355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Энн Маккефри » Планета динозавров II » Текст книги (страница 1)
Планета динозавров II
  • Текст добавлен: 10 сентября 2016, 10:45

Текст книги "Планета динозавров II"


Автор книги: Энн Маккефри



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 18 страниц)

Энн Маккефри
Планета динозавров II

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ГЛАВА 1

Кай с трудом разлепил веки и сквозь узкую щелочку увидел скалу. Зажмурился. Здесь не должно быть никакой скалы. Особенно говорящей. Звук, который издавала скала, напоминал его имя. Он не мог пошевелить даже кончиками пальцев – только веками. Он никак не мог понять, почему не ощущает своего тела, и успокоился только тогда, когда осознал, что если бы он умер, то и думать бы не мог. И постарался открыть глаза пошире.

– Кккккк…аааааа…ййййй…

Звуки очень напоминали его имя, но он никогда раньше не слышал, чтобы односложное слово произносилось так медленно и так странно. А может быть, все-таки слышал? Но когда? Он задумался. И тут он обнаружил, что у него кроме глаз и ушей есть еще и шея, плечи и грудная клетка. Тело начало оживать. Да, грудь равномерно поднимается и опускается – значит, он дышит, но воздух, который выходит из легких, кажется тяжелым, и в горле почему-то першит. Когда к Каю вернулось обоняние, он понял, что его не парализовало. Просто он спал, а сейчас проснулся.

– Кккккк…ааааа…йййй! Пррр…сссссы…аааай…сссь! Он широко раскрыл глаза. Опять ничего не видно, кроме этой проклятой скалы – теперь она угрожающе нависала над самым его телом. Не веря себе, он молча разглядывал скалу, как вдруг из нее медленно выдвинулся продолговатый каменный стержень и так же медленно разделился на три щупальца. Этими щупальцами скала осторожно обхватила его плечо и встряхнула.

– Тор? – Голос Кая почти не отличался от скрежета, производимого говорящей скалой. Кай откашлялся, очищая глотку от тяжелой мокроты, и повторил: – Тор? Значит, ты все-таки прилетел?

Тор заскрипел, как показалось Каю, утвердительно, хотя и с неудовольствием – мол, зачем задавать бессмысленные вопросы, когда и так все ясно. И тут Кай сразу все вспомнил и застонал… Он не просто спал – он был в анабиозе! Тор прилетел, откликнувшись на его собственный сигнал бедствия.

– Дддд…кккллла…дддддыы…вайййй!

Кай увидел, как щупальца Тора положили ему на грудь небольшой продолговатый предмет, повернув к его рту решетчатый наконечник. Он глубоко вздохнул: мозги еще не совсем прояснились, чтобы подобрать нужные слова для объяснения, ради чего, собственно, он оторвал Тхека от изучения самой отдаленной планеты этой солнечной системы. То давнее его послание было недвусмысленным: «Мятеж! Срочно! Необходима помощь!» Но могло случиться, что не все слова успели дойти – ведь Паскутти сломал передатчик.

– Ппппо…ддддрррро…ббббнннннно!.. – Когда скала по имени Тор уселась возле лежащего на спине Кая, пластиковый пол шаттла вздрогнул. Только Кай открыл рот, чтобы заговорить, как Тор прибавил: – Пппппо… ддддрррро.. .ббббнннннно!

Кай закрыл рот. Жаль, что Тор не дал ему хоть немного времени, чтобы собраться с мыслями. Тхекам, как известно, торопиться некуда. «Подробно» на языке Тхеков означало передачу самой сути предельно сжатыми фразами, а Кай был настолько слаб, что ему было не до редактирования. И говорить он мог только со своей, человеческой скоростью. Ну ничего, потом Тор сможет прокрутить запись на той скорости, которая его устроит.

– Прошел слух, что ИК задумал имплантировать нашу экспедицию. Гравитанты вернулись к варварской всеядности. Насильно заперли людей в одном из домиков. Напустили на этот купол стадо гигантских динозавров, чтобы имитировать несчастный случай. Четверо дисциплов смогли вывести группу из дома и спрятать ее в шаттле, который был завален трупами динозавров. Ночью мы завели шаттл в пещеру, о которой гравитанты не знали, и послали сигнал бедствия. Ждали помощи семь дней. Единственным выходом стал анабиоз. Все.

– Отддддыхххххайййй!

Кай ощутил легкое прикосновение к предплечью. От первого укола стало холодно, после второго по всему телу начало быстро разливаться приятное тепло. Дышать стало легче, и Кай попробовал повернуть голову и пошевелить плечами. Он ощутил покалывание в кончиках пальцев. Теперь он мог шевелить руками.

– Отдддддды-хххайййййй.

Кай с неохотой подчинился. Видимо, Тор знал о выходе из анабиоза гораздо больше, чем он, так как, расслабившись, он почувствовал, что сознание полностью прояснилось. Прояснилось настолько, что теперь он отчетливо вспомнил все обстоятельства, предшествовавшие вынужденному погружению в долгий холодный сон. Сколько же времени длился этот сон? Он открыл было рот, чтобы задать вопрос Тору, но тут же опомнился: как он спросит Тхека о том, сколько времени прошло с момента получения сигнала SOS до его появления на Айрете? Тхеков вообще никогда не спрашивали о времени, так как камни-долгожители вели свой счет на свой звездный манер – сотнями и тысячами лет: более мелких единиц, привычных для таких эфемерных существ, как гуманоид Кай, Тхеки просто не понимали.

Его запястье! Тардма с таким злорадством ломала его, когда они с Паскутти ворвались в рубку! Как только они сбежали от гравитантов, Ланзи наложила ему гипсовую повязку. Кай попробовал согнуть пальцы левой руки. Получилось. Кости запястья срастаются за пять недель. Он покрутил кистью. Она казалась онемевшей – но не больше, чем правая. Итак, пять недель. Или больше?

Как бы то ни было, он испытывал определенное удовлетворение от сознания того, что взбунтовавшимся гравитантам так и не удалось найти шаттл. Он даже улыбнулся, представив, как разозлила Паскутти эта утрата. Гравитанты, должно быть, искали шаттл до тех пор, пока не иссякла энергия последнего пояса-подъемника. Бунтовщики – Паскутти, Тардма, Танегли, Дивисти… Кай помедлил, перед тем как прибавить к этому бесславному списку Берру и Баккуна. Он не мог понять, что заставило их принять участие в мятеже: наверное, какой-то совсем ничтожный повод.

Он осторожно повернул голову налево, к ряду спящих людей – к тому, что осталось от его геологической команды и от ксенобиологов Вариан. Какой же симпатичный профиль у Вариан! За спиной Вариан лежала Ланзи, доктор, а дальше в полумраке можно было различить длинное плотное тело Трива. Четверо дисциплов последними погрузились в анабиоз.

Странные гулкие звуки заставили его повернуться вправо, к маленькой рубке шаттла. Раньше Каю доводилось видеть, как Тхеки выталкивают из себя один или два каменных стержня, но сейчас ему показалось, что Тор размножился, распался на кристаллические структуры – манипуляторы торчали из него во все стороны и дотянулись даже в те помещения шаттла, которые Кай не мог видеть со своего места. Он заморгал – глаза отвыкли от дневного света. Когда он вытер набежавшие слезы и посмотрел на Тора, тот уже снова был похож на обычную скалу.

Такая прыть, продемонстрированная существом, чей народ славился лаконичной речью, длительными периодами молчания и задумчивостью, нередко затягивающейся на десятилетия, ошеломила Кая.

– Ссслллооо…мммааа…нннно.

Одним-единственным словом Тхек ухитрился довести до сведения Кая не только сам факт неисправности шаттла, но и неспособность Тора их устранить, и вызванное этим раздражение. «Удивительно, – подумал Кай, – как же тогда Тор смог обнаружить их, неужели сработал радиомаяк Портегина?»

– А Исследовательский Корабль вернулся? – после долгого молчания спросил Кай. В его душе еще теплилась надежда на то, что ИК, высадивший три разведотряда на разные планеты этой солнечной системы, уже прибыл, чтобы забрать их.

– Нннннннееееетттттт. – Ответ Тора звучал нейтрально. Его явно не беспокоило то, что ИК не возвращался.

Кай вздохнул и подумал, что Габер, возможно, был не так уж далек от истины: их группу, скорее всего, имплантировали. Старик Габер, которого убили в самом начале мятежа, оказался прав. Но почему же третья группа, крылатые Рикси, собиравшиеся заселить всю планету, почему же они не отреагировали на молчание Айреты? И вдруг Кай вспомнил, как во время последнего сеанса связи темпераментный вожак Рикси Вырл пришел в ярость, услышав от Кая невинное предположение о существовании на Айрете разумных птиц. Но транспортными судами Рикси обычно управляют представители других рас, в частности гуманоидных.

– А Рикси? – с надеждой спросил Кай.

Тор молча протянул каменное щупальце к панели управления. Молчание длилось так долго, что Кай занервничал и решил уже повторить вопрос – видимо, Тор его не услышал.

. – Ннннееетттт ссссввввяяяззззззииии.

Все ясно: Тхеки не удосуживались поддерживать связь со взбалмошными и безответственными, по меркам Тхеков, крылатыми существами.

Каю стало легче. Он и так испытывал неловкость из-за того, что позвал на помощь Тхеков, но если бы пришлось обратиться к Рикси, это обернулось бы настоящим унижением. Уж Рикси не преминули бы насладиться беспомощным положением бескрылых и разнесли сплетни по всей Вселенной.

Теперь Кай мог без усилий поворачивать голову. Он посмотрел на спящих друзей. Рука Вариан покоилась на том же месте, куда упала, когда он, погружаясь в сон, разжал пальцы. Тор поставил где-то в шаттле тусклый светильник – скорее всего, для Кая, поскольку Тхеки прекрасно видели в темноте. Кай осторожно прикоснулся к холодной руке Вариан. Затаив дыхание, он смотрел на нее до тех пор, пока не обнаружил, что ее грудная клетка едва заметно поднимается и опускается – девушка дышала. Он с облегчением вздохнул и расслабился.

Кай повернулся к Тору и увидел, что тот полностью ушел в себя, превратившись в крупную гладкую скалу, плоскую у основания. Ни шишек, ни бугров, ни конечностей – один большой камень. В такой позе Тхеки обычно предавались размышлениям, и Кай знал, что мешать им не следует.

Он спокойно лежал, пока у него не начал чесаться нос. Он надавил пальцем на переносицу, чтобы не чихнуть, и почувствовал себя полным кретином. Чихнув, он все равно не разбудит Тхека. И уж тем более спящих. Это страстное желание чихнуть было только началом. Кай ощутил, как оживает все его тело – видимо, начинали действовать стимуляторы, которые впрыснул ему Тор. Тхек не запрещал ему шевелиться, он просто велел отдыхать. Похоже, Кай уже наотдыхался.

Он призвал на помощь приемы Дисциплины и напружинил мускулы. Хотя пришлось изрядно попотеть, вскоре он убедился, что анабиоз не причинил ему никакого вреда. Даже поврежденное запястье отлично срослось! Гипсовая повязка, наложенная Ланзи, давным-давно слетела. Это означало, что они проспали не меньше четырех-пяти месяцев.

Он посмотрел на наручные часы, но циферблат был пуст. Значит, даже «вечные» батарейки разрядились. Давно ли?

Движения вызвали еще одну потребность, и Кай, осторожно поднявшись на ноги, побрел в тумане наполнявшего шаттл сонного газа в сторону туалета. Вернувшись, он проверил всех спящих, удивляясь тому, как забавно преобразил их лица холодный сон. Например, пятнадцатилетний Боннард выглядит гораздо старше тридцатилетнего Дименона. Портегин, похоже, все еще волнуется, работает ли сконструированный им радиомаяк. Ланзи чему-то улыбается во сне – редкое явление, когда она бодрствует. Лицо у нее нежное, мягкое, никак не вяжется с ее суровым характером. Она и раньше бывала в анабиозе: в корабельных документах был указан ее подлинный возраст. Кая всегда поражали ее отрешенность и спокойствие. Похоже, она уже всего навидалась и Вселенная ничем не может ее удивить, так что зачем тратить зря энергию и волноваться.

Трив, еще один участник экспедиции, посвященный в таинство Дисциплины, наоборот, во сне посуровел: вокруг рта пролегли жесткие складки, которые были не так заметны, когда он молча исполнял свои обязанности.

Так как Тор по-прежнему был неподвижен, Кай присел возле Вариан. Даже спящая, она вызывала у него теплое чувство. Она была прекрасна. Он заметил в ее лице легкую асимметрию – одна бровь слегка приподнялась, словно ей снилось что-то удивительное. Внезапно, ему страшно захотелось, чтобы его веселая подруга пробудилась. Кто знает, сколько времени Тор будет в состоянии прострации? Каю очень нужно было с кем-то поговорить, сумеречная тишина шаттла действовала ему на нервы. Вариан была его напарником-командиром, и ее следовало вернуть к жизни в первую очередь. И тут Кай понял, как хорошо, что Тор разбудил именно его, его одного. Если бы первой проснулась Олиа, у нее обязательно началась бы истерика – просто от одного вида Тхека. А потом истерика превратилась бы в настоящую бурю слез – она бы догадалась, что ее погрузили в анабиоз, даже не спросив ее согласия. Олиа была неплохим геологом, но совершенно не умела приспосабливаться к обстоятельствам.

Кай поискал в тускло освещенном помещении медицинскую сумку и обнаружил ее под толстым слоем пыли рядом с тем местом, где он спал. Пыль? Конечно, шаттл не был полностью загерметизирован – спящим в анабиозе нужен воздух, – но чтобы образовался такой толстый слой пыли…

Шприцы в коробочке были разложены в строгом порядке и все имели свой цветовой код. На каждом цилиндрике была написана доза, соответствующая весу каждого спящего человека. После первого впрыскивания рекомендовалось немного подождать, пока спящий не начнет приходить в себя, и только потом следовало вводить стимуляторы.

Кай осторожно ввел в руку Вариан начальную дозу и стал ждать, пытаясь вспомнить собственное пробуждение. Лицо Вариан не менялось – это было лицо безмятежно спящего человека. Может быть, доза оказалась недостаточной? Он перечитал инструкцию и подумал, что вполне мог ошибиться относительно веса ее тела. Он начал было подумывать о дополнительной дозе, как вдруг заметил, что ее веки слегка дрогнули. Он приложил ухо к ее груди и понял, что она уже дышит в нормальном ритме.

– Вариан? – Он склонился над ней, дотронулся до плеча и улыбнулся, увидев, каких усилий ей стоит приподнять веки. Ему вспомнилась старая-старая сказка, и, не удержавшись, он нежно поцеловал ее в холодные губы.

– Ккккккаааааааййййй? – Ее глаза полностью открылись, потом веки устало опустились, но уголок рта приподнялся в благодарной улыбке.

– Кккккаааакк? – Простое слово вырвалось с дрожью, хриплым шепотом.

– Прилетел Тор. Не задавай больше вопросов, сердце мое. Пусть живительный раствор растечется по твоим венам. Я буду рядом. Здесь ничего не изменилось!

– Ннннеетт! – простонала она с таким отвращением, что Кай рассмеялся.

– Ну правда, Тхек встал на нашу сторону. Он получил от меня полный отчет. Я все рассказал, – быстро пояснил он, увидев, как изумилась Вариан. – Видимо, сейчас он обдумывает мои слова. – Кай указал на безмолвную скалу посреди шаттла. – Не шевелись, – предостерег он, увидев, как у Вариан вздулись вены на шее, когда она попыталась приподнять голову. – Наверное, уже можно ввести тебе стимуляторы, но только не дергайся. Ого, и твоя рука уже зажила, – проговорил он, делая ей укол.

Теперь веки Вариан поднимались и опускались без всякого усилия, в глазах появилось любопытство. Потом она недоуменно нахмурилась, задумавшись.

– Нет, я понятия не имею, как долго мы спали, Вариан. Паскутти сломал корабельные часы. Помнишь, они были как раз над аппаратом связи?

Вариан огорченно закатила глаза и начала откашливаться.

– Ни в коем случае не торопись, – предостерег он, положив руку ей на плечо. – Может, мне разбудить Ланзи?

Вариан покачала головой, облизала языком пересохшие губы.

– Командиры должны быть первыми… и последними. – Ее голос был таким же скрипучим, как у него, и он чуть не рассмеялся.

– Если ты уже можешь шевелить кончиками пальцев на руках и ногах, попробуй потихоньку вспомнить дисциплинарные упражнения. Кровь побежит быстрее, и ты взбодришься.

Вариан глубоко вздохнула и закрыла глаза, чтобы сосредоточиться.

– Я не знаю, что задумал Тор, – продолжал Кай. – Но починить аппарат связи он не смог. Он так и не сказал, получил ли он наше послание или сам догадался, что мы в беде, раз не вышли на связь вовремя. С «АРКТ-десять» связи нет, но Тора это нисколько не заботит. Не понимаю почему. Может, такое равнодушие для Тхеков в порядке вещей. – Кай рассмеялся. – С Рикси связи тоже не было.

Вариан весело засмеялась, и он улыбнулся. Ее глаза искрились задором.

– На моей планете, – сказала она, тщательно выговаривая каждое слово, – в одном старом фильме прекрасный принц поцелуем будит красавицу, проспавшую сто лет. Сладкое пробуждение.

Она подняла руку и дотронулась кончиками пальцев до губ Кая.

– Я бы отдал все, лишь бы узнать, действительно ли прошло целое столетие! – ответил Кай, взял ее пальцы и галантно расцеловал их. Он все еще держал ее за руку, когда в голову ему пришла неожиданная мысль. – Мы могли бы легко узнать, сколько времени проспали. Надо всего лишь выглянуть из пещеры и показаться на глаза Гиффам. Если Гиффы нас узнают, значит, мы проспали не так уж долго.

– Но нам неизвестно, какова продолжительность их жизни.

Кай взглянул на безмолвного Тхека.

– Честно, я испытываю страстное желание быть узнанным хоть кем-то, кто меня помнит. – Он стукнул себя кулаком в грудь. – Хоть кем-то, кроме этой скалы!

– Если прошло сто лет, гравитантов уже нет в живых.

– Верно сказано. Самые свежие аккумуляторы могли проработать не больше двух лет. Мне кажется, они остались во втором лагере – ведь они заняли его в прошлый выходной…

– Что значит «в прошлый выходной»? – Она посмотрела на него с любопытством и недоверием. – Как давно был этот прошлый выходной, а?

– Субъективно? Или тебя интересует объективное время? – спросил он вместо ответа и усмехнулся, чтобы смягчить горечь своего вопроса.

– Хороший вопрос. – Теперь Вариан говорила уже вполне свободно. Она начала разминать затекшие руки. – Ого, рука отлично срослась! – Она поднялась, ругаясь вполголоса из-за своих лишенных грации движений – мышцы ей плохо подчинялись. – Кажется, организм заработал, – сказала она, направляясь в сторону туалета.

Пока ее не было, Кай внимательно оглядел Тора, затем обошел вокруг него, чтобы найти камеру. Ему в голову пришла непочтительная мысль, что Тхек уселся прямо на камеру и раздавил ее или соорудил что-то вроде теплонепроницаемого кармана, в котором спрятал кусочки хрупкого аппарата гуманоидов.

– Наверное, он будет сидеть так не день и не два, – с отвращением проговорила Вариан. – Пошли. Хочу посмотреть, что творится снаружи. И еще не мешало бы что-нибудь выпить, чтобы прочистить глотку от пыли. А также забросить какой-нибудь свежей еды в свой бедный сморщенный желудок.

Она лукаво подмигнула ему. Она знала, что кораблянин Кай в отличие от нее никогда не замечал неприятного привкуса синтетической пищи.

Они открыли лепестковый люк настолько, чтобы быстро выскользнуть из шаттла, и тут же закрыли его за собой. Не следовало выпускать из помещения сонный газ. Воздух снаружи оказался настолько плотен и горяч, что им почудилось, будто по их лицам ударили мокрой вонючей тряпкой.

Вариан изумленно выругалась и задышала глубоко и часто, приспосабливаясь к убийственной смене температуры. Сначала Кай подумал, что они вышли в ночь, но когда его глаза привыкли к сумраку, он понял, что отверстие пещеры заросло густой зеленью. В ней была небольшая брешь, которую проделала космическая капсула Тхека. Это конусообразное транспортное средство покоилось неподалеку от люка шаттла.

– Где же у него энергоблоки? – недоуменно спросила Вариан, разглядывая этот весьма странный звездолет. – Форма у него как у самого Тора, только побольше. – Она изумленно развела руками, потом дотронулась до тусклого металла округлой кормы звездолета. И тут же отдернула руку. – Ого, так и пышет жаром.

Кай стоял возле носа капсулы Тора, рассматривая бугристую, чуть приоткрытую дверцу тяжелого плазмолюка. Он заглянул внутрь, пытаясь понять назначение всевозможных диковинных приспособлений, выступов и углублений в металлической обшивке носового отсека.

– Только Тхек может управлять такой хреновиной – ведь она, похоже, летает вслепую. – Вариан отвернулась. Тайны навигации Тхеков ее не интересовали. – А вот они, – сказала она, ухватившись за толстую зеленую лиану, и, оторвав ноги от земли, повисла на ней, проверяя на прочность, – они могут обеспечивать нас едой месяцами, если, конечно, нам это понадобится.

И не успел Кай остановить ее, как она, не выпуская из рук лиану, разбежалась и вылетела пулей из отверстия пещеры.

– Эге-гееее!

– Вариан! – Кай бросился за ней и, когда она снова влетела в пещеру, поймал, ухватив за бедра. Перед его мысленным взором промелькнуло ужасное видение: лиана рвется, она падает в бушующее внизу море и погибает.

– Прости, Кай, – сказала она шаловливо. В ее голосе не было и тени раскаяния. – Не смогла устоять против соблазна. Когда я ребенком была на Фомальгауте, я так любила качаться на лианах. – Она осеклась, заметив, что ее восторженность обижает его. – Безответственное поведение в моем нынешнем состоянии, понимаю, – она озорно улыбнулась, – но в этой встрече с Тхеком есть нечто, что заставляет меня вести себя…

– По-детски? – Паника Кая улеглась. Он уже понял, что не следовало так волноваться.

– Ну да, по-детски. Скажем, видел ли ты когда-нибудь Тхека-ребенка, новорожденного или неоперившегося юнца? Что это – кубик, шарик, кристаллик… или, может быть, обыкновенная галька?

Смех Вариан всегда был заразительным, и, несмотря на все огорчения и беспокойства, Кай тоже расхохотался и прижал ее к себе, в который раз радуясь ее способности находить удовольствие в любых обстоятельствах.

– Ну вот. Так-то лучше, Кай, – сказала она, потеревшись носом о его нос. – Тхеки для меня – это мрак и гибель. – Внезапно она высвободилась и снова ухватилась за лиану. – Знаешь, есть что-то подозрительное в том, что на скале Гиффов разрослись эти лианы. Ты не думаешь, что наше присутствие…

И в следующее мгновение Вариан повисла на лиане, вылетела из пещеры и, запрокинув голову к небу, посмотрела вправо.

– Нет, Гиффы по-прежнему над нами, – сказала она, влетая внутрь. Потом раскачавшаяся лиана снова вынесла ее наружу. На этот раз Вариан взглянула налево. – Лианами заросла только наша скала. Когда мы заталкивали сюда шаттл, скала была абсолютно голой, я точно помню. – Она вылетела из пещеры в третий раз, опять вернулась, на лету выпустила из рук лиану и, улыбаясь, спрыгнула на землю в шаге от Кая. – На этих лианах растут фрукты. – Она нагнулась к ботинку и, торжествующе свистнув, вытащила из отворота нож с тонким лезвием. – Слишком хрупкое, вроде нас с тобой, гравитантов им не одолеть, но, слава Криму, гравитанты не догадались отобрать ножи. Сейчас срежу какой-нибудь сочный свежий фрукт на завтрак. Или еще что-нибудь съедобное.

И опять Кай не успел ничего возразить. Она зажала лезвие зубами и стала карабкаться вверх по стволу. Скоро он потерял ее из виду. Он начал ощупывать толстую лиану, проверяя ее на прочность, когда сверху донесся ее веселый голосок. Она попросила его взглянуть наверх и бросила ему какой-то предмет.

– Лови еще. Только смотри, сильно не сжимай – он очень спелый…

– Вариан…– Его пальцы все-таки сдавили нежную кожицу фрукта, и от восхитительного сладкого аромата рот его наполнился слюной.

– Эти я и сама съем, Кай, так что держи еще один, для себя. – И Вариан спрыгнула на пол пещеры.

– Нам пока нельзя сильно наедаться, – сказал Кай. Он присел рядом с ней, а она отрезала кусочек ароматной мякоти и протянула ему на кончике ножа.

– Похоже на то, – сказала она, отрезая второй кусок для себя. Посмаковав сочную зеленую мякоть, она замурлыкала от удовольствия. – Ну давай же! Поешь! – уговаривала она. Струйки сока стекали с уголков ее губ.

– Чего только не сделаешь ради КРВ! – вздохнув, сказал Кай. Ему страшно не хотелось есть естественную пищу. Но едва сочная сладость растеклась по его пересохшему рту, он с удивлением признал, что натуральная пища куда вкуснее концентратов.

Они медленно, тщательно пережевывали похожий на дыню фрукт.

– Наверное, лучше было бы поесть овощей – корнеплоды содержат гораздо больше белка, но фруктовый сахар убыстряет кровообращение, – задумчиво заметила Вариан. – Ох как вкусно! Чего я не понимаю, – продолжила она, размахивая недоеденным фруктом, – так это откуда взялись здесь лианы. Подожди. – Она подняла руку, останавливая готового заговорить Кая. – Правда, мы не знаем, сколько проспали, к тому же на Айрете все растет очень быстро. Но ведь другие скалы так и остались голыми. Гиффы едят только рыбу и траву из Лугового ущелья. Но такие лианы там не растут, и растительность на этой скале похожа на настоящий густой лес. Лианы спускаются до самой воды.

– Очень странно, согласен. Когда ты была снаружи, ты видела Гиффов?

– Да. Они кружили высоко в небе. Не думаю, что они меня заметили, если тебя интересует именно это. Сейчас очень раннее утро – туман, облака. Отсюда я не смогла разглядеть то место, куда они сбрасывают рыбу, но рыбаки, наверное, уже трудятся.

– Подождем, – авторитетно заявил Кай, – пока они поедят, а потом выйдем наружу.

– Значит, ты помнишь мою заповедь: не тревожить животных, когда они едят!

– Субъективно не так уж много времени прошло, чтобы забыть!

Он усмехнулся, заметив, как она машинально повернула запястье, чтобы взглянуть на наручные часы.

Глаза Вариан скользнули по сумрачной громаде шаттла.

– Будем будить Ланзи или Трива?

– Не стоит, пока Тор не пришел к какому-нибудь решению.

– Или пока не познакомил нас с точным временем. Сколько же мы проспали? Ужасно хочется узнать! – Вариан даже разгневалась. – Понимаешь, эти лианы у входа в пещеру, эти истощившиеся батарейки – наверное, мы все проспали! – Она вздрогнула.

– Верно замечено, – сказал Кай. Он прекрасно понимал ее состояние. – А Вселенная все это время жила своей жизнью, не заметив, что мы спим.

Он почувствовал, что заговорил напыщенно, совсем как Габер, и, чтобы скрыть смущение, взял еще один ломтик фрукта.

– Да, это меня здорово задевает, – сказала она. – У нас так мало времени, – она показала на шаттл, в котором сидел погруженный в раздумья Тхек, – чтобы что-то совершить! Но мне так хочется оставить какой-нибудь знак – может, кто-то узнает, что я хотя бы очень старалась! Да накажет Крим проклятых безмозглых гравитантов! Мне противно даже думать о том, что они с нами сотворили! – Вариан вскочила на ноги и запустила фруктовую корку в завесу из лиан. Они услышали слабый всплеск – корка шлепнулась в воду. – Нет, ради Крима, нет! Все-таки кое-чему мы научились благодаря этой заварухе, и меня не волнует, сколько времени нам пришлось потерять. Кое-что мы все-таки сделали! Один из кораблей КРВ обязательно натолкнется на наш спутник и заберет наши отчеты. И когда это произойдет, он ринется на орбиту, чтобы выкачать из Айреты ее богатства! И я обязательно увижу это!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю