Текст книги "Няня для дракошек, или Уроки воспитания от попаданки (СИ)"

Автор книги: Эля Шайвел

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 11 страниц)

Глава 24

– Может, я лучше расскажу, что узнала от вороны? Про проклятье вашей дочери, – возмутилась я.

– Про проклятье я и так всё знаю, – рыкнул дракон. – Говори, что было в твои первые секунды перемещения.

– Знаете о проклятье?! Как так?! – я вскочила с дивана, нависнув над мужчиной так резво, что пришлось даже ловить камзол, накинутый на плечи.

– Оно было безобидным, – равнодушно ответил дракон, но затем повысил голос. – Сядь. Пожалуйста.

– Безобидным?! У Виви голова болела из-за этого! – взвилась я.

– Не из-за этого, – отрезал мужчина.

– Нет, из-за этого! – возразила я.

– Голова болеть не должна была, пока она носит заколку, – Натан нахмурился и забарабанил пальцами по столу.

– Вот именно! – подтвердила я. – И стоило её снять…

– Так не надо было снимать, всё под контролем было, – процедил Натан.

– Под контролем?! Вы с ума сошли, я думала, вы любите своих детей! – рявкнула я на него.

– Я и люблю. Не те судить об этом, девица, – рыкнул на меня Натан. – Сядь, я сказал!

– Нет, я буду судить! – я с размаху плюхнулась на диван, закинула ногу на ногу и недовольно скрестила руки. – На заколке, которая была в волосах вашей дочери, лежало проклятье! Как вы могли позволить ей её носить? Вы что, использовали её как приманку?

– Да нет же. Так было надо, – процедил дракон.

– Чтобы сделать Виви приманкой?! – продолжала настаивать я.

– Да что ты заладила, это не твоё дело! – прохрипел дракон. – Всё, об этом разговор закончен. Расскажи теперь о себе.

– Ну уж нет! – фыркнула я и топнула ногой в подтверждение своей решимости. – Раз вы такой умный, расскажите мне, что знаете, иначе как мне оберегать ваших детей?! Если вы от меня что-то скрываете и ставите под угрозу жизнь Виви, а может и Тони!

– Не ставлю я под угрозу жизнь дочери, бестолковая девица! – рявкнул Натан. – Ты ничего не знаешь о магии, а берёшься судить!

– Ну так расскажите мне! Как я буду её защищать?! – возмутилась я.

– Сначала ты. Что ты запомнила при перемещении? – стальным тоном отчеканил дракон.

– Нет, сначала вы! – настаивала я. – Вы потом мне ничего не скажете.

– Алекс, мы уже это проходили, – устало ответил мужчина и откинулся на спинку дивана. – Я отпустил тебя ДО того, как ты заговорила в прошлый раз. Теперь твоя очередь идти на встречу. Говори, что знаешь. Потом уже я.

– Ладно, справедливо, – немного подумав ответила я и, выдержав театральную паузу, торжественно произнесла. – В общем, ворона – это банши!

Ноль эмоций со стороны дракона оскорбили меня.

Натан смотрел на меня абсолютно без удивления. Я бы даже сказала с нескрываемым ехидством.

– Она специально отгоняет всех женщин от вас, потому что ревнует! – со злобой произнесла я.

И снова полный игнор. Да что такое?!

– Она специально подговаривала Виви избавиться от меня! – начала закипать я, переходя на крик. – Она пила её магию! Вам что всё равно, что какая-то мразь забирает силы у вашей дочери?!

– Это все твои важные све́дения? – усмехнулся мужчина. – Теперь расскажи, что ты запомнила при перемещении души в наш мир.

– В поместье есть вторая птица. ВОРОН! – рявкнула я, зачем-то пытаясь произвести впечатление на хозяина.

Напрасно. Его лицо с лёгкой презрительной усмешкой было выковано изо льда.

– Вы издеваетесь, да?! Вы знали, что ворона – банши? – уязвлённо спросила я.

– Конечно, – хмыкнул хозяин. – Но про вторую птицу не знал, тут ты молодец. Браво!

Даже его похвала звучала как издёвка.

– А почему вы не сказали, что вы знаете, что я хочу вам рассказать?! – возмутилась я.

– Я говорил, что я и так всё знаю о проклятье, – торжествующе улыбнулся дракон.

– Прям всё-всё?! – с сарказмом произнесла я.

– Да, – уверенно заявил мужчина.

– А чего тогда не сняли?! – обиженно спросила я.

– Не мог, – с лёгкой ухмылкой ответил Натан.

– Вы, такой крутой дракон, и не можете? – ядовитым тоном задала я вопрос.

– Не могу. Его снять могла только та ведьма, что наложила, – пристально посмотрев на меня, жёстким голосом ответил дракон.

Улыбка, всё это время гулявшая по его губам, резко исчезла, отчего мне стало не по себе.

– Но… я уничтожила ту заколку… Это считается? – запинаясь, решила уточнить я.

– Да, считается, – холодно процедил мужчина.

– То есть, вы хотите сказать, что я наложила это проклятье на заколку Виви?! – с ужасом прошептала я. – Но я… никогда… я не умею… не знаю, как…

– Не ты, – рыкнул мужчина.

– Уф-ф-ф, – с облегчением выдохнула я.

– Но та, в чьём ты теле находишься, раз ты смогла уничтожить заколку, – ледяным тоном процедил Натан. – Так спрашиваю в последний раз, что необычного ты запомнила при перемещении души?

Глава 25

– Запомнила, – тихо ответила я.

– Ну, говори уже, – рыкнул Натан.

– Кто-то рядом со мной шептал слова: «Я не уйду, я не вернусь, я смертью вашей обернусь», – частично соврала я.

Потому что на самом деле это я шептала эти слова чужим (как мне тогда показалось) голосом.

– Что-то было вокруг необычного? Фигуры, свечи, свечение? – начала перечислять хозяин.

– Свечение, – немного подумав, стоит ли говорить, произнесла я. – Я видела его несколько раз уже после. Как будто весь мир пронизан светящимися нитями.

– Они называются нимы, – нетерпеливо ответил Натан. – Что ты видела?

– Расскажите, что это за нимы? – вопросом на вопрос ответила я. – Пожалуйста.

– Это нити судьбы, – раздражённо проговорил мужчина, потом тяжело вздохнул и спокойным тоном продолжил. – У тебя есть дар, Алекс, дар пряхи – это ведьмы, способные читать прошлое и будущее через эти нити и изменять мир вокруг себя. Пряхи – очень могущественные ведьмы, если они обучены должным образом. Так что ты видела в момент переноса души?

Так вот что я видела! Ну слава богам, я не сошла с ума!

– Тогда зелёная нить проклятья от вороны к заколке и от заколки к Виви – это как раз и есть нима? – спросила я.

– Да, – рыкнул Натан.

– А эту нить можно было как-то порвать или отрезать, не разрушая заколку? Раз это нити, то, значит, теоретически их можно резать или рвать? – предположила я.

– Насколько мне известно, это может либо тот, кто наложил проклятье, либо опытная пряха, – Натан снова начал терять терпение и раздражаться. – Алекс, что ты видела, когда пришла в себя в этом мире?

– Всё вокруг было в этих нитях, они складывались в какие-то странные символы, – неуверенно произнесла я.

– Ты запомнила что-то? – с надеждой спросил Натан.

– Да, некоторые. Если дадите бумагу, смогу нарисовать, – решительно сказала я. – Главное – вспомнить.

Натан вскочил с дивана и бодрым шагом подошёл к столу, будто не была глубокая ночь.

Подав мне лист и перо с чернилами, мужчина сел рядом и буквально навис надо мной, заглядывая на мои записи.

Мне от этого было очень неловко.

Если честно, пером и чернилами я писала всего пару раз в жизни, и то в том мире. В этом, пока я была рабыней, писать мне не было нужды. А на службе у Санлара ещё не успела. В целом-то, я знаю, как это делать, но первый же символ вышел с жирной кляксой.

Ещё и дракон «стоял» над душой. Со школы терпеть не могу, когда заглядывают в мою «тетрадь».

– Отодвиньтесь, мне не комфортно, – буркнула я, загораживая рукой лист.

– Женщина, давай уже быстрее, – процедил мужчина. – Ты спать не хочешь пойти? Чего тянешь столько времени? У меня начинает появляться ощущение, что ты это делаешь специально, чтобы провести со мной как можно больше времени.

Я была такая уставшая, что повелась на провокацию.

– Что вы о себе возомнили?! Я?! С вами?! – вспылила я, но стоило мне взглянуть на Натана, как я поняла, что хозяин… прикалывается.

– Алекс, серьёзно. Ты наверняка устала, как и я, – мягко произнёс мужчина. – А дети с утра встанут, как обычно, рано, да и меня с утра ждут дела в министерстве. Хватит вести себя как адептка-двоечница, и загораживать от меня лист. Давай показывай, что там ты написала.

– Но там кляксы, я сейчас начисто перепишу и покажу, – возразила я. – Подождите.

– Ты перфекционистка или у тебя просто синдром отличницы? – усмехнулся хозяин.

– Всё вместе. А откуда вы про синдром отличницы знаете? – удивилась я. – Или у вас здесь тоже есть такой термин?

– Одна попаданка рассказывала, – ответил мужчина. – Ну так что там, переписала начисто, чтобы пятёрку получить?

– Прекратите шутить, не смешно! – фыркнула я. – Готово.

Я нарисовала три символа из тех, которые запомнила: спираль внутри квадрата, домик и две закорючки внутри и треугольник с вертикальным знаком бесконечности.

Натан молча и долго смотрел на листок.

– Вы понимаете, что это значит? – выждав приличную паузу, спросила я.

– Каких они были цветов эти символы? – вопросом на вопрос ответил Натан.

– Первый со спиралью – синий, второй с домиком – красный, а последний, с треугольником, – жёлтый, – ответила я. – Там были ещё символы, но я не смогла запомнить – просто незнакомый мне набор линий.

– У тебя отличная память и цепкий ум, Алекс, – улыбнулся Натан. – Этого более чем достаточно. Ты можешь идти спать.

– Ну уж нет. Мне тоже интересно, что это значит, – возмутилась я. – Говорите!

Глава 26

Натан откинулся на спинку дивана и побарабанил пальцами.

– Я начну издалека, – протянул хозяин. – Если честно, я не до конца уверен, что мне сто́ит рассказывать тебе истинное положение дел, но ты умная и смелая. И мотивированная узнать правду. Думаю, что от тебя может быть толк. Но всё, что я скажу, не должно выйти за пределы этой комнаты. Детям знать об этом нельзя. Ясно?

– Да, – тихо ответила я, замерев в предвкушении.

– Банши относятся к нежити категории Б, – менторским тоном начал рассказ мужчина. – Это значит, что класс опасности – высокий, в случае столкновения неподготовленного человека высока вероятность смерти.

– То есть, вы знали, что в вашем доме живёт такое опасное чудовище и всё равно нанимали к себе нянь? – возмутилась я. – А другая прислуга?! Они в курсе, что за монстр тут живёт? А ваши дети?!

– Ты будешь слушать или обвинять меня? – рыкнул Натан.

– Слушать, – фыркнула я, добавив шёпотом себе под нос. – И обвинять.

– Банши – это враждебно настроенный дух, способный принимать форму женщины, вороны или естественную форму призрака.

– Очень враждебно настроенный, – прокомментировала я, но замолчала под ледяным взглядом мужчины.

– Они появляются тогда, когда в семье произошла трагедия, – продолжил Натан. – Как правило, жертва этой трагедии и становится банши, являясь своеобразной хранительницей рода. Часто они появляются тогда, когда семье грозит опасность, перерождаясь в мстительных духов, желающих наказать тех, кто причастен к их смерти или их потомков.

– То есть… получается, какая-то няня убила кого-то из вашей семьи, и теперь эта женщина пытается отомстить остальным няням?! – с ужасом прошептала я. – Но это же нелогично! Остальные няни непричастны к первой трагедии!

– У призраков другая логика, Алекс, – уклонился от ответа Натан. – Не торопись с выводами.

– И поэтому всем остальным ничего не грозит? Ну, кроме Виви, из которой ворона пила магию, – возмутилась я.

– Не совсем так. Они существовали в симбиозе, – мрачно сказал мужчина.

– Что?!

– Виви больна, – непривычно тихим голосом произнёс Натан.

По лицу мужчины пробежала тень. Было видно, что ему тяжело об этом говорить.

У меня на глазах навернулись слёзы. Судя по тону хозяина, болезнь была… не из простых.

– Как?! Чем?! Это лечится?! – с отчаянием спросила я.

– Нет, это не лечится, – хрипло ответил мужчина. – Пока не лечится.

Сердце защемило. Что за несправедливость?! Виви такая очаровательная малышка! Такая милая, добрая, храбрая! Это нечестно!

– У неё от рождения разрушена аура, и потому любой маг может тянуть из неё силы произвольно или нет. Нахождение любого человека рядом с ней опасно для неё, – с тяжёлым вздохом произнёс мужчина, сжав кулак.

Я потрясённо молчала, не зная, что сказать. Что тут можно сказать безутешному отцу, ребёнок которого страдает?

Поддавшись внезапному порыву, я дотронулась до руки хозяина, пытаясь поддержать.

– Но не могу же держать дочь всю жизнь взаперти, будто прокажённую? Что это за детство? Я не знаю, сколько она…

Голос хозяина изменился. Он замолчал.

Я, вытирая слёзы одной рукой, тоже боялась нарушить эту хрупкую тишину.

– Я пока не знаю, что делать, но я найду способ спасти дочь. Чтобы для этого не потребовалось, – решительно прохрипел мужчина. – Я искал способ вылечить её по всей империи, я приглашал самых лучших лекарей, магов, прях. Я искал совета от попаданок в вашем мире. Пока всё безрезультатно. Единственное решение, которое мне пока предложили, это позволить девочке найти тебе симбиота.

– Что это значит? – тихо спросила я.

– Это значит найти существо, которое будет обмениваться с ней магией и аурой, тем самым защищая её от внешнего воздействия, – мрачно проговорил Натан.

– То есть… – севшим от испуга голоса произнесла я. – Я, уничтожив заколку, разорвала их связь?

– Не совсем так, – успокоил меня Натан. – Связь с этой банши не совсем нормальная и полезная для Виви, хотя она на какое-то время и может оказаться полезной. Вот только при обмене магической аурой с призраком, он, как правило, забирает больше чем даёт.

– Поэтому вы нанимали нянечек для неё? – предположила я.

– Да, – мрачно ответил Натан. – Я нанимал девушек с даром специально для этого, чтобы Виви могла вступить с ними в магический симбиоз. Для здорового человека это не страшно и не очень заметно, для девочки жизненно важно. Мы с Тони не годимся в симбиоты, потому что мы мужского пола, а девочке нужен симбиот-женщина.

– То есть ею могла быть мать Виви?! Но почему тогда убивают нянь?! Кто и зачем?! – воскликнула я. – Получается, эта воронья «защитница рода» на самом деле вредит малышке?!

– Да, но это уже другая история, – снова помрачнел хозяин. – И началась она двадцать лет назад, когда мой отец встретил первую попаданку в наш мир.

Глава 27

– Моя мать была сводной сестрой Ульберха Тирса, – задумчиво продолжил свой рассказ Натан. – В своё время отец Ульберха, Август Тирс женился на моей бабушке – Гвендолин Дайгер, урождённой Лайонер.

– Бррр, ничего не поняла, – устало покачала я головой. – Ещё раз кто на ком женат?

– Моя бабушка, Гвендолин Лайонер вышла замуж за Шайнара Дайгера и родила дочь, мою мать – Сибил Дайгер, – терпеливо начал пояснять хозяин. – Когда бабушка овдовела, она повторно вышла замуж за Августа Тирса, у которого уже был сын Ульберх.

– Ааа, понятно, – протянула я.

– Потом моя мама вышла за моего отца, Рейгана Санлара. У них родилось двое детей – мой старший брат Амос и потом, через десять лет, я. Амос рано женился, и у него родился сын – Адам. Мы все вместе с родителями и новой семьёй брата жили в этом поместье. Дом-то большой, – с теплотой в голосе говорил мужчина, но в этом месте запнулся.

Повисла нехорошая тишина. Зловещая.

Я понимала, что-то дальше всё будет не так радостно.

И оказалась права.

– Мне было четырнадцать, а Адаму было два года, в семье произошла трагедия, – продолжил Натан. – Мой брат внезапно умер без видимых повреждений, болезней, проклятий или других причин.

– Соболезную вашей утрате, господин Санлар, – тихо сказала я.

– Его жена, Ева, нашла его с утра в гостиной на первом этаже на кожаном диване напротив догорающего камина, – продолжил погруженный в воспоминания хозяин, будто и не слыша моих слов. – Он сидел, запрокинув голову, и широко распахнутыми глазами смотрел в потолок. С выражением полного блаженства на лице.

– Звучит жутко, – искренне произнесла я.

– Так и было. Его сердце просто остановилось по неизвестной причине, – мрачно ответил мужчина. – Но на этом беды не закончились. Вслед за ним буквально через месяц таким же образом скончалась Ева. Её нашёл Адам.

– Какой кошмар! – с ужасом прошептала я.

– Он прибежал с утра к матушке, с громким плачем, требуя внимания, ведь говорить он тогда ещё не умел, – после небольшой паузы хриплым голосом продолжил Натан. – Матушка, как она сама говорила, поворчала, что невестка утонула в горе и совсем не следит за сыном, хотя это у НЕЁ умер сын…

Хозяин опять замолчал.

Искренний рассказ о тех печальных событиях давался господину Санлару тяжело.

Совладав с собой, мужчина продолжил с горечью в голосе:

– Как мама потом переживала, что позволила себе такие жестокие слова по отношению к невестке, которую она обнаружила в той же позе, в том же месте, что и недавно потерянного сына. После этого диван выкинули, а в комнате произвели перестановку, но это не помогло.

У меня мурашки пробежали по коже.

Один раз – случайность, два раза – совпадения, три раза – закономерность…

– Через месяц отец нашёл матушку, сидящую на стуле напротив камина в той же ужасной позе, – мрачно проговорил Натан.

– Кошмар! Но это не может просто совпадением! – с негодованием воскликнула я. – Это явно какое-то проклятье на вашей семье!

– Да. Но мама очнулась, – грустно улыбнулся хозяин.

– ЧТО?! – завопила я и вскочила.

– Да, – мрачно подтвердил мужчина. – Отец тоже был в шоке и приготовился к худшему.

– К чему? – с испугом спросила я.

– Что она стала нежитью, – ответил мужчина. – Но мама вскочила со стула, прямо как ты сейчас, и спросила его: «Ты кто, мужик? И где я?»

– Твоя мама была попаданкой?! – догадалась я.

– Да, первой в нашем мире из известных, по крайней мере, – улыбнулся Натан. – А ещё она была пряхой. Как ты.

– Ммм. Интересное совпадение, – саркастично заметила я и села обратно на диван.

– Да, – веско хмыкнул хозяин. – Но на этом история не закончилась.

– И что было дальше?

– Мама-попаданка рассказала, что она, когда умирала в своём мире и переходила в наш, ей показалось, что она видит некие символы.

У меня снова побежали мурашки по телу.

– Какие ещё символы? – задала я вопрос, на который уже знала ответ в глубине души.

– Эти, я так полагаю, – мужчина указал на лист на столе. – Но она запомнила два из трёх, что указала ты и ещё один, которого ты не нарисовала. Теперь я готов сказать, что это значит. Жёлтый треугольник с вертикальным знаком бесконечности означает призыв родственной души, красный домик – привязку к семье, прокля́той врагом.

Я слушала мужчину как заворожённая. Какое странное совпадение. Почему мы с той попаданкой двадцатилетней давности видели одинаковое?!

Призыв родственной души на защиту про́клятой семьи. Бедное семейство Санлар!

– Она запомнила ещё один символ. Это был зелёный круг, внутри которого находился глаз со слезой, – Натан сделал паузу.

– Слушай, вроде у меня тоже там что-то зелёное было! – увлечённая историей, я сама не заметила, как перешла на «ты».

– Было. Я почти уверен в этом, – улыбнулся хозяин.

– Ну, и что это значит?! – с нетерпением воскликнула я. – И моя синяя спираль?!

Глава 28

– Круг с глазом и слезой означает защиту от трагедии, – выдержав театральную паузу, продолжил хозяин. – А спираль внутри квадрата – продолжение рода. Если подвести итог, то выходит, что тебя, как и маму-попаданку, призвала в этот мир некая сила, стремящаяся спасти нашу семью и оградить её от бед.

– Звучит слишком пафосно, если честно, – решила разрядить я обстановку. – Слишком важная миссия для учительницы физики.

– Значит, ты та, кто может справиться.

– Ага, каждому даётся тот крест, который он может вынести, – решила съязвить я.

– Про крест не понял, но общий смысл уловил, – улыбнулся Натан.

– А что было дальше?

– После появления попаданки странные смерти прекратились на некоторое время.

– Некоторое?

– Да, – тяжело вздохнул Натан. – Отец любил нашу мать, но смог полюбить и ту, что пришла к нам из вашего мира. Вплоть до рождения Виви всё шло своим чередом, как в обычных семьях. Отец, используя знания мамы-попаданки, смог добиться небывалых успехов и богатства, а потом родилась Виви. И всё началось снова.

– Какая жуть! – прошептала я.

– Моя жена была девушкой из известного в Драгондаре рода Сойт. Изабелла была умна, очаровательна и нежна, как мне казалось. Я любил её, – с горечью произнёс мужчина и опять надолго замолчал.

Его откровенность пронзила меня, словно игла тонкую ткань. Внутри меня завертелась какая-то странная смесь ревности и тревоги.

Слова о его жене звучали так нежно, так искренне, что я почувствовал, как сердце сжалось от непонятной мне боли.

В мгновение я ощутила себя как ненужный элемент в пазле. Лишний.

Но я осадила себя. Ревновать бессмысленно. У меня нет для этого ни оснований, ни опасений: Натан говорил о ней в прошедшем времени.

Была. Любил.

Его слова отозвались в моей душе так остро, наверное, потому, что так сильно я никогда не любила. Может, это и хорошо.

– Когда у нас родился Тонайо, именно она выбрала ему такое необычное имя, а я ей во всём потакал, – продолжил мужчина слегка изменившимся голосом. – И всё было замечательно. Когда она забеременела во второй раз, я был абсолютно искренне счастлив. А потом, в одно утро, когда срок Изабеллы уже подходил, мы нашли отца у треклятого камина в той же позе. Мёртвым.

Натан снова замолчал. Я тактично сохраняла тишину, теребя край его камзола.

Мне хотелось как-нибудь поддержать его, но я не знала, что ещё сказать или сделать.

Если честно, я думала коснуться его руки, но смущалась и боялась, что он может как-то неправильно это понять.

– Его нашла Изабелла, – хрипло продолжил Натан.

Я ахнула.

Я уже поняла закономерность. Тот, кто находил мёртвого, становился следующей жертвой, не считая маленького Адама.

– Изабелла перепугалась до смерти, и у неё случились преждевременные роды, – с горечью произнёс мужчина. Что-то пошло не так, и Виви родилась с неизлечимой болезнью, как ты уже знаешь. В первые дни её жизни целители сказали, что мы должны приготовиться к худшему, потому что дети с такими повреждениями ауры долго не живут.

Как же это всё жестоко и несправедливо по отношению к их семье и Виви! Сердце кровью обливается.

– А потом, через неделю после рождения Виолетты, мы нашли маму в гостиной, – тихо проговорил мужчина. – Камин я приказал снести сразу после смерти отца, но она всё равно сидела напротив того места. Мёртвая. С живой Виви в руках. Что она сделала, не знает никто. Но малышка, как ты видишь, до сих пор жива. Целители сказали, что она смогла как-то вплести в её ауру способность приобрести симбиота, но, видимо, поплатилась жизнью.

– В сотый раз за сегодня я искренне соболезную твоему горю, Натан, – искренне произнесла я и ободряюще прикоснулась к его руке.

Натан сжал мою руку в своей.

– Белла не выдержала и сказала, что с неё довольно этого, – с горечью прохрипел Натан. – И сбежала в неизвестном направлении. Я так полагаю, что она умерла, мучимая угрызениями совести, раз недавно вернулась к нам в образе банши, вступив в итоге в симбиоз с Виви. Это я обнаружил не сразу, пытаясь найти среди нянь ту, что сможет помочь справиться дочке с болезнью. И судя по всему, она считает, что может вернуться к жизни.

– А это возможно? – осторожно спросила я.

– Нет, – отрицательно помотал головой мужчина. – Но банши можно назвать условно разумными существами, у которых одержимость идей и достижение целей заменяет разум.

– А как это всё объясняет тот факт, что я смогла расколдовать ту заколку?

– Заколку моя мать подарила Белле, а та – Виви, – с лёгкой улыбкой проговорил мужчина. – Я думаю, у тебя есть какая-то связь с моей матерью. Но какая? Это нам ещё предстоит с тобой узнать.