Текст книги "Будни (не) типичной адептки (СИ)"

Автор книги: Эми Эванс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)

Глава 20

Когда мы добрались до места назначения, до отбоя оставалось не более пяти минут. Сокурсники с их неуемным любопытством пытались меня расспросить о том, зачем же я понадобилась министерскому работнику. Но я стойко молчала.

Зато вскоре их внимание, наконец, переключилось с моей скромной персоны. Ровно в тот момент, когда из тени одной из ниш, расположенных в коридоре возле столовой, на свет смело шагнул Закари Хант.

Паника, охватившая нас всех, быстро схлынула, стоило Беатрис спокойным тоном произнести:

– Все в порядке, он с нами.

– Что значит «все в порядке»? – взвился Дилан, – Ты зачем старшекурсника притащила?

– Вот именно, – поддакнул ему Гвен, – Первым нас сдаст.

А вот меня мучил совершенно другой вопрос. В какой момент Закари решил, что лучший способ присмотреть за подопечной – это ввязаться вместе с ней в несанкционированные академическим уставом мероприятия?

– Во-первых, Зак никого сдавать не планирует, – возразила Беатрис.

– А когда это он успел стать просто Заком? – задала насущный вопрос Пелагея.

И четыре пары любопытных глаз, включая мои, оценивающе прошлись по этой парочке, которая внезапно смутилась.

Похоже, после той вечеринки все же случилось что-то, о чем леди фон Маейр нам не поведала. Но боюсь, что нам лучше и не знать.

– Ладно, – махнул рукой на новоиспеченных голубков Гвен, – А во-вторых?

– А, во-вторых, – уверенно произнес адепт Хант, – Без моей помощи вы даже в столовую проникнуть не сможете. Возможно, проклятия вы и сумели изучить, но вот со всем остальным пока проблемы, – развел он руками.

Что ж, стоит отдать должное Беатрис, умелый подельник нам точно не повредит.

В этот момент сработала система оповещения, извещающая адептов о том, что им следует занять законные места в своих кроватях до самого утра. И когда все затихло, Закари Хант решил брать дело в свои руки.

– Пойдемте, – решительно произнес он, – Лучше пробраться в столовую до того момента, как преподаватели начнут обход и доберутся сюда.

Спорить с человеком, у которого был пятилетний опыт жизни в этих стенах и багаж бесценных магических знаний, никто из нас не решился.

Наблюдая за тем, как Закари взламывает магическую защиту на дверях столовой, я думала о том, что, пожалуй, справилась бы с этим и сама. Защита стояла не самая сложная, а моих магических навыков вполне бы на это хватило.

И, пожалуй, не привлеки к нашей затеи Беатрис своего надсмотрщика, взламывать защиту пришлось бы мне. Вот только, если бы не появление адепта шестого витка обучения, мои способности смогли бы вызвать много ненужных вопросов у однокурсников. И самое главное, они бы никак не вписывались в мою легенду.

Повезло еще, что новоиспеченные друзья не знают о моих алхимических талантах. Но последнее лишь дело времени. А если к этому прибавятся еще и таланты в других областях магии, то одно с другим сложить сможет каждый дурак.

И дураками, боюсь, никто из однокурсников не был. А я покидать академию раньше, чем получу второй диплом, не намерена.

В какой-то момент у господина Ханта возникли трудности со взломом защитного плетения. И я даже решила, что придется сдаться и помочь. Но Закари, попыхтев пару минут, все же справился. Хоть, я бы на его месте и выбрала немного другой способ взлома. Чуть более долгий, зато более филигранный и оставляющий меньше следов.

Но, главное, что цель была достигнута. И уже через десять минут адепт шестого витка обучения распахнул перед нами двери самого любимого места в академии для любого ученика и, просияв, любезно пригласил нас войти, добавив напоследок вовсе не любезное:

– И советую поторапливаться.

В тот момент нам казалось, что самое сложное осталось позади и дело осталось за малым. Но мы еще не знали, что глубоко заблуждаемся на этот счет.

В столовую мы входили крадучись словно воры. Хотя, честно говоря, от них мы ушли недалеко.

Во мне даже совесть проснулась, но лишь на короткое мгновение. Страшно представить, какой была бы реакция у маменьки, узнай она о моих приключениях. Хотя, я за несколько дней в стенах академии успела уже столь всего вытворить неприемлемого для гордого титула принцессы, что узнай маменька хоть о части курьезов, участие в которых мне довелось принять, за сердце бы она хваталась вполне натурально.

Обеденный зал шайка новоиспеченных вредителей в нашем лице преодолела достаточно быстро. А вот на пути к вожделенному помещению, гордо именуемому «помещением для персонала», нас встретили новые трудности.

Работники академии дураками не были и одной табличной «посторонним вход воспрещен» ограничиваться не стали.

– Ничего, сейчас и эту защиту взломаем, – обнадежил нас Закари Хант и снова приступил к кропотливому делу.

Второй рубеж защиты от всяких мелких вредителей вроде нас был пройден уже быстрее. Похоже, адепт шестого витка обучения быстро приловчился к взлому магической защиты.

– Как круто у тебя получается, – не сдержал своего восхищения Гвен, – А мы так научимся?

– Пять лет на факультете безопасников научат тебя еще и не такому, – важно отметил Закари, – А вот на факультете порчи и проклятий подобным трюкам, боюсь, не обучают.

– Жа-а-а-аль, – вздохнула тоскливо Пелагея.

– По мне так, проклятия интереснее, – пожал плечами Закари, – С ними тоже можно разгуляться.

– Только вот учиться слишком долго, – посетовал Дилан, – Сколько лет пройдет, пока всему научимся…

– А, может, мы повздыхаем немного позже? – предложила Беатрис, – Время не резиновое.

Все мигом вспомнили, зачем вообще тут оказались и поспешили в помещение, не предназначенное для глаз адептов.

Кружки и стаканы, которые и должны были стать объектом шалости, нашлись достаточно быстро. Начищенные предметы посуды стояли на стеллажах, выстроенные в аккуратные и ровные ряды, и дожидались своего часа.

Что ж, их время настало несколько раньше.

Правда, полюбоваться на зверский вандализм своими глазами мне не довелось. Мы с Закари Хантом были нелюбезно выставлены за дверь одной рыжеволосой предводительницей банды.

Как объяснила Беатрис, Закари в проклятиях ничем помочь не сможет, а я всю практическую подготовку пропустила. Поэтому нам отвели не менее важную, но более скучную задачу – стоять на стреме.

Адепт выпускного витка обучения немного повозмущался, но скорее для проформы. А я с облегчением выдохнула, не имея ничего против такого расклада. И даже совесть немного успокоилась.

Если вдруг что, смогу смело всем заявлять, что я вообще не при делах. В разработке плана не участвовала, дверь не взламывала, и к самому преступлению отношения никакого не имею. Так, прогулялась за компанию, чтобы от коллектива не отбиваться. Глядишь, при вынесении приговора по нарушению академического устава на смягчающее обстоятельство это и потянет. Хотя, все же надеюсь, что до этого не дойдет.

Пока мы с Закари стояли на посту, дожидаясь, когда подельники выполнят главную цель нашего несанкционированного визита в столовую, я решила скоротать время за беседой.

– Слушай, а почему ты вызвался в этом участвовать вместо того, чтобы просто отговорить Беатрис от дурацкой затеи?

– А если считаешь затею дурацкой, то зачем ты тут? – не остался в долгу адепт.

Что на такое ответить? Пришлось говорить правду:

– А где же я еще новых впечатлений получу? Боюсь, такие возможности часто не представляются.

– Поверь, за долгие годы в академии такая возможность тебе еще представится много раз, – тут же попытался убедить меня Закари.

И я даже охотно в подобное верю. Вот только боюсь, что на долгие годы я тут задерживаться не планирую. Наверное даже, папенька остынет за пару месяцев, и путь домой будет открыт. Я и так прилично тут задержусь ради второго диплома по алхимии.

– А что касается Беатрис, – продолжил адепт Хант, – Она упертая как баран. Поэтому проще присоединиться и удостовериться в том, что все пройдет гладко, чем переубеждать.

– С этим даже и не поспоришь, – согласилась я.

– И как меня только угораздило… – вздохнул тяжко Зак.

– Кстати, а как тебя угораздило? – полюбопытствовала я.

А что? Подробности чужой личной жизни всегда будоражат, когда собственной нет.

Во времена моей первой учебы в академии, все парни до единого обходили нас с Мирабель по дуге. Но расстраивались мы подобному раскладу недолго, здраво рассудив, что следует сосредоточить все свои силы на учебе.

И уже становилось очевидно, что в этот раз мне представилась возможность получить совершенно иной опыт студенческой жизни. Так что, хотя бы посмотрю, какого это быть беззаботным адептом, не связанным бременем долга по поддержанию высоких моральных устоев ради родного королевства.

– Лучше и не спрашивай, сам не знаю, – отмахнулся адепт Хант, – Кстати, хотел тебя предупредить, чтобы ты Беатрис не рассказывала о нашем уговоре с Адой.

– Ты что ей не сказал? – пришла в ужас я.

За столь короткий срок знакомства с Беатрис фон Маейр я четко успела осознать одну вещь – характер у этой дамы, мягко говоря, вспыльчивый. И страшно представить, как она отреагирует, когда узнает, что столь важный факт держали от нее в секрете.

– Я скажу, правда, но позже, – поспешил заверить меня Зак.

– Ладно, – кивнула я, решив, что лезть в чужую личную жизнь это совсем уж лишнее, – Но, если что, я ничего не знала.

– Договорились, – с готовностью кивнул адепт.

И очень вовремя, потому что через мгновение из помещения для персонала выглянула довольная донельзя Беатрис и оповестила нас:

– Мы закончили. И даже проверили. Все работает, как надо.

Из столовой мы выбирались все так же крадучись, но вид у подельников был куда более довольный. Гвен первым выглянул в коридор, убедился, что вокруг никого нет, и после этого дал нам добро на выход.

И стоило нашей шайке высунуться из столовой, как Закари Хант неожиданно произнес:

– Вы идите, а мне еще нужно защитную сеть обратно на дверь повесить.

Возмутились мы такому раскладу единодушно, но совершенно по разным причинам.

Беатрис переживала за старшекурсника и не желала тут бросать его одного. Дилан тоже не желал бросать господина Ханта одного, но потому что боялся, что последнего поймают преподаватели, и он нас всех выдаст.

А вот я преследовала куда более шкурный интерес.

– А как мы без тебя до общежития незамеченными доберемся? Ты явно академию знаешь лучше, да и, по всей видимости, комендантский час нарушал неоднократно, – заявила я, – К тому же, мы до сих пор не знаем, каким именно образом нам проникнуть в общежитие.

Беатрис уставилась на меня возмущенно, зато остальные однокурсники оценили мою предусмотрительность.

– Ладно, – сдался Закари, который, судя по выражению лица, жалел, что не может так легко и быстро избавиться от нашей компании, – Спрячьтесь тогда в нише, пока я не закончу. Не хватало еще, чтобы нас тут целая толпа стояла под дверью.

Против такого расклада мы ничего не имели и послушно направились к той самой нише, в которой Закари Хант час назад нас и поджидал.

– И долго нам тут торчать? – поинтересовалась Пелагея, – Чем дольше это все тянется, тем больше я начинаю нервничать.

А торчать нам действительно было долго. Накладывать защитную сеть это вам не взламывать ее. Тут попотеть придется. Но лучше уж двадцать минут подождать опытного Зака, чем потом всю ночь провести под стенами общежития.

– Зачем вообще соглашалась, если такая трусиха? – спросил у нее Гвен.

– На словах это звучало веселее, чем на деле, – сокрушенно призналась сокурсница.

– Ничего, – поспешил утешить ее Дилан, – Все веселье нас ждет завтра за завтраком. Так что, твои нервы окупятся.

– Если нас сегодня не поймают. А то веселье будет ждать нас гораздо раньше, – протянула зловеще Пелагея.

– Сплюнь, – тут же поспешил откреститься Дилан, – Вдруг дар проклятийника сработает неожиданно, и ты напророчишь нам проблем.

– И то верно, – кивнул Гвен, – Чего скрывать? Мы пока неучи и в проклятиях почти не разбираемся.

Беатрис же была непривычно притихшей и не отрывала взгляда от адепта шестого витка, который усердно колдовал у двери в столовую.

Следующие двадцать минут мы провели в тишине. Но заткнулись лишь после того, как Зак шикнул на нас и выдвинул сразу два аргумента в пользу молчания. Во-первых, мы отвлекали его от работы. А во-вторых, если бы мы продолжили галдеть на весь этаж, то точно бы привлекли к себе внимание рыщущих где-то по территории академии преподавателей.

В общем, эти аргументы мы посчитали достаточно убедительными для того, чтобы послушно захлопнуть рты.

И стоит признать, что это решение было абсолютно верным. Потому как, когда работа по восстановлению защитных чар на двери была уже на финишной прямой, мы отчетливо услышали шаги и приглушенные голоса, неминуемо приближающиеся к нам.

– Эй, Зак, давай быстрее, пока нас не поймали, – сориентировался первым Гвен.

– Еще секунду, я почти закончился, – отозвался адепт шестого витка.

Затаив дыхание, мы наблюдали за разворачивающимися перед нами событиями. И даже понятия не имели, что же произойдет раньше – Закари Хант закончит плести чары, или его поймают с поличным на месте преступления.

Ровно за мгновение до того, как двое незнакомых нам преподавателей вырулили из-за угла, адепт шестого витка обучения успел не только вернуть защитную сеть на место, но и спрятаться в неприметной нише.

Облегченный выдох пришлось придержать до того мгновения, пока опасность оказаться разоблаченными не останется позади.

Незнакомые магистры, к слову, не желали облегчать нам задачи и шли по коридору с максимально расслабленным и непринужденным видом.

А потом один из них и вовсе остановился ровно напротив двери в столовую и внимательно на нее уставился.

– Магистр Моллер, что-то не так? – поинтересовался у него второй.

– Мне кажется, что защитная сеть нарушена, – поделился своими наблюдениями тот самый магистр Моллер.

– Разве? На первый взгляд все в порядке, – оспорил его замечание собеседник, – Пойдем, нам еще половину академии предстоит обойти.

В этот момент я почти поверила, что беда сумела нас миновать. Но, как оказалось несколькими мгновениями позднее, магистр Моллер не собирался так легко сдаваться.

– Нет уж, – покачал он головой, – Лучше проверить столовую и убедиться, что все в порядке.

На этот раз собеседник с ним спорить не стал. Магическую защиту, наложенную на дверь столовой Закари Хантом, преподаватели взломали в два счета и почти сразу скрылись в излюбленном месте всех адептов.

– Закари, скажи, пожалуйста, что и на вторую дверь защитную сеть ты вернул, – раздался за моей спиной дрожащий голос Дилана.

– Я про нее забыл, – покаянно покачал головой адепт шестого витка обучения, но почти сразу взял себя в руки и обвинительным тоном добавил, – Могли бы и напомнить.

Могли бы, кто же спорит. Вот только никто не напомнил, потому что нам это и в голову не пришло.

– Вот что, – произнес Закари Хант, – Валить отсюда надо, пока они не вернулись.

– Они же сейчас увидят, что вторая дверь открыта, и поймут, что в столовую кто-то проникал, – зашипела на него Пелагея, – Тогда-то нас и хватятся. Как думаешь, много им времени понадобится, чтобы догнать беглецов?

– А у тебя есть план получше? – огрызнулся на нее Гвен.

– Вообще-то у меня есть, – раздался зловещий голос за пределами ниши, которая стала нашим временным убежищем.

Глава 21

Выглядывать наружу, чтобы узнать, кто же застал нас за непосредственным нарушением устава, мы не спешили. Но этого и не понадобилось, потому что мужская фигура, показавшаяся в проеме битком забитой несчастными и трясущими от страха адептами, оказалась знакомой.

– Это ты его притащила? – взвизгнул Дилан, ткнув в меня пальцем.

– Я?! – возмутилась я в ответ, – Да я понятия не имела!

– Да тише вы, – шикнула на нас Пелагея.

– А чего тише, если уже поздно прятаться? – тоскливо вздохнул Гвен.

– Ничего не поздно, – возразил Вейланд фон Соммер, – Вы тут тихо, молча и неподвижно посидите. А я все улажу с магистрами.

– А вам это зачем? – недоверчиво уставившись на представителя министерства, осторожно поинтересовался Дилан.

– Все вопросы потом, – отрезал внук королевского советника, – Или вы никуда не спешите?

– Спешим, очень даже спешим, – запротестовал Закари.

– Вот и славно, – хмыкнул фон Соммер.

А затем направился прямиком к столовой, в которой тут же и скрылся, оставив дверь открытой.

– Что? – шепотом поинтересовался адепт Хант в ответ на недовольный взгляд Дилана, – Я на выпускном витке, мне попадаться нельзя.

Дилан поступил мудрее адепта выпускного витка и решил промолчать в ответ, прислушиваясь к происходящему в столовой. А прислушиваться там было к чему, ведь Вейланд фон Соммер оставил дверь открытой и в полной тишине мы слышали каждое произнесенное слово внутри просторного помещения.

– Лорд фон Соммер? – удивленно поинтересовался один из магистров, – А что вы здесь делаете?

– Да вот проходил мимо, увидел, что защитные чары на двери нарушены и решил проверить, в чем тут дело, – произнес в ответ представитель министерства, – Дежурите, уважаемые магистры?

– Как видите, – раздался голос того же преподавателя.

– И чем же вас заинтересовала столовая? – продолжил любопытствовать внук королевского советника, – На первый взгляд, все в порядке.

– Магистру Моллеру показалось, что с защитными чарами на двери что-то не так, – послышался голос второго преподавателя, – Дверь в служебное помещение оказалась не заперта. Но я уже проверил, внутри все в порядке.

– Наверное, просто кто-то из работников забыл наложить чары, – предположил фон Соммер.

– Скорее всего, – согласился с ним тот, который не Моллер, – Ладно, Вейланд, нам уже пора. Обход сам себя не совершит. И вам советую не тратить драгоценное время на праздные прогулки по академии, лучше уже понежиться в кровати.

– Полностью согласен, – с подчеркнутым энтузиазмом отозвался проверяющий, – Только после нескольких лет, прошедших с момента выпуска, я осознал эту простую истину.

– Ну что вы, не будьте к себе строги, – голоса стали приближаться, – Всем адептам хочется бодрствовать до самой полуночи. Этим юность и хороша. А с возрастом это желание иссякает, и появляется желание прямо противоположное.

Вся троица тем временем оказалась уже в коридоре, и пока магистр Моллер накладывал на дверь защитные чары, Вейланд фон Соммер продолжал свои расшаркивания со вторым преподавателем, заговаривая ему зубы.

Так, стараниями одного министерского работника, спустя еще десять минут оба дежурящих преподавателя покинули коридор, ведущий к столовой.

– Ну? – поинтересовались у нас нелюбезно снаружи, – Долго вы там будете сидеть как селедки, набитые в банку? Или ожидаете, что я вас тут всю ночь караулить буду?

Повторного приглашения показаться на глаза лорду фон Соммеру мы дожидаться не стали и послушно вывалились из ниши прямо в тускло освещенный коридор.

– А теперь, мелкие вредители, признавайтесь, чем вы там занимались?

– Ну вот, – вздохнула Беатрис тоскливо, – А ведь так хорошо все начиналось…

– Пора признать, что в нашем плане были существенные дыры, – произнес Дилан, – И он провалился еще с полчаса назад.

– Может и так, – пожала плечами Беатрис, а после развернулась к кузену и категорично заявила, – Мы ничего не расскажем.

– Я уверен, что ты и под пытками не признаешься, Трисси, – проворковал в ответ фон Соммер, – Что поделать, если упрямство у нас семейная черта?

– Трисси? – удивленно переспросил Закари.

– И зачем ты сказал это вслух, Вейланд? – возмутилась леди фон Маейр, – Это же детское прозвище.

– Но и ты не так, чтоб сильно выросла, – пожал плечами внук королевского советника.

– А вредность это тоже семейная черта характера, как я полагаю? – поинтересовался Гвен.

– Слушайте, это, конечно, все замечательно, – прервала их я, – Но, может, мы препирательства и семейные разборки на завтра оставим? Если, разумеется, вы, лорд фон Соммер, не собираетесь сдавать нас преподавателям?

– Я? – удивился представитель министерства, – Между прочим, в данной ситуации я ближе к адептам, чем к магистрам. Воспоминания в памяти о былых днях еще свежи, знаете ли. К тому же, родственников посторонним не выдают, – добавил он.

– Но разве это не противоречит вашим должностным обязанностям? – подала голос Пелагея, за что тут же получила в ответ недовольный взгляд одного представителя министерства в стенах академии.

Но фон Соммер не только недовольным взглядом бедную адептку прожигал, а решил еще и торжественно нас оповестить:

– Ничуть не противоречит. Свои дела я в академии официально окончил, и покину ее завтра утром. Так что, в укрывательстве мелких вредителей меня никто не обвинит.

– Ага, – поддакнул Закари, – Это если лорд-ректор не узнает.

– Итак, может, мне позвать уважаемых магистров обратно? – елейным голосочком поинтересовался Вейланд фон Соммер.

– Ладно, мы все поняли, – проявил чудеса переговоров Дилан, – Уносим ноги.

– И лучше бы поспешить, – весомо добавил внук королевского советника, – Боюсь, целую шайку адептов, снующих по академии после отбоя, трудно будет не заметить.

– Но ты же нам поможешь? – поинтересовалась Беатрис у кузена с надеждой.

Ответ после всего произошедшего был очевиден…

* * *

Через академический парк, в сторону корпусов общежития, мы пробирались короткими перебежками. И возглавлял наше движение влиятельный лорд, близкий родственник советника местного короля, выходец из древнего аристократического рода, уважаемый сотрудник министерства и просто шалопай, у которого детство в одном месте до сих пор играло.

Правда, я до конца так и не была уверена, что же сыграло ключевую роль в том, что Вейланд фон Соммер вызвался нам помочь. Безудержная тяга к приключениям, или банальная жалость, вызванная тем, что одна кузина состроила совсем уж жалостливую рожицу.

Но, тем не менее, итог был один – на произвол судьбы нас бросать не стали.

– Кстати, Вейланд, а как ты нас нашел? – поинтересовалась у родственника Беатрис в тот момент, когда мы продвигались от одних кустов к другим.

– А чего вас искать? – пожал плечами тот, – Целая шайка вредителей отправилась на дело. Таких сложно не заметить.

– А как ты понял, что на дело? – продолжила допрос леди фон Маейр.

– Знаешь, Трисси, сложно это было не понять, когда пятеро адептов первого витка за полчаса до отбоя целой стаей куда-то собираются в обратную сторону от общежития и выглядят при этом воодушевленно, но нервно.

Беатрис фон Маейр в ответ задумчиво молчала. А после того, как обработала всю полученную информацию, вынуждена была признать:

– Да-а-а, глупо прокололись…

– Ничего, – утешил ее кузен, – У тебя еще шесть лет есть, чтобы набраться опыта.

Я, конечно, не уверена, но что-то мне подсказывает, что наставления от старших и умудренных жизнью родственников должны выглядеть несколько иначе.

– А зачем ты за нами пошел? – снова продолжила свой допрос сокурсница.

– Любопытство кошку сгубило, – глубокомысленно изрек фон Соммер и, немного поразмыслив, добавил, – Если что, то это сейчас и о тебе, и обо мне.

– Намек я уловила, – кивнула Беатрис.

– Эй, не хочу вас отвлекать, но до общежития мы добрались, – подал голос Дилан.

– Отлично, – кивнул фон Соммер и, развернувшись к нам, поинтересовался, – Дальше-то сами справитесь?

– Конечно, – заверил его Закари Хант, – Я уже договорился с однокурсником. Он караулит около окна на первом этаже, откроет нам его, и мы внутри. Все продуманно.

– Эй, а как же мы? – возмутилась Беатрис.

Да, у одного адепта выпускного витка оказалось продуманно далеко не все. Нам ведь в мужское общежитие не попасть, а в женском с распростертыми окнами нас никто не ждет.

– Знаешь, Трисси, на твоем месте я бы еще несколько раз подумал о том, насколько надежного кавалера ты выбрала, – повернувшись к кузине, произнес Вейланд фон Соммер.

– Прости, Беатрис, – развел руками Закари Хант с самым виноватым видом, – Но вам в мужское общежитие дорога заказана. Там такая защита стоит от противоположного пола, что при любой попытке ее взломать тут же явится ректор.

Да, последнее чего нам сейчас не хватало, так это встретить демона, а еще и его разозлить.

– Ну, в общем, нам пора, – скороговоркой продолжил Зак.

И, не дожидаясь, пока Беатрис очнется и проклянет его напоследок, схватил за шкирку Дилана и Гвена и бросился наутек в сторону общежития.

– Над сменой кавалера все еще советую подумать, – прокомментировал этот побег внук королевского советника.

– Обязательно так и поступлю, – прошипела сквозь зубы Беатрис, – Но сначала придется решать, как нам попасть в общежитие. Раз никто не удосужился нам подсказать, чтобы мы оставили сообщника у окна на первом этаже.

– А как вы вообще упустили столь важный пункт плана и не подготовили пути отступления? – поинтересовался фон Соммер у нашей троицы.

– И действительно как? – согласилась с ним я, – А, кажется, я знаю. Кто-то сказал, что проблемы мы будем решать по мере их наступления. А когда они наступили, то он под ручку с Закари Хантом поскакал в сторону общежития.

– Ты хоть ядом не плюйся, – осадила меня Пелагея, – Потом его сцедишь, когда до своей кроватки доберешься.

– Обязательно, – всплеснула я руками, а после взяла и плюхнулась прямо на траву, – Если нас не отчислят раньше этого момента.

– О боги, Кэсс, не стоит так драматизировать, – закатила глаза Пелагея, – Максимум, что нам грозит, это дисциплинарное взыскание. И то, если нас поймают.

– А ты думаешь, что не поймают? – возмутилась я в ответ, – Нам ведь предстоит провести всю ночь за пределами общежития. Вон там, кстати, славные кусты, можно лечь под ними.

В этот момент Беатрис неожиданно шмыгнула носом и жалостливо протянула:

– Вейланд, но хоть ты нас не бросишь?

– И что ты предлагаешь? – возмутился в ответ фон Соммер, – Спать на траве с вами в качестве моральной поддержки?

– Если у вас нет идей получше, то да, – тут же заявила я.

А что? Разве мы одни должны страдать? Трое подельников то уже нежатся в своих кроватках. И их совершенно не мучает совесть за то, что мы остались на улице. Так пусть хоть один представитель сильного пола страдает вместе с нами.

– Вообще-то, есть у меня одна идея, – возразил представитель министерства.

– Правда? – тут же обрадовалась леди фон Маейр.

– Да, и, кажется, я знаю, как вам помочь, – с готовностью кивнул фон Соммер, – Но…

– Но? – уточнила Пелагея.

– Но в ответ за свою бесценную помощь я жду небольшого вознаграждения, – закончил он.

И уставился почему-то именно на меня, все еще сидящую на траве.

Беатрис и Пелагея за этим взглядом проследили и посмотрели на меня требовательно.

– Что? – возмутилась я, – Почему именно я?

– Не время капризничать, Кэсс, – произнесла Пелагея, – Или мы оставим тебя спать на улице. Ты там, вроде бы, милый кустик присмотрела для ночлега.

– Это подлые манипуляции! – воскликнула я возмущенно, тут же вскакивая на ноги.

– Да ладно тебе, – отмахнулась Беатрис, – Сначала хотя бы узнала, чего Вейланд хочет в качестве вознаграждения.

– У меня денег нет, – поспешила сообщить я.

– Что вы, с дамы денег я не возьму, – поспешил меня заверить фон Соммер.

– Ладно, – успокоилась я немного, – Но что тогда?

– Ну-у-у, – протянул он таким тоном, от которого мне тут же подурнело, – Всего лишь поцелуй спасителю.

– Что-о-о?! – возмутилась я так громко, что тут же получила болезненный тычок в бок от Пелагеи, – Да ни за что!

– Да тише ты, – шикнула на меня однокурсница, – Сейчас все общежитие перебудишь своими визгами.

– Я не согласна, – замотала я головой в отчаянии.

Уж чем-чем, а поцелуями меня точно еще не шантажировали.

– Ну, как хотите, – пожал плечами Вейланд.

После чего развернулся и направился в обратную от общежития сторону, что-то себе весело насвистывая под нос.

– Стой, ты куда? – окрикнула его Беатрис.

– Прости, Трисси, но моя любовь к родственникам не безгранична, – отозвался внук королевского советника, – Тем более, что не такие уж мы и близкие родственники.

Развернувшись ко мне, Беатрис фон Маейр воинственно на меня уставилась, а после решительно заявила, уперев руки в бока:

– Ты его поцелуешь!

– Этого наглого манипулятора? – ужаснулась я, – Да ни за что!

– Да что тебе стоит? – принялась уговаривать меня соседка по комнате, доступ к которой мы никак не могли получить, – Всего лишь один поцелуй. Тем более, Вейланд не такой уж и страшный. Разве что, староват немножко…

– Вот и я об этом, – поддакнула я.

– Эй! – раздалось возмущенное со стороны фон Соммера.

– Девочки, не хочу вас отвлекать, – взволнованным голосом произнесла Пелагея, – Но, кажется, эти самые магистры сейчас обходят парк.

– Давай же, Кэсс, времени на раздумья нет, – поторопила меня Беатрис.

– Ни за что, – продолжала упираться я.

Меня шантажом давно не проймешь. Опыт жизни в большой королевской семье приучает быть невосприимчивой к подобным видам психологического давления.

– У нас нет времени на твои капризы, – безапелляционно заявила Беатрис, а после развернулась к кузену и нагло заявила, – Она согласна.

Тому повторять дважды было не нужно. И он тут же развернулся и бодро зашагал в нашу сторону.

– Аванс? – поинтересовался у меня этот ушлый тип.

– Обойдетесь, – буркнула я недовольно.

– Ладно, поверю на слово, – пожал он плечами.

А после направился прямиком к общежитию.

– Дамы, вам нужно особое приглашение или как?

Стоя под стенами женской обители, мы вчетвером разглядывали окно, ведущее в нашу с Беатрис комнату. В окне было темно, и никто явно не спешил его распахивать, чтобы пригласить нас внутрь.

– И чего мы стоим? – поторопила я проверяющего, – Ждем, когда проблема сама рассосется?

– Она у вас всегда такая вредная? – обратившись к моим сокурсницам, поинтересовался лорд фон Соммер.

– Раньше мы такого не замечали, – честно призналась Пелагея.

– Наверное, на стресс реакция такая, – поддакнула Беатрис.

– Пока вы обсуждаете мою скромную персону, магистры доберутся и сюда, – чисто из вредности, которую во мне обнаружили, произнесла я.

Общежитие-то мы по кругу обогнули, чтобы добраться до нашего окна. Но полностью нас это от участи быть обнаруженными не спасало.

– Вейланд, а как мы внутрь попадем? – поинтересовалась у фон Соммера его бедовая сестрица.

Между прочим, если бы не Беатрис, мы бы в подобной ситуации и не оказались. И на мне бы не практиковались в грязном шантаже. Хотя, сама виновата. Не нужно было вообще соглашаться на участие в этой авантюре.

Буду знать на будущее, куда может завести жажда приключений и новых впечатлений.

– Все просто, – пожал плечами представитель министерства, – Всего лишь надо снять защитную сеть с окна, чтобы не сработала магическая система оповещения о нарушении периметра.

– Ага, – кивнула я, – А окно потом само распахнется, и на третий этаж мы по стене вскарабкаемся.

– Стресс ей точно не на пользу, – покачала головой Пелагея.