![](/files/books/160/oblozhka-knigi-lyubov-vne-vremeni-si-373499.jpg)
Текст книги "Любовь вне Времени (СИ)"
Автор книги: Эля Безумова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 16 страниц)
– Да, не ори ты! – повысила голос Лиза. – Я, рассуждаю также, как и ты…для чего, мне этот ребёнок?! Твой садовник, хоть красивый был, а мой… – она замолчала, видимо подбирая слова, – …отец моего ребёнка, вообще психопат, сдвинутый на своей мамаше. Ты лучше скажи, чего делать – то будем?!
– Не знаю… – Жрица устало, прилегла на кровать, – …мой брат – Главный Жрец, запер меня в апартаментах. Кстати, красотка, ты знаешь, что Адриан и Фёдор – одна Душа?! – в её глазах, появились чёртики, они плясали и строили смешные мордочки.
«Как, она сейчас похожа на отца!» – отметила про себя Лиза, но вслух спросила:
– А ты, откуда знаешь?!
– Он тут был, твой Фёдор…также, под гипнозом! Уговаривал меня, выйти замуж, за Адриана.
– Вот, засранец! Значит, он был на сеансе у Валерия Николаевича…а мне, ничего не сказал! – Лиза раскраснелась. – А зачем Федьке надо, чтобы ты… – гостья запнулась, – …чтобы вы, с Адрианом поженились?!
– Вы там, чего в Будущем, совсем причинно – следственную связь, строить разучились… – захохотала Лорен, – …как зачем?! Если мы, в двенадцатом веке поженимся с Адрианом, и я рожу, то соответственно, в двадцать первом веке, ты и Фёдор – будете вместе…чего непонятно?! – Жрица с вызовом, посмотрела на девушку.
– Всё теперь понятно… – сквозь зубы процедила Лиза, – …понятно, как никогда! – на этих словах, гостья из Будущего, растворилась в Пространстве…
Гава 10
По дороге домой, Лиза всё рассказала отцу.
– Так, значит Адриан и Фёдор – одно лицо… – задумчиво произнёс Тимофей. – А садовник двенадцатого века, вырос до гипнотерапевта в двадцать первом. Но, что у садовника, что у заведующего психиатрическим отделением, чувство ответственности, напрочь отсутствует! – как – то недобро, усмехнулся отец. – А знаешь, что Лизок… – он остановился и пристально взглянул на дочь своими ярко – голубыми глазами, – …я пожалуй, сам пройду сеанс гипноза!
– Ииии?! – насторожилась она.
– Мне надо попасть в Прошлое… – он многозначительно помолчал и добавил, – ….и Бог даст – встретиться там с Лорен.
Лиза в ужасе закатила глаза…
После смерти тётки, Федька отнёс в приют для животных многочисленные запасы тушёнки. Отмыл квартиру, отключил все электроприборы, плотно закрыл окна и с тяжёлой Душой, повернув три раза ключ в замочной скважине, подумал: «Надеюсь, вернусь сюда с Лизой!»
Он договорился с Тимофеем Геннадьевичем, что сорок дней после похорон будет жить у них. Лиза плохо…очень плохо приняла эту новость. Она категорически отказалась с ним спать, на одном диване. Фёдору застелили раскладушку на кухне, но парень и этому был рад – лишь бы, поближе к жене! Авось, оттает когда – нибудь, и поверит в его Любовь! А он, подождёт…ведь ждать ему, не привыкать.
Когда родители погибли в автокатастрофе, мальчику было пять лет. Рано утром мама, как всегда, отвела его в детский сад. О, как Федька не любил это заведение, где по утрам заставляли есть противную, манную кашу, где постоянно бегали и шумели дети, а днём, заставляли спать. Мальчик с детства не выносил шума, а потому сторонился детей. Он часто сидел один, с машинкой в руках, где – нибудь в укромном уголочке. Воспитатели любили Федю! Ещё бы, такой спокойный и молчаливый ребёнок.
И вот, в тихий час, Фёдор, как всегда спокойно лежал с закрытыми глазами, и представлял игрушечный самолёт, который недавно увидел в Детском Мире. Родители пообещали подарить этот красивый, металлический и ярко – красный самолётик, на День Рождения. В этот момент, к нему подошла Наталья Петровна, она осторожно потрогала мальчика за плечо:
– Федя, ты не спишь?
– Не сплю… – он приоткрыл глаза.
– Пойдёшь сегодня ко мне в гости?! У меня котик есть, его Пушок зовут… – на глазах воспитательницы, почему – то были слёзы.
– Пойду! – обрадовался Федя, – я люблю котиков. А почему вы плачете?! – удивился он.
– Я не плачу, тебе показалось… – Наталья Петровна смахнула слёзы и продолжила, – …только тебе придётся переночевать у меня. А утром, вместе придём в садик…
– А мама с папой, не будут ругаться?! – забеспокоился мальчик.
– Не будут! Я им позвонила и предупредила, что ты будешь у меня в гостях. Мы с тобой вечером торт испечём. А ещё, по дороге зайдём в магазин и купим колбаски. Пушок очень любит колбаску, – улыбнулась женщина, – вот, ты его и покормишь…
– Ура! – Федя был на седьмом небе от счастья. – А мама с папой, придут за мной завтра?! – на всякий случай, уточнил ребёнок.
– Конечно придут! – Наталья Петровна опять заплакала и крепко прижала его к себе.
«Странные эти взрослые», – подумал Федька, – «Зовут в гости и плачут…»
Но, на следующий день, после полдника, родители не появились. Воспитатель с нянечкой, косились в его сторону и о чём – то шептались. И опять, Федя ночевал у Натальи Петровны дома. Весь вечер, он дёргал её и спрашивал:
– А где мама с папой?!
Женщина отводила глаза в сторону и тут же угощала конфетами. А ещё, Наталья Петровна привязала на верёвочку, меховой помпон от старой шапки, и кот Пушок, смешно так, своими толстыми лапками, ловил этот помпон. В этот вечер, она легла рядом с мальчиком, обняла и тихим голосом начала рассказывать сказку про «Спящую красавицу». Федя слушал раскрыв рот, ведь он так переживал, чем же закончится сказка – проснётся «красавица» или нет.
А на следующий день, в тихий час, когда все ребятки спали, за мальчиком пришла какая – то незнакомая женщина. Она представилась тётей Валей – маминой, старшей сестрой. Тётя Валя сказала, что они поедут на поезде в другой город, в столицу его Родины, в Москву и будут жить там.
– А мои мама и папа…они будут жить с нами?! – задал вопрос ребёнок.
– Феденька, мама с папой, уехали выполнять важное задание! Поэтому, мы пока поживём с тобой вдвоём! – весело ответила, новоявленная тётка.
– А когда они приедут, я уже соскучился?! – мальчик попробовал пустить слезу.
Наталья Петровна, присутствующая при этом разговоре, выбежала из раздевалки, тело её сотрясали рыдания. А тётя Валя, как ни в чём небывало, с улыбкой на лице, достала из сумки яркую коробку.
– Вот, держи…мама с папой, велели передать тебе!
– Ух, ты! – заулыбался мальчик, – так это же, самолётик…самолётик, который мне обещали подарить, ко Дню Рождения! Спасибо…
Пока ехали в поезде, тётя Валя рассказала Феде, что его родители – разведчики, и были отправлены с заданием в другую страну. Только рассказывать об этом, никому не нельзя – тайна.
– А скоро они вернутся?! – мальчонка сидел в плацкарте, и как заворожённый смотрел в окно.
Поезд стучал колёсами, в вагоне было очень шумно, а проводница разносила чай в гранённых стаканах. В придачу к чаю, прилагалось два куска сахара. Такого вкусного чая, мальчик отродясь не пил, да ещё вприкуску с сахарком.
Москва Федьке не понравилась! Огромный город…он гудел, как пчелиный улей, много машин, которые то и дело сигналили и этим пугали мальчика. А попав первый раз в метро, он вообще заплакал. Ребёнок растерялся от такого количества народа и грохота поездов. Городок, в котором он жил до пяти лет, был небольшим. Изо всех достопримечательностей, самой яркой была швейная фабрика, да памятник Ильичу в местном сквере. Именно на этой швейной фабрике, и работали его родители: мама – закройщицей, а отец – электриком. Но, как объяснила тётя Валя, эти профессии были прикрытием основного вида деятельности – разведка!
О, как Федя гордился своими родителями! Когда мальчик пошёл в первый класс, то заявил тётке:
– Я буду учиться на одни пятёрки! Мама с папой вернутся и обрадуются!
– Учись сынок, учись! – наставляла тётушка. – Большим человеком будешь, в люди выбъешься!
И, Федя днём учился, вечером делал уроки, а ночью представлял, как возвращаются родители со своего тайного задания. И они, всей семьёй, вернутся в их небольшой и тихий городок, в уютную квартиру, где у мальчика была своя комната.
С тётей Валей, Фёдор жил в старом, деревянном доме дореволюционной постройки, на окраине Москвы. Воду носили с колонки, а туалет был на улице. Когда Феде исполнилось восемь лет, тётка сказала, что мама с папой, прислали письмо. Как же, он тогда радовался! Мальчик держал конверт в руках и долго рассматривал. Письмо было на трёх страницах, исписанных мелким и по всей видимости, женским почерком.
– Это, мама писала?
– Мама, мама… – тётка утвердительного кивнула, – хочешь почитаю?!
– Я сам! У меня по чтению – пять! – Федька гордо выпятил грудь.
Мама писала, что они с отцом очень любят его и ужасно скучают. Что задание, которое им приходится выполнять, является государственной тайной! Что скоро они вернутся, и тогда её и отца, будут награждать медалями в самом Кремле. И что нужно продать квартиру в их маленьком городке, и приобрести в Москве, так как они хотят обосноваться в столице.
Фёдор не расставался с этим письмом, перечитывал несколько раз за день, а на ночь положил его под подушку. А потом были каникулы, и они с тётей Валей опять поехали на поезде, в его город детства продавать квартиру. И опять, Федя смотрел в окно, слушал стук колёс и пил горячий чай из гранённого стакана, прикусывая сахаром. Тётушка сидела напротив и любовалась племянником: «Какой ты у меня, красивый!»
На вырученные деньги, от продажи квартиры, удалось приобрести жильё в четырёхэтажном, кирпичном доме, на втором этаже. Это была однушка, с горячей и холодной водой, с ванной и туалетом. Таскать воду с колонки и справлять нужду в ведро, больше не требовалось.
Вскоре, тётя Валя умудрилась продать кому – то и свою квартирушку, в деревяшке. Она вообще, была женщина предприимчивая и никогда не унывающая. Купили новую мебель: тёте Вале – диван, а Федьке – письменный стол и кровать. Купили кухонный, светло – салатовый гарнитур, и даже хватило денег на тёплую куртку с мехом, для Фёдора, и зимние ботинки из натуральной кожи, рыжего цвета. Так что, во дворе мальчишка оказался самым модным.
Тётушка вообще, очень любила и баловала своего племянника. В кухонном столе, всегда лежали конфеты и печенье. Еду она готовила исключительно каждый день, и всегда говорила, что разогретая пища очень вредная. Тётя Валя рано ушла на пенсию, и всё своё свободное время, посвящала Феде. По выходным, они много гуляли, посещали театры и музеи, ездили на Красную площадь и Воробьёвы Горы. Тётка всегда была весёлой, никогда не унывала и заряжала своего племяша, такой же искрой Радости, что присутствовала в ней.
Когда Феде было одиннадцать лет, и он учился в пятом классе, до него стал домогаться хулиган Вовка, из седьмого «Б». При каждом удобном случае, Вовка выписывал Федьке подзатыльник или пинка. А однажды, после уроков, зажал его в раздевалке и потребовал денег. Это услышала техничка, а заодно и соседка по лестничной клетке – тётя Нюра. Она схватила семиклассника за шкирку и оттащила от Феди:
– Ах, ты жлоб! Парень и так сирота – без отца и матери, тётка его растит на свою пенсию, а ты деньги с него требуешь… – ругалась тётя Нюра на хулигана – старшеклассника.
Вечером племяш устроил тётушке допрос, почему техничка назвала его сиротой. И ей, пришлось признаться…В то злополучное утро, когда мама отвела сына в садик, они с отцом на стареньких «Жигулях», как всегда продолжили путь на швейную фабрику. Стояла зима…под снежком, который припорошил дорогу, была наледь. Отец не справился с управлением и вылетел навстречку – прямо под «Камаз».
– Феденька, сынок, ты прости меня! – в первый раз, тётя Валя заплакала. – Я не знала, как сказать тебе…
– Получается, я зря их ждал… – мальчишка опустил голову. – А самолёт…тот самолёт, который ты мне принесла в коробке, в детский сад?!
– Самолёт купили заранее твои родители, – перебила тётушка, – видимо, ко дню Рождения. Я его в квартире нашла, когда вещи твои собирала…
В тот же вечер, Федька разобрал свои игрушки, и нашёл на дне ящика самолётик. Отчистил его, подклеил крылья, закрасил фломастерами все ободранные места, и поставил на полку рядом с фотографией отца и матери. Это была последняя память, что осталась от родителей. С того самого дня, Фёдор перестал ждать…
А через неделю в школе, когда хулиган Вовка опять начал приставать, Федька разозлился не на шутку. Разозлился так, что двинул Вовке со всей силой, прямо в морду. И у семиклассника, под глазом долго красовался синяк. После этого случая Вовка обходил его стороной.
А ещё через месяц, тётя Валя привела своего дорогого племянника в секцию по вольной борьбе. Тренер оглядел мальчонку и строго произнёс:
– Раскормили пацана!
Но увидев, как лицо Федьки вспыхнуло яркой краской, добавил с улыбкой:
– Но, ничего, ничего…растрясём жирок!
Фёдор начал старательно и усердно заниматься. Через три месяца он показывал результаты, которые другие дети показывали через год занятий. Но жирок, почему – то не растрясывался. Федька также оставался полным, а его брюшко даже чуть – чуть выросло. Но мальчишка, не унывал! Тётя Валя заряжала его таким жизнелюбием и оптимизмом, что лишний вес казался пустяком и мелочью.
Федька лежал на раскладушке, которую поставили посреди кухни. Часы показывали далеко за полночь, но ему не спалось. В голове крутилось: «Лиза…ребёнок…Валерий Николаевич. А готов ли он, принять чужого ребёнка?! Получится ли стать, этому мальчику настоящим отцом…отцом ответственным и любящим?! Может зря, он уговаривает Лизу рожать?! А вдруг, он как муж, обманет её ожидания…»
Сон сморил около пяти утра, снилась тётя Валя. Во сне она пекла оладьи, толстые и пышные, какие любил Федька и ласково приговаривала: «Племяш ты мой, дорогой…воспитаешь! Любовь поможет тебе! Я же тебя, вон каким молодчиной вырастила…» – многозначительно улыбнулась женщина. Затем, почему – то нахмурилась, и добавила: «Кричит кто – то…»
Федька проснулся, кричала Лиза. Парень вскочил, и как ошпаренный рванул в маленькую комнату. Жена сидела на диване в ночной сорочке и испуганно бубнила:
– Кровь…у меня кровь!
Фёдор пригляделся, на подоле ночной сорочки алело красное пятно.
– Соня…Соня, вставайте! – тормошил зять, спящую женщину.
Вся семья собралась около Лизы.
– У меня резко заболел живот, и я проснулась, – девушка была очень растеряна, – а тут…тут кровь!
Вызвали скорую помощь.
Соня с Тимофеем решили сопровождать дочь в больницу. Федька остался с Мишенькой, его надо было накормить завтраком и проводить в школу. Отпросившись с работы и оформив день за счёт отпуска, Федя отвёл мальчонку в школу. Вернувшись домой, он начал чистить картошку. Парень понимал, что лучше чем – то заняться, иначе голова лопнет от мыслей. А мысли были гадкие и самоуничижительные: «Это я…это я, во всём виноват! Засомневался – нужен ли ребёнок! Вот я, скотина…ребёнок, это не вещь, которая нужна или нет. Сынок, прости меня! Ты мне нужен!» – Фёдор вспомнил своё детство, без отца и матери, и по его лицу потекли слёзы. – «Сын, ты мне нужен…слышишь, нужен!» – он воткнул нож в картофелину и начал неистово кромсать, ни в чём не виноватый овощ, на мелкие кусочки.
За этим занятием, его и застали Тимофей с Соней.
– Фёдор, что с тобой?! – тесть неслышно подошёл сзади и забрал из его рук нож. – Успокойся, всё хорошо…
– Что с Лизой?! – зять заплакал ещё сильнее. – Тимофей Геннадьевич, Соня! Я только сейчас понял, как на самом деле сильно люблю её. У меня…у меня никого, кроме Лизы и вас, нет! – на этих словах, парень беспомощно опустил руки и сел на табуретку.
– У Лизы всё хорошо! – Соня выключила кран с водой. – Была угроза выкидыша, но Слава Богу, всё обошлось! Некоторое время она полежит на сохранении. События последних дней…нервы…Федя, а ты завтракал?! – тёща уже накрывала на стол.
– Да, давайте – ка поедим, а то мой желудок с утра песни поёт… – улыбнулся Тимофей. – Соня, гляди – ка, сколько картошки нам зять начистил, неделю есть будем!
После завтрака мужчины уединились в маленькой комнате.
– Разговор серьёзный имеется… – Тимофей был торжественен.
– Не пугайте меня! – парень пытался отшутиться, но напряжения в голосе было не скрыть.
– Я и не пугаю! – тесть уселся на пол, и сложил ноги по – турецки. – Помнится, вы с Лизой, в студенческие годы посещали курсы гипнотерапии…
– Да, было дело! – Федька снял очки и начал усиленно тереть переносицу. – Не поверите, нам преподавал Валерий Николаевич! Ирония Судьбы… – усмехнулся парень.
– Вот, вот…ты парень у нас умный, а следовательно, какие – то навыки у тебя остались! – серьёзным тоном, продолжал Тимофей.
– К чему вы клоните?!
– А клоню я к тому, – тесть широко улыбнулся, – что ты должен сегодня…нет, прямо сейчас ввести меня в гипноз!
– Тимофей Геннадьевич, вы с ума сошли! Я ни разу этого не делал, – растерялся зять, – у меня…у меня не получится.
– Получится…не может не получится! – твёрдо парировал Тимофей. – Ну, не хочу я идти к этому чудо – доктору…совсем не хочу! – вздохнул он и добавил, – надо попасть в Прошлое, Федя…в Прошлое…поговорить с Лорен.
– Здорово вы придумали! – Федька вдруг хитро улыбнулся, он вспомнил тётю Валю, которая будь на его месте, однозначно пошла бы на эту авантюру. – А, давайте попробуем… – парень уже зашторивал окна, чтобы в комнате стало темно.
– Вот и спасибо! – обрадовался Тимофей. – Есть у меня подозрение, что причина всей этой истории кроется в двенадцатом веке! – мужчина уже поудобнее укладывался на диване. – Да, и перед Лорен я очень виноват…
– А если…если, я не смогу вас вернуть?! – занервничал зять.
– Ну, значит, я останусь в Прошлом и буду смотреть на вас через стеклянный шар! – улыбнулся Тимофей.
– Но, Соня…
– Тссс, Соне – молчок! Приступай… – тесть закрыл глаза, всем своим видом показывая, что готов к процедуре.
Глава 11
Шёл пятый день заточения. Лорен лежала на своём ложе, взгляд её был направлен внутрь себя. Вот уже второй день, женщина разговаривала со своей маткой, она уговаривала её раскрыться и скинуть плод. Этой практике её когда – то обучала Милона. И вот, сегодня к вечеру она почувствовала толчок внизу живота. «О, Боги, матка услышала меня! – обрадовалась Лорен. – Давай, давай, миленькая…ещё немного, открывайся…выкидывай из себя всё ненужное!»
По комнате пробежал ветерок, он ласково коснулся её волос и пощекотал нос.
– Кто ЗДЕСЬ?! – недовольно спросила Жрица. – Вы мне мешаете! Адриан, это ты?! – она устремила взгляд в дальний угол комнаты, звук шёл оттуда.
– Это я, Тимофей… – послышался мужской голос.
– Какой ещё Тимофей?! – разозлилась Лорен. – Я не знакома с мужчиной, который имеет такое имя.
Из – за тяжёлой шторы отделилась мужская фигура и начала двигаться в сторону кровати, на которой лежала Жрица.
– Не подходите ко мне! – взвизгнула девушка. Она соскочила со своего ложе и схватила тяжёлый, чугунный подсвечник.
– Я вынуждена защищаться! – громко закричала Лорен, размахивая подсвечником.
Но в этот момент налетела невидимая Сила, которая ловко вырвала подсвечник из рук Жрицы и бросила его на пол.
– Пожалуйста, сядь и успокойся! – эта же невидимая Сила, как будто обняла её за плечи и усадила на кровать. – Лорен, я твой отец! – перед ней стоял Покуба.
Да, да, её отец, которого она видела в последний раз, когда ей было девять лет. Всё те же ярко – голубые глаза, всё та же стать…вот только среди волос, кое – где пробивалась седина, а вокруг глаз плясали лучики морщин.
– Отец… – растерянно прошептала девушка, – …зачем Вы ЗДЕСЬ?!
– Лорен, дочка… – Покуба явно подбирал слова. – Ты прости нас с матерью…мы очень виноваты перед тобой!
– Я…я не желаю разговаривать с Вами! – Жрица прикрыла лицо руками, словно от удара. – Будьте добры, покиньте мою комнату!
– Ты стала очень красивой и женственной! – ничуть не смущаясь, что его выгоняют, Покуба уселся в кресло напротив.
– Вы предали меня! – Лорен постепенно начинала приходить в себя. – Вы бросили меня ребёнком! – распалялась она и дальше. – Бросили в одночасье…без объяснений! Что при этом, могла испытать маленькая девочка? Моё сердце чуть не разорвалось от горя… – девушка сжала кулаки. – И вот спустя четырнадцать лет, Вы появляетесь ЗДЕСЬ! И я так понимаю, что не просто так! Что Вам от меня надо?! – она топнула ногой.
– Дочь моя, ты вправе обвинять меня! Но, если позволишь, я попытаюсь всё объяснить…
– Мне не нужны Ваши объяснения…к чему они?! Боль в моём сердце уже улеглась… – Жрица пыталась успокоить саму себя.
– Прости, прости меня! – Покуба встал с кресла и подошёл к кровати Лорен, он встал на колени и начал целовать подол её платья. – Если бы в твоём сердце улеглась Боль, то вряд ли бы, ты стала избавляться от ребёнка. Лиза…Лиза попала в больницу! У неё открылось кровотечение, врачи сказали – угроза выкидыша.
– Ах, Лиза! – воскликнула Лорен, отталкивая Покубу от себя. – Вот в чём дело! Эта воровка была ЗДЕСЬ два дня назад и сообщила мне, что тоже беременна. Так, значит, Вы беспокоитесь за Лизу! – громко расхохоталась Лорен. – А я уж решила обрадоваться, что мать с отцом про меня вспомнили! Как бы не так…
– Дочь моя, пойми, что Лиза и ты – одна Душа! Я не могу вас делить, я люблю вас обеих! – Покуба опять вернулся в кресло. – Отцовское сердце разрывается от горя, когда я слышу, что вы обе хотите убить своих, ещё нерождённых детей! – в мужском голосе послышались нотки горечи.
– И Вы пришли, чтобы уговорить меня рожать?! Так вот, я Вас не обрадую! Я не буду рожать этого ребёнка. Ни одна Сила, не заставит меня сохранить эту беременность! – Жрица была непреклонна.
– А если, я скажу, что останусь ЗДЕСЬ…останусь навсегда в Прошлом?! Я буду жить с тобой рядом и помогать…
– Нет уж, благодарю…я не нуждаюсь, в такого рода Жертве! А потом, где гарантия, что в один прекрасный момент Вы опять не исчезнете, также в одночасье, как много лет назад?! Я не желаю заново попасть в ловушку Боли! Я просто физически не смогу пережить это состояние, ещё раз! – Лорен заплакала.
– Доченька, ты самое дорогое, что есть в моей Жизни! – Покуба был искренен. – И не важно, в какой роли – Лорен или Лизы! Пойми, вы обе для меня – Единое Целое! Разреши мне всё объяснить тебе, дай мне шанс…один только шанс, возможность реабилитироваться перед тобой! – голос отца был умоляющим.
– Слушаю! – высокомерно произнесла Главная Жрица и заняла место на своём мини – троне.
– Благодарю! – выдохнул облегчённо Покуба и начал свой рассказ. – В двадцать первом веке, моя жена Нина, она же – Милона в двенадцатом веке, бросила свою дочь Лизу совсем крошкой. Бросила и ушла жить к другому мужчине. Лиза тяжело болела и мне пришлось попасть в Прошлое, чтобы спасти её. ЗДЕСЬ, в Прошлом, я встретил твою мать – прислужницу Софи. Встретил и влюбился без памяти! Я до сих пор, Боготворю твою мать и очень счастлив с ней!
– Меня абсолютно, не интересуют подробности Ваших личных отношений! – зло перебила Лорен. – Пока Вы с Софи наслаждались жизнью и были счастливы, маленький ребёнок лил слёзы…
– Лорен, пожалуйста, дай мне договорить!
Жрица замолчала. Приняв её молчание за знак согласия, отец продолжил:
– У нас родилась дочь! Этот ребёнок был плодом Любви и Нежности…это ты, Лорен! О, как мы были счастливы, когда вечерами сидели в обнимку и рассматривали твои крошечные ручки и ножки, твои пальчики. Твоя мать Софи, подарила мне всю себя! Это был бесценный подарок Богов, это был подарок Свыше! Но, во время твоего рождения, сдвинулись Временные Решётки. Ведь, если бы я в роли Тимофея из Будущего не попал в Прошлое, то и ты, Лорен, не появилась бы на Свет! Расплата за сдвиг Временных Решёток, произошла в том, что Софи вместе со мной отправилась в двадцать первый век и воспитывала там Лизу. А Милона осталась в Прошлом и стала твоей приёмной матерью. Так распорядилось Время! И мы, люди, бессильны перед ним…Оно Неумолимо! Каждый…каждый день, когда я смотрел на Лизу, то видел в ней тебя, и сердце моё сжималось при мысли, что ты ЗДЕСЬ одна. Дочь моя, поверь мне! Но…Время и наградило нас! Ведь удалось снять Проклятие и с тебя, и с Лизы…удалось снять Проклятие с вашей Души.
– О каком Проклятье Вы сейчас говорите?! – удивилась Жрица.
– На вас обеих были наложены Чары Колдовства! В течении предыдущих жизней не ты, не Лиза не доживали до четырёх лет. Мне, в роли Покубы, удалось решить этот вопрос.
– И каким же образом?! – голос Лорен выражал недоверие.
– Своим появлением из Будущего, я изменил Прошлое! И вот теперь, вы обе – живы и здоровы! И вот теперь, я готов загладить свою вину перед моей маленькой Лорен, – по лицу Тимофея потекли слёзы, – и остаться ЗДЕСЬ, рядом с тобой…если, конечно, ты разрешишь мне. Доченька, только прошу, не лишай себя возможности стать Матерью. Это великая Миссия Женщины на планете Земля! Вспомни, как страдала Милона от того, что Боги лишили её возможности испытать Чудо Материнства…
– Милона никогда не рассказывала мне про Проклятие… – пыталась сопротивляться Жрица.
– Когда – то, Проклятие наложил Жрец Виллей в отместку младшему брату, то есть мне…
– А за что он мстил?!
– «Шерше ля фам» – ищите женщину! – улыбнулся ночной гость. – Всё очень просто! Виллей всем сердцем любил Милону, она же боготворила Покубу, и как это бывает в кино, для Покубы – дыханием жизни, была Софи. Лорен, дочка, миром правит Любовь!
– Да как же, она правит?! – возмутилась девушка. – Любовь не правит, она делает всех несчастными!
– В роли твоего сына, должна прийти Душа Виллея. Взяв ребёнка на руки и прижав к своей груди, увидев его первую, несмелую улыбку, ты простишь…простишь ВСЁ и ВСЕХ. Сила Любви в Прощении! – голос отца сник. – Когда ты, осознаешь это – тебе откроются все двери! Когда ты, научишься прощать – тебе откроются все дороги Будущего! Обида заставляет стоять на месте и постоянно оборачиваться назад, испепеляя твоё сердце Ненавистью!
– Милона простила Покубу… – словно не слыша отца, рассуждала вслух Жрица – …взамен…взамен, она обрела преданную Любовь Виллея, обрела меня, пусть приёмную, но дочь. Я любила Милону…она…она и была Моей Матерью…я всё поняла! – на этих словах, Лорен величественно протянула руку в сторону комнаты для аудиенций. – Там…на окне…лежит холщовый мешочек. Возьмите его и передайте Софи, она всё поймёт! Я больше не нуждаюсь в том предмете, который лежит в мешочке. А теперь оставьте меня, я очень устала…
Гость из Будущего испарился.
На утро Великая Жрица Любви, сообщила Адриану, что готова стать его женой…
*****
Федька снял руки с головы тестя.
– Тимофей Геннадьевич, возвращайтесь…три, четыре, пять, шесть, семь, восемь, девять, десять… – зять начал обратный отсчёт.
В дверь постучали. В комнату вошла Соня. Она присела на диван рядом с мужем, и заглянула ему в глаза:
– Я думала, ты останешься ТАМ…но Время, в очередной раз проявило Милосердие, и вернуло тебя обратно! – по её лицу потекли слёзы счастья.
В ответ, Тимофей вложил в руку жены холщовый мешочек.
– Лорен передала… – сказал он тихо, затем помолчал и добавил, – …я нашёл тебя…нашёл через века, через столетия. Время здесь ни при чём, наша Любовь вне Времени!
Софи развернула мешочек и достала из него стеклянный шар…
У Федьки зазвонил телефон. «Лиза…из больницы…» – парень трясущимися руками нажал на кнопку «Вызов».
– Федь, ты прости меня! – Лиза заплакала в трубку. – Ты у меня самый лучший…
– Лиз…Лиза, ты только сына береги! – Федька вспотел. – Лиз, он жить должен…
– Федь, я только сейчас поняла, что люблю тебя! – на этой фразе девушка замолчала.
Федька засопел в трубку, он растерялся.
– Федь, а давай сына Егором назовём?!
Прошёл год.
Лиза гуляла с коляской около дома. Трёхмесячный Егорка сладко посапывал в коляске, одетый в нарядный комбинезон.
К подъезду подошла женщина, на вид ей было около пятидесяти лет. По её измождённому лицу и неестественной худобе, было понятно, что изнутри её гложет какая – то болезнь. Она держала за руку очень красивую девочку, лет восьми.
Женщина обратилась к Лизе:
– Вы, не подскажете, в этом подъезде должен мужчина жить…Тимофеем звать?! У него ещё дочь есть…
– По всей видимости, это мой отец… – перебила Лиза.
– Ой, а вы, можете меня проводить к нему?! – обрадовалась женщина.
– Поднимитесь сами, квартира 97, там Соня дома, она вам откроет. А то… – девушка виновато улыбнулась, – …мы только погулять вышли! – на этих словах, она заглянула в коляску. И с трепетом и нежностью, свойственным молодым матерям, начала поправлять шапочку на голове ребёнка.
Соня открыла дверь.
– Вы кто?! – удивилась хозяйка квартиры.
– Я, Татьяна! Можно войти?!
– Да, да, проходите!
Соня хлопотала на кухне. Заварила свежий чай, нарезала лимон и достала из холодильника остатки торта.
– Вот…сама пекла, у зятя вчера день рождения было. Угощайтесь!
Восьмилетняя девочка, молча взяла кусок торта, и с безразличным видом, начала его есть. Татьяна отхлебнула чай и заплакала:
– Мне завтра в больницу ложиться…операцию назначили, онкология груди… – женщина опустила глаза, – …а у неё, – она ткнула пальцем в сторону ребёнка, – у неё отец в запое! Мне обратиться даже не к кому! Нина…Нина много рассказывала про вас с Тимофеем, вот я и решилась. Вы присмотрите, пожалуйста, за моей племянницей. А там…я из больницы, Бог даст, выйду…или отец её непутный, Ромка, выходится…не могу оставить её одну, не могу! – Татьяна отодвинула чашку с чаем и зарыдала в голос. – Я и вещи принесла…
Девочку смотрела на тётку и молчала.
– Да не переживайте вы так! Конечно присмотрим, пусть пока у нас поживёт. А она…она всегда вот так молчит?! – Соня растерянно посмотрела в сторону девочки.
– Да нет, стесняется просто, – затараторила Татьяна, – тяжело идёт к новым людям. Она так – то умненькая, во втором классе учится, на одни пятёрки. Мать её, сестра моя, Царство ей Небесное, умерла при родах, а Ромка…Ромка пьёт беспробудно, вместе с Генкой моим. Как напьётся, так и плачет, что Снежку любит и жизнь без неё не мила. Боится племяшка моя, отца – то пьяного… – на этих словах, женщина начала нервно поправлять воротничок кофточки ребёнка. – Вот, тут учебники, тетради, возьмите, а мне идти пора! – не оборачиваясь, Татьяна направилась быстрым шагом ко входной двери.
Племянница смотрела молча, как уходит тётка, по её лицу текли слёзы, но с места девочка не сдвинулась.
С гулянья вернулась Лиза. Пока она возилась с коляской и снимала обувь, Соня раздевала Егорку. Она бережно положила малыша на диван, и стала снимать с него комбинезон. Малыш уже проснулся, увидев знакомые лица, он заулыбался.
– Сейчас наш Егор кушать будет! – меняя памперс, ласково приговаривала Соня. – Мама руки намоет и покормит нашего мальчика.
– А можно, мне его на ручки взять?! – за спиной послышался детский голос.
– Да, конечно! – женщина от неожиданности вздрогнула. – Только осторожно, не урони! – она передала малыша девочке.
– Какой хорошенький! – заулыбалась девчонка.
«Вот вы и встретились!» – подумала Софи. – «Виллей и Милона…Вениамин и Нина. Бог даст, в этой жизни всё у вас будет хорошо! Любовь нашла вас, нашла вне Времени…»