Текст книги "Колыбель времени (СИ)"

Автор книги: Эвелина Грин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 28 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]

Все вскочили в сёдла.

– Что, готова? Не боишься? – спросил султан.

– Чего мне бояться? – с недоумением ответила вопросом на вопрос Эверилд.

– Умеешь стрелять из лука?

– Умею, и не только из него.

Султан сделал определенный жест, и кто-то из янычар поднес ей кожаный футляр. Эверилд открыла подарок и ахнула – внутри лежал кинжал из дамасской стали, рукоятка оружия была украшена драгоценными камнями в виде цветов. Он легко ложился ей в руку, вампирша даже прослезилась.

– Благодарю, мой повелитель, это самый великолепный подарок! – глаза ее засияли. Д

ругой янычар подал лук и колчан со стрелами. Эверилд убрала колчан за спину.

Они и вся свита тронулись в путь. Султан был спокоен, словно никто не стоял у границ Османской империи. Эверилд не сразу заметила принца Эрика, а когда увидела, осторожно махнула рукой, но приблизиться не решилась, продолжая ехать рядом с султаном.

Часть 2. Расцвет Османской империи. Глава 13. В тропическом лесу

Эверилд смотрела на Темного Эрика, гадая, что он затеял. Ее сердце екнуло, когда она увидела, как кто-то маленький завозился в его седле. Крошечные ручки поднялись вверх, потягиваясь. Принц Эрик придержал мелкого в седле и что-то шепнул. Нервы Эверилд не выдержали, и она отделилась от султана и направила свою лошадь к Темному Эрику. Она подъехала ближе, и правда, ей не показалось – в седле принца сидел ее сын.

– Мама! – завопил мелкий, вампирша улыбнулась ему.

– Хочешь ко мне в седло перебраться? – спросила она.

– Да! Хочу! – он просяще посмотрел на принца Эрика, но этого не потребовалось, они остановили лошадей. Эверилд приняла ребенка к себе в седло.

– Что здесь происходит? – властно спросил султан, холодно посмотрев на парочку.

– Ничего, мой повелитель, я просто забрала у темного визиря своего сына, – Эверилд опустила взгляд.

– Это правда, мой повелитель, – подтвердил тот, изобразив легкий поклон.

– Хорошо, Ахмед…

Вдруг голос подал мелкий:

– Мама, это кто? Тот султан? – он весь вытянулся, пытаясь детальнее разглядеть повелителя.

– Да, мой мальчик, это султан.

– Темный Эрик красивее, – заметил мелкий и прижался к матери.

– Ну спасибо, удружил! – рассмеялся султан, смех у него был чистый, как звон монеты. – Что мне надо сделать, чтобы вам понравиться, юный принц? – обратился Мехмед к ребенку.

– Уважать маму, – высунулся мелкий, с опаской поглядывая на взрослых.

Они засмеялись.

– Кана, у тебя воистину забавный ребенок. Я хочу такого же сына. Ты же мне его родишь? – ласково спросил он.

– Если Аллаху будет угодно, мой повелитель, я вам рожу хоть десять сыновей, – пообещала Эверилд.

– Хорошо, Кана, негоже, чтобы ребенок рос отдельно от матери. Так что с сегодняшнего дня он будет жить с тобой в моём дворце, – решил султан. Потом бросил суровый взгляд на Ахмеда. – Вы меня поняли? Больше он не у вас. Ребенок должен расти с матерью, и тогда женщина будет счастлива и спокойна.

– Да, мой повелитель, – согласился Ахмед, скрипя зубами. Он уже жалел, что подарил Эверилд султану, надо было ее оставить себе и сделать своей женой. В груди Темного Эрика клокотала ярость.

– Раз мы всё решили, то поехали! – приказал султан и пустил своего коня рысью, Эверилд поравнялась с ним.

– Спасибо, мой повелитель, я перед вами в неоплатном долгу, – сказала она.

На душе сразу стало легко и спокойно, не надо было больше тревожиться о своем ребенке. На трон он не претендует, так что гаремным мегерам ее сын не нужен. Хотя они могут насолить через него лишь для того, чтобы увидеть, как страдает Эверилд. Еще неизвестно что хуже. Она отогнала мрачные мысли.

– Роди мне такого же крепкого сына, и мы будем в расчете, – улыбнулся султан.

Они въехали под кроны деревьев, все звуки сразу пропали, остались только шорох и щебет птиц. Высокие пальмы давали тень от солнца, трава была всё еще мокрой от росы. Здесь было легко и свежо. Они ехали еще с полчаса, когда увидели цепочку звериных следов. Мелкий всё время вертел головой, рассматривая лес и ловя звуки.

– Мама, там где-то впереди тигр. Слышишь легкий рык?

– А может, и не тигр, – засомневалась вампирша.

– Точно говорю – тигр.

– Я слышу носорога, – по спине Эверилд пробежала дрожь, она еще помнила, как носорог своим рогом распорол ей живот.

– Боишься? – заботливо спросил султан.

– Есть немного, однажды меня чуть не убил носорог, с тех пор я их боюсь. А там, в пятистах метрах, затаился именно он, – она передернула плечами и покрепче вцепилась в поводья.

– Оставайся позади, я сейчас проверю. Кстати, держи пистоль, – султан передал ей огнестрельное оружие. Ощутив тепло металла, Эверилд почувствовала себя спокойнее. Она посильнее прижала к себе сына.

– Мама, не бойся, я пристрелю носорога, он не успеет до тебя добраться.

– Тише, – шепнула Эверилд, и они тронулись.

Скоро послышалось тяжелое дыхание носорога, по телу вампирши пробежала крупная дрожь. Она видела сквозь заросли, как он наклонил рог и готовился к атаке. Руки вспотели. Эверилд трясло, она совсем позабыла о своем страхе перед этой зверюгой.

Раздался выстрел, и носорог взревел. Земля задрожала. Яра нервно забила копытом. Вампиршу оттеснили двое мужчин и окружили три телохранительницы.

– Не бойтесь, госпожа, – шепнула Феруна и ободряюще похлопала по плечу, улыбнувшись.

– Я и не боюсь, – спокойно отрезала Эверилд, почему-то она устыдилась своего страха, но стоило только увидеть носорога – ее накрыло, она ударила коня в бока и бросилась бежать. Носорог мчался за ней, кони ржали.

Мужчины стреляли из пистолей, пытаясь застрелить животное. Но тщетно, чтобы его убить, надо попасть в глаз, а шкура у него непробиваемая.

Эверилд в панике гнала лошадь, пока не оказалась перед рекой. Она попыталась загнать кобылу в реку, но та отказалась в нее ступать. Она фырчала и дрожала так же, как Эверилд. Вампирше ничего не оставалось, кроме как повернуться лицом к опасности и, достав пистоль, прицелиться в глаз зверюги. Нажатие на курок. Пистоль дал осечку. Эверилд выругалась, в панике соображая, что делать. Еще пятьдесят метров – и ей конец.

– Мама, стреляй! – выкрикнул мелкий, пихая ей в руку второй заряженный пистоль, где он только его раздобыл? Эрик придал ей сил, она вдруг осознала, что под угрозой не только она, но и ее ребенок, а он никак не должен пострадать. Вампирша прицелилась и выстрелила. Носорог дернулся, по инерции сделал пару шагов и, хрипя, завалился на бок. Эверилд выдохнула, пистоль выскользнул из рук, ее трясло, и по щекам побежали слезы. Когда ее нагнали мужчины, она уже плакала.

Султан увидел поле боя, потом заметил Эверилд и двинулся к ней.

– Ты не ранена, Кана? – обратился Мехмед к вампирше.

– Нет, мой повелитель, просто сильно испугалась, – всхлипывая, ответила вампирша.

Султан подъехал к ней ближе, помог спуститься с лошади и обнял ее.

– Все хорошо, ты убила его. Сейчас подчиненные срежут рог, и я сделаю тебе из него оружие. Чтобы ты больше не боялась носорогов, – утешая, сказал султан. Он заслонил собой Эверилд и, подняв вуаль, нежно поцеловал в губы. Они целовались с минуту, когда раздался выстрел. Мехмед вскрикнул и ухватился за Эверилд.

– Вас ранили! – испуганно сказала вампирша, удерживая султана.

К нему поспешно подъехали визири. Они помогли его удержать.

Темный Эрик смотрел сквозь заросли, в груди закипали гнев и ревность, как кипящее масло, он не мог больше смотреть, как султан ее обнимает и целует, утешая. Он сейчас должен был быть рядом с ней, целовать ее губы и утешать. Он поднял пистоль и, подобравшись ближе, выстрелил, ранив мужчину в плечо. Принц взял второй пистоль и снова прицелился, но султана заслонили.

«Он должен умереть, Эверилд станет только моей и ничьей больше». Он взобрался на коня и вместе со всеми выехал на берег реки. Султана уже вели под руки подданные. Эверилд растерянно смотрела на Темного Эрика – она всё видела. Он пожал плечами, мол, я не при делах. Помог султану забраться на своего коня и вызвался вести лошадь под уздцы, на этом охота кончилась, рог слуги срезали.

Все двинулись во дворец. Темный Эрик передал султана другим и подъехал к Кане, окруженной вампирами.

– Я не хочу тебя больше видеть рядом с ним, – заявил он.

– Ничем не могу помочь, ты сам меня продал в гарем, – спокойно ответила Эверилд.

– Как продал, так и выкуплю. Мне ничего сейчас не стоит приказать тебя похитить! – рыкнул он.

Принц Эрик оглянулся, свита ушла далеко вперед, он кивнул вампирам.

– Они тебя не послушаются, до встречи, принц Эрик, – холодно проговорила Эверилд и пустила лошадь галопом. Вампирши поскакали за ней следом. Она впервые применила ментальное подчинение, спустя пятьсот лет. Считай, бросила вызов самому принцу. Вампирши следовали за ней, а Темный Эрик не сдвинулся с места, смотря ей вслед.

– Посмотрим, кто кого переиграет, – сказал он в тишину и отправился в свою резиденцию.

Свита султана ехала во дворец. Самого Мехмеда переложили на носилки, Эверилд на месте сменила повязку, пропитавшуюся его кровью. Горло обожгла жажда.

– Он будет жить? – обеспокоенно спросила Эверилд.

– Это скажет только лекарь, а вам, госпожа, лучше вернуться в свои покои, если что-то станет известно, вам доложат, – сказал офицер из янычар, и вампирша не стала спорить.

Она передала лошадь конюху и с ребенком на руках отправилась во дворец. Когда она появилась в коридорах гарема, многие рабыни бросали на нее косые взгляды, но ни одна не решилась приблизиться.

В комнате ее встретила Фатьма-султан.

– Добрый день, как съездили на охоту? – начала она с нейтральной темы.

– Султана попытались убить… – как-то потерянно сказала Эверилд. Мелкий благоразумно молчал, сидя у нее на руках.

– Кто? – побледнела Фатьма-султан.

– Не знаю, но думаю, кто-то из визирей, – ответила она, проходя к своей кровати.

– Ты знаешь, султан велел тебе подготовить покои из двенадцати комнат, но раз тебе вернули ребенка, я отдам тебе свои покои из пятнадцати комнат. Султан бы поступил так же, тем более я переезжаю в новый дворец со своим мужем и детьми, а Валиде-султан мне выделит покои из двадцати комнат, ты же знаешь, я жду ребенка. Надеюсь, что это будет мальчик.

– Поздравляю! Но думаю, вы слишком щедры ко мне, Фатьма-султан, – спокойно возразила Эверилд.

– Я знаю. Считай это даром. Что Эрик не сын султана – для меня не новость. Будь наглее, и все звезды упадут к твоим ногам, а еще побеждает тот, кто не отказывается от даров судьбы.

– Это очень великодушно с вашей стороны, – поблагодарила Эверилд.

– Пустяки, ты меня отблагодаришь, если поможешь раскрыть заговор султанш. Мне кажется, они задумали убийство моего брата, а мне не хотелось бы повторить судьбу моей матери, Турхан-султан.

– Хорошо, я готова вам помочь.

– Тогда прикажи собирать все вещи, и переезжаем в новые покои, – улыбнулась Фатьма-султан.

– Хорошо, как скажете, госпожа.

– Не унывай, мой брат очень живучий, он выберется из лап смерти.

– Знаете, мне иногда кажется, что я проклята, дьявол побери! Все мои мужчины умирают не своей смертью – это ужасно…

– Это просто случайное совпадение. Я вон уже третьего мужа сменила, обо мне ходят слухи, мол, жениться на Фатьме-султан – значит поздороваться со смертью, – она печально улыбнулась.

– Таких женщин в Европе называют черными вдовами, а в Индии сжигают заживо вместе с мужем. Им запрещается носить украшения. Если вдову оставляют в живых, то она не имеет права носить волосы и должна побриться налысо.

Фатьма-султан тряхнула головой.

– Это кошмарно, бедные женщины! Я, оказывается, еще родилась в раю.

– Да, вам хоть можно заново выходить замуж.

– Не волнуйся так, султан поправится, а чтобы у тебя не бродили в голове печальные мысли, зови слуг и давай переезжать, – бодро сказала Фатьма-султан.

Она вышла на минуту, а в комнате уже стало тесно, слуги начали собирать вещи.

– Пока работают служанки, пошли, посмотришь на свои новые покои, кстати, я так и не жила в них толком. Думаю, тебе понравится, – Фатьма-султан подмигнула Эверилд.

– Надеюсь. Эрик, пойдем смотреть свои новые покои?

– Да! – утвердительно сказал он и первым выбежал в коридор, женщинам оставалось лишь поспевать за шустрым малым.

Вскоре они вошли в просторную комнату: здесь были высокие потолки купольной формы, пол был застелен персидскими коврами разной расцветки, стены мраморного цвета, как кожа Эверилд, местами они были обтянуты красным бархатом и парчой. У окна стоял большой светлый стол, на окнах висели легкие шелковые шторы, пропуская свет внутрь. Комната была светлой и чистой. У правой стены стояла золотая детская кроватка, по углам – золотые подсвечники. Эверилд вздрогнула, увидев серебро. Серебряный канделябр был насмешкой над вампиршей, хоть умом она понимала, что Фатьма-султан просто не знает.

– Фатьма-султан, можно из комнаты убрать все серебро, у меня на него аллергия? – спокойно попросила она.

– Конечно, можно! Это твоя комната, можешь делать с ней всё что угодно. Я прикажу слугам вынести всё серебро, – пообещала она и тут же отдала приказ, через час в комнате не было ни грамма серебра, а еще через два все канделябры, посуду, подсвечники и столы, покрытые серебром, тоже унесли.

– Я очень люблю серебро, оно защищает от злых духов, – сказала Фатьма-султан.

– Я, напротив, с детства его не люблю, да и оно меня не любит. Я все серебряные украшения растеряла, – сказала Эверилд.

Она прошлась по остальным комнатам – все они были светлыми, в пастельных тонах, была в них какая-то сдержанность европейца, холодность, что вполне соответствовало характеру Эверилд.

– Как здесь уютно, спокойно, как в море! Знаете, я люблю покой. Не люблю все эти кричащие цвета, от них в глазах рябит. Но ничего не поделаешь – в чужой монастырь со своим уставом не лезут. На Востоке все любят яркое, кричащее, и только вы какой-то островок спокойствия. Ваша мать была белой? – неожиданно спросила Эверилд.

– Да, мою мать выкрали из Крымского ханства. Жаль, что она умерла буквально за несколько месяцев до твоего появления в гареме. Я думаю, вы бы друг другу понравились. У меня материнский характер. Но не будем о грустном, располагайся, а мне уже пора идти по делам. Встретимся за ужином, – сказала Фатьма-султан и покинула новые покои Эверилд.

Она осталась одна с ребенком, Эрик носился по комнатам, изучая каждый угол. В основном ему понравилась детская, где на стенах были изображены зубастые акулы.

Часть 2. Расцвет Османской империи. Глава 14. Подземелья султанского дворца

Вампирша сидела в комнате и читала, мелкий бегал кругами и выстраивал домик из книг.

– Мама, давай поиграем в шахматы! – попросил он.

Эверилд неохотно отложила книгу и, поднявшись с кровати, направилась к шкафу, где хранила шахматы. Она достала деревянную коробку.

– Какими будешь играть? – обратилась она к ребенку.

– Белыми, – сказал Эрик и пристроился на подушки, сев по-турецки.

Эверилд заняла место напротив него. Открыла шахматы и высыпала все фигурки, они стали расставлять их по доске. По краям ладьи, рядом с ними кони, потом офицеры, ферзь и король, а напротив них – воинство из восьми пешек.

– Ходи первым, – сказала Эверилд.

Эрик сделал первый ход – вывел пешку на две клетки вперед, потом сходила Эверилд. Затем Эрик вывел слона, Эверилд – ферзя, и игра пошла активнее. В разгаре партии в двери постучали, вошла Валиде-султан. Эверилд насторожилась, ее взгляд обещал все муки ада.

– Что, развлекаетесь? – спросила она, вальяжно пройдя к кровати. – У меня к тебе есть разговор, Кана, – начала она без всяких расшаркиваний.

– Я внимательно слушаю, – ответила Эверилд, продолжая перемещать фигуру по доске.

– Смотри в глаза, когда с тобой Валиде-султан разговаривает! – повелела она.

Мелкий передразнил ее мимику. Эверилд подавила смешок.

– Это что-то изменит? – приподняла одну бровь вампирша.

– Я могу тебя убить.

– Кто хочет убить – об этом не говорит, а просто берёт и делает, – спокойно возразила Эверилд. – Так что тебе надо от меня, не ходи вокруг да около, – продолжала вампирша, передвинув по шахматной доске ферзя.

– Всего лишь малость – чтобы ты исчезла из моей жизни, – сказала султанша.

– И что мне теперь, обосраться и не жить? – грубо ответила Эверилд, изучая позицию на доске. Эрик еще думал, какой сделать ход…

– Что? Тебя не учили, что так с людьми моего статуса не разговаривают? Где твое уважение? – начала закипать Валиде-султан.

– Какое уважение? Я из пиратов. Они признают только силу. А на сегодня, если мне память не изменяет, силой обладает султан, а остальные здесь, потому что он согласен их терпеть, – небрежно ответила Эверилд, передвигая следующую фигуру по доске.

– Слушай, если ты будешь мне дерзить, мерзкая девчонка, завтра же покинешь гарем! Я здесь решаю, кому быть в постели султана, – холодно проговорила она.

– Куда еще ясней, мне всё понятно, – безмятежно ответила Эверилд.

Султаншу начинало выводить из себя спокойствие этой… девчонки.

– Значит, он тебе новые покои подарил, сестру из них прогнал. Любопытно, любопытно, а ребенка нагуляла?

– Не нагуляла, а приютила. Султан в курсе и даже готов его принять, – продолжала отвечать на тупые вопросы Эверилд.

– Приемный? – изумилась султанша.

– Именно, так что прошу относиться к моему чаду со всем почтением, – проговорила вампирша, боковым зрением наблюдая за Валиде-султан.

– Ты же не носишь под сердцем ребенка султана? – уточнила она.

– Нет, не ношу, но мы работаем над этим, – насмешливо ответила вампирша. Эрик съел у нее пешку.

– Завтра ты выйдешь замуж за Ахмеда Кёпле, – сказала Валиде-султан и поднялась с кровати, отряхивая с платья невидимую пыль.

– Султан хоть знает о твоем вольном решении? – усмехнулась на это Эверилд.

– Нет, но скоро узнает, – ехидно пообещала Гульшад-султан, она же Валиде-султан. Она вышла из покоев Эверилд с торжествующей улыбкой.

– Это кто приходил? – полюбопытствовал Эрик.

– Ах, не обращай внимания, это всего лишь жена султана и главная по гарему, – отмахнулась Эверилд.

– Но она тебе угрожала! – возмутился мелкий.

– Мне много кто угрожает, не переживай, – она протянула руку к Эрику и потрепала по волосам.

– Всё равно. А если она нас вытурит?

Эверилд скорчила рожицу.

– Где ты таких слов понабрался? – строго спросила вампирша.

Эрик ойкнул и ладошкой прикрыл рот, ему уже за это прилетало от Темного Эрика.

– На пиратском корабле.

– Это плохо, хотя я сама виновата, совсем тебя запустила, – она погрозила ему пальцем. Эрик хихикнул. – Что я смешного сказала! – нахмурилась вампирша.

– Ничего… – сконфузился мелкий.

Эверилд сменила тему:

– Пойдем к султану в покои?

– Пойдем! – радостно взвизгнул Эрик.

– Сам пойдешь, или на руки тебя взять?

– Сам!

– Хорошо, только шустро шевели ножками, нас никто не должен видеть! – она заговорщицки подмигнула.

Они вышли из комнаты, за пять минут преодолели коридор и покинули гарем, войдя на мужскую половину дворца. По коридорам гуляли сквозняки, и многие придворные шмыгали носами и украдкой сморкались.

Эверилд и Эрик почти преодолели большую часть пути, когда наткнулись на евнуха. Он сурово посмотрел на них.

– И куда это мы собрались, Кана?

– Меня султан призвал, – не моргнув и глазом, соврала она.

Сначала евнух нахмурился, но потом махнул рукой, пропуская. Отойдя на приличное расстояние, Эверилд сказала.

– Давай пошевеливайся, мы должны оказаться у покоев султана, прежде чем еще кто-то нас увидит, – поторопила она и ускорила шаг, мелкий едва поспевал за ней. У спальни султана их остановили янычары.

– К султану нельзя.

– Вам – может быть, а мне можно, – сказала Эверилд, вклинилась между ними, отталкивая одного и пиная второго в живот. Первый не удержал равновесие и упал, второй согнулся от боли и резко побледнел.

– Ой, я, кажется, немного переборщила, – пробормотала вампирша и пинком открыла двери, входя в прихожую султана, там сняла обувь и встала на ковер, проходя мимо кабинета прямо в спальню султана.

– Что за шум?

– Это я, мой повелитель, – ответила Эверилд, присаживаясь на край его кровати. – Как ваше самочувствие, мой повелитель? – поинтересовалась Эверилд, поправляя одеяло.

– Неплохо, лекарь сказал, что я буду жить. Ты единственная из моих наложниц, кто решил меня навестить и проведать, – улыбнулся султан, и в этот момент в спальню ворвались несколько телохранителей. Они растерянно замерли. – Возвращайтесь на свои посты, всё нормально! – приказал султан. Янычары переглянулись, покивали с умными лицами и вышли.

Эверилд разобрал смех.

– Что смеешься? – озадачился султан.

– Просто смешно, что они не смогли удержать женщину.

– Мы оба знаем, что это невозможно. Кстати, где твои вампирши? – спокойно спросил султан. Эверилд вздрогнула.

– Вы всё знаете?

– Да, а почему тебя это удивляет? Ахмед мне всё рассказал. И даже то, что твой ребенок тебе не родной, хоть по твоему поведению этого не скажешь.

Эверилд запаниковала.

– И давно он вам это рассказал?..

– С первого дня, как привез тебя во дворец. А что, это какая-то тайна?

– В наших кругах не принято людям рассказывать, кто мы. Но, видимо, Темный Эрик вам доверяет настолько, что раскрыл все карты. Что он еще вам сказал?

– Что у нас может родиться человек и дампиры – это скорее исключение, чем правило, – доверительно сообщил султан, а сам внимательно наблюдал за реакцией вампирши.

По лицу султана потекли крупные капли пота, заливая глаза.

– Этот жар меня доконает, – пожаловался он, и Эверилд положила свою руку на его лоб.

– Так легче? – спросила она, меняя тему.

– Да, твои холодные руки как бальзам на рану. Мне легче, кстати, вампиры умеют забирать болезни? Вы же бессмертные.

Эверилд засмеялась.

– Мы умеем только отнимать жизни. Ничего более. Это лекарство от всех болезней.

Мужчина передернул плечами и поморщился от боли в раненом плече.

– Жаль, я надеялся, что твои руки исцелят, – сказал султан и провалился беспамятство.

Эверилд не покидало чувство дежавю, когда-то это всё уже было. Когда-то она так же сидела у постели больного и рукой снимала его жар.

Когда султан очнулся, была глубокая ночь.

– Кана, я умру? – неожиданно спросил султан.

– Умрешь, но не сейчас. Все мы там будем, – спокойно ответила вампирша, гладя по волосам вертящегося на ее коленях Эрика.

– Разве ему уже не пора спать? – удивился султан.

– Нет, он сова, как и я.

– Это плохо. Ребенок должен спать по ночам.

– Обычный – может быть, а этот должен есть по ночам, – не согласилась Эверилд. – Эрик, прекрати вертеться, иначе я тебя отшлепаю.

– Я хочу крови, пусти меня! – капризно потребовал он. Эверилд закатила глаза.

– Позволишь нам на ночь уйти на охоту? – спросила она, продолжая удерживать Эрика.

– Куда это? – прищурился султан.

– На улицу. Я не могу убивать рабов в твоем дворце.

– Кто тебе это сказал?

– Здравый смысл.

– По-моему, он замутненный. Какой мужчина в здравой памяти отпустит жену одну гулять по ночным улицам. Или что, ты к Темному Эрику спешишь? Он сильнее меня.

Вампирша опять закатила глаза.

– Твоя ревность неуместна. Но раз ты не хочешь меня отпускать на улицу, предложи другую альтернативу.

– Другая альтернатива: ты с Эриком спускаешься в подземелья и там убиваешь десять рабов. Я прикажу доставить, кого вам надо.

– Дурная слава пойдет о дворце, – не согласилась она.

– Дурная слава пойдет, если вампиры будут разгуливать по улицам и убивать людей. А рабы – это не люди, с ними можно делать что угодно, – заметил султан. Глаза его потемнели, он сдерживал гнев.

– Хорошо, мой повелитель, как прикажете, – она покорно склонила голову.

– Молодец! – похвалил султан и потянулся колокольчику, буквально через минуту вошел слуга.

– Вы чего-то желае… – он споткнулся на полуслове.

– Да, желаю, спустите в подземелья десять крепких рабов, закройте их в пятой темнице. Мне всё равно, кто это будет, – опередил вопрос слуги султан.

– Будет исполнено, мой повелитель, – слуга поспешно поклонился и удалился.

– Ты давно должна была поговорить со мной на эту тему, – обвиняюще сказал султан. – Или надеялась, что я тебя отпущу?

– Думаю, все рабыни на это поначалу надеются, – парировала Эверилд.

– И ты не исключение, – понимающе кивнул султан. – Ты до сих пор хочешь покинуть дворец? – он замер, ожидая ответа. Почему эта женщина заставляет его чувствовать себя пятнадцатилетним мальчишкой?

– Нет, мой повелитель. Вы мне вернули сына, я навеки перед вами в долгу.

– Но не любишь.

– Любовь приходит со временем.

– Кто был тот мужчина, с которым ты провела последнюю ночь?

– Вы, мой повелитель, – улыбаясь, ответила Эверилд.

Он мотнул головой.

– Нет, я имею в виду, черт, мысли путаются… Кто у тебя был до меня? – сформулировал, наконец, султан вопрос.

– Красный Бард, – ответила вампирша.

– Тот пират, – скорее утверждал, чем спрашивал, султан.

– Он самый.

– Ты до сих пор его любишь?..

– Раны так быстро не заживают. Но вы мне импонируете, и из этого может что-то получиться, если вы наберетесь терпения, – ответила Эверилд, смотря прямо ему в глаза.

– А ты не боишься говорить правду, другая бы стала меня заверять в клятвенной любви. Ты меня удивила.

– Я думаю, таких дамочек и без меня достаточно, вам не стоит много говорить – это отнимает силы и замедляет восстановление организма.

– Возможно, но я не привык чувствовать себя слабым.

– Иногда можно, пока никто не видит, – улыбнулась Эверилд. Она сжала руку султана. Мелкий сидел тихо, и вампиршу это напрягало. – Эрик, у тебя всё в порядке?

– Да, нас ведь сейчас покормят. Он так вкусно пахнет, – заканючил Эрик.

– Нельзя, разве тебя Темный Эрик этому не учил? – строго спросила Эверилд.

– Учил… – приуныл малыш.

– Скажи честно, это сын Ахмеда?

– Будь это сын Ахмеда, меня бы здесь не было. Он просто бы вам не отдал меня.

– Тоже верно. Но мне иногда кажется, что вампиры готовы продать родную мать.

В покои постучали, и вошел слуга.

– Все готово, мой повелитель, – он низко поклонился.

– Хорошо, свободен, – жестом отпустил слугу Мехмед. – Сама найдешь подземелья, или тебя проводить?

– Найду, – ответила вампирша и встала, держа мелкого на руках.

– Поешь и возвращайся в мои покои, с тобой жар отступает, – попросил султан и откинулся на подушки, затем поморщился, перевернувшись на бок.

– Хорошо, – не стала спорить Эверилд и вышла из покоев, неся Эрика.

Эверилд запоздало остановила слугу: вид у него был бледный, одет он был в темно-красную рубашку грубого покроя и синие шаровары, взгляд затравленный, бегающий.

– Ты что-то украл из сокровищницы султана? – серьезно спросила вампирша, удерживая вертящегося Эрика.

– Что вы, госпожа, Аллах убереги! – испуганно вскрикнул он.

– Ну, смотри у меня! Кстати, ты не знаешь, где здесь подземелья с пленными? – полюбопытствовала Эверилд.

– Идите до конца по коридору, затем поверните направо и, пройдя до второго пролета, спуститесь по винтовой лестнице вниз, там вы обнаружите наказанных рабов, – ответил слуга, спрятав руки в карманы.

– А ну выверни карманы! – потребовала вампирша.

Мужчина побледнел.

– Госпожа, там ничего нет… – поспешил отговорить он будущую султаншу.

– Раз там ничего нет, ты можешь их вывернуть и показать мне, – спокойно сказала Эверилд.

Вдруг раб упал на колени.

– Не губите меня, госпожа, я хотел сделать подарок любимой! – он умоляюще посмотрел на нее. – Я хотел порадовать невесту, она больна, врачи говорят – ее не спасти. А я очень ее люблю!.. – он весь трясся. – Я хотел нанять дорогих врачей, – слуга дрожащей рукой вытащил из кармана очень дорогой перстень.

Эверилд забрала его и задумчиво покрутила в руке.

– И что мне с тобой делать?.. Где ты украл золотой перстень с таким крупным сапфиром? – потребовала она ответа.

– У одного визиря стащил, – мужчину начала бить крупная дрожь, пот полился градом.

– М-м, ловкая работа. Ценю. Если ты мне поможешь найти дорогу в подземелья, я никому не скажу, что ты украл перстень, и более того – попрошу дворцового врача к тебе заглянуть. Твою невесту вылечат, но работать здесь ты больше не будешь. Я продам тебя темному визирю, ты станешь за ним шпионить, – спокойно проговорила Эверилд.

– Всё что угодно, моя госпожа! – обрадовался раб, что так легко отделался.

– Вот и славненько, пошли, держи перстень, – она вернула драгоценность мужчине. Он подполз к Эверилд и стал целовать полы ее одеяния. – Ну, хватит, а то на нас обратят внимание. Идем, – она развернулась и пошла в заданном направлении.

Раб побежал вперед и уверенно повел ее в подземелье. Они спустились вниз по скользкой винтовой лестнице и оказались в холодном коридоре перед закрытой железной дверью, раб ее потянул – та не подалась. Он постучал.

– Кого там принесло?! – проворчали за ней.

– Наложница султана Кана, – представилась вампирша, и двери открылись. Стоило ступить за порог, как в нос ударил запах мочи, крови и многого другого. Где-то за стенами стонали, кричали. Будь Эверилд кисейной барышней, ее пробрала бы дрожь.

– Где мои рабы? – повелительно спросила она у янычара, одетого в яркую одежду.

– Пойдемте, госпожа, – учтиво сказал он, и они двинулись по катакомбам. Мужчина отпер дверь, и Эверилд жадно уставилась на рабов.

– Благодарю, можете выйти, мне надо поговорить с ними приватно, – попросила она, и страж вышел, закрыв за собой железную дверь.

Вампирша спустила Эрика на пол и, подойдя к пленным, когтями распорола кожу, послышался душераздирающий вопль.

Эрик набросился на раненых мужчин, жадно высасывая кровь, Эверилд молча наблюдала, дожидаясь своей очереди. Эрик выпил шестерых, ей остались четверо. Когда порождения Дьявола насытились, они вышли из камеры.

– Уберите трупы! – бросила она через плечо, настроение поднялось, и вампирша напевала песню, возвращаясь с Эриком в покои султана.