355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Евгений Пчелов » Романовы. История великой династии » Текст книги (страница 1)
Романовы. История великой династии
  • Текст добавлен: 26 сентября 2016, 15:30

Текст книги "Романовы. История великой династии"


Автор книги: Евгений Пчелов



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 35 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]

Евгений Владимирович Пчелов

Романовы. История великой династии

   Введение

   Эта книга представляет собой новый, расширенный и исправленный вариант моей книги «Романовы. История династии», первое издание которой увидело свет в 2001 г. Тогда это была одна из первых книг, в которой реализовалась попытка создания «коллективной биографии» всего рода Романовых, начиная с восшествия на престол Михаила Фёдоровича и до наших дней. Основное содержание книги составляли генеалогические, биографические и библиографические сведения, придававшие ей справочный характер, а «живые», написанные научно-популярным стилем очерки о представителях династии позволяли надеяться на широкий читательский интерес. Переиздания книги, выходившие на протяжении нескольких лет, как кажется, явились показателем оправдания этих надежд. Основной массив сведений, как и сам принцип построения, сохранены и в настоящем варианте книги, существенно дополненной, разумеется, за счёт биографических и генеалогических данных, новой литературы о Романовых, вышедшей с тех пор. Исправлены и некоторые фактографические погрешности.

   К началу 2000-х годов «романовская тема» стала отчётливо звучать на страницах научной и популярной литературы, открывались новые пласты исторического прошлого, можно сказать, это был пик «первой волны» интереса к забытой и почти закрытой ранее для исследований теме. Вышли первые биографии правителей из Дома Романовых монографического характера – книги Л.Е. Морозовой, А.А. Преображенского и Н.Ф. Демидовой о первых царях из рода Романовых, А.П. Богданова о Фёдоре Алексеевиче, Н.И. Павленко о Петре I, Е.В. Анисимова о наследниках Петра, вплоть до Екатерины II, А.Б. Каменского о Екатерине II, А.М. Пескова о Павле I, А.Н. Боханова об Александре III и Николае II и др. За последние годы к ним добавилась целая серия замечательных книг В.Н. Козлякова, И.Л. Андреева, Л. Хьюз, Н.И. Павленко, Е.В. Анисимова, И.В. Курукина, О.И. Елисеевой, Л.В. Выскочкова, Е.П. Толмачёва, А.Н. Боханова, Ю.В. Кудриной и других отечественных и зарубежных авторов, рассказывающих о правивших представителях династии и их жёнах, благодаря чему практически каждый монарх из Дома Романовых (за исключением разве что почти забытого Ивана Алексеевича) удостоился одного, а то и нескольких монографических изданий. Более того, появились книги и об отдельных Великих князьях и княгинях из Дома Романовых и даже о целых ветвях династии, например, Константиновичах и Николаевичах. Издан большой корпус источников личного происхождения, включая дневники, переписку, воспоминания Романовых (почти все «романовские мемуары», за исключением двух, переведены и изданы на русском языке, правда, не всегда эти издания отвечают серьёзному эдиционному уровню). Начало этому процессу было положено в 1992 году изданием книги-альбома «Российский Императорский Дом. Дневники. Письма. Фотографии», подготовленной А.Н. Бохановым и Д.И. Исмаил-Заде и представляющей собой собрание документов, раскрывающих жизнь Императорской Фамилии в переломную эпоху российской истории. Ещё в 1990-х годах вышли коллективные труды «Российские самодержцы. 1801–1917 гг.» (М., 1993) и «Романовы. Исторические портреты» (Т. 1–2. М., 1997).

   Между тем, попытки создания коллективной биографии всего рода Романовых хотя и предпринимались, но не могут считаться достаточными. К ним относятся четыре издания 1990-х годов: книга потомка Романовых по женской линии князя Давида Павловича Чавчавадзе «Великие князья» в русском переводе (к сожалению, весьма слабом, если не сказать резче), опубликованная в Екатеринбурге в 1998 году, книга шведского журналиста Стаффана Скотта «Романовы. Царская династия. Кто они были? Что с ними стало?» (Екатеринбург, 1993), а также под названием «Романовы. Биография династии. 1613–1999» (М., 2000, на самом деле таковой не является), которая содержит интересную информацию, но написана в исключительно «разухабистом» журналистском стиле, книга историка С.В. Думина «Романовы. Императорский Дом в изгнании. Семейная хроника» (М., 1998), посвящённая истории только одной из ветвей рода – Великому князю Кириллу Владимировичу и его потомкам, претендующим ныне на главенство в Императорском Доме, и книга филолога З.И. Беляковой под многообещающим названием «Романовы. Как это было» (СПб., 1998), но содержащая всего три очерка: о Великой княгине Елизавете Фёдоровне, графине Д.Е. Богарне и об эмиграции Романовых из Крыма. В 2000-х годах попытку осветить биографии всех представителей Дома Романовых предприняла писательница В.Г. Григорян в книгах «Царские судьбы» (М., 2003) и «Романовы. Биографический справочник» (М., 2007) (последняя представляет собой бессистемный свод популярных биографий, расположенных по алфавиту), однако, эти издания никакого самостоятельного значения не имеют и относятся к разряду околоисторической беллетристики, о которой речь впереди (ей же принадлежит ещё несколько книг – «Русские жёны европейских монархов», «Принцессы-императрицы», уверенно входящие в ряд «женской» литературы на эту тему, написанной женщинами о женщинах и, по-видимому, для женщин).

   В 2012 году в серии ЖЗЛ была издана книга И.В. Курукина «Романовы», посвящённая царствовавшим представителям династии.

   Из числа серьёзных и значимых изданий по истории Романовых, опубликованных за последние 10 лет, нужно назвать следующие книги.

   В биобиблиографических справочниках Д.Н. Шилова «Государственные деятели Российской Империи. Главы высших и центральных учреждений. 1802–1917» (Второе издание – СПб., 2002), Д.Н. Шилова и Ю.А. Кузьмина «Члены Государственного Совета Российской Империи. 1801–1906» (СПб., 2007) приведены подробные биобиблиографические справки о некоторых членах Дома Романовых, занимавших высшие государственные посты и входивших в состав Государственного Совета.

   Выдающееся значение имеет биобиблиографический справочник Ю.А. Кузьмина «Российская Императорская Фамилия (1797–1917)» (Второе издание – СПб., 2011), содержащий огромный массив информации о представителях династии и их потомках (включая морганатических), начиная от Павла I, обнародовавшего в 1797 году Акт о престолонаследии и «Учреждение об Императорской Фамилии», и до Октябрьской революции 1917 года. В 2004 году мною была опубликована рецензия на первое издание этого фундаментального справочника (Пчелов Е.В. Новый справочник по истории Дома Романовых // Гербовед. № 76. М., 2004. С. 104–106). К сожалению, прямо противоположный характер имеет другой биобиблиографический справочник, созданный Т.А. Лобашковой и изданный дважды в 2007 и 2008 годах под названиями «Династия Романовых. Биобиблиографический указатель» и «Дом Романовых. Биобиблиографический иллюстрированный указатель». Этот «указатель» представляет собой хаотичное собрание описаний случайно подобранных изданий, где псевдонаучная литература и откровенная беллетиристика соседствуют с содержательными работами в безграмотно составленных библиографических описаниях. Огромные пробелы и бессистемный характер не позволяют считать этот «указатель» сколько-нибудь значимым явлением в историографии, хотя он и пользуется некоторой популярностью у не слишком искушённых читателей (подробнее см. мою рецензию: Пчелов Е.В. Вдалеке от науки (сумбур вместо библиографии) // Генеалогический Вестник. Вып. 33. СПб., 2008. С. 96—102).

   Четыре книги И.В. Зимина из серии «Повседневная жизнь Российского Императорского двора»: «Взрослый мир императорских резиденций. Вторая четверть XIX – начало XX в.» (М., 2011); «Детский мир императорских резиденций. Быт монархов и их окружение» (М., 2011); «Царская работа. XIX – начало XX века» (М., 2011) и «Царские деньги. Доходы и расходы Дома Романовых» (М., 2011) представляют собой великолепные монографии, всесторонне и содержательно описывающие большое число тем, связанных с «историей повседневности» династии на протяжении XIX – начала XX века.

   Истории императорского двора за более ранний период посвящена монография О.Г. Агеевой «Императорский двор России. 1700–1796 годы» (М., 2008), придворному церемониалу – монографии Н.А. Огарковой «Церемонии, празднества, музыка русского двора. XVIII – начало XIX в.» (СПб., 2004), Л.В. Выскочкова «Будни и праздники Императорского двора» (СПб., 2012), церемониалу погребения – монография М.О. Логуновой «Печальные ритуалы императорской России» (М., 2011), некрополям Романовых в Новоспасском монастыре в Москве, соборах Московского Кремля и Петропавловском соборе Петербурга – книги А.К. Станюковича, В.Н. Звягина, П.Ю. Черносвитова, И.И. Ёлкиной и А.Г. Авдеева «Усыпальница рода Романовых в Московском Новоспасском монастыре» (Кострома, 2005), Т.Д. Пановой «Кремлёвские усыпальницы. История, судьба, тайна» (М., 2003), В.Б. Гендрикова и С.Е. Сенько «Петропавловский собор. Усыпальница Императорского Дома Романовых» (СПб., 1998 и 2004). О династических связях Романовых см. книги В.И. Федорченко «Дом Романовых. Энциклопедия биографий» (М., 2003, название не соответствует содержанию) и А.В. Манько «Брачные союзы Дома Романовых» (М., 2010), о личной жизни членов Императорской Фамилии XIX – начала XX века – книгу А.Н. Боханова «Романовы. Сердечные тайны» (М., 2000), о женщинах династии Романовых XVII в. – книгу А.В. Дёмкина и Л.Е. Морозовой «Дворцовые тайны. Царицы и царевны XVII века» (М., 2005).

   Медицинским аспектам истории династии посвящены книги Б.А. Нахапетова «Тайны врачей Дома Романовых» (М., 2005), «Медицина и императорская власть в России. Здоровье императорской семьи и медицинское обеспечение первых лиц России в XIX – начале ХХ в.» (М., 2008) и «Августейшие сёстры милосердия» (составитель Н.К. Зверева. М., 2006). «Окраинным» резиденциям династии – книги Н.Н. Калинина и М.А. Земляниченко «Романовы и Крым» (Симферополь, 2003) и Й. и П. Туоми-Никула «Императоры на отдыхе в Финляндии» (СПб., 2003). Библиотекам династии Романовых и романовским экслибрисам – книги В.А. Дурова «Книга в семье Романовых» (М., 2000, по материалам РГБ) и В.В. Худолея «Книжные знаки и семья Романовых» (СПб., 2003). Придворным ювелирам XVIII – начала XX века – книги Л.К. Кузнецовой «Петербургские ювелиры. Век восемнадцатый, бриллиантовый…» (М., 2008) и «Петербургские ювелиры. Дней Александровых прекрасное начало» (М., 2012), М.Н. Лопато «Ювелиры Старого Петербурга» (СПб., 2006). О памятниках представителям Дома Романовых см. фундаментальный справочник К.Г. Сокола «Монументальные памятники Российской Империи. Каталог» (М., 2006).

   Генеалогия Романовых в последнее время (наряду с генеалогическими справочниками Жака Феррана) пополнилась «Родословием Дома Романовых», составленным В.В. Антоновым и Н.А. Фадеевой для книги М.В. Назарова «Кто наследник российского престола?» (Третье издание – М., 2004. С. 168–235, включены и потомки по женским линиям), выполняющим вспомогательную функцию для этой книги и потому лишённым иных биографических данных, кроме имён и дат жизни, а также книгами К.В. Рыжова «Дом Романовых в семье европейских династий» (М., 2011; представлена полная восходящая родословная Николая II, в этом отношении автор как бы продолжает дореволюционные исследования Н.А. Баумгартена, посвящённые восходящей родословной цесаревича Алексея Николаевича) и Е.В. Алексеева «Закон и корона Российской Империи» (М., 2012; родословные потомков Романовых по женским линиям в связи с вопросом о престолонаследии; к сожалению, с отдельными неточностями).

   Помимо этих существенных для истории Романовых изданий (здесь обозначены только наиболее примечательные книги и оставлены в стороне статьи и другие публикации – за подробной библиографией отсылаю читателя к справочнику Ю.А. Кузьмина) постоянно выходит и та литература, которую с полным правом можно охарактеризовать как «информационный шум». Модная тема привлекает внимание многочисленных беллетристов, журналистов и дилетантов, пекущих подобно блинам популярные книжки на потребу невзыскательной публике. Уже давно замечена характерная тенденция – как только выходит какое-либо более или менее серьёзное издание, сразу же находятся активные авторы, которые в облегчённой форме представляют читателю «собственные» размышления на ту же тему. Бесконечное перелицовывание одних и тех же сведений, почерпнутых через пятые-десятые руки и изложенных в разухабистом стиле бульварных романов, погоня за псевдосенсациями и открытие неких тайн – всё это яркие черты подобного рода литературы.

   В последние годы сформировался и целый пласт того, что можно назвать «женской литературой» о Романовых. Как правило, такие книги имеют в заглавиях слова «красавицы», «богини», «женщины на троне» и т. п., а по своему содержанию представляют чистую беллетристику, не имеющую серьёзного значения.

   Выходят книги и с нарочито громкими названиями, предлагающие пересмотр устоявшихся мнений, претендующие на сенсационные открытия и, конечно, находящие живой отклик у непритязательного и не слишком грамотного читателя. К числу авторов разнообразного «информационного шума», пишущих об истории Романовых, можно отнести Л. Третьякову, Ф. Гримберг, А. Широкорада, Н. Коняева, И. Громову, В. Долматова и Л. Лыкову и многих других. Чего стоят, например, безграмотные и безобразные в своей развязности названия глав в книге И.А. Соколовой «Великие князья Дома Романовых» (СПб., 2010) – «Генералиссимус Николай Романов», «Миш(к)а-дурак» и т. п. Как правило, представители профессионального исторического сообщества не имеют ни малейшего представления о том, кто все эти люди, столь «плодотворно» возделывающие популярную ныне ниву… К слову сказать, одна из характерных ошибок, которую зачастую допускают даже профессиональные историки, заключается в наименовании представителей Дома Романовых, например императриц или великих князей, по фамилии «Романов» («Великий князь… Романов»), что совершенно некорректно.

   К сожалению, погоней за мнимыми сенсациями порой увлекаются и некоторые исследователи, претендующие на вполне профессиональный подход к теме. Нельзя не упомянуть в этой связи о книгах П.В. Мультатули (например, «Николай II. Отречение, которого не было» (М., 2010), в которых автор подменяет чисто источниковедческий вопрос об истории конкретного документа (вернее, его экземпляров) – отречения Николая II, глобальным общеисторическим выводом о масштабной фальсификации – якобы не имевшим места в действительности факте отречения Николая II от престола в марте 1917 года. При этом ничтоже сумняшеся он обрушивает обвинения в подлоге на головы как современников, так и позднейших исследователей, объявляя сфальсифицированными чуть ли не все источники об этом событии, включая дневниковые записи самого императора. Такие выводы, за которыми стоят, по-видимому, определённые идейные установки, не могут считаться обоснованными с точки зрения корректного исторического исследования, о чём уже говорилось, в том числе и в средствах массовой информации.

 //– * * * –//

   Настоящая книга имеет генеалогическую структуру. Биографические данные о Романовых расположены по поколениям в порядке родового старшинства. Перед каждой персоной стоит двойной номер: вначале её собственный, а через дробь – номер отца. Таким образом легко можно отыскать предков любого из персонажей книги. После биографических сведений следует информация о супругах, при этом буква «М» означает мужа, а «Ж» – жену. Биографическая справка включает годы и места рождения, смерти и захоронения, должности и чины с датами их получения. Ко многим очеркам даётся библиография самого общего характера. Более подробные биографические и библиографические сведения о Романовых XIX – начала XX века читатель может найти в уже упоминавшемся справочнике Ю.А. Кузьмина. Родословная Романовых доведена до 2012 года включительно. Я сознательно не касался столь болезненного в ситуации после 1917 года вопроса, как проблема престолонаследия, поскольку считаю её не имеющей отношения ни к исторической науке, ни к актуальному настоящему. Информация по этому поводу оставлена в книге без комментариев.

   Даты событий, происшедших в России до 1918 года, даются, как правило, и по юлианскому и по григорианскому календарям («старому» и «новому» стилям, т. к. в ряде исследований из-за неверного перевода дат возникают ошибки), для датировки же событий, происшедших в Европе до 1918 года и после него, как правило, используется только григорианский календарь.

   Имена царствовавших представителей династии выделены жирным шрифтом.

   Происхождение царской династии Романовых

   Род Романовых принадлежит к числу древних семей московского боярства. Первый известный нам по летописям предок этой фамилии – Андрей Иванович, имевший прозвище Кобыла, в 1347 году находился на службе у Великого Владимирского и Московского князя Семёна Ивановича Гордого.

   Семён Гордый был старшим сыном и наследником Ивана Калиты и продолжал политику своего отца. В то время Московское княжество значительно укрепилось, и Москва стала претендовать на лидерство среди других земель Северо-Восточной Руси. Московские князья не только установили хорошие отношения с Золотой Ордой, но также стали играть более важную роль в общерусских делах. Среди русских князей Семён почитался старшим, и немногие из них осмеливались перечить ему. Его характер ярко проявился и в семейной жизни. После смерти первой жены, дочери Великого Литовского князя Гедимина, Семён женился вторично. Его избранницей стала смоленская княжна Евпраксия, но уже через год после свадьбы московский князь по каким-то причинам отослал её обратно к отцу, князю Фёдору Святославичу. Затем Семён решился на третий брак, на этот раз обратившись к давним соперникам Москвы – тверским князьям. В 1347 году в Тверь отправилось посольство – сватать княжну Марию, дочь тверского князя Александра Михайловича. В своё время Александр Михайлович трагически погиб в Орде, пав жертвой интриг Ивана Калиты, отца Семёна. И вот теперь дети непримиримых врагов соединялись узами брака. Посольство в Тверь возглавляли двое московских бояр – Андрей Кобыла и Алексей Босоволков. Так впервые на исторической арене появился предок царя Михаила Романова.

   Посольство добилось успеха. Но неожиданно вмешался митрополит Феогност, отказавшийся благословить этот брак. Более того, он приказал закрыть московские церкви, чтобы не допустить венчания. Такая позиция была, видимо, вызвана предыдущим разводом Семёна. Но князь отправил щедрые дары константинопольскому патриарху, которому подчинялся московский митрополит, и получил разрешение на брак. В 1353 году Семён Гордый скончался от чумы, свирепствовавшей на Руси. Об Андрее Кобыле больше ничего не известно, но его потомки продолжали служить московским князьям.

   Как сообщают родословцы, потомство Андрея Кобылы было обширным. Он оставил пять сыновей, которые стали родоначальниками многих известных дворянских родов. Сыновей звали: Семён Жеребец (не в честь ли Семёна Гордого получил он своё имя?), Александр Ёлка, Василий Ивантей (или Вантей), Гаврила Гавша (Гавша – то же, что и Гавриил, только в уменьшительной форме; такие окончания имён на «-ша» были распространены на Новгородской земле) и Фёдор Кошка. Кроме того, у Андрея был младший брат Фёдор Шевляга, от которого произошли дворянские фамилии Мотовиловых, Трусовых, Воробьиных и Грабежевых. Прозвища Кобыла, Жеребец и Шевляга («кляча») по смыслу близки друг другу, что неудивительно, поскольку у нескольких дворянских родов известна подобная традиция – представители одной семьи могли носить прозвания как бы одного семантического круга. Однако каково же было происхождение самих братьев Андрея и Фёдора Ивановичей?

   Родословные XVI – начала XVII века ничего не сообщают об этом. Но уже в первой половине XVII века, когда Романовы укрепились на русском престоле, появилась и легенда об их предках. Многие дворянские роды возводили себя к выходцам из других стран и земель. Это стало своего рода традицией древнего русского дворянства, которое, таким образом, чуть ли не поголовно имело «иностранное» происхождение. Причём наибольшей популярностью пользовались два «направления», откуда якобы происходили «выезды» дворянских родоначальников: или «из Немец», или «из Орды». Под «немцами» подразумевались не только жители Германии, но и вообще все европейцы. Поэтому в легендах о «выездах» основателей родов можно встретить следующие уточнения: «Из Немец, из Прус» или «Из Немец, из Свейской (т. е. Шведской) земли».

   Русские бояре. С картины В.Г. Шварца. 1865 г.

   Все эти легенды были похожи друг на друга. Обычно некий «муж честен» со странным, непривычным для русского слуха именем приезжал, часто с дружиной, к кому-либо из Великих князей на службу. Здесь он принимал крещение, и его потомки оказывались в составе русской элиты. Затем от их прозвищ возникали дворянские фамилии, а поскольку многие роды возводили себя к одному предку, то вполне объяснимо, что появлялись различные варианты одних и тех же легенд. Причины создания этих рассказов вполне понятны. Придумывая себе иноземных предков, русские аристократы «оправдывали» тем самым руководящее положение в обществе. Они удревняли свои роды, конструировали высокое происхождение, ведь многие родоначальники считались потомками иностранных князей и правителей, подчёркивая тем самым свою исключительность. Конечно, это не значит, что абсолютно все легенды были вымышленными, вероятно, наиболее древние из них могли иметь под собой реальные основания (так, предок Пушкиных – Радша, судя по окончанию имени, имевший отношение к Новгороду и живший в XII веке, по мнению некоторых исследователей, действительно мог иметь иностранное происхождение). Но выделить эти исторические факты за напластованиями домыслов и догадок довольно не просто. Да и к тому же однозначно подтвердить или опровергнуть такой рассказ бывает сложно из-за отсутствия источников. К концу XVII века, а в особенности в XVIII веке, такие предания приобретали всё более баснословный характер, превратившись в чистые фантазии слабо знакомых с историей авторов. Не избежали этого и Романовы.

   Титульный лист Бархатной книги, изданной в Москве в 1787 г.

   Создание родовой легенды «взяли на себя» представители тех семей, которые имели единых с Романовыми предков: Шереметевы, уже упоминавшиеся Трусовы, Колычёвы. Когда в 1680-х годах создавалась официальная родословная книга Московского царства, которая потом получила название «Бархатной» из-за своего переплёта, дворянские семьи подавали в ведавший этим делом Разрядный приказ свои родословные. Представили роспись своих предков и Шереметевы, и оказалось, что, по их сведениям, русский боярин Андрей Иванович Кобыла на самом деле был князем, происходившим из Пруссии.

   «Прусское» происхождение родоначальника было очень распространено в то время у древних родов. Высказывалось предположение, что это произошло из-за «Прусской улицы» в одном из концов древнего Новгорода. По этой улице шла дорога на Псков, т. н. «Прусский путь». После присоединения Новгорода к Московскому государству многие знатные семьи этого города были переселены в Московские волости, и наоборот. Так, благодаря неверно понятому названию, в московское дворянство и влились «прусские» выходцы. Но в случае с Андреем Кобылой можно увидеть скорее влияние другой, очень известной в то время, легенды.

   На рубеже XV–XVI веков, когда сформировалось единое Московское государство и московские князья начали претендовать на царский (цесарский, т. е. императорский) титул, появилась известная идея «Москва – Третий Рим». Москва становилась наследницей великой православной традиции Второго Рима – Константинополя, а через него и имперской власти Первого Рима – Рима императоров Августа и Константина Великого. Преемственность власти обеспечивалась и браком Ивана III с Софьей Палеолог, и легендой «о дарах Мономаха» – византийского императора, передавшего на Русь своему внуку Владимиру Мономаху царский венец и другие регалии царской власти, и принятием в качестве государственного символа имперского двуглавого орла. Зримым доказательством величия нового царства стал построенный при Иване III и Василии III великолепный ансамбль Московского Кремля. Поддержание этой идеи было обеспечено и на генеалогическом уровне. Именно в это время возникла легенда о происхождении правившей тогда династии Рюриковичей. Иноземное, варяжское происхождение Рюрика не могло вписаться в новую идеологию, и основатель княжеской династии стал потомком в 14-м поколении некоего Пруса, родственника самого императора Августа. Прус якобы был правителем древней Пруссии, населенной когда-то славянами, а его потомки стали правителями Руси. И подобно тому, как Рюриковичи оказались преемниками прусских королей, а через них римских императоров, так и потомки Андрея Кобылы создали себе «прусскую» легенду.

   В дальнейшем легенда обросла новыми подробностями. В более полном виде она была оформлена стольником Степаном Андреевичем Колычёвым, который при Петре I стал первым русским герольдмейстером. В 1722 году он возглавил Герольдмейстерскую контору при Сенате, особое учреждение, занимавшееся государственной геральдикой и ведавшее учетом и сословными делами дворянства. Теперь происхождение Андрея Кобылы «обрело» новые черты.

   В 373 (или даже в 305-м) году от Рождества Христова (в то время ещё существовала Римская империя) прусский король Прутено отдал королевство брату Вейдевуту, а сам стал верховным жрецом своего языческого племени в городе Романове. Город этот вроде бы находился на берегах рек Дубиссы и Невяжи, при слиянии которых рос священный, вечнозелёный дуб необыкновенной высоты и толщины. Перед смертью Вейдевут разделил своё королевство между двенадцатью сыновьями. Четвёртым сыном был Недрон, потомки которого владели самогитскими землями (часть Литвы). В девятом поколении потомком Недрона был Дивон. Он жил уже в XIII веке и постоянно оборонял свои земли от рыцарей-меченосцев. Наконец, в 1280 году его сыновья – Руссинген и Гланда Камбила приняли крещение, а в 1283 году Гланда (Гландал или Гландус) Камбила приехал на Русь служить московскому князю Даниилу Александровичу. Здесь он принял крещение и стал называться Кобылой. По другим вариантам, Гланда принял крещение с именем Иван в 1287 году, а Андрей Кобыла был его сыном.

   Герб рода графов Шереметевых

   Искусственность этого рассказа очевидна. В нём всё фантастично, и как ни пытались некоторые историки проверить его подлинность, их попытки не увенчались успехом. Бросаются в глаза два характерных мотива. Во-первых, 12 сыновей Вейдевута очень напоминают 12 сыновей князя Владимира, крестителя Руси, а четвёртый сын Недрон – четвёртого сына Владимира, Ярослава Мудрого. Во-вторых, очевидно желание автора связать начало рода Романовых на Руси с первыми московскими князьями. Ведь Даниил Александрович был не только основателем Московского княжества, но и родоначальником московской династии, преемниками которой являлись Романовы.

   Тем не менее «прусская» легенда стала очень популярной и официально была зафиксирована в «Общем гербовнике дворянских родов Всероссийской Империи», созданном по инициативе Павла I, решившего упорядочить всю русскую дворянскую геральдику. В гербовник вносились дворянские родовые гербы, которые утверждались императором, причём вместе с изображением и описанием герба давалась и справка о происхождении рода. Потомки Кобылы – Шереметевы, Коновницыны, Неплюевы, Яковлевы и другие, отмечая своё «прусское» происхождение, ввели в качестве одной из фигур в свои родовые гербы изображение «священного» дуба, а само центральное изображение (два креста, над которыми помещена корона) заимствовали из геральдики города Данцига (Гданьска).

   Конечно, по мере развития исторической науки исследователи не только критически относились к легенде о происхождении Кобылы, но и пытались обнаружить в ней какие-либо реально-исторические основания. Наиболее масштабное исследование «прусских» корней Романовых предпринял выдающийся дореволюционный историк В.К. Трутовский, который усматривал некоторые соответствия сведений легенды о Гланде Камбиле реальной ситуации в Прусских землях XIII в. Не оставляли таких попыток историки и в дальнейшем. Но если легенда о Гланде Камбиле и могла донести до нас какие-то крупицы исторических данных, то её «внешнее» оформление практически сводит это значение на нет. Она может представлять интерес с точки зрения общественного сознания русского дворянства XVII–XVIII вв., но никак не в вопросе выяснения истинного происхождения царствовавшего рода. Такой блестящий знаток русской генеалогии, как А.А. Зимин, писал, что Андрей Кобыла «происходил, вероятно, из коренных московских (и переславских) землевладельцев». Во всяком случае, как бы то ни было, именно Андрей Иванович остаётся первым достоверным предком династии Романовых.

   Вернёмся к реальной родословной его потомков. Старший сын Кобылы, Семён Жеребец, стал родоначальником дворян Лодыгиных, Коновницыных, Кокоревых, Образцовых, Горбуновых. Из них наибольший след в русской истории оставили Лодыгины и Коновницыны. Лодыгины происходят от сына Семёна Жеребца – Григория Лодыги («лодыга» – древнерусское слово, означавшее подножие, подставку, щиколотку). К этому роду принадлежал знаменитый инженер Александр Николаевич Лодыгин (1847–1923), который в 1872 году изобрёл в России электрическую лампу накаливания.

   Коновницыны происходят от внука Григория Лодыги – Ивана Семёновича Коновницы. Среди них прославился генерал Пётр Петрович Коновницын (1764–1822), герой многих войн, которые вела Россия в конце XVIII – начале XIX века, в том числе Отечественной войны 1812 года. Он отличился в сражениях за Смоленск, Малоярославец, в «Битве народов» под Лейпцигом, а в Бородинском сражении командовал Второй армией после ранения князя П.И. Багратиона. В 1815–1819 годах Коновницын был военным министром, а в 1819 году возведён вместе с потомством в графское достоинство Российской империи.

   От второго сына Андрея Кобылы – Александра Ёлки пошли роды Колычёвых, Сухово-Кобылиных, Стербеевых, Хлуденевых, Неплюевых. Старший сын Александра Фёдор Колыч (от слова «колча», т. е. хромой) стал родоначальником Колычёвых. Из представителей этого рода наиболее известен св. Филипп (в миру Фёдор Степанович Колычёв, 1507–1569). В 1566 году он стал митрополитом Московским и всея Руси. Гневно обличавший зверства царя Ивана Грозного, Филипп в 1568 году был низложен, а затем задушен одним из главарей опричников Малютой Скуратовым.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю