Текст книги "Интерн Василиса (СИ)"

Автор книги: Эвелина Волконская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 12 страниц)

Глава 11. Абонент не абонент

Глава 11. Абонент не абонент

– И долго ты тут будешь торчать? Вставай, пошли домой, отморозишь себе всё! – Открыв балконную дверь, проворчал в проём Антон.

– Оставь меня тут, – отмахнулась Василиса от навязчивого домового и затянулась сигаретой. – Передай моим близким, что я умерла героической смертью, защищая славную Русь от набегов нечисти…

– А не замерзла насмерть на общедомовом балконе? – Угрюмо вторил ей домовой, выходя из теплого подъезда к девушке.

– Какая уже разница? – Василиса выпустила дым в сторону Антона. Тот махнул рукой, развеевая его.

– Послушай, Вась… Нельзя вечно горевать по поводу утраченного дара, – прокряхтел Антон, усаживаясь рядом на бетон.

Как только он сел, девушка больно толкнула его в бок.

– Ай, что ты делаешь?! Больно же.

– Не больнее, чем мне!

– Мы же уже это обсуждали! Пять лет – не такой большой срок. Тем более, инициированные Потомки, живут намного дольше обычных людей.

Василиса с ненавистью затушила сигарету об пол. Рядом валялось с десяток таких же придавленных окурков.

– Тебе нужно чем-то заняться, – продолжал Антон, вытаскивая из её пачки сигарету. – Подкуришь?

– Чем же? – хмыкнув, девушка чиркнула зажигалкой.

Антон стал перечислять все занятия, которые в голову приходили:

– Рисование, пение, танцы, спорт, компьютерные игры…

– Ага, и на всё это нужны деньги, а мы – бедны как церковные мыши, – проворчала Василиса, потирая ладони друг о друга.

– Дай сюда, Снегурочка!

Антон зажал сигарету в зубах, и двумя руками взял ладони Василисы в свои. Стало теплее. Но девушка была упряма, и быстро выдернула руки из ладоней домового.

– Ты такая капризная, просто невозможно! – Антон бросил недокуренную сигарету под ноги и растоптал ее ботинком сорок пятого размера.

Василиса скрестила руки на груди и надулась.

– Знаешь, что? Мне надоело с тобой нянчиться! Ты уже три месяца только спишь, куришь и рыдаешь, жалея себя такую несчастную! – Вскипел Антон. – За котами ухаживаю я. За домом слежу я. Продукты приношу домой я. Готовлю, в конце концов тоже только я. Может, хватит? Я домовой, а не домработница!

– И что ты мне сделаешь?

– Уйду из дома! Посмотрим, как ты без меня справишься.

– Это нелегально для домовых, я пожалуюсь в вашу инспекцию.

– Ага, конечно, – злобно ухмыльнулся Антон, – только как ты её без дара найдешь?

– Да как ты смеешь? – закричав, Василиса подскочила с места и гневно уставилась на домового снизу вверх.

Макушкой она едва доставала его плеча, и рядом с Антоном выглядела как рассерженный йорк. Домовой лишь поднял брови и хмыкнул.

– Приведи себя в порядок и найди уже работу, – посоветовал Антон. – От аванса от твоего Великого Праотца, – упоминая его, домовой скривил лицо, – уже почти ничего не осталось.

Вздохнув, Антон осуждающе оглядел Василису и ушел в квартиру. Девушка больно закусила губу – домовой прав. Она жалка в своих страданиях.

То, что прошло три месяца, Василиса услышала впервые от Антона. А это сильно дольше, чем она жила с пробудившимся даром. Сколько ей удалось им попользоваться? Две недели? И до этого как-то жила, неужели после жить не сможет. Раз три месяца пролетели незаметно, быть может и пять лет промелькнут также?

Девушка поежилась. Осеннее пальто уже не согревало. У двери в подъезд, Василиса оглянулась, задумчиво покрутила в руках пустую пачку и вернулась, чтобы собрать окурки.

Дома Василиса упала на кровать и достала откуда-то из подушек почти разряженный телефон. Она просмотрела входящие. Ни одного звонка, ни единой смс от Лёвы. Первое время девушка пыталась связаться с карликом, а потом забила. Похоже, тот решил не общаться с преступницей. Да и какой от нее теперь прок, без дара.

В Василисе проснулся дипломированный психолог, и она полезла в интернет за тестом Бека. По его результатам – конечно же депрессия. С таким к психотерапевту бы пойти, но денег нет. Может, если реально найти работу – само пройдет, – занялась самообманом Василиса.

В заблокированном экране девушка увидела свое отражение и ужаснулась: спутанные грязные волосы, синяки под глазами, опухшее от слез лицо. От такого зрелища Василиса уже приготовилась рыдать, но её плечо боднул подошедший Маршалл. Девушка улыбнулась коту и заграбастала его. Тот громко затарахтел, успокаивая хозяйку. Стало чуточку легче.

Так она и задремала в обнимку с котом, а когда проснулась поздно вечером, несколько раз позвала Антона, но он всё не откликался. Пришлось встать.

Побродив по квартире в сопровождение котов и не найдя домового, Василиса задумалась – а не выполнил ли тот свою угрозу? Но куда он может пойти на ночь глядя? Тут девушка поняла, что совсем ничего не знает про жизнь домовых. Только несколько историй от Егора-Веснушкина, но те были будто из прошлой жизни.

Василиса приняла стратегическое решение привести себя в порядок и пошла в душ. После душа перекусила молочным супом, приготовленным, по всей видимости, Антоном. Суп напомнил девушке детство – когда-то мама ей варила похожий на завтрак…

Впервые девушка задумалась, что домовой реально о ней заботился всё это время, а она даже ни разу его не поблагодарила, и слова доброго после суда ему не сказала. Слезы сами собой потекли, но повернувшийся в двери ключ отрезвил. Василиса была не только упряма, но и горда. И не хотела показывать домовому, что она переживала.

– Это кто? – резко спросил появившийся за столом Антон.

Василиса в ужасе подпрыгнула.

– Ты всё это время был тут? – зашептала Василиса.

– Не всё время, – Антон помотал головой. А потом добавил, умыльнувшись – Но бельё после душа ты натянула зачетное.

– Кто дверь открывает тогда? – напуганная Василиса словно не услышала скабрезный комментарий.

– Малышка, ты где? – насвистывал знакомый мужской голос из коридора.

В кухонном проёме появился румяный Ник с сумкой.

– Сюююрприз! – весело прокричал парень и осекся, тут же помрачнев. – А это что за хмырь у тебя?

Только появления бывшего здесь не хватало. Конечно, квартира его, но зачем он сюда припёрся из Америки? Еще и без предупреждения.

– Эм, привет Ник. Знакомься, это Антон. – Натянуто улыбнувшись, девушка представила домового хозяину квартиры.

Антон не предпринял ни попытки встать, ни протянуть руку парню. Он лишь откинулся на спинке стула и с вызовом смотрел на внезапного гостя. Ник помрачнел и с грохотом бросил сумку на пол.

– Какого он тут делает?

– Тебя спросить забыл, – процедил Антон и сжал кулаки.

Ник попеременно смотрел то на Василису, то на Антона, раздувая ноздри.

– Ты кого сюда привела, проститутка? – Ник двинулся вперед на ребят.

– Заткни свой грязный рот, не смей так говорить про мою девушку! – рыкнул Антон, приобняв Васю за плечи.

Василиса поперхнулась от поступка Антона. Для чего он разжигает конфликт, называет её своей девушкой?! Она поспешно стряхнула руки домового со своих плеч и промямлила:

– Ник, ты всё не так понял…

– Не хочешь мне объяснить, что этот кучерявый ублюдок здесь забыл? – перебил её Ник.

– Мы живем здесь вместе, а вот ты тут херли делаешь? – ответил за Васю Антон и встал со стула, напряжено сжимая челюсти.

Меньше всего Василисе хотелось, чтобы бывший дрался с домовым.

– Ребята, хватит! Антон, это Николай – он владелец этой квартиры и мой бывший. Ник – это Антон и он… кхм… временно живет здесь.

Парни синхронно возмутились:

– Бывший? – воскликнул Ник.

– Временно? – Антон оглянулся на Василису.

Василиса смотрела на ребят в ступоре и не знала, что ещё сказать. Чувствовала себя пойманной на измене. Однако она не обязана была ни одному: Ник – в прошлом, Антон. Что Антон? Ну он домовой, не парень. Девушка поёжилась. Встречаться с… домовым? Как-то противоестественно.

Антон будто прочёл мысли Васи на её лице, громко выдохнул и обиженно выдал:

– Короче, Василиса. С меня этого хватит. Сыт по горло. Теперь она – твоя проблема, – Антон выразительно глянул на Ника. – Удачи вам обоим.

И как был, в домашних шортах, Антон ушёл из квартиры, громко хлопнув дверью.

Василиса осталась наедине с Ником. После ухода домового тот быстро остыл, принялся извиняться за свою вспыльчивость. Правда то, что он – бывший, Николай принимать не хотел. Он уверял, что эта жизнь на расстояние – временная мера, и они просто отдыхали друг от друга, поставив отношения на паузу. Их ежедневные ссоры до его отъезда в Америку, он будто забыл. Уставшая Василиса не стала перечить, просто ушла в спальню и вырубилась в окружение котов.

Проснувшись утром, девушка долго смотрела в потолок, тревожась. Вчерашнее казалось дурным сном. Сейчас с кухни раздастся грохот – это неуклюжий Антон готовит завтрак. Стоит лишь подождать. Но ни шума, ни запаха гари девушка не дождалась. А когда в комнату зашёл Ник с вычурно огромным букетом красных роз, Василиса поняла, что вчера всё было взаправду.

Всю неделю Антон не появлялся в квартире, а Ник старательно обхаживал Василису, водя её по роскошным столичным ресторанам, одаривая цветами и дорогущими презентами.

Парень не признавался, почему вернулся в Москву и как долго тут пробудет. Но за неделю они почти не поругались, и ближе к воскресенью девушка даже задумалась – может оно и к лучшему. Богатая спокойная жизнь без нечисти. Интересно, в Америке тоже есть Праотцы или нечто подобное? Будут ли её беспокоить заграничная нежить, когда дар вернется?

Василиса покрутила на руке браслет. Он уже почти не ощущался, но снять его по-прежнему было невозможно.

– Малышка, доброе утро! – в комнате зашёл Ник, пряча за спиной руку.

Он сел на кровать рядом с Василисой.

– Как спалось? – парень приблизил лицо к девушке и вытянул губы в попытке её поцеловать.

Васе вдруг стало противно от запаха Ника. Она вывернулась и села на кровати.

– В чем блин дело? – Вспылил Николай. – Всю неделю я за тобой ухаживаю, а ты мало того, что к себе в кровать не пускаешь, так и от поцелуев морду ворочаешь? Что, с тем кучерявым олухом лучше сосалось?

Парень поднялся с кровати и кинул в Василису красную коробку.

– Ты совсем идиот? Что ты делаешь? Больно же! – воскликнула девушка, потирая ударенное плечо, и замолчала, уставившись на Ника.

Только перед собой она видела не истеричного бывшего. Василиса смотрела на Антона, севшего рядом с ней на балкон, и которого она пихнула в бок из-за его колкости.

– А нечего было изменять мне! – Отрезал Ник, выдергивая Василису из наваждения.

Василиса помотала головой и вновь увидела бывшего на пороге комнаты. Тот, нахмурившись, смотрел на магический браслет.

– Снимай побрякушку хмыря. В коробке нормальное украшение, а не бижутерия из перехода.

Василиса дотронулась до браслета на руке. В голове снова вспыхнуло воспоминание. Теперь она была в палате, перед магическим зеркалом. Только что озвучили приговор. Рядом Антон, обнимающий за плечи, что-то бормотавший в попытке успокоить рыдания… Девушка словно сама очутилась перед дымкой своих воспоминаний, как некогда было в голове у Маши. Замелькали кадры как Антон кормил её, старался веселить, играл с котами, приносил домой вкусняшки и включал добрые фильмы. Как он вытирал ей слезы и рассказывал чуднЫе истории. За своей депрессией и жалостью к себе, она совсем не заметила, как долго и сильно о ней заботился Антон. Сравнимо ли это с ухаживаниями вспыльчивого Ника? Так ли решают деньги?

– Снимай, говорю, – схватил бывший Васю за руку, вырывая вновь её из воспоминаний.

– Больно! Успокойся! – закричала девушка, отпихивая Ника.

– Я зачем потратил бешеную кучу бабок? Чтобы ты носила безделушки того урода?

– Антон – не урод! – закричала Василиса, баюкая руку. – И он получше некоторых ко мне относился!

– Ну вот и катись к своему бездомному! Вали из моего дома, мразь! – Выплюнул Ник и хлопнул дверью.

Василиса оторопело смотрела на магический браслет. Как бы ни хотел бывший, снять она его не сможет. И повлиять на его настроение – теперь тоже.

А что она в действительно может? – задумалась девушка. Она открыла банковский счет и тяжело вздохнула. Терпеть и дальше выходки Ника ради крова. Или уйти в никуда – на самообеспечение. И почему она не слушала домового и не искала работу. Слишком Василиса привыкла полагаться на кого-то другого.

Из размышлений ее вытянул крик с кухни. Девушка выскочила из комнаты и увидела как Ник лупит кошку, пытаясь её согнать с кухонного стола. Беляшик, которую в жизни никто не бил, в шоке пятилась от парня.

– Прекрати! Ты что делаешь? – заорала Василиса, забирая кошку со стола.

– Твои животные совсем оборзели, – гневно выплюнул Ник, пиная зазевавшегося Маршалла.

Василиса в ужасе смотрела на бывшего. Опять на ум невольно приходило сравнение с домовым, которой трепетно относился с её питомцам.

Девушка забрала котов в комнату и принялась искать более или менее доступное жилье. Найдя душевую комнату в ближайшем Подмосковье, Вася побросала вещи в сумку, усадила в переноски котов, вызвала такси и уехала в свободную жизнь.

Когда болтливый таксист, пытавший Василису на предмет разведения её больших, наверняка дорогущих, породистых котов, наконец остановился у потрепанной хрущевки, девушка выдохнула.

У подъезда стояла брюнетка, нетерпеливо переступающая с ноги на ногу.

– Василиса? – та уточнила, жуя жвачку.

Помогать поднимать вещи хозяйка квартиры не стала. Перекинув спортивную сумку через плечо, Василиса подхватила тяжеленные переноски с котами и, пыхтя, поднялась следом за брюнеткой. Квартира была на пятом этаже и, конечно же, лифта в доме не имелось.

Внутри жилья запах стоял специфичный, пахло какими-то травами и супом. Хозяйка проводила через проходную гостиную в дальнуюю комнату, подписала договор с Василисой и удалилась.

Девушка огляделась. Да, интерьер типично бабушковый. Заклеенные бумагой деревянные окна, люстра с висюльками, шкаф с облупившимся лаком и криво висящими на петлях дверцами.

Конечно, другого за такую стоимость ожидать не следовало, но видок у жилища был угнетающий. Осталось надеяться, что соседи не совсем уж маргиналы.

Коты испуганно обнюхивали дряхлый линолеум. Беляш потрогала лапой отклеивающийся кусок обоев и растерянно взглянула на Василису. Маршал забрался под панцирную кровать с видавшим виды матрасом и принялся чихать.

Девушка чувствовала себя не только максимально несчастной, но и виноватой перед детьми. Пушистые ничем не заслужили такой жизни. Заплакав, Василиса в очередной раз пожалела, что решила помочь оборотню. В голове у себя она теперь называла его иначе, как собакой сутулой. И ведь домовой предупреждал…

Василиса вспомнила про Антона и начала волноваться, что если вдруг домовой вернется, то не обнаружит её. Нужно как-то его найти и предупредить. И вообще тоскливо без Антона – настолько девушка привыкла к нему.

На звонки и смс тот не отвечал: абонент не абонент, ваш звонок неважен для нас. Куда мог пойти обиженный домовой, Василиса знать не могла. Может, кто из клиники бы подсказал? Девушка набрала в очередной раз Лёву, но тот тоже трубку не брал.

Потупив в телефон, Василиса решила на этот раз действовать иначе. Примерно она помнила адрес карлика, может на месте сможет сориентироваться.

Девушка поехала на Фрунзенскую. Приложив максимум усилий, она умудрилась отыскать нужный дом. Поболтавшись рядом с ним и взывая к воспоминания, Вася наконец смогла найти тот самый подъезд. Номер квартиры почему-то отложился в памяти четко, и девушка поднялась на нужный этаж.

Дверь открыли не сразу, и на пороге стоял не карлик, а вполне себе высокий мужчина в деловом костюме.

– Зая, кто там? – донеслось капризное откуда-то из глубин квартиры.

– Вы к кому? – Поинтересовался мужчина.

– Эм, а Лёва дома? – Стушевалась Василиса.

Она вообще не ожидала, что дверь откроется. А то что за ней будет стоять не знакомый полурослик, а какой-то мужик – к этому Василиса вообще не была готова. Может, это его родственники? В конце концов, то что Лёва – карлик, еще не означает, что родные у него тоже низкие.

– Девушка, какой ещё Лёва? Здесь таких нет и не было никогда, – нетерпеливо ответил ей мужчина.

Ну и дела. Неужели квартиру перепутала? Девушка заглянула за спину мужчины. Нет, интерьер точно Лёвин. И тот самый запах дорогой, отельный, тоже ощущается.

Не дождавшись ответа, мужик захлопнул дверь. Василиса осталась стоять перед ней в недоумении. И что теперь делать? Через кого искать Антона?

Василиса вышла из подъезда и села в раздумьях. Единственная связь с магическим миром – клиника, но Василисе было стыдно ехать. Не хотелось встречать Ингвара Рюриковича, которого она подвела. Да и перед Забавой неловко. Интересно, родила ли она уже? И кто теперь вместо неё работает с нечистью, у которой кукуха поехала…

Ноги сами отнесли Василису в метро, и она не успела понять, как оказалась перед зданием клиники. Потоптавшись на пороге в нерешительности, девушка нервно сглотнула и потянула на себя дверь. Сейчас или никогда.

В коридоре было темно. Коморка с дремучим дедом-охранником пустовала. Очень странно, учитывая, что клиника как раз под вечер должна была начинать свою работу. Пройдя дальше по коридору, девушка заметила полуразобранную кладку на месте стены. На грязном полу валялись засохшие листья. Освещение отсутствовало совсем, было тихо и пахло крысами, которые шуршали где-то под рассохшейся древесиной на полу.

Василиса зашла в кабинет Забавы – пусто, только ветер гуляет. Девушка с нарастающей тревогой принялась заглядывать в другие кабинеты. Везде одна и та же картина: запустение и разруха. Неужели клиника переехала? Но как за три месяца здание успело почти разрушиться?

Василиса в тоске села на крыльцо клиники и закурила, понурив голову.

– Девушка, вообще-то здесь курить нельзя, – раздалось над Василисой. Она подняла взгляд и увидела перед собой Маришку, напарницу Лёвы.

Василиса улыбнулась, потушив сигарету.

– Извините, не знала. Не подскажете, где Лёва и что случилось с клиникой?

– Какой клиникой? – выгнула бровь Маришка, осматривая Василису.

Похоже она не узнавала девушку. Но это и немудренно, они почти не сталкивались в работе.

– Для нечисти, – неуверенно пробормотала Вася.

– Какой ещё такой нечисти? – расхохоталась ей в лицо Маришка, вертя в руках ключи. – Шла бы ты отсюда, наркоманка!

Глава 12. Башня

Глава 12. Башня

Закрывшись ладонью от ледяного ветра, Василиса безуспешно чиркала зажигалкой. Сигарета никак не хотела поджигаться.

– Да чтоб тебя! – прорычав, девушка со всей силы швырнула бесполезную покупку в кучу грязного снега.

Третью неделю она работала администратором в детском лагере днем, а вечером караулила бывших коллег в сквере через дорогу от клиники. Чаще всего видела Маришку, но подходить не рисковала. С первого раза стало понятно, что-либо стервозная секретарша Ингвара Рюриковича её не узнает или делает вид, что не узнает, либо ей запрещено общаться с осужденной, либо всё вместе.

Несколько раз она видела Лёву, но тот всегда приезжал на такси, выцепить его до работы было невозможно. На звонки и сообщения он по-прежнему не отвечал.

Зато кто не скупился на входящие – так это Ник. Бывший забрасывал сообщениями ежедневно, то умоляя вернуться домой, то проклиная на чём свет стоит. Приправлял смс Николай вечерними звонками, устав сбрасывать которые, Василиса заблокировала настырного бывшего.

Вспомнив Ника, девушка чертыхнулась и случайно сломала сигарету, которую вертела в руке. Ну что ж, всё равно та была бесполезна без выкинутой сломанной зажигалки.

Выбросив сигарету, Василиса потерла ладони друг о друга, пытаясь их согреть. В воспоминаниях ожил Антон, взявший её руки в свои на том злосчастном балконе. Вася будто зациклилась на домовом. Ей до скрежета зубов, впившихся в ладонь ногтей и леденящего душу воя хотелось вновь увидеть Антона. Было безумно стыдно за последнюю сцену, когда домовой ушел в никуда, прям так, в чём был. И зачем она тогда сказала, что Антон временно живёт с ней, зачем скинула его руку с плеча?! Вот бы вернуться в тот момент и отстоять своего… да, своего домового!

Из отчаянных воспоминаний девушку выдернули прошедшие мимо неё Виталики.

–Виталик…и, – подорвалась со скамейки девушка, – иии… Витя! –выудив из памяти второе имя, исправилась Вася. – Добрый вечер! Подождите!

Мужчины одновременно обернулись. Охранники клиники, хоть и не были братьями, выглядели удивительно похожими, всегда ходили вместе и даже двигались почти синхронно. Неудивительно, что сотрудники клиники окрестили их одним именем.

Девушка торопливо подошла ближе. Она молча смотрела попеременно на обоих Виталиков, но все вопросы почему-то застряли в горле, и ничего членораздельного Вася дальше не могла выдавить, лишь глупо улыбалась.

–Девушка, вы обознались, – отрезал один из охранников, кажется, сам Виталий. Мужчины развернулись и зашагали в сторону перехода.

Василису будто молнией ударило. Ей вдруг показалось, что это единственный и самый последний её шанс связаться с магическим миром. Девушка побежала следом и зачастила:

– Я понимаю, что вам, наверное, нельзя со мной общаться. И что я могу вам показаться сумасшедшей, и, возможно, вы вообще меня не помните. Но пожалуйста, мне очень нужна ваша помощь! Я одна из вас. Я Потомок! Меня знает Ингвар Рюрикович, он меня на работу устроил. Просто… я оступилась…

Виталики остановились на светофоре, по-прежнему не отвечая.

– Пожалуйста! – взмолила Вася, заглядывая охранникам в лица. – Можете мне ответить на один вопрос, прошу вас. Как мне найти домового, который ушел из дома? Может, у них какая резиденция или приют есть?

Витя жалостливо взглянул на девушку и что-то шепнул собрату. Тот непоколебимо ответил, что «не положено». Светофор сменился на зеленый, и Виталики зашагали через зебру. Василиса осталась на месте, вытирая слезы. Шанс упущен.

Тут Витя обернулся и крикнул ей через дорогу: водонапорная башня! Он хотел добавить что-то еще, но Виталик ткнул его в бок и потащил в сторону клиники.

Василиса шмыгнула носом и вытерла глаза салфеткой. Водонапорная башня? И сколько их по Москве и Подмосковью разбросано?

Греясь в ближайшем KFC за стаканом кофе, девушка гуглила заброшенные водонапорные башни. Всего их по столице было разбросано больше десятка, но в ближайших окрестностях оказалась одна. Вася решила начать с этой, и несмотря на то, что сильно стемнело, направилась в ее сторону.

Башня располагалась недалеко от железнодорожных путей, прячась за многочисленные промышленные пристройки. Не лучшее место и время, чтобы шастать в одиночестве, но Антона так хотелось найти и вновь стать частью магического мира, что у Василисы будто отключился инстинкт самосохранения.

У ворот промзоны стояла будка охранника. Внутри горел приглушенный свет, возможно, тот прикорнул на рабочем месте. Девушка пошла вокруг территории в надежде на лаз. Пока сплошняком шел высокий бетонный забор с облупившейся белой краской, но Василиса надеялась, что вместе с идущей вдоль него пешеходной дорогой, закончится и приличное ограждение.

И действительно, как только улица ушла левее, оставив позади забор, тот завернул за угол и вскоре сменился на ржавый штакетник. Продираясь сквозь кусты, Василиса материлась под нос и искала место, где можно пролезть, не рискуя ободрать одежду. Девушку будто охватила горячка – до того хотелось скорее проникнуть внутрь и подтвердить предчувствия, что, наконец, сможет увидеть своего домового. Это было похоже на манию, когда ничего не может стать преградой, даже собачий холод, темнота и заброшенная территория, полная опасностей для одинокой девушки.

Наконец, попалось место, где несколько панелей подряд оказались выломаны. Василиса протиснулась через лаз и осмотрелась. Водонапорная башня выглядывала из-за большого бетонного здания, похожего на покинутый склад. Часть окон криво заколочена досками, часть отсутствовала. Вилочный погрузчик одиноко покрывался снегом рядом со входом.

Территория особо не освещалась, пары облепленных снегом фонарей не хватало, чтобы беспрепятственно разгуливать по промзоне. Девушка спотыкнулась о какой-то провод и чуть не упала, но светить телефоном под ноги не стала рисковать – мало ли, охранник выспался и пошёл уже на обход.

Боковым зрением Василиса заметила, как что-то промелькнуло справа в кустах. По коже пробежался мороз. Девушка замерла и пару ударов сердца спустя увидела большого кота, бегущего гигантскими прыжками в сторону башни. Огромный лесной кот! Это Антон!

Нагнать его было невозможно: достигнув водонапорной башни, кот одним прыжком залетел в бойницу и скрылся внутри. Василиса остановилась на мгновение перед дверью – дышать было нечем. Давно она так не носилась. Сердце билось как сумасшедшее, а учащенным дыханием, казалось, можно разбудить не только охранника, но и весь ближайший квартал. Медлить нельзя, нужно бежать за Антоном. Не до конца переведя дыхание, Василиса бросилась к входу. Дверь с трудом поддалась, и девушка оказалась внутри.

На неё уставилось несколько десятков глаз. В левом углу, вокруг полыхавшего в жестяной бочке огня, расположилась компания невысоких мужчин. Один полулежал на деревянной обрешетке в видавшей виды дубленке и шапке-ушанке, другой ворошил угли в бочке, стоя в шароварах и овечьей накидке. Молодые ребята рядом кутались во вполне современные пуховики. Все мужчины едва доставали ростом до плеча девушки.

«Домовые», – промелькнуло в голове у Василисы. Она широко улыбнулась и шагнула в их сторону, выставляя руки ладонями вперёд, словно показывая, что она пришла с миром и не представляет угрозы.

– Семёныч, мне кажется, или эта смертная нас видит? – приподнимаясь, пробурчал дед в дубленке. Тип в овечьей шкуре ловко перекинул шампур из одной руки в другую и прогнусавил:

– Видит, видит, вон как вытаращилась, того гляди зенки вывалятся.

– Дед Вань, а что невидимый морок натянуть забыли? – осторожно спросил мальчишка, прятавшийся до этого за спиной Семеныча. Тот смачно на пол выплюнул колосок ржи, который жевал до этого, и двинулся навстречу Василисе.

– А чего это по ночам юная леди гуляет в одиночестве? – прогундосил мужик.

– Добрый вечер, – сглотнула Василиса и сделала шаг назад. Точно ли это домовые? Может, бездомные тут греются. А она сама, как дура, им на блюдечке явилась. Сейчас как забьют на ужин и поминай как звали.

– Вы не видели тут большого лесного кота, через это окно запрыгнул пару минут назад, – судорожно продолжила Василиса, указывая себе за спину, в сторону бойницы.

– Кота? – Семеныч переглянулся с дедом в дубленке. – Михайло, кота не видел давеча?

Дед с деревяшек вставать не спешил, крикнул, что «давненько здесь никого живого не видел, а котов так и вовсе – всех давно пожрали», и кивнул на молодежь, столпившуюся возле бочки с огнем.

– Да вы не совсем поняли, наверное, – зачастила Василиса. – Это домовой, он в лесного кота оборачивается. В большого такого кота! – Вася развела руки в стороны, показывая размеры, – да Антон и сам немаленький… Он необычный домовой, я таких не встречала больше. Да я особо и домовых-то не встречала, только Веснушкин, да Антон мой… В общем, ваш народ, – девушка оглядела ещё раз толпу, – маленький же. Так положено. А Антон… ну он особенный. Высокий такой, лопоухий. Он замечательный, заботливый домовой. Но я не могу его найти, он из дома ушёл…

– Чего затараторила, сорока? Какой ещё Антон, какой кот, что за околесицу ты несешь, – прервал её Семеныч. Его собратья подошли ближе. – Ты тут что забыла, девочка?

Взгляд у мужиков стал недобрым, кое-где мелькнуло что-то серебряное. Ножи?

Василиса попятилась. Нет, нужно валить отсюда, пока её саму не завалили. А Антон? Девушка бросила взгляд на облупившуюся лестницу, уходящую наверх. На первом этаже кота не было, может, наверх ускакал.

– Антон! – Напоследок крикнула Василиса, задрав голову. – Антон, возвращайся! Прости меня! Я скучаю!

– Чего разоралась, дурында, – услышала девушка за спиной знакомый голос. Василиса обернулась и увидела… Лёву!

Девушка была настолько рада появлению карлика, что еле сдержала крик. Хотелось сжать Лёву в объятиях, но он вышел вперед неё, отгораживая от заводившейся толпы.

– Братцы, я под свою ответственность дуреху эту заберу. Возвращайтесь к своим делам, – заявил Лёва, закрывая собой Василису, которая была почти в два раза выше карлика.

Мужчины нехотя разбрелись по углам, а Лёва вытолкал девушку на улицу.

– Ты чё тут забыла, идиотка? – Гневно спросил карлик, закрывая дверь. – На ужин к бездомным домовым собралась?

– Всё-таки это домовые! – Воскликнула Василиса. И тут же с ужасом добавила, – а они что агрессивные бывают? Людей едят? Они же добрые!

– Учи матчасть, дурында. Домовые – это нечисть, – хмыкнул карлик и повел её в сторону от водонапорной башни. – А значит, не все по умолчанию они добрые.

Василиса без конца оглядывалась на водонапорную башню и почти не слушала карлика.

– А Антон? Давай вернемся за ним!

– Какой Антон?! – вспылил Лёва, резко остановившись.

– Ну домовой мой.

– А он что тут забыл? Дома встретитесь. – Нахмурился Лёва. – Здесь только всякая шелупонь тусит, отребье бездомное. Приличным домовым точно тут нечего делать.

– Лёва, ты не понимаешь, – разрыдалась Василиса, – он ушёл из дома! Всё из-за меня! Я не знаю, где он. Я не видела его больше месяца.

– Правда, я три недели как в другой квартире живу, – шмыгнув, добавила Василиса. – И он на звонки не отвечает… так же, как и ты! – насупилась девушка.

– Так, до работы у меня ещё полчаса, – Лёва посмотрел время на телефоне. – Но нас вместе видеть не должны… Пошли к Игорю, хоть согреемся, – карлик схватил Василису за руку и потянул в сторону.

Игорем оказался один из охранников, мирно спавший на рабочем месте в той самой будке. Лёва по-хозяйски прошёл внутрь каморки, обойдя спящего за столом мужчину, уселся на продавленный диван и похлопал рядом. Василиса кивнула на охранника, мол, проснется же, но карлик махнул рукой.

– Ты чего? А если разбудим? – зашептала девушка, усаживаясь рядом с Лёвой.

– Забей, он после Забавиного варенья ещё не скоро проснется, – в полный голос ответил карлик, указывая на полупустую баночку на столе.

– Дело тут одно было, вот и угостил Игорька, чтобы не мешался, кое-чем из запасов Путятишны, – увидев недоуменный взгляд Василисы, пояснил Лёва.

– Что за дело?

Карлик вновь отмахнулся, и тогда Василиса спросила, как поживает Забава.

– Родила мальчика, в декрет ушла. Нет теперь штатного психолога, Ингвар Рюрикович среди Потомков ищет, да всё не то. Забава на экстренные случаи с дитём на руках приезжает.

Василиса тяжело вздохнула. Лёва взял её за руку, на которой висел браслет, и утешающе погладил.

– Ладно, не горюй. Пять лет быстро пройдет. Да и, как знать, может, пораньше снимут наказание.

– Как это сделать? – Оживилась Василиса. – Я всё сделаю, чтобы быстрее вернуться!