Текст книги "Право на Власть (СИ)"
Автор книги: Евгений Волков
Жанры:
Космическая фантастика
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)
Глава 10
Когда я вошёл в кабинет, гость стоял у окна и задумчиво смотрел на площадь. Обернувшись на звук, мужчина быстро приблизился к столу, поставил на него полупустую чашку и тут же согнулся в почтительном поклоне. Не столь глубоком, как перед представителем Имперского Трона, но достаточном, чтобы это нельзя было счесть за неуважение. Я лишь коротко кивнул, принимая это проявление покорности, и с интересом принялся изучать чиновника.
Это был уже немолодой мужчина с тёмными волосами, тронутыми заметной сединой. Его карие глаза смотрели на меня цепко – совсем не так, как подобает смотреть рядовому чиновнику на лорда. Впрочем, я списал это на специфику его службы. Мужчина был одет в строгий чёрный комбинезон, расшитый золотыми и серебряными нитями, а на его груди отчётливо выделялся герб Империи.
– Позвольте представиться, милорд. Моё имя Ганс Лифхейн, представитель Имперского Казначейства, – произнёс гость, выпрямляясь, но при этом сохраняя лёгкую сутулость человека, привыкшего часто кланяться.
Я указал Гансу на свободный диван рядом со столиком, а сам опустился напротив. Мужчина благодарно кивнул, занял своё место и, подхватив со стола чашку, сделал неспешный глоток.
– Рад приветствовать вас в своих владениях, Ганс, – проговорил я, натянув вежливую улыбку.
– О, Раграс – прекрасное место. Я слышал, что совсем недавно здесь был подавлен бунт. Вы прекрасно справляетесь с его последствиями, – мягко, с деланным сочувствием произнёс чиновник.
Мне с трудом удалось сдержать вспыхнувший гнев – пришлось спешно прятать его за маской доброжелательности. Вот, значит, как. Трон рассказывает всем, что на Раграсе подавили «восстание», хотя на деле всё было совершенно иначе. Я почти не интересовался имперской пропагандой, делегируя её изучение и противодействие Рену – всё же это была его вотчина, – поэтому подобные официальные заявления Империи стали для меня неприятной новинкой.
– Что вы, это было всего-навсего досадное недоразумение, которое удалось благополучно разрешить. Не сразу, конечно, но удалось.
– Я действительно рад, что вам удалось восстановить собственный Дом после столь… печальных обстоятельств, – Ганс поставил пустую чашку на стеклянную столешницу и непринуждённо продолжил. – Вкусный напиток. Местный сорт?
– Вы хотели сказать – после того, как Трон приказал вырезать всю мою семью, а меня выкинуть во Фронтир? Между прочим, я до сих пор не избавился от этого памятного знака, – я резким жестом оттянул ворот кителя, открывая взгляду Ганса биоклеймо. – Что касается чая – нет, не местный. И вы отлично это знаете.
– Что ж, мне правда очень жаль, что ваша судьба так сложилась. А вы не пробовали подать прошение в Администрацию Трона об изъятии слепка вашего клейма из базы? – как ни в чём не бывало поинтересовался Ганс.
Я отпустил ворот и задумчиво посмотрел на имперского гостя. Действительно, почему я сам до этого не додумался? Скорее всего, придёт официальный отказ, или бюрократы максимально затянут сроки рассмотрения, но ведь я никуда не спешу. Надо будет обязательно поднять этот вопрос на ближайшем совещании с Реном и Венерой.
– Признаться, слишком много других вопросов требуют решения.
– Понимаю, милорд. Строительство на орбите требует внимания и средств. Да и восстановление инфраструктуры на планете – тоже. К тому же эта досадная проблема с пиратами… Я бы и сам растерялся от такого количества забот, – вкрадчиво проговорил Ганс, вежливо улыбнувшись.
Я ни секунды не сомневался, что представитель Империи явится сюда, зная почти всё о происходящем в системе Раграс. И сейчас я отчётливо понимал: он просто прощупывает меня, ищет брешь в выстроенной мною защите. Я лишь равнодушно пожал плечами, всем своим видом показывая, что ничего из сказанного меня нисколько не задело. Пусть даже проблема с пиратами и являлась самой острой из всех, требуя скорейшего решения.
– Не стоит беспокоиться. Имперский налог уже зарезервирован на счетах Раграса и в кратчайшие сроки будет переведён на реквизиты, которые вы предоставите. Что касается пиратов – это лишь временное затруднение, с которым я вскоре покончу.
– О, я и не сомневался. Однако Император крайне озабочен сложившейся ситуацией и пристально следит за развитием данного сектора, – Ганс тонко улыбнулся, после чего продолжил: – Сами понимаете, если бы не ряд обстоятельств, Император не оставил бы столь ценный ресурс, как гелион, в руках нового герцога.
– Намекаете на мою женитьбу на принцессе? – прямо спросил я.
Пусть Ганс и говорил вкрадчиво, с явным почтением в голосе, но мне определённо не нравился этот тип.
– В том числе, милорд, в том числе. – Ганс сложил руки в замок на коленях и впился в меня немигающим взглядом карих глаз. – Меня лично, как имперского казначея, волнует, насколько этот актив выгоден в перспективе. Вы не против провести для меня небольшую экскурсию?
С одной стороны, мне не особо хотелось, чтобы представитель Империи разгуливал по моим владениям, но, как ни крути, я не мог ему этого запретить. Я был вынужден играть роль лояльного лорда, который готов принимать условия игры во власть и признавать лидерство определённых фигур. Пока готов. Кивнув, я поднялся и жестом предложил чиновнику проследовать за мной.
– Я понимаю вашу озабоченность. И, конечно, я проведу для вас экскурсию, – вежливо произнёс я.
Дождавшись, пока гость поднимется и вместе со мной покинет кабинет, я кивнул Райре, и та бесшумной тенью скользнула за наши спины.
На выходе из здания нас ожидала группа имперских десантников в полном боевом обмундировании. Чуть поодаль замерла тройка моих гвардейцев, усиленная Марсом и парочкой раграсских новобранцев. Такое своеобразное обоюдное бряцание оружием. Простые горожане предпочли от греха подальше покинуть площадь, обычно многолюдную.
Отчётливо уловив, как побелели костяшки на руках некоторых моих молодых бойцов, до хруста сжимающих оружие, я понял: отдай я сейчас приказ расстрелять имперского представителя, его бы исполнили без малейших колебаний. Уж больно свежа была рана от недавних событий.
Кто-то потерял родных, кто-то – друзей, и все они прекрасно помнили, кто именно тому виной. Империю здесь не любили, пусть формально мы и являлись её частью. Люди понимали, что иначе сейчас не выжить, да и пропаганда Рена, направленная на поддержку моего вектора управления, убеждала народ в том, что нам пока необходимо оставаться в составе Империи. Тем не менее люди и ксеносы Раграса не забыли страшные бомбардировки.
Мне нужны силы, преданные лично мне, искренне ненавидящие власть, против которой я веду свою игру.
Ганс словно не заметил витавшего в воздухе напряжения: он остановился в нескольких шагах от лестницы, ведущей к административному зданию. А может, и впрямь не обратил внимания. Чиновник – это всё-таки не военный, мог и не уловить общего настроя толпы. Ганс поднял взгляд на небо, отчётливо видневшееся через соты купола, и, прищурившись, несколько секунд всматривался в синеву.
– Когда закончат, это будет грандиозное сооружение, – наконец констатировал посланник.
Я проследил за его взглядом и, присмотревшись, понял, о чём он. Скелет будущего орбитального космопорта и транзитного узла отчётливо просматривался даже в дневном небе. Пока что он висел на стационарной орбите, словно исполинский левиафан. То и дело рядом что-то вспыхивало: скорее всего, это были контролируемые плазменные взрывы для сварки крупных кусков металла, а может, что-то ещё.
Ганс был прав. Венера не стала мелочиться, а сразу замахнулась на полноценный автономный гражданский комплекс. Его задача заключалась не только в разгрузке и хранении грузов, но и в том, чтобы предоставить уставшим экипажам отличное место для отдыха. Бары, отели и прочие злачные места. А также целое крыло станции, отведённое под сферу услуг. Представителям лояльных наёмных отрядов уже были высланы контракты на аренду. В общем, планы были масштабными. Как и средства, которые стремительно улетали на этот проект.
Я опустил взгляд на Ганса, проморгался от поплывших перед глазами цветных пятен и проговорил:
– Я планирую жить здесь не один цикл. Обустраиваюсь, так сказать.
– Безусловно, верное решение. Как я понимаю, вы отказались от родовых владений?
Я скрипнул зубами. Мысленно. Но был вынужден согласно кивнуть. У меня не было возможности отправляться в Центральные миры и с боем требовать свои земли обратно. Да и Раграс в перспективе был мне гораздо выгоднее, если честно.
– Верно, не вижу в этом смысла. Слишком много времени прошло с тех пор, как они перестали быть моими владениями.
– Разумное решение. Подскажите, империя выделяет Раграсу достаточно продовольствия?
Интересно, он намеренно испытывал моё терпение подобными вопросами, или и вправду пытался выведать моё истинное отношение к Трону? Того продовольствия, что поступало нам с аграрных миров, могло хватить разве что на поддержание жалкого существования: ведь реальное население сектора было в разы больше. Приходилось закупать львиную долю провизии по завышенным ценам у перекупщиков или пытаться наладить торговые отношения с Союзом.
Впрочем, решением этого вопроса мы тоже уже озаботились, выделив огромные территории на полюсах планеты под строительство автономных аграрных комплексов. Правда, процесс там пока только запустился, и в ближайшие пару циклов существенного результата нам не видать, но, тем не менее, прочный фундамент уже заложен.
– Боюсь, что нет. Раграсу не хватает выделяемых квот, – спокойно ответил я. – Однако мы успешно решаем эту проблему.
– Производите закупки у Союза? – с живым интересом спросил Ганс.
– В том числе, – согласился я.
Посланника Трона эта информация весьма заинтересовала. Задумчиво проведя пальцами по подбородку, он вновь бросил взгляд в сторону неба. Несколько секунд что-то напряжённо обдумывал, а затем повернулся ко мне и произнёс:
– Вы настроены серьёзно, герцог. Я бы сказал, планы у вас долгосрочные. Выстраиваете экономику, формируете армию… Даже внешнеторговые пути – и те уже почти налажены.
Развернувшись, представитель Империи с нескрываемым воодушевлением направился дальше, в сторону ближайших улиц города-купола.
Я не стал отставать. Вскоре поравнявшись с ним, я бросил короткий взгляд на имперских вояк, лица которых скрывали тёмные, абсолютно непрозрачные щитки шлемов. Райра довольно грубо оттеснила одного из десантников, заняв законное место прямо позади меня. Это, безусловно, вызвало недовольство солдат Трона, но они не стали демонстрировать его в открытую. Коротко махнув Марсу, я остановил бывшего абордажника и его парней, порывавшихся присоединиться к нашей процессии. И без того вокруг образовался переизбыток вооружённой охраны.
– Иначе и быть не может, господин Лифхейн. Империя всё ещё смотрит на нас косо, но мы хотим доказать не только свою полезность, но и непоколебимую верность, – я старался влить в свои слова как можно больше елея.
Бюрократы обожают, когда перед ними лебезят те, кто стоит выше по социальной лестнице. Винтики системы, такие как Ганс, в подобные моменты чувствуют упоение властью куда острее любого аристократа. Ещё бы: с ними на равных говорят бароны, герцоги и прочие лорды! Власть бывает разной, и порой именно от таких мелких шестерёнок зависит, насколько гладко будет работать весь государственный механизм.
– Воистину так. Сильные вассалы всегда во благо сильной Империи. Подскажите, милорд, как у вас обстоят дела с выходом на внутренний рынок? – Ганс неспешно шагал по довольно чистым улицам, с неподдельным интересом разглядывая окружающие строения.
Почти вся эта часть города была уже поднята из руин, но местами между новенькими фасадами всё ещё зияли прорехи неразобранных завалов. В такие моменты чиновник притормаживал, многозначительно качал головой, после чего вновь ускорял шаг.
– К сожалению, не слишком хорошо. Можно говорить прямо, господин Ганс?
– Конечно, милорд, какие могут быть секреты? – театрально взмахнув рукой, проговорил чиновник.
– Я предполагаю, что не все Великие Дома рады возрождению моей династии, и потому всячески препятствуют нам. В частности, тормозят нашу инициативу о поставках гелиона на внутренний рынок Империи.
Я не стал в открытую говорить о том, что мои подозрения касаются самого императора и его приближённых. Ни у одного из Домов не было такого огромного влияния на административные органы Империи, как у самого Трона. И я прекрасно понимал, почему император так поступает. В открытую выступить против меня он уже не мог: союз с принцессой связывал ему руки. И тем не менее усиление новой, не слишком предсказуемой фигуры на политической доске не устраивало никого, и в первую очередь – Трон. Но и вечно вставлять нам палки в колёса они не смогут. Рано или поздно им придётся принять новые правила игры.
– Печально такое слышать. Порой я удивляюсь тому, как элита Империи ведёт себя, словно малые дети в песочнице… – Ганс пугливо оглянулся, словно испугавшись собственных неосторожных слов, а затем вновь посмотрел на меня.
Я лишь понимающе улыбнулся, соглашаясь с чиновником.
– Пожалуй, вы правы, господин Ганс. Что-то в этом определённо есть.
Чиновник кивнул, после чего остановился у разрушенного склада. Рядом был сформирован стихийный памятник погибшим: огромный кусок стены одного из зданий был сплошь расписан разными именами. Среди надписей виднелись рубленые буквы языка ракси и каллиграфические письмена лаарискай. Но большая их часть была сделана на общем языке – десятки и десятки имён.
Это был один из монументов, которые люди сами установили в память о гибели родных. Таких по всему городу было около десятка. Я не трогал эти стихийные места скорби, тем более что некоторая их часть была создана не без участия моего Департамента разведки. У подножия камня лежали различные подношения: от детских игрушек до голографических фотографий.
Ганс несколько секунд молча смотрел на монумент, затем подошёл ближе и с явным интересом стал изучать надписи. Некоторое время он шевелил губами, вчитываясь в текст. Я догадался, что, помимо общего, имперский казначей прекрасно знает и другие языки необъятной Империи.
– Знаете, Император не любит подобные проявления сочувствия. Не то чтобы он был совсем уж чужд этому. Просто… – Ганс замолчал, явно подбирая более подходящие, дипломатичные слова.
– Просто обычно мятежников стирают из истории, – жёстко продолжил я вместо чиновника.
– Верно, – кивнул посланник и повернулся ко мне. – И я бы был поосторожнее с такими проявлениями сочувствия. Не все поймут, милорд.
– Большинство из имён, что вы видите на этой стене, принадлежат простым гражданам. Мало кто из них действительно желал пойти против Империи.
– Понимаю. Да и протекторат Её Высочества теперь снял с любого раграсского жителя все прошлые обвинения. Но тем не менее…
– При всём уважении, господин Ганс, я сам буду решать, что является важным для сектора, в котором я правлю. В том числе и то, чью память здесь будут чтить.
– О, безусловно, милорд, безусловно. Прошу простить меня за мою дерзость, – представитель Трона склонился в полупоклоне, будто и правда желал вымолить прощение.
Я снисходительно кивнул, принимая извинения Ганса. Он казался мне скользким и крайне неприятным типом, что, впрочем, свойственно всем чиновникам его уровня. Он был весьма изворотлив, в этом не было ни малейшего сомнения.
Выпрямившись, Ганс кивнул, словно решив что-то для себя, и подошёл ближе, после чего произнёс:
– Я думаю, Казначейство в моём лице вполне довольно открывающимися перспективами. И спешит напомнить, что налог, который вы сейчас должны уплатить, в следующем году существенно вырастет. В этот раз мы потребовали уплату с учётом недавних событий и того факта, что вы лишь недавно вступили в управление сектором.
– Понимаю, господин Ганс. Однако год – немалый срок, который я постараюсь использовать как можно выгоднее.
– Я в вас и не сомневался, милорд, – улыбнувшись, проговорил чиновник.
В этот момент требовательно пискнул мой коммуникатор. Вытащив его из кармана, я отсоединил небольшую гарнитуру и вставил её в ухо. Несколько секунд тишины, после чего я почти сразу услышал голос своего временного адмирала Крейна:
– Милорд, мы только что получили сигнал бедствия от каравана, следующего в Раграс. Он подвергся атаке в секторе вторичного разгона. Мы не можем проигнорировать прямой запрос о помощи, – спокойно доложил адмирал.
Я скрипнул зубами. Вот и ответка от пиратов. Скорее всего, в этот раз они неплохо подготовились к нападению. Смущало, что они совершили его достаточно близко к Раграсу, что позволит нам быстро прийти на выручку. Но, с другой стороны, если они уйдут безнаказанными, это станет весьма дерзким ответом, который, безусловно, вновь ударит по рынку. Убытки в такой момент нам категорически противопоказаны.
– Флоту – боевая готовность. Я скоро присоединюсь. Готовиться к прыжку в указанную систему, – скомандовал я.
Но почти сразу же последовали слова Адриана, который дополнил мой приказ новыми тактическими штрихами:
– Я предполагаю, что это нападение – ловушка. Предлагаю первому и третьему ордеру совершить прыжок одновременно, а второму – с задержкой в тридцать минут.
– Выполняй. Свяжись с «Рукой Гхарда», пусть ко второму ордеру припишут два тяжёлых корабля поддержки. Контракт мы оплатим.
– Будет исполнено, милорд.
Отключившись, я посмотрел на молчащего Ганса, который с совершенно невозмутимым видом всячески показывал, что мой разговор его абсолютно не касается. Спрятав коммуникатор в карман, я жестом предложил Гансу возвращаться.
– У меня появились неотложные дела, господин Ганс. Если вы меня дождётесь, я буду рад продолжить нашу беседу.
– О нет, мне тоже пора. Всё, что нужно, я уже разузнал. Мне требуется посетить ещё несколько систем, поэтому, если позволите, я откланяюсь, – Ганс отвесил лёгкий поклон.
А я лишь равнодушно пожал плечами. Мне же лучше. Сейчас и правда есть проблемы посерьёзнее, чем пустая болтовня с каким-то чиновником. Я махнул Райре, чтобы она следовала за мной, и, развернувшись, на прощание бросил:
– Ничего не имею против. Надеюсь, мы с вами ещё увидимся, господин Ганс.
И, не дожидаясь ответа и наплевав на весь дворцовый этикет, я быстрым шагом направился к личной стоянке челноков. Нужно поскорее добраться до «Тени». Кажется, заварушка с пиратами набирает обороты куда быстрее, чем я рассчитывал.
* * *
Дипломатическое судно в сопровождении двух фрегатов и одного эсминца стремительно набирало скорость для гиперпрыжка. Черноволосый мужчина с лёгкой сединой стоял на мостике, с интересом наблюдая за тем, как несколько десятков вымпелов с эмблемами Дома Валиант готовятся к прыжку. Удивительно, как этому новоиспечённому герцогу так быстро удалось добиться первых успехов.
Сколько времни прошло с момента восстания на Раграсе? Несколько месяцев? Или чуть больше? В любом случае наследник Дома Валиант – малый не промах. В принципе, это он и предполагал. Дэм был горяч, решителен и бесстрашен – таким, каким и должен быть человек с амбициями. Аврелий не ошибся в своих расчётах. Партия и правда становилась захватывающей, а его оппонент, пусть довольно молодой и порой предсказуемый, был весьма интересен.
Коснувшись шеи в определённой точке, он с лёгкой усмешкой наблюдал за тем, как в отражении голографического зеркала, вызванного небрежным взмахом руки, его лицо поплыло. Пошло мелкой рябью, а затем стремительно схлопнулось, стирая навязанную маску. Волосы тоже стремительно светлели, обретая свой истинный пепельно-белый цвет.
Операция не требовала его личного присутствия в системе Раграс, но желание Аврелия воочию встретиться с Дэмианом оказалось куда сильнее осторожности. Давненько он не работал в поле. Аврелий гордо выпрямился, сбрасывая со своих плеч образ полусогнутого чиновника, и, по-военному сомкнув руки за спиной, одним лишь взглядом свернул зеркало, вновь устремив взор на грандиозную орбитальную стройку.
А ведь такое стремительное возвышение Дома Валиант действительно будет мало кому приятно. В этом Дэмиан был абсолютно прав. Но чем больше и сильнее становится этот сектор, тем выше шанс того, что истинные кукловоды наконец-то выйдут из тени. После личной встречи с герцогом Аврелий окончательно отбросил мысль о том, что тот мог быть изначальной частью заговора. Нет, скорее, новоиспечённый правитель просто умело воспользовался теми картами, что случайно попали в его руки, отчего наблюдать за ним становилось только интереснее.
Теперь осталось проверить, насколько сильным окажется Валиант. Кроме того, Сноухард был абсолютно уверен, что в Империи назревает нечто страшное. Сначала ему казалось, что вспыхнувшее на Раграсе восстание было делом рук кого-то из Центральных миров. Со временем он всё больше в этом убеждался, однако тот, кто начал эту игру, оказался слишком осторожен. За какие бы нити ни дёргал Аврелий, все они рано или поздно обрывались, так и не выводя его к истинным зачинщикам.
А мелкие исполнители многого не знали. Отчасти именно поэтому он намеренно позволил событиям на Раграсе идти по плану неизвестного кукловода. Или кукловодов. Аврелий был уверен, что именно через эту систему он сможет добраться до кукловодов. Только вот и его карты, и карты заговорщиков спутал неизвестный Джокер. Дэмиан Валиант, ворвавшись в игру, перевернул расклады, с видом победителя забрав себе все козыри.
И вот тут нити стали видны отчётливее. Осторожные кукловоды потеряли контроль и начали ошибаться, проигрывать и упускать инициативу. Но этого было недостаточно. Убедившись в том, что Дэм не является частью изначального замысла, Аврелий ещё сильнее уверился в том, что именно этот дерзкий герцог станет ключом к распутыванию всего дела.
От размышлений Сноухарда оторвал подошедший офицер, который, почтительно поклонившись, произнёс:
– Господин, мы готовы к прыжку.
– Ещё несколько минут, – не оборачиваясь, бросил глава Департамента.
– Будет исполнено, – офицер вновь поклонился и поспешил вернуться к основной команде.
Аврелий перевёл взгляд на вымпелы Валианта, которые в эту самую минуту совершали манёвр. Окутываясь яркими всполохами, корабли просто исчезали, схлопывая за собой пространство. Один за другим они покидали систему, чтобы через некоторое время вынырнуть в другой. Ещё один ордер только готовился к набору скорости. Среди кораблей имперской постройки отчётливо выделялись силуэты судов наёмников.
– Начинайте прыжок, – скомандовал Аврелий.
Корабль Казначейства в сопровождении эскорта покинул систему спустя несколько минут после того, как два ордера Дома Валиант сделали то же самое.




























