Текст книги "Академия №13. Тетралогия (СИ)"

ГЛАВА 14

Мне следовало сосредоточиться на поиске магических оттисков, как велел декан, но взгляд то и дело падал на труп зверолюда, который, наконец, сняли.

Вот и познакомились, Серж!

Жаль, что при таких печальных обстоятельствах.

Хотя нет, не жаль. Если честно, я вообще ничего чувствовала, кроме рабочего интереса и толики брезгливости: всё же труп без посмертного спрея и грима – не самое приятное зрелище.

При жизни волк, наверное, был красавчиком. Хорошо сложенный, высокий парень с густыми пепельными волосами и аристократичными чертами лица: ныне бледного и с характерными трупными пятнами.

Удивительно, что покойника не разорвали на части животные. Он же висел тут, как изысканное угощение для их звериного пира! Да и сам вер, угодив в ловушку, почему-то не сменил ипостась, а ведь это могло бы дать ему шанс на спасение.

Что же Сержа остановило? Считал западню шуткой и до конца не верил в реальную опасность происходящего? Или просто не смог по каким-то причинам перекинуться?

Если второе, ему что-то должно было помешать. Например, заклинание стазиса… следов которого, увы, я не наблюдаю.

Никаких следов не наблюдаю! Единственный предмет, насквозь пропитанный магией, – это мерцающая серебряная петля, очень похожая на ту, что вчера использовал Макс.

Ещё мне мерещится едва уловимый сизый флёр возле жертвы, но не уверена, что это чары. Скорее, полурастаявший оттиск покинувшего тело духа или и вовсе какое-нибудь атмосферное явление. Надо разбираться.

– Если мутит – кусты там, – сказал декан, подкравшись сзади.

Как он умудряется так тихо передвигаться? Ни шелеста одежды, ни шагов… ничего! Левитирует эта нежить, что ли?

Я кивнула, но не обернулась, продолжая смотреть на Сержа, рядом с которым сидела женщина в гражданской одежде и водила рукой, окутанной золотистым сиянием, над его головой и грудной клеткой.

Целительница, ставшая судмедэкспертом?

Это утро не перестаёт удивлять! Обычно маги её профессии занимаются живыми пациентами.

– Как дела? – немного помолчав, спросил магистр Танненбаум, подразумевая, видимо, моё задание. Хотя, может, и самочувствие тоже.

– С переменным успехом, – ответила я честно. – Насчёт магического происхождения «верёвки», использованной для устройства ловушки, полагаю, всё и так очевидно. В лаборатории уточнят спектр её свойств и, возможно, даже вычислят создателя – узор чар очень уж характерный.

– Это всё? – скучающим тоном уточнил лич.

– Нет.

– Что-то ещё увидела? – заинтересовался он, вставая рядом со мной.

Так лучше, определённо. Наличие декана за моей спиной нервировало и отвлекало. Было ощущение, будто сама Смерть в затылок дышит.

– Скорее да, чем нет. – Я задумчиво посмотрела на свои перчатки. – Можно мне будет подойти поближе к жертве, когда криминалисты закончат работу? Хочу кое в чём убедиться.

– Можно.

– Нельзя! – рявкнул рыжеволосый бородач в серой форме законника. – Люц! Ты совсем спятил? – Он укоризненно посмотрел на некроманта. – Зачем первогодку на такое дело притащил? Это же не рядовой случай. Малейшая ошибка – и академию обвинят в подтасовке улик с целью обеления собственной репутации.

– Адептка Эйвери не первогодка, – успокоил рыжего декан. Не только его – мне тоже полегчало, и даже как-то уверенности прибавилось. – Ошибаться она не станет. Да, Эйвери? – Он скосил на меня взгляд.

– Конечно, – с невозмутимым видом подтвердила я.

Отставить панику!

– А кто она, если не первокурсница? – спросил парень, которого Люций Танненбаум называл Далтоном. Вероятно, это фамилия, потому что меня в присутствие следственной группы лич тоже звал исключительно Эйвери.

– Твоя одногруппница, быть может, – задумчиво протянул декан, поглаживая гладкий подбородок. – Или нет. Зависит от результатов сегодняшнего теста. – Он опять посмотрел на меня, а я до боли закусила губу, мысленно приказав себе успокоиться.

Мне никак нельзя облажаться! Это шанс, от которого зависит моя будущая карьера. Надо срочно собраться с мыслями и выдать что-нибудь впечатляющее. Или хотя бы ошибок не нагородить в рядовом отчёте.

Раньше меня на места преступления не приглашали, тем более в качестве дополнительного эксперта. Такого теста я точно не ожидала. И оттого, наверное, дико волновалась, хотя внешне этого и не было заметно. Надеюсь.

Итак, оттиски…

Сизая, едва уловимая дымка…

Это точно должно быть связано с призраками! Магические следы всегда мерцают, а иногда и вовсе искрят, невзирая на давность. С духами всё иначе. Сияют только сильные: такие, как Мэйлин, а слабые похожи… да вот как раз на эту самую дымку. Правда, белёсую. Значит, не подходит вариант.

«Так, а сизый цвет что тогда означает? Гнилую душонку покойничка?» – мысленно пошутила я, удивляясь собственному цинизму.

Вроде только пришла в профессию, а юмор уже изрядно почернел и даже малость прокис.

Укол совести был не особо ощутимым, но, тем не менее, он был. Парень погиб, причём не своей смертью, а я изволю иронизировать. Как-то это неправильно. И глупо.

– Серого точно Гилмор грохнул, – заявил Далтон, встав рядом с нами. – Макс ненавидел Сержа. У них давняя вражда. А вчера вся академия слышала, как чешуйчатый псих предводителя веров разыскивал! Нашёл – и расправился в своём стиле. Очевидно же! Потому и рожа у дракона расцарапана. Он точно с кем-то дрался!

– Со мной.

– А?

– Со мной, говорю, дрался. Вернее, я с ним. Поцарапала его я. – Заметив вопросительные взгляды присутствующих, добавила: – Случайно. И да, это было позапрошлой ночью, а не вчера.

– Жертва погибла около суток назад, точнее скажу после вскрытия, – судмедэксперт обращалась к рыжему законнику, но мы, конечно же, тоже услышали, а кое-кто даже обрадовался. Непонятно, правда, чему. Ведь следы на лице Макса всё равно мои.

– Позавчера! Точно! Тогда он и… – Далтон замолк, почесав затылок, ибо история с царапинами уже потеряла свою актуальность, но тут же заговорил снова: – А «петля» Гилмора? – Потеряв один довод, он схватился за другой. – Эта его уникальная вязь чар, делающая магическое плетение осязаемым!

– Но ведь защиты от воровства на ней нет, – осторожно заметила я, изучая узор: действительно уникальный. – Могли и украсть.

– А ты адвокатом Беса заделалась, что ли? – недовольно буркнул парень.

Он стоял по правую руку от декана, а я – по левую. Чтобы посмотреть друг на друга, приходилось чуть наклоняться вперёд и поворачивать голову.

– Не люблю, когда кого-то обвиняют без тщательного расследования, – процедила я, невольно проводя параллель со своей ситуацией. Меня ведь комиссия тогда оправдала, сочтя открытие портала в Серый мир роковой случайностью, а не злым умыслом. Но толку? Репутация уже была разрушена слухами, которые распустили Тара с Аланом. – К тому же зацикливаться на одной самой простой версии – непрофессионально. У Сержа, думаю, недоброжелателей хватало и помимо Макса.

– Да ты просто в этого психа влюбилась! – съязвил Далтон. – Поцеловала – и пропала. Хорошие девочки всегда западают на плохих мальчиков – это же классика! – усмехнулся он. С чего, интересно, взял, что я хорошая? – Я сам вчера всё видел и слышал.

– Какое-то у вас, господин Далтон, избирательное зрение, – нарочито вежливо произнесла я. – А со слухом и вовсе проблемы. Если вы на самом деле всё видели и слышали, должны знать, что то подобие поцелуя было условием сделки, благодаря которой Гилмор отпустил Тео.

– Вот именно! Тео! – победно воскликнул шатен, игнорируя моё замечание. – Я же говорил! – обратился он к магистру. – Макс всех веров из компании Серого вчера гонял, требуя ему что-то там вернуть. Не знаю, что именно они у него украли. Наверное, тормоза! – пошутил адепт, но никто даже не улыбнулся.

– Или «верёвку», – буркнула я, однако парень опять проигнорировал.

– Короче, что-то серьёзное у них там стряслось. Бес прилюдно избил двоих, наплевав на штрафные баллы за драку. Волки его конкретно так достали – вот дракон и не выдержал… убил их главаря. Логично же?

Да ничуть!

– Просто взял и убил? Не избил и не оторвал ухо, – с сомнением протянула я, разглядывая вполне себе целый труп. Слишком целый, будто для фотосессии тут прилёг! – Судя по стычке с Тео и его приятелем, Макс действует иначе. Забить насмерть в драке, переборщив с силой и яростью? Легко! Тайно повесить в лесу, затерев все следы, но при этом оставить узнаваемую «петлю» собственной работы? Маловероятно! Разве что этот ваш Гилмор совсем уж идиот. Ну, или он просто тебе сильно не нравится, Далтон.

– Ты…

– Продолжай, Эйвери. – Лич жестом заткнул моего оппонента.

– Что именно продолжать? – спросила я, потому что высказывание версий, не связанных с магическими оттисками, вообще-то не входит в обязанности судмагэксперта.

Может, декан хочет, чтобы я дальше искала следы чар, а не языком чесала?

– Любопытно послушать твои мысли по поводу этого убийства.

То есть продолжать разглагольствовать, угу. Ладно!

– Мысли у меня следующие… – проговорила я, продолжая разглядывать место преступления. Наличие сизой дымки больше не казалось плодом моего воображения. Да и на природное явление она больше не походила. Тонкая, едва заметная пелена маячила там, где раньше висел труп, но была настолько слабой, что другие маги вполне могли её не видеть. – Скажите, магистр, – я повернулась к господину Танненбауму, – почему вы не допросите самого Сержа?

– Потому что связь тела с духом оборвана, – ответила вместо лича целительница. – Его душа уже в другом мире или на перерождении, и обратно её призвать не получится. – Закончив изучать жертву, женщина задумчиво посмотрела на нас, а потом опять переключилась на рыжего коллегу, который руководил следственной группой. – Ллойд, скорей всего, тут поработал опытный маг. С большой долей вероятности – некромант.

Далтон победно ухмыльнулся, свысока взглянув на меня – решил, видимо, что это очередной гвоздь в крышку гроба Макса, будто других некромантов в академии нет, а я сказала:

– Или человек, обладающий волшебным предметом, способным уничтожить нити, связывающие тело с душой.

Почему нет? Я же загнала Нэля с Мэй в магические ловушки, хотя сама колдовать не могу.

Ёшкин кот! Надеюсь, законники мою дотошность не воспримут как попытку поумничать? Зануд и выскочек никто не любит.

– Или так, – согласилась судмедэксперт, едва заметно улыбнувшись.

Фух, пронесло!

– Хватит уже защищать Макса, Алиса! – О! Так мой потенциальный одногруппник и имя моё, оказывается, знает. А я его нет – несправедливо как-то. – Всё указывает на Гилмора.

– Именно это меня и беспокоит. Не хватает только записки с признанием вины и отпечатком его указательного пальца, измазанного в крови жертвы, чтоб уж наверняка.

Следователь, делавший вид, что не слушает наш спор, усмехнулся в бороду. Целительница пожала плечами, а парень, который фотографировал место преступления, показал мне украдкой большой палец. Хоть кто-то со мной согласен – уже хорошо.

– То есть ты, Эйвери, считаешь, что Далтон не прав, и на самом деле Гилмор к убийству Сержа не причастен? – уточнил лич.

– Я считаю, что пока рано делать выводы. И да… то, что вижу сейчас, заставляет меня сомневаться в версии адепта Далтона.

– Зря, – продолжил гнуть свою линию шатен. Вот упёртый! Это не мне в адвокаты надо, а ему в прокуроры. С такой непоколебимой уверенностью в своей правоте он с легкостью убедит и присяжных! – Сержа убили ночью в лесу, а Гилмор единственный, кто в это время открывал портал с территории академии. Вы сами это говорили, магистр. – Парень взглянул на декана в поисках поддержки, и тот кивнул.

При мне ничего такого не обсуждалось, значит, Далтон с господином Танненбаумом были тут раньше, и только потом личу взбрело в голову пригласить ещё и меня.

– Один раз выходил? – Я припомнила нашу с Максом первую встречу на дорожке, ведущей к воротам академии.

– Да, – опять кивнул декан.

– Значит, это было ещё до убийства. Потому что после того, как Гилмор ушёл порталом и вернулся, Серж был жив. Я свидетель.

– Так, а вот отсюда, пожалуйста, поподробней, леди. И про царапины тоже попрошу повторить – сейчас любая информация важна. – Рыжий законник, которого звали Ллойд Орсо, теперь смотрел на меня совсем другим взглядом. Внимательно, оценивающе, как пёс на подозрительного чужака – того и гляди вцепится. – Так бы сразу и сказал, Люц, что девчонка тут не для развлечения, – проворчал он, обращаясь к личу.

Какая, однако, стремительная у меня смена статуса. С тестируемой адептки до важного свидетеля за какие-то считаные минуты! Как бы такими темпами в число подозреваемых не угодить.

– Насчёт магических оттисков… – вернулась к прежней теме я, желая оттянуть неизбежный допрос.

Как-то я не готова прямо сейчас давать показания. Надо сначала самой всё осмыслить.

– Что-то новое обнаружила? – оживился лич.

– Да, но мне нужно уточнить, что именно могло оставить такой след. Вряд ли это маг – скорее, какой-нибудь необычный призрак или магический предмет. А вот самому Сержу он принадлежал или кому-то ещё – я пока не разобралась. – Можно уже подойти к жертве?

– Какой след? Где? Я ничего не вижу. – Нахмурившись, Далтон первым шагнул к телу, хотя разрешения нам никто не давал.

– Стоять! – рявкнул на него следователь. – Фил, какая муха тебя укусила? Ты же не первый раз на месте преступления!

Парень потупился, смутившись, а декан, дождавшись кивка рыжего, жестом пригласил меня… кхм, к трупу.

– Мари, присмотри за Эйвери, – распорядился он, будто был тут главнее господина Орсо.

Судмедэксперт, перестав заносить данные осмотра в служебный скарр, опять мне улыбнулась. Ободряюще так.

Хорошая женщина! Добрая.

Следующие минут десять я изучала тело в компании Мари и Далтона, которому всё-таки разрешили к нам присоединиться. Задавала вопросы и делала мысленные зарубки, чтобы потом кое-что уточнить в книгах и конспектах.

Целительница была терпеливой и дружелюбной, а Далтон, как ни странно, оказался толковым адептом и неплохим напарником, едва мы перестали говорить о Максимилиане Гилморе. Видать, у моего потенциального одногруппничка с драконом тоже какой-то давний конфликт. Но, в отличие от Сержа, этот парень вполне себе жив.

Сизую дымку он так и не смог разглядеть. Как, впрочем, и Мари. И я бы даже засомневалась в своём магическом зрении, не поддержи меня Люций Танненбаум, который тоже этот оттиск видел. А вот что это за пелена такая, лич объяснить не удосужился. Велел выяснить мне всё самой и в течение дня сообщить ему ответ.

Пока наш декан беседовал с Ллойдом Орсо, мы с Далтоном вполголоса обсуждали свои версии. Возможно, Сержа не только отравили, как предварительно заключила судмедэксперт, но и обездвижили с помощью какой-нибудь нечисти. Те же фамильяры бывают на редкость опасны.

Или же в ловушку заманили при содействии инфернальной сущности. А может, какой-нибудь необычный дух просто мимо пролетал и задержался возле свежего покойника… не знаю, с какими целями. Гадать можно было до бесконечности, но для правильных выводов требовалось больше информации.

– Замри! – внезапно скомандовал Далтон, которого, кстати, зовут Филипп. Он протянул руку к моим волосам, и я рефлекторно дёрнулась, отстраняясь. – Не шевелись, сказал! – зашипел парень. – Вопьётся! – пригрозил он.

– Кто? – выдохнула я.

Клещ, комар-переросток какой-нибудь? Кто водится в этом демоновом лесу?!

Бывшие однокурсники говорили, что монстры.

– Попалась, феечка! – хищно усмехнулся адепт, выудив из моих кудрей… бабочку. Но не обычную, а такую жуткую, что меня передёрнуло. – Жирнющая какая! – восхитился добычей Фил. Мне бы его энтузиазм! – И наглая. Обычно эти тварюшки к магам не лезут – тянут силу издалека, но ты, Алиса, видать, очень уж вкусная, – съехидничал он. – Повезло, что магопийца в твоих кудрях запуталась. Успей она в шею впиться, тебя бы на неделю в лазарете заперли.

– Почему? – Я разглядывала монстрика, который не имел ничего общего с феями. Белая, невзрачная бабочка с чешуйчатыми крылышками, большими чёрными глазищами, длинным хоботком и… зубами! Мелкими, острыми…

Мама дорогая!

– Магопийцы впрыскивают при укусе яд. Люди от него глюки ловят. Стихийницу со второго курса на прогулке в прошлом году одна такая цапнула. Так эта укушенная потом бегала по академии, вопила «Пожар!» и сама же всё подряд и поджигала. Ещё ей тирсы мерещились и покойная родня. Родни она боялась больше. Ржачно было, – издал короткий смешок он, но, спохватившись, исправился, – и жутко! Девица потом месяц стеснялась из комнаты выходить. На учёбу – и обратно в общагу, как мышь в нору. Трусиха!

– Давай лучше про магопийц, – попросила я, потому что мне было совсем несмешно слушать про эту бедную адептку.

Но и говорить парню, с которым только-только наладила контакт, что над чужой бедой потешаться нельзя, я тоже не стала. Сама ведь недавно иронизировала по поводу Сержа.

– А что о них ещё сказать? Красотки зубастенькие! Обожаю! Мы зовём этих крылатиков феями, потому что эффект от их яда, как от волшебной пыльцы некоторых фей. Сначала эйфория, потом безумие, а в финале апатия. Ну и галлюцинации, конечно же.

– Никогда прежде не слышала о таких насекомых.

– Это особенности местной фауны. Из-за постоянных магических выплесков, которые происходят в академии, животные и растения на острове мутируют. Так что у нас тут целый экзотический зоопарк. Если хочешь, я как-нибудь тебе проведу экскурсию…

– Даже не думай, Далтон! – вклинился в наш разговор декан… который опять незаметно подкрался. Он сам как призрак! – А ты, Эйвери, не ведись на сомнительные предложения. Хватит нам в этом семестре и одного трупа. Далтон, – Люций Танненбаум снова обратился к парню, – прибей уже эту тварь, пока она к тебе самому не присосалась.

– Зачем прибивать? Я в свою коллекцию её заберу. Хорошенькая же феечка, – промурлыкал адепт, поглаживая «бабочку» по мохнатому брюшку. – Обжоркой назову.

Прямо как Макс со своим Шуршиком! Только енот многократно симпатичней жуткой магопийцы, несмотря на его хулиганскую натуру.

Надо же! Я чуть не нарвалась на очередную проблему на ровном месте. Если бы не распущенные волосы…

Так! Стоп!

Волосы?

Это ведь Мэйлин заколку вытащила, когда я одевалась. Она что, знала об атаке магопийцы? А откуда? И почему решила помочь, если ей выгодней изолировать меня на неделю или даже больше?

А-ш-ш! Сплошные вопросы. Надо срочно всё обдумать. Вот после беседы со следователем, которой, к сожалению, не избежать, я этим и займусь.

Дома!