![](/files/books/160/oblozhka-knigi-pischa-masterov-365252.jpg)
Текст книги "Пища Мастеров"
Автор книги: Евгения Горац
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 11 страниц)
– Я не сомневался, что тебе понравится, – ответил моим мыслям старичок без вступления. – У тебя вчера появилась, наконец, возможность, высвободить душевные ресурсы. Однако твой друг Казадор этому помешал при помощи этого адского устройства, – он кивнул на мой поющий в руках Ануша телефон. – Особенно досталось Гнеффу.
– Кому? – переспросила я растерянно. – А что Женя имеет против ассистентов доктора Хьюза?
Старичок засмеялся дребезжащим смехом и вслед за ним засмеялись все остальные: Ануш тоненько хихикал, Красный и Зеленый нервно похохатывали, только Темнолицый остался серьезен.
– Это Хьюз – наш ассистент, – пояснил, наконец Красный. – А Гнефф – это я.
– Да кто вы такие, в конце концов?
– В известных тебе языках, к сожалению, нет подходящих слов, поэтому можно временно пользоваться знакомым тебе словом «демон», хоть оно и не отражает нашей истинной сути, – Красный поклонился мне.
– Какой еще демон?
– Сегодня я твой, если угодно. – Когда ты злишься, я расту и укрепляюсь за счет твоей фуэрзы.
– Моей что?
– Фуэрзы. Давай пока назовем это душой, силой или сутью для удобства.
– Демон? Ты не человек? А остальные как же?
Гнефф хотел ответить, но Ахх остановил его жестом и заговорил сам:
– Тоже демоны. Ты познакомилась с теми, кто властен над тобой. Других ты просто не видишь…
– Погодите, вы – черти что ли?
– Ну-ну, детка, не ожидал от тебя, – обиженно протянул Ахх. – Тебе же сказали, что в известных тебе языках нет точного определения нашей сущности, а демонами нас обычно называют люди с бедным воображением. Писатель Марко Марич называет нас «персонифицированные страсти» – пожалуй, это более точное определение.
– А женщина? Похх? Тоже демон?
– О, да. Демон похоти. Один из самых могучих. Ты могла вчера заметить, что другие страсти померкли и отступили, когда великая Похх начала свою игру.
– А он кто? – я указала на Зеленого.
– Рефф, демон ревности. Живой и очень впечатлительный. А уж какой фантазер! Обладает необыкновенным зрением – умудряется видеть даже то, чего нет. А уж как он гордится тем, что является твоим фаворитом, Полина!
Зеленый при этих словах напыжился и подмигнул мне.
– А это Зафф, демон зависти, – продолжал старичок, указав на темнолицего. – Он не имеет над тобой власти, но близко соприкасался с некоторыми твоими пациентами.
– А вы у них начальник, видно, – заключила я. – Мне пора, пожалуй, – я встала. – Отдайте, пожалуйста, мой телефон, и я пойду.
– Ануш вернет телефон, когда мы закончим беседу, – ответил Ахх. – И твой компьютер заработает тогда же. Да, детка, это я «подвесил» твой компьютер, чтобы поговорить с тобой раньше Казадора. Это в твоих интересах.
– Я протестую! – неожиданно и завопил Ануш. – Это нарушение демокодекса! Если она узнает все, то моя роль будет сведена к нулю и тогда игра закончится, не начавшись. Меня лишают законной пайки! Это грабеж среди бела дня!
Но тут остальные демоны окружили Ануша и зашипели на него. Они ссорились, толкали друг друга и винили Казадора – мол, это он так спутал все карты, что действовать по закону стало невозможно. Ануш жалобно всхлипывал. Наконец Ахх успокоил беса любопытства, пообещав ему, что на его долю придется достаточно, но чуть позже обычного. Затем они пошептались, собравшись в кружок, и, наконец, Ахх заговорил:
– Видишь ли, детка, некоторые жители реала обладают редкими талантами. Но проявиться они могут только если поставить этого счастливчика в определенные условия или, скажем так, вызвать его недовольство, нарушить покой. Но согласись, работа эта крайне деликатная. Тут и палку важно не перегнуть, чтобы фуэрза его не пострадала, и в рамках закона удержаться, да еще и интересы важных лиц соблюсти. Понимаешь?
– Не совсем.
– Ну тогда проще объясню. Важным лицам потребовался талант. Твой. Условия его пробуждения требуют твоего недовольства – хоть чем-нибудь. Джефф Хьюз взялся за эту задачу и уперся в тупик. Ты всем довольна. Твоя жизнь полна. Демоны не могли даже подступиться, не говоря уже о том, чтобы влезть тебе в душу. А важные лица торопили. И тогда пришлось прибегнуть к помощиказадоров– у них есть свои методы. Они иногда встряхивают демонов и те лучше работают. И присланныйказадорсработал прекрасно. Но тут произошло непредвиденное – твой личный интерес к нему…
– Подождите! – я вскричала. – Вы хотите сказать, что Женя работал по заданию? Но этого не может быть! Он просто участвовал в выставке в Нью-Йорке и моя тетя Агата просила его передать подарок для меня…
– Брось, детка. Ты не столь наивна. Твоя тетя Агата – особа крайне эгоцентричная, с чего бы это она подарки тебе отправляла? Я не ожидал, что ты поверишь в эту сказку.
К щекам прилил жар.
– Ну… почему? Когда я уезжала, она подарила мне перчатки и шарф… Правда, у меня мелькнула мысль, что ей от меня что-то нужно. В гости приехать, что ли, хочет, и делает первый ход… Но вы хотите сказать, что Женя все врал?
– Не все. Только про тетю Агату.
– Простите, уважаемый Ахх, но я спрошу у него об этом сама!
– Конечно, детка. Спроси, конечно. Возьми свой телефон. И компьютер твой уже работает.
Я вернулась к себе и отдышалась. Компьютер действительно заработал. Неужели демоны и раньше и его «подвешивали», чтобы помешать чему-нибудь? Но разве сейчас вспомнишь, когда это происходило! Надо бы зафиксировать подобные моменты в будущем. Значит так: доктор Хьюз использует демонов для лечения психических расстройств. Как он это делает? Можно об этом прямо спросить у него, а можно у демонов, которые сами пошли со мной на контакт. А старичок у них вроде начальника. Зеленоватый демон действительно возник в тот момент, когда я ощутила ревность. Да, это была ревность. Я должна признаться хотя бы себе в том, что ревновала Женю к невесте или кто она там… Я хотела быть на ее месте. А эта дама, Похх… Я слушала мелодию, в названии которой было слово «Lust». Кстати, доктор Хьюз всегда включает музыку во время «таинства психотерапевтической сессии», и я сама видела, как Похх выходила из его кабинета вместе с Викой. А Эллу он принимал вместе с бледным демоном с гордой осанкой и римским профилем. Кто же это был, который из демонов? Тот самый, который говорил, что я – умница и красавица, а казадор – ничтожество и не стоит моего мизинца, он еще называл его «казадоришка». Как его зовут? И как разобраться во всем этом? Можно попробовать еще раз разговорить Вику. А может – ну его, не лезть в это дело? Нет, что значит не лезть? Если все, что сказал Ахх – правда, то получается, что вчера, в доме доктора Хьюза, в меня пытался вселиться демон похоти. Но ему, вернее, ей, что-то помешало – какой-то луч…
Проверила почту. От Жени пришло письмо.
«Мне еще многое предстоит понять – почему это круче, чем все, что я знал до сих пор. Ты раскрываешься передо мной, как шкатулочка с секретом, снимаешь замок за замком, и за каждым – новое дно, а за последним – я уверен – засияет солнце».
Женя! Боже мой! Кто ты такой? Что значит – «казадор»? Какой-то заговор, недомолвки, тайны! Знакомство с вранья начинать – хуже нет ничего. Нет, он не мог так притворяться! Я позвоню ему прямо сейчас. У него сейчас глубокая ночь, но мне некогда ждать. Пусть проснется и все объяснит!
Он ответил мгновенно и сразу включил видеофон.
– Полинка моя! Ой, что ты со мной делаешь!
– Ты о чем?
– Влюбился! Надо же – ты заговорила со мной и я счастлив! Сижу и сам себе завидую – какая женщина у меня! Уже скучаю по тебе. Какая ты классная была! А лес-то помнишь? Как ты испугалась, что голая…
– Ага, а ты еще сказал, что я буду лесной нимфой.
– Как ты удивилась, когда обнаружила, что мы лежим на моей рубашке у поваленного дерева!
– Ты был великолепен…
– Ты – подарок судьбы.
– И я о тебе могу сказать то же самое – подарок, только бы не троянский конь!
– Хе… Влюбился я. Боже, как тяжело поверить в это. Признаться себе. Потом тебе. И так сладко мне от этого, и жить хочется! Это и есть главный признак любви – очень хочется жить!
– Как это получилось, Женя? Как мы были вместе? Это что, любовь делает чудеса?
– Чудеса делаешь ты. Я только рядом оказался.
– А почему тебя называют «казадор»? Я смотрела в словаре – это слово означает «ловец». Ты ловец чего? Женщин? Душ?
– Я – ловец демонов, Полинка. Это я помешал демону похоти вселиться в тебя в спальне Хьюза.
– Зачем?
– Мне не надо так. Я хочу, чтобы ты любила меня и чтобы хотела быть со мной без всяких демонов. Тебя хочу, настоящую. Ну и показал им заодно – кто главнее.
– Так ты не только ювелир?
– Это моя реальная профессия. А есть еще одна – казадор. Суть ее очень проста. Многие хотят улучшить мир, но мало кто готов хоть пальцем пошевелить для этого. А для меня – это дело всей жизни.
На вопрос, почемуон мне сразу об этом не рассказал, Женя ответил, что боялся напугать меня, чтождал подходящего момента, и что любовь ко мне накрыла его с головой. И теперь он купается в ней – сердцем, чувствами, и потерять меня – это значит потерять целый мир. А правильный момент еще не настал. – Ты сама все увидишь, Полинка, своими глазами, и тогда объяснять ничего не надо будет.
***
Ночью опять встала и вышла на залитый лунным светом балкон. Села в кресло-качалку и стала думать. Лучше всегомоесостояние в течение многих лет можно было бы выразить английским словом «numb» – онемение, оцепенение и бесчувствие. Я думала так будет всегда. Я не ждала изменений и была рада покою. Я забыла, как это – любить.
Как это бывает сильно!
Как это бывает сильно и здорово!
Как это бывает сильно, здорово и волшебно!
И опять, как много лет назад, это перевешивает все, что у меня есть, а ведь есть немало. Видимо, это свойство моего характера – меня заносит, чувство зашкаливает… Женя, ты меня расколдовал как спящую царевну, вот только не знаю на счастье или на беду.
– Да, детка, – сказал чей-то скрипучий голос. – Он тебя хорошо подогрел. Это уже не похоже на игру или развлечение. Дело принимает серьезный оборот и не только для тебя.
Я обернулась. Старичок с длинной белой бородой сидел на перилах и укоризненно качал головой.
– Дай в кресле-качалке покататься, а? – попросил Ахх.
Я встала, уступив ему кресло. Ахх сразу же радостно расселся и принялся раскачиваться, покряхтывая от удовольствия.
– Полина, – продолжил он, – ты действительно попалась. А ведь у тебя же есть такой замечательный коллега – доктор Хьюз, уверен, что ему не раз приходилось сталкиваться с подобными проблемами…
– Нет, мне не нужен психиатр. Я сама могу взять себя в руки. Сама вляпалась и сама выберусь из этого.
– Интересно как? – поинтересовался Ахх, раскачиваясь сильнее. – Кстати, у тебя нет мороженого в холодильнике? – неожиданно спросил он.
– Есть… – ответила я рассеянно.
– Угостишь, а?
– Тебе шоколадное или фруктовое?
– Давай оба.
Я принесла ему две порции.
Ахх раскачивался в кресле и по очереди откусывал то от шоколадного мороженого, то от фруктового.
– Ах, Полина, как вкусно из твоих рук! Так о чем это мы? Ах, да! Если ты сама найдешь способ избавиться от страсти или хотя бы ее дозировать, то я пришлю тебе учеников, перенимать опыт.
– Ты шутишь?
– Ничуть нет. Впрочем, я мог бы помочь тебе… в обмен на определенные услуги.
– Спасибо, я сама справлюсь. Если я не смогу управлять ситуацией, то оборву сразу.
– Не жалко?
– Жалко, но ведь это все равно не по-настоящему, не реально.
– Хм… ты так говоришь, как будто точно знаешь, что реально, а что нет. Знай, детка, единственный способ избавиться от искушения – это ему полностью отдаться, извлечь из него максимум кайфа. Люди зависят только от того, чему сопротивляются.
– Я как-то не думала об этом. А что бы ты хотел в обмен на помощь?
– О, вот это уже разговор! – Ахх явно обрадовался. – Устрой мне с ним встречу, для начала.
– А зачем тебе?
– Ну, скажем, мне надо с нимкое-чтообсудить, но он отказывается, невежа эдакий! У меня с ним конфликт недавновышел. Он вмешивалсяв мои дела и получил по заслугам, но урока не усвоил – продолжает гнуть свою линию. Если я с ним договорюсь, то ты получишь все, что хочешь и поверь, детка, мало не покажется.
– Что ты имеешь в виду?
– Будешь со своим любовником сколько пожелаешь и как пожелаешь, и при этом твои моральные принципы останутся при тебе. Да, у старого демона есть свои методы. Как это у вас говорят: «И рыбку съесть…» Хе-хе… Будешь довольна, детка. Дай согласие, и я все устрою. Получишь и любовника, и целый мир в придачу. Хочешь? Хотя можешь не отвечать – я и так вижу.
– А что ты потребуешь взамен?
– Ну, скажем, сваришь мне как-нибудь варенье из райских яблочек. Я буду зимними вечерами пить чай с вареньем и вспоминать о прекрасной женщине, которая варила его с мыслями обо мне.
– И это все?
– Это все.
– А если ты мне понадобишься, как я тебя найду?
– Я тебя сам найду. Дай еще одну порцию мороженого, а? Ананасового нет у тебя? Что? Замороженные ананасы есть? Что же ты молчала! Дай пакетик на дорожку. Благодарю тебя, детка, за приятнейший вечер, я наслаждался каждым мгновением. Свежий воздух, кресло-качалка, мороженое и диалог с прекрасной дамой – ах, сколько удовольствий сразу!
***
Последующие дни демоны то и дело попадались в холле и залезали в мой кабинет. Они болтали о чем-то, искоса поглядывая на меня, явно стараясь привлечь к себе внимание. Когда мне надоедала их трескотня, я их выгоняла. Они совершенно не обижались, ведь они были «моими» демонами – раз я их видела в человеческих обличьях. Зеленый Рефф пару раз спрашивал меня, знаю ли я где сейчас мой «казадоришка», и с кем он живет. «Какое мне дело? – огрызалась я. – Он далеко, на другом полушарии. Ревновать нет смысла. – Это и классно! – радовался Рефф. – Страсти всегда бессмысленны». Если я реагировала на его слова, то он зеленел еще больше, а если не обращала внимания – бледнел и замолкал. Белый Горр – стройный, с гордой осанкой и римским профилем, сам рассказал мне как он помог Хьюзу вселить в худышку Эллу уверенность в себе и самоуважение. Горр всегда начинал разговор с напоминания о том, что я большая умница и редкая красавица, а другие должны за счастье почитать – находиться в моем поле воздействия.
Красный Гнефф то и дело заговорщицки мне подмигивал, но я старалась не обращать на него внимания. Красавица Похх расточала обворожительные улыбки, но я резко высказала ей, что возмущена ее попыткой вселиться в меня без спросу. Она испуганно оправдывалась, говоря, что, если из всех имеющихся в наличии у Хьюза музыкальных записей, я выбрала именно «Demon of Lust», то подсознательно призывала именно ее. И это означает, что я силой подавляю в себе жажду чисто плотских утех, по ее мнению, совершенно напрасно. Я спросила ее о зеркалах в спальне Хьюза – она назвала их «амапольскими зеркоралами, которые никогда не врут», – я отражалась в них совсем юной, а демоны не отражались совсем. Она замялась и ничего не ответила. Тогда я задала этот же вопрос докторуХьюзу, и он ответил, что есть такой город – Амаполь – там производят удивительные и даже волшебные вещи. Но рассказывать мне об этом еще рано – эти вещи сами о себе заявляют, когда приходит время. «Как бы я хотел быть тем, кто откроет для тебя этот город, – заметил он с грустью. – Но ты предпочла Казадора. И это печально. Казадоры обучены влезать в сокровенные мысли, будить желания и задевать чувствительные струны – им нельзя доверять».
«Ну, вот, Хьюз ревнует! – сделала я вывод. – Если он думает, что сам вызывает доверие своими демоническими методами лечения, то очень ошибается!»
Я несколько раз собиралась рассказать Жене о визите Ахха, но только он звонил, я забывала о демонах начисто. Я писала себе записки с напоминанием, но и на записку забывала взглянуть, и вспоминала о просьбе Ахха только через несколько минут после прощания с Женей. Прежде память меня никогда не подводила.
В тот день я приклеила листок со словом «Ахх» в самый центр монитора, чтобы упомянуть о нем в самом начале беседы, но не успела, потому что первое, что Женя сказал, было:
– Старый черт! Пробил все-таки мою защиту!
Слово «Ахх» засветилось ярко-оранжевым, буквы увеличились, затем вспыхнули огнем и рассыпались в мелкую пыль.
Ахх стоял за моей спиной, почесывая белую бороду и довольно ухмылялся.
– Он хотел с тобой поговорить, – сказала я Жене. – Его зовут Ахх. Ты его знаешь?
– Конечно, знаю, он – зло в чистом виде.
Я испугалась, что старик обидится и возразила:
– Женя, не бывает такого. «Нет ни зла, ни добра, все зависит от того, что ты об этом думаешь».
– Ты ничего в этом не понимаешь.
– Это афоризм, принадлежит Шекспиру.
Ахх довольно потер руки.
– Слушай умную женщину, Казадор! Она – магистр наук и знает, что говорит! И доктор демонических наук, господин Шекспир, тоже не замечен в бросании слов на ветер.
Я улыбнулась забавной ошибке – старик говорил о Шекспире в настоящем времени.
– Что тебе нужно, Ахх? – сухо спросил Женя.
– Предложить договор.
– Нам с тобой никогда не договориться.
– В глобальных вещах – конечно. А в мелочах можно попробовать.
– Ну, рискни.
– Обещай, что в Демонете будешь вести себя как частное лицо, без казадорских фокусов.
– И почему я должен согласиться?
– В противном случае, я напомню админу, что казадор в Демонете – это лис в курятнике. А также попрошу Демонитет выяснить, каким образом ты оказался у главного входа Голденгейта с женщиной, которая добровольно отказалась туда войти, тем самым обеспечив тебе автоматическое попадание на первый уровень Демонета. Ума не приложу, как ты это устроил. С каких это пор казадоры переквалифицировались в коварных соблазнителей?
– Я не обязан тебе отвечать.
– А если пообещаешь, я не стану чинить препятствий.
– Зачем тебе это?
– Из любопытства. А слабо ли тебе с собственными страстями сразиться, да не в реале, где правят страх и мораль, а в Демонете, где все можно, причем безнаказанно? Удержишься ли ты на плаву своих идей, если рядом будет женщина – красивая и чувственная, и, к тому же, ревнивая. Попробуй устоять перед демонами безоружный, прежде чем бороться со мной и другими носителями так называемого зла. В случае успеха напишешь очередной учебник для казадоров.
– Старый трюк – хочешь меня задеть, обвинить в слабости в присутствии дамы?
– На нее это не подействует – она влюблена в тебя по уши. И, скорее всего, в Демонете будет прощать тебе все, что ты учинишь. И как ты это устроил? Я в восторге!
– Как устроил? Очень просто – я ее люблю. Она верит мне и любит меня. Ты и сам это знаешь – без этого не открылись бы Золотые Ворота.
– Да уж, конечно, и подозрений никаких не возникло бы, не откажись она в них войти и не будь ты казадором. Согласись, никто не поверит в случайность.
Последовала пауза, во время которой я стояла за спиной Ахха, затаив дыхание. Я не понимала смысла их беседы, но чувствовала, что решается нечто важное – для меня, для Жени, для нашей возможности быть вместе. Затем Женя сказал:
– Если я приму твои условия, то не смогу защитить ее от тебя в случае необходимости.
– Защита ей понадобится не от меня, а скорее от тебя. Я вреда ценным игрокам не причиняю.
– Вот это меня и тревожит, она – лакомый кусочек для тебя. Но кроме того у нее – совесть…
– Совесть – это в первую очередь страх быть пойманным. Кто же устоит перед искушением насладиться грехом без последствий? Я таких не встречал.
– Хорошо. Я согласен, – сказал Женя, наконец. – Буду вести себя как частное лицо. А теперь уходи, оставь нас. И скажи своему выкормышу, чтобы дал разрешение быстрее.
– До встречи в Демонете, Казадор, – просиял Ахх. – И удачной тебе игры на благо миров Голденгейта.
– Тебе не удастся навязать мне свою линию игры, старый демон.
– Как будет угодно.
Ахх повернулся ко мне и, прежде чем исчезнуть, сказал:
– Все, ухожу, теперь он твой, детка моя дорогая, – и подмигнул заговорщицки. – Не смею отнимать у тебя драгоценное время, развлекайся, пока не началась взрослая игра.
Я бросилась к компьютеру:
– Женя, что все это значит?
– Ты все узнаешь. Но сначала скажи: ты хотела бы быть со мной, видеться в любой момент, когда захочешь?
– Женя, ну мы же говорили об этом… Я не буду мужу изменять, я поклялась. Нельзя быть счастливым за счет другого.
– А делать других счастливыми за свой счет, значит, нормально?
– Я даже не знаю как возразить тебе.
– А и не надо возражать. Ну хоть в другом мире, в другом пространстве, ты сможешь позволить себе быть счастливой?
– Параллельном, что ли? – я засмеялась в монитор.
– Ну считай, что в игре высочайшей технологии, неотличимой от реальности.
– Кинетической, нового поколения?
– Намного круче. Как в лесу, помнишь? И если действовать аккуратно, эта игра никогда не пересечется с реальной жизнью.
– «И никто здесь не узнает о том, что произойдет там», – шепнул голос Ахха мне на ухо. Я повертела головой, его нигде не было видно.
– Ну… наверно хотела бы… Да! Очень хотела бы!
– Ну тогда не будем терять время. Я собирался сам потихоньку все подготовить, чтобы не испугать тебя, но он вдруг вмешался. Он тебя не очень мучил?
– Женя, ну что ты! Он был очень любезен, называл меня «детка». Он обещал устроить так, чтобы мы были вместе.
– Он что-то просил взамен?
– Ничего, пустяк… Какое-то варенье.
– Чего?
– Он обещал помочь, если я сварю ему варенье из райских яблочек, к чаю. Смешной, правда?
– Полинка, этот старый плут хотел продать то, что тебе и так принадлежит по праву. Но какая ценность в варенье? Как странно…
– Не знаю. Я когда еще в Киеве жила, то варила такое варенье – яблочки – целиком, с черешком. Они становились прозрачными, и светились – такая красота была и вкуснятина. А здесь райские яблочки гораздо крупнее, «Lady Apple» называются.
– Уверен, что здесь есть какой-то подвох… Ладно, сам разберусь, не будь я казадор! Мы с тобой можем немного улучшить этот мир. Работа для меня – не просто времяпрепровождение. Это познание и движение. О! Есть допуск! Старик быстро работает!
– Что? Не поняла.
– Полинка, ты все увидишь сама, потерпи немного. Мы будем вместе, но только если ты будешь мне доверять. Полностью.
– Я доверяю тебе.
– Отлично! Забудь сейчас об Аххе, забудь обо всем. Полинка, есть только ты и я. И мы больше не расстанемся. Не бойся ничего… поверь мне, милая моя, закрой глаза… Это будет наш первый день в Демонете, только наш, вне времени и пространства, и это будет не секс, это будет богослужение! Мне хочется одновременно растерзать тебя, и быть таким нежным и ласковым, каким еще никогда не был!
![](_1.jpg)
II. Демонет
И я послушалась, закрыла глаза и поплыла по волнам его голоса, а в какой-то момент услышала:
– Полинка, я здесь!
Голос его прозвучал гулко и откуда-то сверху. Я открыла глаза и увидела себя в подъезде старого здания. Тут были широкие лестницы и громоздкий тяжелый лифт с двойной решетчатой дверью. Женя стоял наверху и звал меня, глядя в проем лестницы:
– Сюда, Полинка, шестой этаж.
Его слова отдавались в подъезде гулким эхом. И тогда я надавила кнопку вызова лифта..
Но лифт полз вниз так медленно и с таким страшным скрежетом, что я, не дождавшись, побежала наверх по лестнице, перескакивая через две ступеньки, и сердце мое стучало громче, чем шаги.
Женя стоял в дверях одной из квартир, придерживая ногой тяжелую дверь, чтобы не захлопнулась. Мы постояли несколько минут неподвижно, тесно прижавшись друг к другу, он жадно вдыхал мой запах, я залезла под его рубашку, коснулась его спины, а потом наши руки переплелись, и глаза встретились. И одновременно я видела себя в реальном мире. Я выключила компьютер и засмеялась от радости – мне больше не нужна электроника, чтобы видеть Женю! Мы вместе!
Тяжелая дверь захлопнулась за нами с грохотом…
Я разберусь обязательно с этим чудом. Правда то, что взаимная любовь и страсть бывают не только в книгах или у других людей, кажется мне сейчас куда большим чудом. Он срывает с меня одежду с таким нетерпением, что отлетает одна застежка. Еще секунда и мы падаем на пушистый ковер. Весь мир для меня сейчас заключен в его руках – жадных и горячих.
– Я не хочу с тобой расставаться.
– А и не надо теперь. Мы вместе, понимаешь? Причем без разрушения нашей реальности, она идет своим путем.
– Почти как во сне.
– О, гораздо лучше, вот увидишь. Придется, правда, доказать чего мы стоим. Ну, тебе не о чем беспокоиться, а вот мне нервы потреплют. Но я справлюсь.
– Ты о чем, Женя?
– Не думай сейчас об этом. Какая же ты красивая, Полинка! Я могу часами тобой любоваться. Я тебе говорил, что ты – роскошная женщина?
Я оглядываюсь по сторонам. Что это за комната? Мебель красного дерева, ручки резные золоченые – незнакомое место, шторы и ковер – в тон. Высокие потолки с лепниной. В центре комнаты – небольшой столик, на нем накрытое кружевной салфеткой блюдо, запотевший графин с водой и кубиками льда, горячий кофейник, стаканы, чашки, салфетки – ну прямо как в отеле. Я поднимаю салфетку – под ней тарталетки, тонко нарезанный сыр и ломтики фруктов. В глубине комнаты – дверь, а за ней умывальник и большая ванна, почему-то на львиных ножках.
– Как это получается, Женя? Почему мы ощущаем и видим все одинаково? В прошлый раз в лес попали, а сейчас в эту комнату. Мы будто два сознания, витающие в одном слое.
– Мы давно уже не два сознания, разве ты не поняла?
– Я боюсь понять и поверить. Может мы сошли с ума? Почему мое сознание раздваивается, когда мы вместе?
– Полинка, мы действительно вместе – вот я целую ложбинку на твоей спине, чувствуешь?
– Ой, так щекотно… жаль, что это скоро закончится.
– Не закончится. Мы теперь все время будем вместе.
– А в окно можно выглянуть? – спрашиваю я, указывая на темно-красную тяжелую бархатную штору, из-за которой в комнате царит приятный полумрак.
– Мы не только в окно выглянем. Мы даже выйдем из этого дома и пойдем осматриваться – надо же знать с чем имеешь дело.
– А когда? Сейчас?
– Позже немножко. Подожди минутку, иди ко мне… кожа-то какая шелковистая у тебя… а пахнешь ты как!
И опять лежим на ковре, тесно прижавшись, лицом друг к другу – мы так близко сейчас, насколько вообще могут быть близки мужчина и женщина. Его рука скользит по моей спине и ягодицам, а губы по изгибу бедра. Наконец, он отрывается от меня неохотно.
– Ну, Полинка, сама штору отодвинешь, или хочешь, я это сделаю. Да не бойся – я тут, если что. Ступая босыми ногами по мягкому ковру, я иду к окну.
– Ишь, храбрая какая! – говорит он насмешливо.
Я осторожно отодвигаю штору, но никакого окна там нет, а есть электронное табло с бегущей строкой: «Добро пожаловать в Демонет!» Она сменяется другой строкой: «Госпожа Полина Аксен, вас и вашего партнера ждут в офисе на первом этаже».
Спускаемся на первый этаж. После столь интенсивного секса у меня немного кружится голова и дрожат коленки.
На стеклянной двери два плаката: «Демонет, 1-ый уровень» и «Добро Пожаловать» на всех языках.
– Можно войти?
На столе табличка – «Стефан Гржвч, DeMo». Ну и фамилия у парня – ни одной гласной! Только бы не пришлось произносить ее вслух. И что это за должность– «DeMo»? За столом – молодой светловолосый худощавый парень в темном костюме, в белой рубашке с галстуком. Он указывает Жене на дверь соседней комнаты, а мне говорит успокаивающим тоном:
– Это займет немного времени, не беспокойтесь.
Когда дверь за Женей закрывается, он встает, широко улыбается и произносит громко и радостно:
– Госпожа Полина Аксен, я приветствую вас на первом уровне Демонета, одном из лучших миров Голденгейта!
– Спасибо.
Завершив официальную часть, парень расслабился и сменил тон:
– Здесь очень классно! Никаких условий и препятствий. Скоро сами все увидите. Осматривайтесь, гуляйте, развлекайтесь, любите друг друга… короче, делайте все что угодно. Всего одно маленькое правило – не нарушать общественный порядок. Если вы согласны, то продолжим.
– Что значит «нарушать»? Я еще не знаю, как здесь принято себя вести.
– Это очень просто, госпожа Аксен. В общественных местах следует делать то, что положено. Например, в кафе едят и разговаривают, в библиотеках – читают книги и соблюдают тишину, и ни в коем случае – не наоборот.
– Я магистр наук, я не перепутаю кафе с библиотекой.
– Не сомневаюсь, госпожа Аксен, в ваших благочестивых намерениях. Но вы прибыли из реала – где столько правил и запретов! А здесь вам дозволено все. Некоторых это деморализует. Надеюсь, с вами этого не случится.
– Я должна подписать документ о том, что я ознакомлена с правилами?
– Нет, у нас это не принято. Достаточно вашего согласия. Мы настолько доверяем игрокам, что у нас даже нет стражей порядка, но пользоваться их отсутствием – не советую.
– Ну, в хулиганстве я не была замечена, – я засмеялась, и он одобрительно кивнул.
– Еще один вопрос: нет ли у вас страсти к азартным играм? Это может стать серьезным препятствием…
– Я изучала в колледже теорию вероятности, так что это точно не будет проблемой.
– Верю, но обязан предупредить. Дело в том, что в Демонет попадают люди склонные к крайностям – это ни в коем случае не минус, но именно страсть к азартным играм может стать серьезной помехой в реализации возможностей. Продолжим, Полина, – перед ним засветился экран. – Закройте глаза и подумайте о чем-нибудь приятном… так… спасибо. А теперь вспомните что-нибудь из прошлого, все, что в голову придет. Хорошо, спасибо, теперь представьте себе какое-нибудь несбыточное желание – можно несколько… Прекрасно! С вами легко работать – у вас живое воображение! С партнером проблем тоже не должно быть – вы видели друг друга, касались, и органолептическое восприятие демофилда в приемной прошло нормально, верно ведь? – он заглянул в экран. – Вам все подошло?
– В приемной?
– Комната с мебелью красного дерева – демонстрационное поле для новичков.
– Комната… это была реклама?
– Скорее, проба. Демонет не нуждается в рекламе – это хоть и элитарный мир, но не может обойтись без постоянного пополнения своего талантливого населения, потому что игроки, как правило, переходят на более высокие уровни.
– Значит, нас с Женей тоже считают талантливыми? В чем же?
– Администрация сделала ставку на вас, госпожа Аксен, и даже предлагает льготные условия, полагая, что ваш главный талант проявится в этих условиях наилучшим образом. Опыт и знания, полученные на разных уровнях Демонета, могут быть использованы в реале, но об этом рано еще говорить. Сначала нужно пройти первый уровень.
– Но как это получается – одновременно находиться в двух разных мирах?
– Житель реала может находиться одновременно во множестве разных миров. А вы пока только в двух – реале и Демонете.
– А ничего, что у нас с собой нет никаких вещей?
– Все необходимое на первое время вы найдете у себя дома, включая деньги.
– Дома?
– Ну да, должны же вы где-то жить.