444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Евгений Лисицин » Эльфийский Маскарад. Том 3 (СИ) » Текст книги (страница 3)
Эльфийский Маскарад. Том 3 (СИ)
  • Текст добавлен: 30 октября 2026, 06:00

Текст книги "Эльфийский Маскарад. Том 3 (СИ)"


Автор книги: Евгений Лисицин



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)

Ломарь повис на плитах и больше не поднимался. Верхняя раскололась под его грудью, но остальные удержали тяжёлую тушу, не дав ей сползти ко мне. Морда лежала на камнях, и только задняя нога ещё скребла щебень. Я с трудом встал, обошёл передние лапы и дважды ударил в рану. Тварь перестала шевелиться. Вблизи зверь казался ещё тяжелее, чем сверху, а толстые пластины на плечах так плотно перекрывали друг друга, что соваться туда топориком совершенно бессмысленно.

Ная побежала дальше по набережной к знакомой лестнице. Пока она спускалась через разбитый вход, стоял у стены, пытаясь отдышаться. Руки у неё дрожали, когда она потянулась к моему боку.

– Дышать можешь? – спросила Ная. – Покажи, куда попало.

– Могу, только пока не трогай, – при попытке выпрямиться бок отозвался болью. – Стёпа заслужил премию за безрукавку.

– Вот дома и поблагодаришь, когда поножи отнесёшь, – она осторожно обняла меня с другой стороны. – Не спеши, я тоже сейчас далеко не уйду.

Мы добрались до ближайшего камня и сели. Ная всё ещё тяжело дышала после бега и магического пламени, а меня начинало потряхивать. Некоторое время мы просто молчали, прижавшись друг к другу.

Под мордой зверя сформировались тринадцать монет, столько же мне дали за ломаря, которого придавило обломками стены. Мясо в этот раз нам без надобности, провизию мы взяли с большим запасом, и часть консервов даже останется в убежище до следующего похода. Ная ещё посидела, пока собирал добычу, а к лестнице мы пошли, когда эльфийка перестала дрожать.

– Завтра можно проверить верхнюю часть русла, – предложил я. – Дойдём до северных развалин и посмотрим, что дальше.

– Там есть мелкие твари, – предупредила Ная, вслушиваясь в ту сторону. – Крупных больше не слышно.

– Отличные новости, биться с мелочью мне нравится больше, – погладил её по голове.

На крутых ступенях старой лестницы бок снова разболелся. Выбравшись на улицу, мы пошли к убежищу мимо зернохранилища и площади. Ная шла впереди и оглядывалась на меня чаще, чем на дома. Я старался не отставать, но мы по-прежнему останавливались возле тёмных проёмов и слушали. На сегодня нам точно хватит драк.

К подвалу подошли, когда серый свет уже гас. Пока Ная ставила полог, потратив очередную пару старых монет, я сходил за водой. По возвращении пришлось снять куртку и безрукавку, эльфийка настояла на осмотре. При свете фонаря на правом боку уже виднелся синяк, однако ни крови, ни следов когтей не было. Дышать стало легче, болело в основном при движении.

– Отлежишься, можно не тратить силу, – решила она, осторожно касаясь ушибленного места. – Только больше сегодня ничего не таскай, а если заболит сильнее, сразу скажи.

Ужин готовила Ная, а я сидел у стены и старался найти удобное положение. За целый день нам так и не удалось поесть нормально, и мы быстро опустошили котелок с кашей и двойной порцией тушёнки.

После ужина отдал Нае пять свежих монет, и за обещанный десерт она взялась с таким аппетитом, будто только что и не ела вовсе. Обмакнув кусочек шоколада в сгущёнку, блаженно зажмурилась и протянула следующий мне. Сладко было до невозможности, но после такого трудного дня я проглотил даже это. Впервые за сегодняшний день эльфийка улыбалась без тревоги, и мне наконец удалось немного расслабиться.

Смывать кровь ломаря с шеи самому оказалось неудобно. Ная усадила меня поближе к фонарю и взялась за тряпицу, смоченную подогретой водой. После целого дня среди пыльных развалин даже такое умывание казалось роскошью.

– Вот приведём купальню в порядок, будем мыться по-человечески, – приговаривала Ная. – Если старая печь цела, даже новую класть не придётся, а пока так.

– Ты ещё за ухом проверь, – попросил я, подставляя ей шею. – Как в детстве.

– Проверю. Ой, у тебя там щебень, – Ная стряхнула с моих волос каменную крошку, и та застучала по полу.

– Это из русла, он там везде, – оттирать засохшую кровь было неприятно, и я дёрнулся. – Только кожу мне оставь, хорошо?

– Не вертись, тогда оставлю, – Ная придержала меня за подбородок, но вдруг замерла. – Я ведь просила дождаться огня. Сначала мне показалось, что ты рано начал вставать, но когда увидела его лапу, подумала, что не успею ударить.

– Он уже до меня дотягивался, – объяснил я. – Ещё немного – и просто выдернул бы из-за плиты, потому пришлось вставать и бить, пока оставалась возможность.

– Знаю, – тихо отозвалась она. – Значит, в следующий раз оставим тебе больше места для отступления.

Позже мы вместе разглядывали на телефоне снимок надписи с зернохранилища. Ная увеличила фотографию и пробовала разобрать потёртые края знаков. В Перми, если я не сбился со счёта, суббота только подходила к концу, а здесь начиналась третья ночь.

– Каменный Брод, – тихо повторила Ная. – Интересно, давно ли кто-нибудь произносил это название вслух? Напиши под снимком вашими буквами, хочу посмотреть.

Я сделал подпись из двух слов, и Ная долго сравнивала её с резными знаками над воротами. Печатные русские буквы ей не понравились, и она попросила потом написать название от руки, покрасивее.

– Ладно, постараюсь, – пообещал ей. – Когда обустроимся здесь, можно и табличку сделать, только сначала надо бы хоть с одной улицей разобраться.

Впрочем, если мы и правда соберёмся когда-либо здесь жить, городу можно будет дать и новое название, а пока никого сюда не привели и ничего не восстановили, спешить с переименованием рановато. Да и Нае старое имя явно пришлось по душе.

– Постоялый двор уже нашли, зернохранилище тоже целое, – Ная всё ещё разглядывала фотографию. – Завтра проверим, что ещё сохранилось, соберём орехи и закроем подвал. А в следующий раз привезём лом и доски, нужно наконец разобраться с источником.

– И Петровича в гости позовём, – он нам крышу чинил, а мы ему пока ничего не показали. – Но про ломаря лучше не рассказывать с порога.

– Ага, иначе он сразу соберётся с нами, – усмехнулась Ная. – Пойдёт смотреть, кого мы ещё тут не добили, ты же его знаешь. И на башню завтра надо подняться, хочу посмотреть на город, уже зная его имя.

– Не хотелось бы лезть с моим боком по той лестнице… – я представил отсутствующие через одну ступеньки и промолчал про остальное.

– Завтра оклемаешься, – ободрила Ная. – А если бок ещё будет болеть, полезу я, а ты посветишь снизу. Ты и в прошлый раз лез долго.

Когда улеглись спать, Ная устроилась со здоровой стороны и осторожно обняла меня, чтобы не задеть ушиба. Я слушал её ровное дыхание и ещё раз повторил про себя имя города, в котором мы провели эти три дня. Утром предстояло решить много всего, но сейчас рядом со мной лежала прекрасная эльфийка, боль понемногу утихала, и больше мне ничего и не требовалось. Так я и уснул, прижавшись к своей хранительнице.

Арт

Глава 4

Потянувшись во сне, тут же резко проснулся от боли в боку. За ночь ушиб успел превратиться в крупный синяк, и поворачиваться пришлось осторожнее. Ная заметила, что я уже не сплю, приподнялась на локте и потрогала больное место поверх термобелья.

– Ушиб горячий, но рёбра вроде целы. Без лечения неделю сходить будет, – сказала она, убирая руку. – Дома займусь. До вечера потерпишь?

– Потерплю, – сел и потянулся за ботинками. Бок ныл, но я не собирался весь день сидеть в подвале.

– Тогда давай тяжёлое я понесу, – предложила эльфийка, наблюдая, как обуваюсь. – Всё равно мне легче.

– Договорились, – подвинул к ней её рюкзак. Лишняя тяжесть мне сейчас ни к чему, а сил у Наи и вправду хватало.

Мы вчера так и не добрались до северных развалин, откуда приходил ломарь; хотелось выяснить, кто ещё там живёт, и откуда твари попадают в город. Лезть в подвалы пока не стоило, но мы могли пройти по набережной и осмотреть завал.

По моим подсчётам в Перми шёл третий час ночи с субботы на воскресенье. Мы собирались вернуться к утру по домашнему времени, то есть до гаражей добрались бы ещё затемно. Четыре дня здесь за одни сутки там – неплохой расклад, и к этому я уже почти привык.

– Куда сначала? – Ная развернула мою карту на коленях.

– На север до самых развалин, – показал маршрут вдоль сухого русла. – Потом башня, твоя картошка и домой.

– Орехи, – поправила она и задержала палец у берега. – Только давай по набережной, вниз спускаться незачем, и ящик возьмём сразу, чтобы потом за ним не возвращаться.

Пустой пенопластовый ящик почти ничего не весил и поместился в её рюкзак вместе с совком. Свой рюкзак я пока оставил, заберём его перед возвращением в Пермь, у стены лежал прогоревший от кислоты плевуна щиток. Не забыть бы его, может, ещё можно отремонтировать.

Через завал во дворе я перелез без особых трудностей. До русла шли вчерашней дорогой мимо зернохранилища, на перекрёстках Ная ненадолго останавливалась и прислушивалась к соседним улицам.

– Все у приманки? – спросил её на последнем повороте, вспомнив вчерашних едоков.

– Похоже. Там им еды ещё на несколько ночей, – отозвалась она после короткой паузы. – К нам никто не идёт.

Улица вывела нас к набережной. Вниз по руслу каменная дорожка вела к склону с верёвкой, а вверх тянулась вдоль стены, и мы свернули на север, обходя осыпавшиеся камни. С набережной хорошо просматривалось дно бывшей реки, и спускаться туда не требовалось.

Каменные берега с обеих сторон поднимались над дном в полтора моих роста, а из кладки через равные промежутки торчали ржавые кольца, похожие на те, что мы видели у стойл на постоялом дворе, только крупнее.

– Это что, лошадей сюда привязывали? – я попытался представить, как их вели к воде по крутым ступеням.

– Лодки. Здесь текла река, а берега потом обложили камнем, – объяснила Ная. – У нас в городе для коновязи использовали такие же кольца, только медные и поменьше.

Ближе к северным развалинам нашлась ещё одна лестница. По узким ступеням едва ли разошлись бы двое, а нижняя треть обвалилась. Ная задержалась у края, разглядывая щебень там, где когда-то плескалась вода.

– Грызень отсюда и спрыгнет, и назад залезет, – сказала она, прикинув расстояние до уцелевших ступеней. – А ломарю нужен спуск пошире.

– Теперь понятно, почему он выбирал один и тот же маршрут, – я оглядел высокие берега. – А куда вода делась? Канал полный, а тут сухо.

– Не знаю. Может, реку отвели в канал, когда строили стену, а может, вода сама ушла, когда всё это случилось, – Ная провела ладонью по каменным перилам. – У нас дома тоже озеро высохло всего за одну зиму, я тогда маленькая была.

Эльфийка редко вспоминала о своём прошлом, и я старался не донимать её вопросами. Некоторые раны лучше не бередить, захочет – расскажет сама.

За следующим поворотом дорожку перегородили обломки. Часть квартала рухнула в русло вместе с мостовой и завалила его почти до верха каменных берегов. Среди битого камня торчали плиты, некоторые опасно накренились, едва держась на соседних.

Камни легли так плотно, что между ними оставались лишь узкие щели, и дальше по руслу было не пройти. За завалом, если я правильно помнил карту, находилась опоясывающая город стена, а за ней начинались разрушенные окраины.

Чуть в стороне, под уцелевшим куском свода, темнел просторный лаз. Оттуда несло падалью, рядом лежали обглоданные кости, а щебень перед входом был плотно утоптан. Похоже, мы нашли логово ломаря. Ная остановилась шагах в тридцати от норы и прислушалась.

– Пусто? – я вгляделся в темноту под сводом.

– Пусто, – подтвердила хранительница. – Мелкие ходят за стеной, но к нам пока не спускаются.

– Сможешь подняться на край завала и посмотреть, что за стеной? – я указал на плиты, по которым она наверняка заберётся быстрее меня.

– Сейчас гляну, – отозвалась Ная и подошла к нижней плите.

Она быстро поднялась, тщательно проверяя опору перед каждым шагом, и остановилась там, откуда открывался вид поверх стены. Я остался на набережной следить за норой. Под сводом иногда шуршало, но, похоже, это гулял сквозняк.

– Там всё разрушено, Александр. Стена разбита, за ней ещё несколько улиц и поле, ни одной целой крыши, – рассказала Ная, спустившись. – Мелких тварей четверо или пятеро, но они далеко.

– Значит, мы дошли до края города, – развернув карту, отметил завал.

– Почти, за стеной ещё остались развалины, – Ная наклонилась над листом и показала, в какую сторону уходили улицы.

На этом мы прекратили разведку. Логово ломаря найдено, окраина покорена. За стену лучше идти в лучшем состоянии и желательно не вдвоём. Сам завал не являлся надёжной преградой; крупный зверь здесь не пролезет, зато грызни наверняка найдут дорогу поверх камней.

На обратном пути мы уже миновали разбитую лестницу и подходили к склону с верёвкой, когда Ная подняла руку.

– Один падальщик идёт за нами от развалин, спустился по той разбитой лестнице, – тихо предупредила хранительница, всматриваясь в русло. – Наверное, к мясу бежит.

– К ломарю? – вчерашняя туша так и лежала на плитах. – Может, пропустим? Нам туда не надо.

– Сейчас его проще убить, а то потом придётся по подвалам искать, – заметила Ная. – Давай я приманю его, а ты встретишь?

Я кивнул, и мы укрылись за обломком, к которому была привязана верёвка. Грызень приближался по дну, не поднимая головы, а когда он оказался напротив нас, Ная поманила его своим теплом. Зверь остановился, повёл мордой и полез вверх по склону. Из-под лап сыпался щебень, но он быстро добрался почти до самого края.

Я ждал в стороне, держа топорик наготове. Стоило серой голове показаться над краем, как зачарованное лезвие вошло в череп точно между ушей, грызень мгновенно сорвался вниз и затих у подножия. При ударе бок немного потянуло, но драться это не мешало.

– Подержи верёвку, полезу за монетами, – сказала Ная, подходя к краю.

Вскоре я принял из её ладони семь золотых кругляшей. Теперь перед спуском придётся проверять, не собралось ли у дохлого грызня новое зверьё. К башне мы вышли через площадь, колокольня без колокола по-прежнему возвышалась над южными дворами.

Внутри ничего не изменилось: та же лестница с провалами вместо ступеней и тесный лаз, через который в прошлый раз мы пролезли с немалым трудом. Повторять подъём с ушибом не хотелось, поэтому карту я отдал Нае.

– Посмотри ещё раз дорогу до двора, может, удастся пройти с тележкой в обход завалов, – попросил её.

– Посмотрю, – Ная убрала карту и взялась за выступ в стене. – Посвети мне до поворота, дальше я сама.

Наверху она никого не чувствовала, но я всё же напомнил, чтобы не геройствовала и сразу уходила, если что. Эльфийка серьёзно кивнула и полезла по ступеням, я остался у входа, прислушиваясь к шорохам наверху. В пыли ещё различались наши старые следы, и свежих поверх них не появилось.

Пока ждал, посветил на стены и у входа на высоте плеча и заметил собранные в пятёрки зарубки; кто-то вёл здесь счёт, может быть, дням. Часть чёрточек стёрлась, так что сосчитать их не удалось.

Ная не торопилась обратно, а я смотрел на пустую улицу и думал о помощниках. За четыре дня мы успели немало: убили ломаря, освободили арку перед постоялым двором, заложили заднюю дверь. Но проход к источнику в подвале вдвоём нам никак не расчистить, да и с воротами ещё придётся повозиться.

Хотя бы один человек лишним не будет. Пока двое работают, третий может последить за улицей, да и груза больше унесём. Я ещё вчера предложил Нае позвать Петровича; он и крышу нам чинил, и на охоту с нами ходил, доверять ему можно. С остальными торопиться не стоило, а вот с соседом собирался поговорить сразу после возвращения.

Наверху стукнуло, и по лестнице зашуршали шаги. Ная быстро спустилась, зажмурилась у последней ступени, попав под луч, и прикрыла глаза ладонью.

– Ну что там? – быстро отвёл фонарь в сторону.

– Кажется, придумала, – она села на каменный выступ у входа и развернула карту. – Давай покажу.

Ная проверила знакомые улицы и сейчас соединила их линией на карте в обход завалов. До постоялого двора выходило дольше, зато по этой дороге можно было провезти тележку, мешали только камни от рухнувших ворот в одном из переулков.

Я проследил маршрут пальцем. Мы уже побывали на большей части, но только теперь стало ясно, как связать эти улицы в одну дорогу от зала перехода до нашей будущей базы.

– Вот с этого и начнём, когда вернёмся, – решил я. – Уберём камни и проверим, пройдёт ли тележка, надоело всё на себе таскать.

– И ворота поставим, – добавила Ная, придерживая угол карты. – В наш двор пока кто угодно зайти может.

– Обязательно. А дальше понемногу и улицы расчистим, – я ещё раз посмотрел на обход. Лишняя четверть часа в дороге меня вполне устраивала, если взамен не придётся разбирать большие завалы.

Ная отметила на карте место у канала и отложила карандаш. Водный хищник, которого мы видели раньше, выбрался на берег. Теперь она разглядела его целиком и не советовала туда возвращаться.

– Большой? – невольно посмотрел в сторону воды.

– С полторы телеги, – Ная передёрнула плечами. – Лежит и не шевелится. Я за ним долго наблюдала, но так и не поняла, спит он или ждёт.

– Значит, пока обойдёмся без прогулок у воды, – легко согласился с ней. – Видела ведущий к острову мост? Он уцелел?

– Нет, только под водой что-то есть, то ли остатки моста, то ли брод, – она показала, где заметила тёмную полосу между берегами. – Может, из-за него город и назвали Каменным Бродом. Но отсюда не разберёшь, а ближе, пока тварь там, не подойти.

Я сложил карту. Центральный остров подождёт, нам пока хватит работы на постоялом дворе.

– Ты всё высмотрела? – спросил хранительницу, убирая лист в карман. – Пойдём за твоими орехами?

– Пойдём, – согласилась Ная, но вставать не спешила. – Знаешь, сверху город совсем пустой, а я смотрела на наш двор и представляла дым над печкой.

– Обязательно её восстановим, – пообещал ей и протянул руку. – Не зря же трубы таскали.

Ная улыбнулась и сжала мою ладонь. К постоялому двору мы пошли вместе, обсуждая, что ещё понадобится для печи. Там всё осталось по-прежнему. Ная первым делом пошла к посадкам и осторожно разрыла землю. Обе картофелины ещё не дали ростков, хотя, судя по тому, как внимательно она их осматривала, наверное, уже пора присматривать место под будущую грядку.

– Ну что, живые? – присел рядом и заглянул в лунку.

– Живые, просто в холодной земле дольше прорастают, – успокоила она, засыпая посадки. – К следующему походу, может, и покажутся.

Зов из подвала никуда не делся, но мне не хотелось лезть туда без подготовки, и я, отвернувшись, прошёл мимо. Ная проводила меня взглядом и свернула к крайнему стойлу, где вдоль стены лежали все десять секций будущего дымохода. Отыскав уголёк, она набросала на стене эскиз печи высотой себе по грудь. Труба на рисунке шла к задней стене и выходила наружу далеко от ворот.

– Восемь труб хватит, две останутся в запасе, – прикинула Ная, отступив от рисунка. – И камень далеко таскать не надо.

– Хорошо. Начнём здесь, а потом и до купальни доберёмся, – я посмотрел на сложенные секции. – Если понадобятся трубы ещё там, привезём с Земли, у нас готовые продают.

– Тогда проще, – обрадовалась она и положила уголёк на край стойла. – А я думала, опять по развалинам искать придётся.

За картошкой вернулись к дому с густым мхом у стены. Ная взялась за совок, а я развернул приготовленную ткань. Рая просила привезти растения целиком, поэтому кусты выкапывали осторожно, с небольшими комьями земли на корнях. Несколько картофелин эльфийка отложила для Зины, завернув их в отдельную тряпицу.

– Рае обещал пять кило, – напомнил я, принимая очередной куст. – Сколько ещё брать?

– Вот этот выкопаю и должно хватить, – Ная поддела землю совком. – Лучше немного лишнего взять, всё равно на глаз вес точно не определишь.

В ящике как раз осталось место для последнего куста. Я прикрыл растения тканью, а Ная сходила за травой от жара, которую тоже хотела показать Рае. Хранительница выкопала её с корнем и завернула во влажную тряпицу, разместив отдельно от картошки.

Мы забрали лишь часть растений, но оставшегося всё равно надолго не хватит. Рая говорила о постоянных закупках, а с такой грядки много не продашь; если торговля пойдёт хорошо, придётся сажать картошку. Забавно, конечно, найти портал в другой мир и ездить туда, словно на дачу.

Ная засыпала ямки и расправила потревоженный мох, стараясь не повредить соседние кусты. Закончив, мы вернулись на постоялый двор немного передохнуть перед сборами. Я устроился у стойла, Ная села рядом и вытянула ноги.

Глядя на рисунок печи и сложенные под ним трубы, я прикидывал, что можно сделать за следующий поход. С помощником работа пойдёт куда быстрее, а Петрович, думаю, охотно согласится, он у нас вообще лёгкий на подъём.

Обратно мы шли не торопясь, тварей поблизости не обнаружилось, и можно было немного расслабиться.

– В Перми сначала купим мне ботинки, – сказал ей, разглядывая испорченную обувь. – Этим уже ничего не поможет, и заодно новую куртку.

– Куртку я помогу выбрать, ты обещал, – напомнила эльфийка и улыбнулась. – А щиток Стёпе покажем, вдруг починит.

– Покажем. Может, ещё посоветует, чем от этой дряни защищаться. Безрукавку он сделал хорошую, – в голове сам собой нарисовался список. – Ещё нам понадобится лом и другие инструменты, петли на ворота, гвозди, доски…

– Не забудь про плёнку на грядку, о которой ты рассказывал, – попросила Ная. – И семена с рынка. Только всё сразу мы вдвоём не унесём.

– Потому и хочу позвать Петровича, – взглянул на развалины ближайшего дома. – Нам здесь ещё работать и работать. Ты не передумала насчёт него?

– Нет, ему доверяю, – тихо произнесла хранительница. – Только с другими давай подождём, я бы хотела сначала с ними познакомиться.

– Так у нас больше никого и нет на примете, – на автомате поправил ремень топорика. – Элина вряд ли согласится, она слишком связана с Домом.

– Зина ещё, но у неё Даша, работа… – Ная посмотрела на рюкзак со свёртком. – Пусть хотя бы орехи попробует. Если понравятся, ещё привезём.

Наконец мы вышли на площадь. Ная всё это время несла ящик перед собой, а я шёл впереди, проверяя дорогу. Бок иногда тянуло, но за день уже приноровился двигаться так, чтобы лишний раз его не тревожить.

Как только вернулись на место нашей стоянки, эльфийка сразу же занялась вещами, а я разложил монеты. Всего за первые три дня мы добыли сто шестнадцать свежих, сегодня ещё семь. Пятнадцать я уже отдал Нае, так что у меня должно остаться сто восемь. Пересчитав, убрал их в кошель, всё сошлось. Старых тоже хватало на возвращение и ещё один поход с учётом домашнего запаса.

– Мы набрали больше трёхсот тысяч рублей, если продать всю нашу добычу, – присвистнул, затягивая шнурок. – Плюс ещё картошка для Раи. Неплохо съездили.

– А ты сомневался? – Ная подняла на меня глаза и усмехнулась. – Скоро под монеты понадобится крепкий мешок, в городе ещё полно тварей.

Я улыбнулся и убрал кошель во внутренний карман. На ворота, инструменты и новую одежду хватит с запасом, только я не собирался продавать всю добычу.

Следующее усиление «Железной кожи» стоило двести свежих, и после встречи с ломарём хотелось поскорее их накопить, да и на лечение тоже не помешает запас. На карте пока оставались деньги, а монеты разумнее потратить на себя; кто знает, может следующий уровень спасёт мне жизнь. Открыть бы ещё новые навыки, а то всё хожу с одним…

Спальник, котелок и всю оставшуюся еду решили не тащить обратно. Консервы и пачки с лапшой убрали в сухую нишу под потолком, спрятав подальше от зверей, там же оставили запасную горелку с баллоном.

Если придётся задержаться в городе, будет чем поужинать и где переночевать. Остальное разложили по рюкзакам, не забыв мой прогоревший щиток. Перед уходом Ная прикрыла лаз щитом и подпёрла его камнем, а я проверил крепления шумелок у входа.

– Эти оставим, – сказал ей, поправляя верёвку. – Вдруг кого отпугнут.

– Я тогда пыль разровняю, – Ная присела у порога. – По следам поймём, заходил ли кто. Метку оставлять бесполезно, из Перми её всё равно не услышу.

С улицы двор по-прежнему скрывал завал, и я надеялся, что до следующего похода убежище простоит спокойно. Серый свет уже начинал гаснуть, когда мы выбрались из подвала.

Я задержался у входа, вспомнив, как радовался ему во время прошлой вылазки. Теперь нас ждал постоялый двор с колодцем и местом для печи, но покидать тесное убежище всё равно было немного жаль.

– Мы ведь ещё вернёмся? – тихо спросила Ная, остановившись рядом. – Даже когда поселимся в другом месте?

– Конечно, – я обнял её за плечи. – Пока двор не восстановим, всё равно здесь ночевать придётся, а потом станем приходить, вспоминать, с чего начинали.

– Тогда ладно, – она прижалась ко мне на секунду и первой направилась к завалу.

До зала перехода добрались минут за семь. Внутри с приходом сумерек стало окончательно темно, и я включил фонарь. Луч скользнул по нашим следам в пыли и остановился на стене в дальнем углу. Ная сняла перчатку, провела ладонью по камню, и под её пальцами проступила кривая нить не толще волоса.

– Двадцать, – попросила она, не отнимая руки от стены.

Я отсчитал старые монеты и передал Нае. Одна за другой они исчезли под её ладонью, и калитка раскрылась до высоты моей груди. Из проёма пахнуло свежим морозом. За эти дни я успел отвыкнуть от пермской зимы и невольно поёжился.

Эльфийка оглянулась на зал. В начале похода она произнесла здесь «дома», а теперь задержалась у стены, словно хотела ещё немного побыть по эту сторону.

– Пойду первым, – сказал хранительнице, забирая у неё ящик. – Подожду тебя там.

Пригнувшись, шагнул в тупик у трансформаторной станции. Здесь было темно, как и вчера утром, только на кабельном шкафу за это время прибавилось наледи. Ледяной ветер тут же забрался в прореху на рукаве, а я поставил ящик на снег и достал телефон.

Тот поймал сеть и показал половину шестого утра, воскресенье двадцать седьмого декабря. В городе ещё спали, и я позавидовал всем, кто сейчас лежал в тёплой постели.

Наконец вышла и Ная, калитка за ней стянулась в тончайшую нить. Убрав телефон в карман, поднял ящик и направился к гаражу, до которого оставалось всего семьдесят метров. Там ждали печка, моя новая походная куртка и телефон эльфийки. Мы прошли под фонарём у въезда и свернули вдоль ряда закрытых боксов.

У наших ворот стояла белая «Нива» с включёнными габаритами. Двигатель негромко урчал, из выхлопной трубы поднимался дым. Других машин в кооперативе не было, да и эту я бы узнал сразу. Похоже, Петрович нас дожидался.

Он выбрался из машины и пошёл навстречу так спокойно, будто мы просто задержались в гостях. Я хотел поговорить с ним после возвращения, но по виду орка сразу понял, что ему самому есть что нам сказать.

– Привет, сосед, – вежливо поздоровался он.

Арт

Глава 5

– Привет. Ты чего тут делаешь в такую рань? – я остановился, Ная встала рядом, за моим плечом.

– Тебя жду. Говорил же, не позвонишь, приеду, – Петрович оглядел нас обоих с головы до ботинок и дольше всего задержался взглядом на многострадальном рукаве моей куртки. – Вечером набрал, а ты недоступен, потом ночью ещё раз, ну, и поехал.

– И давно тут сидишь? – ответ мне заранее не нравился.

– С двух. Печка у меня хорошая, бензин вот только жрёт как не в себя, – он кивнул на ворота нашего гаража. – Замок твой на месте, снег перед воротами нетронутый. Как приехал, сразу проверил тут всё вокруг, гляжу – к знакомому нам тупику ведут две цепочки припорошенных следов, а обратно ни одной. Ты же не в сугробе ночевал, а, сосед⁈

Я просто не мог врать ему после такой ночи, да и, если честно, не хотел. Молча махнул рукой, предлагая последовать за мной, и направился к гаражу. Новый замок открылся с первого раза. В боксе стоял тот же холод, что и на улице, пахло золой. Хранительница первым делом полезла растапливать печку, Петрович протянул ей зажигалку, не дожидаясь просьбы.

Пока разгорались щепки, снял защиту и сложил на полку. Оба щитка, целый и прогоревший, убрал в рюкзак, покажу Стёпе. На гвозде со вчерашнего утра висела купленная для походов в Загранье куртка. Накинув её, переложил свежие монеты во внутренний карман и повесил истерзанную одежду на гвоздь. Быстро же она у меня изнашивается с новой жизнью, никаких денег не напасёшься!

Ная тем временем достала из сумки мобильник и включила его, Петрович принёс из машины термос и по-хозяйски уселся на поддон у печки. Ей он налил чаю в крышку термоса, мне же нашлась кружка. Орк не начинал разговор, ждал, пока мы согреемся; а ждать он умел ждать, это я ещё осенью понял.

– Давай сначала про тебя, – я сел напротив, спиной к тёплому боку разгорающейся печки. – Ты всё понял ещё в боксе, когда спрашивал про палатку, или раньше?

– Раньше, когда ты гараж выбирал, – Петрович вздохнул, с бестолковыми он, видно, уже встречался не раз. – Весь кооператив свободный, а тебе подавай крайний, у самого тупика, где мы с тобой дыру караулили. Светом и крышей ты только цену сбивал, но взял бы и так, лишь бы печка была хозяйке и гараж стоял как можно ближе к прорехе. Да и отмазка у тебя слабовата. Где это видано, чтобы в такой мороз с ночёвкой, палатки нет, зато «место присмотрели»⁈ Ну и что я мог подумать, куда вы, по-твоему, собрались?

– Так было заметно? – эльфийка отвлеклась от огня и посмотрела на орка.

– Лично мне очень. Я и подумал, что дыра там не закрылась, – он отхлебнул из крышки. – Или вы её сами открыли. Но второй вариант всё же казался мне ближе к истине, иначе здесь бы уже слонялись ищейки Дома.

– Открыли, – отпираться после такого разбора было бы совсем уж глупо. – Точнее, Ная.

– И закрываю за собой, – добавила она, выпрямившись. – Сам по себе проход не откроется, без меня туда не попасть, и с той стороны никто не выйдет.

– Вот теперь всё сходится, – Петрович заметно расслабился. – Зря волновался, не стали бы вы оставлять дыру, из которой твари полезут к людям.

Я рассказал ему про мёртвый и пустой город за проходом. О том, что людей там не осталось, зато тварей хватало, и мы понемногу очищали руины и собирались их обжить. Посетовал на то, что пока нам удаётся только добывать монеты да возить на продажу немного растений, а работы набралось на год вперёд.

– Город! – повторил Петрович и замолчал. Молчал он долго, чай в крышке успел остыть, а торопить орка, когда он думал, дело пустое, это я уже пробовал. – Большой хоть?

– Не особо. Старый центр на острове, вокруг стена, за ней одни развалины, – я вспомнил карту, которую Ная разрисовала на башне. – Мы пока во внутренних кварталах разбираемся, и то не всё обошли.

– Каменный Брод, – хранительница произнесла название и улыбнулась. – Мы нашли его имя над воротами бывшего зернохранилища.

Петрович расспрашивал, какие твари нам попадались, и как мы с ними справлялись. Грызни и гончие его особенно не удивили, а вот про плевунов пришлось рассказать подробнее. Потом я упомянул двух убитых ломарей, и сосед присвистнул, покосившись на мой правый бок, наверное заметив, что слишком уж его оберегаю.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю