Текст книги "Вестник"
Автор книги: Ева Соулу
Жанр:
Научная фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]
Джулия помедлила, затем стала рядом; он посторонился, приглашая в компанию чувство растерянности. Девушка смотрела себе под ноги, за что он был премного благодарен – обычно ее несчастный взгляд разъедал не хуже кислоты.
– Добрый вечер, друзья мои. Во что играете? – Со своей особой бесцеремонностью Рональд Тэйси выскользнул из полутемного коридора справа и незаметно подкрался к ним почти вплотную. Джулия поспешно отвернулась. Алекс через силу поздоровался, и старик немедленно смекнул, что к чему. Он бы с удовольствием заболтал Джулию до потери координации, но Райн явно не желал его вмешательства.
Старик вопросительно склонил голову набок:
– Не возражаете, если я воспользуюсь библиотекой?
– Тебе не нужно разрешение.
– Большое спасибо. – Рональд обогнул их и взялся за ручку двери.
– Только… там кое-кто есть. – Алекс с трудом поборол искушение взглянуть на Джулию.
– Гости?
Райн замялся. Он не испытывал ни малейшего желания пересказывать инцидент в подземелье. Но если всё оставить как есть, Джулия непременно пустится в домыслы. К сожалению, он не мог решить, что в их случае безопаснее – напугать или положиться на здравый смысл. (Она взглянула исподлобья.) Пожалуй, лучше напугать.
– Со мной кое-что приключилось.
– Он едва не погиб, – тихо вставила Джулия.
– Вот как?
Рональд внимательно оглядел Райна, утвердительно кивнул:
– Да у тебя девять жизней. Кто спас тебя на этот раз?
– Одна незнакомая… личность. Понятия не имею, откуда она взялась в замке, но я ей обязан.
– Что ж, тогда я хочу от всего сердца поблагодарить эту прекрасную особу. Кем бы она ни была.
Райн заметил, как покраснела Джулия. Похоже, слова Тэйси сместили акцент со скороспелой ревности на тот факт, что Алекс стоит перед ней живой и невредимый. Наконец-то.
– Наверное… – Джулия смущенно сцепила руки. – Наверное, мне тоже стоит сказать ей спасибо.
– Прошу, юная леди, проходите. – Рональд любезно распахнул перед ней двери.
Она бросила на Алекса сконфуженный взгляд и вошла. Вслед за ней прошмыгнул Тэйси.
Когда Райн увидел пустой диван, он лишь стиснул зубы и медленно пошел вдоль высоких стеллажей. Конечно, Эрики нигде не было – только на диване, покачивая страницами, лежала раскрытая книга о кузнечиках.
Глава девятая
Астоун
20:23
– Нельзя было ее оставлять. Ведь ясно было, что она знает замок лучше меня.
– Не убивайся, Алекс. Не всегда можно действовать по обстоятельствам.
Но Райн не слушал.
Телефонная трубка так и осталась лежать в его руке.
Сомневаться не приходилось, но он всё же проверил: никакой Эрики Бэйлори на факультете архитектуры в Оксфорде не числилось. Как не было и прошения осмотреть замок. Элинор могла соврать, но что с того? Эрика исчезла с той же легкостью, что и появилась – пройдя сквозь охрану замка и стены.
Сноровка и спокойствие, с которым она спасала его в подземелье, сам факт, что она смогла забраться так далеко, – она не была той девочкой, что после размазывала слезы по щекам, готовая прыгать за ним по ступенькам и вымаливать прощение. Она ломала одну комедию ради другой, запутывала его, ей было безразлично, на что он купится; ей была нужна лишь толика неуверенности с его стороны и пара безнадзорных секунд. Несомненно, он уже видел ее раньше. Глядя на пустое место на диване, он всё сильнее верил в это. Но где? Что она делала? В голове не было ни единой ассоциации, и это сводило его с ума. Она прикидывалась кем-то, а он не мог догадаться.
– Это всё моя вина. – Джулия стиснула руки. – Моя. Я отвлекла тебя, увела из библиотеки… Это я…
Алекс продолжал молчать. Рональд покосился на его занемевший профиль и ласково потрепал Джулию по плечу:
– Ты не могла знать.
– Алекс! – Джулия вдруг резко подняла лицо.
Райн вздрогнул от острых ноток в ее голосе.
– Мы должны позвонить инспектору Байронсу! – Она вскочила на ноги. Потом метнулась обратно к Алексу, села перед ним на колени, заглядывая в глаза. – Я вспомнила! Знаю, я видела ее только мельком, но у меня сразу появилось чувство… будто я встречала ее раньше. И я знаю, где! – Райн наконец-то обратил на нее внимание. – Я видела ее в больнице, перед последним покушением. Я просила ее передать врачу, что мне нужно уехать. Неужели…
Алекс закрыл глаза, Джулия испуганно оглянулась на Рональда.
– Послушай, – Тэйси присел рядом с ним и осторожно вытащил трубку из его неподвижных пальцев. – Я думаю, она вернется. Она обязательно вернется в Астоун.
Опустевшая рука Алекса тихо дрогнула.
– Я уверен. – Рональд мягко уронил трубку на телефонные рычажки, улыбаясь с таким спокойствием, что Джулии стало совсем страшно: всё вокруг вдруг показалось ей медленным и тяжелым.
– Она что-то искала здесь, – продолжал тем временем курлыкать Рональд. – Ее снабдили планами замка, которых нет даже у тебя.
– Но кто мог это сделать? – едва слышно прошептала Джулия. – Чесбери? Неужели они действительно пытаются… – Она уронила голову Алексу на колени и изо всех сил вцепилась в его руку. Но Алекс словно уснул с открытыми глазами.
Рональд сощурился.
Всё было тихо: тяжелое дыхание Джулии пропадало в шорохе вертевшегося в камине огня, по корешкам книг разбегались знакомые блики. Во всём зале не было ни единого постороннего Следа, будто в нем никогда никого не было – даже простой иллюзии. Возможно, сказывалось влияние Астоуна. Возможно, причина была в той, с кем они имели дело.
Джулия выпустила руку Алекса, медленно встала и взялась за телефон. В последний момент оглянулась на Райна:
– Я позвоню Дэну Байронсу.
– Хорошо, – вместо Алекса откликнулся Тэйси. – Думаю, стоит пригласить его сюда.
Джулия поглядела на старика в упор, стараясь угадать, не скрывается ли за этим намек, но тот смотрел в ответ агнцем. Потом ободряюще улыбнулся ей и вновь принялся тормошить Алекса.
– Я позвоню из своей комнаты. – Она бросила трубку и выбежала из библиотеки.
Рональд плотно прикрыл двери и занял ее место напротив Райна. Тот проигнорировал перестановку, в его расширенных зрачках плавали редкие лоскуты электрического света. Подобный взгляд вызывал желание дать затрещину.
– Алекс, ты напугал девочку до смерти. Это которая по счету?
Райн через силу вернул четкость зрению и навел взгляд на Тэйси. Внезапно его грудь заходила ходуном, словно в приступе удушья, но заметив это, он вновь застыл, плотно сжав челюсти.
– Хватит! Отбой!
Рональд и впрямь готов был хватить его по физиономии.
Послышался глухой шелест рвущейся ткани – Алекс слишком крепко вцепился в подлокотник дивана; но линии разрыва не остановились под его рукой, продолжая распарывать бархат вдоль и поперек. Тэйси сильно сдавил его запястье.
Через минуту Алекс начал тяжело глотать воздух. Диванная обивка перестала разлетаться в клочья.
– Уже лучше…
Рональд отпустил его, пристально отслеживая изменения.
– Такое уже было?
– Не… не помню. Такого не помню… – Алекс потихоньку приходил в себя. – Это… последствия травмы?
– Хотелось бы мне знать. Если бы у физических травм случались такие «осложнения», я бы стал медиком. Знаешь, Алекс, тебе надо научиться контролировать себя.
– Научи.
– С удовольствием, если ты будешь подоверчивей.
Алекс скривился и тяжело откинулся на спинку искореженного дивана.
– Джулия… заметила, что я?..
– Не думаю. Она ушла прежде, чем тебя затянуло. Полагаю, она решила, что ты очень сильно расстроен.
– Скоро она сообразит, что убийца не станет спасать жертву, готовую погибнуть без посторонней помощи.
– Она звонит Дэну Байронсу.
Алекс промолчал. Затем отвернулся к огню.
– Что ты знаешь… о ней?
– Ничего.
Рональд поднялся, разминая затекшие ноги. Алекс скосился на него, но так и не задал второго вопроса.
– Джулия права: это действительно твоя полуночная гостья из больницы, – наконец пробурчал Тэйси. – Одинаковая безрезультатность – тоже результат. Я пытался кое-что выяснить. А ты?
– А я… – Алекс усмехнулся вместо ответа. – Я не понимаю.
Рон удивленно крякнул и уселся на стол леди Чесбери:
– Слушай. Я бы хотел немного подробнее. Равноценный обмен. Ты даешь мне информацию, я помогаю тебе ее использовать. Идет?
– Мы столкнулись с ней нос к носу, провели вместе достаточно времени, но ничего, кроме смутного беспокойства, я не почувствовал, пока… Короче, от меня мало толку. Я не понимаю, что происходит. И ничего не могу тебе рассказать, потому что у меня нет подходящих слов.
– Ты просто запираешься.
– Думай, что хочешь.
– Состояние…
Алекс остановил его нервным жестом.
– Состояние, в котором ты только что пребывал, – настойчиво продолжил Тэйси, – это самая правильная попытка понимания. Но неумелая и не ко времени.
– Я не знаю, что это было.
– Зато я знаю. – Рональд весело подмигнул ему. – Мы можем помочь друг другу, если ты изменишь политику.
– Друг другу? – вскинулся Алекс.
– Полицейский, которому сейчас звонит Джулия, – он может найти твою Эрику, если захочет. И, похоже, только он один и может. Другое дело, что это ни к чему не приведет, потому что ты всё равно ее не удержишь. Так же, как и сегодня.
– И ты готов научить меня… Чему научить?! – Райн вдруг взвился на ноги и принялся метаться по библиотеке, словно комнатный торнадо. – Объясни мне, Рональд, где заканчивается вся эта демагогия о чудесах и начинается что-то настоящее? Почему я оказался здесь, зачем?!
– Зачем?
– Зачем я планомерно свожу себя с ума?
– Неточная формулировка.
Алекс какое-то время стоял, глядя на старика в упор. Потом что-то сдвинулось в его взгляде, и он медленно опустил лицо.
– Нет, Рональд, – его голос стал спокойным. Ладони расслабились, руки скользнули вдоль тела. – Не надо. Не стоит меня учить. Не надо просить полицейского и сам, прошу… Не вмешивайся.
Тэйси непонимающе приподнял брови.
– Забудь об этом. – Алекс покачал головой, усмехаясь собственным мыслям. – Я не хочу ни во что играть. Я… сам разберусь, на каком я свете. И, пожалуйста, – добавил он с нажимом в голосе, – завтра забери Джулию, и уезжайте.
Он прямо посмотрел на Тэйси, его спокойствие казалось искренним. Рональд понял, что не в состоянии угадать аргумент, который Алекс выдвинул себе в обмен на это умиротворение.
– Ты уверен?
– Обычно ты не задаешь таких вопросов.
– Обычно я больше знаю о том, что происходит.
Рональд поднялся:
– Хорошо. Я сделаю, как ты хочешь.
Алекс благодарно кивнул.
– Если тебе понадобится что-то, дай знать.
Тот слабо улыбнулся – эта улыбка ничего не обещала. Похоже, он принял окончательное решение. Рональд, покряхтывая, заозирался в поисках своей книги.
– Ах, вот она… Да…
Алекс безмолвно следил за его движениями.
– Пойду, прилягу. Алекс… – старик наткнулся на его внимательные непрозрачные глаза и осекся. – Что ж. Спокойной ночи.
– Спокойной ночи, Рональд.
Кивнув напоследок, Тэйси зашагал к выходу. Уже по дороге в свою комнату он понял, в какую передрягу попал благодаря только что данному слову. Но он даже был немного рад, что судьба наказала его столь нелепым образом.
*
Квартира Дэна Байронса
21:47
Дэн вошел, бесшумно прикрыл дверь. В комнате было темно. Сумрак шелестел мокрыми лапами разросшихся вязов, жалобно терся ими об оконное стекло. Сквозь щель между портьерами пустил колючки электрический свет. Байронс прошел в центр гостиной и остановился. Тишина что-то нашептывала. Он склонил голову, взгляд уловил неясную тень, отделенную от стены едва заметными светлыми линиями. Внезапно он узнал ее. Попытался стряхнуть наваждение – нет, это просто тень. Простое человеческое тело. Волны тепла, медленные удары сердца. Искорки эмоций, словно слабый электрический шум. Больше ничего.
– Что вам нужно? – Он не стал пугать незнакомца, решил дать миражу шанс развеяться. Нужен свет, иначе он рехнется.
Неизвестный пошевелился. Тонкая рука привычным жестом нащупала выключатель, раздался щелчок. Бра на стене вспыхнуло.
Едва выдохнув, Дэн отступил назад. Его глаза расширились.
– Добрый вечер, Дэн.
Рональд посмотрел на него немного спокойнее и немного безмятежнее, чем обычно. Бросил столь же выразительный взгляд гостиной мебели и тихо скользнул в кресло. Дэн ошарашено наблюдал за другом, будто за собственной смертью. Тишина висела какое-то время, сплетаясь во всё более прочный клубок; мысли Байронса увязли в нем, он отказывался принимать то, что ощущал и не мог изменить: у сидящего перед ним человека не было Дара. Но он не видел на нем Печати, а, стало быть… Рональд поднял лицо, закрываясь знакомой лисьей улыбкой. Губы беззвучно шевельнулись. Дэна накрыло – не найдя опоры, он медленно рухнул на диван.
– Ну да, «простой смертный», и что с того. – Тэйси витиевато взмахнул рукой. – Друг мой, это не самая злая шутка, которая могла со мной приключиться. Но нам обоим придется к этому привыкнуть. Странно, как будто… Впрочем, – он смущенно потер висок, – тебе это знать ни к чему.
Эхо тишины.
– Как? – Дэн мог бы узнать и сам, но не посмел. – Что случилось?
– Такой расклад. Иногда приходится чем-то жертвовать. Но, как говорится, всё к лучшему. Полагаю.
– Ничто не в силах лишить нас Дара – кроме собственного желания или Печати.
– Верно.
– Неужели ты… – Дэн едва приподнялся и тут же свалился обратно, царапая взглядом стены. – Но почему?!
– Я тут ни при чём, Дэн. – Рон пожал плечами. – Ты не видишь Печати? Я так и думал. Отличная работа.
Он повозился в кресле, ища положение поудобнее. Байронс по-прежнему сверлил его диким взглядом.
– Кое-что случилось. Несчастный случай, если хочешь. Некто, полагаю, неосознанно… уничтожил мой Дар. Как видишь, обошлось даже без Печати.
Дэн бессильно замотал головой. – Да как такое вообще возможно? Что у вас творится?!
– Думаю, особую роль сыграло место, в котором мы находились. Но я не хочу обсуждать это. Можешь оказать мне услугу? На всякий случай.
Пальцы Байронса задрожали, выводя знаки и помогая сбивающимся мыслям добраться до последней точки. Тэйси молчал, ждал. Наконец Дэн поднял потемневшие веки: – Обратной дороги нет. Ты больше не сможешь… Ты не восстановишься.
– Понятно. – Рон сощурился. – Что ж, спасибо, что помог.
Он поднялся, взял шляпу. Попрощался непонятным взглядом и прямиком направился к двери.
– Тано!
Рон обернулся и отрицательно покачал головой:
– Нет, так больше не надо.
Дэн набычился, как мальчишка. Старик пожалел его и на пороге оглянулся: – Думаю, через некоторое время мы снова увидимся. Хочу знать, как у тебя пойдут дела.
Дэн невнятно кивнул.
– Ах, да. То обещание, что ты мне дал – раскрыть дело Райна, – забудь о нем. Я не хочу связывать тебя обязательствами, когда сам не в состоянии выполнить свои.
– Это неважно. Я справлюсь.
– Нет, Дэн. Это мое официальное распоряжение, забудь.
– «Такой расклад»?
– Да, мой мальчик. И так будет лучше.
Дверь открывалась всё шире.
– Тано.
Рон обернулся, готовый снова выбранить его. Дэн подошел и протянул ему руку. Рональд округлил глаза. Затем рассмеялся – тихо, но действительно легко. Они обменялись рукопожатием.
– Увидимся.
– Непременно.
Дверь бесшумно закрылась. Комната по-прежнему плавала в блеклой заводи электрического света. Вечер закончился.
*
Астоун
24 февраля
Алекс сидел в своей комнате в Северной башне и слушал, как тикают часы за спиной. Небо еще светилось, но волны продолжали темнеть до чернильной густоты. Облака таяли вслед за океаном. Убывающий месяц бессонно таращился над горизонтом, ополчившись рогами на восток. Сквозь ветер проступал тяжелый запах мокрой земли. Сегодня целый день не было снега.
В замке быстро вечерело. Все звуки стали четче и легче. Алекс следил за звездами, взглядом на юг, где в широкой полынье слезилось несколько неярких точек. Культяпка старого созвездия – не выкинуть, не отвести глаз. Замок был пуст. Рональд и Джулия уехали; прислуга (даже старина Эшби) была временно выдворена на отдых. Стены вздохнули и вместе с Алексом приготовились ждать, день за днем.
Он верил, что она вернется. Но если она не придет сама, он отправится на ее поиски. Они связаны. Астоун сказал, что это так.
*
Дом Уэйнфордов
25 февраля, 11:07
– Мерзавка! Я же запретила ее рисовать!
Изабелла вздрогнула и отшатнулась от мольберта.
Элинор вцепилась в подрамник холста и сломала его пополам. Обрывки ее собственного лица с шелестом посыпались на пол. Затем она уставилась на девочку, понуро смотрящую в сторону.
– Если еще раз ослушаешься, я выброшу тебя вон.
Изабелла безмолвствовала. Это обещание не сбудется, даже если она разрисует портретами Элинор весь дом. Через несколько минут настроение матери изменится, и тогда она придумает, что уничтоженный портрет – дело рук самой Изабеллы.
– Убирайся. Я не желаю тебя видеть.
Изабелла бесшумно выскользнула из мастерской, радуясь возможности спрятаться от Элинор, пока та блуждает по дому, кидаясь на каждую неровную тень. Мать громко вздохнула ей в спину.
Часть гнева улеглась. Но запахи пропахшей акрилом комнаты вызывали тошноту. Несколько последних часов Элинор металась по маленькой клетке внутри этого дома, натыкаясь на стены. Ей не хватало Астоуна, его маскулинной тяжести. Голова казалось легкой, не своей – всё постоянно отдалялось, и она боялась, что пробьет здешний потолок и улетит в никуда. Ей не за что было зацепиться. Где-то внутри играла музыка, от звуков которой по стенам с шорохом осыпалась каменная крошка.
В ее крови, на две трети разведенной отчаяньем, не хватало кислорода. Виктория не возвращалась. День за днем птичка пела, пока здесь пустовало всё. Маленькая канарейка заново отрастила желтые крылышки и пробовала летать. Ее не уговорить вернуться, даже сюда. Элинор опрокинула мольберт и заплакала. Гаденыш лишил канарейку памяти. Элинор может ждать, пока небо не обрушится, но это ничего не изменит.
Она подошла к окну и прижалась щекой к стеклу, разрисованному рыжими цветами. Краска засохла намертво, мутными лентами пеленая облака, пытавшиеся плыть мимо. Элинор опустила взгляд. К городу, сквозь покрытую ледяной коркой пустошь, убегало шоссе. Дрожащие вдалеке тени домов таяли рядом с развороченным рыжим маком, заслонявшим половину пейзажа, но Элинор было лень подвинуться. Сощурившись, она смотрела на него, царапая стекло. «Викки, если твоя дочка исчезнет?» Элли улыбнулась маку. Возможно, не слишком удачная мысль, но есть ли у нее выбор? Она не предполагала в свое время, что канарейке понравится высиживать яйца. Просто согнать ее с гнезда теперь недостаточно. Лисе нужно украсть яйцо, нужно сделать его своим. Или сожрать, если потребуется.
Элинор оделась и вышла из дома. Через пару минут ее машина стремительно сорвалась с места. Изабелла смотрела ей вслед из высокого окна и плакала.
*
Асфальт успел оттаять на утреннем солнце, иначе бы Элинор слетела в кювет на первом же повороте. Машина неслась на огромной скорости, дорога была пуста. Забываясь, девушка до упора выжимала педаль газа, не обращая внимания на затравленное повизгивание зимних покрышек. Она действительно была хорошим гонщиком – но, увы, плохим водителем. Зато город шустро подбирался всё ближе, переваливаясь на серых лапах. Сегодня им вдвоем будет весело.
Элинор принялась обдумывать первоначальный маршрут. Марго поблизости нет, Гордон завершал дела на материке. Заброшенный Ричард переехал в гостиницу, но ей было наплевать. Нетрудно будет выманить канарейку, чтобы заполучить ее яйцо. Викки старается вовсю – наверстывает упущенное в новом гнезде; но иногда Фитцрейн, желая похвастать женой из легендарного семейства, водит ее на посиделки к друзьям, среди которых всё больше жены прикормленных Фитцом полицейских – такие же, как Викки, наседки с погремушками вместо мозгов. Давненько это чудесная компания ничего не праздновала допоздна, нужно подкинуть им повод. Возможно, в скором времени Фитц поймает жирную рыбку из местной ювелирной фауны. Подумать только, как счастлива будет канарейка! Правда, недолго. Главное – заранее подготовиться, но именно этим Элинор развлекалась всю последнюю неделю.
Показался очередной поворот. Через десяток метров – встречный автомобиль. Девушка с хрустом вывернула руль и вылетела на обочину.
Взбрыкнув, машина врезалась в мягкий торфяник, а затем мир пришел в состояние покоя. Элинор закрыла глаза. Удушье пряными волнами подступило к горлу, ей пришлось поднять руку и на ощупь открыть окно. Ей нравилось, когда случалось вот так удивляться – это странным образом бодрило после.
– Вы живы? – Окрик накрыл внезапно, и она осознала, что кто-то успел подобраться к ней со стороны шоссе. Силуэт заслонил собой небо и стал матово-темным. Должно быть, он смотрел на нее; Элинор сощурилась, привыкая к свету. Снова голос: – Вы не ранены?
Его лицо проступило медленно, как на проявляемой фотобумаге. Элинор вжалась в кресло, провалилась в многоголосый звон. По каждому ее нерву побежал синий ток. Ей нужно было закричать, чтобы вернуться к жизни, но было слишком страшно очнуться в перевернутой машине, с мороком в голове. Она смотрела в глаза человека, уже тридцать лет как мертвого и погребенного. Ведь она убила его, убила руками Марго.
Но он об этом не подозревал. Призрак Александра Гора быстро открыл дверцу автомобиля и принялся обследовать Элинор на предмет увечий. Убедившись, что она не ранена, он осторожно похлопал ее по щеке. Рука была теплой. Элинор вперилась в это знакомое, живое лицо: в его глазах стало меньше печали. Возможно, она по ошибке въехала на тот свет и теперь всё будет хорошо.
– Да придите же в себя! – Он тихонько встряхнул безответно таращившееся на него существо, и Элинор, судорожно выдохнув, вцепилась в его ладонь.
Ее взгляд принял осмысленное выражение. Ивэн облегченно кивнул и попробовал отстраниться, но она держала его мертвой хваткой, нисколько не заботясь о том, что он подумает. Ему пришлось опереться о крышу автомобиля, чтобы не потерять равновесие и не завалиться в салон.
Гор списал ее странное поведение на пережитый шок, что было ей только на руку. Элинор продолжала смотреть на него, словно зачарованная.
– Давайте, я проверю вашу машину. Удар был не сильный, но всякое может быть. – Он покосился на открывшийся при столкновении с торфяным холмом капот.
Элинор выпустила руку призрака и медленно переползла на соседнее сиденье, уступая место. Гор сел за руль, и машина завелась с пол оборота. Улыбнувшись ей с видом добросовестного хирурга, он уже собирался выйти, когда Элинор нащупала кнопку под своим креслом. Отчаянно всхрапнув, автомобиль издох. Промучившись еще около получаса, Ивэн смирился с неизбежным – попросил Элинор выбраться из мертвой машины и подождать, пока он развернет свою. Девушка так хлопнула дверцей, что окрестные вороны заметались над пустырем черными междометьями.
Наблюдая, как незнакомка, не спуская с него глаз, бодро скачет по обочине, Гор подумал, что ему не стоило так сильно волноваться за нее. Отчаянно не хотелось везти ее в город, и вовсе не потому, что предстояло потерять время на поездке туда и обратно. Красивое полудетское личико этой девушки вызывало смутное беспокойство. Однако, учитывая обстоятельства, деваться ему было некуда, чего бы он там не хотел. Хорошо хоть, она отказалась ждать эвакуатор.
Притормозив возле Элинор, Ивэн вежливо распахнул дверцу. Девушка прыгнула внутрь и мгновенно свернулась подле него, как домашняя кошка. Он поспешно перевел взгляд на дорогу и тронул машину с места.
– Так куда вас отвести?
– До въезда в город, – живо откликнулась она, – дальше я сама.
– Отлично.
Он прибавил скорость, надеясь, что ему не придется участвовать в беседе, хотя виском чувствовал, как незнакомка наблюдает за ним безо всякого намека на такт или стеснение. Она и впрямь вела себя как дитя, или ей просто нравилось смущать попутчиков.
Элинор следила за Гором с яростным напряжением, с каждой минутой всё сильнее ощущая растущее в нем отчуждение. Его присутствие уже не казалось ей чем-то странным: он был здесь, потому что ее желания всегда сбывались – они встретились на той же дороге, где были разведены случайной ошибкой. И теперь ей хотелось говорить с ним, говорить о чём угодно.
– Простите меня…
Он вздрогнул, словно успел забыть, что рядом с ним кто-то есть.
– Это моя вина. Я гнала с такой скоростью, что мы оба могли погибнуть. И вдобавок ко всему вам приходится везти меня в город. Надеюсь, я не испортила вам день? Простите…
Он бросил на нее взгляд и увидел жалобно сощуренные зеленые глаза. Что за странная прихоть – вешаться на первого встречного? Он подумал об Эмили и невольно улыбнулся. Жаль, та сегодня не поехала с ним – могла бы спасти его от этого юного существа с не по-детски сладострастными извинениями.
– Обо мне не волнуйтесь, а вот гонять и правда не стоит.
Не добившись нужной реакции, Элинор запаниковала – город был совсем близко. Что если Гор исчезнет прежде, чем она успеет намотать паутинку на его палец? Он злится из-за случившегося? Почему он снова смотрит мимо? Что можно придумать? Что угодно, лишь бы найти способ позже быстро отыскать его. Из-за канарейки лишние движения теперь были непозволительны.
Элинор повертелась, натыкаясь взглядом на бледный пейзаж и на задумчивый мужской профиль. Оставалось дергать наугад.
– Не представляю, куда можно ехать в северном направлении – там только пара коттеджей. Или вы собирались на побережье? Вы рисуете?
– Нет.
– Путешествуете?
– Можно и так сказать.
– Значит, я все-таки что-то испортила. Простите.
– Не беспокойтесь, у меня не было конкретных планов. – Он уже порядком устал от ее беспрестанных извинений.
– Может, я смогу компенсировать задержку? Я здесь всех знаю, а вот вы наверняка нет. Вы не похожи на местного.
Он усмехнулся. – Вообще-то я местный.
– Правда? – Она сделала вид, что изумилась. – Наверное, меня сбил с толку ваш акцент. Он немного… более певучий.
Гор пожал плечами и снова умолк. Элинор еще никогда не было так тяжело контролировать разговор, и она не понимала, отчего это происходит. Однако помощь пришла – как всегда, от верного союзника.
Гор сбросил скорость и почти мечтательно спросил: – Как думаете, постороннему можно попасть в замок Чесбери?
– В Астоун?!
– Да. – Он заулыбался, завидев ее реакцию. – Не волнуйтесь, я уже слышал все местные байки. Дурной славой меня не напугать.
– Дурная слава лучше, чем никакой, – невольно откликнулась Элинор. – Но зачем вам туда?
Мужчина задумчиво пожал плечами: – Люблю старые постройки.
– Там теперь новый хозяин, мистер…
Элинор поймала его на вежливость.
– Гор.
И попалась сама.
– Если… Если вы хотите купить замок, – переведя дыхание, продолжила она, – то лучше забудьте об этом.
– Меня не интересует покупка. Я просто хочу посмотреть.
– Посмотреть?
– Да. Мы уже подъезжаем. Вы действительно не хотите, чтобы я отвез вас прямо на место?
– В этом нет необходимости, здесь всего два шага. Я и так перед вами очень виновата, мистер Гор. Спасибо за всё.
– Не за что. Будьте осторожнее на дорогах.
– Обязательно буду. Обещаю.
*
19:22
Уже неделя прошла после побега из Астоуна, но она пока не решалась вернуться в замок. Его хозяин, без сомнения, стал осторожнее. Впрочем, не было смысла лгать себе – она боялась встречи с Райном вовсе не из-за опасений за собственную шкуру.
В воздухе кружила легкая синева. Изморозь на земле быстро стаивала, но погода портилась, снова пошел мокрый снег. Постепенно небо превратилось в сплошную бесцветную дымку. В некоторых окнах уже горел свет, но дома казались нежилыми. Люди, спешащие по тротуарам, их речь, глаза и жесты прерывались порывами забеленного ветра, словно ненароком смазанное воспоминание. Ветер становился сильнее с каждой минутой. Вскоре небо натянулось, обозначив горизонт.
Она стояла на автобусной остановке и ничего не ждала. Наблюдала за прохожими. Безучастность, – обезболивающее против страха, – медленно вытекала из ее мыслей в холодный вечер.
Девушка разрешила себе откинуть капюшон, вглядеться сквозь сумерки в скользящие мимо лица. Иногда ей казалось, что она видит знакомый взгляд или тень улыбки. Возможно, ей даже хотелось улыбнуться в ответ. Дать знак вопрошающим глазам и увязаться следом. Забыть призраков этого города, которых не видел никто, кроме нее.
Ветер чиркнул пальцем по шее, и она вновь закуталась в тяжелый плащ. Запрокинула лицо. Снег истлевал в ореолах зажигающихся фонарей. Прилив электрического света выбросил на мостовые ночь.
Девушка вздрогнула. Темнота глазами города вгляделась в нее, но ответить ей было нечем. Все эти люди за яркими стеклянными радужками винили ее одним своим существованием.
Она отвернулась и быстро зашагала прочь.
*
Гостиница «Прибрежный дом»
19:46
Остановившись возле пятиэтажного старомодного особняка, девушка нервно поежилась. Ветер не стал холоднее, но что-то исподволь пронзало вместе с ним – злое предчувствие; и она раздумывала, не пора ли ей начинать бояться изо всех сил, чтобы загодя умаслить судьбу. Бубенчики городского шума надоедливо бренчали в ушах, мешая понять, чем пахнет тревога. В надежде унять их она взбежала по ступеням и шагнула в теплый гостиничный холл.
В этом помещении было много места и мало сумрака. Тонкие запахи ухоженных вещей прянули к ней со всех сторон. Она откинула капюшон и смахнула со скул таявший снег. Немолодой портье, правильный, будто учебное пособие для гостиничного персонала, по привычке сканировал ее рысьим взглядом. Снова не обнаружив ничего особенного, вежливо подал ключи.
Она уже отошла на порядочное расстояние, когда он вдруг окликнул ее: – Мисс Гор, прошу прощения, я забыл вам передать! Два часа назад на ваше имя пришло письмо… – Он порылся в ящичке и достал белый конверт. – Еще раз простите.
– Ничего. Спасибо.
Она взяла письмо и с тем же безучастным видом направилась к лестнице. Тревога не была напрасной. Завернув за угол, девушка прислонилась к стене и закрыла глаза, чувствуя, как леденеют губы. Лишь один человек знал о том, где она находится. Ему не привыкать писать письма. Что теперь? Что он собирается с ней сделать?
Она заставила себя взглянуть на конверт. Так и есть, его почерк. Изящный, особенный. Пропись ее злосчастной судьбы. В какой-то момент вновь обуяло головокружительное желание порвать конверт, не читая. Застарелая ярость – часть недалекого прошлого, всё еще требующая отмщения. Пальцы судорожно смяли хрустящую бумагу. Но, поборовшись с ослеплением, она вновь вышла победителем. Всё равно он напишет снова. И будет слать свои проклятые письма, сколько бы она не металась… Оттолкнувшись от стены, девушка заковыляла наверх.
А ведь ей только начало казаться, что всё уже позади.
Из-за двери, ведущей на третий этаж, раздавались голоса. Поскольку это был нужный этаж, девушка сдержала инстинктивное желание подняться выше. Поколебавшись, приоткрыла дверь и забралась в полутьму. В коридоре стояли двое. Пахнуло взыскательным провинциальным уютом, чистотой, ворохом чужих запахов. Голоса – невероятно тихие, словно при покойнике – доносились с попутным сквозняком, и она на время перестала дышать. Ей были знакомы оба. Возможно, к владельцу одного из них она однажды придет по доброй воле, если ее дела пойдут совсем плохо. Но до этого пока далеко, она еще не прочла свое письмо. Впрочем, натолкнуться на них под собственной дверью было не лучшим предзнаменованием.
