Текст книги "Опасная зона (СИ)"

Автор книги: Элла Франк

Соавторы: Брук Блейн
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 9 страниц)

Отлично. Это было просто чертовски отлично.

Закидывая перчатки в свой шкафчик, я был счастлив увидеть, что Соло наконец-то понял ситуацию и отвалил, потому что, клянусь всем святым, я был в двух секундах от того, чтобы врезать этому парню по морде – что было совершенно не в моём стиле.

Но боже, в нём было что-то чертовски раздражающее. То ли то, что он валял дурака и использовал самолёты за семьдесят миллионов долларов в качестве небесных мелков, то ли то, что он болтал о том, о чём я хотел бы забыть. Соло точно знал, как на меня надавить.

– Чёрт побери, это была самая эпичная вещь, которую я видел за всю свою жизнь, – сказал Гуччи, заходя в раздевалку, а вслед за ним зашли и остальные. Он ударился кулаком о кулак Соло, и они оба рассмеялись, болтая так, будто его действия не стоили нам практически мест в программе.

– Это уже во всех социальных сетях, чувак, – Фантом пролистал свой телефон, а затем показал экран Соло, улыбка которого стала ещё больше. Я бросил мрачный взгляд в его сторону, и когда он поднял на меня глаза, его улыбка застыла. Затем он пожал плечами и начал развлекать других своим «эпичным» приключением, но я не собирался оставаться и слушать.

Я захлопнул свой шкафчик и игнорировал взгляды в свою сторону, пока выходил из раздевалки. Следом за мной увязался Гудини.

– Эй, эй, подожди.

Я продолжал шагать, преодолевая коридоры, чтобы быстро пообедать перед началом следующего занятия.

– Так что случилось? Ты тоже попал из-за этого в неприятности?

– Ну, я не получил чёртовых бонусных баллов.

Гудини фыркнул, хватая поднос, когда мы вошли в столовую, и продолжая идти за мной.

– Ты должен признать, у этого парня есть чувство юмора.

– Скорее ему жить надоело.

– Эм, это тоже. Чем больше он такое вытворяет, тем выше я поднимаюсь в рейтинге.

Развернувшись, я смерил Гудини мрачным взглядом.

– А ты не думаешь, что это дерьмо влияет на меня? Что этот маленький трюк будет преследовать меня до конца моего времени здесь? Всю мою карьеру? – я взял сэндвич с индейкой и наполнил тарелку гарнирами.

– Это ведь сделал не ты.

– Нет, я просто везучий ублюдок, которого поставили в пару с пилотом-суицидником.

– Не хочется говорить, что лучше ты, чем я, приятель, но…

– Да уж, – заставляя себя дышать и успокоиться к чёртовой матери, я прошёл к очереди и расплатился за свой обед. Гудини присоединился ко мне за столиком и молчал, пока утихала моя злость.

Мой отец всегда говорил, что важно не реагировать на историю, а сосредоточиться на том, что будет дальше. В воздухе всё происходит слишком быстро, и у тебя есть время полагаться только на своё обучение и реакцию. И хоть то, что сделал Соло, технически не было частью полёта, мне не пойдёт на пользу задерживаться на его косяке. Сейчас я не мог ничего с этим сделать, хотя было ощущение, что отец нашёл бы для меня пару слов о произошедшем.

Как только я доел свой сэндвич, Гудини подал голос:

– Думаешь, он делает это специально?

Я вытер рот и сделал глоток своего напитка.

– Что?

– Соло. Думаешь, он специально себя подставляет?

– Зачем кому-то это делать?

– Если бы я знал. Может, у него крыша поехала из-за того, что случилось с его братом.

Я на мгновение задумался над этим, а затем пожал плечами.

– Я не буду сидеть и пытаться понять, как работает мозг Соло и почему он делает то, что делает.

– Мне просто интересно, вот и всё. Я никогда не видел, чтобы кто-то в первый день нарушал приказы и доживал до второго дня.

– Полагаю, он не только легкомысленный, но ещё и везучий.

Гудини смотрел на меня, наклонив голову на бок.

– Тебе правда не нравится этот парень, да?

– Боже, чем же я себя выдал?

– Я просто никогда раньше не видел тебя таким расстроенным. Это на тебя не похоже.

– Хочешь сказать, на моём месте ты бы не расстроился?

Гудини поднял руки вверх.

– Я вовсе этого не говорил, но, наверное, меня бы это скорее повеселило. Небесный пенис? Брось, это довольно уморительно. И креативно.

Я вздохнул и отодвинул свой поднос.

– Я правда не в настроении.

– Хочешь тогда поговорить о том, что ещё тебя беспокоит?

Помимо Гудини, всего несколько человек знали, что я держу в секрете, и я сомневался, говорить ли ему о Соло. Я знал, что он ничего не расскажет, и чёрт, может если кто-то будет на моей стороне, мне это поможет, так как Соло сейчас был героем из-за этого чёртового небесного пениса.

– Сегодня я не впервые увидел его. Соло, – я потянулся за своим стаканом и вытер конденсат большим пальцем. – Мы уже встречались. Прошло всё не особо хорошо.

– И?

– Это конец.

– Ох, брось. И это всё, что я услышу? Как вы столкнулись?

– В таком баре, в которые ты не ходишь.

– Куда я не… Оооу. Вот чёрт, – Гудини откинулся на спинку стула с широко раскрытыми глазами. – Он гей?

– Не думаю, что он пришёл туда из-за выпивки и обстановки.

– Может, он не знал, что это за бар. Он ведь не отсюда, верно?

Я приподнял бровь и ждал, пока над головой Гудини зажжётся лампочка. Понадобилось всего несколько секунд, а затем он произнёс:

– Он к тебе подкатывал? Подкатывал, да? Ты его отшил? Нет, подожди, ты его трахнул. Ты его трахнул, а теперь жалеешь об этом, верно? Чёрт, я молодец.

– Я к нему не прикасался. Это естественно.

– Похоже, только это и было естественно в баре в тот вечер, – подмигнул Гудини.

– Твои шутки с каждым разом становятся всё хуже, ты ведь это знаешь?

– Не пытайся отвертеться. Мы наконец добрались до чего-то классного.

– Так ты называешь мои страдания? Чем-то классным?

Гудини откусил кусок своего сэндвича с фрикадельками и пожал плечами.

– Ты должен признать, это сочные новости. А теперь, хватит увиливать и расскажи подробности.

Я вздохнул и попытался вспомнить, почему думал, что это хорошая идея – всё ему рассказать.

– Нет никаких подробностей, сочных или каких-то других. Он подошёл…

– Я знал это, он точно к тебе подкатывал.

– Я сказал спасибо, но нет, спасибо, и на этом конец.

Гудини прожевал очередную порцию еду и сглотнул.

– Только это был не конец.

– Именно.

– Чёрт меня побери, чувак. Это лучше мыльной оперы. Скажи мне, он тебя узнал в ту же секунду, как вы снова увидели друг друга?

– Ну, он не слепой, так что ответ «да».

– Но подожди-ка секунду, если это он подкатывал к тебе, ты сказал нет, чего ты так переживаешь? Если только… – Гудини кивнул, будто что-то понял. – Он всё ещё хочешь поласкать Пантеру?

Господи, спаси меня от Гудини и его ужасного юмора.

– Поласкать Пантеру? Серьёзно?

– «Погладить» было бы лучше?

– Ничего не было бы лучше. Но спасибо, теперь это застряло у меня в голове.

– Всегда пожалуйста. Так, ладно, в чём проблема? Он хочет потрахаться, а ты… нет?

От резкой оценки ситуации Гудини, я лишился дара речи.

– Или, может, ты хочешь. Дело в этом? В смысле, с точки зрения натурала, я вижу соблазн. Соло горяч.

«О боже, чёрт возьми».

– Замолчи, иначе, клянусь матерью, я засуну остаток этого сэндвича прямо тебе в горло.

– Ааа, так вот, что тебе нравится, да?

Когда я потянулся за его тарелкой, Гудини отодвинул её подальше.

– Брось, я просто дурачусь. Но серьёзно, если секс с Соло поможет тебе снова улыбнуться, я скажу – вперёд. Он не кажется тем, кто ищет долгосрочных отношений, если ты меня поднимаешь.

– Но он из тех, у кого длинный язык, – я вздохнул и потёр свою челюсть. – Есть причина, почему я не встречаюсь ни с кем из вооружённых сил – всё может стать слишком сложно. А Соло просто ходячая неприятность.

– Я понимаю, друг. Просто подумал, что это могло бы немного ослабить напряжение между вами двумя.

– Единственное напряжение между нами связано с тем фактом, что он ведёт себя как подросток, желающий доказать, что его член больше, чем у всех остальных.

Когда Гудини открыл рот, чтобы ответить, я указал на него пальцем и сказал:

– Ещё раз упомянешь этот чёртов небесный пенис…

Гудини заулыбался как дурак и вернулся к своему сэндвичу, а я мог думать только о том, как переживу не только это соревнование и обучение, а и партнёрство с тем, кто превратил мою обычную сосредоточенность в далёкое воспоминание.

Глава 10

Соло

Если оглянуться назад, возможно, небесный пенис был не лучшим способом начать свой первый день стажировки, но я не жалел об этом. Ни капли. Как я мог жалеть, когда это так восхитительно завело Пантеру? Не считая желания оказаться на вершине в академии, провоцирование Пантеры стало вторым номером в моём списке. На это было пару причин: во-первых, он был слишком горяч, чтобы оставлять его в покое, и во-вторых, из-за любых отвлекающих факторов он потеряет сосредоточенность, благодаря чему мне станет только легче надрать ему зад. Не то чтобы мне нужна была помощь.

Остаток дня прошёл без событий, простое обучение в классе, а затем я пошёл с Гуччи в ближайший бар – и да, слабый контур моего небесного члена был на виду, что явно разозлило местных жителей достаточно, чтобы ко времени моего ухода появились новостные фургоны. К сожалению, ВМС не сдавали виновника – меня – так что ни о каких телевизионных интервью речь не шла. Облом.

Я завёл двигатель своего рубинового мотоцикла, Ямаха YZF-R1, ожидая переключения светофора, и как только увидел зелёный свет, сорвался с места вперёд по дороге. Покинув бар, я бросил один взгляд на закат и решил поехать вдоль океана, чтобы идеально закончить довольно чокнутый день. Здесь всё было так открыто: ничего, кроме неба, воды и холмов вдали. Ничего похожего на клаустрофобные места, в которых я бывал во время своих путешествий. Если бы я когда-нибудь решил осесть, я бы выбрал подобное место. Не то чтобы я собирался в ближайшее время себя к чему-то привязывать. Нет, я больше предпочитал свободу незнания, где окажусь дальше. Кто-то может назвать это одиноким существованием… и, чёрт, может так и было. Но плюсом одиночества является то, что компанию можно всегда найти в любом баре.

Когда солнце наконец погрузилось в воду, и наступила ночь, я поехал обратно к казармам. На заселение не понадобилось много времени, так как я приехал с одной объёмной спортивной сумкой, но мне хотя бы не приходилось переживать о том, что я буду делить маленькое пространство с соседом. Нет, у Элиты были собственные комнаты, серьёзное преимущество после долгих лет сна на двухъярусных кроватях. Я был бы не против, если бы моим соседом стал Пантера, но мне наверняка пришлось бы спать с одним открытым глазом, чтобы он не придушил меня подушкой посреди ночи.

Я замедлился и остановился, проходя пост охраны перед базой, а затем свернул мотоцикл в сторону одноэтажных казарм, которые буду называть домом следующие несколько недель. На месте возле моей комнаты уже был припаркован серьёзный, крутой байк, и я остановился рядом, глядя на него, заглушая двигатель.

Чёрт, это была блестящая ракета. Чёрный Дукати 848 в идеальном состоянии. Когда слез со своего мотоцикла и снял шлем, я обошёл горячий байк кругом.

Нельзя прикасаться к байку другого мужчины – или женщины – но чёрт меня побери, если мне не хотелось провести рукой по глянцевой краске, а затем выехать на шоссе, чтобы проверить его способности.

Я уже вернулся к переду этого обалденного образца машиностроения, когда увидел, как открывалась дверь, и как вы думаете, из всех возможных людей на улицу вышел Пантера.

Я не был уверен, что это говорило обо мне, но когда его глаза сосредоточились на мне, стоящем рядом с теперь уже предположительно его байком, и он нахмурился, мой член упёрся в джинсы.

Конечно же, мотоцикл принадлежал ему. Будто этот парень был не достаточно сексуальным. Пока я представлял, как он седлает эту малышку, мой член за мгновение из заинтересованного превратился в каменный.

Пантера вышел и посмотрел, где я стою. Мы не обменялись любезностями, просто смотрели друг на друга, что никак не уменьшало моего желания приблизиться к нему.

Этот парень постоянно был таким напряжённым, таким серьёзным, и когда он вышел на парковку и встал передо мной, я не мог сдержать желание подколоть его – настолько я был жаден до наказаний.

– Вижу, тебе нравится время от времени держать между ног что-то крутое и толстое. Приятно знать. Я начинал думать, что прошлым вечером ты забрёл не в тот бар.

Пантера ничего не сказал, скрестил руки и стоял на месте, его чёрная футболка растянулась поперёк груди, о которой я фантазировал с тех пор, как столкнулся с ним прошлым вечером.

– Хочу сказать, я был довольно уверен, что ты не ошибся, учитывая, как ты прижал меня к стене. Но после сегодняшней небольшой игры в отрицание, приятно знать, что мне всё это не показалось.

Глаза Пантеры сузились, и когда стало ясно, что он не собирается клевать на наживку, я переключил внимание обратно на его байк.

– Она просто красавица.

Я не был уверен, что ожидал от него после этого, может фразу «убирайся к чёрту от моего мотоцикла», но когда Пантера произнёс:

– Кто тебе сказал, что это она?

Я чуть не рухнул на месте.

Я наклонил голову на бок, чтобы убедиться, что правильно его расслышал. Но, как и раньше, на его лице не было никакого самодовольства, никакой дразнящей улыбки на губах. Он стоял на месте, как чёртова статуя, такой же отрешённый, и, если бы я не слышал его голос собственными ушами, я бы подумал, что выдумал это, чтобы себя помучить.

– Так ты говоришь, что эта горячая железка, которую ты седлаешь каждый день, это он?

Пантера прошёлся взглядом вниз по моему телу, а затем повернулся, чтобы провести пальцами вдоль бензобака.

– Я ничего тебе не говорю.

– Ну и что же в этом весёлого?

Пантера посмотрел на меня через плечо, и на долю секунды я увидел в его глазах тот же блеск, что был прошлым вечером, пока он не моргнул, и всё исчезло.

– Весело то, что незнание тебя раздражает.

– Ну, насчёт этого ты не был таким уж деликатным.

– Ты вообще знаешь, что означает слово деликатный?

Я пожал плечами и засунул руки в карманы.

– Конечно. Я могу быть деликатным, – затем я опустил взгляд туда, где джинсы Пантеры обтягивали его невероятную задницу. – Мне очень нравятся твои джинсы. Сидят просто отлично.

– Это твоя деликатность?

– Ну, да, на самом деле я хотел сказать, что твоя задница – одна из лучших, которые я когда-либо видел. Видишь? Деликатно.

Пантера посмотрел на меня, а затем покачал головой.

– Ты будешь делать это всё время, что мы здесь?

– Не вижу причин, чтобы этого не делать. Я не могу представить ничего лучше, чем если ты пойдёшь навстречу, – затем до меня кое-что дошло, и я посмотрел за плечо Пантеры на комнату, откуда он вышел. – Это твоя комната, или мне следует ревновать?

Пантера скрестил руки и усмехнулся.

– Это не твоё дело.

– О, видишь ли, моё, – сказал я, проводя пальцами по сидению его мотоцикла. Я не чувствовал вины, прикасаясь к нему, когда хозяин стоял в метре от меня, хоть он и наблюдал за моими движениями, словно ястреб. – Соседняя комната – моя.

На это он никак не отреагировал, но не потому, что это не вызвало у него никаких эмоций, в этом я был уверен.

– И что? – произнёс он.

– Мне кажется, это очень удобно. Партнёры в учёбе, соседи…

Пантера пожал плечами.

– Случайность.

– Или судьба.

– Учитывая, что нас двадцать, выбор не велик.

– Аллилуйя, чёрт возьми, – сказал я, обходя его мотоцикл сзади, подходя ближе к Пантере, который не двигался. – Как думаешь, у нас есть смежные двери?

– Нет.

– Очень жаль. Может, я смогу проковырять глазок. Ну, знаешь, приглядывать за… всем.

Следующее, что сделал Пантера, меня удивило. Он рассмеялся. Он рассмеялся, чёрт возьми.

Глава 11

Пантера

Удивительно, как несколько бутылок пива могут помочь расслабиться. После последнего занятия, я пошёл к себе в комнату, ожидая звонка от отца, который наверняка хотел меня отчитать. Я ни за что не хотел выслушивать всё это, находясь на людях, так что выпил несколько бутылок, и после пары часов тишины и приятного головокружения, сегодняшние события стали казаться далёким воспоминанием.

По крайней мере, пока.

Так что, когда Соло пошутил о том, чтобы проделать глазок в мою комнату, я не смог сдержать смех. Этот парень был таким чертовски нелепым, что я не мог ничего с собой поделать. «И выглядит он до нелепости хорошо», – произнёс голос в моей голове. Жаль, что именно этот парень, который рисовал члены в небе и вёл себя как бунтарь, которому на всё наплевать, вызывал у моего члена заинтересованность.

Когда Соло обошёл мой байк сзади и остановился рядом со своим, я смог хорошо рассмотреть мотоцикл, который подходил ему полностью. Спортивный красный Ямаха, который выглядел так, будто на дороге мог обогнать что угодно. Соедините это с его хозяином – растрёпанные тёмные волосы и сексуальность, начиная от шлема и кожаной куртки, заканчивая низко висящими джинсами – и смесь получалась опасная.

– Это смех? – произнёс Соло, приподнимая бровь. – Я не думал, что ты так умеешь.

– Может, я просто не считаю тебя таким смешным, как думают остальные.

– Или, может быть, у тебя ослабленное чувство юмора.

– Я восполняю это другими качествами.

Глаза Соло сверкнули.

– Какими?

– Тебе так хочется узнать?

– Да, поэтому и спрашиваю, – он указал на себя. – Никакой деликатности, помнишь?

– Не думаю, что я смогу это забыть.

– Хорошо. Значит, миссия выполнена, – Соло поиграл бровями. – Ты ведь не думаешь, что мой сегодняшний портрет в небе был только для Гуча?

Боже, мне нужно было уйти от него подальше, и сейчас же, потому что в таком расслабленном состоянии его флирт начинал меня донимать.

– Если это правда, тебе пора к врачу, потому что внизу у тебя кое-что кривовато.

Соло бросил мне улыбку настоящего сердцееда.

– Или я мог бы просто попросить тебя меня проверить.

От такого соблазнительного предложения я сделал шаг назад и покачал головой.

– Этого не будет.

Когда Соло последовал за мной, я сделал ещё шаг назад. Я тянул с этим слишком долго. Мне нужно было расстояние, прямо сейчас.

– Почему нет?

Решив, что лучше ничего не говорить, я развернулся на пятках, собираясь сбежать обратно в свою комнату, которая соединялась стенкой с комнатой мужчины, который сейчас бросался на меня. Ну, не бросался, а… преследовал. Не будет никакого сценария, в котором Соло на меня набросится. Ни сейчас, ни когда-либо.

– Пантера?

Я знал, что должен идти дальше. Зайти внутрь, закрыть дверь и запереть на замок, на всякий случай. Но что сделал мой дурацкий зад? Я остановился и развернулся – и тут же пожалел об этом.

Теперь Соло стоял на тротуаре напротив меня. Его восхитительные глаза встретились с моими, будто он ждал от меня ответа. Но я мог только смотреть на эти пухлые губы, которые были так близко, что пришлось бы только протянуться и схватить его, чтобы их попробовать.

Будь мы любыми другими людьми в любом другом месте, я бы сделал это; я ни за что не смог бы устоять. Но отдалённый рёв взлетающего самолёта напоминал мне, кто мы и где сейчас стоим.

– Что?

– Ты можешь хотя бы на секунду признать, что прошлым вечером хотел меня так же сильно, как и я тебя?

Я мгновение смотрел на него, думая, к чему он клонит, потому что Соло всегда к чему-то клонил.

– А что? Это никуда тебя не приведёт. И уж точно не за эту дверь.

Губы Соло, эти грешные губы, изогнулись, из-за чего мой член начал пульсировать чуть сильнее. Боже, он был красив. Глаз не отвести.

– В этом ты ошибаешься. Это определённо поможет мне кончить. Но угадай, что?

Чёрт, я был совсем не готов ежедневно справляться с кем-то таким, как Соло. Вне работы – да, чёрт возьми. Он без сомнений был бы самым жарким трахом в моей жизни. Но здесь, на работе, он был соблазном, из-за которого я окажусь в мире проблем.

– Сегодня ночью, когда я буду кричать твоё имя, ты сможешь это услышать, Грант, – подмигнув так, что у меня заныл член, Соло пошагал к своей двери, открыл её и оглянулся посмотреть туда, где остался дурак я. – Можешь кричать имя Матео, если захочешь, потому что когда дело касается… оргазма, мне не очень нравится быть Соло.

Глава 12

Соло

– Йоу, Соло! Тащи свой зад сюда, – голос Гуччи можно было услышать даже сквозь ревущую музыку, и я пошёл по пляжу туда, где мои сокурсники собрались на сегодняшний костёр. Мы преодолели первую неделю обучения, и пришло время расслабиться. Сегодняшняя вечеринка была нашим первым шансом провести время вне стен АВМА. Лично меня больше интересовал вид полуголого Пантеры, но пару часов я мог подыграть другим.

Я бросил своё полотенце возле кулера и подошёл к Гуччи, который вставлял в песок длинные красные палки.

– Ты мне нужен в моей команде, – сказал он, проталкивая одну из палок глубже и прикапывая основание, чтобы она стояла прямо.

– Какого чёрта ты делаешь?

Гуччи схватил пару пластиковых стаканчиков и поднялся на ноги.

– Итак, игра называется «Удар и палки». Эти стаканчики опускаются сверху на палки, вверх дном. Наши соперники пытаются их сбить, и если сбивают – получают очко, но только если мы не поймаем стаканчики до того, как они упадут на землю. Улавливаешь?

Я бросил взгляд туда, где Гудини и Хлыст ставили свои палки, прямо как наши.

– И что мы используем, чтобы сбить стаканчики?

– Это, – Гуччи показал фрисби, и я фыркнул.

– Пожалуйста, скажи мне, что эта игра алкогольная.

– Она будет такой, какой мы захотим, чёрт возьми.

Я усмехнулся и дал ему пять, а затем пошёл обратно к своему полотенцу и перетащил кулер туда, где мы расположились. Несколько парней начинали разводить костёр, рядом с ними скопилась компания девушек; некоторые другие плавали в воде или ловили последние лучи солнца. Поначалу я нигде не видел Пантеру, но потом кто-то поднялся из волн, с блестящими чёрными волосами, и мой рот наполнился слюной.

Чёрт, когда с Пантеры стекала вода, это было для меня уже слишком, по крайней мере на виду у других.

Пока мой член не успел отреагировать на этот вид, я достал из кулера пиво, открыл крышку и выпил половину бутылки. Сегодняшний вечер будет проверкой моей сдержанности. Я это чувствовал. После первого дня Пантера делал всё, чтобы мы никогда не оставались одни, так что мне приходилось довольствоваться возможностью глазеть на него издалека, откладывая в мыслях картинки для использования ночью. И хоть это было очень горячо, я с нетерпением ждал, когда смогу попробовать оригинал.

– Вы готовы или как? – крикнул Гудини.

Я поставил пиво и снял футболку, оставаясь только в пляжных шортах.

– Хорошо, поехали, – Гуччи ударился о мой кулак своим, и мы встали на позиции позади палок.

– Дамы вперёд, – сказал Гудини, протягивая Хлысту фрисби, на что она закатила глаза.

– О, иди к чёрту, – она бросила фрисби с такой силой и скоростью, что он сбил ближайший к Гуччи стаканчик, прежде чем он успел попробовать его поймать.

Гудини посмотрел на свою партнёршу с открытым ртом, а затем его взгляд опустился вниз по её телу, прикрытому бикини и парой очень коротких джинсовых шорт.

– Эм… это было…

– Горячо? Дерзко? – спросила она. – Я знаю. Не обязательно так удивляться.

Мы с Гуччи обменялись взглядами, которые означали, что Гудини не знал, во что ввязался, а затем Гуччи бросил фрисби обратно, целясь в стаканчик ближе к Гудини, который по-прежнему был так сосредоточен на Хлысте, что просто позволил стаканчику упасть на землю.

– Мы играем или как? – крикнул я, и Гудини наконец снова сосредоточился, позволяя начать игру. Мы бросали фрисби по очереди, и когда слетали стаканчики, мы ныряли за ними в песок, пока они не успели упасть. Хлыст была в этой игре зверем, как и мы, но бедный Гудини не переставал отвлекаться на свою партнёршу, что с продолжением игры явно раздражало её всё больше.

– О боже, – крикнула она в конце концов, когда Гудини упустил упавший стаканчик. – Мне нужен новый партнёр. Эй, Пантера, иди покажи своему другу, как использовать руки.

– Я умею использовать руки, – пробормотал Гудини, но я больше не обращал внимания, потому что Пантера выходил из воды, и его плавки прилипли к телу. Он провёл рукой по своим волосам, в то время как в его лодыжки врезались волны, и чёрт возьми, этот мужчина был нереальным. Я старался не дать своей челюсти отвиснуть, разглядывая каждый его влажный дюйм, и я бы продолжал пялиться, если бы Гуччи не закашлял, вынуждая меня отвести взгляд.

– У тебя проблемы с прицелом, Гудини? – до нас троих донёсся голос Пантеры, и если я думал, что, отведя взгляд, избавлюсь от внезапной пульсации между ног, осознание того, что он идёт в нашу сторону, и мне придётся с ним столкнуться, ни черта не помогало мне держать себя в руках.

Ладно, слова были подобраны неправильно. В этот момент мне не помешало бы на минуту взять себя в руки, но раз это было исключено, похоже, мне придётся заставить свой чёртов член подчиниться.

– Так в чём именно заключается цель игры? – Пантера подошёл ближе к Хлысту, которая протянула ему фрисби.

– Целься этим в их палки и постарайся сбить стаканчик на песок.

К этому времени я был довольно-таки уверен, что достаточно прилично было бы развернуться и присоединиться к разговору. Плюс, я не собирался упускать возможность подействовать на нервы соперникам. Я устремил взгляд на Пантеру и протянул руку, чтобы погладить торчащую прямо передо мной палку.

– Да, Пантера, просто сосредоточься на моей палке.

Гуччи рядом со мной нахмурился, Хлыст простонала, а Пантера, как всегда безмятежный, провёл руками по фрисби и окинул взглядом столб в песке. Не прошло и секунды, как его рука взметнулась, и он отправил круглый диск в полёт. Но вместо того, чтобы удариться в палку передо мной, фрисби столкнулся с палкой Гуччи, стаканчик перелетел через его голову и упал в песок.

– Да, чёрт возьми! – вскрикнула Хлыст, поднимая в воздух кулак. – Вот так-то.

Пантера посмотрел на меня с самодовольной ухмылкой.

– Я был намерен сосредоточиться на человеке, у которого палка побольше. Прости, просто это был не ты.

Хлыст расхохоталась.

– Может, самое большое эго…

Я пожал плечами, усмехаясь. Значит, так всё будет, да? Если Пантера думал, что меня расстроит или обидит его маленький укол, его ждал большой шок. Я взял фрисби и посмотрел на двух торжествующих людей на другом конце.

– Может, пора показать вам, у кого здесь самая большая палка. Потому что, должен сказать, я знаю Гуча уже давно и…

– Эй, приятель, это не круто.

– Ты знаешь, что это правда.

В то время как Хлыст притворилась, что её тошнит, Пантера скрестил руки на своей могучей груди и надменно наклонил голову, будто бросая мне вызов.

– Вы двое в ближайшее время сможете заткнуться и продолжить игру, или будете языками трепаться?

Верно, игра началась, чёрт побери. Когда я закончу, не будет никаких вопросов о том, у кого самая большая палка из всех, и победителем будет не Гуччи.

Глава 13

Пантера

Прошло пять раундов, и мы надрали зад Соло и Гуччи. Я не горжусь этим признанием, но я воспользовался в своих целях тем фактом, что Соло не мог оторвать от меня глаз. Но, эй, что я мог сказать? Я пришёл победить, и к концу пятого раунда Гуччи поднял белый флаг и сдался.

– Ладно, я сдаюсь, – крикнул он. – У меня задница болит от того, какую трёпку вы двое нам задали.

Из-за того, какие слова подобрал Гуччи, мои глаза метнулись к Соло, который поднёс пиво к губам, сделал большой глоток, а затем произнёс:

– Говори за себя, мне нравится чувствовать это на следующий день. Напоминает о том, что я выложился по полной.

Этот парень был таким резким в плане замечаний, что мне пришлось оглядеться и убедиться, что никто не сделает ему замечаний – или, хуже, надерёт ему зад. Но когда все рассмеялись и продолжили заниматься своими делами, я задумался, каково было бы чувствовать себя так комфортно в собственной шкуре. Хотя бы один день.

Когда мы все пошли по берегу туда, где сейчас горел костёр, я заметил, что Соло и Гуччи разговаривают с Ютой. Они втроём смеялись над чем-то, что сказал один из них, и когда Юта начал рисовать что-то в воздухе кончиком пальца, не потребовалось гениального ума, чтобы догадаться, что разговор перешёл к легенде о небесном пенисе.

Удивительно, как один акт бунтарства будто бы увековечил имя Соло как бога, а моё как разочарования – по крайней мере, среди инструкторов. После первого дня отношение командующих офицеров ко мне отчётливо изменилось, и хоть я знал, что не сделал ничего плохо, я чувствовал их осуждение.

Я пытался забыть об этом, пытался двигаться дальше. Но после первого дня я решил быть внимательнее, совершать полёты как можно лучше и выходить за дверь и возвращаться в казарму раньше, чем Соло успеет загнать меня в угол и что-нибудь начать.

Кто-то может увидеть в этом попытки сбежать, но я считал это самосохранением. Этот парень был опасен для моего благосостояния. Не говоря уже о моей жизни. Мне нужно было на сто процентов сосредоточиться на том, зачем я здесь находился. Летать. Побеждать. Доказать себе, что моё место здесь. Проблема состояла в том, что в последнее время я будто бы мог сосредоточиться только на потрясающем мужчине, который сейчас смотрел на меня через костёр.

Пока между нами искрило пламя, я не мог не заметить, как свет танцует на гладкой, смуглой коже Соло. Он остался сидеть без футболки, как и большинство из нас, тёплый летний воздух приглашал насладиться собой в полную силу. Некоторые парни находили готовых к связи женщин, и пока они наслаждались свободой, на которую я не был способен, я задумался, каково было бы просто подойти к Соло и увести его за один из песчаных холмов.

Он не стал бы возражать, в этом я был уверен на сто процентов. Но одна мысль о том, что кто-то узнает мой секрет, что такие слухи дойдут до моего отца, заставила меня потянуться за футболкой и натянуть её через голову.

Как только полностью оделся, я рискнул бросить ещё один быстрый взгляд в сторону Соло и увидел, что он внимательно за мной наблюдает. Он держал в одной руке пиво, а другую спрятал в карман, и пока его взгляд опускался по мне сверху вниз, он облизнул свою пухлую нижнюю губу, из-за чего мой член заныл.

Чёрт, он был горячим, жарче горящего между нами пламени. Когда он поднял взгляд обратно к моим глазам и усмехнулся, я понял, что нужно убираться оттуда.

Пока Гудини был занят, давая всем понять, чтобы не приближались к Хлысту, я мог уйти незаметно для всех. Ну, почти для всех. Я практически чувствовал на себе взгляд Соло, пока седлал свой байк и заводил его.

Если повезёт, он останется у костра и найдёт какого-нибудь случайного парня, чтобы потрахаться. Я не хотел об этом думать, но это должно было произойти. Очевидно, что влечение между нами никуда не исчезало, и мне нужно было держаться подальше от соблазна.

Очнувшись от мыслей, я услышал рокот мотоцикла, посмотрел в боковое зеркало и увидел, как меня догоняет Соло.

«Чёрт. Какого хрена он делает?»

Проблема была в том, что я точно знал, что он делает, этого я и пытался избежать. Боже, кто-нибудь видел, как мы уехали примерно в одно время? Этот парень был слишком уж очевидным. Чего он ожидал, поехав за мной? Что раз все остались на пляже, я упаду к его ногам и сдамся? Может, такой была его цель, но со мной это не работало. Никогда не работало и никогда не сработает.