Текст книги "Бывшие в прошлом (СИ)"

Автор книги: Евгения Грозд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 23 страниц)

Бывшие в прошлом – Евгения Грозд

Пролог

– Мама! – испуганный вопль сына вселил в выбившееся от ужаса тело недюжинную силу.

Вцепилась в его крохотное тельце мертвой хваткой, не думая, что причиняю пятилетнему малышу боль. Нет! Это не я! Не я! Это всё его отец! Мразь, которую когда-то так без ума полюбила!

– Пусти его! Пусти! Отдай, сволочь! – укусила крепкую мужскую руку, ощутив привкус металла на губах.

– Ах ты, сука! – злобный рык, и удар по лицу.

Потеряла равновесие. Ноги отказали в содействие, и я жестко рухнула на каменистую поверхность мелкой щебёнки.

– Мама! Мама! – в ушах голос сына, а я не могу найти себя в пространстве. Тошнота путала сознание, а пульсация в голове смешивала картинку бытия с темнотой. Кровь закропила на ресницы и щёки, а туман перед глазами принимал лишь понимание моего провала.

– Поехали! – слышала мужское повеление водителю и громкий хлопок дверцы.

– Костя… – молвила одними губами, понимая, что проиграла этот бой, оставшись лежать ничком на дорожке, усыпанной декорированным гравием.

Он забрал его! Забрал так грубо и жестоко, не вспомнив, как нежно и трепетно любил когда-то его мать. Решил, что только так правильно. Уверен в своём превосходстве. А главное, ненавидит меня сейчас настолько сильно, что готов пойти на самые мерзкие и низменные поступки. Его цель не сын, а я. Та, что когда-то сделала больно.

Тварь! Нет, играть судьбой нашего ребёнка ради твоих амбиций я тебе не позволю. Ищи иные рычаги давления и мести. Однако, сейчас это первая твоя победа! Первая и последняя! Я все эти годы выигрывала, пряча от тебя самое дорогое и прекрасное, и выиграю снова!

Глава 1

ЛЕВ

Слеп от нескончаемого мигания светодиодов. Громкая музыка проникала в каждую клеточку тела, а всё окружающее явно горячило и раззадоривало. Поправил район ширинки, давая младшему больше свободы. Да, сегодня у тебя будет нелёгкий вечер страсти и разврата.

– Стриптиз?! – открыл изумленно рот, разглядывая обнаженных сексуальных девиц. – Не… Вы серьёзно? Леся меня потом поедом сожрёт, если узнает.

– Не узнает, если сам не обосрёшься, – отмахнулся Альберт, махнув на меня рукой и положив глаз на рыжеволосую красотку с грудями пятого, а того и шестого размера. Господи, и как они не сломали её тоненькую талию?!

– Стриптиз на мальчишник? Что за пошлость? Не могли что-нибудь по-оригинальнее сообразить? – возмущался я, пока второй мой закадычный друг Никитос, целенаправленно вел меня к VIP-зоне.

– Это святая традиция, дурачок! – сладостно пропел Никита и поманил пальцем не менее сексуальную официантку в серебряном переливающемся лифе, трусиках и ботильонах.

Меня ткнули пятой точкой на удобный диванчик из кожи и блокировали с двух сторон.

– Последняя неделя холостяцкой жизни, самец, – хлопнул по плечу Альберт и расплылся перед сексапильной официанткой в улыбке. – А у нас сегодня мальчишник, красавица…

Какого ты тут хотел удивить?! Девушка с кривой улыбочкой осмотрела нас и немного скептически хмыкнула:

– Желаете индивидуальный танец для жениха?

– Не… Это лишнее… – открыл было рот, но похоже слово виновника торжества тут не учитывалось.

– О да… Мы не скупые, милочка. Можно даже приват, – и размашисто хлопнул меня по плечу.

– Отлично, – чуть приободрённо улыбнулась официантка.

– А ты составишь нам компанию? – мурлыкнул Никита и мазнул девушку масляным взором.

– Увы, красавчик, – качнула головой официантка, ретируясь. – С вами поворкуют девочки со сцены.

– Жаль. Твои глазки уже в моём сердце, – мурлыкнул тот и послал красотке воздушный поцелуй.

Девушка всё же зарделась, но решительно исчезла, не желая искушать судьбу.

– На, – Альберт сунул мне в руки золотую маску Гая Фокса, а на себя надел такую же, но белую. Никита последовал его примеру.

– Это ещё что за хрень?! – откровенно рассмеялся я, разглядывая черные усы и породистый нос Вендетты, ныне известного, как Анонимус.

– Девочкам интересней выгибаться, когда перед ними знаменитый анархист, – заржал Никита, заговорщицки глядя на Наумова.

Будь я в любом другом месте, швырнул бы эту маску от себя подальше, но, находясь в окружении своры разврата и секса, хотелось спрятаться. Маска – самый подходящий для этого инструмент.

Надел на лицо и теперь без стеснений осмотрел зал. Пилоны, на которых крутились знойные танцовщицы, не знали продыху. Всюду блеск пайеток, латекса и страз. Голые груди так и выписывали перед взором, вереницей разнокалиберных размеров и формой сосков. Про упругие попки вообще молчал. Владелицы вертели ими в разные стороны, шлёпали отманикюренными ладошками, эротично поглаживали и периодически дразнили мужскую рать, так и норовя снять жалкое подобие трусиков.

– Нравится, вижу ведь, – удовлетворённо потрепал меня по голове Альберт. – Давай впитывай остатки свободы. Через неделю уже не получится. Леська крепко вонзит в тебя свои коготки.

На это смолчал, вдруг поняв, что холостяцким дням остались считанные дни. Скоро я стану мужем женщины, что уверенно и виртуозно завладела моим временем и интересами. Жалею?! Не знаю… Всё равно. Она мне подходит. Умеет улавливать мои мысли и желания, а главное рядом, как преданная собака.

– Лейла! – вздрогнул от радостного вопля Никиты, который сдвинул маску на лоб.

Мужчина махал рукой высокой брюнетке в розовом бикини с диадемой на голове. Красотка повела головой на звук, а после так же расплылась в улыбке и помахала нашему другу.

– Ты явно здесь не впервые, – я озорно сдвинул брови и пихнул Ника в бок. – Колись, как часто тут цепляешь тёлочек?

– Раз в месяц, – хохотнул тот, вернув Анонимуса на место.

– Ого, – откровенно рассмеялся Алик. – Вот они прелести холостяцкой жизни папиного сынка.

– Заткнись, – беззлобно посоветовал Ник. – Разрядка нужна организму, а мужикам тем более. Тут цыпочки высший класс. Инесса – управляющая клуба – следит даже за их воспитанием, прикиньте. Здесь "насрать" не скажут. Вежливо и на уровне.

– Ага, типо "Будьте добры, войдите в меня поглубже", – перейдя на фальцет, спародировал Наумов и заржал не хуже вороного коня.

– Не, братан, тёлочки здесь на интимы не идут. Подсудное, но… Можно оформить увольнение на хорошенькую сумму, если конечно цаца согласится. Администратор назначает сумму за её уход, но трахнешь ты кралю или нет их уже не касается.

– В смысле? – возмутился я

– В самом обидном. Ты выкупаешь кралю у клуба, чтобы погулять с ней, сходить в места не столь злачные. А дать тебе или не дать решает только девушка.

– Да ну. Эскорт дешевле обойдётся, – махнул рукой Альберт. – И секс стопроцентный, а тут? Обдиралово.

– Ну эскортница – это легкая дичь и криминал, а эффектная стриптизёрша с чувством собственного достоинства – другое.

– Можно подумать у баб с титьками наружу есть чувство собственного достоинства? – фыркнул я, не сдержавшись.

– Есть, – загадочно мурлыкнул Никита, благодарно приняв из рук официантки наши напитки и закуски. – Сегодня она вроде должна работать. Не баба, а кремень. Пластика, фигура и мордашка. Уф! Выступает только на сцене и приват. Увольнительные не берёт, как я ни старался. Если кто распускает руки больше дозволенного, то с яйками может смело попрощаться. В общем, если она сегодня появится, запомните её сразу и не суйтесь. Это тебя Алик касается…

– А чего сразу я? – возмутился приятель.

– Я-то тебя знаю. Если на горизонте секси-цаца, тебя даже протез не задержит, – засмеялся Ник.

Я насмешливо покачал головой, поражаясь наивности друга. Неужели, он не в курсе, что дамочки именно так набивают себе цену? Если не справился, значит особь тебе не по зубам. Хорошо, что под маской он не видит моего лица.

Наше веселье и беседы разыгрывалось с каждым часом и выпитым. Друзья так и поднимали за меня тост за тостом. На сцене тем временем начались показательные выступления стриптизёрш. Каждая по-своему шикарна – ноги, грудь, талия. Одни танцевали страстно, медленно и возбуждающе, другие дико, эксцентрично и дерзко, но каждая красотка обладала сногсшибательной энергией и гибкостью, сводя с ума каждого мужчину в зале. Я не был исключением. Глядя, на их профессионализм вокруг пилона, невольно на его месте воображал себя, изрядно измучив своего младшего брата в штанах.

– Никитос, ты только посмотри на нашего женишка, – ржал изрядно подвыпивший Алик. – Оттяни немного ширинку, а то и до травматизма недалеко.

– А вы чего ждали, идиоты?! – возмутился в ответ. – Я же не импотент!

– Импотент, – передразнили друзья, заливаясь смехом.

– Инесса! – взмыл руками вверх Никита и даже привстал.

Девушка в строгом костюме повела головой, ища источник. Ник вновь сдвинул маску на лоб и послал ей воздушный поцелуй. Красотка слегка подернула ртом в улыбке и модельной походкой направилась к нам.

– Привет, крошка, – пропел Никита и чмокнул девушку в обе щеки по очереди.

– Привет, Ник. Рада снова видеть. Не скучаете?

– В твоём цветнике не поскучаешь, – улыбнулся он. – Но с красотками на коленках было бы в разы интересней. Я к тебе сегодня жениха привёл, кстати. Бедолага ждёт самого запоминающегося вечера.

Красотка повернулась ко мне лицом и любезно улыбнулась.

– Жених, полагаю, вы? Инесса – управляющая клуба, – и протянула ко мне тонкую ладошку для пожатия.

Спешно сдвинул маску и, привстав, поцеловал тыльную сторону.

– Лев.

– Вы очень галантны, – одобрительно кивнула девушка. – Приятно познакомиться. Наше заведение сегодня сделает всё возможное для вашего приятного времяпрепровождения. Смотрите на наших девушек и выбирайте себе понравившуюся для компании.

– Благодарю, – кивнул я, озираясь. Выбирать?! Как?! Тут с этим сложно, уж слишком все аппетитны и хороши.

Инесса обещала подойти чуть позже и скрылась по своим управленческим делам. Вечер продолжался воспоминаниями и приколами. Лёгкими спорами и обсуждением очередной красотки на сцене.

– Ладно, Лёвка, за тебя, самец! – поднял очередной тост Альберт. – Рад, что ты наконец остепенился и решил не зацикливаться на прошлом.

На этой фразе сердечная мышца вновь знакомо и болезненно дернулась.

– За жениха! – поддержал Никита и громко залюлюкал.

Я первым опустошил шот и едва не поперхнулся, когда освещение ушло в интим, а из динамиков послышался томный сексуальный голос.

– Мальчики мои, сегодня у нас в зале сидит жених. Это его последний танец холостяцкой жизни… Постараемся, чтобы он ему навсегда запомнился? – в зале послышались осторожные хлопки одобрения. – Да, и мы доверим эту миссию самой знойной и зажигательной красотке нашего клуба, – мужская свита явно оживилась и захлопала громче. – Встречайте, мальчики! Несравненная Женевьева!

Зал взорвался мужскими воплями и овациями, а из динамиков грянула музыка. На сцене, как по мановению палочки возникли очертания фигуры, вдруг показавшейся мне до одури знакомыми. Но свет, падающий на стриптизёршу не раскрывал полноту картины. Нетерпеливо привстал, когда она начала движение. Грация, поворот головы и бедер, взмахи рук и тонкость движений… Мать твою!

Свет диодов вспыхнул и взору предстал мой самый страшный сон. Кошмар наяву… Знойная блондинка. Любовь всей моей жизни, которую возненавидел больше всего на свете, сейчас выплясывала эротический танец для меня.

– Алик, ты тоже это видишь? – сипло молвил я, не в состоянии отвести от танцовщицы взгляда.

– Прости, Лёв… До каждой мелочи…

– Отвернись, иначе убью, – процедил воинственно.

Альберт прислушался, но не потому что испугался, а потому что слишком сильно уважал меня и блондинку, что двинулась прямо по столам прямиком ко мне. Наумов опустил голову, стараясь не смотреть.

Женевьева с профессиональной грацией и пластикой добралась до нашего столика и сексуально осела возле меня на колени. Замер, понимая, что даже во время наших прошлых свиданий никогда не испытывал столь острое вожделение. Я шесть лет её не видел. Шесть лет выжигал из сердца. А теперь… Такая горячая, сексуальная и воочию. Женевьева начала двигаться ещё рьяней и сексуальней. Её промежность так и мелькала перед моим носом, а я, сука, до сих пор помню её вкус, когда ласкал губами и языком. Блядь! Помню, как стонала и извивалась, прося не останавливаться. Помню, когда шептала моё имя в экстазе… Но ещё сильнее помню, когда сделала больно настолько, что не смог дышать. Не смог простить. Убив всё, во что так верил, ценил и любил.

Блондинка опала возле меня на колени и коснулась маски. Тут же придержал, не давая ей увидеть своё лицо.

– Не бойся, – проворковала она и вдруг спустилась ко мне на колени. Тонкие ручки обвили шею, высокая грудь в нулевой доступности. – Расслабься, красавчик, – шепнула мне на ухо, и внутри меня всё ослабло, отдаваясь похоти, страсти и запретному.

Лоно Женевьевы опустилось прямо на мой затвердевший член.

– М-м, ты готов к самому шикарному кайфу? – молвила она, потеревшись.

Кивнул, не в состоянии говорить.

– Скромняга? Удивительно, но в таких, как ты гораздо больше секса, чем во всех этих мажорах, – пропела стриптизёрша и поцеловала нос моего Гая Фокса.

Женевьева начала эротично двигаться на моих коленях, имитируя сексуальный акт. Чувствовал, как её лоно трётся о мой член, доводя до взрывов в голове. Я уже хотел прорвать блокады её трусиков и своих брюк, чтобы ощутить приветливое тепло, бархат кожи и податливость женского тела.

Девушка ускорялась, видя, как цепляюсь за её попу и спину. Только мне известно, как хочу впиться губами в этот любимый рот, бросить на стол и овладеть как раньше, так же сладко и неистово. Стон и учащенное дыхание подсказали ей, что эффект имитации секса идёт к своему самозавершению. Искры в теле мутили сознание, а член уже был готов освободиться в сладостном экстазе. Она двигалась, трахая меня поверх одежды, а я приближался к сумасшедшему апогею на глазах друзей и людей, что знать не знаю.

– Да! – выдохнул я, остановив Женевьеву и кончая, прямо себе в трусы. Сука! Удовлетворение смешивалось с отвращением, досадой и злостью на себя, неё и весь мир. Снова стал жертвой её чар и не смог удержаться от соблазна. Моя рана, мой стыд и сущее зло в ангельском обличие. Но я-то тебя знаю!

Танцовщица одобрительно улыбнулась, глядя в прорези моей маски. Поцеловала Гая Фокса в усы и уже собралась встать, но я крепко схватил её за локоть, не позволяя этого сделать. Нет, просто так не уйдёшь. Око за око!

– От убийцы в шлюхи? – презрительно прошипел я и стянул с лица маску.

Шоколадные глаза почернели от ужаса, а знойное тело дёрнулось в моём капкане.

– Кто ты теперь? Женевьева? Или всё та же дрянь Женя?

Девушка попыталась встать, но я тисками сжал её руки.

– Не спеши… Я очень долго тебя не видел.

– Лев, не стоит. Отпусти её, – вступился за девушку Алик, так же сняв с себя маску и виновато глядя на мою оппонентку. – Прости, Женёк… Ты тут работаешь, да?

– Заткнись! – рявкнул на него в ответ, потеряв самоконтроль и бдительность.

В лицо влетел жесткий кулак, дезориентировав. Мгновенно потерял хватку, упустив добычу.

– Пошёл ты! – услышал яростный крик бывшей, когда потерял власть над ситуацией.

Женя, былая рана на сердце и женщина, которую так и не сумел забыть, дала стрекача, а я остался считать звёзды в глазах от её сокрушающего хука справа.

Глава 2

ЕВГЕНИЯ

Устало выдохнула, ощутив толику облегчения. Ещё ранее утро, а мне кажется, что отпахала целую ночную смену. Нет, такого не бывает. Да, прихожу поздно, но сплю всегда в своей кроватке.

Обернулась, ища в окнах детского сада любимые и родные глаза своего пятилетнего сына. Он всегда провожает меня, энергично махая ручкой на прощание, и сегодня не исключение. Широко улыбнулась и бодро помахала в ответ, послав воздушный поцелуй. Печальное тепло тоски осело где-то под диафрагмой, мешая дышать ровно – я увижу своего мальчика только завтра утром, и мне это безумно надоело.

Мне нужна работа. Нормальная работа! С пятидневной рабочей неделей, окладом, официальным трудоустройством и соцобеспечением. Да, я могу устроиться по профессии PR-менеджера, но это уже лет восемь, как невозможно.

Когда семейство Волковых взяло на себя все финансовые растраты для лечения мамы, и я смогла расторгнуть тот жуткий договор с отцом, то по его милости угодила в чёрный список сотрудников в Москве и Подмосковье. Тогда это мало беспокоило, потому что у меня был мой любимый человек. Единственный мужчина, что увидел во мне ту маленькую девочку, спрятанную под шкурой спесивой и стервозной дамочки. Тот мужчина, который находился рядом в те страшные дни, мужчина, что отстаивал меня перед недругами и обещал, что я навечно его любимая девочка. Твою мать! Тогда я всецело поверила в любовь, стала другой и тщетно думала, что мы всегда будем вместе, но ошиблась. Горько-горько ошиблась!

Сын наконец пошёл в муниципальное учреждение, а у меня теперь есть возможность основательно заняться поиском нормальной работы, так как находиться в стриптиз-клубе не осталось никаких сил – колоссальная нагрузка, сумасшедший график, пьяные клиенты и постоянные оскорбления. Увы, не до всех доходило, что стриптизёрша и проститутка – это совершенно разные профессии. К счастью, за девушками администрация клуба оставляла право выбора. Мы часто осматривали присутствующих и если видели кого-то из знакомых, то могли отказаться от работы в зале, уйдя на приват-танцы.

Не раз бывало, что клиенты желали оплатить увольнительную для понравившейся девушки, чтобы провести остаток вечера с ней, от чего я категорически отказывалась, в отличие от своих коллег. Девушки жаждали найти богатого папика или мажора, чтобы покинуть наконец сцену и сорвать куш. И признаю, у многих получалось. Кому дорогостоящие подарки, кому поездка на элитные острова, а кому-то даже кольцо и венец. Нет, я не мечтаю прожить всю жизнь в одиночестве, но заниматься рыбалкой в данных заведениях не намерена.

Села в тридцать шестой автобус, успев юркнуть на свободное сиденье у окна. Поёжилась, спрятав нос в высокий ворот свитера. На дворе хоть и начало осени, но ночи, а, следовательно, утро, всегда были прохладные.

– У вас что за проезд? – протолкалась ко мне добротная кондукторша и потрясла перед носом мобильным терминалом.

Спешно нащупала в кармане пластиковую карточку и протянула женщине. Кондуктор выхватила пластик и приложила к терминалу – реакции не последовало. Работница нажала кнопку на аппарате и приложила ещё раз, а после скривившись вернула мне.

– Не выходит. Денег нет.

– Нет, должно было ещё остаться, – молвила я растерянно.

– Я по-вашему вру? – тут же подбоченилась женщина, явно обрадовавшись назревающему конфликту. – Чего экран печатает, то и говорю. Пишет же: "Не достаточно средств". За идиотку держите? Либо платим, дамочка, либо выходим.

В груди обидно и досадно заныло – я опоздаю на собеседование. В отчаяние, пока кондуктор отвлеклась на других пассажиров, начала обследовать карманы и сумку, ища нужную сумму для оплаты, но нарыла лишь фантик от конфеты и пятирублёвую монету.

– Всё! Выходим-выходим! – вернулась ко мне женщина и грузно придавила собой какого-то студента.

Стало стыдно и до одури унизительно, когда осознала, что на меня смотрит весь автобус, кто с безразличием, а кто с сожалением. Да, не повезло! Встала со своего места и понуро продвинулась к дверям, ожидая, когда транспорт достигнет следующей остановки. Уже покидая салон автобуса, услышала ворчание кондуктора:

– На титьки деньги нашла, а на проезд не заработала… Фифа!

Пошла ты, дура! Это мои собственные и натуральные. Завидуй молча! Только вот промолчала я, а не она.

Осенний ветер взметнул волосы вверх и заставил поёжиться с новой силой. Посмотрела на часы – собеседование назначено на девять. Мне осталось полчаса. Может успею, если буду идти очень быстро? А потом ввалюсь в офис раскрасневшаяся и запыхавшаяся? Зато увидят, как мне важна эта должность. Ладно, была не была! Прихватив сумочку на плече поудобнее, зашагала в нужном направлении, прикидывая в голове где и как выгоднее срезать путь.

Конечно же опоздала на целых пятнадцать минут. Влетела в фойе офисного здания едва, не сбив охранника и крикнув на пути, что пришла на собеседование. Мужчина направил к лифтам, указав номер этажа и приёмной. В саму приёмную вбежала уже на последнем издыхании, вытирая пот со лба.

– Здравствуйте, – едва ли не врезалась в стол секретарши. – Я, Евгения Арских. На собеседование – PR-менеджер.

Секретарша уже на половине моих фраз начала мотать головой.

– Сожалею, но директор уже уехал. Он не любит непунктуальных работников.

– Но… – открыла рот, чтобы поплакаться ей о всех своих утренних неудачах, но тут же захлопнула. Какой в этом смысл? Момент упущен. Я опоздала и должность ушла, а мне сегодня и завтра придётся снова выплясывать у пилона, пока не подвернётся ещё что-нибудь стоящее.

– Ясно. Жаль, – и понурив голову, покинула офисное здание.

Выйдя на улицу, осмотрелась. Рабочий район. Магазины, торговые центры, рестораны и закусочные. Город шумел и жил своей жизнью, пока я стояла посреди улицы, не зная, что делать дальше.

А что дальше? Домой. Пешком. Двинулась вдоль тротуара, понимая, что спешить уже некуда. Проходя мимо закусочной, ощутила урчание в желудке. Да, его я сегодня с утра удобрила лишь кофе, так как булочку отдала Косте. Нужны деньги и, увы, заработать их я смогу только, танцуя у шеста. Зубы свело. И как докатилась до такого? Как так выходит, что жизнь исполняет такие выкрутасы? Я то барахталась в низах, потом обманом выгрызла дорогу вверх, а после снова пала в самую клоаку. На глаза невольно навернулись слёзы, но я спешно проморгалась. Нет, Женёк, выше голову. Всё временно. Прорвёмся!

Дома с улыбкой встретила мама. Да, я могу быть счастлива только от осознания, что она по-прежнему жива и со мной, а также помогает с сыном. В целом, нам втроем жилось дружно и спокойно, только денег вечно не хватало и приходилось перебиваться низкопробной, но хорошо оплачиваемой работой. Клянусь, каждый день работала, как в последний, мечтая свалить из этого злачного места, сверкая пятками. Каждый раз уходила, но возвращалась под насмешливую ухмылку владельца клуба, Олега Орлова.

– Я могу снять тебя со сцены в любую секунду, только попроси, – похабно сипел мне в лицо, каждый раз, когда брала смены. – Ты стоишь большего, я же вижу. Прекращай ломаться.

Я много раз уходила от его домогательств по-английски или решительно отвергая, пока однажды этот мужлан не повалил меня прямо на свой рабочий стол. К счастью, он и не подозревал, что я способна постоять за себя и уроки деда по самообороне знала на зубок.

Две недели перебивалась подметанием улиц и уборкой помещений, пока Орлов не сошёл на милость и предложил мировую. Я оказалась ценным сотрудником, и клиенты часто спрашивали меня и даже отказывались от посещений, узнав, что хозяин уволил их любимицу. Ничего себе! В жизни на хрен никому не нужна, но моими способностями заинтересовались в мужском клубе! Да, Арских, только твоё тело и внешность достойны внимания. Во всём остальном полнейший и унизительный ноль.

– Ну как прошло? – на пороге квартиры мама встретила ласковой улыбкой.

– Никак, – печально шмыгнула носом и сняла с себя пальто. – Я опоздала.

– Как опоздала? В пробку попала? – охнули мама.

Сказать, что высадили из автобуса из-за отсутствия денег на оплату проезда язык не повернулся.

– Угу, – буркнула в ответ, сняв сапоги и прошаркав в комнату.

– Значит снова в больницу дежурить пойдёшь? – покачала головой родительница, не зная мою позорную тайну.

– Да. Клавдия Семёновна мне уже поставила смены. Ничего, мам, я продолжу поиски дальше. Что-нибудь да подвернётся.

– Я поговорю с Виктором, – в голосе женщины послышались решительные воинственные нотки. – Он и так палец о палец не ударил, когда ты росла, а теперь вообще решил задушить своей тиранией?

– Нет, не надо! – тут же испугалась я. – Наш договор хоть и не в силе больше, но бредить своими наследниками он не перестал. Я умру, если он отберёт у меня Костю. Ему сейчас нет до нас дела – аминь. Прошу, мамочка, не вмешивайся. Перебьёмся, на хлеб и молоко есть. И крыша над головой.

– Вся в меня ты, дочка, – печально уронила родительница. – Всё сама всегда. Гордая. Зря… Ничем добрым для меня это не закончилось.

С этими словами ушла в кухню и зазвенела посудой.

Горькая, но правда. Хотя, я унижалась перед отцом, когда выпрашивала деньги на лечение мамы. Унижалась перед любимым человеком, когда просила выслушать, попытаться простить… Даже новость о беременности не смягчила его. Он вышвырнул меня за дверь, и за все эти годы ни разу не искал и не интересовался как мы. Значит не любил. Простая влюблённость, привязанность, и не более.

Тяжело выдохнула и, переодевшись в домашнее, легла на диван. Усталость взяла верх, и я уснула сном младенца. Проспала пару часов и проснулась от толчков мамы.

– Доча, иди поешь. Я борщ сварила. Во рту поди ни крошки за весь день, и на работу ещё. Иди, милая.

При мысли о вкусном супе желудок мгновенно скрутило, но совесть зажгла под рёбрами. Мама сходила в магазин, пока я спала и потратила свою пенсию. Ради меня и внука.

– Спасибо, мамочка. И правда очень хочется есть, – робко улыбнулась ей в ответ, мысленно поклявшись, что сегодня на работе заработаю столько, чтобы полмесяца можно было жить спокойно. Наивная… Но я верну, обязательно всё верну!

Хореография начиналась в пять вечера, а до клуба нужно ещё дойти пешим. Оделась поудобнее, взяла воды и наушники и, попрощавшись с мамой, вышла из дома, взяв лёгкий прогулочный шаг под любимую музыку.

На эту чёртову работу опоздать невозможно. Вошла в заведение и тут же угодила в объятия управляющей. Инесса была чрезмерно дотошна к девочкам – маникюр, педикюр, никаких волосков и дурных запахов. Танцовщицы эротических танцев обязаны быть идеальны. Заниматься спортом, следить за фигурой и не лопать всё подряд. Так же хореограф каждый раз выжимал из нас последнее перед началом рабочей смены.

– Тело должно быть разогретое, натренированное и пластичное, – порой орал он на девушек. – Чтобы не висели на пилонах, как тёлки на фонарном столбе. И не шлёпнулись на сцену на глазах у возбуждённых мужиков. Чем эффектнее выступление, тем больше денежек оттягивает резинку ваших трусиков.

После тренировки ожидала очередь в душ, куда обычно старалась попасть либо с Улей, либо с Маргаритой. Они единственные кто не рассматривал с презрением мои прелести и не издавал гадких реплик в мой адрес.

В данном круге старалась не заводить подруг, неплохо могла постоять за себя и не раз это доказывала. Да что говорить, сам владелец клуба заработал от меня фонарь под глаз.

Наконец, окончив водные процедуры, королевы пилона принялись за грим. Девушки чувствовали себя гораздо комфортнее, когда их лица покрывала тонна тонального крема, глаза скрывались под густым слоем теней и накладных ресниц, а губы, казалось, занимали собой всё пространство.

Я же сторонилась столь жуткого мейк-апа, но глаза всё же красила погуще, так как не хотелось, чтобы мой клиент потом узнал меня на улице. Брр! Окстись!

В зале уже послышалась музыка и часть девушек вышла к гостям, разогревать публику. Я выступила чуть позже, успев изучить зал на наличие знакомых лиц. Вроде никого. Станцевав с другими девочками, поспешила обратно в гримерку, считать навар – две тысячи. А ведь сегодня пятница!

– Инесса, – позвала управляющую, что пыталась помочь одной из девушек со сломанным ногтем.

– Не сейчас, Женя, – пыхтела та, успокаивая расплакавшуюся от боли стриптизёршу. – Ну как ты так умудрилась?! Кровищей весь костюм загадила. Да не реви ты! Сначала кровь остановим, а потом придумаем чего-нибудь.

Да, управляющая зашивалась и с нами, и с гостями, а про барменов и официантов вообще лучше молчать. Только вот сегодня мне позарез нужна наличка, и об этом с ней поделилась очень настойчиво.

– В чём проблема? Иди танцуй. Полный зал мужиков, – чуть раздраженно бросила она, наконец перевязав палец пострадавшей.

– Этого мало. Приваты и индивидуальные танцы. Там хорошие чаевые.

– Хочешь, чтобы меня потом девочки порвали на бесполезную кучу ленточек? Деньги всем нужны.

– Инесса, умоляю, – сложила я ладошки вместе. – У меня кризис…

– Он у тебя и не прекращался никогда, – фыркнула управляющая. – Ладно, иди с ней и помоги перевязать нормально палец, а я пока изучу зал на финансовую пригодность.

Инесса мне нравилась. Только она умела держать весь этот сумасбродный бизнес в адеквате. Её глаза и уши находились буквально везде, начиная с пыли на алкогольном складе и заканчивая огромной финансовой машиной в зале. Олег бы сдох со всей этой богадельней, если бы не она. Для девушек Инесса являлась и мамочкой, и жандармом, и врачом, и защитницей от разгулявшегося клиента, а главное жилеткой, когда особи мужского пола позволяли себе лишнего и начинали оскорблять танцовщиц, а порой даже бить.

Вот и сегодня, она вновь помогала, пытаясь организовать для меня хорошие деньги. Четыре привата, два из которых вывели меня из себя. На первом клиент так и пытался трогать запретные места, но, доплатив чаевыми, сжал мою грудь настолько сильно, что едва не взвыла от боли. Урод! А на втором, клиент жевал жвачку, то и дело надувал пузыри и щелкал ими едва ли не перед лицом. Третий приват не запомнила, обычный мужик сидел в кресле и дрочил на то, как я танцую и раздеваюсь. Четвёртый запомню, пожалуй, надолго. Его заказала семейная пара, то есть жена для супруга. Танцевать в присутствие благоверных клиента никто не рисковал, да и приваты обычно организовывались тет-а-тет, но Инесса не смогла отказать, услышав назначенную сумму. У меня у самой отвалилась челюсть размера моего будущего гонорара.

Наконец под венец смены в кармане приятно попахивала приличная наличность, но Инесса преподнесла мне ещё один заработок.

– В зале. Мальчишник. Это для Ника, помнишь его? – в глазах Инессы что-то мелькнуло.

– Ник женится? – удивленно вскинула бровь.

– Нет, его друг. Он просил индивидуальный. Давай. Уважь, постоянного клиента.

Я хмыкнула, вспомнив, как пару раз этот постоянник пытался залезть ко мне в трусики, пока не получил увесистую оплеуху. Да, чуток поскандалил, но после этого стал более шёлковым и воспитанным.

– Ладно, – кивнула в ответ. После её сегодняшней помощи, отказать было бы свинством. – Переоденусь только.

Стоя за кулисами сцены, в груди невольно ощутила то ли трепет, то ли дрожь. Тело словно умоляло остаться тут. Осторожно выглянула в зал. Знакомых нет, а за нужным мне столом сидело три типа в масках. У них там поди лицо всё запрело от пластика, идиоты… Хотя мне так проще, я не увижу их лица.

Отдавалась танцу со всей энергией и душой, слыша овации от мужчин и приободрённость публики. Да, за эти несколько часов моего отсутствия здесь столики заполнились под завязку. Однако, мой танец не для них, а для того мужчины в странной золотой маске. Клиент, замерев, смотрел в мою сторону и не шевелился. Дилетант, поняла я и ещё сильнее разошлась. Осела к нему на колени, удовлетворённо ощутив его проснувшееся и напряженное до предела естество. Может ты ещё и девственник?!