы шум и свет не разбудили Мишку.

– Эх, а мне где спать предлагаешь? – спросила, совсем не ожидая ответа и возвращая одеяло на место.

– Суворова? – сонно пробормотал Гастелло, явно пытаясь меня разглядеть в сумерках.

– Спи, горемыка, рано еще, – улыбнулась, опускаясь рядом на диван больше с целью пресечь попытку мужчины подскочить, чтоб уступить мне место.

– Ты только вернулась?

О, мне даже не надо было видеть его лицо, чтоб понять, что он хмурится.

– Да. Заболтались, а еще мы, можно сказать, были в тире...

– Вы же в театр собирались?

– Ну, так вышло, – не особо уверенно ответила я.

– Суворова, твое так вышло, – Гастелло все же попытался встать, но я удачно остановила его.

– Спи. А, вообще, двигайся, я тоже спать хочу.

Бесцеремонно сдвинула с места наглого узурпатора моего дивана и устроилась рядом, забравшись под свое же одеяло. После тяжелого вздоха меня обняли, притянув поближе, отчего стразу стало спокойно. Хотя чувство о вины перед Егором промелькнуло. Но это же просто сон.

* * *

Михаил

Проснулся от того, что стало холодно. Это первое чувство, осознано пришедшее в голову. А второе, эта самая голова было не рада любым мыслям. Казалось, от каждой новой она просто взорвется. Давно мне не было так паршиво. И чтоб я еще раз пил? Нет, ни за что! Никакие душевные муки не стоят того, чтобы утром ощущать себя вот так.

Открывать глаза не хотелось, но судьбу потерянного одеяла знать хотелось, и после нескольких минут терзаний я все же открыл один глаз. Правда его тут же пришлось закрыть, щурясь от яркого солнца, приветливо светившего прямо в окно и бликовапо на всех поверхностях.

Вторая попытка была более удачной. Осмотрев место своего ночлега, обнаружил рядом сопящий кокон из одеяла. И как я не догадался, что похититель может быть только один? Особенно, если учесть, где я уснул.

Воспоминания быстро сложились в единую картинку. И, честно, я был собой недоволен.

Поплакался? Молодец, а теперь встал и живешь дальше!

Скомандовав так самому себе, я с усилием поднялся с места, стараясь не разбудить Сашку. Хотя ее и пушкой не разбудишь чаще всего.

Поискал глазами телефон, точно помнил, как положил рядом. Но проклятого аппарата нигде не было. Странно. Может, на кухне забыл?

Выскользнув из комнаты с изяществом бегемота на катке, встретил тишину.

Дак обиженно посмотрел на меня, даже не поднимая головы. Пес спал у дверей, значит, Сан Саныча в квартире не было. Традиционная поездка к другу на дачу? Да нет, иначе бы собака поехала с ним. Традиции нарушать нельзя. Но, если четвероногий бандит дома, значит, сегодня по плану другой друг.

– Не смотри на меня так. Я не виноват, что у него по графику сегодня не Борис Федорович, а Артем Михайлович. Приедет Сан Саныч, претензии предъявляй ему, а не мне, – сообщил собаке и направился на кухню, где телефона также не нашлось, зато были блины и записка, подтверждающая мою догадку.

– Надо меньше пить, – подвел я итог, ставя чайник и роясь в шкафу в поисках кофе.

Хоть растворимого, хоть молотого, но без этого напитка я сейчас явно бесполезен. Вон, даже телефон найти не могу. А если Витка звонила, а Ксюха с Костей? Время уже к десяти. Я же проспал все, что мог!

Пока грелся чайник, я вернулся в комнату. Ведь если нет на кухне, значит, даже с пьяной головой я приволок его с собой. На тумбочке не было, под моей подушкой тоже, хотя засыпал я без Суворовой, может, под ее подушкой?

Аккуратно присел на корточки и затолкал руку под подушку, стараясь не разбудить кокон по имени Саша. Но и тут меня ждало разочарование, телефона не было и здесь. Да что это за напасть?!

– Гастелло, если ты играешь в зубную фею, то учти, я могу принять и кредиткой, – пробормотала куколка, как видно готовая выпустить из себя бабочку, а может, и все ту же гусеницу, кто разберет нынче этих красавиц.

– Обойдешься, мой телефон не находила? – испортил я весь момент.

Но телефон был мне сейчас важнее.

– А если находила, что мне за это будет? – хитро поинтересовалась Сашка, выглядывая из своего домика.

Ну, и сомневаться не стоило, что он у нее. Телефоны так просто не пропадают. В этом доме их скорее берут в заложники.

– Я накормлю тебя завтраком.

– Не пойдет, дед блины сделал, не присваивай его заслуги.

– Суворова, мне сейчас не до игр.

– А я серьезно.

– Саша!

Опять детский сад. Вот на что спорим, сработал будильник, и она его перехватила. Выключила прежде, чем моя больная голова успела сообразить, что ее пытаются поднять. А вот теперь моей голове необходимо придумать, как совладать с этой заразой и ведь про деньги Суворова может на полном серьезе.

В детстве Сашка не раз возвращала мне потерянные вещи за денежное вознаграждение. И менять свои привычки не собирается точно. Подстава!

– Не знаю такой валюты, – подтвердило мои догадки одеяло.

Чтоб этому всему! Так, надо действовать хитростью Не хочется признавать, но денег у меня нынче – кот наплакал. Встреча с Виткой опять не прошла бесследно. Не то, что она попросила без возврата, но от этого сейчас не легче. Не лезть же в неприкосновенный запас.

– Саш, я серьезно, отдай, я тебя на хоккей свожу на неделе.

– Егор уже успел купить, на все матчи на следующей неделе, – «обрадовала» меня Суворова.

– Какой молодец, – сквозь зубы проговорил я.

Опять поймал себя на собственнической мысли, что Сашка – моя. И что за напасть? Вот правда, что мне теперь ее под замок садить, и пусть нянчится с моими детьми? Да уж, эгоизм так и блещет.

– А в тир он там тебя еще не приглашал? Может, у меня есть еще шанс хоть этим вернуть телефон?

– Пригласил, хотя мы там уже были.

И снова мимо. Даже не знаю теперь, что же тогда этот умник не успел предложить и куда пригласить Суворову. Вот что мне делать с такой настойчивостью? Или у меня паранойя, или моя выходка не прошла бесследно. Ей просто сокращают возможность общения со мной. Прекрасно! Просто прекрасно!

Хоть предложение еще не сделал, чтоб наверняка.

Я усмехнулся такой мысли, с грустью осознавая, что, вероятнее, это заслуга Саша ему еще не особо-то доверяет. Но, думаю, это ненадолго. С тиром-то особенно.

Пока мы препирались, Дак заглянул в комнату и, обнаружив все еще спящую Сашку, радостно завилял хвостом. И как я забыл про этот трюк?

– Дак, будить, – скомандовал я, уже предвкушая представление.

Глава 18

Саша

Просыпаться от страстных поцелуев любимого мужчины, наверное, приятно. И то у меня есть некоторые сомнения на тот счет. Просыпаться от того, что тебя целует пес – нет. Точно вам говорю.

Я с трудом отодвинула от себя Дака, явно решившего помочь мне умыться. Вот же добрейшая душа.

– Дак, хватит, я тоже тебя люблю, – меня опять лизнули в нос. – Фу, Дак!

– Вставай, спящая красавица. Других принцев сегодня нет, только Дак. И телефон мне отдай, – весело проинформировал голос Гастелло.

Ах, вот так, значит? Сам телефон вернуть не может, группу поддержки позвал? Вот зараза!

– И не стыдно? – села я, протирая глаза, и с укоризной посмотрела на мужчину.

Еще минут десять назад спал на моем диване, а теперь вот так нагло меня поднимает! Ненавижу этот трюк с Даком. Противно же, хоть я и люблю этого хвостатого.

– Мне за что? – хохотнул Мишка и поморщился.

О, как прекрасно, у кого-то похмелье!

– Все, вставай, пошли завтракать, – закончил мысль сосед.

– А без меня?

Я взглянула на часы и ужаснулась. Он серьезно решил меня поднять сейчас? Да я только в шесть легла, а меня в десять будят! Ни стыда, ни совести!

– Нет, подъем. Дак, ко мне, – пес тут же отстал от меня и поспешил к хозяину.

– У тебя десять минут, отсчет пошел. И мой телефон не забудь вернуть.

С этими словами дверь захлопнули. И что он заладил про свой чертов телефон?

– Будто я его брала, – пробормотала я закрытой двери, но делать нечего, придется вставать и искать его телефон.

Когда, я, наконец, добралась до кухни, там неожиданно царил хаос. Да, явно кому-то пить не на пользу.

Дед пек блинчики всегда по воскресеньям, следовательно, задача с завтраком от Гастелло стояла самая простая: сделать кофе. Что мне, что ему оно сейчас было просто необходимо. Дальше полагалось извлечь из холодильника все подходящее для завтрака. Легкая задачка, но как бы ни так!

Мишка стоял перед явно убежавшим кофе, а я-то думала только молоко убегает, а вот нет еще и кофе в "правильных" руках. Из холодильника нужное было извлечено, но ничего ни порезано, ни открыто, просто навалено кучкой. Чудеса сервировки.

– Ну, не женщина, а солдат, где такое видано?! – усмехнулся Мишка, демонстративно посмотрев на часы.

Он старался улыбаться, но я очень хорошо его знала, чтоб не понять, друг растерян. Но вот «солдата» я ему не спущу.

– Сам сказал десять минут! – известила я, принимаясь разгребать съестные запасы.

– А кто меня слушаться просил, мы же не на пожаре, – отмахнулся сосед, возвращаясь к своему сбежавшему кофе.

– Деду расскажу, что ты меня обижаешь!

Жаловаться деду любимая забава с детства. Ну и что, что мне уже не десять?

Все равно я маленькая перед этим лбом. Да, не образец взрослого поведения, но весело же.

– А я думал, своему Егору, – издал очередной смешок Мишка.

– А могу и Егору!

Вспомнилась вчерашняя сцена и тут же пришло осознание, что меня раскусили с моим глупым планом мести за Алену. Щеки запылали от стыда.

– Жалуйся, где мой телефон?

– Даже не видела.

Ну вот, вернулись к телефону, и с чего он взял, что я знаю?

– Не пробовал смотреть там, где оставил?

– Пробовал, а нашел тебя. Но не думаю, что ты его съела. Или съела?

– Не трогала я твой телефон.

Вот что он заладил, нужен мне его телефон, что мне с ним делать?

– Куда он тогда делся? – не унимался Гастелло, предпринимая вторую попытку варки кофе.

– А я знаю? Я домой пришла только утром, – обиделась я, отрезая колбасы и подумывая оставить кое-кого без бутербродов.

– Кстати, а чего это ты так рано пришла?

По его интонации я не поняла, это сарказм или нет? И как вот мне на это отвечать? Я же ему все уже рассказывала, или забыл на пьяную голову?

Мою заминку никак не прокомментировали, зато, наконец, поставили передо мной чашку с кофе и быстро покидали все лишнее в холодильник, достав молока.

– Саш, садись, чего стоишь, в ногах правды нет. Завтрак готов.

– С какой попытки? – буркнула я, и уселось на свое место.

– Разговорчики, – цыкнул Гастелло, прихлебывая кофе.

Какое-то время мы ели молча.

– Саш, отдай телефон, – опять заладил Гастелло.

Ну, правда, как сломанная пластинка!

– Не брала, но найду за определенную плату, – улыбнулась как можно милее в ответ.

– Сам уж найду, спасибо.

Вот так всегда, предлагаешь помощь, а от нее отказываются. Эх.

– Ну и ищи, – пожала плечами и потянулась за новым блином.

– Ты так и не ответила, почему это поход в театр закончился в шесть утра.

Похоже, Гастелло не помнит, что не театр. В следующий раз в долг буду просить и суммы побольше. Все равно у него память ни к черту.

– А, ну, мы не пошли в театр.

Мишка нахмурился. Ну и что он себе там, интересно, придумал? И не стыдно?

– Мы проиграли в Маза Парке всю ночь.

– Вот как? А на часы посмотреть? – о, у кого-то включился режим папочки. – Введу комендантский час, и будете знать!

– Да кто тебя слушать будет? – пожала плечами в ответ, делая новый глоток кофе.

– Суворова!

– Гастелло!

Ох уж, эти старые добрые препирания. И сколько бы они еще продолжились, если бы нам не помешал звонок телефона. Мы вместе подняли головы.

На полке, подключенный к розетке, лежал телефон Гастелло и стикер с запиской от деда: "Найден забытым в ванной, некормленый".

– Говоришь, где оставил, нашел меня? – удивленно переспросила я.

– Ну ой, – развел руками Мишка, вызывая смех.

* * *

Михаил

– А ты уверена, что Сан Саныч хотел, чтоб мы разобрали балкон?

Я отряхнулся от покрывшей меня с ног до головы пыли и пнул только что вытащенную коробку со старыми вещами. Я даже нашел коробку с моими тетрадями с младшей школы. Не думал, что это еще хранится.

– Если будет разбирать он, этот хлам так и останется на месте. Вытащит и поставит на место.

Сашка была не приклонена.

– А то ты не знаешь его, – закончила она.

– А вот летом мы не могли этим заняться? Тепло и все такое?

Я, конечно, мог понять Суворову. Война за разбор коробок идет далеко не первый год. Но то у меня руки не доходят, то у нее времени нет, то Сан Саныч дома. А хлама и правда скопилось много.

Но желание сделать это именно сегодня меня изрядно напрягало. Максимум, к чему подходило мое самочувствие, так это лежать и не двигаться, щелкать каналами в поисках футбола или вовсе включить какой-нибудь сериал и смотреть до победного. А вместо заслуженного отдыха меня заставили работать в поте лица.

– Не могли. Во-первых, дед со своим «а может пригодиться». Куклы, машинки, книги, которые никто не читает и одежда, которую уже никто не наденет. А во– вторых, я уже не говорю про память для потомков в виде моих первых двоек за чистописание.

– Там не двойка, – тут же возразил я. – Вам оценки не ставили.

– Там просто «очень плохо», – кивком подтвердила Суворова.

– Ну, не нравились твоей Тамаре... Как-то там... твои рисунки смирись уже.

– Она убила во мне художника! – возмутилась Сашка, заставив меня коротко посмеяться.

Вспомнил те безобразия, что она учинила в тетрадке для прописей. Зайчики, котики и что-то там еще. Пришлось новую покупать, иначе было уже никак. Но это я и сам сохраню для потомков. С примером как делать не надо.

– Да ладно, его убила твоя лень, – махнул я рукой. – Ну, решай, что из этого выкидываем, а что оставляем. Я хочу быстрее со всем этим покончить. И ты учти, нам и так влетит за то, что мы сделали это, не посовестившись с ним.

– Хорошо, выкидываем это, – Суворова указала на коробку с ее старыми вещами, – это, – коробка с книгами, не представляющими никакой литературной ценности и годными только для растопки печи. – И вот это, – еще одна коробка со старой обувью, на моей памяти ее не носили уже более десяти лет.

– Это все? – с сомнением поинтересовался, а то мало ли.

– Больше – заметит, а потом еще выкинем.

– А это он, думаешь, не заметит? – усмехнулся я.

Идея выкидывать частями еще более глупая, чем вообще мысль лезть на балкон без разрешения Сан Саныча.

– Если и заметит, скажу, что все это ты. О, вот эту сумку еще прихвати, все равно эти тряпки уже бесполезны.

– Не наглей, Суворова, разбор – твоя идея.

– Но ты не сопротивлялся, – ответила нахалка, что, к слову сказать, сидела на кресле и совсем не принимала участия в процедуре чистки.

– У меня похмелье, и мне...

– То, что ты перепил, ты виноват сам, – пожала плечами подруга. – Не я виновата, что ты все так же страдаешь по Витке.

– Я не страдаю...

– Ладно, переживаешь о том, что у нее этот Рома, – упрямо заявила Сашка, закатив глаза к потолку.

– Нет, – я невольно повысил голос, и тут же устыдился. – Прости.

– Ладно, закидывай то, что оставляем, обратно и иди, приводи себя в порядок, мы еще пойдем гулять, – смилостивилась Суворова, вставая со своего трона.

– А помочь?

– Я чай сделаю, – улыбнулась зараза, убегая из комнаты.

Вот же малявка!

Еще минут двадцать потребовалась, чтобы водрузить коробки на место и навести хоть какое-то подобие порядка. Итогом Сашкиной затеи оказались перепачканные джинсы и свитер. Их придется закинуть в стирку, да я и сам туда же – то есть в душ.

Но дома меня ждало очередное разочарование.

Засорившаяся ванна, которую я еще вчера должен был почистить, пока детей нет. Но вместо этого я предпочел пить, чтоб забыть о том, что меня бросили.

– Вот же, и тут аукнулось, – протянул с разочарованием, глядя на стоячую в ванне воду.

А потом на пса, с любопытством заглянувшего в ванну на мой разочарованный голос.

– Придется мыться у соседей, – сообщил я Даку и, захватив чистое и полотенце, вернулся в квартиру к Суворовым.

– Я занимаю вашу ванну, – сказал выглянувшей из кухни Сашке.

И, не дожидаясь ответа, спрятался за дверью, мечтая смыть с себя всю эту пыль, в которой я оказался из-за Суворовой.

– Ты там не утонул? – через полчаса дипломатично постучали мне в дверь.

– Нет, – я влез в джинсы и застегнул ремень, после чего вышел из ванны.

– Ну ты там и баню устроил! – фыркнула Сашка, заглядывая мне за спину.

– Тебе жалко, что ли? – я накинул полотенце на голову, радуясь, что, наконец, избавился от пыли.

Впрочем, как и от похмелья. Так и знал, что надо было сразу идти в душ, а не слушать лекции о пользе физического труда для избавления организма от вредных токсинов.

– Чай, блин, уже замерз, пока ты марафет наводишь. Мне его еще раз греть? – недовольно пробурчала хозяйка, следуя за мной по пятам.

– Ну и согрей. Не костер же разводить, – я осмотрел себя в большое зеркало в ее комнате, радуясь приобретенному живому виду.

– Ну, знаешь... – звонок в дверь перебил ее на полуслове.

Суворова замолчала и, тихо подбежав к двери, взглянула в глазок. Потом с ужасом попятилась обратно в комнату.

– Это Егор, – практически перейдя на писк, сообщила Суворова, глядя на меня так, будто я что-то страшное.

– Прекрасно, иди и открывай своему ухажеру, – пожал плечами я, пытаясь высушить волосы полотенцем.

Говорил же, серьезно настроен парень. Не то, что он мне нравится, да и уважение мое пока не заслужил. Но, кажется, Сашке, наконец, повезло с парнем. И кто я такой, чтоб ей мешать?

– В шкаф, быстро! – у меня выхватили полотенце, и указали на гардероб, у которого я стоял.

От подобной ее реакции я опешил.

– Ты сбрендила?! Я тебе что, любовник?

– Нет, но Егор этого не знает. Быстро! – мне распахнули дверцу шкафа, и сделали приглашающий жест.

Она это серьезно?

– Не полезу, – машинально ответил, глядя на предлагаемое убежище.

Ну анекдот же!

За свою рассеянность я тут же поплатился. Сашка меня буквально втолкнула туда силой и кинула сверху полотенце. Быстро закрыла дверцы, еще и чем-то их подпирая. Оставляя меня в полной темноте.

– Да чтоб тебя Суворова!

– Сиди тихо.

– Я это тебе припомню, Суворова! – рыкнул, понимая, что уже никак не выпутаюсь из этой ситуации, оставалось только сидеть смирно.