Текст книги "Найдёныш (1-5 книги)"

Автор книги: Евгений Щепетнов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 100 страниц) [доступный отрывок для чтения: 36 страниц]

Нед закрыл на Сандой дверь, стараясь не смотреть на девушку, натянул на себя штаны и рубаху. Затем пододвинул к столу незанятый стул, и уселся, глядя на то, как девушка быстро поглощает пирожки, испечённые кухаркой, запивая их яблочным отваром.

– Так ты скажешь мне, что делаешь в этом саду и откуда тут взялась? – холодно начал Нед – какой демон принёс тебя сюда, да ещё и глубокой ночью? У тебя что, совсем ума нет? Ты что творишь?

– Прости – я так проголодалась! – извиняющее улыбнулась Санда, дожёвывая последний кусок – я сейчас, сейчас!

Она проглотила, с удовольствием запила еду из глиняной кружки, откинулась на спинку стула и пожав плечами, сказала:

– Вот я тебя и нашла! Я же говорила – никуда ты от меня не денешься. Ты зачем меня обманул? Кто сказал, что придёт ко мне домой?

– Ну – я сказал! И что? Я тебе уже говорил – бесполезно, у нас ничего не получится. Так за каким демоном ты меня искала? И как ты нашла? Как оказалась в саду?

– Нашла вот. Вначале ждала. Ты не пришёл. Утром пошла на базу. Стала просить вызвать тебя. Сказала, что я твоя невеста, беременная, которую ты злодейски бросил. Меня прогоняли, но я плакала и рыдала. Они сжалились, и когда пришёл проверяющий – сообщили ему обо мне. Проверяющий пошёл тебя искать, узнал, что ты снял квартиру и уехал. А ещё – дал адрес, куда ты уехал – лишь бы я не болталась у ворот и не мешала стражникам. Я пошла, нашла дом, нашла дырку в заборе – там, в углу, одна доска отодвигается. Можно пролезть. Большие там не пролезут, но я худенькая, вот и влезла. Но уже были сумерки. Я решила подождать когда ты выйдешь – видела в окне твой силуэт. А ещё – дождаться, когда стемнеет. Ведь у тебя не хватит совести выгнать меня на ночь глядя. Ты вышел…и я теперь с тобой. Всё.

Нед замер, не зная, что сказать. Потом в упор посмотрел на довольную собой девицу, и резко спросил:

– А если я сейчас возьму ремень, и выпорю тебя?

– Это будет нехорошо. Но я стерплю. Только не прогоняй и позволь жить с тобой вместе. Всё равно ты теперь официально мой жених и я от тебя беременна! – Санда радостно хихикнула – а здорово я тебя нашла, да?

– Нет – ну как ты посмела обвинить меня в соблазнении тебя, невинной девицы?! И теперь все будут говорить, что я негодяй? Ты сама-то понимаешь, что наделала? Стоп! А родители?! Они как отреагируют?! О боги! Теперь жди делегацию к командиру базы! Обвинят во всех грехах! Соблазнил и похитил девицу! Или похитил – потом соблазнил?

– В общем – так: факт уже свершился. Я у тебя в доме, ты меня соблазнил, так что терять тебе нечего. Давай спать ложиться, а?

– Вот что – спать ты будешь вон там, на полу. Я тебе постелю чего-нибудь, и спи. А я на кровати. И ещё – я из-за тебя теперь буду спать меньше, чем мне положено. Чем надеялся поспать. Утром я доставлю тебя к твоему дому, и мы уладим это недоразумение.

– А как уладим? – с интересом спросила Санда – ты женишься на мне?

– Кхе-кхе! – закашлялся Нед – уладим, это значит – ты пойдёшь к себе домой, а я к себе домой! И никак иначе! Всё! Закончили!

– И ничего не закончили. Мы ещё и не начинали – упрямо мотнула головой девушка – ладно, завтра поговорим. Где у тебя можно умыться? Ванна есть?

– Ванна есть! Да не для тебя! – рассердился Нед – ты чего сюда пришла? Ванну принимать? Дома намоешься. Всё, я иду стелить постель, а ты быстренько в туалет и спать. Вон там, в гостевой я постелю. Там кушетка есть, так что на полу спать не придётся. Одеяло дам. Утром домой. Закончен разговор!

Нед поднялся из-за стола, взял фонарь и пошёл в спальню. Поискал запасные простыни, нашёл, пошёл в гостевую комнату и застелил постель для Санды. Затем вернулся к себе в спальню, разделся и лёг в кровать, слушая, как девушка шумит водой, чего-то напевая, иногда ойкая, когда опрокидывала на себя очередной ковш.

Хотя вода и была заранее налита в котёл ванной, и не обжигала холодом, как колодезная, однако тёплой назвать её было трудно. Чтобы согреть, надо растапливать печь, но ни Нед, ни Санда этого не сделали.

Прислушиваясь к происходящему к ванной, Нед мучительно представлял Санду, стоящую в медной ёмкости и поливающую себя водой под светом красной луны, падающем через окно. Ему хотелось быть с девушкой, и честно сказать он был рад, что та появилась в доме, несмотря на то, что эта демоновка ославила его перед всей базой. Но…много «но». И главное – любил он её. И если сейчас случится то, что должно случиться – оставить её в интересном положении, имел ли он моральное право? Это уж не говоря о скандале, который закатят родители Санды – в конце концов они ведь вычислят место, в котором находится беспутная дочь. Пойдут к её подружкам – а она уже успела похвастаться перед ними тем, что нашла жениха – те сообщат о Неде, родители пойдут на базу…и ему придётся отдуваться перед полковником, объясняя, что Нед никого не похищал, что всё по обоюдному согласию, и…

Мысли Неда прервала тонкая стройная фигурка, скользнувшая под его одеяло. Девушка прижалась к нему всем телом, обняла, и дрожа сказала:

– Я так замёрзла! Я там окоченею одна! Ты же не такой зверь, чтобы заставить меня мёрзнуть? Вот смотри, какая рука холодная! – Санда приложила к животу Неда ладонь – рука и правда была ледяной.

Нед, сам не ожидая этого от себя, осторожно обнял Санду, положив её голову себе на грудь. Он столько раз представлял это в своих мечтах, что даже не удивился, когда его руки сделали это сами по себе, как будто бы без его участия. Упругая, прохладная грудь Санды с затвердевшими сосками упёрлась ему в бок, а макушка, с мокрыми, пахнущими травами волосами, оказалась прямо перед губами, чем он не преминул воспользоваться, поцеловав её лёгким поцелуем. Рука Неда легонько погладила Санду между лопаток, отчего та вздрогнула, и тихо хихикнув, сказала:

– Щекотно…но так хорошо! Я с тех пор как тебя увидела, мечтала, как мы окажемся в одной постели. Правда я представляла всё это немного иначе, но…ведь никогда не бывает всё так, как ты представляешь, правда? Давай забудем, кто мы есть. Останемся просто влюблёнными, а? Ну хоть на одну ночь! Я понимаю, что у нас, возможно, нет будущего. Но у нас есть два месяца, разве этого мало? У многих людей и того не бывало. Богиня даровала нам любовь, почему мы должны отказаться? Почему ты противишься воле богов? Они могут и рассердиться…

Санда перевернулась на живот, переползла на безмолвствующего Неда, и стала вначале медленно и нежно, потом всё сильнее и быстрее целовать его в губы, щёки, глаза, опускаясь всё ниже и ниже… Затем отбросила одеяло, и решительно стащила с Неда последние остатки одежды. Бастион в виде армейских трусов сдался без боя на милость победительницы.

* * *

– Устал?

– Чего я-то устал – усмехнулся Нед, расслабленно глядя в потолок – ты всё делала. Если бы не знал, не поверил бы…

– Тебе не кажется, что в нашей жизни слишком много условностей? – девушка не должна желать своего парня…не должна за ним бегать…не должна…чего ещё не должна? Много чего. А почему? Разве я не такой же человек, как и ты?

– Хмм…не совсем такой, конечно…

– А чем ты отличаешься? Вот этим, и всё?

– Ой! Не надо дёргать! Больно же! Осторожнее…пригодится ещё.

– Прости. Я что-то разволновалась. Всю жизнь мне вдалбливают в голову – ты девушка, не делай это и то, тебе не пристало…тебе не положено…тебе…да много чего «тебе»! А я вот захотела тебя, и взяла! Вот!

– Что взяла, то взяла…давай-ка спать, а? Мне завтра на службу. Впрочем – я бы не отказался ещё разок…

– Хватит пока. Если честно… пока у меня побаливает. Подождёшь пару дней?

– Подожду. Спи…

Влюблённые обнялись, и через минуту Санда уже спала, закинув на Неда ногу и обняв его рукой через грудь. Нед же никак не мог уснуть, возбуждённый близостью девушки, вспоминая то, что было незадолго до этого.

Решив всё-таки уснуть, он снял руку и ногу девушки с себя, аккуратно подоткнул под неё одеяло, и встав с кровати пошёл в гостевую комнату. Там взял другое одеяло, вернулся назад и улёгшись, отвернулся от Санды и закрыл глаза, прислушиваясь к её ровному сопению. Ему было очень хорошо. Как никогда в жизни. Она права – будь что будет, но эта ночь принадлежит им двоим, и ещё много дней и ночей впереди. А там – будь что будет. Что боги намешали в этой кружке под названием «мир», так оно и будет, загадывай ли ты, или положись на волю провидения.

Через пять минут спал и он, спокойно, как ребёнок в колыбели рядом со своей любимой игрушкой.

* * *

– Ну что же, приступай к своим обязанностям! – усмехнулся Дранкон – сегодня по плану физическая подготовка – бег в полном боевом вооружении, потом отработка строевого боя, после обеденного отдыха – отработка сражения группами по два-три человека и один на один. Окончание в шесть часов вечера. Нагрузки сейчас снижены по распоряжению полковника Хеверада, так что после шести ты можешь спокойно шагать к своей беременной невесте.

– Что, уже все знают? – скривился Нед.

– А ты как хотел? Вся база знает. Представление было знатное. Погоди, ещё и полковник вызовет. Ты что, правда заделал ей ребёнка и бросил? Смотри – горожане очень не любят такое дело. Можешь получить взыскание от командования.

– За что взыскание? Разве это не моё личное дело, с какой девушкой спать?

– С одной стороны – да, когда это касается продажных девок. Но когда это дочь добропорядочных горожан, и ты соблазнил её, и не дай боги изнасиловал – вот тут держись. В каждом отдельном случае будут разбираться отдельно. Так-то, если ты не затащил девку в кусты и не изнасиловал, тебя никто не выдаст городской власти, впрочем – если изнасиловал – тоже. Тебя тут повесят. Или забьют палками. Но…скандал полковнику ни к чему – горожане будут писать королю, из столицы пришлют комиссию, станут разбираться. Они погрызут голову полковнику, а он погрызёт нам. А нам это надо? В общем – думай, соображай. Я не знаю, чего там у тебя с девицей, но лучше, чтобы городские власти сюда не лезли. Всё, с твоими делами закончили, теперь к службе. Итак, у тебя в подчинении рота. Она входит в полную роту – это две роты, по сто пятьдесят бойцов каждая. Полной ротой командует лейтенант, у тебя это лейтенант Шусард. Его прислали на днях – сразу после училища. Парень молодой, немного постарше тебя, самолюбивый, из дворян первого класса. То есть – самого низшего класса. Гонору много, а земли и уважения при дворе мало. Он норовит всё время самоутвердиться, показать, что не такой болван, как можно подумать.

– А можно подумать? – усмехнулся Нед.

– Можно – серьёзно кивнул Дранкон – Шусард молодой болван. Только ему об этом говорить не стоит.

– Скажи – а сколько всего классов дворян?

– А ты что, не знаешь? О боги, из какой дыры ты приехал? Двенадцать классов. Самый высший – двенадцатый. Это король и его кровная родня – принцы и принцессы, братья и сёстры. Скорее всего, ты их увидишь только издалека, если, конечно, не попадёшь в телохранители или личную гвардию короля – те видят двенадцатый класс каждый день. Впрочем – без особой радости, насколько знаю. Иногда лучше столкнуться в прямом бою с противником, чем смотреть на… Хмм…но это тебе ни к чему – нахмурился Дранкон – пойдём, представим нового командира его роте. Кстати – свисток у тебя есть? Ага. Свисти к построению. Помнишь сигнал?

– Рота, становись! – Нед встал рядом с Дранконом, вглядываясь в лица тех, с кем рядом ему придётся стоять в бою. Впрочем – лиц этих самых не было видно за выступающими вперёд нащёчниками шлемов.

– Давай, командуй, сержант – шепнул Дранкон – я не вмешиваюсь. Ухожу. Теперь это твоя рота.

«Выскочка! Полковничий любимчик! Смотри-ка, как делают карьеру!» – Нед слышал мысли бывших своих товарищей, и вспомнил слова Дранкона о том, что теперь у него не будет друзей.

 
Отключив чужие мысли, Нед обвёл взглядом строй солдат, и громко сказал:
 

– Парни, теперь я ваш командир. Нравится вам это или нет. И от нас зависит – как мы будем воевать. Скоро мы отправимся на войну, поэтому давайте постараемся сделать так, чтобы нас как можно дольше не убили. Не забудьте – у вас контракт на пять лет. И эти пять лет нужно прожить. Предупреждаю – я буду нещадно наказывать тех, кто не хочет остаться в живых. Сдохнуть – его личное дело. Но он стоит в строю, и от него зависит жизнь остальных. Без него строй ослабеет. Итак, сейчас будет бегать – тридцать кругов. Потом делим роту пополам – на первые и вторые номера, и начинаем отрабатывать бой мелкими группами. После обеденного отдыха – бои один на один, и рукопашный бой без оружия. Итак, строй, напраааво! По команде, за мной, бегом…марш!

Нед бежал впереди строя, а за ним топали все сто пятьдесят человек. Они громыхали латами, оружием – всем, чем можно было громыхать. Этот звук лязгающего металла уже въелся в их кровь и плоть. Долго после того, как они закончат службу в армии будут слышать грохот и лязганье, а ещё – свисток немилосердного сержанта…если доживут до увольнения, конечно.

Нед тоже надел броню, нацепил меч, кинжал – всё, что было положено сержанту. Утреннее солнце уже начинало пригревать, и скоро из-под шлема потекли густые солёные капли пота…а впереди ещё тридцать долгих, очень долгих кругов.

* * *

Утром он не стал будить Санду, оставив её спать в постели. Нед проснулся так, как будто кто-то толкнул его в плечо – как-то сразу – вот сейчас спал, и уже не спит. Привычка. Армейская привычка просыпаться за несколько минут до подъёма.

Голова тяжёлая, мутная, но ведро ледяной воды выбило из него сон и вялость. Старушки в большом доме видимо тоже спали. Чего им подниматься в этакую рань? Это ведь Неду надо быть на базе до утренней побудки, а не им.

Время здесь отсчитывали или солнечными часами, или огромными песочными, но отдельные, очень богатые люди имели механические часы, сделанные штучно по особому заказу. Стоили они дороже, чем такой же вес золота. На базе же, специальные люди, приставленные к песочным часам переворачивали их, как только последняя песчинка падала вниз. Хватало «хода» этих часов на четыре часа. Их постоянно проверяли по солнечным часам. На базе довольно точно определяли время, и каждый переворот часов отмечался ударами колокола – многие горожане следили за временем по колоколу корпуса, слышимого из всех уголков города.

Собравшись, Нед схватил со стола пару пирожков, быстро сжевал их, поглядывая на разметавшуюся во сне девушку и сокрушённо покачал головой – как же это он позволил себя соблазнить? Ведь знает – будут проблемы. Нет, а что он должен был делать, когда к нему в постель забралась обнажённая красивая девчонка, в которую он влюблён?!

То, что он влюблён, Нед понял ещё тогда, когда они с ней сидели в трактире. Она одновременно и отталкивала его излишне эксцентричными манерами, но и притягивала – красотой, весёлостью, и…да кто знает, чем притягивает тебя объект противоположного пола, если ты его любишь? Любят ведь не за что-то, любят потому, что любят. Вот пожелала Селера сыграть такую шутку, пронзить сердца любовью – и сделала. А кто может противостоять богине? Только не Нед…

Накрыв Санду простынёй и борясь с желанием поцеловать её на прощание, Нед вышел во двор, плотно прикрыв за собой дверь.

Его отловили уже у калитки, когда Нед боролся с хитрым засовом – нужно было вначале дёрнуть засов на себя, и только потом он сдвигался в сторону.

– Как спалось? – услышал он слегка насмешливый голос Задары.

Женщина стояла полностью одетой, как на выход в город. Такое впечатление, будто она совсем не ложилась спать.

– Хорошо спалось – ответил Нед, покосившись на хитрые глаза старушки.

– А ей? – подмигнула Задара.

– Кому ей-то? – якобы не понял Нед – простите, мне уже бежать нужно! Скоро побудка!

– Не изображай невинность. Терпеть не могу, когда врут – Задара легонько хлопнула Неда по голове сложенным веером. То, что это веер, он понял тогда, когда она развернула его и начала томно помахивать, будто сейчас не утренняя прохлада, а дневная жара.

– От нас ничего не скроешь! – укоризненно покачала головой женщина – быстро рассказывай, кто она такая и откуда взялась. У меня смутные подозрения, что ты попал в неприятности.

– В окна подглядывали, что ли? – усмехнулся Нед – откуда узнали?

– Тебе-то какое дело! Может и подглядывали. Рассказывай! Девочка точно не шлюха, это видно с первого взгляда. Одежда не та. Да и видно по ней, что не продажная девка, их обычно сразу можно определить. Значит дочь кого-то из солидных горожан. А они очень не любят, когда их дочери спять с вояками. Если, конечно, те не замужем за солдафонами. Значит – жди гостей. Ждать?

– Ждать… – вздохнул Нед, и вкратце рассказал женщине всё, что счёл нужным об их отношениях с Сандой.

– Девственница? Вот дела… – женщина сложила губы трубочкой и дунула, как будто сдувая пыль – значит скоро тут будут её папаша, и толпа всяческой родни. Что будешь делать? Вообще – что собираешься с ней делать, с этой…Сандой? Я не имею в виду постельные утехи и ваши позы – невозмутимо добавила старушка – я о вашем совместном будущем.

– А какое у нас совместное будущее? – пожав плечами, вздохнул Нед – никакого. Меня то ли убьют, то ли пошлют в столицу, а она останется здесь. Вот и всё.

– Хмм…надо рассчитывать на лучшее – спокойно возразила Задара – может и не убьют. Давай-ка подумаем, что делать, когда сюда нагрянет толпа народа вместе с городской стражей. Судя по всему – они обвинят тебе в похищении и совращении их дочери. Накатают жалобу полковнику, а могут и королю. Так-так…надо подумать, как выкрутиться.

– А чего выкручиваться? Ей больше чем четырнадцать лет, а я прочитал в книге, что с четырнадцати девушки могут по закону выходить замуж. И согласия родителей не требуется. Она сама сюда пришла. Я её не тащил. В чём меня могут обвинить?

– В том, что ты околдовал её, что она глупенькая, что ты соблазнил, и бросишь. А если сумеют заставить девку сказать, что ты её изнасиловал – тогда совсем беда. Ты можешь загреметь под суд. Ладно. Пока не будем делать поспешных шагов – мне надо поговорить с девочкой – узнать, чего она хочет. И понять, чего от неё ожидать. Скажи, если придётся пойти в храм Селеры и вам с ней объявиться мужем и женой, ты пойдёшь на это?

– А смысл какой? – ошеломлённо спросил Нед – у меня нет ничего, я нищий! Того и гляди убьют на войне, и какой из меня муж?! Я даже не представляю себя семейным человеком – а если вдруг ребёнок?! Тогда как?

– А надо было раньше думать, прежде чем совать в неё свой…хмм…в общем – я поговорю с ней. А ты готовься надеть брачный венок, если не хочешь неприятностей. Готовься знакомиться с родителями своей невесты. Болван! Если бы ты её не тронул, девственность осталась бы не нарушенной – её можно было бы освидетельствовать и сказать – все обвинения ложь, никто её не трогал, как была она девушкой, так и осталась. А теперь чего? Всё, беги на свою дурацкую базу, а тётушка Задара подумает, как вытащить тебя из той дыры, в которую ты сам себя загнал. Кстати – вот не поцеловал бы ты её тогда, и ничего бы не было! Зачем дал девушке надежду?! Эх, где мои семнадцать лет… – грустно подмигнула старушка – завидую я ей. Всё, вон отсюда! Иди, тряси своими железяками!

* * *

– Значит это ты сержант первой роты? – молодой лейтенант внимательно осмотрел Неда, и жестом предложил присесть за его стол – ты почему отсутствовал на базе?

– В отпуске был. По случаю присвоения звания сержанта – сухо пояснил Нед.

– Я слышал, что ты ставленник полковника. Так вот – мне на это наплевать! – лицо лейтенанта сделалось надменным и презрительным – я знаю, что ты селянин, ничего не понимающий в воинском деле. Печально, что тебе доверили роту. Я бы не доверил. И вообще, чтобы ты знал – я против того, чтобы селяне занимали офицерские должности. У вас, простолюдинов, на это просто не хватает ума. Будешь слушать то, что я тебе говорю, понял? Не выполнишь приказа – пойдёшь под суд.

Лейтенант бросил в рот кусочек лепёшки и отвернулся от Неда, как бы давая понять что разговор окончен. Нед поднялся:

– Я могу идти?

– Иди, сержант. И помни, что я сказал!

Нед развернулся, и пройдя между столами, вышел из офицерской столовой. На душе у него было тяжело. Похоже, что будущая служба не покажется ему сиропной.

Отойдя в тень дерева, Нед уселся на скамью у забора, и прикрыл глаза, обдумывая, что ему предстоит. И ничего хорошего не увидел. Одна только мысль о том, что придётся учиться в офицерской школе с такими вот болванами, как Шусард, наводила в тоску. Нед хотел пойти поговорить с Ойдаром и Арнотом, но те были с солдатами роты, и разговаривать с ними при сослуживцах не хотелось. А сами они к нему не подходили. Может устали, а может затаили какие-то обиды – в любом случае, он сидел один, как некогда предсказал Дранкон.

– Сержант Нед Чёрный! – послышался голос адъютанта полковника – срочно к полковнику Хевераду! Вызывает! Сейчас же, бегом!

Нед посмотрел на лейтенанта, вздохнул и встав со скамьи потащился за адъютантом, уткнувшись взглядом в его спину.

Лейтенант был чистеньким, ухоженным, ему не пришлось сегодня пробежать тридцать кругов вокруг базы в полном боевом вооружении. От Неда несло потом за версту, вся кольчуга, штаны, рубаха – всё пропиталось едким потом. Снимать броню во время обеда Нед не стал, так и ходил блестящий, как железный человек. И вонючий, как бродячий пёс.

Некогда было раздеться – вначале Нед обедал, потом его вызвал новый командир, чтобы рассказать, какое Нед дерьмо, потом…он просто не успел. Да и к лучшему – тащить всю эту сбрую в руках к полковнику было бы неудобно и глупо, а идти оставлять на хранение кладовщику – ещё глупее.

Подумалось – надо завести тут свою каморку для хранения служебных вещей. Хотя бы на время обеда. У других сержантов такие были, надо лишь пойти в канцелярию и получить бумагу на выделение личного хранилища на общем складе.

С этими унылыми и приземлёнными мыслями Нед дотащился до штаба корпуса и по гулкому коридору прошёл к кабинету полковника. Лейтенант подал ему знак ждать, и Нед остался стоять перед дубовыми дверями, под быстрыми выстрелами любопытных глаз канцелярских крыс.

Только лишь он собрался прощупать мысли писарей, чтобы узнать, зачем его позвали, когда дверь открылась и выглянувший оттуда лейтенанта, приказал:

– Войди, сержант!

Нед переступил порог кабинета, и замер – там, кроме полковника Хеверада, сидели ещё пятеро людей – мужчина и женщина средних лет, одетые добротно, в новую, хорошую одежду, плотный мужчина лет сорока пяти в строгом костюме с большой бляхой государственного служащего на груди, и двое мужчин лет тридцати пяти – сорока, на груди которых висели знаки городской стражи. Похоже, что сыщики, или следователи – Нед не особо разбирался, кто есть кто.

– Сержант Нед Чёрный прибыл! – отсалютовал Нед, вытянувшись по швам – жду ваших приказов, господин полковник!

В кабинете повисла тишина, такая, что стало слышно муху, уныло и упорно бьющуюся о стекло кабинета в надежде освободиться и улететь на волю. В этом желания Неда были сродни желаниям мухи. Он уже понял, что ему сейчас предстоит услышать.

– Вот он, насильник! – зло сказала женщина и привстав, крикнула с места – ты куда дел нашу дочку, подлец?! Говори! Арестуйте его!

– Никого без моего разрешения на территории корпуса арестовывать не будут – холодно сказал полковник, в упор взглянув на сыщиков, поднявшихся со своих мест – разберёмся, потом примем решение. Не надо горячиться. Знаю сержанта Неда Чёрного, как одного из наших лучших офицеров, честного и порядочного парня. То, что вы тут рассказали, скорее всего, не соответствует действительности. Нед, поясни, что у тебя с их дочерью, и какое отношение ты имеешь к её исчезновению? Ты знаешь, где она сейчас находится?

– У меня дома – упавшим голосом сказал Нед.

– Вот! Вот! Он соблазнил девочку, увёз её, вероятно изнасиловал, и теперь держит её в своём доме! Арестуйте его! – женщина была вне себя от ярости.

Мужчина, вероятно её муж и отец Санды, пытался остановить жену, но та продолжала кричать, угрожая, что напишет самому королю, что у неё двоюродная сестра служит при дворе, что она дворянского рода, древнего, древнее чем у полковника, и что она так это дело не оставит. Наконец, она всё-таки успокоилась, и тяжело дыша опустилась на месте, глядя на Неда как на мерзкую крысу, покушающуюся на хозяйский сыр.

Полковник посмотрел на побледневшего Неда, слега скривился, и побарабанив пальцами по крышке стола, сказал:

– Давай-ка мы сейчас начнём допрос по всем правилам. Лейтенант, ведите протокол. Всё запишем, чтобы потом не было иносказаний. Обвинение в похищении, изнасиловании – это слишком серьёзно, чтобы так просто оставить дело без внимания. Если наш сержант виноват, господин бургомистр – он понесёт ответственность согласно законам королевства. Если его оговорили – понесёт наказание тот, кто опорочил его честь.

– А как мы узнаем, что он говорит правду?

– А кто мешает нам проверить его слова? – пожал плечами полковник – лейтенант, пригласите и начальника Безопасности. Пусть присутствует. Это его дело. Ждём, господа. Как только придёт майор Серт – так и начнём.