Текст книги "Академия №13. Тетралогия (СИ)"
Автор книги: Ева Никольская
Жанры:
Романтическое фэнтези
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 54 страниц) [доступный отрывок для чтения: 20 страниц]
– Так, значит, я остаюсь? – решила прояснить всё до конца, раз уж я тут (у стола) временно застряла.
– Вы точно приняты в тринадцатую академию магии, госпожа Эйвери, с чем я вас и поздравляю. Правда, пока не уверен, на какой курс и на какую специальность вы будете зачислены. Подготовлю для вас ещё один тест. Последний. Пройдёте – я выполню просьбу магистра Левиафорта и возьму вас на четвёртый курс магической экспертизы, нет – найду для вас более подходящий вариант. В любом случае, вы остаётесь здесь. А сейчас можете пойти погулять по учебным корпусам – ознакомиться с нашей академией. Тут есть, на что посмотреть, – загадочно улыбнулся лич, поведя левой бровью.
– Но я…
– Вилма вас проводит.
Сказано было так, что я поняла – спорить и что-то объяснять бестолку. Покинуть деканат всё равно придётся, даже если ползком. Однако страхи мои оказались беспочвенными: от магистра Танненбаума я вышла на своих двоих, пусть и с помощью трости, которая оказалась очень кстати. Ну а за дверью меня уже поджидала вездесущая девушка-ворона.
Странный всё-таки этот декан. Он всерьёз думает, что я пойду на экскурсию в таком состоянии? Или это шутка была, а я не поняла его юмор?
Надо привыкать, раз меня приняли в Академию №13. Подозреваю, здесь много таких шутников.
ГЛАВА 8
Слабость, головокружение и онемение прошли довольно быстро, что не могло не радовать. А вот бесконечная трескотня Вилмы, признаться, очень быстро начала утомлять, хотя ценные сведения в её рассказах об академии изгоев, безусловно, были.
Вроде бы и хорошая девчонка: открытая, дружелюбная, симпатичная, но до чего же болтлива! Или я просто не в настроении беззаботно беседовать с чрезмерно активной двуликой после эмоционально выматывающей встречи с деканом? Возможно, и так.
Главный учебный корпус меня, признаться, порадовал. Наверное, потому, что я подсознательно начала воспринимать этот МагВУЗ своим. А может, и из-за непривычной простоты интерьеров, благодаря которой не возникало ощущения, что находишься в музее.
Первая академия по сравнению с тринадцатой выглядела вычурно-роскошной и чрезмерно яркой. Немного странно для образовательного учреждения, но раньше мне это даже нравилось – словно во дворце учишься.
Расписанные пурпуром и золотом стены, меняющие рисунок по мере продвижения, полы из уникального карральского мрамора и парты с инкрустацией в виде карты нашего королевства казались настоящим произведением искусства.
Здесь же всё было скромно, но со вкусом: много тёмного камня и светлого дерева, белёные сводчатые потолки в коридорах, стрельчатые окна и, как главная изюминка интерьера – живые картины, с которых нам периодически подмигивали разные известные личности, имевшие непосредственное отношение к этой академии. Лекции про них и их бесчисленные достижения мне и читала взахлёб всезнайка-ворона.
А ещё тут были драконы… много драконов! В виде мозаики на полу, резного столба на лестнице, барельефа на стене или даже фонаря.
Драконы, как сказала Вилма, являются неотъемлемой частью тринадцатой академии, основанной когда-то давно… да, именно драконом. Тем, который теперь призрак. Хотя это не точно, потому что его никто не видел уже лет сто, не меньше.
У моих бывших однокурсников, помнится, было иное мнение, но гиду в этом вопросе я доверяла больше.
Долго бродить по академии не стала, хотя ворона, казалось, была готова кружить по ней до самого вечера. Я же такой объём информации просто не в состоянии оказалась сразу усвоить. Да и оценивающие взгляды адептов, встречаемых на пути, изрядно напрягали – видать, весть о новой ученице уже разлетелась.
Ещё и ожидание обещанного деканом теста нервировало. Я очень хотела попасть на четвёртый курс, чтобы, не теряя зря время, выучиться на бакалавра и выпуститься летом с лицензией магэксперта.
Пусть это не такая престижная и перспективная профессия, как архитектор магических плетений, но и невостребованной её тоже не назовёшь.
Работать на стражей порядка почётно и выгодно. Не только в финансовом плане. Такой диплом даст мне как новую достойную цель в жизни, так и защиту – законники своих не бросают. А для магессы без магии это огромный плюс.
– Может, в зал оживших скульптур ещё заглянем? Напоследок! – предложила Вилма, когда я, изображая усталость, попросила её проводить меня к выходу. – Там есть оракул. Иногда он просыпается и раздаёт гостям советы, – с горящими глазами сообщила эта неугомонная. Видать, очень уж ей хотелось получить сегодня чьё-то волшебное напутствие.
– Извини, – вымученно улыбнулась я. – Сходи без меня, а я… Где тут, кстати, лестница? Там, да?
Избавиться от черноглазой болтушки не удалось – она была решительно настроена довести меня до общежития, хотя дорогу туда я уже запомнила. Очевидно, её «шикарный мужчина» приказал за мной следить, вот Вилма и старалась. Пришлось смириться.
На улице было всё так же тепло и солнечно. Зато народу заметно поубавилось. Удивительно, что там, вообще, кто-то шлялся – сейчас же время занятий.
Неладное я почувствовала практически сразу, хотя ничего, казалось бы, не предвещало. Просто кончики пальцев похолодели, а в груди словно ёж заворочался.
Ну здравствуй, физическое проявление моей проснувшейся интуиции!
Стиснув трость, я рефлекторно шагнула назад к двери, из которой мы только что вышли, а в следующую секунду раздался звон разбившегося стекла и отборная брань, сопровождавшая выпад из окна двух парней.
Или не выпад, а… кхм… вылет.
– Осторожно! – крикнула Вилма, прикрывая меня рукой, будто крылом, от разлетевшихся во все стороны мелких осколков.
И хрустальный дождь действительно нас не коснулся, отскочив от невидимой стены чар. По всему выходило, что моя сопровождающая не только двуликая, но и магесса. Хотя для оборотней это не редкость, а для таких уникальных, как она, скорее, даже норма.
Может, Вилма тоже адептка на факультете некромагии? Хотя нет – учись она тут, рассказала бы мне это ещё вчера без всяких наводящих вопросов.
– И часто у вас такое? – спросила я, глядя на поднимающихся с земли парней: всклокоченных и жутко недовольных, а ещё частично обернувшихся, судя по густой шерсти, проступившей на скулах, шее и руках.
Наверное, не только на них, но остальные части тела прикрывала одежда.
– У нас… Ты теперь тоже тут учишься. – Вилма замолчала, глаза её расширились в священном ужасе, а губы задрожали, будто она сейчас заплачет. И всё это потому, что к двум летунам, потирающим ушибленные места, сверху спрыгнул третий. Мягко так, будто слевитировал. – Псих! – пискнула ворона, на сей раз спрятавшись за меня. – Идём назад, Алиса! Идём же! – зашептала она, пытаясь затянуть меня в вестибюль, но я продолжала стоять на широком каменном крыльце, глядя на парней.
Макса узнала сразу, несмотря на мантию с капюшоном, накинутую поверх обычной одежды. А потом по голосу признала и остальных. Оба оборотня были из компании Сержа, который ночью так жаждал со мной познакомиться. Вчера я их только слышала, зато сегодня рассмотрела во всех подробностях.
Двуликие волки. Злые и, кажется, напуганные. Интуиция требовала послушаться Вилму, но у меня будто ноги к крыльцу приросли.
– Что ты взбеленился, Бес? – простонал светловолосый зверолюд, пятясь от Макса, который демонстративно разминал пальцы, будто готовился к драке. Краем глаза заметила, что во дворе стало подозрительно пусто. Зато у окон на всех этажах наблюдалось настоящее столпотворение. – Мы не видели Серого с ночи! Не впутывай нас в ваши с ним тёрки. Мы ни при чём!
– Брехня! – фыркнул Макс, на этот раз разминая шею. Мне почудилось, что я слышу, как хрустят его позвонки.
– Мы, правда, ничего не знаем… – совсем не по-волчьи заблеял второй вер. – Может, ты сам Серого где-нибудь прикопал, а теперь за нас взял…
Непричёмыш не договорил. Просто потому, что не смог. Сложно разговаривать, когда тебя одним ударом опрокинули из положения стоя и впечатали мордой в каменные плиты двора.
Всё произошло так стремительно, что я заметила лишь смазанный магический след воздушной петли, а потом уже увидела барахтающегося на земле зверолюда, над которым возвышался… псих.
Самый настоящий безжалостный псих, одуревший от собственной безнаказанности!
Алые брызги крови, выбитые зубы, вырванные клочья волчьей шерсти – всё это медленно оседало в серебристом вихре силы, который кружил вокруг Макса и его жертвы. И хотя внешне брюнет выглядел совершенно спокойным, я не понаслышке знала, как клокочет в нём сейчас магия, реагируя на эмоциональный всплеск.
Парень был не просто зол, он пребывал в настоящем бешенстве.
Что же такого ужасного сделали ему Серж с подпевалами? Дело ведь не во мне, правда?
Да точно нет!
– Хватит, Бес! – воззвал к обидчику светленький оборотень, отбежав на безопасное, по его мнению, расстояние. – Мы тебя не трогали, и ты нас не… – Он чуть не подавился, проглотив последнее слово, когда Макс, зацепив его раненого друга магической петлёй, развернулся к нему. Вернее, начал разворачиваться, да так и завис, обнаружив нас с…
А, нет – судя по двери, хлопнувшей за моей спиной, я тут одна осталась.
Идея ретироваться в вестибюль, следуя примеру вороны, внезапно показалась мне на редкость удачной, но едва я сделала ещё один шаг назад, как тирсов псих заявил:
– Подержи-ка, леди, – и кинул мне в руки поводок.
Магический.
Вот придурок!
ГЛАВА 9
Сложное магическое плетение в виде полупрозрачной верёвки прошло сквозь инстинктивно вскинутую ладонь, лишний раз напомнив об обрыве связи с нитями элеора. Меня бросило в жар от бешенства.
Для чего демонов дракон это сделал? Случайно или, может, намеренно? Хотел унизить меня, подставить… что?! Он ведь только что показал всем, что я магически неполноценная!
– Зачем же так решительно отвергать мои подарки, леди? – Губы Макса изогнулись в усмешке, а серые глаза полыхнули алым.
Тирс побери, он, вообще, о чём?!
Переступая через раненого зверолюда, пытавшегося подняться, Макс надавил ногой на его спину, снова впечатав парня в каменное полотно двора, после чего легко взлетел по ступеням ко мне. На направленную в его сторону трость отреагировал коротким смешком, призвал уроненную «верёвку» и опять вручил её мне.
Нет, не так – он этот магический поводок буквально всунул в мою руку! И – о чудо! – я ощутила холод тонкого серебряного жгута, зажатого в ладони.
Но как такое возможно?
– Держи. Не потеряй, – доверительно произнёс чокнутый некромант, наклонившись ко мне.
Капюшон слетел с его головы, чёрные пряди упали на глаза, и на лице парня: бледном, как у покойника, бордовым росчерком заиграли царапины… от моего вчерашнего «гостеприимства». Будь я обычной магессой, не накапливающей в себе силу, – на драконьей шкуре всё уже зажило бы: у чешуйчатых отличная регенерация. Но я необычная, а значит, придётся ему с этим украшением неделю минимум ходить.
И поделом!
– Я пока пойду поймаю второго пса, – просветил меня брюнет. – А ты за этим присмотри.
Повернув голову, обнаружила, что светловолосый зверолюд позорно сбежал, бросив товарища. Какие-то странные в этой академии волки. У нас они всегда держались стаей и, если требовалось, бились друг за друга до потери сознания, а эти… м-да.
Хотя, возможно, дело не в них, а в Максе? Он же совсем отбитый!
Оставшись с вполне осязаемой с виду «верёвкой», тянувшейся к раненому, я растерялась. Меня никто не держал тут, я вполне могла бросить поводок и вернуться в академию. Более того, я очень этого хотела.
Во-первых, потому что не собиралась в первый же день ввязываться в потасовку, за которую наверняка всем прилетит от преподавателей. Особенно Максу. А раз я ему помогаю – значит, и мне тоже.
Во-вторых, ассистировать этому агрессору у меня не было никакого желания. Я понятия не имела, в чём суть конфликта, и мне совершенно не хотелось во всё это вникать. Тем не менее я продолжала стоять, держа поводок и трость, хотя спасительная дверь была совсем близко.
Сама не знаю, что меня останавливало. Гнев и без того взбешённого дракона, перед которым пасуют даже волки, или боязнь показаться трусливой магессой в глазах зрителей? Я ведь новенькая. Каждое моё слово, движение, поступок – всё под прицелом. Как поставлю себя сейчас, так ко мне и будут потом относиться однокурсники.
И? Что в этой ситуации делать, чтобы не пасть в грязь лицом и не нажить врагов?
Тирсова тьма!
Надо было слушаться Вилму, а не тупить. Сейчас бы смотрела представление из окна, как все остальные. Ну, или пыталась бы найти декана, чтобы остановить драку.
Хотя он вполне мог и сам найтись. Или кого-нибудь из преподавателей отправить. Раз до сих пор никто не появился, значит, здесь подобные разборки – дело обычное.
– Т-ты Ал-лиса? – подняв голову, запинаясь спросил избитый. Выглядел он ужасно: нос сломан, глаз заплыл, лицо всё в крови. И торчащие клоками волосы тоже в некоторых местах окрасились алым. – Отпусти-и-и, – взмолился пленный.
Я вновь посмотрела на магический поводок, петля которого была надета на мою руку. Чуть натянула его, а потом ослабила проверяя. «Верёвка» удерживала парня на месте без каких-либо усилий с моей стороны.
Мощная вязь! Можно даже сказать – уникальная. Ещё и осязаемую форму имеет. Я такое плетение видела впервые.
– Не получится, – ответила честно, бросив быстрый взгляд на Макса, который уже шёл назад, таща за шкирку яростно брыкающегося волка. Довольно крупного, белого, лохматого. За размышлениями я упустила момент, когда второй оборотень полностью сменил ипостась, рассчитывая, видимо, в зверином облике отбиться от преследователя. Напрасно! – Даже если брошу, поводок тебя не отпустит, – сказала темноволосому веру.
Зверолюд разочарованно застонал, а потом, к моему огромному удивлению, сам принялся биться головой о камни. И так раза три.
Я покосилась на серебристую петлю – та ровно мерцала, всем видом демонстрируя свою непричастность. Тогда что это? Какой-то психоз?
К моменту, когда вернулся Макс с добычей, раненый оборотень уже потерял сознание.
Хм… может, это и была его цель?
– О! Один готов, смотрю, – пнув обмякшее тело носком ботинка, заявил псих. – Придётся тебе, Тео, отдуваться за всю вашу банду, – произнёс он так, что даже у меня холодок по спине пробежал.
Представляю ощущения волка!
Мне его даже жаль стало. В образе животного он выглядел таким милым и несчастным, что сердце защемило. Один против противника, который заведомо сильнее и быстрее, иначе бы зверолюд царапался и кусался, а не обречённо поскуливал, предчувствуя скорую расправу.
Один, потому что друг предпочёл отправиться в безсознанку. Один, потому что никто из адептов и преподавателей до сих пор не вышел, чтобы остановить творящиеся безобразия. Один, как когда-то я, когда все от меня отвернулись, лишив даже шанса на честное расследование.
Если бы не магистр Левиафорт, где бы я сейчас оказалась?
Мне не нужны были новые проблемы и новые враги, но…
– За что ты их так? – спросила я Макса, решив попробовать уладить конфликт с помощью разговора.
– За дело.
Разговор, увы, не задался.
– Не знаю, как они тебе насолили, но устраивать самосуд без расследования…
– Да ты никак жалеешь эту гниль, новенькая? – Прищурился парень. Подойдя ближе, он подтащил ко мне и упирающегося всеми лапами волка. – Поверь, они бы тебя ночью не пожалели, – зловеще зашипел Макс, глядя мне в глаза. – Неужели хочешь, чтобы я их отпустил?
– Может, я хочу, чтобы ты руки о них не марал? – приподнявшись на носочки, чтобы стать чуть выше и ближе к нему, прошептала я. А ещё чтобы нас никто не услышал.
Повисла пауза, которую, казалось, боялся даже ветер нарушить, не говоря уже о несчастном пленнике. Макс смотрел на меня, я – на него, и ни один из нас не желал проигрывать в этой зрительной дуэли.
– Хм-м, – наконец, отступил парень, откинув с лица пряди, падающие на глаза. – Ход засчитан, Лисёнок, – улыбнулся он. Разумеется, кривовато.
Так, минуточку! Какой, к тирсу, ход? Мы в шахматы, что ли, тут играем?
– Теперь моя очередь, – сообщил Макс, улыбаясь шире. Не к добру. – Я, так и быть, отпущу одного из серой шайки… чтобы не мараться, – добавил он, брезгливо поморщившись, когда посмотрел на раненого.
– А второго?
Белого волка было, признаться, жальче. И всё из-за его звериной ипостаси. Бегай он, как раньше, в человеческом виде, я бы, наверное, реагировала иначе. Всё же эти двое ко мне ночью не сладких снов пожелать приходили вместе со своим главарём. А Тео ещё и хихикал – я имя его запомнила.
– Второго? – Бес покосился на притихшего вера, который пытался походить на плюшевого мишку, хотя на деле был опасным хищником с внушительным арсеналом зубов и когтей, которые почему-то упорно не применял. Интересно, почему? Боялся дать психу повод? – Второго тоже отпущу… за твой поцелуй! – заявил во всеуслышание демонов манипулятор, словно проверяя меня на прочность.
А пока я сверлила его взглядом, он ещё и адептам, столпившимся возле окон, помахал, требуя поддержки.
Удивительно, но они поддержали. Свистом, хлопками и улюлюканьем. Какое внезапное единодушие!
Зверолюдам эти умники что-то не аплодировали. Или я просто не на ту сторону встала? Я же ничего толком не знаю об этой троице. Ну, кроме того, что один псих-псих-псих, как утверждает Вилма, а два других – ходячая гниль, по словам психа.
Драный бес! Зачем я во всё это влезла? Или правильней сказать – зачем меня втянули!
Макс то ли играл со мной, то ли издевался, а может, всё вместе и что-нибудь ещё. Сначала вовлёк меня в свои разборки, потом проверил с помощью волшебного поводка, не вернулась ли ко мне возможность колдовать, а теперь устроил шоу с требованием поцелуя. Ясно ведь, что для адептов.
И что после этого будет с моей репутацией? Да и есть ли она у меня, вообще? Я же никому не известная новенькая.
– Целуй! Це-луй! – скандировала толпа.
– Беги, дура! – вклинился в общий хор девичий голос.
– Струсит.
– Не успеет.
– Ей хана!
– Тео кранты, – вспомнил кто-то про волка, смиренно дожидавшегося своей участи у ног мучителя.
Прогнозы, если честно, не радовали. А проклятый некромант стоял напротив меня и ухмылялся, ожидая ответа. Больше Макс не бесился – происходящее его, наоборот, забавляло. Зато он дико бесил меня.
Дежавю какое-то!
Выбирая между желанием треснуть поганца по башке тростью (хотя это вряд ли получится, учитывая прошлый опыт) или развернуться и гордо уйти, наплевав на то, что обо мне подумают, я продолжала сверлить парня взглядом. К сожалению, безуспешно.
– Поцелуй за жалкую никчёмную жизнь одной шелудивой псины… Выбирай, леди, – сказал бесов дракон, и, прежде чем он добавил что-то ещё, я его действительно поцеловала.
Шагнула вперёд, привстала на цыпочки и чмокнула куда-то в район подбородка, едва мазнув губами по прохладной коже.
Поцелуя захотел? Получите – распишитесь! Пора заканчивать этот кровавый балаган.
– Отпускай! – потребовала, вытирая губы – сама не знаю зачем: наверное, из вредности. – Уговор есть уговор.
– Так, значит? – глаза парня недобро сверкнули. Опять алым.
Да что с ним не так? Хотя о чём я? С ним ВСЁ не так!
– Я выполнила свою часть сделки, теперь твоя очередь.
– Слышал, Тео? – наклонившись, Макс потрепал волка по мохнатой голове, словно любимого питомца, а не противника, которого готов был только что размазать по двору. – Эта самоотверженная леди выкупила твою свободу… часа на два, думаю. Или даже на час. Советую поскорее вернуть мне то, что вы украли. Всё, проваливай! – Он пихнул оборотня ногой, унизив напоследок.
– Час? – возмутилась я.
– Каков поцелуй, леди, такова и свобода, – пожал плечами самый бесячий парень на свете.
Дракон тирсов! Впрочем… это как раз многое объясняет. Двуликие ящеры – те ещё сволочи.
ГЛАВА 10
– Это как чёрная метка… метка! Как несмываемое проклятье… проклятье, – бормотала Вилма, семеня за мной. Тирсова хмарь! Лучше бы отстала! – Ты его поце… ты его… – выговорить у неё не получалось, будто это какое-то заковыристое заклинание, а не слово «поцеловала». – Ты теперь полностью во власти психа, тебе кранты. Кранты! – повторяла она, а мне так и слышалось пресловутое «кар-кар».
– Спасибо, конечно, за информацию, – съязвила я не оборачиваясь. – Но прошу: не надо дублировать слова. Я и с первого раза всё прекрасно понимаю.
– Он тебя не отпустит… не отпустит.
Похоже, она меня совсем не слышит. Идёт следом и бормочет, как заведённая, про ужасы моего ближайшего будущего.
– Вилма! – резко обернувшись, я случайно чуть по лбу ей тростью не заехала. Счастье, что без ножей!
– Да? – встрепенулась ворона, глядя на меня чёрными угольками глаз, в глубине которых вспыхнули красные огоньки.
Совсем как у Макса.
Мысли помимо воли возвращались к парню и к устроенному им представлению. Я понятия не имела, что со всем этим делать. И даже спасение двух идиотов-зверолюдов от публичной расправы меня не радовало. То есть радовало, конечно, но… недостаточно. Ещё и ворона со своим карканьем масла в огонь подливала!
– Я спрашивала уже в академии… – решила сменить тему, чтобы отвлечься от размышлений о драконе. А главное, отвлечь от них спутницу. – Про призрачную девушку, которая живёт в моей комнате. Или не живёт. Она же привидение. Расскажи об этой Мэйлин.
– Я мало о ней знаю, – принялась юлить Вилма.
Не первый раз это делает. И глаза отводит тоже не в первый раз.
Что же не так с покойной госпожой Эверетт? Может, её проклял кто? Или она в тринадцатой академии что-то вроде домашнего питомца, которому скармливают неугодных соседок, вроде меня?
– Ты давно тут? – Я переключилась с призраков на живых.
– Пять лет уже! – с гордостью заявила брюнетка.
– А раньше где была?
До самого дома я слушала историю её жизни и мысленно радовалась, что тема Макса и чёрных меток, наконец, закрыта.
Оказалось, что мы с Вилмой ровесницы – это, во-первых. Во-вторых, она с детства воспитывалась в каком-то пансионе для девочек, и, только получив там образование, смогла пополнить ряды своей пернатой родни, обосновавшейся на острове.
Официально Вилма здесь числится помощницей коменданта, но выполняет и разные другие функции тоже. Одним словом, девочка на побегушках. Впрочем, её это нисколечко не печалит. Наоборот, ей всё нравится. Да и дорабатывает в академии она последний год, а потом планирует удачно выйти замуж, и вроде как даже подходящий жених имеется.
Также выяснилось, что Вилма вовсе не одарённая, как мне недавно показалось – вот такая вот она белая ворона, оказывается, в их чёрной стае, но у девушки есть фамильный амулет, который её защищает.
Ещё бы! В таком месте без защиты находиться опасно, особенно молодой симпатичной леди без магических способностей.
Распрощавшись с новой знакомой на крыльце, я вошла в холл жилого дома и решительно направилась к стойке, за которой привычно дремал дядя Вилмы – седовласый господин Вальгард.
На его внушительном носу поблёскивали круглые очки, напоминавшие те, что он надевал ночью, будучи вороном. Правда, тогда они были помельче.
Разбудив вахтёра громким приветствием, я спросила:
– Кто такая Мэйлин Эверетт, и что с ней делать, если опять начнёт буянить?
Наверное, от неожиданности Вальгард не успел замять тему, как это делала его племянница, и честно ответил:
– Дочь ректора. Не обращать внимания.
Тирсова мгла! Теперь понятно, почему эту тварь никто не развеивает. Наверняка папочка запретил трогать призрачную кровиночку. Непонятно другое – что душа ректорской дочки забыла на техническом этаже смешанного общежития? Её ведь не силой там при жизни держали? Нет? Или всё-таки силой?
Вдруг это было какое-то изощрённое наказание?
Во что я опять вляпалась, выпросив у комендантши комнату?
С этими невесёлыми мыслями я и вошла… собственно, в комнату. Да так и застыла, обнаружив там целый урожай, собранный моими волшебными камушками.
И ладно бы только соседка в образе озверевшей банши тут была – она давно, видать, в ловушке, вот и беснуется. Но какого лешего здесь эльф в набедренной повязке, сидящий в позе лотоса, и… енот?
Грязный! Дохлый! На люстре!!!
Эта комната проклята, да?
Может, вариант с шалашом в близлежащем лесочке не так уж и плох?
– Наконец-то! – остроухий будто из транса вышел. Плавно поднялся и, нисколько не стесняясь своего вида, уверенно заявил: – Быстро выпусти меня, Алиса! Иначе сдохнет!
– Кто? – искренне удивилась я – вроде все остальные и так уже… того.
– Он! – воззрился на енота эльф.
Я тоже посмотрела на зверушку, по-прежнему не подающую признаков жизни.
Меня дурят, да? Или всё-таки нет?
Прищурившись, заметила лёгкое свечение вокруг его тушки. Магический след, возможно… даже вероятно, от применения стазиса. Там, значит, енот не мёртвый, а замороженный?
– Развей свою ловушку, она гасит поток моей целебной магии! – потребовал пленник. – Быстро!
Обалдеть! Не комната, а проходной двор! И каждый новый мимокрокодил ведёт себя тут, как хозяин.
– Да кто ты, вообще, такой? – вспылила я.
– Лалинэль! – воскликнул парень, будто это должно было мне что-то сказать. – Теперь давай… выпускай меня. Надо спасать енота.
– Почему я должна тебе верить? Вдруг ты вор и обманщик. Выпущу – сбежишь. Лучше уж я за господином Вальгардом схожу…
– Нет, ты не понимаешь! – воскликнул эльф. – Енот умрёт, если я ему сейчас же не помогу. Он чем-то отравлен, – затараторил остроухий и в раздражении сделал шаг ко мне, но получил магией камня по ногам. Скривившись, парень зашипел и мрачно уставился на меня. – Совсем не жаль животинку?
Я снова посмотрела на зверька, повисшего на люстре – вот как, спрашивается, он туда попал? – потом на… вероятно, целителя. Хмыкнула, сообразив, что набедренная повязка весёленькой салатовой расцветки – на самом деле полотенце. Да и волосы у блондинчика влажные – вероятно, он недавно душ принимал.
Надеюсь, не в моей ванной комнате!
– Так и быть, Нэль, – решила всё же рискнуть я.
Зверушку, правда, было жалко. Да и эльф, рассекающий по общежитию в таком наряде, с большой вероятностью мог оказаться моим соседом. А с соседями лучше с ходу не ссориться. Да и кто, кроме него, мне расскажет, что тут – Тирс побери! – произошло?
Собрав камни, к которым после активации, помимо меня, мог прикоснуться разве что какой-нибудь крутой чародей уровня Люция Таннебаума, я освободила незваного гостя из западни.
Мэйлин же выпускать пока не стала – так от неё проблем меньше, хотя остроухий за привидение тоже просил.
К чести Нэля, слово он своё сдержал и вместо того, чтобы кинуться к двери, принялся размахивать руками, направляя магические потоки элеора на енота. Золотистые, яркие… действительно, целебные.
Не заклинания, а чистую силу, очищающую организм и многократно усиливающую регенерацию. На такое способны только целители.
Отсутствие одежды парня ничуть не смущало, а вот меня – да. Я всё никак не могла отделаться от мысли, что полотенце свалится с этого сына леса в самый неподходящий момент – и будет очень неловко.
Чтобы не смущаться, переключилась на второго визитёра: того, который мохнатый.
– Может, снимем его с люстры? – предложила, глядя, как зверёк начинает сиять, будто солнышко. На самом деле, ничего такого, конечно же, не было, но я же вижу магию.
– Как? Ты левитировать умеешь? Или у тебя есть стремянка? – съязвил эльф.
Потолки в комнате были высокие, это правда. А Нэль всего на полголовы выше меня. Даже в прыжке мы до люстры не достанем. Но ведь можно на что-нибудь влезть… На стул или, как вариант, на эльфа.
Я так оценивающе на него посмотрела, что парень занервничал.
– У меня… мне… Я не ищу отношений! – выпалил он, потуже затягивая полотенце на бёдрах, и почему-то покосился на мою призрачную соседку. Ещё и уши к голове прижал, как нашкодивший щенок.
Я и не знала, что дети леса так умеют.
– Хм! – выдала я глубокомысленно. Да у нас тут, похоже, любовь. Та самая вечная-поперечная, которой смерть – не преграда.
Выходит, ректорскую дочку блондинчик остроухий в академии держит?
Посмотрев на Мэйлин, которая состроила жуткую морду специально для меня, я закатила глаза и отвернулась. Даже гадать не буду, что этот смазливый мальчик нашёл в призрачной стерве. Извращенец какой-то!
– Меня интересует крепость твоих плеч, а не отношения, – сказала я ему. – А впрочем… стул надёжней. Он даже малыша Гвидо выдержал.
Енота мы общими усилиями всё-таки сняли с люстры. Уложили на кровать и принялись над ним хлопотать. Вернее, Нэль хлопотал, а я была на подхвате. То полотенце ему подай, то запас лекарственных снадобий покажи…
Я не то чтобы возражала, но периодически порыкивала – слишком уж наглый этот эльф, а у меня настроение после встречи с Максом не очень.
– Ой, не-е-ет, – схватился за голову парень, отскочив от пациента.
– Помер? – расстроилась я, ожидая в скором времени узреть не только полупрозрачную соседку, но и призрак полосатика, которого целитель, наконец, додумался очистить от грязи.
Главное, чтобы енот тоже тут жить не остался – у меня на всех ловушек не хватит, да и не будут они в них постоянно попадать – не идиоты же.
– Это Шурх, Алиса! – сделал страшные глаза Нэль, указав на пушистого милаху, лежавшего на постели Мэй. Вернее, на чёрный узор на его светлом пузе. Издали казалось, что у зверька там третий глаз.
– И? – Из местного зоосада пушистик сбежал, что ли, раз эльф знает его имя?
– Шуршик! – воскликнул парень. Я вопросительно выгнула бровь. – Бесов любимец! – обругал беднягу он, но, видя, что я по-прежнему не понимаю, со вздохом пояснил: – Максимилиана Гилмора питомец. Макса! Он свою пропажу с утра ищет. Многим уже перепало.
– Макса, который бесо-псих?
– Именно!
Так вот что дракон требовал у волков вернуть! Вернее, кого.
– Хм, – повторила я и опять задумалась, на сей раз над сумкой, с которой приходил ночью Макс. Не Шуршик ли в ней сидел? И как-то сразу отпал вопрос о том, как парни попали в мою комнату. Еноты, особенно связанные с магами, замки взламывают лучше виртуозных домушников и опытных артефакторов. А мой и взламывать не пришлось – зверёк наверняка проник в комнату через окно и просто дверь своему хозяину открыл. – На люстру этот деятель как попал? – решила подтвердить свою догадку я.
Рама приоткрыта, щель небольшая для человека, но подходящая для зверька.
– В окно влез, – буркнул Нэль, массируя виски, будто пытался избавиться от боли. Ну, или заставить мозги работать лучше.
– А ты как в комнате…
– Через дверь. Не это сейчас важно, Алиса! Включи голову! Ну? У нас тут зверюга Беса, и он точно за ней придёт. А Шуршик полудохлый! А-а-а, нам конец!
– Без нас енот был бы не полу, а дохлый, – резонно заметила я. – Успокойся, Нэль. Макс ещё спасибо тебе скажет за помощь.
Эльф как-то странно хихикнул, ещё более странно на меня посмотрел, а потом голосом умудрённого опытом наставника произнёс:
