Текст книги "Чужой остров (СИ)"

Автор книги: Евгений Шифровик

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

Глава XXI

Берлин. Ночь.

Мёртвых черноглазых и культистов, валявшихся около выходов стали выносить наружу. Фанатики, по указу гуру, разбросали и развешали у каждого выхода несколько тел. Животные будут только рады. Люди с поверхности наконец-то начнут воспринимать культистов всерьёз. Билл таким способом чётко обозначил свои владения, силу культа.

На следующее, после вчерашней перестрелки, утро ко входу пришел один из черноглазых, в мятых, но деловых брюках и жилетки из пиджака. Его огромные механические руки просто не помещались в рукава. А под штанинами виднелись механические ступни…

Он заявился сюда с оружием и рюкзаком. Мужчина выглядел солидно, конечно, на сколько это позволяли реалии постапокалипсиса. Он рассмотрел мертвецов, узнал в них бывших членов банды.

– Животные… – выругался он тихо. Убрал оба пистолета в кобуры и пошел к входу в метро. Громко крикнул, чтобы все, кто находились рядом с выходом услышали, – я с миром, у меня послание для Билла Таркина! – и шепотом добавил, – сумасшедшего ублюдка, который ответит за всё.

Громила снял солнце защитные очки и спустился в тоннель. Он шел и каждую минуту кричал:

– Не стрелять. Я с миром! У меня послание для Билла Таркина.

Он прошел какое-то расстояние, прежде чем ему ответили.

– Бросай оружие! И дуй сюда, – крикнул кто-то с блок поста. Фанатики сидели в темноте. Где в это время находился часовой было не ясно.

– Добро, – ответил посланник в равном костюме. Но как ему не хотелось марать свои стволы…

…

Чужак, с вонючим мешком на голове, топал по лабиринтам подземки в сопровождении двух культистов. Они связали его руки за спиной. Из-за того, что у гостя обе руки были механическими верёвка, была бесполезна, но на блок посте нашлись пара прочных проволок.

Посланник вдруг услышал разговоры большого количества людей – культистов. Его привели в центральный узел. Фанатики бросали все свои дела и бежали смотреть на новую интересную игрушку, именно так им и представлялся незнакомец.

Таркин находился в одном из тоннелей, он снова обходил подземку. Смотрел, что вообще происходит, как идут дела, чем заняты люди. Его окликнули, Билл узнал о госте с посланием.

– Ведите его в тот вагончик, и тихо всем! – грозно приказал он. Вот только Билл, кажется, забыл о том, что уже выпустил одного черноглазого, который вполне мог примерно посчитать всех в центральном узле.

Билла и незнакомца завели в купе. Вмести с ними зашли и два охранника, они держали гостя.

– Говори, – сказал фанатик.

– Буду говорить только с гуру, – отрезал тот.

– Ну так начинай, баран, Билл Таркин сидит прямо перед тобой, – сказал второй охранник.

– Моя госпожа получила ваше письмо. Она была в не себя от злобы… Но ответ написала. Бумажка лежит во внутреннем кармане моего пиджака, – говорил черноглазый, ни чуточку не боясь. Билл подошёл к нему, расстегнул две пуговице жилетки и увидел краешек бумаги, которая торчала из внутреннего кармана.

– Ага, угу… кхм, – хочет войны, она её получит. Знаешь, твоя хозяйка тебя ненавидит, – сказав это, Билл резво выхватил пистолет и выстрелил прямо в глаз гостя. Фонтанчик крови окрасил стенку купе, пуля прошла на вылет.

– Босс, зачем? – спросил культист, державший теперь уже бездыханное тело.

– Тут написано, хм… цитата: если мой человек не вернётся через шесть часов, можете рыть себе могилы, – зачитал Билл с листочка, – а я ненавижу ждать. Вынесите таракана на поверхность. Да сделайте так, чтобы гниду было видно издалека.

…

Черноглазые, в количестве человек тридцати с лишним, объявилась через день. Ближе к полудню. Не самое удачное время для нападения, впрочем, в подземки ведь и так не светит Солнце?

Банда и госпожа пришли мстить за смерти своих людей. Госпожа, так её звали все члены банды, скрывала своё лицо за чёрным капюшоном. На ней были зелёные штаны, какая-то старая потрёпанная кофта и плащ. Под широкими длинными руками скрывались механические конечности. Не простые, а эпические, класса зверь. Судя по всеми, вид был выбран динозавр. Чрезмерно длинные руки, и не менее длинные когти. При желании она могла, не наклоняясь, поцарапать асфальт.

Боевой дух банды после того, как они увидели мертвецов, украшавших вход, слегка пошатнулся. Но ненависть и желание отомстить– прикончить дикарей, только выросло. Дикари, именно это слово идеально подходило для Билла Таркина и его культа.

Дикари с механическими конечностями. Ироничное словосочетание.

Часовой, карауливший у выхода, не успел убежать. Пара точных выстрелов и бежать было уже некому. Госпожа не собиралась повторять ошибки прошлого. Нельзя было допустить, чтобы о нападении узнали раньше времени. Однако, она не думала, что Таркин абсолютный глупец. Ведь он убил посланника, а значит, наверняка, готовится к кровопролитию.

Черноглазые добрались до первого блок поста. Культисты дежурившие здесь, их не заметили. На этом участке даже свет не потушили. Госпожа скомандовала… десять точных выстрелов из непроглядной темноты – превратились в десять трупов.

Предводительницу не покидало чувство, что они только что съели сыр, который, как известно, бесплатный только в мышеловке. Ей, как и остальным членам банды, казалось, что это блок пост намеренно отдали на растерзание. Никто не верил, что фанатики, знавшие о скором нападении, могли быть не готовыми его отразить. Кто-то предположил, что их вожак специально выставил самых бесполезных.

Госпожа была поражена, как наплевательски дикари относятся к собственной безопасности; как безответственно стерегут своё же логово. Ещё девушку удивило полное отсутствие женщин. На блок постах, по крайней мере, их не было.

Нападавшие двинулись дальше. На их пути попался второй блок пост, который встретил их не светом, а выстрелами. В полной темноте началась перестрелка. Но среди нападавших не было людей с кошачьим глазами, следовательно, и очевидно преимущества. Конечно, бойцы госпожи были намного подготовленное, да и количеством их было больше. Однако это не отменяло того, что культисты плотно засели в своих укреплениях. Они точно ждали нападения. И выкурить их будет не так-то просто.

После первых выстрелов, черноглазые разбежались. Каждый пытался найти укрытие. В подземки было много всего такого, что могло укрыть от пуль… Мусор, какие-то бочки и ящики, вагоны.

Культисты изредка выглядывали из-за укрытий и давали одиночные выстрелы. Нападавшие делали точно также. Особого результата это не приносило. Унылая перестрелка, могла продолжаться часами, если бы не…

Большая часть нападавших, в сопровождение редких выстрелов с обеих сторон, перебралась в старый вагон, стоявший в тоннеле. Для этого им пришлось отступить на какое-то расстояние. Ведь вагон стоял чуть дальше от блок поста. Теоретически он мог двигаться потому, что не сошел с рельс. Вопрос был в другом, где взять силу, способную его сдвинуть.

Но и с этой задачей банда справилась. Около шести человек, у которых были самые мощные механически ноги и руки, начали толкать тяжёлую махину. Внутри которой спрятались около двадцати нападавших. Каждый занял удобную позицию, чтобы в нужный момент высунуться из окна и выстрелить.

Вагон плавно набирал скорость. Едва-ли он двигался быстрее самой резвой черепахи… Но люди, толкавшие его, прикладывали все усилия. Каждый толкал в меру своей силы, они понимали, что предел прочности механических конечностей сильно выше, их позвоночников.

Но, видимо, один из «толкачей» об этом забыл или просто перестарался… Он держался за нижнюю часть вагона и толкал его, что было мочи. В какой-то момент его спина не выдержала давления. Позвоночник сломался в нескольких местах. Лицо парня исказилось в ужасной гримасе, казалось, что в его глазах отразилась вся боль, которую только испытывал мир. Его ноги подкосились, он повалился. Никто не обратил на это внимание… Во-первых, не все знали о том, что произошло из-за темноты, во-вторых, тот кто знал, понимал, что парень своё отработал.

Когда вагон начал приближаться к фанатикам снова началась стрельба. Нападавшие, не занятые делом подхватили различный мусор и встали за вагоном. Они старались закрыть «толкачей» и себя от смертельных пуль.

Когда культисты поняли, что к ним, медленно, но верно движется целый вагон, набитый черноглазыми они решили действовать. Череда выстрелов практически перестала прекращаться, стреляли в основном фанатики.

Вагон был в нескольких метрах от укрытий фанатиков. Черноглазые, сидевшие в нём начали потихоньку показываться и стрелять. После этого культисты немного сдали, поняли, что всё их преимущество растворилось. Махина двигалась всё дальше, потерт с обеих сторон становилось всё больше.

Нападавшие, двигающие вагон и те, кто их защищали также вступили в перестрелку. Победа, очевидно, была не на стороне культистов. Вопрос был только в том, сколько черноглазых погибнет, перед тем, как блок пост будет полностью зачищен.

Выстрелы звучали со всех сторон, но люди не высовывались из укрытий. Можно сказать, они стреляли в слепую. Но, когда самые смелые и отчаянные фанатики полегли, с их стороны остались только те, которые нашли укрытие получше.

Госпожа и её люди начали выпрыгивать из вагона. За считанные минуты были добиты оставшиеся фанатики. Победившая сторона была довольна результатом. Конечно, без погибших не обошлось и времени они потеряли много. Однако, если бы черноглазые напали в лоб потерь было бы ещё меньше и выигранное время не принесло большой пользы.

Оказалось, что это был последний блок пост, который стоял преградой на пути к логову дикарей. Это было понятно по гулу, который слышался из ночи. Только просторное помещение и большое количество людей могло создать такое эхо. Но было очевидно: гостей ждут.

В центральном узле, разумеется, узнали о вторжении врагов, ещё до их нападения на второй блок пост. Билл готовился к настоящей битве, его глаза полыхали огнём. Казалось, сам Дьявол вселился в него. Таркин бегал по будущему полю боя и расставлял людей на своё усмотрение. Из-за не очень больших размеров поземного помещения, фанатики могли быстро стянуться к одному выходу. Билл пользовался этим преимущество, не забывая, что враги могут напасть сразу из нескольких мест.

Также Билл не забыл и про «паутину». Он выбрал фанатиков и приказал им висеть под самым потолком. Люди забрались наверх. Затем место под ними очистили, чтобы можно было спокойно ходить. План Билла заключался в том, чтобы частью культистов выманить нападавших в центральный узел. После этого на черноглазых должны посыпаться, прямо с потолка, более сильные фанатики.

Его не радовало только одно, снова будут большие потери, огромные. Также его система с блок постами и часовыми показала свою полную непригодность. И, наконец, последнее: он не знал точного количества черноглазых, ведь часовой не прибежал. Билл догадывался, что дежурящие на первом посте, даже не были готовы к нападению. Именно фанатики со второго поста первыми услышали выстрелы, только человеку из их группы удалось убежать.

Девушка – госпожа черноглазых, очевидно командовала лучше, чем тот мужик-танк, погибший так глупо… Она не бросала своих бойцов на рожон. Совсем не желала устраивать бессмысленное рубилово. Она лишь хотела отомстить. Впрочем, сама виновата, ведь это именно её люди напали на чужой дом…

Все культисты давно заняли свои позиции. Билл укрылся около своей комнаты сейфа, чтобы, как он сам сказал: «В любой момент спрятать хитрый зад, а вы мясо должны биться». Фанатики ждали, когда нападёт неприятель. Но враги не спешили, они продумывали план.

– Мы должны убить всех до единого. План такой: делимся на равные группы и врываемся в логово через три тоннеля. Их, как сказал Тони, всего четыре. Но, боюсь, последний у нас нет времени искать. Ну за дело, я с вами! Не забывайте вырубать свет! (свет горел в тоннелях, рядом с центральным узлом. Но не в нём самом) – произнесла воодушевляющую речь девушка. Черноглазые, выслушали её и разбились на отряды.

Через несколько минут, с небольшими разрывами во времени, в тоннелях погас свет. Из центрального узла никто не стрелял, да и нападавшие не открывали огонь. Казалось, начало бойни сдерживает лишь темнота. Словно враги, хоть и знают друг о друге, но не видят и только поэтому не стреляют.

Ни у кого из нападавших не было кошачьих глаз, а вот фанатики могли по памяти ориентироваться в темноте. Стало быть, преимущество на стороне подземки. К тому же людей, висевших на потолке почти невозможно заметить, только услышать. Но по плану Билла, когда враги войдут в центральный узел, то начнётся стрельба. Будет некогда прислушиваться, а с потолка начнут падать первые фанатики.

– Приготовиться, проверить оружие, – приказала госпожа. Её слова разбежались по трём отрядам, словно по проводам. Черноглазы начали тихонько щёлкать всевозможными деталями оружия. Проверяли, дёргали. В общем, нельзя было допустить, чтобы оружие подвело. У нападавших не было дорогостоящего лазерного или плазменного оружия, только огнестрельное. У культистов было одно лазерное и два плазменных.

Обилие огнестрельного оружия в Берлине объясняется его дешевизной. Во-первых, оно само по себе дешевле любого более технологичного. Во-вторых, боекомплект к нему обходится почти даром. Третья причина в надёжности. Огнестрельное оружие устроено проще, ломаться практически нечему. В отличии от навороченных технологичных пушек, в устройстве которых мало кто что понимал. В общем, первые несколько месяцев игры огнестрельное оружие точно не выйдет из моды.

Черноглазы побежали в логово. Они ворвались в него из трёх тоннелей сразу, следуя плану. С проникновением первых людей в центральный узел начались первые выстрелы. Цель которых, была скорее, не нанести урон, а рассеять темноту. То тут, то там мелькали вспышки.

Защитники подземки и нападавшие с поверхности вели стрельбу из укрытий. Фанатики с потолка всё не падали, ведь черноглазы недостаточно далеко отошли от тоннелей.

В числе защитников было около сотни людей, большая часть которых зависла на потолке. Перестреливались, около сорока фанатиков и тридцать с чем-то черноглазых. Силы были далеко не равны, ведь пришедшие с поверхности были более подготовленными и лучшими бойцами. А единственно преимущество культистов исчезло с первыми вспышками света…

Билл начал волноваться. Его люди постепенно гибли, а банда всё не продвигалась. Его пугала перспектива того, что черноглазые перебьют всех культистов, выступающих в роли приманки. Но, как оказалось позже, он зря переживал. Когда люди банды поняли, что одерживают верх они начали плавно выходить из тоннелей и отвоёвывать территории центрального узла.

Запах крови, пороховых газов, плесени и металла смешались в одну отвратительную вонь. Шум стоял страшный. От каждого выстрела раздавалось эхо, которое било по ушам.

Черноглазые продвигались всё дальше. Госпожа перестала сомневаться в своей победе. Она пряталась за спинами своих людей и вела огонь. В отличии от Билла, который предпочёл не показываться. Он всё ждал, когда же наконец враги пройдут воображаемую черту. Ждал, когда «пауки» начнут падать сверху.

Через пару минут всё и началось. Люди банды зашли слишком далеко. Культисты висевшие на потолках, сначала открыли огонь по врагам, которые находились снизу. Перед тем, как нападавшие поняли, что произошло, фанатики уже летели с потолка.

Какая-то часть битвы перешла в рукопашный бой. Тут-то и было преимущество у культистов. Вернее, слабость черноглазых – в ближнем бою они были не лучшими бойцами.

Культисты дрались, как звери. Некоторые вовсе голыми руками, они буквально до смерти забивали врагов. Те теряли оружие и почти не оказывали сопротивления. Враждующие стороны смешались в жестокой битве. В это время фанатики, которые прятались по укрытиям вышли из них и врубили свет. Добить оставшихся черноглазых было легче-лёгкого. Всё благодаря сработавшей ловушки.

– Пленных, пленных, берите. За каждого пленного заплачу, – заорал Билл Таркин, когда понял, что победа в кармане. Но он боялся, что всех врагов перебьют. Его люди, когда входили в азарт превращались в нечто намного хуже дикого зверя. Зверь убивает для пропитания. Фанатик для развлечения, иногда для Андера Гроумена.

Через какое-то время всё закончилось. Крики и выстрелы стихли.

Несколько фанатиков считали трупы. Подземка понесла существенные потери около сорока человек и это только в центральном узле. Среди нападавших погибло под тридцать человек, а в плен попали тринадцать. Но Билла это не сильно огорчило, ведь, как он узнал в его руки попала сама госпожа…

Билл приказал связать всех пленных и поставить к ним по два культиста. Велел привести главную среди нападавших в свою комнату. Её насильно завели в бронекомнтау и посадили на трон. Лицо девушки всё ещё скрывалось под капюшоном. Её плащ был разорван, местами виднелась кровь. Билл вошёл в бронекомнату и заговорил:

– Вот пистолет. Либо ты вышибаешь себе мозги, либо, – он расстегнул ремень с недвусмысленным намёком, – даю тебе десять секунд! Если решишь пальнуть в меня, то мои люди устроят тебя ад на земле. Решай… – он протянул ей оружие и сделал пару шагов назад.

Она взяла оружие. Сняла капюшон, оказалось, что под ним скрывается молодое, но очень суровое, личико. Билл сразу понял, что девушка не из простых. На её лице была оранжевая полоса, протянувшая от виска к виску. Наверное, это что-то значило в кругах её банды.

Госпожа сидела с абсолютно с покойным лицом. Она думала, как лучше поступить. Билл стоял в стороне и улыбался.

Подняв руку с оружием, девушка направило его в полоток. Через пару секунд она резко дёрнулась, направив ствол в сторону Билла. Спустила курок. Пистолет не выстрелил. Лицо девушки нервно напряглось, ноздри раздулись.

– Ты мне нравишься! – сказал Билл и расхохотался, – теперь серьёзно. Предлагаю тебе присоединиться к культу, будешь моей правой рукой. Ну или… если хочешь, то отпущу тебя, и ты сдохнешь. Культисты тебя разорвут, как кошку в псарне.

– Ты отбитый наголову, больной кретин… Что будет с моей бандой? – спросила девушка, словно ей было нечего терять.

– Они, как и ты могут стать частью культа. Обещаю, если вы вступите мы будем жить дружно и попивать чаёк.

– Слишком заманчиво, чтобы отказаться.

– Имя, то скажешь своё?

– Ханна, но все зовут меня госпожа! – ответила она, по спине Билла пробежали приятные мурашки. Он наконец-то нашел такого же, ну как минимум, не менее безумного человека.

Культ потерял многих. Но получил больше. Как оказалось, часть банды осталась в высотках. Госпожа распорядилась привести их в подземку. Билл подумывал над тем, чтобы разместить часть культа на поверхности. Но он до сих пор боялся предательства, не на все сто доверял Ханне. Нужно было её как-то проверить. Однако культисты и черноглазы открыто не враждовали.

Глава XXII

Самое ужасное из зол – смерть, не имеет к нам никакого отношения: когда мы есть, то смерти ещё нет, а когда смерть наступает, то нас уже нет.

(с) Эпикур

Алан и Теси просидели в замурованной пещере боле суток. Ночь и день для них смешались воедино. Они сидели на месте, где когда-то горел костёр и пытались согреться. Раньше их грело остаточное тепло от углей. Но сейчас их греют только спины друг друга и всякое барахло, которым они укрылись. В темно им пришлось разобрать свои кровати-гамаки и вытащить мягкую основу. Также в клетке Пятнышка оставались листья, которыми они не побрезговали накрыться. В ход шло всё, но даже так они продолжали мёрзнуть и терять тепло. Сидя спина к спине, они старались не шевелиться, чтобы не тратить драгоценное тепло и кислород. Им оставалось надеяться лишь на чудо.

Теси всеми сила противостояла ИИ. Она, не смотря на все его старания, не желала убивать Алана. Но это стоили ей огромных сил. Она дошла до того, что начала бороться сама с собой. Одна рука поднималась, чтобы полоснуть парня когтями, а другая её останавливала. Хорошо хоть темнота скрыла это противоборство от Алана. Он и понятия не имел, что Теси буквально борется за его жизнь. Спасает его от самой себя, вернее части себя, которая твердит: убей… убей… убей…

Но иногда ассистент отступал. Замолкал на какое-то время, видимо не хотел, чтобы мозг Теси «перегрелся». В такие моменты девушка чувствовала настоящую свободу, пусть в пещере и темноте. Но ей не приходилось противостоять самой себе.

Оба думали о возможной смерти, о том, что больше никогда не увидят родных. Конечно, их личности и характеры отличались, но сейчас они думали, словно один человек. Каждый жалел о потраченном впустую времени. Злился из-за несбывшихся амбиций и мечт. Вспоминал лица родных, разговоры с ними. Но больше всего пугала безысходность. Алан и Теси, хоть и сидели спиной к спине, их словно не существовало друг для друга, так глубоко они погрузились в себя. Снова и снова прокручивали счастливые моменты из детства, праздники, когда собирались всей семьёй…

Но, когда они слишком глубоко погружались в мысли, приходила некая «волшебная» абстракция от реальности, размышления о природе бытия…

«Я умру, меня просто не станет. Я совсем не буду призраком, который попадёт в рай или ад, уж тем более не будет бродить по миру. Меня просто не станет… Я даже понять не смогу, что я умер, ведь меня уже не будет. Сука, я даже приставить такое не могу, как может пустота понять, что она не существует. А может пустота существует?.. Многие дураки не боятся смерти. Думают, что превратятся в призраки и потеряют только оболочку, идиоты. Они умрут и потеряют всё, абсолютно всё. Человека просто не станет, он не будет существовать. Все его мысли исчезнут… Сколько я всего теряю?.. Никогда не побываю на другой планете, в другой галактики. Никогда не узнаю, что будет с человечеством через сто лет, тысячу лет, десять тысяч лет… Чего добьются мои потомки?.. Какие открытия будут совершены?..»

Каждый из узников, замурованной оползнем пещеры, ни раз подумал о Пятнышки. Обычно это происходило в моменты полной апатии, когда даже о смерти думать не получалось…

Теси надеялась, что он вернётся и отроет их своим пяточком… Но представляя размеры оползня и размеры пяточка, она корила себя за глупость. Она просто пыталась себя утешить, выдумывая какой-угодно шанс на спасение. Конечно, она не думала, что Пятнышко вернётся и тем более отроет их. Теси надеялась на чудо, чтобы меньше думать о гибели.

Через какое-то время к ней снова возвращалось навязчивое желание убить Алана. Она снова боролась за его жизнь…

Упираясь ей в спину, Алан также иногда думал о Пятнышки. Он не надеялся, что кабан их спасёт, даже вообразить себе такое не мог. Он только жалел, что зверь был не с ними, ведь его тепло могло согреть. Парень думал, что тепло кабана позволило бы им выиграть время, но для чего?.. С другой стороны, он не знал, как бы всё сложилось, если бы зверь остался. Пораскинув мозгами, он перестал жалеть, что кабан убежал. Будь он в пещере, то стал бы ещё одним организмом, расходовавшим кислород. Возможно, с кабаном они бы задохнулись раньше, зато в тепле…

…

Очередной раз переборов упорного ассистента, Теси снова думала о том, чтобы начал делать Пятнышко, окажись в их ситуации. Она догадывалась, что у кабана могла бы проявиться смещённая активность. Теси попробовала это представить…

Кабан оказался в ситуации, которая ему страшно не нравится. Он пытается из неё выбраться, но как это сделать не понимает. Все привычные поведенческие схемы не работают… Дверцу сдвинуть у него не выходит, скалу прорыть не получается… Стало быть энергия не может найти адекватного выхода. Тогда животное находит неадекватный – тратит энергию на избегающего поведения. Как вариант, он начинает чесаться, долго и настойчиво.

Кабан, по сути, начал чесаться из-за того, что его охватила фрустрация – невозможность закончить действие. Выбраться из пещеры. В его голове начали конфликтовать два «кабанчика». Первый – это необходимость выбраться, а второй – невозможность это сделать. Эти два «кабанчика» начали бодаться, подавлять друг друга, совсем забыв о третьем. А третий «кабанчик» – это желание почесаться. Он то и одержал верх. Животное начало чесаться, словно нет никакой проблемы… Примерно так эволюция создала прокрастинацию.

…

– Алан, как думаешь сколько времени прошло? – спросила она шепотом.

– Три дня, не меньше.

– Хм… я думала четыре…

– Тес, мы спали всего дважды.

Уже тогда они поняли, что и понятия не имеют о времени, проведённом в заточение.

– Ал, нам нельзя бездействовать, – сказала она, будучи готовой к новому нападку ИИ.

– И что-ты предлагаешь? – спросил он, подавленным голосом.

– Ломать дверь?

– Чтобы нас засыпало, гениально…

После этого она снова замолчали. Оба пытались придумать, как можно спастись. Наверное, раз в сотый возвращались к одной и той же идеи, которая, впрочем, не сработает во всех сценариях. Нельзя разнести дверь… земля полезет внутрь. Само собой, они думали, что когда-то оползень высохнет, но сколько на это нужно времени?.. И то нет гарантии, что сухая земля не обвалится.

Канистра была полная водой на две трети. Пища также была, пусть и холодная, зато съедобная. Существовало только две проблемы, возможная нехватка кислорода и гибель из-за переохлаждения. Они допускали, что оползень мог вызвать трещины в скале, через которые может поступать воздух. Впрочем, солнечных лучей что-то видно не было…

Глубокими и грустными мыслями прошло ещё какое-то время. Теси мучилась намного больше Алана, ведь она боролась сразу за две жизни… Спустя невероятно сложные и долги минуты ИИ снова исчез.

– Мы убили черепа, и погибнем так тупо. Нет, не верю! – сказала Теси. Но что-то её голос звучал не так бодро и уверенно.

– Тес, умирать в холоде не больно – это, как уснуть…

– Замолчи! замолчи!! мы выберемся, – ответила она дрожащим голосом. Но дрожал он отнюдь не от холода.

…

Снаружи наступило утро, правда какого дня заточённые бы затруднились сказать… Вся их жизнь сейчас заключалась в мыслях. Они чувствовали холод, чужую тёплую спину и смерть, кружившую где-то совсем рядом.

В самый неожиданный момент дверца начала скрипеть. Ни парень, ни девушка не шевельнулись. Подумали, что это всего на всего двигается земля… и теперь их завалило ещё сильнее. Но, когда, дверь стала поскрипывать и двигаться с заметной ритмичностью они что-то заподозрили. Осторожно к ней подошли и начали прислушиваться.

– Чего нахрен? Нас кто-то откапывает? – спросил Алан, не веря в происходящее. Теси попыталась что-то сказать, но, когда первый лучик солнечного света пробился через щелочку в земле и перегородки, лишь раскрыла глаза пошире. Язык не хотел слушаться. Их глаза среагировали на ярчайший лучик. Улыбка появилась сама собой.

– Теси, мы спасены, – сказал Алан и крепко обнял её.

– ИИ заставлял тебя убить, думала с ума сойду, – после этих слов девушка потеряла сознание. Алан просто не мог знать, что ей пришлось пережить. Конечно, он ведь отключил своего ассистента… Подхватив Теси, он шепнул на ухо:

– Ты сильнее меня.

Тем временем ритм, с которым шаталась дверца начал меняться. Дневного света становилось всё больше. Кто-то или что-то выкидывало землю из прохода. В один момент, когда Теси уже пришла в себя, кто-то начал очищать дверцу от земли. Были слышны удары чего-то тяжелого. Алан, не сразу сообразил отвязать верёвки от бревён.

– Погоди, если, это враг?

– Он спас нас. Очнись, – ответил Алан и резанул по верёвке цепным мечом. Дверь дёрнулась на пару сантиметров, но осталась стоять на месте.

– Жи-вы? – они услышали приглушенный голос из-за двери. Он звучал, как человеческий, но записанный на плохой диктофон и воспроизведённый через повреждённые динамики.

– Да! – крикнул Алан, – ты кто?

Ответа не последовало. Алан хотел толкнуть дверцу и увидеть спасителя, но Теси схватила его за руку:

– Приготовь оружие… пусть сам открывает. Парень быстро вернулся в реальность, он не стал спорить. Они взяли пистолеты и отошли от входа.

Через пару минут дверца начала двигаться. Алан и Теси выглянули из-за углов. И увидели обычного робота, совсем не боевого. Да начала игры, они видели сотню подобных роботов. Такие обычно работали уборщиками или обслуживали людей в различных сфера.

У робота была самое обычное антропоморфное тело. Все руки и ноги были на месте. Но, вроде, как не хватало нескольких деталей по всему корпусу. То там пластины, то здесь шурупика… Местами проступали ржавые и чёрно-зелёные пятна. На спине так вообще плесень росла. Из правого плеча торчали две округлые бочковидные штуковины. Из одежды на нём был только светло-серый разорванный плащ. Робот зачем-то накинул капюшон на свою голову. Его «лицо» не имело рта и носа, лишь небольшие светящиеся глазам. В руках он держал старинную лопату.

– Но кто ты? – спросил Алана, убрав оружие.

– Я смо-три-тель за-по-вед-ника. Лес-ник. Сле-дуй-те за мн-ой, по-мо-гу ва-м-м, – его голосовой динамик барахлил. Договорив, робот вылез, по узкому земляному оврагу, на поверхность оползня. Ему пришлось перелопатить много земли, чтобы добраться до входа в пещеру. Алан и Теси следовали за ним. Они лезли вверх по влажной земле, то и дело соскальзывая.

Робот совсем не казался опасным. Тем более, если бы он хотел их убить, то мог просто не откапывать. Выбравшись из глубокой ямы, они оказались на самом оползне. Увидели небольшой эскалатор, несколько лопат, кирку, и огромную кучу земли. Большую часть работы робот проделал, сидя в эскалаторе.

– За-ле-зай-те на ма-ши-ну, – сказал он. Сел за руль и нажал кнопку запуска.

– Ты так и не представился, – подметил Алан, – куда мы едем?

– Мн-е сло-ж-но го-во-рить. На ба-зе вс-ё объ-яс-ню, – казалось, он произносил простенькую фразу целую минуту.

Алан и Теси забрались на экскаватор. Он стал слева от кабины и ухватился за металлическую трубу, а она – слева. Робот дёрнул рычаги, включил скорость, поднял ковш. Машина загудела, и они поехали, кажется, в сторону ручья. Не прошли и десяти секунд, как Алан обернулся и окликнул Теси.

Они смотрели на гору, с которой только недавно сошел оползень. В нескольких сотнях метрах от вершины виднелся пологий обрыв. Глина стояла практически вертикальной стеной. А под ней до самого подножья не хватало огромных пластов породы, местами виднелась скальная порода. Масштабы оползня поражали воображение. Никто из них и думать не смел, что гора способна скинуть с себя настолько колоссальное количество земли.

…

Все трое ехали на экскаватор. Но Теси и Алан раньше не видели следов техники, они предположили, что робот выкатил его на остров впервые. Следы гусениц, по которым робот вёз их на базу, и сломанные кусты это только подтвердила. Они бы сразу заметили след, который оставлял после себя эскалатор.