Текст книги "Наездница"

Автор книги: Эва Сайкс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)

Глава 5

Стоило Дейку войти в седельную, как он подвергся атаке с воздуха. Выругавшись, покосился на свое плечо, на котором отчаянно пытался сохранить равновесие дымчатый кот с бандитской мордочкой. По-видимому, он притаился на полке и оттуда спрыгнул на хозяина.

– Чертов кот!

Когти кота немилосердно впились в его плечо. Дейк уже поднял было руку, чтобы, ухватив проклятое животное за шкирку, сбросить на пол, но не сделал этого, подумав, что коту придется падать с довольно большой высоты. Дейк, правда, слышал, что кошки всегда опускаются на четыре лапы, но ему вовсе не улыбалось, чтобы Идол переломал себе лапы.

Когти вонзились глубже. Внезапно за дверью послышались легкие шаги. Дейк догадался, что это Памела. Спустя секунду она и впрямь показалась на пороге.

Похоже, девушка удивилась, застав его здесь, да еще с Идолом, восседавшим на его плече. Увидев такую картину, она улыбнулась, но ее улыбка сразу же исчезла, едва Памела перевела взгляд на лицо Дейка.

Девушка набрала полную грудь воздуха, словно собираясь прыгать в воду, и совершенно неожиданно для Дейка выпалила:

– Простите, мне очень стыдно.

Брови Дальтона поползли вверх.

– За что?

– Я знаю, вы приехали сюда, чтобы помочь. И, конечно, с вашей точки зрения, разумеется, в первую очередь на подозрении стоят именно наши клиенты. Мне не следовало… реагировать подобным образом.

– Я… ну… я, в общем, тоже весьма сожалею, – растерянно выговорил он, передергивая плечами, поскольку кот все еще сидел на одном из них. – Я должен был бы сообразить, что нелегко смириться с тем, что кто-то из ваших знакомых может оказаться таким…

– …Больным? – продолжила за него Памела. – Злым? Гнусным?

Девушка резко отвернулась к стене, на которой висело несколько уздечек. Плечи ее вздрагивали, и Дейк догадался, что она изо всех сил старается сдержать слезы.

– Никто не имеет права причинять зло невинному живому существу. – Ее голос звучал сдавленно, и Дейк с трудом разбирал слова.

– Конечно, – согласился Дейк и замолк.

Через несколько мгновений девушка выпрямилась и подняла голову. Да, Памела Малкольм унаследовала от дяди стойкий характер, подумал Дейк.

– Я не допущу, чтобы такое повторилось, – решительно и твердо отчеканила она, повернувшись к нему.

– Мы не допустим, – поправил ее Дейк. Господи, и что он за идиот? Пора бы отучиться давать опрометчивые обещания.

Слегка замявшись, Памела кивнула. Сняв со стены уздечку, она принялась подтягивать ее, но пальцы не слушались и дрожали. Дейк видел, что девушка с трудом держит себя в руках, но ничего не сказал, понимая, что она должна сама справиться со своим волнением.

Наконец Дейк снял кота с плеча. Тот завопил было в знак протеста, но, очутившись на полу, затих, бросил на хозяина мстительный взгляд, потерся о ногу девушки и, подняв хвост трубой, гордо удалился. На лице Памелы вновь заиграла легкая улыбка. Дейк задумчиво поправил шляпу. Похоже, кот с легкостью преуспел там, где сам он потерпел поражение.

Но все равно Дейк был признателен животному за то, что он отвлек Памелу от грустных мыслей.

– Такой своеобразный котик, – заметила она.

– Ужасный надоеда, – скривившись, буркнул Дейк.

– Но это ваш надоеда, – с улыбкой ответила Памела.

Дейк чуть не задохнулся от возмущения.

– Не мой…

Он замолк, заметив, что Памелу это смешит еще больше.

– Думаю, у вас все равно нет выбора. Коты всегда сами выбирают хозяев.

– Ну да, мне так и говорили, – пробормотал он.

– Вам нужна миска? Чтобы его кормить?

– Нет. Пусть ест мышей.

Из груди девушки вырвался легкий дразнящий смешок.

– Кажется, я начинаю понимать, почему Идол выбрал именно вас. Вы же два сапога пара. Кот такой же надменный, как и вы.

Дейк удивленно заморгал. Неужели Памела и впрямь считает его надменным?

– Впрочем, будьте осторожней, – предостерегла она. – Последний король, который так держался со своими подданными, остался без головы.

Губы Дейка начали расползаться в усмешке. Он постарался сдержать ее, но без успеха, ведь улыбка Памелы была такой заразительной.

– Да, он уже пару раз рисковал своей головой.

– И до сих пор жив? Храбрый кот!

– Глупый кот. Уж явно у него осталось меньше девяти жизней в запасе.

Девушка снова засмеялась, но ее смех мгновенно оборвался.

– У кошек хоть изначально есть по девять жизней. А вот у лошадей – нет.

Опустив взгляд, девушка закусила губу, с такой силой терзая нежную кожу, что Дейку вновь пришлось напоминать себе, что она племянница Рэнсома. И что сейчас не самое подходящее время для тех мыслей, которые лезут в его голову, – ну, вроде того, как приятно было бы самому легонько прикусить эти пухлые губки. И что Памела не самая подходящая героиня подобных мечтаний. Да и вообще пора бы выбросить этот вздор из головы.

– А какова ваша версия случившегося?

Девушка резко вздернула голову, внимательно вглядываясь в его лицо, словно хотела найти на нем следы насмешки.

– Рэнсом рассказал мне свою теорию. И мне интересно, что вы по этому поводу думаете, – постарался мягко объяснить Дейк, чтобы сгладить свои слова, прозвучавшие столь холодно.

– О, вот в чем дело. – У Памелы, казалось, полегчало на душе. – Я считаю, что кому-то хочется отобрать у нас ранчо.

– Отобрать ранчо? Но зачем тогда убивать лошадей? – как можно спокойнее спросил Дейк.

– Ну да. Ведь все знают, что мы его ни за что не продадим. Рэнсом мечтал о таком месте. А единственный способ заполучить ферму – это подпортить нашу репутацию и выжить нас отсюда.

– Выходит, они пытаются выставить вас… – ну, скажем, безответственными, некомпетентными, не способными позаботиться о дорогих лошадях?

Памела кивнула.

– Конечно. Для того чтобы подорвать репутацию Рэнсома, требуется совсем немного. Можно простить какие-то мелочи, но мертвых лошадей – никогда.

Девушка по-прежнему кусала губу, стараясь изо всех сил не заплакать. Дейк с трудом удержался от искушения нежно коснуться ее лица и погладить по щеке.

– Но почему? Почему кому-то может так понадобиться ваше ранчо?

Девушка замялась. Дейку показалось, что она не хочет говорить с ним начистоту.

– Потому, что это очень выгодное место, – принялась объяснять Памела. – Здесь много воды, имеется удобный доступ к главной дороге на побережье. А по обеим сторонам от нас находятся два крупных владения, Престона и Рони Скофилда. Они оба давно положили глаз на нашу землю еще с тех пор, когда Рэнсом только приобрел ее. Кроме того, оба хотели купить тот участок, который мы недавно арендовали, но Фил Белвуд отказался его продавать. Поэтому теперь они просто с ума посходили, ведь этот участок пять лет будет вне рынка.

– Так вы считаете, что за всем этим стоит кто-то из них? Или оба?

Девушка нахмурила брови.

– Мне даже думать об этом не хочется, хотя они и впрямь были вне себя. Но, с другой стороны, вторая погибшая лошадь принадлежала как раз Нику Престону. Не стал бы он добиваться цели, убивая свою же лошадь.

– Это застрахованную-то? Как знать. Но если не они, то кто? – Дейк перехватил озабоченный взгляд девушки. – Кто? – повторил он. – Мне показалось, что вы хотели мне что-то рассказать?

Чуть поколебавшись, Памела заговорила.

– Примерно месяц назад я ездила к западной границе ранчо. Там есть одна тенистая лощинка с родником – пастбище для небольшого стада. Я скакала на Красавце, потому что мы как раз начали приучать его к скоту.

Дейк молча кивнул.

– На холме я увидела какого-то незнакомца со снаряжением.

– Снаряжением?

– Правда, я не разобрала, что с ним было. Вроде бы спальный мешок и лампа. И я почти уверена, что там была еще и кирка. Или просто топор. Я не могла сразу же подняться к его стоянке, боялась растерять скот. А когда смогла, странный незнакомец уже исчез.

– И?

– Понимаете, в наших краях известна легенда про золотой рудник у подножия холма. Будто старик, открывший рудник, умер по дороге на регистрацию владения. Его карманы были полны золотого песка и внушительных самородков.

– Так вы считаете, тип, которого вы встретили, был… изыскателем? И что он хочет завладеть ранчо?

Девушка состроила виноватую гримаску.

– Понимаю, что моя версия звучит не очень правдоподобно…

– Да, но в это куда проще и приятнее поверить, чем в виновность кого-нибудь из ваших соседей или знакомых.

Как ни старался Дейк говорить спокойно, но, похоже, в его голосе все же проскользнули неодобрительные нотки. Во всяком случае, Памела начала оправдываться.

– Повторяю, что это звучит безумно. Но легенда кажется такой реальной. Об истории нашего края имеются заметки в старых газетах. И раз в пару лет непременно находится какой-нибудь новый золотоискатель. Правда, до сих пор ни один из них ничего не нашел. А если тот тип все же что-то отыскал… – Она внезапно замолкла и, взглянув на Дейка, покачала головой. – Ерунда все это, не берите в голову. Я знаю, что вы думаете…

– Что ж, пожалуй, я это проверю.

Девушка заморгала.

– Простите?

– Я сказал, что проверю это. Попрошу доставить в мой офис последние геологические карты этой местности.

– В самом деле? Неужели вы это сделаете?

– Да, стоит проверить.

Дейк не смог сдержать усмешки, видя искреннее удивление Памелы.

– На ранней стадии расследования стоит проверять решительно все, любую мелочь.

– Ясно. – Щеки девушки слегка порозовели. – По-моему, вы считаете, что я снова веду себя слишком наивно.

– Наивность не такое уж плохое качество.

Несколько секунд Памела внимательно изучала его лицо, а потом лукаво произнесла:

– По-моему, это не комплимент.

– А вы ждете комплиментов?

Румянец на щеках девушки сделался гуще, а в глазах промелькнула досада. Дейку стало не по себе, оттого что при разговоре с Памелой его всегда охватывало сильнейшее волнение. Нет, пора расставить все по своим местам. Их отношения совершенно четко определены. Памела его наняла для серьезной работы. Кроме того, она племянница Рэнсома, его старого друга…

С демонстративно наигранной галантностью он произнес:

– Как насчет такого: «Вы прелестно краснеете».

Как он и надеялся, его тон помог девушке прийти в себя, и она бросила на него насмешливый взгляд.

– Почти так же удачно, как и: «Вы дивно хороши, когда сердитесь».

– Да, это один из моих любимых приемов, – подыграл Дейк.

– И как, срабатывает?

– Иногда.

– Некоторые женщины так глупы, – пробормотала Памела себе под нос.

– Именно, – ехидно согласился он. – Поэтому я их и отшиваю.

– Что?

– Если они так глупы, что попадаются на эту удочку, я уже точно знаю, что с ними умрешь со скуки в первые же пять минут.

Памела растерянно смотрела на него.

– Но, конечно, – легкомысленно продолжал Дейк, – если они достаточно хорошенькие, то…

– То можно и простить некоторую глуповатость?

Голос ее прозвучал неожиданно хмуро, и Дейк поздравил себя с тем, что добился цели. Другое дело, что настоящей радости от этого он вовсе не испытывал.

– Маленькое такое уравненьице, да? – продолжила девушка со все нарастающей горечью. – Степень глупости прощается в прямой зависимости от степени внешней привлекательности, верно?

Неожиданно прорезавшаяся в ее голосе враждебность заставила Дейка пойти на попятную.

– Это же просто шутка. Понимаете? Я…

– Ну да, для таких, как вы, это всегда шуточки. «Она глупа как пробка, но кого это волнует, с такой-то внешностью?». Или: «Эта малышка звезд с неба не хватает, зато мордашка у нее просто прелесть».

Дейк с недоумением уставился на Памелу. То, что он считал обычным легким поддразниванием, внезапно вызвало в ней целую бурю эмоций… Почему она так нервничает? За этим явно что-то крылось.

– Послушайте.

– Вы женаты, мистер Дальтон?

Он оторопел. При иных обстоятельствах подобный вопрос даже порадовал бы его, но теперь…

– Нет. А при чем тут…

– Думаю, вы упустили возможность заменить жену на новую, более молодую и красивую. Или, если вы из тех, кто любит поворачивать кинжал в ране, то просто на любовницу.

– Вижу, я многое упустил в жизни, отозвался Дейк, все еще надеясь обернуть дело в шутку.

– О да, – прошипела она.

И не успел он ответить, хотя, признаться, и понятия не имел, что сказать, как Памела пулей вылетела из комнаты. Разозлившись, он в два шага оказался за дверью, но тут же остановился, заметив, что девушка уже беседует с двумя юношами, которых Рэнсом представил ему днем. Мальчики были наняты на работу на время, пока не поправится Рэнсом, и платили им весьма прилично. Дейк, однако, подозревал, что их интересует не только заработок. Чуть попятившись, чтобы его не заметили, он принялся наблюдать за ними.

Том, долговязый и худой, с выбритыми на висках белобрысыми волосами, молча подергивал золотой крестик, свисавший с его левого уха. Его приятель, Гарри, чуть пониже ростом и помускулистей, со спадавшей на глаза каштановой челкой, обсуждал с Памелой работу на завтра. Дейк еще днем заметил, что ребята держатся необычно степенно для своего возраста – на вид им нельзя было дать больше шестнадцати. Вот и сейчас они внимательно слушали Памелу и поддакивали. И оба избегали смотреть ей в глаза.

Дейку показалось, что держатся они как-то напряженно, настороженно.

Наконец разговор был окончен, и мальчики так же степенно уехали на таком стареньком и разваливающемся сером автомобиле, что, казалось, он держался на бесчисленных заклепках и заплатах. Дейк вышел во двор.

– Что вам о них известно? – обратился он к Памеле, все еще наблюдая, как машина, значительно прибавив ходу, катит по шоссе.

– О Томе и Гарри? – изумленно уставилась на него Памела, мгновенно позабыв недавний гнев. – Они учатся в местном колледже. Обоим по шестнадцать лет, второкурсники. Я навела справки в школьном офисе, который занимается временным трудоустройством учеников. Эти двое как раз и хотели что-нибудь в этом роде. И, знаете ли, они очень помогают нам с дядей.

Серый автомобиль наконец скрылся из виду, и Дейк повернулся к девушке.

– Когда ребята начали работать на ранчо?

– Пару месяцев назад. В начале лета. Они… – Памела оборвала фразу на полуслове. Глаза ее расширились. – Не думаете же вы, что они как-то связаны со случившимся?

– Пока скажу лишь, что совпадение во времени кажется мне интересным.

– Но Том и Гарри совсем еще дети!

– Хотите, я принесу вам список шестнадцатилетних, убивших кучу народа, не говоря уж о лошадях?

Несколько долгих мгновений Памела молча глядела на Дейка, а потом произнесла так тихо, что он с трудом разобрал ее слова:

– Боже, до чего ужасная жизнь. Подозревать всех и во всем…

Дейка поразило прозвучавшее в ее голосе искреннее сочувствие.

– Ну… да, такова специфика работы.

– Поэтому вы и сменили профессию?

Дейк отшатнулся и тут же себя выругал. Надо сохранять спокойствие.

– Нет, – равнодушно ответил он.

Казалось, Памела собиралась что-то добавить, но, увидев, как предостерегающе поднялись его брови, промолчала. Дейк поспешно переменил тему разговора.

– Я хочу завтра поездить по окрестностям. Но надо, чтобы казалось, будто я чем-то занят у вас на ранчо, иначе весь свет узнает настоящую причину моего присутствия здесь. Есть предложения?

Девушка лукаво покосилась на него.

– Миллион. Но все включают в себя настоящую работу.

Он пожал плечами.

– Разумеется. Я и не собирался бездельничать.

Памела повела бровью.

– И на что вы хотите поглядеть? – только и спросила она.

– Для начала на лощину среди холмов, где вы видели того типа.

– Ясно, – задумчиво проговорила девушка. – Там поблизости пасется небольшое стадо. Вообще-то я и не собиралась перегонять его ближе к дому до пятницы, но, думаю, мы отлично можем заняться этим и завтра. А по пути заедем туда, где я его видела.

– Заедем?

Памела бросила на Дейка быстрый взгляд.

– Сами знаете, сгонять скот удобнее всего верхом. Кроме того, на машине, даже на джипе, вы туда не доберетесь.

– Охо-хо.

– Только не говорите мне, что ковбои не ездят верхом.

От ее тона у Дейка внутри все оборвалось.

– Ездят. Только я немного отвык.

– Ничего. Мы подберем вам смирную, тихую лошадку.

– И подложите кнопку ей под седло? – поинтересовался Дейк, прислонившись к стене конюшни и скрестив руки на груди. – Я вам не очень-то нравлюсь, верно?

Девушка покраснела, но не отвела глаза. Дейк снова подумал, что она не из пугливых.

– Просто я вам не очень доверяю, – уточнила она.

Эти слова больно ранили его.

Она вздернула подбородок.

– Я не доверяю вам, – повторила Памела, – потому что знаю ваш тип людей: техасское обаяние, густое, как масло, и сладкое, как мед… И вы, черт возьми, слишком смазливы; от такого, как вы, добра не жди.

Дейк опешил. Его и раньше называли обаятельным. А бывало, даже смазливым – так обычно отзывались о нем мужчины, чьи подружки начинали поглядывать на Дейка слишком благосклонно. Но он никогда не слышал, чтобы в эти слова вкладывали столько горечи.

– Почему-то мне кажется, что я не стану больше заводить с вами разговор о своей персоне, – мягко произнес он, не желая продолжать эту тему.

Краска мгновенно отхлынула от лица девушки. Под глазами четче обрисовались темные полукружья.

– Простите. – Памела устало вздохнула. – Я совсем разошлась, да? Не знаю, с чего бы это… – Помолчав немного, добавила: – Вы ведь друг Рэнсома, и мне вовсе не следовало так на вас набрасываться. Ни сейчас, ни прежде.

– Но я действую вам на нервы, правда?

Глаза Памелы сузились.

– Вы очень наблюдательны.

Дейк пожал плечами.

– Дело наживное.

– Наверное… я просто переутомилась, – призналась Памела, поднося руки к глазам. – На ранчо так много работы, Рэнсом все не выздоравливал… а потом еще смерть лошадей…

– Конечно, Памела, я все понимаю, не оправдывайтесь.

Дейк удивился тому, как ласково прозвучали его слова. Особенно ее имя. Он и не думал, что так приятно произносить его вслух.

Дейк, словно испугавшись чего-то, инстинктивно сделал шаг назад.

– Если… если вы и правда хотите поехать, то придется встать рано, чтобы не глотать пыль по солнцепеку.

Он согласно кивнул.

– В вашей комнате нет будильника…

– Ничего, я не просплю.

Памела заторопилась прочь, словно боялась остаться с ним наедине. Дейк вздохнул, с грустью глядя ей вслед. Как бы ему хотелось, чтобы женщины перестали так на него реагировать, перестали бы опасаться его.

Даже Кэнди поначалу избегала его. Но когда Дейк узнал, как обращался с ней ее первый и необычайно красивый муж, он перестал винить ее в этом. Дейку потребовалось много времени, а еще больше терпения, чтобы Кэнди наконец начала доверять ему. А потом она влюбилась в Джона Лейрда, которого, несмотря на поразительный успех на сцене, никто не назвал бы образцом мужской красоты.

Но порой Дейк думал: а так ли не правы были все те женщины, которые не хотели ему доверять? Разве жизнь не доказала их правоту? Разве сам он не сказал Памеле то же самое? Нечего теперь досадовать – она хорошо усвоила урок.

И вообще, какое ему дело до этого? Она ведь любимая племянница его старого друга. Он так и должен к ней относиться…

– Проклятье!

Дейк ударил кулаком по стене конюшни. В ответ из стойла раздалось удивленное ржание, а потом в двери показалась темно-каштановая голова, умные блестящие глаза с укоризной уставились на Дальтона. Он вдруг ощутил себя глупым мальчишкой, утратившим контроль над своими эмоциями.

– Ничего… – пробормотал Дейк. Он сумеет вновь обрести контроль над собой. Красавец тоненько заржал. Дейк улыбнулся. – Она твоя, Красавец, дружище. Она от тебя без ума, сам знаешь.

Конь мотнул головой, словно соглашаясь с ним. Невесело усмехнувшись, Дейк потрепал гибкую мускулистую шею. Конь и вправду был изумительный.

– Да, Памела права, ты чудо и, наверное, никогда не заставишь ее страдать, правда? Если, конечно, я сумею сохранить тебе жизнь.

Глава 6

Только к утру Дейку удалось крепко заснуть. За эту ночь он дважды засыпал, убаюканный царящим вокруг безмятежным покоем, столь не похожим на ровный неумолчный гул большого города. Но сны его, как и в городе, были беспокойными и не приносили отдохновения.

Правда, сны ему явились не те, что обычно. Сперва он, как это часто с ним бывало, увидел угасающий взгляд мужчины и обвиняющее лицо женщины. Но на сей раз взгляд этот принадлежал Рэнсому, а женщиной, глядевшей на Дейка с гневом и ненавистью, была Памела. Он проснулся, задыхаясь, в холодном поту, все еще чувствуя на себе ее обвиняющий взор.

Снова уснуть ему удалось лишь через несколько часов. И ему привиделся новый мучительный сон. Невозможный, искушающий сон, полный сладкой неги. Во сне он увидел Памелу, красивую, грациозную. Дейк снова проснулся.

Борясь с нервной дрожью, охватывающей его при воспоминаниях об этом чувственном сне, он сел и свесил ноги с широкой двуспальной кровати, на которой ему приходилось спать по диагонали, так как она была слишком коротка для него.

Памела долго извинялась за отведенную ему маленькую комнатенку. Из-за болезни Рэнсому было тяжеловато постоянно преодолевать лестницу, поэтому он временно переехал в комнату для гостей. А в его комнате стояла такая узенькая кушетка, на которой Дейк и подавно не поместился бы.

Дейк заверил девушку, что все в полном порядке. Про себя же он думал, что если ей придется извиняться еще раз, так, верно, не за что иное, как за выдворение его из ее комнаты. Подобное развитие событий казалось более чем вероятным – от Памелы Малкольм у Дейка просто голова шла кругом. И как он ни твердил себе, что она племянница Рэнсома, ничего не помогало.

Поднявшись с кровати, он устало потянулся, прикидывая планы на день. Ему ужасно хотелось ощутить, что и он на что-то способен. Пока все, что он смог сделать, – это передать в офис список имен, сообщенных ему Рэнсомом и Памелой, и изучить по карте ранчо и его окрестности. Кроме того, из офиса Дейку сообщили результаты начатого им перед отъездом расследования в среде лошадников. И результаты эти его не порадовали. Вести о неприятностях, преследующих хозяйство Малкольма, распространились по всей округе.

На то, чтобы детективное агентство собрало нужную ему информацию о коневладельцах, могло уйти несколько дней. Так что пока вполне можно было съездить в лощину, где Памела видела незнакомца. Хотя Дейк не надеялся, что эта нить куда-нибудь приведет.

Тяжело вздохнув, он потер занемевший рубец на спине. Пальцы его привычно пробежали по шрамам, служившим единственным напоминанием о том дне, который стал концом его карьеры.

Впрочем, не единственным напоминанием. Были еще и сны.

Что-то нынче утром ты совсем уж разнылся, саркастически сказал он себе. Стараясь стряхнуть с себя уныние, он резкими движениями схватил и натянул джинсы, а потом побрел вниз к ванной комнате. Холодный душ, вот что ему нужно…

Он сумеет не поддаться соблазну, выбьет блажь из головы, отринет зов тела. Тот странный, хотя и волнующий сон не посмеет явиться ему вновь. Хотя бы по той простой причине, что Памела – любимая племянница Рэнсома, одного из немногих людей, которые считают, что Дейк чего-то стоит.

Услышав шум воды, Памела наконец отбросила бесплодные попытки уснуть и протерла глаза. Предстоял тяжелый и длинный день, и она знала, что тяжелым он будет не только из-за того, что ей не удалось выспаться.

Но виновником ее бессонницы, как ни странно, был не Рэнсом. Ночью девушка несколько раз подходила к комнате дяди и вслушивалась в его хриплое неровное дыхание. Заснуть она не могла. Мысли ее путались и неустанно бежали по кругу. А в центре этого круга стоял тот самый мужчина, который сейчас принимал душ в каких-то двадцати футах от нее.

Стоило девушке осознать это, как ее мысли приобрели новое, чтобы не сказать опасное, направление. В голове заклубились видения его смуглого и совершенно обнаженного тела со стекающими по нему струйками воды, подчеркивающими четкие бугры мышц. Ей явственно чудились движения Дейка, исполненные своеобразной грации и той силы, что позволяла ему брать верх над неприрученным конем или диким быком из родео.

– Прекрати! – выкрикнула Памела сама себе и тотчас же почувствовала себя необыкновенно глупо. Но что оставалось? Иначе ей не удалось бы обуздать разыгравшееся воображение, остановить череду дразнящих образов. Хотя ее опыт в этом смысле был так скуден, что она и понятия не имела, почему решила, будто мужчина вроде Дейка может выглядеть так… ну словом, так волнующе.

Вскочив с постели, Памела достала из шкафа джинсы и бледно-желтую футболку.

Добрая пригоршня холодной воды в лицо, вот что тебе нужно. Только так можно остановить эти дурацкие мысли, подумала девушка. И только приняв душ, одевшись и собрав еще влажные волосы узлом на затылке, она наконец-то снова ощутила присутствие духа.

Вернувшись в спальню, Памела подошла к комоду и открыла нижний ящик. Запустив руку глубоко, почти до самой стенки, она нащупала давно спрятанный плоский продолговатый предмет. Через секунду она вытащила из ящика фотографию в тяжелой серебряной рамке.

С фотографии на нее глядел отец. Привлекательный мужчина с правильными чертами лица, золотистыми волосами, насмешливыми глазами, прямым носом, ямочками на щеках и чувственным ртом. Чуть заметная седина на висках лишь усиливала его обаяние.

Помни, чему он тебя научил.

В детстве Памела любила его так, как только может любить папочкина дочка. Он говорил, что Памела самая лучшая девочка в мире, и она верила ему. Он научил ее ездить верхом, танцевать, научил петь.

А потом научил ее плакать.

Но теперь Памела не плакала. Она давно уже пролила последнюю слезу по этому человеку. Теперь, глядя на это лицо, она испытывала лишь горечь и гнев. Как же ловко отец умел пользоваться своим обаянием, чтобы очаровывать окружающих, заставлять всех плясать под свою дудку!

Закутавшись в свой гнев, словно в плащ, Памела спрятала фотографию. Теперь она запросто сумеет противостоять обаянию Дейка, если только он попробует пустить его в ход.

Натянув носки, она с легким сердцем помчалась вниз по лестнице проведать Рэнсома перед отъездом.

И как же это я все забыл? – размышлял Дейк. Он и вправду забыл, до чего же хорошо бывает на рассвете вдали от городской суеты, там, где воздух пахнет шалфеем и мятой. Как хорошо скакать по степи, когда подходит к концу пора цветения маков, да еще на замечательном коне с плавной поступью, который повинуется всаднику так, словно читает его мысли. Да, чепрачный конек Рэнсома делал честь своему хозяину.

– У вас такой… умиротворенный вид.

Дейк изумленно повернулся к Памеле. Этим утром девушка почти все время молчала, словно дала зарок вообще с ним не разговаривать. Можно было подумать, что бурный вчерашний разговор напугал ее.

Они обмолвились несколькими словами: о Рэнсоме, который, на радость Памеле, спал мирным сном, о чепрачном коньке да об Идоле. Тот, когда они уезжали, как раз лениво возлежал на перилах крыльца, отдыхая от трудов праведных – ловли мышей и изучения окрестностей.

– Мой тяжкий крест, – с чувством произнес Дейк, глядя на кота. Как он ни досадовал, но вчера вечером все-таки не удержался и перед сном, прокравшись на кухню, позаимствовал там тарелку для кота. Он прихватил с собой несколько банок корма в последний момент перед отъездом, когда понял, что назойливое животное не останет от него.

– У него такой вид, будто он все это вполне заслужил, – заметила Памела, протянув руку к коту, чтобы потрепать его за темно-серое рваное ухо. Конечно, Идол не откликнулся на ласку, он слишком высоко себя ставил. Но и не испустил пронзительного вопля протеста.

– Пожалуй, «умиротворенный» – это самое подходящее слово. – Поскольку становилось жарко, он стянул с себя куртку и примотал ее сзади к седлу. – Я давненько не пребывал в таком состоянии. Только сейчас понимаю, как соскучился по таким просторам.

– Я бы просто не смогла без этого жить. – Голос девушки прозвучал так торжественно, что Дейк едва не улыбнулся.

– И разве можно вас упрекнуть за это? Помните, кто-то сказал, что пребывание на спине лошади облагораживает душу человека?

Памела улыбнулась, и от этой улыбки в душе Дейка все затрепетало.

– Думаю, это сказал Уинстон Черчилль.

– Что ж, он был прав.

Девушка приподняла бровь.

– Даже на такой лошади и после того, что произошло утром?

Дейк не сдержал усмешки.

– Ну, он просто показывал норов. Рэнсом же предупреждал, что на нем давно не ездили. В таких условиях любой конь, даже с милейшим характером, не преминет взбрыкнуть. Зато он мигом угомонился.

Собственно говоря, Дейк ожидал подвоха с той самой секунды, как положил седло на спину чепрачному крепышу и ощутил, как тот отпрянул, почувствовав давно позабытый груз. Горячий конь не обманул его ожиданий, так что первые минуты езды превратились в настоящее родео.

– Да, он быстро понял, что вы хороший наездник. – В голосе Памелы чувствовалось еле уловимое уважение. – Для человека, который давно не сидел в седле, вы справились с конем неожиданно скоро.

– Пожалуй, я буду помнить об этом дольше, чем он, – сухо отозвался Дейк. Однако он был до смешного польщен комплиментом Памелы. Дейк ощутил, как из глубин его существа снова поднимается все то же забавное, но донельзя приятное тепло. Он улыбнулся ей в ответ. Девушка в бейсбольной кепке выглядела просто прелестно. На ее затылке задорным хвостом торчали белокурые пряди.

Ничего, успокаивал свою совесть Дейк. Можно немного и расслабиться, всего на один день. Надо лишь твердо помнить, что перед ним женщина, которая просила помочь любимому дяде.

– Но этот ваш малыш, – кивнул он в сторону Красавца, – еще лучше.

– Да, он просто чудо, – пылко согласилась она, и ее лицо озарилось небывалым светом. – Красавец может покорить любую вершину. Будь он моим, я бы его ни за какие деньги не продала.

– Если так, то почему бы вам его не купить?

– Купить? – Она кинула на Дейка смущенный взгляд. – Да я не могу заплатить даже то, что заплатил за него Фрэнк два года назад.

– Плохо дело, – признал Дейк. – Конь должен принадлежать тому, кто его по-настоящему ценит.

– О, Фрэнк его очень ценит. Но он… Просто больше всего на свете он любит побеждать и возлагал все надежды на Талисмана Фрэнка. И он…

– Простите, на что возлагал?

– На второго коня. – Памела опустила глаза. – Одного из тех, что погибли.

Дейк скривил губы.

– Он назвал коня в свою честь из гордости или ради забавы?

Памела вздернула подбородок и тут же виновато пожала плечами.

– Не знаю. Наверное, все сразу. Но на самом деле он совсем не такой. И он не бросил нас, даже когда…

Она замолкла, и Дейк разглядел боль в ее глазах. Он уже достаточно хорошо узнал Памелу Малкольм, чтобы понять, как ранит ее гибель любого животного, а особенно тех, кого она знала и тренировала.

Девушка склонилась к шее коня, ласково поглаживая его. Она, верно, и сама не понимала, как много вкладывает в этот жест.

Дейку очень хотелось сказать ей, что он обо всем позаботится и с Красавцем ничего не случится. И чтобы она не тревожилась. Но он зарекся давать обещания, слишком много их нарушил на своем веку.