444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Евгений Аверьянов » Турнир (СИ) » Текст книги (страница 11)
Турнир (СИ)
  • Текст добавлен: 26 июня 2025, 05:55

Текст книги "Турнир (СИ)"


Автор книги: Евгений Аверьянов


Жанры:

   

Бояръ-Аниме

,

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

– Кто там?

– Пакет от распорядителя турнира, – ответили снаружи. – Для господина Александра Гранта.

Пришлось открывать. На пороге стоял молодой парень в форменной одежде Стоуна. В руках он держал сложенный лист с печатью. Посыльный коротко поклонился.

– Господин Грант?

– Да.

– Вам передано приглашение явиться сегодня вечером в замок барона Стоуна. Будут объявлены условия второго тура испытаний. Время указано в письме. Присутствие обязательно.

Я взял протянутый лист, быстро осмотрел печать, потом развернул. Текст оказался коротким и предельно официальным. Вежливые формулировки, точное время, указание входа, просьба прибыть без опоздания и при себе иметь знак участника. Никаких подробностей, разумеется. Зачем облегчать жизнь инженерам, если можно заставить их несколько часов гадать, какую именно безумную задачу им сейчас подкинут?

– Благодарю, – сказал я.

Посыльный снова поклонился, развернулся и быстро ушёл. Кристина закрыла дверь, после чего некоторое время мы молчали. Она первой нарушила тишину.

– Снова один пойдёшь?

Я сложил письмо и положил на стол.

– Да. Думаю, лучше идти одному.

Кристина не стала сразу спорить. Просто скрестила руки на груди и посмотрела внимательно.

– Почему?

– В прошлый раз к встрече с бароном допустили только инженеров. Помощников, спутников и прочих полезных людей оставили снаружи. Если сейчас условия второго тура будут объявлять участникам, тебя всё равно не пустят дальше первого коридора.

– А если это не просто объявление условий?

– Тогда тем более лучше, чтобы ты была не рядом со мной, – сказал я.

Кристина нахмурилась.

– Очень успокаивающе.

– Если это обычное собрание, тебя просто не пустят. Если что-то пойдёт плохо, одному проще выбраться, но и ты будь готова к любому исходу. И я не собираюсь лезть в неприятности, – добавил я.

Кристина посмотрела на меня и невесело усмехнулась.

– Они сами к тебе приходят.

– Это да. У них, видимо, маршрут проложен, – попытался я отшутиться.

Она едва заметно улыбнулась, но тревога из глаз не исчезла.

Я же занялся подготовкой: умылся, сменил рабочую одежду на приличную и снова спрятал браслет под рукавом. После вчерашнего похода по лавкам у меня наконец имелась одежда, в которой можно было выглядеть не только инженером, но и человеком, случайно допущенным в приличное общество. Кристина молча помогла поправить воротник.

– Если мне придётся задержаться, – сказал я, – не выходи из дома одна. И никого не впускай без проверки.

Кристина кивнула.

– Хорошо.

Я взял знак участника, документы и немного денег. На секунду задержался в мастерской и убрал птицу в ящик. Очень хотелось взять её с собой, ведь маленький разведчик мог оказаться полезным, если придётся осмотреть коридор, заглянуть в окно или просто понять, что происходит за закрытой дверью. Однако именно поэтому брать её сейчас было опасно.

На улице уже начинало темнеть. Стоунград после первого этапа турнира всё ещё жил праздничным настроением, но сегодняшняя радость стала спокойнее. Гости ходили по улицам, обсуждали вчерашние бои, у лавок спорили о шансах участников, где-то смеялись, где-то музыканты играли лёгкую мелодию. Город переваривал зрелище и ждал продолжения. А я шёл к замку, и чем ближе я подходил к воротам замка, тем сильнее подозревал, что влез слишком сильно не в своё дело.

Глава 19

В замке меня провели в отдельное помещение на втором этаже. Судя по охране у двери, встреча действительно была важной. Два стражника проверили знак участника, сверили имя в списке, после чего один из них открыл дверь и пропустил меня внутрь.

Там уже собрались все кроме меня. Семь инженеров первого этапа сидели или стояли вдоль длинного стола. В дальнем конце комнаты находился барон Патрик Стоун, а рядом с ним стоял представитель церкви. Всё такой же спокойный, невзрачный и опасный. Он не вмешивался, но одним своим присутствием напоминал: происходящее разрешено ровно настолько, насколько это удобно организаторам. Помимо знакомых лиц был ещё один парень, похоже помощник барона.

Я занял свободное место ближе к краю стола. Барон дождался, когда дверь закрылась, и поднялся.

– Господа и дамы, первый этап турнира завершён. Каждый из вас доказал, что достоин находиться здесь. Однако дальше испытания станут сложнее.

В комнате стало тише, даже те, кто пытался изображать равнодушие, заметно сосредоточились.

– Второй этап будет проводиться за пределами города, – продолжил Стоун. – По жребию участники разделятся на две группы. Одни будут защищать крепость. Вторые – пытаться её захватить. Каждая пара получит отдельную площадку, расположенную на значительном расстоянии от остальных.

Он сделал знак помощнику, и тот развернул на столе карту окрестностей, на которой были отмечены четыре точки. Достаточно далеко друг от друга и от города.

– Для испытания выбраны четыре бывших хранилища древних, – сказал барон. – Они полностью очищены от опасных устройств, ловушек, остаточных контуров и прочих сюрпризов. Каждая площадка оборудована под формат малой крепости: стены, внутренний двор, контрольная точка, технический навес, запас материалов для ремонта.

Слово «полностью» мне не понравилось. Обычно, когда кто-то говорит «полностью очищены от древних сюрпризов», это значит, что сюрпризы просто пока не нашли. Но вслух я, разумеется, ничего не сказал. В комнате и без меня хватало людей, которым не нравилось направление разговора.

– В отличие от первого этапа, – продолжил барон, – второй будет испытанием на выбывание. Проигравший участник покидает турнир.

Вот теперь инженеры напряглись по-настоящему. Шоу закончилось и началась нормальная борьба за место у кормушки, только с големами, руинами и церковным наблюдателем.

– Условия победы? – спросила Виктория.

После её вчерашнего скорпиона к ней прислушались все, включая барона.

– Задача атакующего – захватить и удержать контрольную точку крепости до подтверждения судей. Задача защитника – не допустить захвата до окончания отведённого времени либо вывести из строя конструкт противника. Если один из конструктов теряет способность двигаться или выполнять команды, участник получает ограниченное время на полевой ремонт. Если восстановить механизм не удаётся, участник считается проигравшим.

– Ограниченное время – это сколько? – уточнил Гарн Веллер.

– Несколько часов. Точный предел будет указан в письменных правилах для каждой пары, с учётом удалённости площадки и особенностей местности.

Получалась очень удобная позиция: точные правила потом, а сейчас – общие рамки, чтобы мы успели начать нервничать заранее.

Барон снова кивнул помощнику. Дверь в боковой части комнаты открылась, и двое служителей ввезли на низкой платформе высокий металлический корпус.

Я невольно выпрямился и увидел человекоподобную фигуру около двух метров ростом, закреплённую фиксаторами. Широкие плечи, усиленный корпус, длинные руки, мощные ноги с широкими ступнями. Головы как таковой не было – только закрытый верхний кожух с несколькими пустыми гнёздами. В груди и спине виднелись открытые технические отсеки.

Это был не готовый голем, а скорее корпус. Хорошо сделанный, крепкий, с нормальными шарнирами, силовой рамой и местами под блоки управления, питание, сенсоры и дополнительные узлы. Внутри оставили внушительный объём под начинку, прямо настоящий модульный отсек. Интерфейс тихо ожил, но расстояние и чужие тела мешали получить подробности.

[Обнаружен механический корпус.]

[Назначение: основа управляемого конструкта.]

[Канал управления: отсутствует.]

[Источник питания: отсутствует.]

[Статус: неактивен.]

Барон обвёл нас взглядом.

– Каждому участнику будет предоставлен аналогичный корпус. Подчёркиваю: эти конструкты полностью изготовлены нашими приглашёнными специалистами из новых материалов. Они не являются древними боевыми единицами, не подняты из руин и не относятся к запрещённым образцам.

После этих слов представитель церкви слегка наклонил голову, подтверждая сказанное.

Очень мило. Значит, юридическую лазейку они уже подготовили и теперь аккуратно подсовывают нам, намекая, что всё законно.

– Ваша задача, – продолжил Стоун, – сформировать начинку, выбрать способ запуска, управления, питания и боевого применения. Корпуса будут переданы вам за два дня до отправки на позиции. До этого времени вам предоставят чертежи, размеры, схемы креплений и перечень допустимых точек подключения.

На стол легли папки и помощник раздал их участникам. Я открыл свою и увидел аккуратные чертежи: общий вид, внутренние полости, суставные узлы, нагрузки на опоры, примерные места под блоки, предупреждения по перегрузке. Хорошая работа, даже слишком хорошая для простой забавы.

Один из инженеров, худощавый мужчина с усталым лицом, наконец не выдержал:

– Простите, господин барон, но это уже будет полноценный боевой конструкт.

В комнате снова стало тихо. Мужчина явно понял, что сказал лишнее, но отступать было поздно.

– Каким образом нам гарантируют, что за создание и управление подобными механизмами не последует наказание? – продолжил он. – Первый этап был малым испытанием на арене. Здесь же речь идёт о боевых действиях за пределами города. Пусть и условных.

Барон медленно поднял брови.

– Неужели моё слово не является для вас гарантией?

Вопрос прозвучал довольно мягко, но инженер сразу замолчал. Остальные тоже не спешили поддерживать его вслух. Спорить с хозяином города на его территории – удовольствие для людей с очень коротким жизненным планированием.

Я смотрел на Стоуна и думал, что к чёрту такие гарантии. Слово барона, услышанное восемью инженерами и одним церковником, прекрасно работает, пока барону выгодно его помнить. Если что-то пойдёт не так, всегда можно сказать, что участники превысили полномочия, нарушили правила, самовольно изменили конструкты или неправильно поняли условия. А свидетели… Свидетели в подобных историях иногда тоже внезапно становятся частью проблемы, которую нужно решить.

– Разумеется, господин барон, – наконец сказал тот самый инженер и опустил взгляд.

Вот и вся дискуссия. Стоун сделал вид, что ничего неприятного не произошло.

– На подготовку даётся неделя. Через семь дней защитники будут доставлены к своим крепостям. Атакующие – к контрольным точкам, с которых начнут движение. Подробные правила, список ограничений и схемы корпусов вы получите при выходе.

Он посмотрел на нас уже иначе, не как на гостей, а скорее как на инструменты, которые вот-вот должны показать, насколько хорошо держат заточку.

– Второй этап потребует от вас не только изобретательности, но и умения применять свои решения в реальных условиях. Господа инженеры, я надеюсь, вы понимаете, какая честь вам оказана.

На этом стреча закончилась. Вопросов больше не задавали. Все понимали: основные ответы всё равно спрятаны не в словах барона, а в папках, корпусах и тех подарочных рюкзаках, которые мы вчера так радостно получили.

Когда я вышел из замка, вечерний воздух показался слишком прохладным. Инженеры расходились молча. Даже самые разговорчивые выглядели задумчиво. Максим, тот самый мастер с птицей, шёл, не поднимая головы, и что-то считал на пальцах. Виктория листала чертежи прямо на ходу. Гарн Веллер держал папку под мышкой и смотрел так, будто уже прикидывал, как протянуть кабель через пол-леса.

Я тоже прикидывал, только другое. Подарки за первый этап окончательно перестали быть подарками. Это были расходники для второго тура. Кристаллы, пластины, сенсоры, неизвестные материалы, рамки под блоки – всё идеально подходило под задачу оживить большой корпус. Барон не награждал нас, а снабжал.

Дома Кристина выслушала короткий пересказ, почти не перебивая. Однако когда я дошёл до крепостей, выбывания и двухметровых корпусов, её лицо стало совсем серьёзным.

– Это уже не турнир.

– Да, – согласился я. – Это полевые испытания под видом турнира.

– Может, пора подумать, как отсюда выбраться?

Вопрос был закономерным, но ответа у меня пока не нашлось.

Я разложил чертежи на столе, прижал края тяжёлыми деталями и некоторое время смотрел на внутренний отсек будущего голема. Места хватало для нормального блока управления, силового распределителя, сенсоров и ограничителей. Была и плохая новость: меня действительно затягивало, но я это понимал и от этого становилось немного легче.

– Думаю, – сказал я. – Но сейчас второй этап может помочь решить вопрос с Барсиком.

Кристина нахмурилась.

– Каким образом?

– Площадки за пределами города. Меньше городской стражи, больше пространства. Если мне повезёт оказаться на нужном участке, я смогу выйти на связь с Барсиком или хотя бы понять, где он держится. Может, успею предупредить его, чтобы не лез к ловушкам. Может, найду способ вывести его позже.

– А если не повезёт? Ведь более удачный момент может и не наступить, – сказала она. – Мы можем проторчать здесь до конца турнира, так и не придумав, как вытащить Барсика.

Я поднял взгляд от чертежей.

– Возможно для нас финал турнира наступит намного раньше, чем кажется.

Кристина ещё долго смотрела на меня, но больше ничего не добавила.

* * *

Ближайшие два дня я почти не выходил из мастерской. Жребий должен был определить роли, но базовый блок требовался в любом случае. Не важно защитник я или атакующий – голему нужно питание, управление и возможность не развалиться от первой же команды. Благо чертежи корпуса выдали заранее.

Я начал с управляющей коробки. Размеры внутреннего отсека позволяли сделать её не слишком миниатюрной, а значит – не мучиться с каждой пластиной под лупой, как с птицей. Основание собрал из лёгкой металлической рамы, внутрь поставил несколько слоёв ноэра, развёл кинетовые каналы по будущим конечностям, добавил стабилизирующие кольца и отдельный контур аварийного отключения.

Кристаллы из рюкзака я пока использовал не самые мощные. Большой накопитель оставил на потом. Сначала нужно понять, как поведёт себя система на малой подаче, а уже потом кормить её эфиром так, будто она выросла и поступила в академию разрушения.

Пластины облегчения веса тоже пошли в дело. Две малые заготовки я закрепил в отдельном контуре, который можно было включить или отключить независимо. Если они действительно меняли эффективную массу, большой голем получал шанс двигаться быстрее, прыгать выше или хотя бы меньше проваливаться в мягкой земле.

Кристина заходила несколько раз. То приносила еду, то молча смотрела на растущую конструкцию из рамок, пластин и проводящих линий. В какой-то момент всё же спросила:

– Ты уверен, что это приближает нас к выходу, а не наоборот?

Я не сразу ответил. На столе передо мной лежала почти готовая управляющая коробка. От неё расходились гибкие линии к временным контактам, а рядом расположился чертёж двухметрового корпуса. Всё выглядело слишком похоже на нормальную работу. А нормальная работа в ненормальной ситуации опасна тем, что к ней быстро привыкаешь.

– Нет, – сказал я честно. – Не уверен.

Кристина молча ждала продолжения.

– Но если нас всё равно ведут во второй этап, лучше иметь рабочий инструмент. С ним можно выиграть, сбежать, договориться или хотя бы не умереть сразу. Без него мы просто гости в чужом городе, где за нас уже начали принимать решения.

Она кивнула, поняв мою логику, а я вернулся к сборке.

К концу второго дня коробка уже напоминала законченный модуль. Не очень красивый, зато защищённый и рассчитанный на установку в предоставленный корпус. Я провёл пальцем по последнему фиксатору и усмехнулся. Первый мой турнирный конструкт был маленьким рыцарем. Теперь же я собирал сердце для двухметрового голема, которого ещё даже не получил. Прогресс. Или диагноз. А скорее всего, и то и другое.

Интерлюдия.

Днём лес был слишком светлым. Барсику это не нравилось, ведь днём в лесу становилось много лишних глаз. Птицы, мелкие звери, насекомые, люди. Все куда-то шевелились, что-то искали, кого-то боялись или пытались съесть. Лично Барсик в этот момент никого есть не собирался, потому что он уже поел. Именно поэтому сейчас сидел на толстой ветке, скрытый в густой кроне, и наблюдал за очень старательными двуногими, которые пытались изображать из себя охотников.

Двуногих было много. Больше двух десятков. Они пришли ещё утром, с телегой, ящиками, сетями, кольями, толстыми верёвками и железными клетками. Передвигались шумно, спорили ещё громче, а когда начали расставлять ловушки, окончательно убедили Барсика в том, что Серж зря называл некоторые свои механизмы дёргаными, по сравнению с этими калеками они казались идеальными.

– Здесь ставь, – командовал старший егерь. – Следы вчера нашли неподалёку.

– Так следы-то не его, – буркнул кто-то из младших. – Тут кабан проходил.

Барсик лениво прикрыл глаза. Кабана они отличали, прекрасно, оставалось научиться отличать собственную глупость от плана, и можно было бы считать их почти разумными.

Ловушки получались разные. В одном месте они натянули сеть между деревьями, замаскировали листьями и подвели к ней скользящую верёвку. В другом выкопали неглубокую яму, прикрыли ветками и сверху набросали земли. В третьем поставили тяжёлую клетку с падающей дверцей и привязали внутри кусок мяса, старое, подмороженное и явно принесённое не для тех, кто уважает себя и свой желудок. Барсик посмотрел на клетку с оскорблённым видом.

Поймать его на это? Серьёзно?

Такая ловушка могла сработать разве что на кролика. И то только потому, что у кроликов в голове обычно помещались страх, трава и редкие попытки выбрать неправильное направление. Хотя даже кролик, если бы увидел, как эти двуногие всё готовили, мог бы задуматься.

Егеря работали до полудня, потом распределились по участкам. Несколько человек остались ближе к телеге, остальные разошлись в стороны, устраиваясь за деревьями, кустами и небольшими земляными валами. Расстояние между постами выбрали приличное. Видимо, чтобы не мешать друг другу и не пугать зверя лишними разговорами. Правда разговоров от этого меньше не стало, и Барсик слышал их всех.

– До вечера всё равно не выйдет, – сказал один.

– Главное – не уснуть.

– А если выйдет не один?

– Тогда кричи громче.

Барсик мысленно хмыкнул. Кричать они умели. В этом сомнений не было. Если бы крик считался оружием, эти егеря могли бы представлять умеренную опасность. Не для Барсика, конечно. Но для собственного достоинства – вполне.

Он некоторое время размышлял, как именно их проучить. Можно было аккуратно снять приманку из клетки и оставить рядом кролика. Обойти яму, а потом столкнуть туда чей-нибудь оставленный мешок.

Но день был тёплым, живот сытым, ветка удобной, а двуногие пока не делали ничего, что требовало срочного вмешательства. Барсик зевнул, положил голову на лапы и решил, что обучение можно отложить.

Время приближалось к вечеру и лес постепенно менялся. Свет слабел, тени вытягивались, птицы становились тише, а двуногие начинали нервничать. Они всё чаще переглядывались, проверяли оружие, прислушивались и вздрагивали от обычного шороха. Один егерь дважды чуть не выстрелил в куст, где сидела большая сонная птица. Птица, к счастью для всех, улетела раньше, чем человек окончательно потерял терпение.

И вдруг где-то в стороне резко щёлкнул механизм. Потом раздался глухой удар, скрежет железа и яростный рык.

– Сработала! – заорал кто-то. – Клетка!

Люди сорвались со своих мест. Посыпались ветки, затрещали кусты, кто-то ругнулся. Приказали не стрелять, но некоторые всё равно взвели оружие. Через несколько мгновений почти все двуногие уже бежали к ловушке, шумя так, будто собирались поймать не хищника, а весь лес сразу.

Клетку долго вытаскивали из кустов. Пойманный зверь бился внутри, кидался на прутья, рычал и скрёб металл когтями. Егеря ругались, командовали друг другом, подсовывали жерди и старались держаться подальше от опасности. Когда клетку наконец вытащили на просвет между деревьями, Барсик смог рассмотреть пленника.

Крупный хищник, отдалённо напоминал волка. Существо металось в клетке и явно не понимало, как обычная еда превратилась в железную коробку.

Барсик наблюдал за картиной и задавался вопросом: а этот откуда здесь взялся?

Он знал запахи ближайшей части леса. Слышал кабанов, оленей, мелких хищников, птиц, грызунов, людей, но такого зверя раньше не встречал. Значит, тот пришёл недавно. Или держался в другой части леса, куда Барсик ещё не заглядывал.

Глава 20

День отправки на второй этап турнира наконец наступил. Жребий, как и следовало ожидать, решил испортить мне настроение заранее. Я оказался атакующим, то есть тем самым человеком, который должен тащиться к чужой укреплённой позиции, искать способ пройти оборону и при этом не дать собственному голему превратиться в груду дорогого металла.

Защитнику в этом смысле жилось проще. Он уже находился в крепости. У него были стены, подготовленная площадка, укрытия, возможность заранее продумать маршруты и ловушки. Атакующий же получал дорогу, неизвестность и прекрасный шанс нарваться на что-то неприятное ещё до начала основного столкновения.

Но турнир есть турнир и правила есть правила. А спорить с бароном, церковным наблюдателем и охраной у двери – занятие для людей, которые не любят долго жить.

Кристину со мной не пустили. Это тоже было заранее прописано в условиях: для чистоты эксперимента каждый инженер участвовал в одиночку. Без помощников, учеников, слуг, носильщиков и прочих полезных людей, которые могли бы вовремя подать инструмент, заметить засаду или хотя бы сказать: «Серж, ты сейчас опять лезешь в какую-то ерунду». Последнего мне, пожалуй, будет не хватать особенно сильно.

Мы попрощались у служебного двора, куда участников доставляли по одному. Кристина держалась спокойно, но я видел, что спокойствие это скорее, натянутое поверх тревоги.

– Будь осторожен, – сказала она.

– Постараюсь. – кивнул я.

Обещать не стал. В этом мире обещания слишком часто превращались в список того, что обязательно пойдёт не так.

Меня посадили в закрытую повозку с двумя сопровождающими. Сам корпус голема и ящики с деталями отправили отдельно, на тяжёлой телеге. Перед отправкой я ещё раз проверил, что управляющая коробка, браслеты, кристаллы и часть инструментов при мне. Остальное уже было уложено в опечатанные контейнеры.

Дорога за город оказалась оживлённее, чем я ожидал. Сначала мы проехали через ворота, где стража привычно проверила документы и обменялась короткими фразами с сопровождающими. Потом город остался позади, а впереди потянулась дорога между полями, редкими строениями и полосами леса. И вот там я заметил вышки. Они стояли на возвышенностях, у дорог, на краю леса и возле отдельных укреплённых площадок. Не боевые башни, не сторожевые посты, а именно наблюдательные конструкции: высокие, деревянно-металлические, с площадками наверху, перилами, навесами и толпами людей.

Люди стояли группами, переговаривались, показывали куда-то руками, а некоторые смотрели в сторону леса через устройства, очень похожие на огромные бинокли. Только вместо обычных линз там блестели кристаллические вставки.

Я медленно выдохнул. Значит, без зрителей не обошлось и в этот раз. Просто теперь барон придумал, как совместить шоу с безопасностью. Толпу не пускали к месту настоящего испытания, зато давали ей возможность наблюдать с расстояния. Вышки, усиленная оптика, возможно, ещё и какие-нибудь кристаллы передачи изображения. Люди довольны, барон доволен, а инженеры продолжают изображать смелых первооткрывателей под взглядами публики, даже если находятся в лесу.

– Много наблюдателей, – сказал я одному из сопровождающих.

Тот посмотрел в окно и кивнул.

– Господин барон не хотел лишать жителей зрелища, но безопасность прежде всего.

Конечно, но речь о безопасности зрителей. Об инженерах в таких моментах обычно вспоминают мелким шрифтом.

Чем дальше мы ехали, тем меньше становилось праздника и больше – подготовки. Возле отдельных участков дороги стояли вооружённые люди. На перекрёстках – сигнальные столбы. В нескольких местах я заметил небольшие группы с переносными кристаллическими устройствами. Похоже, судей и наблюдателей тоже расставили заранее. Наконец повозка свернула с основной дороги и остановилась на небольшой расчищенной площадке у края леса.

– Ваша контрольная точка, господин Грант, – сообщил старший сопровождающий.

Место выглядело как временный лагерь, из которого убрали всё лишнее. Низкий навес, стол, несколько ящиков, бочка с водой, запас еды, инструменты, стойки для деталей и размеченная площадка для сборки. Чуть в стороне уже стояла телега с моим будущим големом.

Двухметровую человекоподобную фигуру разгрузили с помощью подъёмной рамы и поставили на фиксаторы. Испытать его удалось лишь частично, потому у меня был небольшой мандраж. Хотя со стороны казалось, что всё готово для того, чтобы инженер пришёл и совершил очередное безумие.

– На подготовку и запуск конструкта вам даются сутки, – сказал сопровождающий. – Завтра в это же время начнётся движение к первой контрольной отметке. Далее вы следуете по маршруту к крепости противника. Подробности указаны в вашей карте.

Он протянул мне свёрнутый лист.

– Судьи будут наблюдать с безопасного расстояния. Вмешательство не предусмотрено, кроме случаев прямой угрозы жизни участника.

Прям воодушевляет. То есть если меня начнут убивать недостаточно прямо, вмешиваться никто не станет.

– Лес проверен? – спросил я.

Сопровождающий кивнул.

– Егеря прошерстили ближайшие участки. Крупных хищников быть не должно. Но будьте внимательны, господин Грант. Места здесь старые, лес большой, жизнь иногда преподносит сюрпризы.

– Обязательно учту.

Вот теперь картина стала совсем приятной. Помимо того, что я мог получить шальную пулю, попасть под удар чужого голема, нарваться на ловушку защитника или сломать собственный механизм, у меня ещё оставался шанс быть сожранным каким-нибудь местным хищником, который не ознакомился с расписанием турнира.

Сопровождающие помогли снять последние ящики, проверили печати, оставили мне сигнальный кристалл для экстренного вызова и уехали. После их исчезновения лес вокруг стал заметно тише.

Я остался один, по крайней мере мне так казалось. Где-то далеко, на вышке, наверняка уже сидели зрители с огромными биноклями и ждали, когда мастер Александр Грант начнёт оживлять двухметровую железную тушу. Поэтому одиночество было условным. Фактически я находился на сцене, просто сцена разрослась до участка леса. Я снял камзол, закатал рукава и подошёл к корпусу.

– Ну что, дружище, поработаем?

Я начал с установки питающего блока. Основной накопитель встал в грудной отсек плотно, с мягким щелчком фиксаторов. От него пошли силовые линии к распределителю, дальше – к рукам, ногам, корпусу и стабилизаторам. Управляющую коробку я закрепил в центральном проёме, подключил каналы отклика, поставил ограничители и проверил аварийный контур.

Большую часть подготовки уже сделали люди барона. Моя задача была не построить тело, а дать ему нервную систему, питание и причину слушаться именно меня.

Систему управления, в этот раз пришлось изменить. Никакой громоздкой коробки в руках. В полевых условиях таскать отдельный пульт было неудобно, особенно если придётся бежать, карабкаться, падать или изображать из себя человека, который заранее всё предусмотрел. Поэтому я собрал два тяжёлых браслета – по одному на каждую руку. Широкие, металлические, с утопленными пластинами, маленькими клавишами под пальцами, поворотными кольцами у запястий и тонкими люминовыми индикаторами. Каждый браслет мог работать самостоятельно, дублируя основные команды. Если один выйдет из строя, второй сохранит управление. Если оба выйдут из строя, останется интерфейс. А если и интерфейс подведёт, значит, можно будет считать эксперимент завершённым вместе с моей биографией.

На каждый браслет ушло по четыре кристалла питания. Не самых крупных из запаса, но достаточно серьёзных, чтобы усилить отклик и сократить задержку. Это было дорого, кто-то бы даже сказал, что неприлично дорого. Только после первого этапа я уже не собирался экономить на том, что отделяет живого инженера от красиво оформленного некролога.

Сам голем тоже получил почти всё, что у меня было. Кристаллы питания, кинетовые узлы, ноэр, стабилизаторы, сенсоры, часть пластин облегчения веса. Я оставил в запасе только несколько накопителей и небольшой набор элементов для ремонта. Остальное ушло в корпус. Барон выдал расходники для второго этапа и я их израсходовал.

В какой-то момент интерфейс ожил.

[Обнаружен управляемый конструкт.]

[Канал управления: внешний посредник.]

[Дополнительный канал: инженерный интерфейс.]

[Синхронизация: допустимая.]

[Функционал инженерного интерфейса повышен: 7,0%.]

– Ещё три, – тихо сказал я.

И сам не понял, чего в этих словах больше: надежды или зависимости.

Запуск занял почти весь оставшийся день. Я проверял команды на минимальной подаче, заставлял голема сгибать руки, переносить вес, делать короткие шаги, останавливаться, разворачиваться. Движение получилось тяжёлым, но куда более уверенным, чем я предполагал. Браслеты работали лучше старого пульта. Задержка была, но не такая чудовищная. А когда я осторожно подключал интерфейс поверх управляющего канала, конструкт становился почти идеальным.

Ближе к вечеру я вывел его на край площадки и заставил пройти по дуге между двумя деревьями. Голем поднял ногу, перенёс вес, обошёл корень, чуть накренился, но удержался. Потом развернулся и вернулся обратно. Я уже собирался зафиксировать результат и начать думать о ночной стоянке, когда в голове прозвучал знакомый голос:

«Эй, двуногий, ты про меня не забыл?»

Я резко обернулся, но на площадке никого не было. Только лес, тени, голем и мои ящики.

«Сильно не приглядывайся, – лениво добавил голос. – Что, думаешь, ты теперь самый глазастый?»

Я почувствовал, как на лице появляется улыбка.

– Барсик.

«А кто ещё? Дух твоего здравого смысла давно умер от истощения.»

Я медленно осмотрел деревья, но так никого и не увидел. Связь была слабой, но устойчивой. Значит, он где-то рядом, достаточно близко, чтобы слышать меня, но довольно далеко, чтобы не попасться на глаза ни мне, ни возможным наблюдателям.

– Ты как здесь оказался?

«Лапами пришёл. Очень сложная технология, двуногим обычно недоступна.»

– Я имею в виду, как ты нашёл меня?

«Шум, запахи, телеги, железяка, твоя привычка вляпываться туда, где громче всего. Не так уж сложно.»

Я усмехнулся и одновременно почувствовал, как отпускает внутреннее напряжение. Питомец был жив и вполне здоров, а ещё продолжал ворчать, значит, всё почти нормально.

– Я слышал, ты тут засветился. На тебя собирались отправить егерей.

«Собирались, отправили, ловушки поставили, сами в них почти не попались. Очень старательные существа. Одного зверя даже поймали.»


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю