Текст книги "Воскрешение (СИ)"
Автор книги: Евгений Юллем
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)
И обе чертовки, заливаясь смехом, закатились в бутик, навстречу улыбчивым консультантам с длинными языками и халявному шампусику.
Судя по расходам, скоро это шопное безумие должно было закончиться. Карточки хоть солидные, но не бездонные. А учитывая доставку, к нам придет целый контейнер шмоток и всего остального, заказанного в порыве шмоточного безумия.
И тут опять заскулила чуйка… Впрочем, почему опять? Она и не переставала. А вот щас она прямо-таки заорала, как будто ее пнули под ребра.
Анализ! Я лениво потянулся на скамейке, делая вид, что просто разминаюсь. Эх, жаль на мне эта чертова манишка из гномского железа! Сейчас Радар пришелся бы кстати, но вот только снять ее – вызвать переполох у любого, кто магию видит. Придется по старинке.
Я скорчил рожу, как будто у меня болят зубы, и со стоном прижал ладонь к щеке. На самом деле нажал пальцем на слуховой проход.
– Общий сбор, – тихо сказал я.
Ничего страшного, ни один наблюдатель не обратит внимание, что страдалец от зубной боли что-то там себе бормочит.
– Принято! – отозвались Дрилл и Голди по общему каналу. – Приказ?
– Контрнаблюдение. Локализовать агента наружки и захватить живым.
Пару минут я подождал, ощущение наблюдения не проходило.
Из стеклянных дверей бутика выпорхнули две моих грации, на этот раз с коробками. Ба, когда только переодеться успели!
– Как я вам? – Дрилл развела полы платья и исполнила что-то типа фуэте. При этом ее глаза пробежали по кругу.
– Ничего, – сказал я, имея в виду совсем другое.
– Вот именно! – поняла наш невинный разговор она. – А ты говорила, что будет хорошо смотреться на улице!
– Ну я так думала, – сказала Голди. – Ну ошиблась, с кем не бывает. И вообще пойду носик попудрю, а то столько шампанского выпили…ой!
Она якобы оступилась на каблуках и схватилась за мою руку, чтобы не упасть. Одновременно простучав пальцами по моей ладони «справа».
– Аккуратнее! – сказал я. – Ты мне живая нужна!
– Поняла! – сказала она и вихляющей походкой выпившей женщины она пошла направо, ища комнату напряженных раздумий. Якобы.
Дрилл мило щебетала о своем, о женском. Просто пустой треп для стороннего наблюдателя.
– Готово, – послышалось в ухе. – Подходите!
Дрилл захлопала глазками, вручила мне здоровенные размалеванные пакеты в обе руки и налегке пошла впереди. И таким боком мы вышли к Голди.
– Эй, мой парень перебрал на радостях! – громко заявила она, держа какого-то шныря на себе, обвисшего в позе раненого бойца.
Жертва что-то промычала и попыталась сделать шаг, но это у него не получилось.
– Что ты ему всадила? – тихо спросил я.
– Супергипнол, – ухмыльнулась Голди. – Только вот насиловать его не собираюсь, пусть даже не надеется.
– Откуда он у тебя?
– У женщин свои секреты, – опять ухмыльнулась она. – Может, возьмете?
– Ничего, подержишь, – усмехнулся я. – Ты сильнее меня. К тому же, кто тебя будет охранять?
Я полез за коммом и вызвал такси. На этот раз обычное. Впрочем, это еще вопрос…
– Э, слюшай, я эту пьянь не повезу! – пристально посмотрел на нашего пленника водила-гоблин. – Еще обоссытся, а мне салон отмывать, да?
И почему все таксисты – гоблы? Порода, что ли, у них такая – таксомоторная? Что ни бомбила – то гобл, твою мать!
– Три тарифа! – я блокировал открытую дверь ногой.
– Ладно, – жадность, как всегда, пересилила. – Если обоссытся, десять тарифов платишь, да?
– Я лучше ему хер на бантик завяжу, – мрачно пообещала Голди.
– Годится, – сказал я.
Водила вздохнул, но позволил загрузить тело внутрь салона.
– Поехали!
И мы поехали обратно в порт. Моя команда держала пленника между собой,.зажав.по бокам. А пакеты я засунул к ним, чтобы не отсвечивали.
Впрочем, все обошлось спокойно. Тело вело себя как обычный нормальный пьяный – мычало, иногда силясь поднять безвольно поникшую голову, ноги волочило по полу.
– Фух, тяжелый, гад! – сказала Голди, бесцеремонно сбросив с себя тело в тамбуре. – Куда его?
– Хм, интересный вопрос, – сказал я. – Для начала, откуда он?
– Сейчас, – Дрилл весьма профессионально раздела его, стянув брюки и рубашку.
Вытряхнула все из карманов, прощупала каждый шов, потом отбросила все шмотье в сторону. Стянула трусы…
– Упс!
– Что такое? – я рылся в сваленном на откидной столик для шлемов содержимом карманов пленника.
Связка ключей – простых и электронных, складной нож– стилет из дешевых кобольдских, карточка капитана корабля «Псалом», бумажник с картами и деньгами разных планет, дешевая ручка. И весьма дорогой комм с защитой
– Голди, посмотри! – позвала Дрилл.
Та присвистнула.
– Что, такой большой? – спросил я, не оборачиваясь.
– Да нет, вообще нет, – задумчиво сказала она.
– Это как??? – вот тут я уже обернулся.
– А вот так, – кивнула Дрилл. – Все гладко. Удалено профессионально, в клинике. Кто из сект это практикует?
– Поищи в имперсети, – посоветовал я. – Но вот одну я знаю!
Я ткнул в пентаграмму и надпись, наколотую под соском.
– Фоедус обскурум. Темный Завет, то бишь.
– Секта сатанистов, похитителей душ? – охнула Дрилл
– Что, даже на Стриголе об этом известно?
– Ну не всем, но все-таки… Манипуляция душами, использование украденной у даймонов технологии, попытки выйти из тени и править миром…
Ага, сюда бы я еще.добавил убийство, точнее, обездушивание – что одно и тоже – Феликса Орлова, на которое я, однако, не особо обижался. А что вы хотели? Хотите жить? И я как-то тоже. И, будем честны, к его убийству я не имею никакого отношения. Но все равно я рад, что меня воскресили таким вот образом.
– Есть такие секты, что холостят своих ассасинов, – сказала Голди, порывшись в своей бездонной памяти. – Чтобы те не отвлекались от работы, были преданными и верными, а при попадании в плен на них не было рычага давления. Что уже нечем напугать.
– Да уж, – я передернулся.
– Что я пропустила? – раздался голос от входного люка.
Ага, вот и довольная до ушей рыжая, прямо цветет и пахнет. Прикинутая по последней моде и с двумя тяжелыми чемоданами.
– Работу на дом взяли, – сказал я.
– Убийца из Темного Завета? И, смотрю, как всегда гладкий?
– Ты в курсе? Откуда? – удивился я.
– Ну так в некотором роде конкуренты. Точнее, друг другу мешаем.
– Это как?
– Зачастую цели одни и те же, – пояснила она. – А эти евнухи-любители под ногами путаются. Ну что встали? Тащите его в трюм, пока он не очнулся!
– А это мысль.
– Только имейте в виду, они все владеют магией душ! – сказала она. – Могут возникнуть проблемы.
– Что еще? – начала раздражаться Дрилл.
– Выбейте ему зубы для начала, – посоветовала Мэг. – Они любят откусывать себе язык, чтобы по-быстрому выпилиться.
– С удовольствием, – ухмыльнулась Дрилл.
– И давайте, что там нашли? Карточка доступа есть?
– Зачем? – удивилась Дрилл.
– Вроде большая девочка, а тупая…
– Щас выпотрошу, – зашипела Дрилл и выпустила коготь.
– Его корабль. Лишний нам не помешает, а данные из бортового компа приведут к его логову, – пояснила Мэг.
– Логично, – сказал я. – Предложения?
– Я и Голди, как наиболее в этом продвинутые, идем потрошить корабль. Как запустим – встречаемся в точке рандеву на Великой Пустоши. А дальше решаем проблемы, которые наверняка возникнут.
– Принято, – кивнул я. – Координаты вот.
Я быстро начиркал дешевой трофейной ручкой строку цифр, которую мог запомнить и отдал записку Голди.
– Ждем сигнала о готовности к старту.
– Принято, – кивнула Мэг, порылась в своем чемодане и вынула из него кейс поменьше. – Мы пошли.
И обе бестии – белокурая и рыжая выпорхнули из шлюза.
– Ну что, встали-взяли-понесли? – спросил я у Дрилл. – Потащили его в трюм!
– Потащили.
Трюм на яхте – это не таковой в полном смысле. Просто грузовой отсек перед инженерным и двигательным. Поскольку на космолете ватерлиния, как таковая, отсутствует в силу самой воды, то и отсеки ниже палубы встречаются только на больших кораблях. Например, на папиной яхте. Здесь же смешной отсек десять на десять. Как кладовка и для запасов для пикника на необитаемой планете хватит, а больше… Лихтер арендуйте.
Но для ассасина и вдумчивого с ним разговора хватит. Мы прикрутили его к валяющемуся без дела, но положенному по регламенту хирургическому столу так, что когда очнется, пальцем не сможет двинуть. Если они, разумеется, у него к тому моменту останутся. И, естественно, раздетого – в качестве психологической подготовки к допросу. Пусть почувствует себя беззащитным.
– Идите, Ваша Светлость, руководите операцией. А я пока подготовлю пленного к допросу, – ухмыльнулась Дрилл.
– М-да, – только и мог сказать я. Пожалуй, это я видеть не захочу.
Я ждал в капитанском кресле отмашки от моих взломщиц. Пять минут, десять, пятнадцать… Наконец, когда воображение уже начало рисовать два изуродованных трупа, наушник ожил.
– На борту, к взлету готовы, – бодро отрапортовал голос Голди.
– Жду вашего отбытия.
– Принято. Поехали!
Угу. Он сказал «поехали» и запил водой…
В рубку вернулась Дрилл, вся довольная собой.
– Ну что, подготовила? Сильно била?
– А как же без этого? – повела она плечом. – Клиент, наверное, сильно удивляется, что его тупо бьют и ни о чем не спрашивают.
– Я думаю, он проходил примерно такую же подготовку.
– Да щас, – фыркнула она. – Он учился там, где я преподавала. Да и вообще оскорбительно сравнивать дворцовую подготовку школы Гвардии с каким-то безродным и бесполым существом.
– Вот и посмотрим, – сказал я, запуская автопилот, который должен вывести нас из этого транспортного ада.
– Посмотрим, – согласилась она.
Наконец, когда мы уже выбрались за сферу контроля станции, я стал интересоваться своими подчиненными.
– Искин, покажи «Псалом».
Одна из серебристых точек на экране подсветилась красным кружочком со стрелочкой.
– Ага, вижу, – кивнул я.
Кружочек мигнул и исчез – корабль ушел в гипер. Ну что же, и нам пора! Я коснулся сенсора.
Наконец-то я мог разглядеть в иллюминатор корабль ассасина. Получше не мог найти?
Ох уж эти любители милитари! В свое время и своем мире терпеть не мог придурков, не служивших в армии, но с удовольствием носивших камуфляжные штаны или куртку. Типа закос под крутого мэна. Крутой? Любишь камки? Жить не можешь без оружия? Есть решение! Ну так иди послужи, Родина бесплатно все это даст. Не благодари.
Мода эта прошла, но теперь любители переключились на списанную бронетехнику, или, как в данном случае, на военные корабли.
Блин, отдавать в частные руки МКР – малый космический разведчик? Я бы сделал с интендантом то, что ассасин с собой. Он действительно малый, меньше фрегата, но побольше моей яхты. Ударный корабль для прорыва обороны и охоты на конвои. И пусть вооружение с него вроде бы снято, а сам он устаревшей лет двадцать назад модели, в умелых руках он как волк в отаре, или, скорее, хорь в курятнике. Скорость, маневр, мощный реактор и движки – идеальный убийца! Особенно, если учесть, какая на нем аппаратура подавления – как раз, чтобы прокрасться незамеченным мимо охраны конвоя и занять позицию для атаки.
Единственный минус – жрет, как слон. Обычная черта военной техники. Вояк не волнует, сколько жрет тот или иной танк или самолет – Родина платит. А вот частнику это влетало в такую копеечку, что ого-го. Так что такое мог позволить себе либо богатый человек, либо глупый. Этому кораблику при нормальных характеристиках активную зону кварк-реактора менять раз в полгода, изнашивается в хлам. Но кого бы это волновало?
– Что вы там делаете? – спросил я у Мэг с Голди.
– Проводим регламентные работы, – с усмешкой ответила Голди.
Ну понятно. Ищет закладки всякого рода. Поэтому и висит сейчас МКР в пятидесяти милях от нас. Если рванет, то мы уцелеем.
– Много нашли?
– Две точно есть, третью сейчас поищет Мэг, снаружи.
Трудно было бы по-другому думать. Естественно, что он светится на чужих поисковых радарах. Почему я его отогнал его в Великую Пустошь, а не к себе? И оставлю его тоже тут, на будущее.
– Долго еще?
– Не очень, но… А, вы про допрос? Начинайте без нас, если что, потом запись посмотрим.
– В самом деле, – Дрилл аж копытом землю рыла. – Начинать пора, пока не остыл!
Я усмехнулся ее двусмысленной шутке.
– Идем.
Глава 17
Говорить пленник отказался, лишь усмехался окровавленным беззубым ртом. Сильный противник, упертый. Понимает же, что ему писец, дальше только за борт без скафандра. Но не сдается ведь! Ненавижу идейных фанатиков.
Пленник подергался, проверяя крепость пут. Бесполезно, мы не любители и ошибок не допускаем. Так что его попытка только привлекла внимание.
– Мы еще не начинали, – ласково сказала Дрилл и провела ладонью по его щеке. – Не торопись так, шалунишка! Сейчас устроим сеанс садо-мазо. Любишь, небось? Больше ведь удовольствие получить нельзя?
Пленник попытался плюнуть в нас, но это у него явно не получилось, только кровавая слюна повисла на подбородке.
– Так как, говоришь, тебя зовут? – пропела Дрилл, проводя по щеке уже отрощенным когтем, оставляя за собой кровавую царапину.
Пленник молчал, презрительно глядя на нас снизу вверх.
– Не те вопросы задаешь, – сказал я. – Зачем нам знать имя покойника? Лучше спроси его, что он делал на станции и кто его послал.
Ассасин лишь скорчил презрительную рожу. Ох уж эти религиозно или политически мотивированные! Всегда молчат до конца.
– Ты думаешь, я тебя не разговорю? – хмыкнула Дрилл. – Несмотря на то, что ты позаботился о своем пассивном будущем в качестве любимой жены магистра, есть еще много способов причинить тебе такую боль, какой ты еще не испытывал и больше не испытаешь. Потому что сдохнешь, и бо-бо не будет, не вспомнишь. Но до этого… Представь, как это – двое суток терпеть адскую боль, не в силах ее прекратить? Да, и магия Завета тебе не поможет – на тебе цепочка из гномского железа. И зубки вырваны все, больно, да? А в одном была ампулка с ядиком, так что мимо! Выпилиться быстро не получится.
Ассасин скорчил рожу и опять попытался двинуться. Но не получилось.
– Все это лечится электрошоком, – Дрилл взяла оголенные провода, почиркала ими между собой, высекая сноп искр. А потом воткнула их в бок ассасина.
Вопль боли, запах жареного, тряска на столе… Я поморщился. Нет, я конечно и сам это делать умею, учили, но лучше она. У нее это веселей и задорней получается.
– А можно приложить и к другим местам. И там совсем неважно, есть они или нет, ток все равно найдет нервные окончания… Это у нас с тобой программа на ближайшие двое суток. Пока ты не будешь умолять тебя прикончить. Будешь-будешь, точно говорю! Вот тебе Святой Круг!
– Есть и другое решение. Может, сразу его мозги заспиртуем? Я имею в виду брейнфрейм, – решил припугнуть я пленника.
– Это мысль! – с воодушевлением сказала Дрилл. – Хоть они и запрещены в цивилизованной вселенной, но мы-то вне закона! Представь, плавает твой мозг в баке, тела нет, никаких раздражителей нет, ты как будто попал в ничто. Зато столько философских размышлений можно за это время передумать!
Вот тут в глазах пленника появился страх. Да еще бы, такого злейшему врагу не пожелаешь. Плаваешь себе в бульоне, а по проводам снаружи твои нейроны заставляют возбуждаться! А снаружи – ничто, никаких органов чувств нет, и ты нигде. Хуже смерти.
– Думаешь, просто пугаем? Еще как сделаем, – успокоила его Дрилл. – Частично ты сам уже это сделал, лишив себя некоторых чувств, а мы только закончим. Ну что, продолжим разговоры или я пошла за пилой и аквариумом?
– Можно тебя на секунду? – спросил я ее.
– Никуда не уходи, сладенький, – она потрепала его по щеке. – Я сейчас.
– Ты в самом деле собираешься это сделать?
– Да, – удивилась Дрилл. – А что? Я уже это делала три раза. На Стриголе это стандартная процедура для государственных преступников. Вместо того, чтобы его колоть, получаешь полное содержимое памяти. И никаких проблем. Попытки сопротивления и побега исключаются. Красота!
– Ладно, пойду я отсюда, – скорчил я гримасу.
Меня как-то резьба по мясу не очень привлекает. Только ради дела и получения информации.
– Да, лучше так, – согласилась Дрилл. – Это зрелище не для всех. Потом, когда будет готово – допросим. Позову, ага.
Я пошел в рубку. Пускай там Дрилл выносит ему мозг в полном смысле. У меня и другие заботы есть. Например…
Я постучал по горошине гарнитуры.
– Прием, – немедленно отозвалась Мэг.
– Чем вы там занимаетесь?
– Священной мародеркой, – усмехнулась она. – И в связи с этим у Голди встал вопрос.
– Хорошо, что только он, – пробурчал я под нос
– Что?
– Вопрос, говорю, какой?
– Будем ли мы его использовать как корабль или пустим на запчасти?
Ну тут двух мнений быть не может.
– Корабль в исправном состоянии?
– Да, даже в неплохом, – сказала Голди.
– Оставляем нетронутым, – решил я. – Переведите его в режим ожидания. Пусть висит здесь и ждет нас. Да, и заминируйте его так, чтобы ни одна сектантская собака его не тронула!
– Будет исполнено! – весело сказала Мэг. – Сделаю в лучшем виде!
Теперь уже хмыкнул я. Вот и ее таланты бомбистки-террористки пригодились! Чем и хороша такая разношерстная компания, что каждый из нее человек-оркестр со множеством талантов. Главное, поставить человека на соответствующее место и применить его таланты по назначению.
– Давайте. Как сделаете – обратно на корабль, пора домой лететь.
– Ох, а я еще не все тряпки померила! – спохватилась Голди.
– Ну вот и будет стимул сделать все быстрее! – хмыкнул я. – Конец связи.
– Роджер, – ответила Мэг и динамик затих.
А теперь можно отдохнуть, пока подчиненные работают. А именно, помечтать о том, что будет дальше. Ой, что будет-то… Любимый мой маневр ' Слон в посудной лавке'. Я вот не мог определиться с чего начать – черный список выходил очень длинный – а тут как раз под руку Темный Завет подвернулся… Ну что, сатанистики, Бафометом трахнутые, с вас и начнем!
Спустя два часа и две банки томатного сока с пакетиком сушеных кальмаров все было закончено. Вернулись обе мои бестии с борта «Псалома», а третья вышла из трюма с улыбкой довольного вивисектора.
– Все всё сделали? – спросил я.
– Типа того…
Вот же, блин, команда – никакого представления о дисциплине! Ну просто ни малейшего! Я, конечно, тоже не люблю все это, даже дисциплинарный устав в дачном сортире на гвоздик повесил, но все-таки!
– Голди?
– И даже лучше. Нам удалось подчинить себе корабельный искин и заставить сотрудничать, теперь он служит нам. Корабль в режиме ожидания, включен режим пассивной обороны, мастер-ключ у меня, – она показала резную металлическую карту. – Все данные с искина скачаны, транспондер скопирован. Дополнительные системы опознания я трогать не стала, подумав, что нам они еще пригодятся.
– Умница! Дрилл? Что скажешь?
– Что выражение «полоскать мозги» обрело буквальный смысл. Бултыхается пока в бачке-ложементе. Сейчас электроды приживутся и я его включу. Точнее, разбужу. И утро его будет недобрым. Может даже с ума сойти.
– И как мы об этом узнаем?
– У интерфейса есть программа диагностики носителя. Просканирует реакции и химизм, и выдаст вердикт, протух он или нет.
– А так сколько его можно э-э полоскать?
– Лет под двадцать. Если охота возиться с этим аццким аквариумом, менять биогель и чистить бак. Но я не думаю, что он будет нам надолго нужен.
– Придется тебе возиться с этой аквариумной рыбкой.
– Скорее, с гадом ползучим. Как надоест, брошу туда кипятильник и повеселюсь…
– До окончания операции с Темным Заветом он, точнее, его мозг, нам нужен живым.
– Операция? Что за операция? Когда началась и почему я не в курсе? – всполошилась Дрилл.
– Только что, в этот самый момент. Голди, все запчасти для корабля-разведчика готовы?
– Ну… – она отвела взгляд вверх, в низкий корабельный потолок, как будто ища там ответ. – Да, все есть.
– Значит, восстановить его сейчас – задача намбе ван.
– Сделаем. А, может, теперь…
– Домой. Летим домой, – успокоил их я.
День безумного шоппинга закончился.
От отдыха тоже требуется отдых, вы не замечали? Всегда так. Поэтому я команде дал еще один день на опохмел… тьфу, на приведение себя в порядок. Но вот только не все этого хотели. Например, Дрилл.
– Не хотите пообщаться с нашим пленником? – спросила она. – Я как раз собираюсь его разбудить и с ним поговорить. Хорошо и вдумчиво.
– Почему бы и нет? Где он у тебя?
– В лаборатории. Хоть ей нашлось применение.
– Это точно, – кивнул я.
До сих пор лабораторию по ее прямому назначению мы не использовали. Была и была, из серии «Чтобы было». И потом, она шла в комплекте с базой, точнее, база с ней. А что когда-нибудь она будет использоваться по полной программе – это точно.
Надо, кстати, будет полистать галанет, посмотреть, кто из ученых вел вроде бы перспективные исследования, но был подвергнут остракизму своих менее удачливых, но более злобных коллег. Кто сказал, что ученые – тихие и мирные люди? Щаз. Там кипят такие страсти в этом обществе пауков в банке, что Вильям наш Шекспир, он же Трясущий копьем, нервно курит в сторонке. Но это так, лирическое отступление.
В лаборатории я осмотрел сооружение, больше похожее на старую круглую стиральную машинку. По крайней мере, шланги и провода прямо-таки усиливали ассоциацию.
– Это он? – кивнул я на бак.
– Ага. Портативная версия – все-таки не то. Тем более, как ни странно, в лаборатории нашлась вся аппаратура для запрещенных исследований, – подмигнула мне Дрилл.
– Поверь, я тут не причем, – прижал я ладонь к груди и вспомнил анекдот про права на паровоз. – Слюшай, дарагой, какой был – такой и купил! Я ее купил под ключ не вдаваясь в детали.
– Ну тут можно заниматься чем угодно на переднем крае, – сказала она. – Говорю не как ученый, а как подопытный.кролик. Точнее, даже опытный.
– Если даже опытный кролик может провести такую операцию…
– У меня, между прочим, степень по биологии разумных! – с апломбом заявила она.
– Чтобы пытать их со знанием дела? – усмехнулся я.
– В том числе! И делать те манипуляции, которые не может делать модификационный свод!
– В частности изымать чужие мозги и раскладывать по баночкам? – ухмыльнулся я.
– И это тоже!
– Ладно, прости, не хотел обидеть, – сказал я. – Я просто поражаюсь, сколько в тебе умений и скрытых талантов.
– Вот и надо было выяснять раньше, – надула она губки. – Нет, чтобы посидеть тет на тет с бутылочкой хорошего виски и поговорить по душам… Великолепно провели бы время.
– Вот сейчас закончим дело и обязательно, – извиняющимся тоном сказал я.
– А еще с Голди и Мэг. Отдельно, конечно. Командир должен знать все о своих близких, как и они о нем…
– Как это работает? – срулил я с деликатной темы.
– Очень просто. Но головка будет бо-бо, – она надела тонкий ободок нейроинтерфейса. – Это управление. На голоэкране будет прямая трансляция мыслей и образов, которые можно будет разобрать. Это все-таки не точная наука, в больше искусство. В отличии от Голди у него нет специального интерфейса для работы с мозгом напрямую. Что-то искин переведет, что-то нет. Но большинство информации мы получим напрямую.
– Даже так?
– Да.
Тут мое невежество было полным. Потому что вживую я с ними не сталкивался. Брейнфреймы в Российском Имперском доминионе были под строжайшим запретом. Это было прямо табу из табу. И наказание было одно – смертная казнь через повешение, самая позорная. Так что я просто читал про них в галанете и диву давался, кто по доброй воле готов служить после телесной смерти. Правда, ходили слухи о некоторых умерших после тяжелой и продолжительной, как всегда пишут в некрологах, но дело которых жило и развивалась. Ну да ладно, мне этого домучить надо.
– Спроси его имя, пригодится, – сказал я.
Дрилл отвела взгляд вверх, сосредоточилась, как будто вслушиваясь, кивнула.
– Зовут его… ее… Тьфу, короче Магнус Пролус, из Северноевропейского доминиона.
– Хорошо не Янис Пенис, – ухмыльнулся я.
– И должность у него – Карающая Длань Великого Магистра Ордена Темного Завета. Короче, наемный убийца-фанатик.
– Понятно. Кто бы сомневался, – хмыкнул я. – Что делал на Денебе?
– Великий Магистр приказал убрать еретика, своими ядовитыми речами отравляющего священные цели Темного Завета.
– Интересно, какие?
– Ну тут их довольно много, – сказала Дрилл, листая в уме память пленника. Так, кровью и железом искоренить… в жизнь претворить… всех еретиков сжечь… блюсти целомудрие и святость… Короче, стандартный набор догматов веры псевдорелигиозной секты. Ничего интересного, как всегда. Один мусор.
– А к нам почему прицепился?
– Увидел того человека, которого в принципе не может быть ни здесь, ни везде. Сильно удивился и решил проследить за ним лично. По идее, Феликс Орлов должен быть мертвее мертвого.
– Но что-то пошло не так, – констатировал я.
– Именно, – кивнула Дрилл.
– Спроси, он доложил об этом?
– Нет, – покачала она головой. – Во время выполнения задания связь они не используют.
– Ай, как хорошо! – довольно сказал я. – Ну просто праздник какой-то! А теперь, что у него там еще висит в мозгах? Я имею в виду, что мы сможем использовать на будущее, в оперативной игре?
– Явки, пароли, контакты и тэ дэ? – уточнила Дрилл.
– Вообще все. Любые воспоминания, относящиеся к делу, рабочие моменты…
– Чтобы получить все, надо на время стать им, получить его память полностью. Только вот один маленький нюанс…
– Какой? Став им, ты попробуешь меня зарезать? – усмехнулся я.
– До этого дело не дойдет, мотивации нет. Почему общение с брейнфреймами проводят только специально подготовленные операторы?
– Почему?
– Чтобы как раз этого не делать!!! – выдохнула она.
– Почему?
– Неужели непонятно? Во избежание, так сказать. Кто сказал, что чужие мозги в банке безопасны? Даже позитронные искины наших кораблей имеют свой норов и пытаются обрести личность.
– Бывает такое, – я вспомнил искина папиной яхты, который вроде как меня насторожил.
– А тут запертый в бачке унитаза чужой мозг со своими загребами и мыслями! Не все, кстати, хорошо переносят отделение от тела. Точнее, почти все. Некоторые сходят с ума окончательно, тех просто читают, как могут и побыстрее утилизируют. Так что злобный и мстительный чужой мозг может таких дел натворить, что лучше не надо. От легкого помешательства оператора до полного взятия его под контроль. А по поводу соединения личности… Его воспоминания станут моими и я начну путаться в своем прошлом. Так что лучше не стоит.
– А говорила, что подготовленный оператор… – подколол ее я.
– Про это и разговор. Профессионал знает, куда лезть не стоит и чего не надо делать. На то он и профессионал. Я солью все по максимуму и оставлю его пока плавать в банке, могут потребоваться уточнения.
– Какие, например?
– Оперативные счета для работы агентов Темного Завета с номерами и паролями. Ого! Даже этому чудиле доступны такие суммы… Миллионы и миллионы! Видать, крупной шишкой оно было.
– И вот тут встает дилемма. Тиснуть все деньги и присвоить себе, или не трогать пока, не возбуждать владельцев? – сказал я.
– Все зависит от того, что вы хотите сделать в дальнейшем, – посмотрела на меня Дрилл. – Если сейчас взять, просто наказать их на бабки – это одно…
– Я хочу уничтожить их, – твердо сказал я. – Они не имеют право на жизнь и это решаю я.
– Тогда не трогаем… пока. Включу на автомат, и когда уже решите начать, милорд, счета автоматически переведутся к нам. Хотя есть риск, что они очухаются раньше в связи с потерей своего оперативника.
– Придется рискнуть, – вздохнул я жалостно. Уж очень аппетитные были суммы на карманные расходы.
Дрилл ответила таким же горестным вздохом. Ничего не поделаешь, придется немного подождать. Никуда от нас не денется, если…
– Нам надо ускориться, – сказал я. – Не собираюсь долго ждать. Чем быстрее я им отомщу, тем быстрее мы заберем их деньги. Так что вытаскивай все по максимуму и начнем безобразничать!
– Есть, командир! – отозвалась она, поправила обруч нейроина и закрыла глаза.
Глава 18
Разведчик стриго висел в поясе астероидов планетной системы сектантов. Богатая, однако, секта оказалась, смогла прикупить себе целую планету! Ни там тебе какой-нибудь вшивый планетоид или станцию, а целую планету земного типа. Правда, индекс биоопасности в этом сектантском раю зашкаливал – живность решила забить на их веру и Темный Завет, если они запрещают жрать таких вкусных, пухленьких и откормленных адептов!
Бедные эндемики! Они не знали, с кем связались! Всегда в истории упоротые верующие устраивали звиздык тем, кто был с ними не согласен и относился к их вере без малейшего почтения и тупого поклонения. От гугенотов до огромных зубастых тварей, любящих причаститься святой вкусняшкой! Короче, если фанатики за что-то берутся, это что-то либо опухает, либо исчезает. И, в результате великой и, несомненно, священной религиозной войны местного разлива, враг был схвачен и отхерачен. Точнее, истреблен под ноль.
Это было одно из тех знаний, которыми с нами поделился тот самый гладкий адепт Пролус. Знание как любопытное, так и бесполезное. Абсолютно. Для вопроса уничтожения Темного Завета, в смысле. Но вот другие знания…
Большинство их мы выгребли из корабельного искина. На «Ать-два». Почему так? Потому что это был демобилизованный армейский – точнее, флотский – искин, поставленный еще на верфях, со стапелей которых сошел этот МКР. И договориться с ним удалось хитрым способом – внушив ему, что он снова на действительной службе. Не знаю уж, как ему вынесли мозги наши две хакерши – Мэг и Голди – но теперь он отзывался на обращение «сержант» и четко отвечал на любой поставленный вопрос. Вот почему они провели на его борту столько времени – синапсы с нейронами ему крутили, если они, конечно у него есть. Все равно на базу не потащу, пускай в Пустоши болтается. И скучает.
Но вот все маршруты внутри системы, курсы для захода на объекты, карты минных полей и прочих пассивных систем защиты, пароли для ответчиков «свой-чужой» эт сетера он нам выдал. Бинго! Получить такую развединформацию, да за просто так – праздник какой-то! Разведчику выпадает такая удача раз в жизни. Ну, надеюсь, в этой жизни я не спалюсь так, как в прошлой, хотя там была не моя вина.
И, как водится, доверяй, но проверяй! В любом случае придется провести рекогносцировку для проверки и уточнения разведданных. Корабль перебазировали, спутники раннего оповещения передвинули, новое минное поле выставили… Да мало ли! Невозможно слепо полагаться на разведданные двухнедельной давности, надо провести разведку на местности.
А для этого что надо? Корабль! Причем не обычный, а тот, который стоит у меня на заднем дворе. Уникальный в своем роде разведчик расы стриго. Кто сказал «не на ходу?». Еще как на ходу! Дрилл поделилась с товарками найденными будущими ништяками, и у тех в глазах запрыгало. Примерно, как у дядюшки Скруджа. Только у того баксы в глазах вертелись, а у моих теток замелькали брюлики, платья, люксовые ховеры и прочие атрибуты красивой женской жизни.
