Текст книги "Запретная связь (СИ)"
Автор книги: Эра Фогель
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)
Глава 13.
На кухонном диване мои мучения не закончились.
Этот матерый пес Граф постоянно нюхал мою ногу и пытался лизнуть. Мне же казалось, что он пытается ее отгрызть. Поэтому я опять жалась к Роберту в поисках защиты, но уже не так навязчиво.
– Ты не попробовала мой кофе, – напомнил он, пока сам потягивал ароматный напиток. – И хватит уже бояться собаку. Граф сочувствует тебе, а ты ведешь себя невежливо по отношению к нему.
Вот вся суть мира богатых людей: когда тебе нужно ставить интересы собак больше, чем свои собственные.
– Итак, Сонечка, поговорим? – Роберт приобнял меня сзади и прижал к себе.
Мое сердце тут же бросилось вскачь.
О чем он хочет со мной поговорить?
– Я не буду ходить вокруг до около, – он все больше притягивал меня к себе, а я не понимала куда уж ближе?! Однако я поддавалась на все его действия, так как Граф в данную минуту пугал меня сильнее. – Да, я хочу тебя. Хочу стать твоим первым мужчиной, Сонечка. Хочу быть первым, кто войдет в тебя.
Я вытаращила глаза от такой откровенности, и вместе с тем опустила голову вниз, чтобы не смотреть на Роберта. Мои щечки зарделись румянцем, а губы запылали от пощипывания.
– Я уже знаю, что ты не скажешь мне «нет», – продолжал он. – Ты не сможешь. И если вдруг у тебя хватит смелости, то это тебя не спасет.
– Но… вы же обещали… что сегодня не будет… этого, – пробормотала я, а у меня аж ослабли руки и ноги от страха.
– Обещал, – согласился Роберт. – Я сдержу обещание, если ты и вправду будешь не готова. Однако независимо от твоего сегодняшнего решения, я сделаю так, чтобы ты кончила.
– Что?! – я вспыхнула еще сильнее от таких слов. – Простите Роберт Дмитриевич, – я заметалась в его объятьях, – отпустите, пожалуйста.
– Не отпущу, – отрезал он. – Я не закончил, а ты меня перебиваешь.
Меня бросило в жар от волнения и страха. Как назло, в голову лезли картинки нашего с Робертом поцелуя, и не только картинки. А еще… то самое чувство тугого комочка внизу живота, и еще пары таких комочков в груди.
– Я хочу посмотреть, как ты кончаешь, – продолжал он, а я не знала куда себя деть от стыда. – Мне нравится, что ты послушная и молчаливая, и теперь я хочу узнать какая ты в порыве страсти. Поэтому я посмотрю на тебя сегодня, и это многое определит в наших отношениях.
– В наших… отношениях? – на этот раз я подняла глаза на Роберта, и, кажется, перестала дышать.
Мне казалось, что я сейчас описаюсь от страха и… от этого очень приятного ощущения внизу живота.
– Не думаешь же ты, что я бы стал уделять так много времени девушке, ради одной ночи? – сейчас этот мужчина пожирал мои эмоции и мой страх. – Если мне все понравится ты будешь приезжать ко мне, когда я скажу. Ясно?
Все так же испуганно глядя на Роберта, я помотала головой.
– Что же тебе не ясно? – на этот раз голос Роберта вновь стал жестким с нотками холода и металла.
– Я не стану вашей любовницей, – прошептала я.
Сейчас я боялась каждого следующего слова и тем более действия от Роберта. Он ведь совсем себя не сдерживал. Ни капли меня не стеснялся и не смягчал слова. Я боялась Роберта почти до потери сознания, но даже не помышляла о том, чтобы сбежать. Он завораживал меня. Парализовывал волю. Мне действительно не хотелось уйти, даже если бы он предложил мне это сейчас.
Рядом с этим мужчиной было так страшно, но вместе с тем внутри этого страха таилось огромное безопасное пространство. Мне хотелось попасть в это пространство. Окружить себя им.
У меня пробежались мурашки по рукам, и я вся сжалась. Роберт улыбнулся на это снисходительной улыбкой и снова потянул меня на себя, но уже усаживая меня к себе на колени.
– Нет, Роберт Дмитриевич, – я выставила вперед ладошки, желая остановить его, но он плевал на мои знаки и делал то, что хотел. – Не надо.
Мужчина усадил меня на себя верхом и обхватил одной рукой за талию, второй за затылок. Я же вся дрожала и трепетала под его ладонями.
– Ты станешь для меня той, кем я скажу, – он сверкнул темными глазами. – Ты ведь у меня такая послушная, Сонечка.
Я уперлась в его грудь ладошками, пытаясь хоть немного отстраниться, хотя мне было так тепло в руках Роберта!
– Ну иди ко мне, – Роберт, напротив, уничтожал дистанцию между нами. – Сейчас я буду с тобой ласковым. Уверен, ты понятия не имеешь что такое мужская ласка. Тебя ведь еще не ласкал ни один мужчина.
Я чуть пождала плечами, продолжая упираться в грудь Роберта ладошками.
Нельзя сказать, что я совсем не знала мужской ласки. Все же у меня был парень. Пусть даже такой негодяй, но в этом плане Макс меня не обидел. Но что если настоящая мужская ласка действительно выглядит как-то по-другому?
– Смотри на меня, – приказал он, погладив меня по щеке большим пальцем. – Не отводи взгляд и тебе все понравится.
– Роберт Дмитриевич, – я жалобно свела брови на переносице, но не знала что еще сказать.
Неужели он будет делать это прямо на кухне, да еще при своем питомце?
– Не отводи взгляд, – напомнил он, а затем спустился рукой с моего лица на шею.
Я издала едва слышный звук, когда Роберт чуть сжал мне шею, словно тестируя меня на доверие, а дальше он спустился на мое плечо.
Он подцепил бретельку моего сарафана и потянул ее по плечу вниз, по пути чувственно проводя пальцем по моей коже.
Я больше не могла спокойно дышать и приоткрыла губы. Мне стало мало воздуха. Голова закружилась, а конечности совсем ослабли. Сейчас я не чувствовала ничего в своем теле, кроме тугих комочков в области груди и низа живота, но теперь прибавился еще один – в губах. Мои губы требовали прикосновений – хотя бы закрыть их ладошкой, но теперь они невыносимо жгли в своей просьбе.
Роберт окончательно спустил бретельку сарафана с моего плеча, и двинулся рукой ниже. С моего плеча на ключицу, а с нее по верхней части груди.
У меня же окончательно перехватило дыхание. Дальше я не смогу. Я должна остановить Роберта!
Должна! Но я не знаю как…
Глава 14.
Я глядела на Роберта огромными глазами и тяжело дышала, приоткрыв губы.
Во мне было сейчас столько страха и возмущения, что оно комом застряло у меня в горле и нужно было сделать какой-то рывок, чтобы оно все прорвалось наружу. Но и в то же время мне было так страшно дать волю своему возмущению. А если мое положение от этого только ухудшится?
Роберт прекрасно видел, что со мной делается, и словно пытался довести меня до какой-то крайней точки. Он все-таки спустился ладонью к моей груди и жадно обхватил ее. Вместе с этим он рывком припал к изгибу моей шеи и впился в нее с поцелуем.
– Роберт Дмитриевич… – я сильнее задрожала в его руках, – пожалуйста, мне страшно. Я не готова. Я не смогу!
Я лихорадочно вспомнила его слова о том, что он не возьмет меня, если я не буду готова, и видела сейчас в этом свое единственное спасение.
– Я вижу, – прошептал он мне в шею, – и это меня совсем не радует.
– Вы обещали! – я попыталась от него оттолкнуться, но Роберт сильнее сжал мне грудь. Так, что я прикусила губу, испытывая легкую боль в полушарии.
– Граф, – между делом он обратился к своему псу, – я побуду один. Ясно?
Роберт интонационно выделил слово «один». Очевидно, это было одной из команд, которую пес хорошо знал. Так что тот басисто гавкнул и послушно сел, показывая, что не пойдет за своим за своим хозяином. Роберт же понес меня наверх, и я уже догадывалась что в свою спальню.
– Я не готова! – повторяла я как заклинание, пока Роберт целовал мне шею по пути.
Его поцелуи были грубоватыми: от них жгло и щипало кожу – будто после крапивы.
– Не нужно сообщать мне об этом каждую секунду, – усмехнулся он и внес меня в свою спальню. – Я все прекрасно вижу.
– Зачем же вы тогда принеси меня сюда? – меня уже накрыло паникой.
Взглядом я потерялась в пространстве, а мое сердце билось так быстро, что мне не хватало воздуха.
– Я предупредил тебя заранее, – напомнил он, – я хочу посмотреть, как ты кончаешь.
– Но я не смогу!
Я не понимала, что меня ждет дальше.
– Я сделаю так, что ты все сможешь, – он бросил меня на свою кровать, а я немножко отпружинила от матраса.
Не успела я сгруппироваться, как Роберт чуть сдавил мне шею и спиной уложил на кровать. Я же забарахталась руками и ногами, пытаясь хоть как-то защитить себя, но сделала только хуже. Юбка моего сарафана задралась и от взгляда Роберта не ускользнуло мое скромное белье.
– Какая ты сладкая, Сонечка, – ему понравилось то, что он увидел. – Не бойся, сейчас тебе тоже будет очень сладко.
– Нет! – слабо пискнула я, потому Роберт растолкал мои ноги и навалился на меня.
Теперь я лежала в самой похабной позе: с задранной юбкой и широко расставленными ногами. Одна бретелька моего сарафана была так же неподобающе спущена и от моих сопротивлений лиф с этой стороны сарафана теперь едва прикрывал грудь. Прибавить сюда еще растрепанные волосы и расширенные от страха зрачки глаз.
– Смотри на меня, Сонечка, – приказал Роберт и я машинально поймала блеск его глаз. – Я хочу, чтобы все твои мысли сейчас были только обо мне.
Они и так о нем, я ведь жутко боюсь!
Я попробовала воспротивиться еще пару раз, отчего подняла таз, чтобы скинуть с себя Роберта, но тут…
Горячими пальцами он коснулся моей промежности через трусики, и я замерла с раскрытыми губами.
– Да, малышка, – Роберту нравилось, когда я послушно замирала от его действий. – Ты все правильно делаешь. Но помни: это только для меня.
Мощными пальцами он прошелся по всей моей интимной зоне и в одном месте углубился.
Я больше не могла говорить. Я задыхалась от страха и тех странных ощущений, что вызывал во мне Роберт: этих самых тугих комочках в области груди и низа живота. Сейчас я их снова чувствовала.
Роберт тем временем стал тереть мне нижние губки сильнее, а я перестала чувствовать свои ноги. Меня всю колотило изнутри, но внешне я еле двигалась.
– Вот так, Сонечка, – довольно рыкнул Роберт мне у виска, – ты моя послушная девочка. Тихая, робкая. Мне все нравится. Скажи: так ведь тебя еще никто не трогал?
Я мотнула головой, не в силах произнести ни звука, пока мужчина все больше углублялся в меня пальцем через трусики.
– Какая умничка, – он хищно улыбнулся. – Твои трусики уже промокли. Давай их снимем?
– Нет, – прошептала я, а изнутри меня сжигал пожар.
– Ответ неверный, – шепнул он, а затем на мгновенье приподнялся надо мной и, взявшись за мои трусики обеими руками, легко рванул их.
Я взвизгнула и попыталась прикрыться, но у меня в голове было такое опьянения, что я двигалась с запозданием. Я не успела защититься, а Роберт уже отбросил мои разорванные трусики в сторону. Теперь ничто не могло защитить мою честь, и я закрыла глаза от страха.
– Смотри на меня, Сонечка, – приказал Роберт. – Я хочу видеть каждую твою эмоцию. Не бойся, мои условия в силе: я не войду в тебя, пока ты не будешь готова. Я только поглажу тебя, и ты уже испытаешь свой первый оргазм с мужчиной.
Он снова потер мои нижние губки и теперь углубился в складочки, а у меня совсем все закружилось в голове.
Теперь у меня горело все тело, отчего все слова и прикосновения Роберта я стала воспринимать с большей чувствительностью.
Я уперлась ладошками в грудь Роберта, но сейчас, не думая что делаю, осторожно прошлась дрожащими пальцами по его коже через рубашку. Я не в первый раз касалась груди Роберта, но сейчас это было что-то другое. Тактильно я все чувствовала иначе. Я уже ничего не соображала.
– Назови меня по имени, – потребовал он, теперь выписывая круги по моим складочкам.
– Роберт… Дмитриевич… – рвано выдохнула я.
– Без отчества, – он упивался тем, какой видел меня. Казалось, ему нравятся все эмоции и действия, которые я делала. – Только по имени.
– Роберт, – снова выдохнула я и закрыла глаза в упоении.
Я вся трепетала под пальцами мужчины. Мне до сих пор было дико страшно, но я опьянела от этой смеси страха с чем-то таким тесным, тягучим и очень горячим.
– Смотри на меня, – напомнил он, – и еще раз назови мое имя.
Я взглянула на него, горя от стыда, но как в бреду снова повторила:
– Роберт.
– Скажи какой я, – он словно пытался привязать мои чувства к определенным словам, и между тем все сильнее растирал мои складочки.
– Сильный, – назвала я первое качество, с которым у меня ассоциировался Роберт.
– Хорошо, – ему понравилась моя наивность и простота.
Роберт словно решил наградить меня за мой ответ и окончательно зарылся в мои сочащиеся складочки. Между ними он нашел разбухшую кнопочку и потянул ее сначала максимально вверх, потом максимально вниз.
Я совсем обезумела от новых чувств и заметалась головой по подушке. Я чувствовала жар в груди, мне очень хотелось пить, и еще сильнее – о ужас! – достигнуть пика того удовольствия, которое доставлял мне Роберт.
Я приложила ладонь к своей полуобнаженной груди, чтобы хоть немного унять эту бурю эмоций.
– Давай лучше я, – Роберт склонился над моей грудью. – Я знаю как с тобой нужно обращаться.
Одним рывком он дернул мой сарафан за спущенную бретельку. От этого движения, сарафан окончательно оголил мне одну грудь, а бретелька оторвалась.
Я же зажмурилась от стыда, ведь на мне не было лифчика. У сарафана и без того были наполнители в лифе, так что грудь не просвечивала. Но сейчас я пожалела от том, что не ничего не надела под него.
Роберт бесстыдно оглядел мою грудь и снова сжал ее, но теперь полностью касаясь ее ладонью.
– Какой я еще? – спросил он. – Не бойся, ты можешь сказать даже грубое слово, я тебя за это не накажу.
– Наглый! – выпалила я и почувствовала, что больше не могу испытывать это напряжение. Тогда я жалобно сказала: – Я больше не могу… Пожалуйста… Все горит!
Роберт буквально пожирал каждое мое слово. Он испытал удовольствие от того, что я сказала. Сама. Без его подсказок.
– Ты бесподобна, Сонечка, – он с силой стал ударять пальцем мне в мой разбухший бугорок. – Кончай. Не стесняйся.
Я больше не могла этого вынести. Выгнувшись грудью вверх, я зажмурилась, закусила свой палец от стыда и заскулила от вылившейся из меня целой лавины чувств.
Обжигающая волна разлилась у меня внизу живота и кипящей лавой поползла по моим венам. Я окончательно потерялась в пространстве и забыла обо всем. Страх и стыд душили меня, но они мягко окутывались этим жаром и таяли в нем.
Я сжала пальчиками плечи Роберта, а через несколько секунд обессиленно уронила свои руки…
Глава 15.
Роберт глядел на обессиленную девушку под собой и не мог насладиться ее видом.
Сказать, что ему понравилась эта девочка, особенно в тот момент, когда она кончала – ничего не сказать. Он предчувствовал, что ему понравится реакция Сони, но эта девушка не просто доставила ему удовольствие, она наполнила его эмоциями.
Эту у Роберта случалось не с каждой женщиной. Возможно, поэтому сексуальные партнерши у него так часто сменялись. В них было мало уникальности, а вот в Соне она была. И дело даже не в ее неопытности.
Он ощутил это с самого первого момента, когда Соня прижалась к нему на лестничной площадке, лишь бы он не отдал ее Максу, и во второй раз – уже у него дома, когда она испугалась его питомца. Роберт почувствовал в ней эту тонкую женскую слабость, которая его привлекала. Это была не наигранная беспомощность. Соня не строила из себя принцессу, которую все должны обслуживать. В ней было что-то неуловимое. Вроде эта девочка принимает решения, совершает какие-то действия, а все ее существо просит рядом с собой защитника.
Ей нужен тот, кто окажет ей помощь, когда она поранилась; кто спасет ее от неверно выбранного парня; кто защитит от ложных обвинений; и кто буквально за руку введет ее во взрослый мир, но при этом проследит, чтобы Соня там освоилась.
Роберт почти сразу понял, что Соне нужен не просто парень. Ей нужен мужчина постарше. Опытный, сильный и властный.
Соня мягко демонстрировала эту потребность в сильном и взрослом партнере. От Роберта не ускользнул ни один ее взгляд. Соня глядела испуганно, но вместе с тем доверчиво. Она не пыталась от него сбежать, хотя если бы ей действительно грозила опасность – она бы это сделала. Но Соня явно доверяла Роберту, и Роберту это льстило.
Да, он не был нежным и понимающим. Напротив, он был груб с женщинами и даже циничен. Но Соня пробуждала в нем не просто мужской интерес. Она пробуждала в нем защитника. И Роберту понравилось это.
Когда из всех прилагательных, она выбрала слово «сильный», Роберт для себя окончательно все понял. Он хочет быть сильным для этой девочки, и он хочет, чтобы она стала его любовницей. Робкой, застенчивой, но такой манящей. Сколько всего он сможет с ней сделать. Ведь все, что он будет делать с Соней – будет для нее впервые. Каждый секс станет незабываемым.
Она станет его любовницей, даже если Роберту поначалу придется ее принудить к этому. Он слишком сильно хочет эту малышку, и ему стоило бешенного терпения не взять сейчас эту распростертую под ним девушку.
Он до ужаса сейчас ее хотел. Ни о чем не мог думать, но все же он терпел. Понимал, что если возьмет ее прямо сейчас, то сделает очень больно. Ведь сейчас он не сможет быть нежным – слишком возбудила его девичья неопытность. То, как Соня тихо скулила, как прикусывала пальчик, как прятала лицо в его шее.
Она должна немножко отдохнуть. Отойти от первых ощущений. Роберту не хотелось оставить ей первый негативный опыт в сексе. Поэтому он готов был немного подождать.
Он слез с кровати и укрыл Соню одеялом.
– Поспи, – хитро улыбнулся. – Так просто я тебя уже не отпущу.
Роберт подошел к двери и тщательно запер ее, чтобы девушка не сбежала, а сам пошел в душ.
***
Меня разбудил собственный неясный стон.
Я была уверена, что проспала совсем немного – может быть минут двадцать, но при этом я совершенно забыла где нахожусь и при каких обстоятельствах заснула.
Я чуть повела головой и ощутила под ней что-то очень приятное и жаркое. Это же что-то жаркое было и впереди, и надо мной, и даже опоясывало мне спину.
Я вновь расслабилась, ощутив себя в полной безопасности, но вдруг вспомнила все, что со мной случилось до сна.
Открыв глаза, я замерла на месте, разглядев очертания мужчины рядом с собой. Понимая, что я сейчас лежу рядом с мужчиной, который насильно взял меня, я снова наполнилась страхом.
А вдруг сейчас последует вторая часть, и на этот раз Роберт возьмет меня по-настоящему? Хотя… он уже сделал со мной такое! Потрогал меня в таких местах! Боже, да я сама себя там еще не трогала, а тут… мужчина!
Я тихонько двинулась, желая вылезти из-под мужской руки.
– Ты куда? – спокойно спросил он.
Оказывается, он не спал.
Я же снова замерла, лихорадочно раздумывая как мне поступить.
– Роберт Дмитриевич, – тихо проговорила я. – Можно мне домой? Пожалуйста!
– Нельзя, – он ответил так спокойно, словно отказывал мне в каком-то пустяке.
– Но я больше не смогу, – еще тише продолжала я. – Правда, не смогу! Я не готова! А вы обещали!
– Это мне решать, когда ты будешь готова, а когда нет, – фыркнул он. – Но я не отпускаю тебя домой не поэтому.
– А почему? – осторожно спросила я.
– Потому что уже поздно, – ответил он. – Останься в моей постели и спи. Я не стану к тебе приставать.
– Но… – я снова попробовала возразить.
– Без «но», – жестко отрезал он. – К тому же надо еще твой шов понаблюдать. Мало ли абсцесс начнется.
– Шов… – я почувствовала себя неуютно и попробовала натянуть на себя одеяло, как вдруг поняла, что я совсем голая.
Вообще! На мне нет ничего!
– Роберт Дмитриевич, – снова заговорила я.
– Ну что тебе? В туалет хочешь? – недовольно спросил он.
– На мне нет одежды, – испуганно проговорила я.
– Это ты меня сейчас так соблазнить пытаешься? – усмехнулся он.
– Нет! – испугалась я. – Но… где мой сарафан?
– Я раздел тебя, – объяснил он. – В одежде спать вредно. Разве ты этого не знала?
– Пожалуйста, могу я попросить у вас футболку? – я не могла допустить такого, что буду спать всю ночь голая рядом с мужчиной. – Самую старенькую. Самую ненужную. Я не смогу так спать.
– Ладно, – Роберт самодовольно согласился. – Я дам тебе футболку.
Не зажигая свет, Роберт зашел в гардеробную, а затем вернулся оттуда с белой футболкой. А после он сам надел ее на меня, и я в ней тут же утонула.
– Все? – спросил он. – Теперь спать.
Но я не смогла лечь обратно.
– Роберт Дмитриевич, – снова тихо проговорила я.
– Ну что еще? – проворчал он. – Все-таки хочешь в туалет?
– Да, – пристыженно ответила я.
– Ладно, пойдем.
Он вновь встал и подхватил меня на руки, а я уже, кажется, смирилась со своим положением…
Глава 16.
В следующий раз я проснулась поздним утром. Я тихо вздохнула, потихоньку пробуждаясь, и почувствовала одуряюще приятное мужское тепло.
Роберт обнимал меня тяжелыми ручищами, а я – придавленная, но согретая – тихо сопела ему в грудь.
Я была укрыта почти с головой, и вся окутана теплом и ароматом кожи мужчины.
Несмотря на то, что в любой момент Роберт мог захотеть меня, к тому же я проспала всю ночь в его объятьях в одной футболке, но мне было спокойно. Мне бы по-хорошему, быстрее встать и любыми отмазками попроситься домой, но я не спешила. Сейчас мне было так хорошо! А когда проснется Роберт, то снова начнется моя борьба за честь и достоинство.
Мне нужно еще хоть немного наполниться силами.
Однако продолжить греться в объятьях Роберта мне не удалось. Его мобильный внезапно зазвонил, и я дернулась в его руках. Затем он проснулся и потянулся за ним.
– Да, – строго ответил он.
– Папа! – услышала я голос Оли через динамики. Она так громко кричала, что ее невозможно было не услышать. – Что за фигня?! Почему ты забрал из полиции мое заявление на эту дуру?! Она ведь напала на меня, а ты…
– Во-первых, доброе утро, – строго продолжал он, – а во-вторых, не позорься. На тебе ни царапины. И вообще, ты сама виновата в этой ситуации.
– Что?! – бесилась она. – Я виновата?!
– А нечего по чужим койкам скакать, – осек ее Роберт. – Ты прекрасно знаешь мое отношение к этому Максу. Премерзкий тип. Я тебе сто раз говорил, чтобы ты с ним не связывалась. Не послушалась меня – тогда не жди, что я спущу это тебе с рук.
– Но эта курица напала на меня! – у Оли кончились аргументы.
– Я прекрасно видел это «нападение» и повторю: на тебе ни царапины. А ты прекрасно знала, что этот упырь не свободен, но все равно…
– Ты встал на ее сторону?! – снова бесилась она. – Ты?! Мой папа?
– Оля, – спокойно продолжал он. – Мой тебе совет: заканчивай орать – это раз, а дальше сходи в мою клинику к гинекологу и сдай все анализы – это два. Пока я не получу справку, что ты не подцепила никакой нечисти от этого бабуина – то мой счет перестает для тебя существовать. Я серьезно. Я сегодня же заблокирую карты и тебе, и твоей матери. На ней тоже висит ответственность за твои проступки, так что и она будет расплачиваться.
– Папа! – на этот раз я услышала ее слезы. – Ты что?! Как ты можешь?
– Справка, Оля! – холодно напомнил он. – Сделаешь и я сниму блок. Так что беги, я предупрежу Эльвиру Вениаминовну, что ты придешь через час.
Дальше я уже не смогла разобрать ее слова, так как Оля принялась громко плакать в трубку. Роберт еще раз напомнил ей про справку и завершил вызов. Я же замерла в его полу объятьях, боясь показать, что подслушивала разговор.
Я ведь не специально! Да я бы с радостью этого не услышала, но…
Теперь я убедилась, что опасность вчера действительно существовала.
Выходит, Оля заявила на меня, и если бы Роберт не забрал заявление, то ко мне бы уже пришли из полиции. Значит, он сдержал обещание и защитил меня?
– Хочешь еще поваляться? – спросил он, и я вздрогнула.
Я поняла, что этот вопрос адресовался мне. Однако я так растерялась, что решила претвориться спящей.
А что если и мне влетит за то, что я подслушивала? Этот Роберт такой строгий.
– Тебе пора, Сонечка, – он поднял мое лицо. – Я знаю, что ты не спишь. Через час мне нужно быть в клинике, лично проследить, чтобы Оля дошла до врача. Так что я отвезу тебя домой.
Я распахнула глаза и закивала.
Вот оно – мое спасение. Роберт сам избавляется от меня. Может я ему и не понравилась совсем, поэтому он решил не продолжать свои слишком настойчивые ухаживания. Но почему-то мне стало неприятно от этого. Я снова ощутила себя брошенной и использованной. Понятно, что Роберт не взял меня, но мне все равно сейчас было неприятно.
– Встретимся завтра вечером, – сообщил он. – На сегодня у меня уже есть планы, а завтра я заберу тебя в районе восьми.
Я кивнула и села на кровати. Я вовсе не была согласна на свидание с Робертом. Я сделаю все, чтобы пропустить эту встречу. Просто теперь хотелось уйти от Роберта как можно скорее.
– Да… твоя одежда… – задумался он. – Вчера я ее испортил. Надо что-то придумать.
– Я зашью, – торопливо ответила я. – Дома. Не здесь. Я не задержу вас, не волнуйтесь.
Я подсела ближе к краю кровати, чтобы слезть, но Роберт меня остановил.
– Соня, – он улыбнулся кончиком губ, – иди ко мне.
– У нас нет времени, – я испуганно сглотнула. – Вы ведь сами сказали…
Я не успела договорить так как Роберт притянул меня к себе и грубовато впился в мои губы. Я пискнула и уперлась в его плечи ладошками. Роберт резко уложил меня на спину и навис сверху, а затем уперся бедром мне в промежность. Он уперся так плотно, что я мгновенно почувствовала там напряжение, и оно перешло в низ живота.
Роберт тем временем уже проник в мой рот языком и сильнее потер бедром мою промежность.
Я задрожала. Он ведь касался моей ничем не прикрытой промежности голой ногой. Я все чувствовала и… самое страшное, что когда он потерся еще раз, то я ощутила в этом месте влагу.
– Сладкая девочка, – довольно рыкнул он, когда разорвал поцелуй. – Твое тело уже готово, так что завтра ты станешь моей.
Я молчала и даже не пыталась возразить. Пусть думает что хочет, мне главное поскорее оказаться дома!
Наконец Роберт отпустил меня – пристыженную и растерянную, и позволил одеться.
Я смогла завязать бретельку сарафана так, что он не спадал с груди. Затем я надела косуху и рваную бретельку уже было совсем не видно. А вот трусики, похоже, спасти не удастся.
Наконец Роберт вызвал мне такси и усадил.
– Это тебе, – он положил мне на колени несколько крупных купюр, – потом купишь себе новый сарафан и белье.
Я опустила глаза, почувствовав себя продажной женщиной.
Мне уже и деньги дают за ночь. Какой позор!
– Сонечка, – Роберт мягко поднял мое лицо за подбородок. – Не обижайся и даже не думай сбежать от меня. Я тебя везде найду. Так что до завтра, Сонечка. Я уже жду.
