Текст книги "Путь Водного Дракона (СИ)"

Автор книги: Евгений Астахов

Соавторы: Сергей Булл
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

– Именем Неба и Земли, Огня и Металла, Воды и Дерева – да будет так. Либо я исполню свою клятву, либо сам лягу в могилу. И да поглотит меня вечная тьма, если я отступлю от своего слова.

Где-то высоко над головой оглушительно гремит гром. Небеса услышали мой обет.

– Господин, у вас всё хорошо? Позвать слуг?

Двойные двери с шумом распахиваются, и в помещение осторожно заглядывает пара стражей. Не глядя в их сторону, выбрасываю кулак, и Оплетающие Побеги стремительной змеёй захлёстывают обоих, чтобы с силой швырнуть их сквозь каменную стену в соседнюю комнату. Удаляющийся крик сменяется треском гранита.

Я лечу вниз по лестнице и, словно демон, вырываюсь из пагоды. Стражники реагируют слишком медленно, их сметает прочь, а я Лёгким Шагом проношусь по двору, исчезая в ночи.

С неба срываются первые капли дождя, уничтожая мои кровавые следы. Алые потоки бегут по моей уродливой маске, проникают под неё, охлаждая кожу. Смывают засохшие слёзы. Трансформируют кипящую ненависть в обломок льда, засевший в моей груди. Возможно, со смертью Альдавиана он однажды растает.

Но я не питаю на это больших належд.

Давно в столице не было дождя. Люди выходят на улицы, высовываются в окна под нарастающий шторм. Для них это благодать, но не для меня. В голове возникает картина расправы над Хариссом, но её, словно дурной, сон смывает ливень.

Жители радуются дарам небес и собирают драгоценную воду в любые подвернувшиеся под руку ёмкости. Однако я не могу разделить их радость и бреду по улице промокший, как бродячий пёс. Некоторые с удивлением провожают меня взглядами. Другие испуганно косятся на демоническую маску.

Плевать.

Осознание, что Лин умерла, разбило все мои надежды и планы. Я так хотел вернуться с ней к родителям, но теперь не смогу. Её больше нет. Матушка, если узнает, отдаст богам душу на месте. Старик-отец, если переживёт это известие, уйдёт в лес жить, как медведь. Насколько бы я ни был силён, не могу принести такие вести родным.

Дав клятву, я отрезал себя от обычной жизни. Больше мне нет дороги домой. Объявив себя врагом Императора, я сделал свой выбор. Любой наш контакт подвергнет моих родителей смертельной угрозе. Для них будет лучше, если никто и ничто не сможет нас отныне связать.

Рен умер. Он умер в той пагоде вместе со своей сестрой.

Устремляю взор к небесам, и ливень ритмично барабанит по моей маске.

Сестрёнка… Как я мог тебя отпустить?..

Будь проклят староста Асума, отправивший её в столицу. Будь проклят каждый жалкий ублюдок, приложивший руку к тому, что творится год за годом в этой прогнившей Империи.

Если бы только вместо неё в столицу отправился я…

Всё, что я умею, это убивать и рубить деревья. Моя смерть не была бы такой потерей. Лин же могла подарить Империи гораздо больше. Она была более смышлёной, более отзывчивой…

Изгибаясь, небо прочерчивает яркая молния, а следом над головой прокатывается гром. Будто пытается дать мне ответ, но я не понимаю.

Почему именно она? За что ты убиваешь своих подданных, Альдавиан⁈

Даже мои мысли, обращённые к императору полны презрения. Никакой он не повелитель, а лишь очередной убийца, сидящий на самой вершине горы из трупов. Трупов тех, кто верит в него и боготворит его, как Аранга.

Я ведь и сам недавно был таким же. Верил в эти бредовые детские сказки про владыку-защитника… Разве это настоящее могущество, если из-за какой-то прихоти умирают обычные люди?

Ливень не стихает всю ночь, а я, словно призрак, брожу по уже опустевшим улицам.

Лишь под утро чувствую, как ко мне возвращается рассудок. Все мои мысли посвящены поставленной цели – смерти Альдавиана. Плана, как такового нет. Лишь понимание – надо стать сильнее. Гораздо сильнее!

Моё тело уже восстановилось после ранения – рана на груди затянулась и зарубцевалась. Серебряный Богомол сделал меня могущественнее, но этого не достаточно.

Приведя мысли в порядок, я переодеваюсь в свою парадную одежду, если так можно назвать мой чёрный тренировочный костюм и прячу маску.

Под последними каплями редеющего дождя я останавливаюсь у порога алхимической лавки Лунного Камня. В клановых одеждах на пороге меня встречает слуга, открывающий двери.

– Г-господин, – лепечет он, сжавшись, как мышка перед тигром. – Чего изволите?

– Позови управляющего – бесстрастно отвечаю ему и захожу внутрь.

Работники лавки заискивающе пытаются подступиться ко мне с предложениями, но их отпугивает моя угрожающая аура. Пытаюсь её загнать поглубже. Пока не получается. Как наваждение перед глазами появляется облик сестры.

– Доброе утро, – раздаётся твёрдый голос Лао. – Что встали как вкопанные? У вас работы мало? Или уже закончили?

– Нет, господин, – наперебой сыплются ответы.

В зале закипает прерванная моим появлением работа.

– Я могу забрать свой заказ?

– Конечно, пройдёмте, – он кивает и жестом приглашает за собой.

Пока мы идём по коридору, алхимик подмечает:

– Ваша аура изменилась с нашей последней встречи. Что-то случилось? Я могу чем-то помочь?

Да, если бы ты мог воскрешать мёртвых…

– Нет, к сожалению, господин Лао, вы не в силах мне помочь, – вздыхаю я. – Однако моё состояние никак не связано с вами или вашим кланом. Это мои личные проблемы.

– Хорошо, настаивать не буду, но с радостью окажу вам любую услугу, – ненавязчиво напоминает он. – И надеюсь на благополучный исход тревожащей вас ситуации.

В небольшой комнате из шкафа с кучей маленьких ящиков он извлекает палисандровую миниатюрную шкатулку и протягивает мне.

– Процесс очищения и создания пилюли вышел весьма трудоёмким, но у меня для вас есть небольшой подарок.

Из того же ящика Лао достаёт ещё одну шкатулку из красного дерева.

Я открываю первую и внимательно изучаю маленькую переливающуюся голубым сферу, лежащую на шёлковой ткани. Она источает приятные, едва уловимые эманации Ки.

– Будьте очень осторожны с этой пилюлей, – предупреждает Лао. – Концентрация Ки в ней зашкаливает.

Пока я рассматриваю результат его трудов, он открывает второй ларчик и демонстрирует его содержимое. Внутри, запечатанная в красный прозрачный куб, лежит кровавая сфера.

– Что это? – удивлённо разглядываю его подарок.

Энергетика у алой пилюли совершенно иная. Необузданная, злая.

– Концентрат, выжатый в процессе очистки, но его я вам категорически не рекомендую употреблять.

Лао берёт куб в руки и демонстрирует мне, как занятную диковинку.

– Тогда для чего эта вещь? – пытаюсь понять, в чём смысл такого подарка.

– Есть разные способы решить свои проблемы, и этот весьма действенный, – он возвращает сферу обратно в шкатулку и закрывает её. – Весьма! – настойчиво повторяет собеседник.

– Господин Лао, – я совершаю глубокий поклон, что весьма непросто в тесной комнате. – Благодарю вас, но не думал, что ради меня вы станете нарушать закон.

Алхимик смеётся, прикрывая лицо рукавом.

– Если вы подумали, что это яд, то не угадали. Это концентрированное безумие в чистом виде, – он отвечает мне поклоном.

Я с удивлением таращусь на него.

– Ядом такая вещь не считает, – поясняет алхимик, – так что всё в рамках закона. И это мне надо благодарить вас за чудесный опыт. Не думал, что в таком возрасте меня смогут удивить алхимические ингредиенты, но ваш смог.

Закончив с любезностями и забрав подарки, я выхожу на улицу.

Куда дальше?

Ответ приходит незамедлительно.

Прости, учитель!

Уйдя с центральной улицы, я извлекаю маяк и активирую его. Через мгновение я уже стою в усадьбе Феррона рядом с картой, а из воздуха прямо передо мной материализуется ученик Аранга. Выглядит недовольным, но, увидев меня, он не говорит ни слова. Ждёт, пока я объяснюсь.

– Учитель, мне надо стать сильнее! Гораздо сильнее, чем я есть сейчас! – опускаюсь на одно колено и склоняю голову. – Прошу, скажи, как мне добиться этого в сжатые сроки!

Губы Феррона чуть дёргаются, он прожигает меня взглядом, но гнев быстро сменяется на милость.

И он начинает говорить.

Глава 9

Столицу прошлой ночью озарило два ярких события. Ночной ливень порадовал людей долгожданной чистой водой, а вот второе прошло незаметно.

О смерти Харисса, одного из чиновников имперской службы снабжения, не знает почти никто, а те кто знают, молчат, боясь отправиться вслед за ним. За дело взялась тайная полиция.

В первую очередь это известие не должно просочиться в верхние круги знатных кланов. Подобное может пошатнуть доверие к Императору. Пусть такая возможность и ничтожно мала, но подобное даже допускать непозволительно.

В просторном кабинете с резным столом из красного дерева начальник тайной полиции, господин Нобору, просматривает доносы и рапорты. Его широкие плечи едва умещаются в расшитый золотом чёрный ханьфу. Грозно сдвинутые брови подчёркивают напряжённое, изборождённое шрамами лицо.

Хариcс не только играл ключевую роль в обеспечении тайной полиции, но и долгое время организовывал снабжение особых приёмов самого Императора. Пока прошлой ночью не оказался убит. Кто и почему это сделал?

Нобору чувствует приближение знакомой ауры и поднимает взгляд от бумаг. В кабинет, дождавшись разрешения, входит молодой человек. Каштановые волосы аккуратно зачёсаны назад, породистое лицо сосредоточено.

– Я бы предложил тебе присесть, Яцута, – говорит спокойно хозяин кабинета, – однако сейчас это слишком большая роскошь. Что удалось узнать?

Новоприбывший, чуть склонив голову, отвечает:

– Мы уже прочесали весь город. По полученной от агентов информации ночью многие жители видели высокого окровавленного человека в маске. Это подходит под описание, полученной от охраны убитого.

– Преступника надо найти, и чем быстрее мы это сделаем, тем меньше у нас будет проблем. Владыка Альдавиан скоро возвращается в столицу, так что помимо поиска нам надо подготовить замену Хариссу. Повелитель не обратит внимание на эту мелочь, если мы сможем указать на виновного. В любом случае, отбору звёздных детей ничего не должно мешать.

Глава Теней хмурится, и его голос становится прохладным:

– Однако для нас это смачная пощёчина – какой-то зарвавшийся практик убивает важных для общего блага людей. Непозволительно!

Нобору хлопает по столу рукой.

– Этим уже занимаются, – кивает Яцута и кладёт на стол несколько сложенных листков. – Все наши люди сейчас прочёсывают город.

Глава тайной полиции разворачивает листки бумаги и видит несколько ростовых портретов, напоминающих демонов с книжных гравюр. Отдельно изображена маска, которую носил преступник.

– У меня есть предположение, кто это может быть, – осторожно говорит Яцута. – Мы постоянно имеем дело с теми, кто пытается разыскать пропавших детей, и умеем своевременно это пресекать. Однако примерно год назад был один запоминающийся инцидент. Возможно, вы помните его?

Глава Теней смотрит с интересом на своего помощника:

– Продолжай.

– Случай в Академии около года назад, господин. Там как раз фигурировал такой здоровый парень…

– Рен, – сухо произносит Нобору. – Только это невозможно. Мой доверенный человек лично уничтожил его и доложил о смерти.

– Если я правильно помню, тело так и не нашли, – напоминает Яцута. – Возможно, он всё же выжил каким-то чудом. Случались и более невероятные вещи.

Нобору качает головой.

– Раз тебя подводит память, напоминаю. Против него применили Истребление Жизни, после которого практически невозможно уцелеть. Даже если допустить, что тот юнец смог её каким-то чудом пережить, нужно учитывать ещё один факт. Хариcс был не просто чиновником, а ещё И практиком на этапе Серебряного Богомола. Тот, кто его победил, обладал сравнимой с ним силой.

Яцута начинает жалеть, что вообще поднял эту тему. Хозяин кабинета продолжает:

– Эта техника не просто убивает, она разрушает внутреннюю структуру меридианов. Так что при любом раскладе твои предположения рассыпаются. Лучше придумай какой-то действенный план по поиску убийцы, пока он ещё находится в городе. Не думаю, что он надолго здесь задержится, если ему дорога жизнь. Стражу на воротах уже оповестили?

– Конечно, господин.

– Тогда иди и принеси мне результаты. До конца дня я хочу услышать, что вы встали на след нашего беглеца.

Молодой человек кланяется и покидает кабинет. Глава тайной полиции подходит к окну и задумчиво смотрит на пруд с карпами. Слова Яцуты, конечно, звучат невероятно, но тень сомнения всё же закрадывается в голову хозяина кабинета.

Неужели этот мальчишка Рен и впрямь смог каким-то чудом избежать своей участи? Вздор. И всё же, чтобы окончательно прояснить ситуацию, Нобору решает лично заслушать своего доверенного агента, который в прошлом якобы прикончил проклятого парня.

Любая зацепка сейчас на счету.

* * *

Феррон не был бы учеником Аранга, если бы не смог сразу понять, что со мной что-то не так. Моё возвращение раньше оговорённого срока стало для него сюрпризом. Выслушав озвученную просьбу, он настоятельно рекомендует мне провести несколько дней в медитации. Упорядочить мысли в голове, а уже после ещё раз вернуться к этому разговору.

Слова учителя вызывают у меня злость и негодование. Нет времени ждать. Каждый час на счету. Каждый демонов час, когда этот улюдок Альдавиан безнаказанно наслаждается жизнью. Только такие мысли непродуктивны. От них ничего не изменится. Приходится загнать свои эмоции поглубже и успокоиться. Получается скверно. Мысли о мести не выходят у меня из головы.

Дни, отведённые мне учителем, провожу за тренировкам на полигоне, без труда взяв последний десятый уровень сложности. Противники здесь сопоставимы с пиком Журавля, так что битвы проходят насыщенно и разнообразно.

Между поединками я погружаюсь в медитации, но сейчас они даются мне с трудом. Стоит мне уйти хоть немного в себя, как в голове всплывают картины боя против Харисса и воспоминания о Лин. Сердце обливается кровью от осознания, что сестры больше нет.

Сколько простых и счастливых моментов нашей юности, больше никогда не повторятся…

«Братец, я обязательно вернусь!» – звучит в моей голове задорный девичий голос.

На ней нет вины. Она меня не обманывала. Если бы это было в её силах, сестра обязательно бы вернулась. Лжец здесь только один – проклятый Император Альдавиан. Время расплаты обязательно придёт.

В попытках ускорить своё отбытие в новое место, я нахожу Феррона, трудящегося в лаборатории. Он неспешно и методично занимается очисткой ядер, добытых моими руками.

– Учитель, уже прошло три дня. Не пора ли нам поговорить? – осторожно отвлекаю его от дела.

Закрепив ядро в захвате, он отходит. По прозрачным трубкам бежит переливающаяся красная жидкость – выжимка негативных эмоций, отравляющих ядро. Понаблюдав ещё немного, он возвращается, что-то поправляет, подкручивает, лишь потом поворачивается ко мне. Смерив меня долгим взглядом, он сухо отвечает:

– Не думаю, Рен, что ты пришёл в порядок. Я чувствую в тебе негативные эмоции, а они плохой спутник на правильном Пути.

– А какой Путь правильный⁈ – начинаю заводиться я. – Как мне ещё себя чувствовать, когда моя сестра убита⁈

– Путь созидания, Путь баланса! – повысив голос, произносит он. – Я признаю только такой Путь, какому научил меня Аранг. Ты же начинаешь проваливаться в пучину, из которой можешь и не выбраться.

– Учитель! – грохочет мой голос. – Я справлюсь со своими эмоциями, но мне нужен способ стать сильнее. Укажите место, где я могу это сделать!

– Нет, – призрак качает головой. – Так не пойдёт. Пока ты тонешь в жажде мщения, твой рассудок затянут туманом и ты не видишь дальше своего носа. Наш мир полон несправедливости и бесчестия. Сильный пользуется слабым. Богатый унижает бедного. И я говорю сейчас не о природе, где такое естественно, а о людях, которые извратили представление о праведности и правосудии.

– Тогда как можно позволить существовать такому миру⁈ Я должен мириться с бесчестием? Должен закрыть глаза на несправедливость? – сдерживаю свой голос, чтобы он вновь не превратился в звериный рык. – Дюжины знатных кланов полнятся сильными адептами, и никто из них не готов пошевелить и пальцем, чтобы остановить поток бессмысленных смертей. Мне нужно стать таким же? Добиться высокого положения и почивать в резном дворце, зная, что где-то один кровожадный ублюдок десятками убивает детей каждый год⁈

Феррон спокойно выслушивает этот поток обвинений.

– Ты прав. Подобной несправедливости не должно существовать, но она существует, и одним убийством здесь не обойдёшься. Исчезнет Император, а дальше что? Его место не займёт преемник? Рен… – он медленно качает головой. – прими свою боль, но не позволяй ей исказить себя.

В пузырьках тихо булькает какая-то жидкость. Собеседник добавляет:

– Нужно изменить весь мир, всю систему. Искоренить несправедливость и открыть людям глаза на правду. А это почти невозможно, – он возвращается к алхимическому оборудованию. – Ты можешь сделать всё, чтобы убить Императора, или помнить о главном… Невинные умирают, и кто-то должен их спасти.

Я хожу по комнате из стороны в сторону, готовый разгромить здесь всё.

– Причины любого поступка важны почти так же, как и сами дела, – он поворачивается ко мне с грустной улыбкой. – Возвращайся, когда отринешь свои низменные эмоции.

Мне не остаётся ничего, кроме как согласиться.

Ещё несколько дней провожу в медитациях и попытках разгадать Небесную технику. Постепенно иероглиф за иероглифом мне даётся текст. По одним картинкам освоить её нереально. Манипуляции с Ки, которые требует предельной точности, сокрыты за многоуровневым шифром. В его разгадке я нахожу умиротворение.

Со смертью сестры я не смирился, но почти смог принять её. Только так хотя бы на время мне удаётся потушить яростный пожар, пылающий внутри.

Когда мои мысли немного успокаиваются, я решаю принять полученную пилюлю. Отправившись в комнату для медитации, сажусь в начерченный на полу круг силы и помещаю голубую сферу в рот. Язык покалывает от приятной энергии.

Чистая насыщенная Ки начинает высвобождаться и заполнять меня целиком. Пилюля медленно тает на языке, выплёскивая волны энергии, которые жадно поглощаются моим духовным ядром.

Сознание вместе с потоками Ки уносится вглубь моего тела к энергетической структуре. Меридианы крепнут и становятся ещё шире. Глубокие вдохи наполняют моё тело лёгким и приятным воздухом убежища. Эманации Ки усиливаются, уплотняются, обволакивая меня внутри и снаружи. Я погружаюсь в глубины собственного ядра.

Серебристая оболочка становится прозрачной и легко пропускает меня. Вокруг вырастает лес – мой родной дом, где я проводил с сестрой годы нашей юности. Иду по тропинке, касаясь руками листвы и высокой травы. Вдыхаю приятный аромат полевых цветов.

– Рен… – звучит где-то вдалеке голос Лин.

Перехожу на бег. Её смех удаляется от меня, даже Лёгким Шагом не догнать. Тропинка выводит меня на знакомую полянку, где мы не раз сходились в тренировочных спаррингах.

Сестра выглядит точно так же, как и в день нашей разлуки. Её глаза задорно блестят, щёки покрывает румянец, а губы расплываются в озорной улыбке.

– Ну что, попробуем ещё раз? – грациозным жестом приглашает она.

Мы сходимся в нашем танце. Не как брат и сестра, а как два практика, ищущие силу на своём Пути. Ловкую Лин всё так же сложно достать. Она стала гораздо сильнее и стоит на одном уровне со мной. Как и всегда без труда пробивает мою защиту.

– А ты стал гораздо искуснее, братец, – с улыбкой хвалит меня сестрёнка.

Я блокирую одну из её атак, делаю подшаг, следом обманку. Лин избегает уверенных взмахов, но я ещё не закончил. Серия ударов продолжается. Сестрёнка отбивает мои выпады, разгадывает обманки, но, всё же купившись на одну из них, пропускает другую.

Кулак размером почти с её голову замирает у прекрасного лица, не в силах ударить даже её образ. Прохладные пальцы обвивают мою руку и отводят её в сторону.

Два лазурных глаза смотрят с затаённой грустью.

– Прости, что я не сдержала своё обещание… – её образ начинает таять.

Лукавая улыбка на губах сестры сменяется печальной, пробивающей меня насквозь не хуже стрелы. Сердце щемит, и я пытаюсь запечатлеть её образ навсегда.

Она обнимает меня в последний раз, и я улавливаю исчезающий едва различимый шёпот:

– Мне не нужна ничья голова, братец. Спаси их, потому что больше некому… Спаси их ради меня.

– Лин! – я хочу столько сказать ей, но не могу выдавить из себя ни единой фразы.

– Я ухожу с миром, зная, что мы разделили столько прекрасных моментов. В шорохе листьев, в дыхании ветра и в пении птиц я всегда буду рядом с тобой. Извинись за меня перед матерью и отцом…

– Подожди! – я тяну к ней руку, желая потрепать по голове, как делал это бесчисленное количество раз, но её уже нет.

Вместе с её образом исчезает окружающий лес. Грудь сдавливает болью. Ядро внутри уплотняется, а Ки становится более насыщенной. Так болезненно даётся новая ступень. По щеке катится последняя слеза.

В зал медитации медленно ступает Феррон. Он осматривает меня и ждёт десять долгих ударов сердца.

– Хорошо-хорошо… Сейчас я чувствую, что ты готов.

– Простите мое нетерпение, учитель, – упираюсь головой в пол. – Теперь я понимаю.

– Мне не за что тебя прощать, Рен. Боль твоей утраты знакома мне, как никому.

Он трёт подбородок и добавляет:

– Я долго думал, куда отправить тебя и нашёл подходящее место. Пойдём, – он манит меня рукой и покидает зал.

Глава 10

Никаких продолжительных сборов не требуется. Учитель уже всё подготовил за меня и поместил в кольцо. Однако, что именно теперь хранится в пространственном артефакте, он не объясняет и просто передает его мне.

– Ты слишком торопишься Рен, – предупреждает меня учитель, остановившись над объёмной картой. – Правда, переубеждать тебя бессмысленно, ты уже всё для себя решил. Понимаю, сам когда-то был таким же. Так что, я постарался выбрать для тебя место, где ты сможешь стать сильнее и не подохнуть сразу же после пространственного переноса.

– Вы хотя бы скажите, что это за место? – с любопытством спрашиваю я, рассматривая уменьшенные долины и горы.

Феррон обходит стол и тыкает пальцем в отдалённый участок реалистичной миниатюры. Там, куда указывает призрачная рука Феррона, протекает полноводная река со множеством притоков. Настоящий водяной лабиринт. Я жадно смотрю, впитывая знания о местности. Города, мелкие поселения, мосты и переправы. Всё откладывается в моей голове.

– Долина Водных Драконов, – поясняет учитель. – В ней обитает множество опасных существ, которые способны бросить тебе достойный вызов.

Он ведёт рукой и останавливается на крупном городе, которая, судя по тончайшей сетке, расположен на каналах. У зданий виднеются даже крошечные причалы.

– Хукоу – крупнейший город западной провинции, – Феррон внимательно смотрит на меня. – По крайней мере, таким он был в моё время. Неподалёку от него на водопаде находится павильон великой секты Водного Дракона. Собственно, в честь этой секты и была названа долина, куда тебе предстоит отправится.

На карте я замечаю, что некоторые островки отмечены небольшими монолитами.

– А это что? – внимательно всматриваясь, я подхожу поближе.

– Это небольшие поселения, находящиеся под защитой секты, – после еле заметного жеста учителя над картой поднимается изображение статуи водяного дракона. – Взамен они поставляют в секту учеников.

– Учитель, вы хотите чтобы я вступил в секту? – уточняю я.

Он сухо смеётся.

– Нет, Рен. Ты заявил, что хочешь стать гораздо сильнее, и сделать это быстро. Секта Водного Дракона сможет тебе в этом помочь. А что ты будешь делать… – хмурится он. – Вступишь в секту, чтобы получить доступ к их техникам, или бросишь вызов сильнейшим практикам – это уже твоё дело. Я хочу, чтобы ты выжил. Только мне кажется, что ты ищешь способ побыстрее умереть.

– Нет, учитель, – качаю головой. – Даже не сомневайтесь. Умирать я не собираюсь, ведь мне предстоит убить…

– Да, да, – перебивает он меня с издёвкой. – Я это уже слышал. Ты хочешь убить Императора, отомстить за сестру и других погибших детей. Однако со стороны это выглядит именно так, как я сказал.

– Я докажу вам обратное, – отвечаю спокойно, без лишних эмоций.

– Доказывать мне ничего не надо, – кряхтит Феррон. – Выживи и вернись ко мне, ступив на пятую ступень, а лучше сразу на новый этап развития. Если и в этот раз нарушишь моё напутствие, я не буду столь терпелив.

– Понял вас, – делаю глубокий поклон.

– Надеюсь на это, – он поднимает руки и меня окутывает пульсирующая Ки.

Моё сознание тонет во тьме. Вспышками всплывают образы местности, над которой пролетает моё бестелесное тело, пока я вновь не начинаю ощущать себя целостно.

В убежище Феррона царила абсолютная, почти осязаемая неподвижность воздуха. Ни малейшего движения, ни дуновения. Кажется, само время застыло там в вечном покое. Здесь же всё вокруг пронизано стылой сыростью. Шум бурлящей воды бьёт по ушам.

Я, наконец, открываю глаза и осматриваюсь.

Мои ноги вязнут в топкой земле покатого берега, а на расстоянии дюжины шагов несётся тёмная и бушующая река. В волнах резвятся гигантские существа, отдалённо похожие на драконов, которых я видел, только на гравюрах. Конечно, они меньше, чем их представляют в книжках, но размерами в несколько раз крупнее, чем Баше.

Любоваться приходится недолго. За моей спиной из дикого леса, чем-то напоминающего те джунгли, раздаётся нарастающий хруст. На меня вылезает здоровый ящер размером с побольше телёнка. Толстая массивная шея, широкая голова, чешуя крупная с буро-зелёным узором. Его глаза с любопытством изучают меня.

Судя по количеству и интенсивности её духовной энергии, эта тварь явно не ниже середины Журавля.

Закончив с приветствием, животина бросается на меня с легко угадываемым голодным интересом.

Рывок назад позволяет мне избежать клацнувших в пустоте челюстей. Однако, я явно недооценил проворство противника. Крутанувшись на месте, он стегает меня длинным чешуйчатым хвостом. Тот мгновенно обвивает мои щиколотки, повалив на землю. Новый бросок, и ящер пытается откусить мне голову.

Тщетно. Собравшись, я перехожу в атаку. Несколько острых корней вырываются из-под земли, пронзая светлое брюхо. Кровь фонтаном бьёт в землю, и с мокрым шлепком внутренности вываливаются наружу.

По сторонам раздаётся хруст сломанных веток и надвигающееся шипение. Три собрата поверженной твари вылезают следом. Эти хищники достаточно разумны, чтобы использовать нехитрую тактику. Они нападают с разных сторон. Лёгким Шагом избегаю атак, помня про коварный хвост. Кастеты сминают вытянутые морды, лишая противников жизни.

Через десять ударов сердца всё кончено.

Чтобы осмотреть тела и извлечь духовные ядра уходит ещё минута. Шкура у них прочная, но учитель позаботился о своем нерадивом ученике. Положил мне добротный нож Земного ранга для разделки духовных зверей. Металл не без труда, но всё же пробивает крепкий покров.

Закончив с последней троицей, перехожу к первому, со вспоротым брюхом, и замечаю одну неприятную деталь. Из глубокой раны, оставленной Оплетающим Побегом, торчит человеческая конечность с ещё не разложившейся плотью. Кто-то заглянул не в то место и стал обедом для ящеров.

Ещё меня смущает, что из книг я узнал немало про духовных животных. Встречал и описание подобных тварей. Зовут их Квормами. Вот только в книге упоминалось, что эти существа – одиночки, которые сходятся лишь в период спаривания. Они не живут стаями и обычно занимают довольно обширную территорию, нападая даже на своих сородичей.

Хорошенькое приветствие… А я ведь только прибыл.

Со вздохом начинаю продвигаться в глубь топкого леса. Прыгаю по камнями и редким участкам твёрдой земли. Где не получается пройти, поднимаюсь на деревья. В ветвях обитает много неприятной живности. Пауки, змеи, ящеры поменьше, которые нападают, не раздумывая. Их не пугает даже моя аура, которой не скрываю в попытке избежать ненужных сражений. Это не разумные обитатели леса Кровавой Сакуры, а дикие и необузданные звери.

Феррон, как обычно, закинул меня не к месту назначения, а непонятно куда. Местность болотистая, окружённая полноводными реками. Сначала мне показалось, что я увидел центральную реку, в которую впадают все остальные притоки, но сейчас понимаю, что ошибался. Взобравшись на высокое дерево, пытаюсь вычислить нужное направление, но всё окружение выглядит, как сплошной природный лабиринт, которому нет ни конца, ни края.

Если верить карте наставника, по пути мне должно попадаться много мелких поселений и речных деревушек. Некоторые из них расположены прямо на островах. Только до сих пор я ни встретил не одной.

К вечеру забираюсь на самую вершину высокого ветвистого дерева и сплетаю себе гнездо, подобно местным птицам. Они как раз становятся моим ужином вместе с найденными там же яйцами. Вдобавок собираю знакомые фрукты, которыми полнится лес. Еду выбираю осторожно, используя книжные знания. Слишком легко отравиться неизвестным плодом. Было бы глупо отдать богам душу столь нелепым способом.

Сон приходит не сразу. Отвлечься помогает медитация. Прогоняю энергию по меридианам, укрепляя и насыщая их. Фокусирую в акупунктурных точках. Они стали гораздо больше. Это уже не просто точки, а небольшие подобия ядер, как у местных мелких тварей. Духовные материалы собираю все без разбора. Почти каждое животное в этой местности ими обладает.

В одном Феррон был прав. Эта долина – отличный учитель, не питающий жалости к попавшему сюду ученику. Уже через день я реагирую со всей серьёзностью на любой подозрительный звук. Наловчившись, избегаю ловушек, рывками ухожу от любимых атак местных обитателей, атакую первым и без всякой жалости. Сплю вполглаза и вполуха. Пространственное кольцо исправно пополняется духовными ядрами.

В какой-то момент решаю заглянуть в него, чтобы проверить содержимое. Учитель расщедрился и положил мне несколько изготовленных им пилюль, снабдив их пояснительной запиской:

«Рен, не торопись их использовать. После приёма духовных пилюль следует сделать перерыв, чтобы максимально повысить их эффективность. Они пригодятся тебе в твоём путешествии».

Мог бы и сказать, но, видимо, ему больше нравится такой способ общения. В остальном набор вполне стандартный, а вот качество предметов повыше. Есть в моих запасах и еда, но пока обойдусь дарами природы. В кольце припасы не портятся или, по крайней мере, хранятся намного дольше.

Три дня проходят в поисках хоть каких-то ориентиров на Хукоу. Всё больше в меня закрадывается сомнения, что я выбрал верное направление. Быть может, по ошибке углубляюсь в необитаемую местность.

Продвижение затрудняют болотистые участки и реки, постоянно пересекающиеся окрестные земли. От множества мостов, указанных на карте, нет и следа. В узких местах попадаются поваленные брёвна. Так себе переправа, но лучше, чес ничего. Там, где их нет, выручает Оплетающий Побег.