Текст книги "Элли в каменном лесу (СИ)"

Автор книги: Евгеньевич Герхард

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 5 страниц)

Герхард Евгеньевич Франц
Элли в каменном лесу

Элли в каменном лесу.

I . Сказки бывают разные

Как и любая интересная сказка начинается со слов «данным-давно, в далеком прекрасном месте...». Но эта история начнется с других слов, потому что мы не знаем, когда она произошла и в каком замечательном месте. И это незнание не сказывается на сказочном и волшебном наполнении. Сказка начнется со знакомства с маленькой героиней, чье милое любопытство станет началом ее приключений. Обычно такое мы переживаем во сне. Мы направляемся туда, куда желаем, следуя за своим любопытством в глубокой тишине. И эта тишина всегда принадлежала нам, состоя из нескольких частей. Первая, как и всегда, принадлежит таинству сна. Чем меньше и спокойней она, тем интереснее истории приходят ночью к нам, сладкие и сказочные тексты Морфея. Другая таится в месте, что окружает нас, что создаем, не задумываясь о ней. И третья, самая важная ее часть, обитает внутри каждого, теплом своим, обливая и согревая. И так трехчастная тишина пришла в ту лунную и волшебную ночь, где-то на окраине леса. Там же недалеко расположилась маленькая деревушка, где только что погасли огни в окнах, и сон тихо прокрадывался в постели обитателей этих домов. Одна маленькая девочка не спала и не желала погрузиться в крепкие объятия Морфея. Нечто необыкновенное произошло в эту ночь.

Это было прекрасное явление.

Каждую ночь, с заходом солнца, мир погружается в тишину, волшебную и загадочную. Сказка рассветает и ужасы пропадают. Загораются звезды, и луна прелестным сиянием открывает завесу тишины. Но на окраине этой деревушки был лес, где она была всегда, и днем, и ночью, и даже в праздники. Вечно неизведанная и всегда таинственная. И лес этот называли каменным. А все потому, что там было много тропинок выложенных камнем, которые со временем меняли свои направления. Также поговаривают, что там жил монстр, при встрече, с которым люди теряли рассудок. Конечно, если оставались живы. Он каждую ночь выходил из леса и смотрел в сторону деревушки. Вглядывался вдаль, в красоту звездного неба, и как только свет в окнах исчезал, монстр возвращался в лес.

Детям той деревни рассказывали страшилки про это место и монстра. Говорили что, лес полон опасных и диких животных, которые как встретят человека, сразу же разрывают в клочья. Молва о монстре была разная, но во многом они пересекались. Его сердце золотое, а руки его вечно холодные. Прикосновение дарует вечность, замороженную в ледяной каменной скульптуре. Многие, кто встречался с ним, становились статуей, и украшают тропинки этого леса, посей день. Также на него ссылаются, как на обладающего свирепыми, сверкающими или лихорадочными глазами, или глазами голубовато-серого цвета. Они обладают таким же леденящим взглядом, пронзающим до пят. Сам он был долговязым и черным, как зимняя ночь, и холодным, как лед. Вот так запугивали взрослые детишек, поэтому они не ступали ногой в каменный лес.

Стояла великолепная теплая ночь, каких много бывает в сказках и крайне мало в реальном мире. Погода была сухая и теплая – очень подходящая для дозревания ржи. Деревья по обеим сторонам лесных тропинок меняли цвет. Высокие деревья обрели желтизну доброго масла, а заросли ровных кустарников, выползающие на тропинки, горели ослепительно красным. Только старые дубы сопротивлялись осени: в их листве зелень и золото мешались поровну. В ту ночь, что была особенной, маленькая девочка решила пойти познакомиться с монстром. Маленькая, но любопытная и смелая девочка.

II . Ровно столько, сколько нужно вечеру

День подошел к концу, настало время вечера, душистого и загадочного. Маленькая девочка была довольна тем, что к вечеру закончила большую часть основных дел. Остались незначительные, но тоже важные дела. Остались вечерние дела. Но их нужно успеть все закончить вовремя. Если делать все как следует, то можно и раньше управиться до прихода мудрой и загадочной Луны. До прихода чудесных минуток вечернего спокойствия, когда можно в свое удовольствие поделать то, что душа пожелает. Например, повязать или почитать любимую книжку.

Маленькая девочка скрестила руки на груди и добрую минутку смотрела в глубину большой комнаты. Белая и строгая печь стояла в самом центре, в ожидании свежих сухих дров и теплого аромата огня. Она сложила недавно найденный хворост и несколько приятных на запах дровишек внутрь печь и заботливо разожгла огонь. Сухая сосенка, ясень и бодрая лиственница. Хорошие наполнения для огня. Вскоре в печи трещало игривое пламя. Она некоторое время смотрела на огонь, потом отвернулась. Мелкие дровишки и хворост должны были прогореть, а для этого нужно было время.

А пока есть чем заняться, но сперва ей захотелось осмотреть недавнюю находку. Ее она нашла несколько дней назад на каменной тропинке перед входом в каменный лес. Маленькая девочка протянула руку в карман к каменной фигурке. Ее пальцы нащупали гладкое и прохладное. Выточенная из куска светлого гордого, но застенчивого камня. Ангельский солдатик в отчётливой кольчуге, с милым личиком, таким славным, не хочешь, а поцелуешь. Одно маленькое крылышко было обломлено, словно потеряно в ожесточенном бою. Бедняжка. Просто потерялся. У него было имя, которое еле видно на груди: "Кта". И под ней еле заметный узор, башня пожираемая языками пламени. Маленькая девочка улыбнулась и положила куколку в карман.

Далее она зажгла спиртовку. Желтое пламя сделало комнату теплой, а свет от лампы смягчил желтизну мягкой нежной лазурью. Она поставила котелок на спиртовку и положила в него нутряное сало. Добавила немного соли. Котелок стоял сверху и языки пламени гордо и нежно обнимали его, при этом в комнате исчезли оголенные дрожащие тени, цепляющиеся за стены. Маленькая девочка улыбнулась. Пока сало томилось, она взяла из приготовленной заранее медной мисочки мускатный орех. Они все были такими редкими, такими незнакомыми и необычными. Полные дальних приключений. Девочка провела пальчиком по шероховатой узорчатой шкурке. Поднесла его к лицу и втянула аромат морских странствий, каретного переезда и пешей прогулки по чистым засеянным полям. Она разлущила его и кончиком любопытного застенчивого языка коснулась удивительного странной зёрнышки. Постояла, застыв, как вкопанная. Потом, вдумчиво и нежно провела гладенькой стороной зернышки по губам. Некоторое время спустя, губки маленькой девочки растянулись в широкой довольной улыбке. Именно то, что надо!

Огонь в печке к тому времени прогорел до золы, исподлобья смотря на нее маленькими красными огоньками. Еще чуть-чуть и можно будет его собирать. А пока она начала лущить остальные орехи один за другим. Толкла их в тяжелой каменной ступке, мелко-мелко, до состояния еле видной пыли. Пересыпала потом ее в глубокую баночку. И так она лущила и толкла. Лущила и толкла. Управившись с мускатным орехом, маленькая девочка смела золу и положила в глиняную чашку, плотно утрамбовав.

Она посмотрела на него, темный и мрачный пепел без огненных глазок. Он был легок, но зависим. Девочка взяла банку с большим горлышком, поставила сито на него. Точь-в-точь. Они были созданы друг для друга. Пересыпав пепел в сито, девочка начала потихоньку заливать чистую прозрачную воду с родника. Вода просочилась сквозь пепел, и засочила несколькими струйками, заполняя банку мутно-красным раствором, как перемешанная глина, кровь и мед. Маленькая девочка подняла банку с зольной жидкостью, после того, как последние капли упали с сита. Раствор был прекрасен. Он был цвета заката. Дымчато-бурого цвета. Изысканный капризный румянец таился в нем. Раствор был достаточно хорош. Достаточно изыскан.

Девочка посмотрела на сало. Настало время снимать его с огня. Растопленное сало аккуратно напросилось, чтобы его помешали. Затем она процедила, так, чтобы не осталось ничего лишнего, кроме острого, горячего жира. Поставила котелок в сторону, остывать. Он был царственный и изысканный. Не зря она два дня настаивала сало в холодной воде, и часто меняла воду, такую чистую и кристальную, как утренняя невинная роса. Далее она пошла за свежей водой, наполнив склянку правильной родниковой водицей.

Подошла к полке с травами и окинула взглядом их. Достала эфирное и оливковое масла и поставила их на стол к остальным ингредиентам. Следом принесла баночки с разными травами. Посмотрела на легкий порошок цветов ромашки. Они точно придадут мылу желто-зеленый цвет, жаль, что с течением времени он побледнеет. Главное ромашка заботливая. Она снимает воспаление и лечит раны. И это было хорошо и прекрасно. Кхм... Молотые листья пачули. Идеальный фиксатор. Идеально закрепляет аромат эфирных масел. И добавит в мыло свой зеленоватый оттенок. А когда будешь им пользоваться, то по любому будет ощущаться легкий запах пачули... Очень приятно!

Маленькая девочка заглянула в стынущий котелок и заметила, что жир начал застывать. Он волшебно обнимал края котелка, образуя тонкий полумесяц. Она улыбнулась. Скоро он наполнится, как и луна, вырастет и окрепнет.

Девочка понимала истинное устройство мира. Она частично познала способ быть маленькой. Постигла многие тайны и секреты. Все тонкие, вкрадчивые пути, которые делают человека мастером в этом искусстве. Самое главное и единственное в этом: не желать ничего для себя. Тогда ты становишься маленькой, и тебе ничего не угрожает и не грозит. Это означало, что ты можешь ходить по миру неприметно. И так появляется много разных путей! Все что в этом мире описывается формулами, обозначениями, надписями, символами, все, что обычно считается истиной, может оказаться обычными фокусами. И все это становится простыми хитроумными способами разговаривать с миром. А если вести себя бережно, если стать неотъемлемой частью вещей, то ты сможешь найти под этим тайную глубину, сокрытую суть вещей. Так познается истинный облик мира. Тихо и мирно наблюдаешь со стороны за всем происходящим, не раскрывая себя. А все прочее отсеется и станет рокотом далёких барабанов. Это один из возможных способов двигаться изящно.

Маленькая девочка пока думала над всем этим, поставила котелок у окна, где медленно, не спеша просыпалась луна. Она, зевая, смотрела сквозь окно сонным, но по-матерински нежным взглядом. Мягкий добрый свет падал наискосок. Стынущее сало образовало тонкое белое кольцо вокруг середины медного котелка. После недолго отдыха, маленькая девочка отнесла его к текучей холодной воде, принесенной из кристального родника. И как проворный кузнечик, оно остыло, образовав плоский белый круг. Она аккуратно отлепила круг сала и слила золотистую воду, что образовалась снизу.

Тепло снова озарило эту комнату, когда она зажгла спиртовку. Желтое пламя вновь нежно обняло дно котелка, приятно целуя его. Маленькая девочка улыбнулась идеальному кругу чистого белого жира. Ей, наверное, хотелось поломать чудесный сильный диск на кусочки, чтобы он побыстрее растаял. Но это было не правильно! Это было бы не культурно. Она положила диск жира в котелок аккуратно и бережно, чтобы он не почувствовал дискомфорта и не обиделся.

Затем – масла. Она вылила их в перетертый мускатный орех. Сладкий и легкий аромат заполнил комнату на фоне острой едкости изящного ореха. Она размешала их, а потом влила влажную густую массу в пресс, который поставила над чашей. Девочка принялась крутить боковую ручку, так что два диска ползли навстречу друг другу. С одного края, где был маленький желобок, наружу попросилась густая маслянистая жидкость. Тонкой струйка потекла на дно банки. Под конец ручка давалась тяжело, туго прокручиваясь. Жидкость медленно капала вниз на дно чаши. Она поднатужилась и прокрутила рукоять еще на пол оборота тяжело, против сопротивления пресса. Маленькая хрупкая девочка скрипела зубами, как будто прокручивала не рукоять, а саму себя выжимала. Еще несколько капель попадали. Затем еще. И еще.

Она больше не могла прокручивать дальше. Вздохнула. Расслабилась. Раскрутила пресс и вычистила мускатную рыхлую посветлевшую массу, которая рассыпалась на дрожащие крошечные кусочки. Маленькая девочка посмотрела в чашу, на янтарную вязкую жидкость. Она была полна сладких тайн и морской пены. Она насыщена загадками. Жидкость была идеальна!

Маленькая девочка подошла обратно к котелку и с превеликой радостью обнаружила, что сало растаяло. От него пахло жаром и костром. Совсем скоро. Уже близко тот самый момент волшебства. Она помешала жир палочкой. Взяла банку закатного зольного раствора и аккуратно, никуда не торопясь влила его в жир. Вся эта загадочная смесь тотчас помутнела, окрасившись легкой розовостью. Маленькая девочка наполнилась радости, заулыбалась и вновь принялась помешивать смесь.

Потом она насыпала некоторое количество порошка цветов ромашки и молотые листья пачули. Смесь приняла зеленоватый оттенок. Она все так же была наполнена тайн и загадок. Следом девочка влила янтарный раствор. Она помешала волшебную смесь, и вокруг все пространство заполнилось дивными легкими ароматами ромашки, пачули и масел.

Девочка сосредоточено помешивала ее, пока варево окончательно не загустело. Все. Готово. Она отнесла его остывать у окна, чтобы оно полюбовалось мягким добрым светом мудрой и величественной луны.

III . Кто правила игры ведет – к тому приходит добрый год

Она глубоко вздохнула и выпустила с воздухом уставшее состояние и запыхавшееся минутки изнуренности. Пошла сполоснула свои руки и лицо. Посмотрела на комнату и принялась собирать свои инструменты, разнося их по своим законным местам. Управившись со всем этим, взяла метелку и начала подметать пол. Она делала это не спеша, убираясь тщательно, чтобы по возможности не было ни одной пылинки. После всю пыль замела в совок и забросила в печь, глубоко-глубоко. Оставив пол, поставила метелку на место. Маленькая девочка осмотрела все как следует. Сейчас, когда все было прибрано, и все находилось на своих местах, она чувствовала себя, как маленькая горошина в своем собственном идеальном стручке, молоденькая и свеженькая.

Далее она вспомнила про уже успевшее остынуть превосходное мыло. Быть полностью уверенной в том, что оно было хорошим, девочка не могла, но предполагать – это уже другое дело. Наклонив котелок и сунув туда руку, она достала гладкую, округлую головку душистого мыла. Безобидным ножичком принялась резать мыльный купол. Девочка порезала разные кусочки и все они непохожие один на другой. Каждый уникальной формы и размеров. Каждый по-своему прекрасен. Нужно еще дать им отдохнуть.

Все они были ровно тем, чем они должны быть. И эта уникальность порадовала маленькую девочку. Время от времени можно побаловать себя чем-то настоящим и приятно живым. Она взяла бережно-бережно маленький кусочек и поднесла к лицу, легонечко дотронувшись любопытным язычком до него. Оно было восхитительное. Маленькая девочка улыбнулась его загадочной таинственности. Мыло было поцелуйным. Загадочное, но сладкое. Милое, нежное, но твердое. Так и просилось на прикосновение.

Девочка взяла кусочки мыла и отнесла их на полку возле печи. Там не так жарко и не так холодно. Там оно могло до конца отдохнуть и "допечься". Один кусочек она положила в карман. Второй отнесла к умывальнику.

Все дела на этот день были закончены. Можно теперь спокойно проведать своих друзей и полюбоваться загадочной и мудрой луной в свое удовольствие, без суматохи и спешных дел. А вдруг чего нового и интересного принесет этот замечательный вечер. Тем более она была вполне уверена, что сегодня глубинный вечер. Вечер находок и откровений. В ее груди бурлило возбуждение.

В две мисочки налила молоко и взяла буханку хлеба. Как только маленькая девочка вышла на улицу, рыже-фиолетовый кот подбежал к ней, и, мурча, начал тереться об ее ноги.

– Шир, – с радостью в душе протянула маленькая девочка, – Ты меня поджидал?

Он отошел в сторону и сел, смотря на нее, улыбаясь по-кошачьи. Шир так элегантно передвигался, что все его перемещения вызывали умиротворение и спокойствие. Мурча, зевнул и медленно подошел к ногам девочки.

– Я тебя поняла, – ставя блюдца с молоком на порог перед входом, она в наказательной форме сказала ему, – Вот это блюдечко для тебя, а вот это постарайся не трогать. Ты умный и мудрый кот. Прекрасно знаешь, как устроен этот мир и правила игры.

Кот довольно выслушал ее слова, кивнул головой и подошел и той мисочке, предназначенной для него. Молоко было свежим и теплым. Прекрасное парное молоко было восхитительным. Сделав несколько глоточков своим маленьким язычком, кот внезапно задумался. Остановился и испод боку посмотрел на маленькую девочку удивленным взглядом, навострив свои уши.

При лунном желтом свете они все лучились теплым медом. Оба были достаточно спокойны, чтобы осознать истину этого мира.

– Шир, чего же ты? Милый мой, любимый, – сказала маленькая девочка, не сводя глаз с кота, – так смотришь на меня, как будто не знаешь всего этого. Или как будто хочешь что-то спросить нежно, напрямую, но не можешь.

Кот подошел к ней, встал на задние лапки, оперевшись в нее передними, и громко мурча, напросился на ручки. Как только мурчащий комочек шерсти оказался на коленках девочки, он усердно начал ластиться свое головкой к ее лицу.

– Ты все прекрасно понимаешь! – убедившись, сказала она, – Есть в этом мире и другие, которым тоже нужно помогать. Поэтому оставляю хлеб с молоком за дверью. Я так помогаю этому миру. Пока маленькая и незаметная, могу чинить то, что треснуло. Выправлять то, что покосилось. Так можно чуточку сделать мир добрее. Хотя и говорят, про каменный лес и его обитателей не так лестно, как хотелось бы или как есть. Там действительно есть что-то интересное!

Кот задумчиво поглядел на девочку, сделав вид, что ничего не слышал, стал ластиться дальше. Он был в том лесу, и не раз. Даже многое видел.

Маленькая девочка посмотрела в глаза коту.

– И все же, – почти никто из каменного леса не возвращался, после ночи проведенной там. И многие в нашей деревне говорят: не ступайте человечьи дети в темноту, где бродят монстры в каменном лесу. А кто духом потемней, каменные статуи любят делать из людей. Но что же защитит тебя от зла? Ясный разум, железо и чистота, и мастерство умельцев тех, кто правила игры блюдет, и хлеб с молоком для них на крыльце кладет.

Кот перестал громко мурчать и улегся на ее колени. Глубоко вздохнул и от нежных ласковых рук маленькой девочки заурчал снова, когда она провела по его шерстке легко и приятно.

– Вот поэтому все дети нашей деревни знают, что ночью нельзя бродить по каменному лесу. Быть там, где нельзя. Вот поэтому мы всегда прибираемся, наводим порядок и чистоту в наших домах. А я знаю, что мир совсем другой, не такой как его описывают. Когда ничего не хочешь и не просишь для себя, тогда ты становишься маленькой, тогда открываются тщательно скрываемые тайны. И прекрасно знаю, что зла в каменном лесу нет, ибо оно появляется там, куда его приносят сами люди.

Они посмотрели в бескрайнее небо, где бледным серебристым светом сияли звезды, слишком слабым, чтобы что-то освещать. Лунный свет был величественным и благосклонным. Благодаря ему образовались очертания того, что было вокруг. Даже больше и щедрее. Стояла прекрасная погода, теплая тишина безветренной ночи. И она была бездонна и безбрежна, словно конец золотой осени, и неподъемной, как одинокий и излюбленный рекой валун. То было терпеливая покорность крепкого сна ветра в нежных объятиях каменного леса.

Кот внезапно навострил уши, поднял голову и посмотрел в сторону амбара. В один миг он спрыгнул с ее колен и навострился на охоту. Где-то вдалеке зашуршали мелкие грызуны, мышки начали что-то обсуждать и кот решился наведаться к ним. Но перед этим он встал на задние лапы, повернул голову на левый бок и изумлённым взглядом посмотрел на маленькую девочку.

– Знаешь, если верить сказкам, то где-то есть магия! – сказал Шир и после этого совершил акробатический этюд, от которого девочка еще сильно удивилась.

Кот перепрыгнул через себя, приземлившись на мягкие пушистые лапки, легко и непринужденно, словно пушинка опустилась на землю. Легкое воздушное перышко. Он слился с травой, полностью прилег, и быстро перебирая лапками, исчез тихо и незаметно.

Маленькая девочка втянула в себя воздух. Удивилась. Усмехнулась. Выдохнула. Имя маленькой девочки сладко таилось в груди. Ее удивительная улыбка сияла ярче тонкого месяца.

Это был волшебный и прекрасный вечер.

IV. Последствия слепого взгляда

Удивления было так много, что маленькая девочка не заметила, как ее окружила царственная идеальная тишина. Она зависла в воздухе. Только беспокойное дыхание и еле слышный храп ветра тревожили тишину, словно теплое освежающее осенне дуновение. Волшебство вторглось в сегодняшний вечер, принеся за собой несколько приятных загадок.

Несколько долгих минут маленькая девочка тщетно напрягала свое богатое воображение. Топом остановилась на мысли, что это все ей причудилось от усталости. Шир просто своей непредсказуемой выходкой попытался сбить ее верного пути. Смущая все сущее весом причудливых моментов, весом своих хитроумных кошачьих желаний. Ну и пусть. Причудилось, так причудилось. Отступила назад, посмотрела кругом и вздохнула глубокой грудью. Не надо забывать, что сегодня волшебный вечер.

Она собралась в путь, в загадочный каменный лес. Тропинка одна была выложена из камня разного света, то красного, то желтого. Остальные тропинки были проселочными и не такими заманчивыми. Можно подумать, что все так и было задумано. Каменная тропинка заманивала людей в ночной и страшный лес, в объятия монстра, живущего там.

Теплый осенний вечерок радовал маленькую девочку. Она шла, изредка шурша опавшими листьями, отвлекаясь на все, и, если видела что-нибудь интересное, – сразу весело бежала туда. Ленивый вечерок, зевая, шевелил листьями в кронах деревьях. Она подходила к каменному лесу, радостно и весело подпрыгивая, пока чуть не сбила какого-то человека

Незнакомец аккуратно поднял маленькую испугавшуюся девочку. Увидев ее невредимой, он расслабился, и улыбнулся идеально белоснежными зубами. Его голубовато-серые глаза, с золотым ободком вокруг зрачка, сверкнули и заглянули прямо в душу маленькой девочки.

– Монстр? – удивленно с долей страха и скованности, прокричала она.

Тревога затаилась в ее сердце. Можно сказать, что это было лицо кошмара. Словно холодный кинжал вонзается сквозь отупение, в которое завернулась маленькая девочка, будто в толстое одеяло. Что-то схватило ее грудь и сжало изнутри. Страх был седой и вязкий.

– Улыбнись, – монстр обратился к маленькой девочке.

– А ты хочешь увидеть улыбку? Или мою искренность? – спросила она.

– Смотря, что ты хочешь увидеть.

Она улыбнулась, слегка стесняясь, сквозь увядающую скованность, но искренне, настолько, сколько любопытство, и страх, и слеза сковали ее сердце.

– Не бойся меня, я лишь тьма, в которой столько хорошего, сколько и плохого. Обычно, что человек желает, то и видит это.

– А я не боюсь! Я просто маленькая и не такая смелая, как взрослые! – похрабрела она.

Хоть монстр выглядел страшным на первый взгляд, но приглядевшись, можно разглядеть его милую неряшливость в движениях и безобидную доброту. Некоторые действия руками сопровождались с таким звуком, какой издает трескающееся дерево под тяжестью зимнего льда. Он встал на колени, не приближаясь к маленькой девочке. Теперь его лицо было на одном уровне с ней.

– Это хорошо, – порадовался за нее монстр, и наклонился к ней поближе, – Можно попросить тебя об одолжении?

– Можно, – страх и скованность испарились из ее фраз.

– Никогда не взрослей и не забывай свои мечты. А самое главное, не выходи из сказки.

– Но...?

– Да... Это "но" здесь не уместно. А ты как далеко в этом мире была?

Легкая пауза повисла в воздухе.

– У тебя есть имя? – девочка обратилась к монстру.

– Есть, но я его не помню. Его так давно не произносили вслух, что оно просто испарилось. Исчезло без следа.

– А такое бывает? – удивленно и смущенно произнесла вопрос она.

– Бывает, – тяжело ответил монстр, – Просто оно стирается из памяти сердец, когда тебя покидают близкие люди. А потом, имя уходит из твоего сердца, но не навсегда. Вот если бы кто-нибудь напомнил мне его, я вспомнил бы и озвучил его тебе. А у тебя есть имя?

– Элли, – неуверенно протянула девочка, – но ко мне так мама обращается каждый день. Поэтому я его не забуду, как ты.

Она игриво заулыбалась. Монстр уважительно кивнул.

– Кхм... Прекрасное имя! А ты знаешь, что оно в себе хранит?

– Хранит?

На ней была коричневая жилетка, а под – простое темно-зеленое воздушное платье. Монстр трепетно относился к именам, они для него значили очень много. Он посмотрел на нее и заглянул вглубь маленькой девочки пустыми глазами.

– Да! Именно, хранит. Не удивлюсь, что это твое любимое одеяние...

Она быстро закивала головой, захватываемая любопытством.

– Имя твое, Элли, является символом надежды. Оно дарует многие навыки, но если ты приняла его и не конфликтуешь с ним. И если это так, то ты всегда знаешь, что нужно делать в нужный час. Твои родители, видать, тщательно подобрали имя для тебя. Люди, носящие это имя, пользуются заслуженным авторитетом даже в юном возрасте. Дитя Меркурия, – обратился монстр к ней.

Он поднял взгляд к звёздам, мерцающим на черном покрывале небесного свода. Монстр знал многие имена. Истории многих, с кем он был знаком лично или косвенно. Знал давно, как свои собственные пять пальцев. И даже где сейчас находился Меркурий, чтобы показать его девочки.

– Здорово, и теперь я могу всегда обратиться к Меркурию? – получив положительный кивок, она помахала ему ручкой, – Здравствуй, милый Меркурий. Будем знакомы. Ты можешь ко мне тоже обращаться. А что еще ты знаешь про мое имя?

– Наверное, ничего. Все зависит от тебя и обстоятельств жизни, – нежно улыбнулся монстр, – Со временем, эта авторитетность обретёт четкую направленность под влиянием обстоятельств жизни. Вот чем ты увлечешься, каким родом деятельности, то это станет моментом больших возможностей для носителя имени Элли, и на этого человека всегда можно будет положиться. Но не надо забывать, какой ценой это расположение будет стоить. Иногда на сохранение этого статуса уходят все физические и нравственные силы.

Девочка смотрела слепым взглядом в темноту слов монстра, давая отдых усталому слуху. Он понял, что она утомилась от этой нудной и скучной истории. Она ждала веселых приключений, что мог поведать монстр, вынимая живые истории из имени Элли. Но нет, монстр поддался ее авторитетности, что она пока не усвоила. Он набрал полную грудь лунного воздуха и беспокойно огляделся, словно услышал что-то незнакомое.

– А ты была в далеких краях или в интересных местах?

Она схватила его за руку и повела. А точнее побежала, ведя монстра на небольшой холмик, с которого открывается прекрасный вид на маленькую деревню.

– Тссс, – указала пальчиком ему, и монстр послушался, – Вон видишь то поле?

Монстр кивнул, едва производя шум.

– Вот тот домик, вдалеке? – она указывала куда-то вдаль, дом, где труба была наклонена на одну сторону, – Это мой домик.

Монстр долго вглядывался, но так и не понял где этот дом.

– Вот это почти все места, где я побывала. От края того поля, до домика, где я живу, – улыбаясь говорила она, – А еще, папа меня на ярмарку берет с собой, но я правда там ничего не вижу.

– Кхм... А ты любопытная девочка. Ты же знаешь, что твой мир не ограничивается какими-либо рамками?

– Наверное... – неуверенно и робко сказала она.

– А ты знаешь, что люди все цены для нас. Они часть огромного и разнообразного мира. Не ограничивай свой кругозор, потому что не знаешь, где тебе дадут нужную соломинку, которую сможешь положить в нужный момент. Этот мир настолько большой и волшебный, он больше даже этого леса. Поверь мне, раньше я был в других местах, которых больше нет. Только запоминай эти соломинки и не забывай. Во всем нужно уметь видеть структуру и распределять на свои места.

С сердцем, радостно кувыркающимся у нее в груди, девочка снова взяла монстра за руку, улыбнувшись, куда-то повела вприпрыжку. Она была едва на полпути, как вдруг до нее долетел отзвук мелодии. Девочка застыла, словно холодный медный камень. Звук, который мог бы быть звоном одиноких ветвей, пением птицы остановил ее.

– Нам туда, – направила она монстра.

– Я знаю, ту часть леса и там ничего нет...

– Пошли, я покажу, что там есть...

– А ты знаешь, что сегодня день находок? – девочка обратилась к монстру, – Сегодня глубинный день. Светлый день.

– Хм... А ты мне поведаешь в эти находки? Или мне придется разгадывать их?

– Не переживай. Я все покажу.

Она мило улыбнулась. В ее груди бурлило возбуждение, и тайна игриво существовала там. И наконец, услышав шум воды, они остановились у куста. Лунного света было ровно столько, чтобы разглядеть бледный силуэт двух животных, что пришли ночью на водопой к ручью.

– Тсс... Не спугни их. Нужно аккуратно, без резких движений подойти к ним, – шепотом проговорила она.

Монстр кивнул в ответ и повторял все движения, что она делала. Так же медленно продвигался за ней. Когда они близко пробрались к ручейку, то смогли увидеть четкие очертания двух оленей. Девочка мягко и нежно порхнула к ним, а они в свою очередь приятно обрадовались ее появлению.

– Знакомьтесь. Это монстр каменного леса, – обратилась она к оленям, поглаживая их по головам, – Не бойтесь, он не такой страшный, как описывают в страшилках. Хоть и каменный лес – место, где столько деревьев, сколько вы в жизни не видели. Место, полное тайн, мистики и магии. Зато в нем есть те, кто тебя понимают и никогда не предадут, и примут таким, какие мы есть.

Монстр нехотя с опаской подошел к ним. Положил свою дрожащую руку на голову одного из оленей, проведя нежно по шерсти. Он вспомнил историю их. Прикосновение открыло и поведало о тяжелой жизни этих двух зверьков, которые гордо и смело прошли сквозь века, помогая друг другу. Они его тоже вспомнили, но обиды на монстра каменного леса уже не держали. Второй олень подошел рьяно к нему, напрашиваясь на ласку. В их глазах таилась любовь друг друга, любовь к лесу, к саду, что посадил и вырастил монстр. Он только сейчас понял, что примирение леса и его стало милым домом и прекрасной защитой от страшных людей не только для них самих, но и для жителей леса.

– Я и не знал, что в лесу есть кто-то, – улыбаясь, сказал монстр.

– Давно с ними знакома, частенько с ними встречаемся здесь и играем вместе. Но я никогда не рассказывала о них в деревне. Боюсь, что меня неправильно поймут. Боюсь, что их неправильно воспримут.