Текст книги "Ведьма с крылом дракона (СИ)"
Автор книги: Этель Легран
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 11 страниц)
Дилан развернулся на пятках и метнулся к дверям. Его тело горело от ярости. Он больше не чувствовал пронизывающего холода из-за мокрой одежды – лишь негодование, несправедливость и злость, что дядя Лоры так легко сбросил ее жизнь со счетов. Она так старалась на благо семьи, на благо жителей Рейнера, смутно знавших о тяготах за высокими каменными стенами, а ее усилия обесценили парочкой слов.
Дилан резко отпер двери и нос к носу столкнулся с изумленным взглядом Хильды. Девушка широко распахнула ореховые глаза – такие же как у Иларии, – и приоткрыла рот в немом вопросе. Но сейчас ее образ вызывал у охотника отвращение, поэтому он поспешил отвернуться, бросив напоследок.
– Я сам организую поиски Иларии Эстебан. После возвращения мы сыграем свадьбу, и я вступлю в права главы рода Баретти. Вам не о чем беспокоиться, все договоренности будут соблюдены.
Дилан больше не смотрел ни на маркиза, ни на его младшую племянницу, державшую в руках махровое полотенце. Зачесав мокрые волосы ладонью назад, он поспешил выйти из душного помещения. Краем взгляда заметил, как обескураженная Хильда отпрянула и проводила его взглядом.
Оставался еще один, последний, вариант, где можно было получить помощь. Дилан надеялся, что всё сложится благополучно, иначе он готов отправиться в путь в одиночку. Вести сослуживцев и подчиненных его семьи на убой, охотник наотрез отказывался. Либо привести с собой много людей и победить числом, либо пойти одному и разыграть карты на удачу. Одно из двух.
Отвратительные слова снова и снова повторялись в голове Дилана, подгоняя его на пути к цели. Его не останавливал дождь стеной и сильный ветер, сносивший с ног. Несправедливость и ярость по-прежнему клокотали в венах агонией, пока юноша не остановился у высоких врат церкви, расположенной в сердце города-крепости Рейнера. Здесь простиралась просторная площадь с фонтанами, но сейчас все они были выключены. Жители прятались в своих домах, не решаясь даже выглядывать в окна из-за непогоды.
Одиночество еще сильнее ощущалось здесь, возле храма, где в обычный день всегда ютилось много детей и их родителей или молодых, воркующих пар. В каком состоянии сейчас пребывала Илария, Дилан боялся даже помыслить. Ей точно приходилось несладко: она наверняка рассчитывала на помощь со стороны родной семьи и семьи жениха. А родственники попросту отказывались от нее, потеряв шанс заполучить темный гримуар нечестивых.
Скрипнув зубами, Дилан приложил раскрытую ладонь рядом с замочной скважиной и декоративным драконом, держащим в передних лапах большое кольцо. Одна из дверей чуть приоткрылась наружу – Дилан сразу же потянул кольцо на себя, и тяжелое полотно со скрежетом поддалось влиянию. Волна холодного воздуха ринулась в помещение, вместе с ней охотник протиснулся сквозь образовавшуюся для него щель, сделал шаг вперед и остановился, услышав, как дверь за спиной захлопнулась. Что-то тотчас заскрежетало, и Дилан обнаружил, как витиеватые узоры изменялись, запечатывая вход.
– Значит, это правда, что только избранные наследники четырех великих родов могут посетить храм…
Охотник пробормотал это шепотом, а огромная цилиндрическая зала подхватила слова эхом. Оглядываясь, но не двигаясь с места, Дилан отметил, что с единственного визита в детстве в храме ничего не поменялось. Тогда они с Иларией из любопытства протиснулись внутрь, узнав о легендах, передающихся в Рейнере наследникам великих родов, однако пробыли совсем недолго, испугавшись огромного каменного дракона, лежащего в центре залы. Сейчас на него лился теплый свет из высоких окон, простирающихся по всем стенам и граничащих с потолком. Стекла казались чистыми и незамутненными дождевыми каплями. Снаружи было мрачно, порой вспыхивала молния, но храм будто находился в иной вселенной. Внутрь не доносился шум непогоды, здесь царила умиротворенная, магическая атмосфера.
Дилан нахмурился, рассматривая морду дракона с закрытыми глазами. Каменная чешуя кое-где поблескивала, будто в монументе остались залежи драгоценных камней.
– Я знаю, что ты – живое существо…
Охотник инстинктивно встал в защитную позицию, не зная, какая реакция может последовать за словами.
– … и ты охраняешь Рейнер от многих опасностей…
Тем временем помещение наполнилось тишиной. Дилан чувствовал, как в груди ускорилось сердцебиение из-за волнения. Его мучили мысли об Иларии, об утекающем понапрасну времени, о дяде возлюбленной, с легкостью констатирующем смерть первой племянницы. Все это не давало покоя, вынуждая юношу действовать безрассудно.
– Я видел, – начал Дилан и запнулся, сглотнув тугой ком в горле, – как ты в тот день приоткрывал глаза. Мне нужна помощь, даже если ценой станет собственная жизнь…
Охотник неосознанно повысил голос из-за сдавленных эмоций. Юноша взъерошил волосы, отчего-то сухие, и смежил на мгновение веки. Теперь ему казалось, что этот шаг стал наиглупейшим. Вместо того, чтобы надеяться на чудеса, нужно было бить тревогу и собирать охотников рода, продолжать убеждать маркиза Диассийского. В конце концов, как деловой человек, тот не поскупился бы выгодной сделкой. Однако в то мгновение эмоции так сильно клокотали внутри, что Дилан больше не мог находиться в поместье семьи Эстебан. Даже вид ни в чем неповинной Хильды, младшей сестры Иларии, был невыносим для него.
В случае смерти Иларии Эстебан, как единственный наследник рода Баретти, он должен жениться на Хильде – это предложение для последнего мерзавца, считавшегося только с выгодой для семьи, к тому же совсем не заботившегося о чувствах обеих сестер.
– И что же ты хочешь?
Дилан не сразу опомнился, когда в голове неожиданно зазвучал расстроенный, уставший голос. На юношу смотрели два огромных, странно сверкающих золотых глаза со змеиными зрачками.
– Хочу спасти Лору и вернуть ее домой… – просипел охотник, расправив плечи.
– Та дочь Эстебан с темными волосами и демонической кровью в жилах…
Дракон лениво моргнул: вслед за внешним веком по глазному яблоку проскользила тонкая, прозрачная пленка. Дилан напрягся и сжал кулаки, недовольный тем, что об Иларии в очередной раз отзывались нелицеприятно. Наследница демонической крови и лишь из-за каштановых волос – слишком несправедливое высказывание.
– Спасти ее будет непросто, особенно если девушка не захочет возвращаться… – Дракон раскрыл пасть, будто в зевке, но звук прозвучал напрямую в голове охотника всё с той же усталостью. – Сейчас она в порядке. Ей больше ничего не угрожает. Никто из них не посмеет пойти против пробудившейся.
Дилан с тяжестью выдохнул, осознавая, что не до конца понимал озвученные ему загадки, но слова, что возлюбленная жива и здорова, успокаивали его истерзанное сердце.
– Лора точно хочет вернуться со мной, а потом мы поженимся, даже если нашим семьям что-то не понравится.
– Хороший ответ. Мне нравится твоя убежденность. Следуй ей, если хочешь оставаться верен своим чувствам. – Губы дракона словно исказились в одобряющей улыбке. Следом огромная туша зашевелилась, оперлась на передние лапы и скользнула в сторону. Огромный хвост, до этого момента свернувшийся у живота чудовища в кокон, теперь развернулся и явил охотнику трибуну. На ней лежала развернутая книга с яркими золотыми страницами. – Я выбираю тебя следующим хранителем Митры. Прочти светлый гримуар и воспользуйся этими знаниями для защиты моих потомков. Это твоя цена. Ты получишь силу, а для меня ты убережешь дитя моего сына от довлеющего на нее проклятия нечестивой крови.
Дилан кивнул, готовый согласиться на любые условия, выдвинутые драконом. Юноша сделал шаг и только теперь понял, что с его одежды больше не капала вода – ткани полностью высохли. Состояние вялости улетучилось, отчего охотник готов был хоть сейчас вернуться в сосновый бор, где разминулся с возлюбленной.
– Отдохни сначала, – зашевелил губами дракон в попытке успокоить взбудораженного ребенка, – вылечи свои раны, укрепи дух и только затем встречайся с тем, что тебя ждет. Принять это непросто. Юная Эстебан невредима физически, и, повторюсь, ей больше ничего не угрожает.
В доказательство своих намерений дракон приподнял хвост, блокируя вид книги. Дилан подскочил на месте и запротестовал, убежденный, что только так сможет спасти возлюбленную. Он метнулся к фолианту – звук его сапог застучал по мрамору, вызывая эхо, однако ни одно движение чудовища никак не откликалось для храма. Словно они стали едиными.
Дилан коснулся страницы, та ослепила его сиянием, а в следующее мгновение перед глазами юноши замелькали незнакомые образы.
– Теперь ты должен принять и мою память, хранившуюся здесь тысячелетиями…
И реальность вдруг погрузилась во тьму – лишь образы, будто кадры сновидения, вспыхивали в сознании.
Глава 4
* * *
Странное спокойствие вдруг охватило Дилана. Чем ближе сформировавшийся отряд приближался к злосчастному сосновому бору, разделившего охотника с возлюбленной, тем увереннее в себе становился юноша.
Дилан не мог понять, что теперь с ним творилось. Он коснулся гримуара, а затем происходящее ускользнуло из памяти: время растворилось, разум заполнялся мелькавшими образами, будто чья-то история пересказывалась шаг за шагом. Так и происходило: дракон из храма поделился частичкой души, поведав о собственной жизни. Для Дилана открылась завеса – или ящик Пандоры? – о которой он даже не предполагал, являясь наследником Баретти.
Подробности формирования четырех великих родов основателей Рейнера. Далекая война драконов и нечестивых. Признание людьми драконов, как высших, чистейших существ. А во главе Рейнера – города, основанного для защиты людей и драконов, встал Физхрил. Его единственный сын предал сородичей и полюбил нечестивую. Ведьму. Он отказался от семьи и почестей наследника, сбежав с возлюбленной. Их скрытый союз породил дитя-полукровку. Так в роду Физхрила раз в шестьсот – семьсот лет рождался потомок с темными волосами, наследник демонической крови ведьмы. Илария – далекий потомок Физхрила. Именно потому верхушки великих родов относились к ней с особенной неприязнью, клеймя за глаза демоницей. Даже ее дядя вел себя холодно с племянницей, а девушка из раза в раз разбивалась на осколки, старалась ради семьи и их общего дела.
Всё это не укладывалось у юноши в голове, мучая и раздирая. Но, даже узнав, что в роду Эстебан существует примесь нечестивых, а сама Илария вобрала в себя признаки их крови, охотник не желал отказываться от рвения вернуть возлюбленную домой и жениться на ней. Прошлое оставалось в прошлом, а их чувства – настоящие. Илария не стала другим человеком из-за наследия демонической крови.
В груди охотника защемило, стоило ему в очередной раз вспомнить мгновение их разлуки.
– Так куда ты пропал на несколько дней? – поинтересовался у Дилана Варго, высокий и очень крупный мужчина.
Он был заместителем командира в их с Иларией отряде, стойким стержнем, удерживающим команду целостной. Скалой, глядя на которую все остальные члены верили в победу и то, что обязательно вернутся домой живыми и невредимыми. Он закалял их дух, за что Дилан сейчас особенно был благодарен. Именно из-за присутствия Варго в результате многие откликнулись помочь, даже зная, что лес заполнен несколькими нечестивыми. Они сильны, и бой заранее непредсказуем.
Варго спешился с лошади и подвел ее к дереву, чтобы привязать на время вылазки отряда. Дилан потянул за поводья, останавливая своего скакуна, и последовал примеру заместителя. Только погладив своего вороного жеребца по морде, он решился ответить.
– Я не пропадал, а занимался делами. Как видишь, ее дядя помощью для племянницы поскупился.
Дилан хмыкнул, раздраженный воспоминанием их последней встречи, а затем подозвал к себе своих прямых подчиненных, уже спешившихся с коней и торопившихся навстречу. Агнесс дернула Вильсона за ворот и потянула к команде. Тот не протестовал, только густо покраснел, недовольный, что с ним обращаются, как с маленьким ребенком.
– Лошадей привяжем здесь, дальше пойдем тремя группами в разных направлениях. Ищем Иларию Эстебан и темный гримуар нечестивых. Что бы ни произошло, жизнь девушки в приоритете. Конечная цель – зачистка деревянной постройки, заполненной нечестивыми. Будьте осторожны.
Дилан сухо отчитался по плану. Варго в качестве поддержки стоял рядом и со строгим выражением лица кивал. Команда, зараженная уверенностью в победе, внимательно слушала временного командира. Обрушившаяся тишина не чудилась сковывающей или неловкой, присутствующие были едины в своем стремлении к победе.
С тяжестью выдохнув, Дилан подал знак рукой, и сослуживцы, переглянувшись, разделились на заранее оговоренные группы. Четверых охотников решили оставить присматривать за животными и обезопасить отступление. Пусть отряд собрали впопыхах за несколько часов, к тому же минуя приказы глав великих родов и непосредственных командиров, но все действовали слаженно.
– Если кто-то хочет уйти, то у вас еще есть шанс, – начал Дилан, чем вызвал недоумение у остальных. – Это не приказ руководства. Это самоуправство, за которое могут лишить звания или даже титула, да и семья может отказаться от недисциплинированного рыцаря. Я не уверен, что смогу помочь…
– Ну что ж ты в самом-то деле… – заворчал Варго и ткнул юношу в бок, отчего Дилан пискнул, а затем удивленно уставился на обидчика. – Илария – добрая душа. Она помогла многим. Это меньшее, чем можно отплатить. Не чувствуй себя обязанным…
Дилан плотно сомкнул губы, сдерживая эмоции. Теперь он о стольком жалел, что не успел сказать и сделать. Еще в детстве их семьи договорились о браке между старшими детьми; Иларии и Дилану приходилось проводить много времени вместе, они подружились. А потом появились чувства, с которыми охотник только сумел свыкнуться.
– Вызволить командира – наша прямая обязанность, – улыбнулась Агнесс.
– И я со всеми в любой ситуации. В этот раз я не буду балластом! – Вильсон в подтверждение сжал руку в кулак, ткнул им в грудь, а другую ладонь положил на рукоять рапиры, покоящейся на поясе.
– Видишь… Этот боевой настрой.
Варго качнул головой, приказывая остальным командам действовать согласно плану, а Дилан кивнул, чувствуя огромную благодарность. Несмотря на то, что по Рейнеру гуляли слухи о демонице, а жители за глаза клеветали о ней и смеялись за спиной, охотники, сражавшиеся бок о бок, сформировали собственное мнение о его возлюбленной.
– Я думаю, что нам стоит следовать напрямую к дому… Скорее всего, Лора среди них… – пробормотал Дилан и посмотрел на Варго. Юноша почувствовал желание выговориться, с губ своевольно слетело признание: – Я люблю ее…
– И ты так и не сказал ей об этом, болван.
Варго улыбнулся и похлопал Дилана по плечу.
– Спасем мы твою ненаглядную. И не из таких передряг выбирались.
– Не из таких, говоришь? – усмехнулась с горечью Агнесс, стоило им лишь приблизиться к дому, где, вероятнее всего, удерживали Иларию. Охотница тряхнула короткими светлыми волосами, убирая челку со лба, и встала в боевую позицию. Ее рука уже покоилась на эфесе рапиры, чтобы в любую секунду суметь защититься.
Несмотря на полуденное время, когда нечестивые особенно слабы и не способны использовать свое темное колдовство, лес уже вовсю кишел ими. Стоял плотный туман, из-за которого смутно проглядывались сосны и деревянная постройка. Он не пропускал солнечный свет в полной мере, преломляя лучи, поэтому нечестивые чувствовали себя комфортно на свежем воздухе. А охотники, наоборот, оказались в проигрышной ситуации: держались очень близко друг к другу, чтобы в случае чего прикрыть спину товарищу.
– Всё бывает в первый раз, – повел плечом Варго, будто отмахиваясь от собственного высказывания. Он ухватился за рукоять рапиры и медленно вытащил лезвие из ножен. – Тяжко ж нам придется…
Голос мужчины, обычно ироничный и добродушный, наполнился суровостью.
– Не забирай свои слова обратно, – вставил Дилан стальным тоном, звеневшим от напряжения.
Это было затишье перед бурей. Нечестивые стояли на крыльце, не торопясь являть свой облик охотникам. Первым двинулся высокий мужчина, облаченный в темные одежды. Его лицо скрывал широкий капюшон, однако яркие, красные глаза указывали на его расовую принадлежность.
– Вампир, – выплюнул Дилан с отвращением, однако нечестивого ничуть не задела его реакция.
Мужчина с легкостью скинул капюшон, наслаждаясь паникой на лицах охотников, ведь ему не грозил даже рассеянный солнечный свет. Вампир глубоко вдохнул и нараспев произнес:
– Мы сегодня не ждали гостей. По какому поводу заявились, господа-драконы?
Он растянул губы в широкой улыбке, обнажая клыки. В то же мгновение следом спустились девушка, всем своим видом напоминавшая взъерошенную, готовую к атаке птицу, и мужчина, незаинтересованно поглядывающий на окружающих. Последний отчего-то решил размять пальцы, щелкая суставами. Этот звук разрезал мертвую тишину подобно грому.
– Девушка, – заговорил Дилан сдавленным голосом. – Темноволосая охотница.
Нечестивый просиял. Он обернулся к своим друзьям, которые тоже переглядывались между собой.
– Понял. Я видел ее, – улыбнулся вампир, словно разгадал сложнейшую загадку. – Вот только… – Он выдержал паузу. Его лицо стало непроницаемым. – Мы ничем не можем помочь. Ваша охотница встала на нашу сторону и обратилась в нечестивую, чтобы спасти ваши шкурки. И я услужливо согласился на сделку. Поэтому… уходите подобру-поздорову, пока я не пересчитал ваши косточки и не отдал их на исследование знакомому некроманту. Поверьте, участь у его скелетиков отнюдь не завидная…
Державшийся позади лидера второй мужчина, чья раса была неизвестна охотникам, хохотнул. Из-под его ног клубился черный туман.
– Если вас подобный расклад не устраивает, то ничего не поделать… – Вампир махнул рукой, и следом из-за тумана возникли два серых волчонка. С каждым шагом их тела росли; шерсть вздымалась, а из пасти капала слюна. Волки кружили вокруг лидера, скалясь и рыча на охотников. – Каков же ваш выбор? От него зависит многое, как видите.
Вопрос зазвенел в голове Дилана мучительным эхом. Юноша схватился за висок, массируя кожу пальцами, чтобы облегчить состояние. С ужасом он осознавал, что Илария продала душу дьяволу, дабы спасти свой отряд. Однако сказанное драконом из храма противоречило словам вампира. Физхрил утверждал, что Илария цела и невредима – физически, – и ей ничего не угрожает среди нечестивых. Глаза охотника расширились, а губы задрожали.
– Пробудившаяся, – пробормотал Дилан, вспомнив, как называл ее дракон.
Это означало, что кровь нечестивых взяла в девушке верх, и она стала одной из них. Теперь главы великих четырех родов не примут Иларию даже несмотря на то, что она – наследница Эстебан и благополучно выполнила множество заданий по уничтожению нечестивых. Дремлющая демоническая кровь и пробудившаяся – понятия разные. Главы слишком напуганы, чтобы пустить в город-крепость нечестивую, а Физхрил, основатель Рейнера, мог решить держаться в стороне от политических распрей. Дилан не был уверен в себе, что сумеет сдержать натиск жителей города и свести на нет их необоснованный гнев по отношению к возлюбленной.
– Ой, только не говори мне, что хочешь отпустить их, – взвыл нечестивый, обращаясь к вампиру. – Я уже чертей повыпускал. Не лишай меня удовольствия!
Дилан дернулся, будто получил звонкую пощечину. Поймав обеспокоенные взгляды сослуживцев, юноша кивнул. Варго выступил вперед, закрывая спиной обзор временному командиру.
– Нечего сомневаться, – просипел Варго. – Ты пришел за ней, поэтому нечего беспокоиться о других вещах.
Дилан почувствовал, как с сердца упали тяжелые оковы, и стало легче дышать. Охотник расправил плечи, вытащил из ножен рапиру и проговорил:
– Ты прав, – а затем, сделав шаг в сторону, добавил громче: – Мы не сдадимся!
Его взгляд зацепился за белый силуэт, рассекающий туман. Девушка медленно и аккуратно ступала навстречу, смотря себе под босые ноги, чтобы не пораниться. Ее темные, прямые волосы разметались по плечам. Дилан в любом обличии узнал бы любимую, и его сердце пропустило удар. Илария, словно почувствовав на себе взгляды, вскинула голову, отчего охотник, пораженный, раскрыл губы. Ее некогда ореховые глаза сияли, будто рубины, а лучезарная, счастливая улыбка представляла окружающим пару острых клыков.
– Ты – вампир? – пробормотал Дилан в пустоту не своим голосом. Сердце юноши буквально ухнуло в пятки и замедлилось.
Вампир игриво пожал плечами.
– Что ж, решение вами принято. Мы подчинимся.
Волки завыли и бросились вперед. Вдогонку им воздух разрезали сизые перья гарпии.
Охотники, сгруппировавшись вместе, замерли в ожидании нападения нечестивых.
– Действуем как всегда, – приказал Курц Левенту, когда обнаружил, что тот с ехидной улыбкой готовился открывать врата в преисподнюю. – Мы не собираемся убивать их.
Левент недовольно поморщил нос, а затем закусил губу.
– Полно тебе. Я всего лишь развлекусь немного, – и добавил, потому что вампир никак не отреагировал: – Мне нужны их эмоции, чтобы выжить. Со страхом проще всего добиться результатов.
Волчий вой, словно в подтверждение, снова разрезал тишину. Следом послышался лязг металла и скрежет клыков. Но мужчины вперили друг в друга недовольные взгляды. Демон первым отвернулся, с тоской вздохнув, наблюдая, как волчата бегали, прыгали и игрались с добычей.
– Ну вот. То есть малышам практиковаться можно, а Тее приглядеть за ними и помогать… Что со мной не так?
Вампир промолчал, однако ответ все же слетел с его губ:
– Ты без тормозов…
И лицо демона тотчас просияло. Для него это было лучшей похвалой в погоне за легкими эмоциями. Он торжественно засигналил густыми бровями, а после взмахнул рукой, зная, что это своего рода одобрение предводителя. Черный дым, клубившийся у ног, ринулся вверх двумя столбами, пока у вершины они не изогнулись и соединились. В центре образовалось полотно, подобное воде, на которой пошла рябь. Мгновением спустя оно потемнело, и из него ринулись наружу темные существа. Маленькие, образованные из дыма, но очень ловкие и разозленные. Черти во плоти.
– Вот, моим детишкам тоже нужно больше свободы. Их на всех хватит, – хвалился Левент, а затем театрально качнул головой назад. – Тебе бы не обо мне стоило беспокоиться, а о своей женщине…
Вампир нахмурился и машинально проследил за взглядом приятеля, явно не понимая намеки демона. Белая льняная сорочка, выделяющаяся даже на фоне тумана, приковывала внимание.
– Вот полоумная, – процедил раздраженный Курц, чертыхнувшись.
Новоявленная, не до конца прошедшая этапы обращения, проигнорировала его напутствие и решила выйти наружу. Всё могло пойти под откос, раз охотники даже под страхом смерти сформировали отряд и заявились к ним. А судя по тому, что их командир намерен забрать девушку силой, несмотря на то, что она теперь нечестивая, проблем и так возникло с ворох. Как минимум предстояло разобраться с пропажей Гекаты.
Курц снова чертыхнулся. Игнорируя творившийся кругом хаос, он метнулся к девушке и дернул ее за локоть. Та покачнулась, будто тряпичная кукла, однако все же устояла на ногах. Новоявленная вскинула голову и посмотрела покровителю в глаза. Темно-зеленые, глубокие, таящие секреты прошлого. Они отчего-то магнетизировали ее, пробуждая жжение в горле.
– Где Джина? Разве она не осталась приглядывать за тобой?!
Вампир повысил голос, попутно взъерошил волосы в ожидании ответа. Девушка заморгала, но не шелохнулась. Она лишь облизнула губы и переместила взгляд на шею покровителя. Стойкий аромат крови заполнил округу, вынуждая новоявленную принюхиваться и хвататься за горло – жжение усиливалось.
– Больно, – выдавила Илария и с трудом сглотнула ком, вставший в гортани.
– Жажда? Одна из причин, почему не стоило выходить…
Курц вздохнул. Он прижал девушку к себе, отчего та сначала больно уткнулась носом в грудь, а затем вскинула голову, разрываемая любопытством.
– Пей. Может, хоть это отвадит твоих приятелей. Зубки ведь прорезались?
Вампир усмехнулся, опустил взгляд, встречаясь с яркими алыми глазами своей подопечной. Для него было удивительно, что она еще могла держать себя в руках.
Девушка приблизилась вплотную – интуитивно, движимая инстинктами, – встала на носочки и вновь облизнула сухие губы. Боль усиливалась, дурманя сознания.
Курц повернул голову, облегчая новоявленной задачу. Он переместил взгляд на окружающих, оценивая обстановку. Для охотников Рейнера всё должно было выглядеть убедительно. Он позволил нечестивым ранить их, защищая свою территорию, но не убивать. И все благополучно справлялись с задачей: охотники бились всерьез, лишь один, несмотря на сражение, все время смотрел на них, пытался приблизиться, но перья Теи преграждали ему путь.
– Лора, – крикнул их командир, отбивая очередную атаку Глеоса. Волчонок отскочил, распахивая землю мощными задними лапами. – Илария! Слышишь меня?
На лице охотника отразилась паника.
– Это твое имя? Узнаешь его?
Но вместо ответа девушка вдруг склонила голову и прокусила нижнюю губу вампира. Немеющая боль расползалась по его челюсти, не позволяя выдавить и слова. Новоявленная лизнула кровь и снова впила клыки.
– Какая интимная сцена. – Услышал Курц усмешку Левента. – Вам бы уединиться. Здесь же дети смотрят.
В то же мгновение послышался яростный крик. Илария отскочила и отреагировала на голос. По ее губам и подбородку стекала кровь. Вампир же, отойдя от шока, схватился за лицо. Рана оказалась очень глубокой и заживала медленнее, чем обычно.
– Плутовка, – процедил Курц с раздражением, когда язык перестал неметь.
Новоявленная вперила жадный взгляд на перья, пронзившие плечо охотника. Тот держался за рану, его одежда и ладонь окрасились красным. Всего секунда – и что-то пробудило девушку метнуться вперед. Запах крови закружил в пазухах, дурманя. Невозможно было противиться пьянящему чувству. Даже когда острое основание пера полоснуло по щеке, Илария не остановилась. Она навалилась на парня всем весом, отчего тот глухо застонал, пытаясь совладать с расползающейся болью. Его глаза широко распахнулись, а губы задрожали.
– Лора… – прошептал раненый едва слышно.
Девушка попыталась склониться, чтобы насладиться добычей, однако покровитель, вмиг оказавшийся рядом, подхватил подопечную за талию и закинул себе на плечо. Та сопротивлялась, но безуспешно. Курц крепко удерживал ее, раздраженный развернувшейся картиной.
– Закругляемся, – крикнул он нечестивым. – А вы проваливайте, пока кости целы, и мои ребята не вошли во вкус…
И смахнул кровь со щеки. Рана тотчас затянулась.
