Текст книги "Бывший муж и его новая семья (СИ)"

Автор книги: Ева Стоун

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 6 страниц)

Глава 15.

Фаина

Как настоящая женщина, я успеваю навести марафет за считанные секунды, прежде чем отправляюсь к бывшему мужу с сюрпризом.

В конце концов, что он со мной сделает? Выгонит? Это навряд ли, потому что человек никогда не пьёт просто так и всегда засматривается на бокал, когда ему невыносимо из-за собственных мыслей.

Часто ему нужна компания, кто-то, кто его поймёт. Жилетка нужна, в которую выплакаться.

Насчёт жилетки я не уверена, но своё декольте я с удовольствием ему подставлю.

К тому же пьяный мужчина – это беспроигрышная лотерея, где уж какой-нибудь приз, но точно перепадёт.

По дороге я покупаю ещё несколько бутылок шампанского и одну бутылочку покрепче – мало ли у Бородина настроение нажраться?

Как бывшая жена, готовая подставить ему не только плечо, декольте и все другие части тела, кто я такая, чтобы его осуждать?

Поднимаюсь в его сьемную квартиру в прекраснейшем настроении. Звоню в дверь, держа в руках бутылку шампанского.

Он открывает не сразу, но когда дверь распахивается…

– Маша? – с надеждой в голосе спрашивает Руслан.

– Нет, не Маша, – изо всех сил стараюсь держать на губах улыбку, хотя хочется рвать, метать и орать.

Сдалась ему эта моль без вкуса и манер? Где только откопал такую дурнушку?

– Зачем ты здесь? – Руслан вроде бы и не сильно пьян, но он такой человек, что по нему не скажешь.

Делаю шаг в его квартиру, скажем так, проверяя границы. Не выгнал – и это уже плюс. Теперь нужно заговорить ему зубы.

– Ты сказал, что по телефону больше не хочешь со мной говорить, пока не будут готовы результаты теста, – элегантно по очереди стягиваю со своих оголённых плеч шубку. – Вот я решила, что почему бы нам не пообщаться, так сказать, лицом к лицу? – поднимаю бутылку шампанского в воздух. – Да за бокальчиком игристого? Что думаешь?

– Я думаю, что тебе нужно уйти, – кивает в сторону подъезда он.

Но я не собираюсь так быстро сдаваться, вернее, я вообще не собираюсь сдаваться!

– Я понимаю, что вы на пару со своей женой принимаете меня за противную Шапокляк, которая не пойми откуда взялась и делает гадости, – чуть понижаю голос и делаю его грустным. – Но ты же меня знаешь, Руслан… – смотрю в блестящие от выпитого глаза бывшего мужа. – Я не подлый человек. Прямолинейная – да. Иногда могу не в тему брякнуть – да. Но чтобы кому-то намеренно делать гадости, – качаю головой, – то это точно не про меня, – прикладываю ладонь к груди.

Бородин меня внимательно выслушивает, а потом начинает ржать. Вот ржать как конь, что б его!

– Что смешного? – еле держу себя в руках, хочется треснуть ему бутылкой по голове.

Терпеть не могу неуважения к себе. И какие бы планы у меня ни были на Руслана, это не значит, что я готова проглотить любую его выходку.

– Гадости, говоришь, не делаешь? – казавшийся до этого пьяным взгляд превращается в соколиный. – Ты змея, Фаина, – из его голоса сочится ненависть. – Огромная анаконда, которая ничего не стоит проглотить человека полностью, не мучаясь совестью.

– Как ты можешь так со мной говорить?..

– Потому что мы с тобой были в браке хуеву тучу лет? Потому что я помню, как ты общалась с людьми, как с грязью? Потому что у меня в подкорке отложилось, какая ты жадная, расчётливая и бессовестная? Как тебе такие причины, моя дорогая бывшая жена? – последние слова он произносит с насмешливым тоном.

Я хватаю ртом воздух от возмущения.

– Ты пьян!

– Да, – гордо произносит он, вскидывая подбородок. – Пьян и поэтому высказываю тебе то, что думаю. Или ты надеялась, что я тут в стельку, и ты будешь вокруг меня выплетать свои интриги? – он вскидывает тёмную бровь. – Походу, именно это ты и планировала сделать, – Бородин икает, – но жидко обосралась.

– Да как ты смеешь?! – в висках начинает пульсировать кровь.

– Ой, только не выдавливай из себя актрису погорелого театра, Фаина, ладно? Дуй давай, – он обеими руками указывает мне на выход. – И шампанское своё забери. Я к нему всё равно не притронусь.

– Руслан, – я задыхаюсь от гнева. Почему всё пошло совершенно не так, как я планировала? – Ты заблуждаешься… Ты очень сильно заблуждаешься насчет меня, слышишь?

– Да, блядь… Мы тут с тобой всю ночь чесать языками будем? Выйди, я спать ложусь, – он берёт меня за руку, выставляет за дверь, напоследок бросает мне в руки шубку и захлопывает перед носом дверь. Из за которой раздается его последний комментарий в мой адрес: – Заебала.

Глава 16.

– Нам надо поговорить, – именно с такой фразой в меня «случайно» врезается Руслан на выходе из супермаркета, расположенного рядом с домом моей мамы.

– Боже! – меня окатывает жаром, и я едва не роняю пакет с продуктами. – Ты что, меня караулил?!

Сердце заходится в груди, словно птица, которая впервые за долгое время расправила крылья, почувствовав свободу. Я отмахиваюсь от этого чувства. Какая свобода рядом с тем, кто предал?

– Нет. Это было первое место, где я решил тебя искать, и не ошибся.

Мне чудится или Бородин нервничает?

Его голос оказывает на меня странное влияние: сразу подскакивает пульс и учащается дыхание. Словно он – объект моей любви, а не ненависти.

Жаль, что я не из тех людей, которые могут обозлиться и от всей души ненавидеть. Это было бы очень кстати, но увы.

– Ты куда? – спрашивает он, когда я, сделав вид, что ничего не произошло, разворачиваюсь и ухожу в сторону дома.

Уж должна я вынести дистанцию в двести метров, даже если меня будет преследовать муж? Поправка: будущий бывший муж!

Ничего, не сахарная – выдержу.

– Маша, – он обгоняет меня и перегораживает путь. – Я не займу много твоего времени.

– Отойди, пожалуйста, я спешу, – пытаюсь его обойти. Тщетно.

Из принципа не смотрю на Руслана. А может, дело в том, что я знаю: стоит нашим взглядам встретиться – и разорвать эту сцепку будет слишком тяжело?

Нельзя проявлять слабину, даже такую, как простая человеческая вежливость.

Он знает меня как облупленную, поэтому и не отступает. Привык, что я всегда стараюсь быть человечной.

– Куда? – чуть устало спрашивает он. – От меня спешишь? – горько усмехнувшись, продолжает: – Я же сказал, что много времени у тебя не отниму.

– Что тебе надо, Бородин? – усилием воли поднимаю на него взгляд.

И сразу понимаю, что зря. Как мне самой себе объяснить, что выглядит он точно так же, как мой любимый муж, но при этом является предателем? Как вдолбить это себе в голову, если, когда я на него смотрю, у меня всё внутри сжимается?

От тоски сжимается. Сильной-сильной.

Правильно говорят: с глаз долой – из сердца вон. Пока я его не видела, мне было куда легче, чем сейчас, когда он стоит передо мной, возвышаясь, и хочет что-то сказать.

– Мне нужна моя жена, – ласково произносит он.

– Какая из? – я даже рада, что первой на ум пришла эта колкость.

Лицо Руслана меняется, будто он услышал что-то противное. Резко мотнув головой, он говорит:

– У меня только одна жена. Ты.

– А шашни крутишь с двумя. Поправка: крутил, потому что я в вашем любовном треугольнике не участвую.

– Маша, нет, – он непреклонен и видно, что искренне хочет меня переубедить. – Я ни с кем ничего не кручу. Фаина вообще от меня недавно получила такой от ворот поворот, что больше вряд ли ко мне сунется.

То, что у них с Фаиной было какое-то взаимодействие, о котором я мельком узнаю от Руслана, заставляет меня встревожиться. Ничего с собой поделать не могу и принимаю этот факт слишком близко к сердцу.

Фантазия сразу же начинает подкидывать картинки, похожие на те, что были в ту ночь, когда я застала их у нас в квартире. Их разговоры про старую любовь и поцелуй, который разбил мне сердце…

Хорошо, что о беременности я узнала уже после произошедшего. У меня хотя бы есть время, чтобы собраться, успокоиться и решить, как и в какой форме я скажу об этом Бородину.

– Ты специально всегда оставляешь за скобками вашего сына? – возвращаюсь к нашему разговору.

Положа руку на сердце, мне жаль сына Фаины, от которого Руслан так яростно отказывается. Вдруг я зря переживаю, и от моего ребёнка он тоже, когда придёт время, открестится с лёгкой душой?

– Нет, не специально. Просто я уверен, что ребёнок не мой. Вот и всё.

– Ты не первый такой папаша, который бьёт себя пяткой в грудь и утверждает, что он не отец. Тут, кстати, нечем гордиться, – качаю головой.

– Маш, я от пацана отказываюсь не потому, что не хочу быть ему батей, а потому, что я ему точно не отец. Вот и всё. ДНК-тест готов уже давно, только что-то Фаина затихарилась и не размахивает им перед моим лицом. Догадываешься почему? Причина может быть только одна – тест не показал моего отцовства, вот она и залегла на дно.

– Даже если так, – мы наконец доходим до нужного подъезда, и я дрожащей рукой тянусь в карман за ключами. – То пожалуйста не вмешивайте в это меня!

– Ка не вмешивать, когда ты моя…

– Бывшая, – перебиваю его и сталкиваюсь с ошарашенным взглядом. – Бывшая, Руслан. И больше меня не преследуй.

Глава 17.

Мне чудом удаётся заговорить ему зубы и нырнуть в подъезд. Сердце выпрыгивает из груди, но я ни на секунду не останавливаюсь, пока не захожу в квартиру и не закрываюсь на замок.

– Что это было?.. – спрашиваю себя, прислонившись лбом к прохладной поверхности двери.

Чего он добивался и на что рассчитывал? Думает, что я забыла, с чего всё началось?..

Вовсе не с предполагаемого ребёнка Руслана и Фаины, а с их поцелуя, свидетельницей которого я стала случайно. Но ему удобно этого не помнить и делать вид, что это его бывшая жена испортила наше счастье.

– Когда ты ему скажешь? – мама быстро меня раскусила по возвращении домой. Ей одного взгляда хватило, и она сразу же поняла – что-то произошло.

– Не знаю, – дёргаю плечами, убегая от этой темы.

– Как это? – мягко, но настойчиво спрашивает она. – Так дела не делаются, это его ребёнок, и он должен знать. Имеет право.

Ага. И как только я ему скажу, что беременна, он сто процентов активируется и начнёт на меня давить. А я так этого не хочу…

Он настолько меня разочаровал, что я не могу найти в себе силы рассказать ему правду.

– Мне нужно время. Чтобы выдохнуть и забыть о произошедшем. Не хочу действовать на эмоциях, это будет неправильно.

– Сама смотри, конечно, – мама одаривает меня долгим взглядом, в глубине которого читается тревога. – Только пока тебя рядом нет, его наверняка обрабатывает Фаина. Раз она набралась смелости вот так себя повести, то вряд ли сдастся до того, как получит желаемое.

Я не обижаюсь на мамины слова и понимаю, что в ней говорит голос старших поколений, когда за мужчину, вернее за штаны, нужно было держаться руками и ногами. Иначе женщину ждало осуждение со стороны общества. Она у меня сама не придерживается старых устоев, но, видимо, внушённый ей в молодости страх проецируется на меня всё равно.

– Пусть, – передёргиваю плечами, кутаясь в плед. – На здоровье. Он же не бычок на верёвочке. Я надеюсь.

– Вот тут ты права. Я за твоим Русланом не замечала, чтобы он был ведом, – размышляет вслух мама. – Наоборот, у него сильный характер.

Возможно, и так, но тогда почему он не смог противостоять Фаине, и они целовались в нашей новой квартире?

Ответ прост, и он на поверхности – Руслан этого хотел, как бы ни старался себя обелить.

Следующие несколько дней проходят в тишине и покое, если не считать нескончаемого потока собственных мыслей. Я буду мамой, причём в таких вот непростых обстоятельствах. У меня нет сомнений насчёт того, справлюсь я или нет, но есть горечь – непроходимая и сильная.

Для своего ребёнка я хотела полную семью. И мне казалось, что я нашла правильного человека. Мужчину, который и меня, и ребёнка будет любить. Это ведь так важно. Даже в самом страшном сне я не представляла такого развития событий, как сейчас…

Мама права – мне нужно рассказать Бородину о ребёнке, и сделать это как можно скорее. Спешка в моём случае связана исключительно с тем, что чем дольше я храню это от него в тайне, тем сильнее нервничаю. И в итоге боюсь, что это может плохо сказаться на беременности.

Я решила, что позвоню ему и сообщу по телефону, но не успели пойти гудки, как я бросила трубку. Пальцы одеревенели.

Нет, о таком говорят в лицо, при личной встрече. Или я слишком старомодная?..

Когда экран телефона загорается от входящего звонка, я понимаю, что гудки всё-таки успели дойти. Поэтому Руслан мне и перезванивает – почти моментально, словно у него нет других дел, и разговор со мной – это приоритет.

Не даю себе струсить и мокрой от нервов ладонью беру телефон, подношу смартфон к уху и севшим голосом говорю:

– Привет.

Сердце сходит с ума, пока я перебираю в голове слова, которыми договорюсь о встрече, но при этом себя не выдам.

– Маша, что-то случилось? – в голосе Руслана я слышу волнение.

– Нет, с чего ты взял? – стискиваю веки и не знаю, что ему говорить.

– Ты никогда мне не звонишь, – немного жёстко подмечает он, как будто этот факт его задевает, – а если звоню я, то ты попросту не берёшь трубку.

Всё именно так, я его избегаю любыми способами.

– Вот оно что… – стараюсь звучать дружелюбно и пойти по пути наименьшего сопротивления. – Нет, всё нормально.

– Тогда зачем ты звонила? – я слышу в его голосе надежду, которая меня добивает. – И так быстро передумала.

Сердце пропускает удар.

– Нам нужно поговорить, – облизываю пересохшие губы.

– Отлично, – воодушевляется он.

– С глазу на глаз, – мне всё хуже, хорошо, что я сижу, иначе бы рухнула на пол.

– Я приеду. Прямо сейчас. Хорошо?

– Хорошо…

Глава 18.

К чему бы там Руслан мысленно ни готовился, я уверена, что моя новость будет шоком.

Но молчать нельзя, потому что речь не только обо мне и моих чувствах, но и о будущем двоих других людей – моего мужа и нашего ребёнка.

Когда машина Бородина останавливается у подъезда, я выхожу сразу же, чтобы как можно скорее избавиться от бремени секрета. И что-то решить относительно того, как дальше будут развиваться события.

– Привет, – говорит Руслан, не успеваю я сесть на пассажирское сиденье. – Я так рад, что ты позвонила… – и, судя по его голосу, он действительно очень рад.

Не знай я того, насколько толстая у него броня, подумала бы, что он тронут.

– Это важно, – переборов себя, наконец поворачиваюсь к нему.

Сердце сразу же пропускает удар, как предатель. Господи, а ведь я по нему тосковала…

В горле вырастает ком, а глаза пощипывает от слёз.

– Я слушаю, – настороженно отвечает он и замолкает.

А я рта раскрыть не могу – меня всю трясёт. Я уже не так уверена, что смогу довести начатое до конца. Мамочки…

– Маш?.. – ласково зовёт он. – Ты заставляешь меня понервничать. Всё хорошо? Какие-то проблемы? Только скажи – я всё решу.

Раньше я всегда доверяла ему свои заботы и проблемы. Он правда был для меня человеком, который точно решит вопрос. Но теперь между нами пропасть, и новость об отцовстве я буду говорить чужому мне человеку.

Очаровываться и фантазировать насчёт его реакции точно не стоит.

– У меня нет проблем, всё хорошо. Даже очень, – украдкой улыбаюсь, когда в голове появляется картинка того, как я в будущем забочусь о желанном малыше.

Боль от расставания с Русланом однажды пройдёт, и когда-то в будущем я буду вспоминать этот день с лёгким сердцем.

Надеюсь…

– Маш? – в его голосе горит нетерпение.

Набираю в лёгкие воздух, но всё никак не могу найти подходящих слов. Разве такое вываливают на мужчин без подготовки? Одно дело, когда ребёнка планировали, и совсем другое, когда беременность получилась случайной.

– Я… – поворачиваюсь к Руслану. – Жду от тебя ребёнка.

Пожалуй, простое «беременна» подошло бы сюда намного лучше, но слово не воробей. Вжимаюсь в сиденье, ожидая от него ответа.

Ответа, которого нет.

Бородин смотрит на меня прямо, ничто не выдаёт в нём перепада настроения либо зашкаливающих эмоций.

– Ты слышал, что я сказала?.. – хочется под землю провалиться. Неужели это и есть его искренняя реакция?

– Слышал, – отвечает он и снова молчит.

Зато я слышу, как в голове начинает грохотать неугомонный пульс. Я сейчас задохнусь от нервов.

Нет, но какой реакции я ожидала от человека, который к нам в квартиру привёз свою бывшую жену, чтобы с ней зажиматься?

Рука сама ложится на ручку дверцы автомобиля. Но прежде чем выйти, я говорю:

– Несмотря на нашу с тобой историю, ребёнка я оставляю, – выходит громко, потому что его отсутствующая реакция меня, конечно же, задела за живое. – И от тебя мне не нужно ничего! Ни помощи, ни денег, ни присутствия. Так что можешь расслабиться, Бородин. Я не собиралась трясти с тебя алименты…

Собираюсь выйти из машины, но чувствую, как на моём запястье сжимается его горячая пятерня.

– Почему ты уходишь? – он отстёгивает свой ремень безопасности и свободной рукой обхватывает мой подбородок, вынуждая нас встретиться глазами.

– А что мне нужно сделать, Бородин? Броситься к тебе в ноги и умолять хотеть этого ребёнка?

– Тебе не нужно меня умолять, Маша, – тихо, но жарко произносит он. – Я очень рад.

– Рад?

– Конечно, – на мгновение на его губах появляется совсем мальчишеская улыбка. Победная улыбка. – Конечно, я рад, что у нас будет ребёнок! – шёпотом восклицает он и лбом прислоняется к моему. – Господи, конечно я рад, Маша… Это самая лучшая новость!

Его слова меня обескураживают. И какая-то часть меня хочет, чтобы он повёл себя как подлец, а не вот так.

– Хорошая новость, да, – я не заражаюсь его радостным настроением. – Пожалуйста, не трогай меня, – аккуратно убираю от себя его руки.

– Маш… – его глаза загораются только сильнее. – Теперь мы точно должны помириться. Ради ребёнка, – его взгляд падает на мой пока ещё плоский живот, – ради нас.

– Ради нас, Руслан, надо было не водить тайком к нам в квартиру другую бабу, – шмыгаю носом, изо всех сил сдерживая слёзы. – И нет, ради ребёнка сломанный брак склеивать заново я не буду.

Глава 19.

– Стой! – он не дает мне выйти из машины и накрывает своей рукой мою ладонь.

Ну конечно же, он не хочет меня отпускать, ведь теперь у него есть великолепный шанс правдами и неправдами меня удержать.

Мне кажется или у него под кожей пробегают разряды электричества? Не могу назвать это дрожью, потому что Руслан не такой человек, чтобы даже от избытка эмоций дрожать. Нет, он сильный и точно умеет подавлять эмоции. В этом плане я ему даже завидую. Мне бы очень хотелось не чувствовать того разрушительного коктейля эмоций, который в данный момент буквально сшибает меня с ног.

Хорошо, что сижу. Или нехорошо? Ведь я сижу в одной машине с почти бывшим мужем, который не хочет принимать статус «бывшего».

– Стой, Маша, – он смотрит мне в глаза прожигающим взглядом. – Ты должна… Ты просто обязана мне поверить. Я бы не стал тебе лгать, и особенно сейчас, когда ты ждешь ребенка, – его голос меняется, приобретая хрипотцу, от которой мурашки по коже. – Между мной и Фаиной ничего нет, ты должна это знать. Нет и не было. А тот раз…

Он затихает, пытаясь подобрать нужные слова. И тут я решаю не упускать своего шанса.

– Что про тот раз, Руслан? Хочется по-быстрому оправдаться и закинуть свою измену в дальний ящик, надеясь, что она никогда больше не всплывет на поверхность?

– Маша, всё не так, – видно, что ему очень хочется меня переспорить, только вот он никак не найдет нужных слов.

– А как? – к лицу приливает жар, до того мне невыносимо. – Как, Руслан, объясни мне? И поверь, я тебя об этом спрашиваю не потому, что любыми способами хочу вернуть нашу семью. Мне по-человечески интересно: что было у тебя в голове, когда ты заигрывал с бывшей женой? Когда приводил её в наш будущий дом? Это же такое предательство… которое правда не укладывается у меня в голове. Я ведь никогда не требовала от тебя затворнического образа жизни. Не запрещала тебе ни с кем общаться. Даже если бы ты сказал мне, что вы с Фаиной хотите встретиться и поговорить за чашечкой кофе, клянусь, я бы тебе ничего не сказала. Я бы погасила в себе ревность доверием к тебе, – закрываю глаза и качаю головой. – Именно поэтому я тебе, Руслан, и не верю. Если бы это было безобидной встречей, ты бы как взрослый мужчина прямо мне сказал, но нет. Ты всё от меня скрыл. А знаешь, что мужья скрывают от своих жен? То, что может сильно навредить браку, например, параллельный роман.

– Никакого параллельного романа, – Руслан неумолим. – Я сделал ошибку. Тупость. Я поступил как дебил, и мне нет оправдания. Я не имел права приводить её в нашу квартиру и уж тем более позволять ей ездить себе по ушам.

– Не сваливай всё на Фаину, – мой голос перемешивается с нервным смехом. – По ушам она тебе ездила, – усмехаюсь. – Если кто-то кому-то по ушам ездит, то это ты мне.

Снова хватаюсь за дверную ручку, только в этот раз сильнее, дергаю её, и дверь открывается. Вместе с этим в глазах Руслана вспыхивает паника, которую тут же вытесняет гнев.

– Мы не договорили, и ты никуда не можешь уйти.

– Мы как раз-таки договорили, – настаиваю. – Я тебе сказала, что хотела, поставила перед фактом, что ты биологический отец моего будущего ребенка. А ты в ответ попытался себя обелить, но у тебя не получилось. Я разве что-то упустила?

– Пиздец… – ругается себе под нос Бородин. – Нет, родная, ты ничего не упустила. И даже красиво обосрала меня формулировкой «биологический отец».

– На правду не обижаются.

– Я не ребенок, чтобы обижаться, и конечно, я понимаю, почему ты так говоришь. Каждый опостылевший бывший приобретает статус биологического отца, вы, женщины, в этом похожи.

– Нет, это вы, мужчины, похожи тем, что предаете своих жен! В вас проблема! Потому что вы не умеете хранить верность, а когда вам за это прилетает, то виноваты все вокруг. И любовница, которая проехалась по ушам, и жена, которая не хочет прощать оплошность. Скажи, ну вот ты, как умный мужик, разве не можешь набраться смелости и признать свою вину?

– Я её признаю, – уверенно произносит он.

– Тогда, значит, должен принять последствия. Такие, как наше окончательное расставание и развод.

– В этом-то и проблема, Маша, – сокрушается он. – Я не могу этого принять. Не могу, понимаешь? Особенно сейчас, когда знаю, что ты беременна.

Не в силах больше его слушать, я выхожу из машины, но не успеваю захлопнуть за собой дверь, как слышу слова мужа:

– Отпустить тебя – выше моих сил.

– Не ты первый, не ты последний, – бросаю на него последний взгляд, прежде чем уйти. – А если тебе так хочется попрактиковаться в отцовстве, то позвони бывшей жене. Она тебе в этом вопросе поможет.

Хлопаю дверцей и пулей несусь в подъезд, потому что прекрасно понимаю: просто так даже после этого разговора он меня не отпустит.