Текст книги "Ты пахнешь как солнце"

Автор книги: Эллин Ти

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц)

Глава 6
Мира

Пара нормальных – Не улетай

Матео… Ураган. Ураган, который слишком резко ворвался в мою жизнь, когда я этого не ждала и не планировала. Он сделал что-то со мной, изменил что-то внутри меня, но я пока не очень понимаю, что именно, потому что прошло очень мало времени.

Мы не находимся с ним двадцать четыре на семь, совсем нет, потому что я на отдыхе с подругами, и мы стараемся проводить как можно больше времени вместе. И только на вторую неделю отдыха, когда к Кате приезжает ее муж Давид, Юля и Аля, мои подруги, знакомятся с какими-то местными блогерами и даже умудряются найти общий язык, не зная языка, а Яна все чаще оказывается под крылом Андрея, я позволяю себе еще пару раз погулять с Матео.

И мы правда просто гуляем. После того раза в бассейне на вечеринке между нами больше ничего не было. Матео понял и принял мое отношение к Дане и к нашим странным отношениям и пообещал больше не приставать ко мне, но при этом просил не вычеркивать его из жизни.

Не то чтобы я собиралась…

Матео прекрасный парень, правда. Он смешной и очень внимательный, с ним легко и комфортно, он открытый и очень очаровательный. Я бы хотела иметь такого друга, но он на неделе сказал, что влюбился в меня с первого взгляда и я поняла, что не могу быть такой стервой, чтобы нагло пользоваться его отношением ко мне.

Не знаю, правдивы ли были его слова или это просто такой флирт, но в любом случае он не заслуживает потребительского отношения. Я не могу сказать, что влюблена в него, хотя отрицать симпатию к нему просто бессмысленно. Он замечательный, за таких, как Матео, надо выходить замуж без секунды раздумий, но проблема в том, что в моей сказке принцесса полюбила злое чудище, а не прекрасного принца. Увы и ах, финал не будет счастливым, а принцесса так и будет страдать от отношения чудища к себе.

Головой я понимаю все, но сердцу не прикажешь. Если бы я руководила собой сама, а не отдавала бы этому органу бразды правления, я бы осталась в Валенсии, влюбила бы в себя Матео до одури, сама влюбилась бы до потери памяти и не знала бы, что такое слезы и разбитое сердце.

Но вот это самое идиотское сердце никогда не дает мне поступать по логике, ломая всю адекватность моей жизни.

Именно поэтому весь отдых я провожу с Даней, делая вид, что меня не задевают его бесконечные бабы, а с Матео просто общаюсь.

Мы улетаем завтра. Отпуск прошел как-то слишком быстро, но я благодарна Матео за то, что он сделал его очень ярким. А еще… показал мне, что бывает хорошее отношение мужчины к женщине, что бывают ухаживания, долгие разговоры обо всем на свете, нежные поцелуи в висок и кончик носа, откровения и просто забавные минутки, когда вы сходите с ума от смеха, щекотки и идиотских шуток.

Наверное, этот загорелый красавчик был дан мне в жизни, чтобы я поняла, как бывает. И вспоминала его всегда, когда с тем самым, в которого я давно и по уши, будет совершенно не так.

Возможно, когда-нибудь я найду в себе силы, чтобы уйти от Дани навсегда. И к черту то идиотское предсказание про однофамильца! Значит, не буду счастлива. Потому что я и с ним-то не особо… Просто, когда он рядом, мне хорошо. А я, как собака побитая, бегу к хозяину, который меня обидел, а потом поманил пальцем и дал вкусняшку. И стал хорошим. До следующей обиды.

Ладно, к черту Даню. Завтра у нас самолет, и я хочу нормально провести время с Матео. Сказать ему спасибо за эти две недели, крепко обнять, помолчать с ним, посмотреть последний раз на звезды и обязательно загадать желание. Мне необходимо нормально с ним попрощаться, потому что мы, скорее всего, и не увидимся никогда больше. А он сделал столько хорошего для меня, что я не могу просто уехать молча.

Мы договариваемся встретиться просто на пляже. Точно как в первый наш день знакомства. Только секс исключаем из программы ночи, потому что я пообещала себе, что еще ближе мы не должны становиться.

Я не хочу им пользоваться, просто чтобы чувствовать себя желанной, как никогда и ни с кем. Не после его признаний.

Надеваю купальник, а сверху летний сарафан. Я очень хочу поплавать ночью, надеюсь, Матео разделит мои желания.

Он ждет меня у отеля, ну конечно. Мистер «почему ты вообще должна ходить одна, когда рядом есть я». Где бы мы ни договаривались увидеться, он всегда приходит раньше и стоит у отеля. То с коктейлем, то с мороженым, то с веточкой каких-то необычных цветов.

– Привет, cereza, – говорит он сразу, как видит меня. Матео раскрывает руки для объятий, и я ныряю в них без раздумий. Мы не виделись два дня, и, честно признаться, я соскучилась.

– Привет, красавчик. Пойдем?

Он не отвечает. Просто берет меня за руку и ведет к пляжу, не задавая лишних вопросов. Даже в таких мелочах он предпочитает не разговаривать, а сразу действовать, это не может не нравиться.

До пляжа мы идем молча, также молча садимся на песок, так, чтобы волны касались пальцев ног.

Матео целыми днями расхаживает тут без рубашки, даже сейчас он в одних только шортах, и я почему-то улыбаюсь, думая о том, что в Москве ему пришлось бы тяжеловато, потому что даже летом вечером мы накидываем что-то на плечи, ведь бывает прохладно.

Понятно, что и тут бывает нежарко, особенно зимой, но Матео так сильно идет тепло, море и все остальное, что я просто с трудом представляю, как бы он смотрелся в снегу.

Ну… контрастно! Вот в чем не сомневаюсь точно.

– Мы улетаем завтра, – говорю негромко, начиная разговор. Молчать с ним комфортно, и делать это можно до бесконечности, но как будто бы сегодня нужно поговорить. Хотя бы немного.

– Во сколько?

– Самолет в девять утра, но до аэропорта далеко, поэтому выезжаем из отеля мы рано утром и сразу в путь.

– Я приду и…

– Не надо! – перебиваю его. – Не надо провожать, пожалуйста. Просто… не надо. Давай прощаться сегодня, ладно?

Потому что, если он приедет провожать, я буду плакать. Совершенно точно буду плакать у него на плече и рвать этим не только себе, но и ему сердце. А его сердце нужно любить и оберегать, а не разбивать его на мелкие части.

Не люблю долгих прощаний, не люблю слезы в дорогу, поэтому не хочу. Было круто, но придется это отпустить, и не будет ничего лучше, чем если мы отпустим это сейчас.

– Даже к отелю нельзя? – грустно он улыбается. Понимает, почему я прошу не приезжать. Самый понимающий человек во Вселенной.

Так несправедливо, если честно… Тот, кто понимает и дарит улыбку, находится слишком далеко. У нас разные жизни, совершенно разные, не так просто их соединить вне этого отпуска. С ним легко и здорово, но это все заканчивается вместе с обратной датой билета.

А тот, кто рядом, он…

Черт с ним. Не хочу! Не хочу и не буду думать о Дане рядом с Матео. Потому что такого он тоже не заслуживает. Причем ни один не достоин быть упомянутым рядом с Матео, ни другой не заслужил упоминаний такого козла рядом.

– Не надо. Пусть наш отпуск закончится там, где начался.

– Здесь?

– Да. Здесь…

Ветер и шум волн уносят мой шепот. И мы не разговариваем больше. Вообще. Не произносим ни слова, но постоянно касаемся пальцами и говорим, но молча. Касаниями и переглядками говорим друг другу очень много.

А когда я вижу, как падает звезда, загадываю только одно желание: хочу, чтобы этот невероятный мужчина нашел свою настоящую любовь. Которой он достоин. Самой чистой и самой светлой, точно как его внутренний мир.

А потом мы идем плавать. И в итоге просто стоим в море и обнимаемся, крепко-крепко прижимаясь друг к другу. Я прячу нос в его шее и не могу удержать две предательские дорожки слез, скатившиеся по щекам. Это не слезы горя или обиды, это… Наверное, это слезы именно прощания. И понимания, что этого прекрасного человека в моей жизни, увы, но больше не будет.

Матео отрывается от меня, и мы прислоняемся лбами. Закрываем глаза и дарим друг другу один-единственный нежный поцелуй. Не глубокий, не развязный, совсем крошечный, но безумно нежный. А потом Матео ныряет в карман своих шорт, прямо в воде, и достает оттуда цепочку. А на ней подвеска в виде вишенки. Ярко-красная с золотой веточкой, такая утонченная и красивая, что на глаза снова набегают слезы.

Cereza.

Мне до дрожи нравится это прозвище, если честно. Нравится, как оно звучит на испанском и из его уст. Я целую его в щеку и разворачиваюсь спиной, чтобы он надел мне ее на шею.

Она прохладная, и я вздрагиваю, а потом получаю еще один нежный поцелуй в шею. Прикрываю глаза.

– Носи ее, пожалуйста, до тех пор, пока воспоминания обо мне буду дарить тебе улыбку, cereza.

И это были последние сказанные мне слова.

А когда мы разошлись, я не оборачивалась, только сжимала в кулаке висящую на груди вишенку и горько плакала.

Глава 7
Мира

Елка – Скучаю

Год и два месяца назад

от событий настоящего времени. Осень

– Еще три минуты отрабатываем, – говорит мой тренер. Мы стоим на ринге, он – в лапах, я – в перчатках. Бью, как он учил, дорабатываю последние три минуты тренировки, валюсь с ног, но так кайфую!

Левой, правой, пригнуться, снова правой. Левой, правой, пригнуться, снова правой…

Одни и те же движения по кругу никогда не надоедают. Этот спорт точно как моя жизнь – все одинаковое, но вставляет каждый раз по-разному.

Дамир отбивает мне кулаки, когда заканчиваем, и я иду в раздевалку. Первым делом проверяю телефон – там тишина. Нет ни единого сообщения, даже чат с девчонками молчит. Все вымерли?

Через два часа я иду на новое занятие, потому что мне внезапно захотелось научиться лепить из глины, поэтому это свободное время планирую провести за работой в кафешке. У меня всегда с собой ноут.

Быстро принимаю душ, одеваюсь, прячу форму в рюкзак, надеваю украшения, на пару секунд сжимаю в кулаке висящую на груди вишенку, невольно улыбаюсь и выбегаю из спортзала, потому что меня уже ждет такси. Мою малышку забрали на ремонт, и уже три дня мне приходится передвигаться чуть менее комфортным способом, чем обычно.

Снова смотрю в телефон. Там пусто. Неужели…

Вчера я впервые за три месяца после возвращения из Валенсии призналась Дане, что была с другим мужчиной. Ну как-то вот так вышло у нас, что разговор дошел до этого и я не стала молчать.

Мы помирились через неделю после моего прилета, потому что я позвонила ему и сказала, что дома. А он попросил приехать, и я, честно признаться, сначала долго думала (около часа, это мой рекорд), а потом собралась и поехала. И вот мы вместе уже почти три месяца. В целом ничего в наших отношениях не меняется, но я и не особо ждала каких-то перемен, откуда им взяться-то?

А вчера как-то так вышло… Я и сама не поняла как! Но я сказала ему правду. Что в Валенсии у меня был секс с другим мужчиной. Даня просто улыбнулся и сказал: «Ну не страшно, малышка. Мы же не были вместе в это время, я тоже был с девчонками».

А потом я сказала, что мы много болтали, смотрели на звезды, целовались, обсуждали все на свете, обнимались и были единым целым, и речь вообще не о сексе.

И ушла.

Не знаю, что произошло вдруг со мной. Может, вишенка на груди придавала мне силы во время разговора, а может, я и правда просто устала от такого отношения, понятия не имею! Но факт остается фактом: я рассказала ему все это и просто ушла.

Мы не ссорились, но я чувствую, что у нас снова какие-то неполадки. Поэтому я и жду сообщения. Банального и привычного «приезжай», после которого я, конечно, как дура к нему полечу, но…

Он не пишет.

Означает ли это, что мы снова расстались, или нет? Мне казалось, что у нас все в порядке, мы так долго в этот раз продержались вместе, даже однажды сходили в кино! Это огромное достижение, так как дальше кровати и кухни мы с ним особо не перемещаемся.

Да к черту его…

Такси останавливается у кафешки, выхожу, надеясь не оставить в салоне все свои многочисленные сумки, и бегу за столик, потому что мне катастрофически нужен кофе, а еще удобный стул, туалет, какой-нибудь салат, где будет куча зелени, и просто удобный стол, потому что я обещала скинуть заказчику черновой вариант завтра, а время поджимает уже ну о-о-о-очень сильно!

Кстати, с недавних пор я начала работать на себя и не могу нарадоваться этому событию в моей жизни. Я все еще дизайнер, но теперь клиенты идут напрямую ко мне, я могу разработать абсолютно любой дизайн, а не только то, что соответствует политике фирмы, а еще это приносит сильно больше денег, так что тут одни плюсы! И завтра мне надо сдать примерный вариант дизайна… эм… сайта для магазина секс-игрушек. И это очень крутой опыт, скажу я вам! Сайты я не пишу, конечно, но меня попросили показать, как это может здорово выглядеть. А я что, дурочка от такого отказываться?

Вот и сижу в кофейне… Пью свой капучино, ем салат с горой зелени и переставляю с места на место секс-игрушки по экрану ноута, пытаясь понять, в каком месте будут лучше смотреться наручники, а где лучше показать бутылочку смазки и огромный, резиновый, черный…

– Интересное занятие, – слышу смешок сзади. Оборачиваюсь, стоит какой-то парень. Улыбается во весь рот и так смотрит на меня, словно я тут порнофильм смотрела на всю громкость.

– Работа, – пожимаю плечами. Мне с ним знакомиться неинтересно, поэтому и разговаривать тоже нет желания.

– Кем работаешь?

Да господи…

– А вот все это, – обвожу пальцем экран, – тестирую, потом отзывы пишу.

– Серьезно?!

– Угу. Вот как раз пишу отзыв об этом черном красавчике. Ну, сравниваю, что лучше, такой, как этот, или натуральный, понимаешь?

– Да натуральных таких и не бывает, – хмыкает он. Вижу по его лицу, что знакомиться он уже передумал, и в целом это то, что мне нужно!

– Если ты не видел, не значит, что не бывает, – говорю самодовольно. Не хочу хвастаться, конечно, но довелось мне однажды… О боже!

– А ты видела? – сомневается он, но на телефон вдруг приходит уведомление, и я мысленно шлю к черту и этого парня, и работу, и все остальное. Я прямо жду, чтобы увидеть там сообщение от Дани, но…

Но застываю, потому что уведомление там другое.

Пользователь Mateo Blanco оценил вашу публикацию.

Стоит ли говорить, что мы оборвали все общение еще в день моего отъезда? Это уведомление выбивает почву у меня из-под ног. Он оценил фото, где я… В общем, сегодня утром был очень красивый солнечный луч в комнате. И я словила отличный кадр. На фото только мои ключицы и часть грудной клетки, а солнечный луч касается подвески с вишней и красиво сияет в кадре.

Это намек на то, что он тоже обо мне не забывает? Потому что если «да», то это очень взаимно. Как бы там ни было – не могу забыть.

И… не хочу.

Поэтому с улыбкой убираю телефон в сторону и продолжаю думать, где бы лучше смотрелся этот самый огромный и черный… м-да.

Я доделываю побитый жизнью горшок, если его можно назвать таким, и понимаю, что гончарное искусство – все-таки не мое. Ну попробовать стоило! Зато теперь я знаю, что сидеть в душном помещении с таким же душным преподавателем – это не ко мне и сюда приходить больше не стану.

Даже глина не помогает мне отвлечься, я каждые семь минут бросаю взгляд на экран телефона и вообще не понимаю, почему Даня мне не пишет. Он ведь сам сказал, что в сексе с другим парнем не было ничего страшного, ведь в это время мы не были вместе и у него самого были другие девушки. Он даже не выдал мне что-то вроде «я – мужчина, и это другое», нет! Он на самом деле просто улыбнулся и без тени сомнений сообщил мне, что я не сделала ничего плохого.

Конечно, в глубине (а может, не так уж и глубоко) души я бы хотела, чтобы он приревновал… Мне не нужна сумасшедшая и неадекватная ревность, нет! Но… неужели ему и правда все равно, что я была с другим? Что он трогал меня, целовал, был со мной…

Просто я каждый раз умираю от боли, когда у него другие девушки. Но раньше умирала гораздо сильнее, сейчас это происходит в более легкой форме, но никуда не уходит. Мне все еще больно, что он с другими, все еще грустно, что ему не хватает меня одной, все еще непонятно, зачем я это терплю и почему не перестаю его любить.

А телефон продолжает молчать, и я правда не понимаю, как это расценивать.

Когда занятие наконец-то заканчивается, я еду домой. Моя уютная квартира на семнадцатом этаже новостройки не позволяет мне грустить никогда, потому что окна выходят на запад и каждый вечер я могу наблюдать красивейшие закаты в любое время года.

Захожу домой и улыбка сразу спадает с лица. Честно признаться, иногда я очень устаю быть той самой веселушкой Мирой и душой компании, поэтому еще больше люблю свою квартиру – в ней я могу не притворяться.

Не знаю, что за болезнь у меня, но я притворяюсь буквально всегда. Даже при подругах. Могу, конечно, пореветь у них на плече, но зачастую и при них я тоже самый веселый человек на свете. Как-то так вышло, что я просто не хочу быть слабой и показывать то, что болит или тревожит. Гораздо проще быть душой компании и травить шутки двадцать четыре на семь. И мое притворство касается не того, что я пытаюсь быть веселой, нет! Я правда такая. Не могу сидеть на месте и постоянно болтаю. Мое притворство распространяется на вот это чертово «у меня все хорошо». Ноль грустных выражений лица при ком бы то ни было.

При маме и сестре у меня всегда все круто, потому что не хочу им показывать настоящую сторону себя. Им все равно это не нужно. При подругах даю слабину крайне редко, больше предпочитаю поддерживать их. При Дане я вообще идеальная девушка, потому что если я ему идеальная не всегда нужна, то другую меня он и вовсе рассматривать даже не будет.

И… в моей жизни был только один человек, при котором я смогла быть самой собой. Причем всегда!

В первую нашу встречу он оказался прав: чужому человеку выговориться легче. Потому что ему нет дела до осуждения, он не знает тебя и твоей жизни. Вы разойдетесь, точно в море корабли, и вас никогда и ничего больше не будет связывать.

Я послушала его и открылась. Рассказала о страхах, о жизни, о том, что болит и тревожит. Поделилась даже тем чертовым предсказанием, в которое я почему-то верю всю свою жизнь, хотя не особо являюсь фанатом всяких таких штук. Я лежала на его плече и плакала, когда рассказывала о том, как Даня бросил меня в первый раз! Я открыла ему сердце и душу, смеялась во все горло и не боялась показаться странной, снова плакала и почему-то не боялась, что он решит, что я какая-то не такая. Я дралась при нем! Я занималась с ним сексом при сильном освещении и смотрела в глаза! Я позволила себе быть с ним самой собой, а он в ответ не скрывал ничего от меня.

Матео и правда был единственным человеком в моей жизни, при котором мне не приходилось притворяться, и, конечно, я жалею, что тот отпуск не продлился целую вечность, а я не смогла заставить свое сердце разлюбить одного и полюбить другого…

Глава 8
Мира

ANNA ASTI – Преданный бывший

Год назад от основных событий. Осень

– Ваша чашка выглядит грустной, Мирослава, – стоит надо мной преподаватель и гнусавым голосом говорит мне какую-то чушь.

Итак, по порядку!

Во-первых, я продолжила ходить на гончарное искусство, и вот уже два месяца стабильно три раза в неделю по часу я не понимаю, что тут делаю. Но продолжаю приходить и лепить из глины, сходя с ума от духоты. И помещения, и препода, все еще.

Во-вторых, я нашла в этом долю умиротворения, чтобы не поехать крышей, потому что все два месяца Даня не выходит на связь и, что самое забавное в этой ситуации, на мои звонки он тоже не отвечает.

В-третьих…

– Это кусок глины, как, скажите на милость, ему стать веселым?

– Это уже не кусок, вы ведь сделали из него творение, Мира, а если говорить о том, может ли быть изделие грустным, то…

То бла-бла, опять одно и то же, не понимаю, зачем мне повторять по сто раз, если мне с первого все равно? Я прихожу сюда для души, а не чтобы стать крутым гончаром. Я не собираюсь делать выставку глиняных горшочков и продавать их как произведение искусства, я просто хочу поковыряться в глине и успокоить нервы от тяжелых дней, все! Я работаю с людьми, конечно, нервы ни к черту, мне просто это нужно…

Но я киваю ему, а потом беру палочку и царапаю на пока еще влажной глине две полосочки – глаза, и одну дугу – улыбку.

Надеюсь, теперь моя чашка выглядит достаточно веселой для этого душнилы.

После занятия захожу в чат к девчонкам. У нас сегодня совместный поход в кино, мы идем на романтический фильм «Нелюбовь». Делаем вид, что идем за интересным сюжетом, на деле же мы видели каст и просто идем поглазеть на красивого мужика. Еще скажите, что вы так не делали…

ЧАТ СУЧАТ:

Мира: Надеюсь, ни у кого не изменились планы и через два часа все будут у кинотеатра, как мы и договаривались?

Яна: Ну если Никита твой не объявится и ты не убежишь к нему, то все будут на месте:)

Мира: Он Даня.

Яна: А ведет себя как Никита. Всё в силе! Я даже вечернюю тренировку с детьми на Андрея перекинула, так что я вся ваша.

Аля: Мы съемку перенесли на завтра, чтобы в кино сходить, давно не собирались нигде!

Катя: У меня в целом ничего не отменилось и не перенеслось, но Давид пожертвовал вечером с друзьями, чтобы привезти и забрать меня, так что ничего отменять уже нельзя!

Мира: Ладно! Тогда увидимся через два часа, обняла всех <3

Улыбка цветет на губах, когда предвкушаю прекрасный вечер. Я обожаю этих девчонок за то, что с ними всегда хорошо и комфортно!

Прыгаю в машину, хочу перед кино заехать домой переодеться и поправить макияж и прическу. Как ритуалом трогаю подвеску вишенки на шее и срываюсь с места.

Я люблю такие насыщенные дни, когда тебе надо везде и сразу. Потому что тогда не остается времени на то, чтобы анализировать, вспоминать, думать, грустить. Я не обращаю внимания на слова Яны о Дане, это все давно перешло за черту наших личных шуток и никогда меня не обижает. Тем более что сама Яна не в курсе, как мне на самом деле больно от того, что мы не виделись с Даней уже больше двух месяцев. Он даже не выкладывает в соцсети фото и видео со своих бесконечных тусовок, вообще ничего!

Дома снова лучше всего, я быстро принимаю душ, делаю красивую укладку, крашу ресницы. Бросаю взгляд на время – я почти опаздываю! Еще минут десять, и девочки меня расчленят, честное слово.

Стараюсь ускориться, но, когда застегиваю молнию на платье, слышу звонок в дверь. Господи, это снова соседка? Этажом выше поселили женщину, которая в моем лице нашла себе вечного помощника с настройкой телефона, телевизора и прочей техники. Больше ко мне прийти некому, да и в домофон никто не звонил, так что точно она.

Поэтому я бросаю чертову молнию на половине и бегу к двери, уже репетируя фразу «я спешу ничемнемогувампомочь», открываю дверь и как только набираю воздуха в грудь, чтобы сказать ей уже заученную фразу, как…

Как моя челюсть падает в обморок. Или я падаю в обморок, а челюсть на пол, я туговато соображаю сейчас.

Потому что у дверей Даня. Настоящий, правда не выдуманный. У него в руках небольшой букет цветов, а на губах какая-то странная улыбка. И смотрит прямо на меня, и…

– Привет, – говорит. – Можно?

Заторможенно, но киваю. Пропускаю его внутрь, забываю все слова и вообще всё.

Никогда… Никогда он не приходил ко мне первым. Ни единого раза за все наши долгие и странные отношения он не приходил первым. Звонил и просил приехать – да, в его стиле. Но чтобы сам… С цветами!

Я не знаю, что происходит, но когда он протягивает букет, а я принимаю – руки дрожат очень сильно.

Он и правда пришел сам, с ума сойти можно, я… я теряю дар речи и просто как дура смотрю на него, пытаясь понять, это все на самом деле происходит или я сошла с ума?

– Мира, нам надо поговорить, – выдает он.

Снова киваю и, как робот, на автомате иду на кухню. Ставлю в вазу цветы, зачем-то делаю кофе. Просто я ничего не понимаю! Столько лет… Мы вместе столько лет, и после ссоры он пришел ко мне впервые! Первый раз, правда самый первый! Обычно шаг навстречу делала я… Я не понимаю ничего. Что вдруг случилось? Мне стоит волноваться?

Ставлю кофе ему и себе, сажусь за стол напротив. Все кажется каким-то розыгрышем.

Телефон рядом взрывается кучей сообщений, и я понимаю, что девочки меня потеряли. Черт… я ведь сама спрашивала, никто ли не собирается отвертеться от кино, а что в итоге? А в итоге я не могу позволить себе уйти, когда он пришел ко мне впервые. Поэтому пишу…

ЧАТ СУЧАТ:

Мира: Я с Даней, простите.

Яна: Да чтоб он провалился, честное слово!

Катя: Мира, ну как так? Серьезно?

Юля: Я-я-я-ясно! Сначала Даня, потом уже подруги, Ариана Гранде и все остальное, понятно…

Вздыхаю и откладываю телефон. Они все равно никогда меня не поймут. Зато отпустят потом пару шуток и всё забудут.

– Ты хотел поговорить? – Голос дрожит, сама себя не узнаю! Обычно я уже не реагирую так ярко на наши расставания и воссоединения, но сегодня особый случай, который выбил меня из колеи. Я пока не понимаю, зачем он явился, и, честности ради, безумно боюсь, что он может сказать мне, что нам нужно расстаться навсегда и перестать сходиться после каждого расставания.

Не знаю… Наверное, это было бы правильно. Но есть ощущение, что от этих слов я могу умереть.

– Да, – он вдруг улыбается, – на самом деле очень долго собирался с мыслями, еще с того дня, как ты рассказала мне о другом парне из Испании. Я сначала подумал, что ну ничего такого, мы же не были вместе, а потом загрузился как-то… Ты сказала, что вы там болтали, гуляли, на звезды там смотрели или что-то такое…

– Ты сказал, что это ничего не значит, – напоминаю ему.

– Сказал. Но, по ходу, это значит очень много. В том смысле, что… Я не осуждаю тебя, все еще считаю, что ты имела право на все! Просто я как будто понял, что смогу тебя потерять. Ну в смысле по-настоящему, навсегда. Потому что у нас с тобой ни звезд, ни разговоров, и как-то так тоскливо стало… Ты же все равно рядом всегда, и чё мы тогда с тобой как два идиота постоянно ищем утешение где-то на стороне? Давай попробуем что-то нормальное? Ну чтобы вместе, без всяких там ссор и прочего.

Я тактично опускаю тот момент, что утешения на стороне искать – это его прерогатива, когда я всего пару раз пошла на поводу у таких желаний, и то с Матео все было совсем иначе.

Я молчу об этом, потому что не хочу портить момент. На глазах выступают слезы от этих слов. Конечно, я согласна, боже, конечно! Я… Я же просто не верю своему счастью, я… Это правда происходит со мной сейчас? Я так долго ждала. Я так долго мечтала о первом шаге с его стороны, я так сильно хотела, чтобы это сбылось, и…

И вот он. На моей кухне. С цветами и желанием построить нормальные отношения. Спустя столько лет с настоящим намерением стать нормальной парой! Он смотрит прямо в глаза и накрывает мои руки, лежащие на столе, своими. Ждет ответа, а я…

А я что? Я слишком люблю его, чтобы отказываться.