![](/files/books/160/oblozhka-knigi-prosti-zabud-359620.jpg)
Текст книги "Прости… Забудь"
Автор книги: Евгения Арапова
Жанр:
Современная проза
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 5 страниц)
Евгения Арапова
Прости… Забудь
I
. Рига. Папа Леры
Когда все это началось, в августе 2017-го, если не ошибаюсь? Я работала в «Юрцентре на Невском». Все как обычно, сидела в офисе, готовила иски к подаче, позвонил папа.
–Оля, привет, на работе?
–Привет, пап, а где же еще?
–Оль, тут новости не очень хорошие, помнишь, Леру Свирскую?
–Cмутно. Дочь Алексея Владимировича от первого брака?
–Да, она. Девочка умерла. Отец нашел.
–О господи, что случилось-то?
–Пока до конца не понятно, вроде не убийство.
–Папа, я задам этот вопрос… не наркотики?
–Нет, наркоманкой она не была точно. Отец девочки говорит, что все слишком странно, в прошлые выходные дочь проводила время в его загородном доме, пока он был в отпуске. По возвращении Лёха позвонил, Лера разговаривала как обычно. Только очень хотела встретиться, как можно быстрее, договорились на среду. Дочь не приехала, звонил, не ответила. Сам к ней пришел, тишина, дверь не открыла. Свирский съездил домой к ее маме Татьяне за ключами. Вернулся, а там… Владимирыч ничего не понимает, подскажешь, что в такой ситуации делать?
–Пап, мне, конечно, лестно, что ко мне обращаются по таким серьезным вопросам, но я же не в СК служу, слава богу. Пусть операм и следаку денег даст, чтобы хорошо все проверили, экспертизу нормально нужно провести, не «на отвали». Если выхода на них нет, я попробую найти, что я еще могу сделать-то? И потом, что у него нет ни одного знакомого в МВД, СК или прокуратуре? Когда им платят, они могут работать, поверь мне!
–Есть. И именно поэтому он понимает, что в сложившейся ситуации его скорее всего, разведут, не больше. Он не хочет, чтобы кто-то пользовался его состоянием. К тому же ты хоть кого-нибудь, но знаешь. Ментов, следаков из СК, прокурорских, поумнее и понадежнее… Он хочет чтобы ты, или твои знакомые все перепроверили. Леха знает, чего стоят эти мнимые «связи».
–У меня есть знакомые в этих структурах, и их совсем немного. Кроме того, я не работаю по «уголовке», стараюсь держаться от нее подальше. У меня сугубо гражданская специализация, ты же помнишь?
–Прекрасно помню. Как и то, что ты всегда интересовалась уголовным правом и может быть, была бы даже неплохим следователем. Но не в существующей системе. От тебя не ждут расследования, от тебя ждут помощи в том, чтобы ты познакомила с по-настоящему стоящими людьми из этого гадюшника, если такие еще остались. Владимирыч с тобой работал и хорошо к тебе относится, доверяет, хочет, чтобы ты приняла участие.
–А почему сам не позвонил?
–Потерял твой номер телефона. Ну так что, могу дать ему номер?
–Да, конечно. А мне его номер скинь, чтобы я знала, кто звонит.
–Спасибо, дочь. Кстати, он заплатит.
–Ну это само собой, пап. Ладно, давай я тебе вечером позвоню, сейчас работа.
–Хорошо, давай, до вечера.
Позже состоялось продолжение разговора.
–Оль, нужно с Лешей встретиться, он поговорить хочет, деньги заодно отдаст.
–Когда?
–Завтра обещал позвонить.
–Хорошо.
Я ждала звонка, его не последовало. Пришло сообщением в whatsapp: «Оля, добрый день, сможешь сегодня к 7 подъехать на 5-линию «Васьки», поговорим? Это Свирский».
Да, конечно, смогу, – ответила я.
К семи, как договаривались, я приехала, припарковалась и решила подождать Алексея Владимировича в машине. Буквально через пару минут рядом со мной остановился черный, как это принято, Range Rover. Из него вышел высокий, еще не полностью седой мужчина в хорошем костюме, подошел к моей машине, открыл дверь:
–Оля, добрый день!
–Добрый, Алексей Владимирович.
–Не удивляйся, твой папа назвал марку и номер автомобиля.
Он тут же сел на пассажирское сиденье.
Было очень сложно сказать следующую фразу, потому, что для людей в подобной ситуации слова ничего не значат, а вообще ничего не сказать– хамство: «Примите мои соболезнования».
–Спасибо, Ольга. Давай сразу к делу. Ты уже знаешь, что именно я обнаружил дочь мертвой. На сегодняшний день знаю точно, в возбуждении дела откажут. Вскрытие показало, что Лера умерла от острой сердечной недостаточности. Я в это верю. Ее никто не убивал, она не покончила жизнь самоубийством. У моей дочери остановилось сердце, и я хочу знать почему. Причина? Должен был быть какой-то стресс, подтолкнувший фактор. Лера на здоровье не жаловалась. Что происходило в ее жизни? Мне нужно восстановить картину, узнать последние события. Не можешь или не хочешь сама разбираться, подскажи, к кому обратиться.
–Алексей Владимирович, это не вы должны у меня спрашивать, что с вашей дочерью происходило, а я у вас. Честно говоря, не знаю, чем помочь?
–Узнать о моей дочери то, чего я не знал. Понимаю, тебе может показаться странным, что я не был в курсе происходящего в ее жизни, я оправдываться не собираюсь. Мне нужна помощь и я готов платить, тебе это интересно?
–Когда платят всегда интересно.
–И это правильно, 100 тысяч, устроит?
–Да, вполне. Только один вопрос, почему вы ко мне решили обратиться? Почему не в органы наши, к «переаттестованным»?
–Тебя я знаю, помню, как ты мне все договоры и документы в ООО-шках упорядочила. От штрафов вечных отбиваться помогала. Разобралась, проблем не было. Мусорам я не сильно доверяю. Из принципа ни копейки не заплатил, знаю эту породу, которую кроме денег ничего не интересует. Они пялятся, а в глазах один вопрос: «Как бы с тебя побольше стрясти». Я так полагаю, что делать вообще никто ничего не будет, даже не бесплатно, все «на отъебись». Мои деньги уйдут в никуда. Пусть молодых разводят. Если и платить, то под контролем знакомого человека. Ты пойми, я не против потратиться, но не просто так. Я могу, конечно, к частному детективу обратиться, но, полагаю, там такие же пиздоделы, как в ментовке.
–У вас нет никого знакомого в чинах?
–Близких нет, а насчет левых людей я уже все объяснил. Не хочу, чтобы чужие нос совали, пусть это останется в нашем, дружественно-семейном, кругу. Если понадобится кого-то привлечь, привлекай. Но тихо и аккуратно.
От денег сложно отказаться, в моем случае, я бы сказала, невозможно. Но я никогда не разводила людей, не работала по заведомо проигрышным делам, не продавала три заявления за 50 тысяч, как недоумки из юридических консультаций, которыми наводнены «Яндекс» и «Google». Я адвокат, а не «гэкающие» непрофессионалы из регионов. При всем при этом… 100 тысяч за сомнительный сбор информации? Ладно, лучше мне, чем очередному ментенышу на двухсотый крузак. Попробую помочь, по крайней мере, сделаю все, что в моих силах.
–Осмотр квартиры проводили?
–Проводили, ничего не нашли.
–Не переоцениваю мусорков, но мне кажется, после них искать нечего. Правда, если хотите, можем посмотреть.
–Пойдем, сходим. Осмотр провели аккуратный, не обыск, эксперты, все дела. Не нашли вообще ничего, телефон, планшет, ноутбук изъяли– пусто.
От машины к дому нужно было пройти, парковка «выхлопной трубой в окна первого этажа», как это часто принято, предусмотрена не была. Двор-колодец, арка, в него ведущая. Аккуратная парадная, за которой следят. Оштукатурена, покрашена, ступеньки и перила старые, сохранившиеся с момента постройки. Лера жила в 50-метровой «однушке», сплошной минимализм, ни одной лишней детали. Квартира состояла их комнаты и кухни. Стены в комнате светло-серые, пол паркетный, на несколько тонов темнее. Занавески неагрессивного фиолетового цвета. На полу в горшках стояли цветы, причем без соцветий, только зеленые стебли. Кровать из дуба, небольшой ковер, тумба рядом. Кухня в тех же светлых тонах, диван и барная стойка. Окна, на подоконнике подушка, рядом не полностью догоревшая свеча. Видимо, там она сидела, посматривая в окно. Смотреть, честно говоря, особенно не на что, окна с 3 сторон, хорошо на расстоянии, спасающем от вечного созерцания ненужных подробностей чужой жизни. От квартиры веяло могильным холодом, и мне почему-то кажется, что это никак не связано со смертью Леры. Уверенна, также было и при жизни хозяйки.
–Алексей Владимирович, машину Леры полиция осматривала?
–Машину нет.
–Тоже не лишним будет.
–Я ее за город отогнал. Пригоню, посмотришь.
–Вы тогда позвоните, я эксперта найду хорошего, не тупого, он нам поможет.
–Договорились, позвоню. Да, кстати, вот, аванс, столько же по окончании, я понимаю, что никто из нас не господь бог, но я очень надеюсь на результат.
Когда он это говорил, мне стало не по себе. Папа рассказывал, что Свирский достаточно жесткий, не церемонится с людьми, работа которых его не устраивает. Да, я уже помогала, он хорошо заплатил, в тот раз обошлось, посмотрим, как в этот раз получится. С ним нужно общаться быстро, четко и только по делу. Он платит деньги и ему необходимо во всем разобраться. А мне необходима вторая часть гонорара.
Глядя на Свирского сложно было понять, что с ним происходит. Спокойный, собранный человек. Без истерик и требований помочь, столь часто свойственных родственникам. Но на отца, убитого горем до того состояния, когда эмоций уже не осталось, он не был похож тем более. Выглядел как деловой человек, столкнувшийся с непростым, но решаемым кейсом. Возник очередной вопрос, на который нужно как можно быстрее найти ответ.
В следующий раз я позвонила сама, молчание затянулось, а денег хотелось очень.
–Алексей Владимирович, добрый день, что у нас с осмотром машины?
–Оля, привет, ты знаешь, новости появились. Машину мы, конечно, осмотрим, но, возможно, будет кое-что интереснее. Подожди до вечера.
Перезвонил:
Оль, я нашел поврежденный ноутбук в комнате, в которой Лера останавливалась в моем доме. Я думаю, она оставила его в тот момент, когда ночевала здесь в мое отсутствие, в последний раз. Компьютер включается, а дальше-ничего. Он, точно дочкин, да и чьи еще вещи могли быть в ее комнате? В шкафу лежал. У тебя есть специалисты, которые могли бы посмотреть, что там»?
–Найду!
–Привезу его сегодня, сможете побыстрее?
–Постараемся.
Этим же вечером он прямо к офису коллегии привез старый, 17-дюймовый Asus, который включался, а дальше надпись reboot and select… Похоже, что-то с жестким диском. Я позвонила человеку, который всегда выручал меня при возникающих проблемах с техникой:
–Cерёж, привет, «ноут» посмотришь?
–Привет, в чем именно проблема?
–Не включается, в принципе, мне все равно, будет он работать или нет. Главное, чтобы всю возможную информацию можно было вытащить.
–Привози, попробуем…
На следующий день у меня была флешка с файлами и стоило мне это 5 тысяч рублей. Никаких скидок постоянным клиентам, сука. При беглом просмотре ничего интересного. Появится время, изучу более внимательно.
Среди восстановленного находилась какая-то ерунда, заметки, записки, скачанные книги, статьи, фотографии. Я скинула все word-файлы в планшет. Начала читать при очередной задержке начала заседания. Это же нормальная практика у чуда в мантии. Назначить больше, чем можешь рассмотреть, потерять половину дел, уйти на обед, писать, какать, искать себе мужика на мамбе или трусы 54-го размера в интернет-магазине. А люди ничего, подождут. Если что, и до 8 вечера посидят, не развалятся. В крайнем случае, отложим еще на месяц. В этот раз дело было не самое сложное, представителя ответчика пока нет, и конкретно эта судья всегда «откладывается», несмотря на надлежащее извещение.
Привлек внимание один файл с названием «Продолжение». Я начала читать, это дневник девушки Леры. Нужно ли погружаться дальше? Не думаю. Отдам «дяде Лёше», может, найдет, то, что ему нужно, не хочу погружаться в чужие личные проблемы. Да и уважение к чужой частной жизни. Мне платят в том числе и за то, чтобы лишних вопросов не задавала. История, скорее всего, непростая, и, что-то мне подсказывает, что лезть дальше пока не нужно. Интересно, я деньги получу в полном объеме?
–Алексей Владимирович, здравствуйте. Вы знаете, в ноутбуке кое-что нашлось.
–Здравствуй, Оля. Что там?
–Текст, дневник вашей дочери… Я не читала, думаю, вам лучше самому. У вас почта электронная есть? Туда отправлю.
–Оль, я пришлю.
Он скинул адрес, я—текст. Через неделю прислал сообщение в whatsapp: «Оленька, пришли номер карты, деньги скину». Это неожиданно. Не думала, что найдется желающий заплатить 100 тысяч за самостоятельно найденный ноутбук. Думала, все ограничится полтинником, полученным в качестве аванса, да и тот бы назад не потребовал. Хотя… пусть платит, не обеднеет, не гигантская для него сумма. Я отказываться не буду, в конце концов, результат достигнут и неважно сколько времени на это ушло. Я позвоню, самой интересно, почему он готов платить деньги за то, что прочитал:
–Добрый день.
–Привет.
–Я получила деньги, спасибо. Я так понимаю, вы все прочитали и на этом наша совместная работа закончена?
–Да, Оль, я нашел ответ на свой вопрос. Даже в большем объеме, чем хотелось бы.
–Смерть все-таки, была естественной?
–Естественной, если так можно сказать про смерть молодой девушки. Я не сомневаюсь, что моя дочь умерла от остановки сердца. Произошел ряд событий, которые привели к такому печальному результату. Все, больше я говорить не готов.
–Понятно.
–Ладно, Оль, спасибо. Я надеюсь, ты понимаешь, что об этом деле никому нельзя рассказывать? Даже родителям. Я перевел вторую часть гонорара в качестве в том числе и для этого. В твоих же интересах не распространяться. Я знаю, ты умеешь забывать о «лишних знаниях».
–Конечно, понимаю.
–Ну и слава богу.
–До свидания, Алексей Владимирович.
–Пока.
Интересно, что Свирский будет делать с полученной информацией? Состава я так понимаю, нет, обращаться «в органы» не с чем. Да даже если и был бы состав по доведению до самоубийства. Действовать «по закону», идти в СК с заявлением и добиваться возбуда? Бред. Будет отказ, возможно многолетнее обжалование с отменой прокуратурой или судом. Борьба за справедливость заканчивается в большинстве подобных историй —ничем, оставив мерзкий шлейф публичного позора. Будет ли он стараться наказать виновника самостоятельно? Если бы на месте Свирского оказался остро переживающий потерю отец, я бы ожидала худшего. Но, честно, он совсем не выглядел таковым. Была задача узнать, кто виноват. Задача выполнена. Кажется, он не сильно-то переживает и на самом деле, судьба девочки ему безразлична. За годы выстраивания бизнеса мозги так работают: на каждый вопрос должен быть найден ответ. Ответ найден, заказчик успокоился. Ладно, поживем—увидим.
Я оказалась права, прошло полгода, все тихо. В каком виде должна была проявиться реакция? Не знаю… Новости от папы о Свирском. Какие-то изменения в его жизни, я бы услышала. Оказалось, это только теория…В конкретной ситуации странно было рассчитывать на продолжение настолько яркое, чтобы и самой удивиться, и людям рассказать. Не те исходные данные.
Ожидаемые два года назад новости появились в сентябре 2019-го. С Пашей—отличным адвокатом, специализирующимся в основном на делах об административных правонарушениях я столкнулась в Санкт-Петербургском городском суде. Человек, которому откровенно завидовала. Такое количество водительских удостоверений вернул доверителям только он. Иногда мне казалось, что секрет его успеха в том, что он очаровывает баб-судей, безусловно привлекательный мужчина, один из тех, кому, ни будь замужем и прояви он какой-нибудь интерес, «ябдала». На самом деле, Паша не боялся креативить в процессе, используя любую возможность для удачного разрешения дела и был очень уверен в себе, твердо зная, что у него обязательно получится. Он окликнул меня в коридоре:
–Привет, Ольга Анатольевна.
–Привет, Павел Николаевич. Продолжаешь судиться и возвращать водительские удостоверения несправедливо лишенным «синякам»?
–Почему бы и нет? Двоих «гайцов» уволили по отрицательным мотивам по результатам проверки, проведенной по моему заявлению, другому приговор недавно вынесли, он получил условный срок.
–Поздравляю.
–У тебя как дела?
–Не так весело и «жирно», работаю понемногу. Сегодня апелляция решение по разводу господ Черновых «засилила», достаточно важное для меня.
–Адекватные доверители?
–Ты знаешь, вполне. Не жалуюсь.
–Тебе Ванька Романенко мог бы позавидовать. У него доверитель окончательно мозгом повредился. Отбывает 8 лет по 290-й и требует от Ваньки, чтобы он нашел того, кто его заказал. Вавилов из администрации Василеостровского, не слышала? Громкий процесс был и слишком быстрый.
–Не слышала, наверное, загружена была, времени ни на новости, ни на сплетни не оставалось. А его посадку действительно кто-то заказал? По-моему, российскому чиновнику, чтобы сесть, помощь не нужна. Любой уважающий себя за пару лет без проблем на несколько статей состава насобирает.
–Это бесспорно. Но с ним ситуация и вправду не простая. Вавилов сначала ко мне обратился, я дело изучал, следак—мой хороший знакомый недвусмысленно намекнул, что лучше не лезть. «Потенциальный доверитель» будет сидеть в любом случае. Ни защитить, ни «зарешать» не получится. Я послушал умного человека. Дело резонансное, но профита с него никакого.
–А Ваня взялся?
–Ваня взялся, ему очень деньги нужны были. За это сейчас и расплачивается. Доверитель—невероятно жадный. Считает, что адвокат до пенсии ему помогать должен за однажды заплаченные копейки. Теперь, он, видите ли, хочет «адвокатского расследования». Сумму гонорара увеличивать только не намерен.
–У него есть хоть какие-нибудь мысли на тему того, кто его заказал?
–В том-то и дело, что нет. Говорит, что «по работе» все со всеми было ровно, столько лет на этом месте. Личная жизнь тоже прозрачна, давно женат, трое детей.
–Любовница, разовые девки?
–Как ты могла подумать? Это же русский чиновник-образец моральной чистоты. Любовницы, говорит не было, разовых девок-тоже. По отзывам контактировавших с ним в последнее время, он сильно изменился, совсем перестал свои аппетиты ограничивать. С людьми как с говном обращался, денег требовал непомерно. Когда брал, с решением тянул месяцами, у людей убытки, ему все равно, в безнаказанность собственную уверовал. Видимо, не тем нервы мотал. У тебя же отец со Свирским работает. Они что, не сталкивались?
–Папа со Свирским уже давно не работает. А тот на «Ваське» даже не пытается ничего строить.
–Ясно, ладно, Ольга, мне пора, дел полно.
–Давай, счастливо!
Нужно у папы спросить про этого Вавилова. Сталкивался ведь наверняка, знает. Может даже подскажет, кто этому упырьку мог зла желать. Мне всегда интересны подобные истории. Хоть какая-то справедливость. Закон не работает, так они сами друг друга жрут, забавно. По моему личному мнению, вся это свора не имеет права на человеческое отношению, по определению. Много у них желания помогать людям? У ментов, годами не возбуждающих дела со стопроцентным составом потому, что «на этом не поднимешься, бумаги больше истратишь»? Не по этой, так по целой массе других причин, не всегда даже из-за денег, чаще из-за лени. Зато непричастных закрывать горазды, чтобы «жирную палку» срубить. У сотрудников районных администраций, годами «глотающих» жалобы и строчащих отписки жителям аварийных домов. Управляющие компании их обслуживающие в непонятном направлении уводят деньги, а парадные напоминают уборные, где бомжи бы гадить побрезговали. Судьи… своеобразнейшая каста. В большинстве своем страшные, неумные бабы-хамки, вдохновленные административным ресурсом ломают людям жизнь неправосудными решениями. Если они людей непонятно за кого считают, имеют ли они сами право на сочувствие? А этот… посадили, пусть и по беспределу, ну и ладно. Одной мразотой меньше, естественный отбор, так сказать.
Понимаю, что при моей профессии, с представителями вышеуказанных видов нужно дружить, но у меня не получается. Нет знакомых в администрации не то что города, района. Так, среди мусоров и прокурорских, по мелочи. Брезгливо с ними общаться, как и дружить с их женами—домохозяйками, по совместительству «владелицами успешного бизнеса». О чем общаться с бабами, у которых жир из определенной точки в морду перекачан, которые только и мечтают о том, чтобы «успешный фаллос» изо рта не выпустить. Существа, принимающие противоестественные позы на фотках в инсте, потому что это красиво. Малообразованные колхозницы, не до конца забывшие вчерашнюю нищету, да, пусть красивые, дорого одетые, но не перестающие от этого быть дворняжками, «работающими за еду». Эти подзаборные бабы ложатся в постель, рожают детей от лицемерных существ, которые на совещаниях рапортуют о том, насколько прекрасно жить, в действительности ничего не делая, кроме как увеличивая количество мрази вокруг нас. Может нормальная русская женщина быть женой подобного дерьма? Ни при каких обстоятельствах.
Ситуация с посадкой Вавилова–возня, жизнь насекомых, невероятно увлекательная при этом. По хорошему, им всем место там, где сейчас этот чиновник, отдельные аресты-это местечковые разборки. Не поделенный кусок. Да и показуха в основном, сливают мелочь. Тех, кого не жалко. Если у одного не последнего лица нет задачи закрыть другое не последнее лицо, оно может творить любую дичь. И самое смешное, что все эти деятели искренне верят в то, что «заработали» на хорошую жизнь. Непосильным трудом, ага. Вот честно, когда кого-нибудь из них сажают, я радуюсь. Что это, классовая ненависть? К какому классу? Классу тех кто не умеет писать без ошибок, но «наотпускал» на хорошую квартиру, загородный дом, автомобили? А эти… Низкосортные женщины и их не всегда умные, но хитрые и хорошо устроившиеся мужья. Сколько бы денег у них не было, никогда они не будут ровней нам, представителям русской интеллигенции.
Как бы папе аккуратно вопрос про этого Вавилова задать?:
–Папа, привет!
–Привет, Оленька!
–Пап, я по делу. Ты сталкивался когда-нибудь с Вавиловым из администрации Василеостровского района?
–Что-то не припомню…
–Его посадили где-то год назад, ты должен был слышать об этом.
–Ааа, да было. Суд, срок. Но ни я ни Леха с ним не работали. Ни одному из нас Василеостровский не под силу. Я помню, нужно было через него на «хорошего человека» выйти, Владимирыч категорически отказался иметь с Вавиловым дело. Принципиальный вопрос.
–Почему, откуда такое неприятие?
–Не знаю, но Лёха сказал, что работать с этим ……. не будет, он вообще плохо на эту фамилию реагировал.
–Слушай, а как у Свирского дела, давно от тебя ничего о нем не слышала.
–Что это ты вдруг интересуешься?
–Да ничего, на ум пришло просто, ты же часто раньше про своих друзей рассказывал.
–Свирский уехал в Испанию, как раз полгода назад.
–А как же бизнес, продал?
–Нет, управляет удаленно.
–Это реально?
–Как оказалось, да.
Как интересно складывается: Свирский очень плохо относился к Вавилову, уехал после его «посадки». Вот, как минимум, один недоброжелатель. Неужели? Да нет! Меня часто версии в порядке бреда посещают, не думаю, что это правда. А было бы забавно. Мне бы с Алексеем Владимировичем поговорить, очень осторожно. Если папа узнает, что я до Свирского докопалась, мозг без остатка вынесет. И все равно, нужно придумать, как сделать «потоньше» и связаться с новоявленным испанцем. Интуиция… Как только достучаться?
Я же на почту ему содержимое флэшки скидывала. Можно попробовать написать с того же адреса. Сообщение такое: «Алексей Владимирович, добрый день! Хотелось бы с вами поговорить про Глеба Вавилова. Если найдете возможность, буду рада пообщаться! Ольга» В ответ он прислал мне свой европейский номер телефона, переписка продолжилась в whatsapp:
–Здравствуй Оля, о чем ты хотела поговорить?
–Здравствуйте, Алексей Владимирович. Глеб Вавилов-бывший чиновник, отбывающий срок, сейчас активно ищет того, кто его посадил. Мне почему-то кажется, вам будет полезно это знать.
–Оля, он кого-нибудь конкретно подозревает в том, что с ним случилось?
–Он не знает, кто это с ним сделал, но очень хочет узнать.
–Я готов поговорить, но только лично. Я не в России, ты знаешь?
–Знаю. Полагаю, возвращаться не планируете?
–Не планирую. Сможешь прилететь, например, в Ригу?
–А почему не в Хельсинки, ближе же?
–В Финке выше риск встретить знакомых, не хотелось бы. Так что насчет Латвии?
–Нужно посмотреть, когда смогу. Только вот… Билет и гостиница за счет доверителя, командировочные расходы.
–Не вопрос, Оль, напиши, на какую дату взять билет и скан паспорта скинь для оформления. У тебя шенген, я надеюсь, открыт?
–Да, с этим все в порядке.
Через 2 недели, на выходные 21-22 сентября могу слетать без проблем. Нужно поговорить со Славой, которому эта идея, скорее всего, не понравится. Я, конечно, не из тех, кто спрашивает разрешение мужа, но считаю, что не лишним будет рассказать о своих планах, а не ставить перед фактом. Меня бы тоже выбесило, если бы Слава собрал чемодан и хлопнул дверью, заявив, что он в командировку. Да и к чему семейные конфликты из-за мелочей, а это, все-таки, мелочи:
–Слав, я должна буду в командировку поехать, через две недели, на выходные в Ригу.
Я давно не видела, чтобы он смотрел на меня с таким бешенством:
–Ты что совсем что ли? Ты когда к Ковальчуку устраивалась, мы договорились, что никаких командировок, насколько я помню, ты сама была против них, что сейчас поменялось? Или у тебя личная жизнь налаживается и ты под предлогом работы в Ригу решила съездить, да еще и на выходные?
–Слав, за языком следи. Я тебе повода не давала так со мной разговаривать. По твоей логике, я тоже должна мозг выносить на тему того, что ты из Тая улетел раньше нас по неотложным делам? Кроме того, эта поездка не связана с работой в коллегии, это другое.
–Еще лучше… другое, может пора все-таки рассказать?
–Помнишь, два года назад я помогала папиному другу, Свирскому, разобраться со смертью дочери?
–Помню.
–У этой истории появилось интересное продолжение и мне нужно понять, в чем, все-таки, дело.
–И что же случилось?
–Это только между нами, надеюсь, ты понимаешь?
–Я когда-нибудь кому-нибудь рассказывал о твоей работе?
–Нет, но это потому, что я сама тебе далеко не все рассказываю. Подозреваю, что человек, виновный в смерти Леры, наказан. Все. Большего сказать не могу. Свирский живет в Европе и не может вернуться в страну, чтобы с ним поговорить, нужно слетать в Ригу. Никакого общения по телефону или обсуждений по почте быть не может.
–Понял. Ты так хочешь разобраться?
–Ты же меня знаешь, я не успокоюсь, пока не добьюсь своего.
–Знаю… Если все так, как ты говоришь, то не будешь против, если я с тобой поеду?
Что-то новое в исполнении моего мужика. Что это: забота, ревность, или сам где-то обосрался, накосячил, а теперь боится, что и с ним так поступят? Да пусть едет. Одной скучно и некомфортно, со всеми трудностями придется самой справляться, а если Слава будет рядом, и сумки потаскает, и такси вызовет.
–Слав, мой билет и гостиницу оплачивает Свирский, говорить о том, чтобы оплачивал твой, я не буду. И еще, я от одноместного номера, откажусь, с тебя двухместный.
–Хорошо, 21-22 сентября?
–Да, но мы еще окончательно не договорились, скажу, чтобы покупал билет, как только он мне его пришлет, так и ты свой бери. Номер выберу сама, это важно.
–Договорились,–при этих словах он улыбнулся.
Если мой муж так сильно хочет быть рядом, пусть сам разбирается с проблемами. Воспитание рублем самое действенное. Теперь нужно объяснить Свирскому, что я приеду не одна, а с ревнителем семейных ценностей. При этом мы не должны выглядеть как слабо адекватные, у которых аккаунт в инсте называется «Юля и Ваня". Задача, притом, что муж едет со мной в командировку, честно говоря, простой не выглядит.
–Алексей Владимирович, я смогу прилететь в Ригу 21 сентября. Жду билет, отель бронировать не нужно, этим займется муж, он едет со мной.
–Он в курсе?
–Нет, просто не хочет, чтобы я одна летела.
–Ты ничего ему не говорила?
–Только то, что, нужно встретиться с вами по работе, без подробностей.
–Ясно… Вы прилетаете около трех дня, поговорить предлагаю в ресторане, в центре в 7, название позже скину.
–Хорошо, до встречи, Алексей Владимирович.
–Пока, Оля.
Мы летели сомнительным AirBaltic, который за каждый взмах руки хочет денег. Эконом, но хоть не самый нищебродским Basic, и на том спасибо. Я ни разу не была в Прибалтике, несмотря на ее близость. Возникала мысль съездить, но денег жалко, всегда предпочитала добавить и слетать в полноценную Европу. Вот и представился случай, всего два дня. Пробник можно сказать, заодно решу, стоит туда возвращаться или нет.
Приземлились по расписанию, в зоне прилета наш ждал водитель getttransfer, Слава позаботился. Уже не зря полетел, не нужно бегать и решать проблемы самой. Вроде у меня только ручная кладь, на 2 дня достаточно, но все равно надоедает, хорошо, что ее можно отдать кому-то. До города добрались быстро. Слава забронировал номер в Mercure, который никогда раньше не разочаровывал. Времени до начала встречи оставалось все меньше и меньше, мы заселились и начали сразу же начали собираться. Да, Слава выразил желание и туда меня сопроводить.
Алексей Владимирович ждал нас в Riits. Я увидела его, как только мы зашли в ресторан. Он поздоровался за руку со Славой и задал дежурные вопросы:
–Добрый вечер, как долетели?
–Все в порядке, спасибо.
–Слава, не пойми неправильно, но я бы хотел поговорить с Ольгой наедине. Мне трудно будет рассказывать суть дела при тебе. Это мое, а не ее личное.
Слава, как показалось, был готов к подобному развитию событий. Он отсел за столик поблизости, ему принесли меню и он начал выбирать, быстро и не зацикливаясь, как умеет только он. Мой муж ненавидит модные ныне истории на тему «эко» и «био». Он классический мужик из серии: «Мне бы мяса». Свой стейк нашел, ну и ладно. Я выбрала судак на гриле, ягодный десерт и латте. Последний раз ела в «Пулково», так что ужин очень кстати. Неловкий разговор начал сам Алексей Владимирович:
–Оль, что там с Вавиловым? Он нашел того, кто ему поможет найти заказчика? Как ты вообще узнала про эту ситуацию?
–Мне рассказал знакомый адвокат, коллега которого защищал Вавилова. Вавилов хочет, чтобы его защитник нашел того, кто его посадил.
–Он все-таки понял, что его заказали?
–Ну он, наверное, не идиот. Говорит, что все со всеми было ровно, у него не было врагов, и если он сел, значит, кому-то это было очень нужно.
–И как продвигаются поиски заказчика?
–Насколько я знаю, никак, он не хочет платить, а подавать никто не намерен. А что есть шансы, что он может на вас выйти?
–Шанс есть всегда, чем больше звеньев в цепи, тем она слабее, слышала о подобном?
–Много людей знает о вашем участии?
–Несколько знают, этого достаточно. Вавилову никто не помог, когда его сажали, но все может измениться, были же у него знакомые. Насколько подробно ты с коллегой об этом деле разговаривала?
–Я задала несколько вопросов. Плюс, в тот момент, когда я спрашивала, я еще не подозревала о том, что это ваших рук дело. Ведь это так? Я не могла выдать секрет, сама о нем ничего не знала.