Текст книги "Сны куклы (СИ)"
Автор книги: Елизавета Берестова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
– Вот здесь на нескольких страницах помещается всё, что в наши дни известно о пожирателях снов.
Он раскрыл фолиант. Рукописный текст, снабжённый выразительными иллюстрациями, был на страроартанском, который Вил понимал лишь частично, а Рика вообще смотрела на незнакомое начертание букв, не разбирая ни единого словечка.
– Не стану углубляться в тонкости словесности эпохи заката Артанской империи, – проговорил Кэш, – а просто своими словами расскажу историю, которая запечатлена в скудных строках. Итак, три сотни лет назад произошло событие, внятное объяснение причин которого мне отыскать не удалось. Видите, – он показал кончиком карандаша на картинку, изображающую нечто непонятное: небо раскололось на несколько частей, оттуда били молнии, с моря поднималась гигантская волна, рушились горы, и летели камни, – то ли маги вызвали катастрофу, то ли духовная сфера сопряглась с нашим миром. Но одним из последствий катаклизма явилось проникновение в нашу реальность демонов – пожирателей снов.
Библиарий перевернул страницу, и чародейка увидела следующий рисунок. На нём человека сзади обнимала симпатичная глазастая пушистая зверюшка, похожая на горную обезьянку с удивительно длинным хвостом и кошачьей мордочкой и лапками.
– Сначала их не боялись, – продолжался рассказ, – появилась мода держать дома милейшего зверька, за которого люди готовы были отдать целое состояние.
– Но, как я понимаю, был подвох? – спросил Вил.
– Естественно, был, – охотно согласился Кэш, – и ещё какой! Милейшие пушистики оказались демонами-пожирателями. Они вызывали глубокую привязанность к себе, граничащую с маниакальностью: хозяин буквально готов был перерезать глотку любому, кто пытался причинить вред его любимцу. Это, как вы понимаете, являлось защитным свойством этих тварей.
– Я только никак не возьму в толк, какой вред от того, что некто любит до безумия своего домашнего питомца, – продолжал недоумевать коррехидор, – моя тётка так любила свою мерзкую собачонку, что, когда та издохла к великой радости всех домочадцев, повесила портрет этой пучеглазки в гостиной и ставила каждый день свежие цветы.
– Видите ли, пушистые создания с кошачьими мордочками были демонами, – вздохнул рассказчик, – они дарили своим хозяевам необыкновенные, восхитительные сны, в коих те исполняли свои самые тайные и заветные желания. Люди переставали есть, пить, запирались в своей спальне и погружались в блаженное небытие.
– Но магический опыт учит нас, что ничего не даётся просто так, – прищурилась Рика, – моей фантазии не хватает, чтобы догадаться, что именно забирали демоны взамен снов, полагаю, банальную жизненную силу.
– Всё так и было, – кивнул библиарий, – жертва медленно умирала абсолютно счастливой, а пушистый красавец переключался на нового кандидата. Когда заводчиком демона стал наследник престола, королевская семья забила тревогу.
– Триста лет назад, – прикидывал Вилохэд, – это же как раз накануне Смутной эпохи воюющих кланов? Конец клана Сакуры?
– Приятно встретить столь глубокие исторические познания у блюстителя закона, – Кэш обнажил в улыбке крупные зубы со щербинкой посередине, – вы абсолютно правы. Наследник клана Сакуры тайно обзавёлся смертельно опасным питомцем. Когда об этом стало известно, было уже поздно. Симбиоз зашёл слишком далеко. Его величество император Джуничи́ро второй, занимавший тогда Артанский престол, потребовал от Коллегии магов найти лекарство от недуга, поразившего его единственного сына. Маги поработали и выдали к назначенному сроку средство, избавляющее от демона-пожирателя снов. К слову сказать, убивать их пытались по-всякому, но ни малейших результатов не добились. Поэтому средство, предложенное Коллегией, было воспринято, как божественная панацея.
– Интересно, что наши коллеги предложили? – не удержалась чародейка.
– Увы, все записи с упоминаниями о средстве были тщательно уничтожены, а сами чародеи казнены. Их сварили в кипящем масле по приказу всё того же Джуничиро второго.
– Какова причина столь резкого изменения отношения?
Кэш криво усмехнулся.
– Магам было дан приказ найти средство борьбы с пожирателями для того, чтобы эффективно и быстро ликвидировать проблему. И средство нашли, но имелся один нюанс: вместе с пожирателем эффективно и быстро ликвидировался и носитель, – он сделал паузу, словно собираясь с мыслями, —вы ж понимаете, то, что наследник артанского престола присоединился к числу демонических симбионтов, держалось в строжайшей тайне. Принц был объявлен больным экзотическим заболеванием, которое подхватил, путешествуя по провинциям в Делящей небо. Лекарство уничтожило его вместе с питомцем. Гневу императора не было предела. Он усмотрел в деянии покушение на корону и целостность империи. Демоны-пожиратели снов были уничтожены, все маги, имевшие хотя бы самое отдалённое отношение к проблеме, были казнены, это направление исследований запретили во веки веков, а любые записи и рецепты создания средства уничтожены.
«Поскольку лекарство оказалось страшнее самой болезни», – так говорилось в императорском указе. – Империя осталась без наследника престола, – подхватил Вил, – в Делящей небо вспыхнул мятеж, да и в самой Артании начался столетний период смуты. В итоге Делящая обрела независимость, зацапав попутно и Южный архипелаг, а у нас сменилась правящая династия.
– Да, – с некоторым удивлением подтвердил Кэш, – кленовый лист сменил цветок сакуры, а империя стала королевством. Но пожиратели снов исчезли навсегда. За триста лет нет ни одного случая встречи. Не думаю, что вам «посчастливилось» столкнуться с ними. Пожиратели убивали своих жертв нежно, те умирали со счастливой улыбкой на губах. Им не нужно было жечь своего симбионта калёным железом или сбрасывать с большой высоты.
Чародейка не могла не признать правоту рассуждений господина Кэша. События трёхсотлетней давности совсем не походили на те проблемы, с какими столкнулась Королевская служба дневной безопасности и ночного покоя сейчас. Значит, нужно копать в другом направлении.
– Может, нам стоит поворошить прошлое? – она не заметила, как начала рассуждать вслух, – «Лунный цирк» всплыл в обоих случаях. Вдруг разгадка на старой магографии, а мы просто её не видим?
– «Лунный цирк»? – переспросил библиарий, даже несколько оживившись.
– Да, – пришлось подтвердить коррехидору, – обе жертвы косвенно были связаны с этим модным театром.
– Удивительное дело – память, – проговорил Кэш, покачав головой, – идут годы, мы ощущаем, как наше прошлое неожиданно воскресает в нашей памяти, оживляя воспоминания самым странным образом и в самые неподходящие моменты. Недавно я встретил такое вот напоминание. Мелочь, привычка сжимать кулак и расправлять пальцы, напомнила мне о временах моей молодости, – он снова вздохнул, – во времена буйной студенческой юности мой хороший приятель – Рэй Хотару всерьёз увлекался цирком. Репетируя сложный фокус, он травмировал связки на руке, после чего был вынужден тренировать кисть, чтобы сохранить её чувствительность и подвижность. А тут пожилой человек делает нечто похожее…
– Правую или левую? – спросила Рика, которой рассказ библиария напомнил, как господин Рэйнольдс разминал руку под столом.
– Что? – переспросил Кэш, – а, какую руку. Не помню, право слово. Случилось это больше десятка лет назад.
– Вы пересеклись с владельцем «Лунного цирка»? – как бы невзначай поинтересовалась чародейка.
– Да. Я видел его на одном званом вечере. Вполне впечатляющая персона, доложу я вам. Обаятелен и умён. Знаете, – Кэш поглядел сначала на Вилохэда, а потом на чародейку, – он из тех людей, которым невозможно затеряться. В любой компании они всегда на виду, в центре внимания. Рэйнольдс же умудрился в свои почтенные годы сохранить ясный цепкий ум и не утратил интереса к жизни. Всем бы нам такими быть в старости.
Вил и чародейка переглянулись и вежливо поблагодарили господина Кэша за помощь.
– Чего там, – отмахнулся библиарий, вновь погружаясь в свою работу, – обращайтесь без церемоний и стеснения. Я всегда рад помочь. Если что-нибудь интересное вспомню или откопаю, свяжусь с вами.
– Как вы думаете, – спросил Вилохэд уже на улице, – не слишком ли часто в нашем расследовании всплывает господин Рэйнольдс с его «Лунным цирком»? Один собирался продавать своё заведение приезжему более удачливому коллеге, другой изготавливает колесо смерти для особо сложного трюка. Кстати, мне недавно мой дворецкий рассказал, что в прошлом такой трюк уже показывали, но он закончился трагической гибелью исполнительницы. Не слишком ли много совпадений?
– Пожалуй, – задумчиво проговорила Рика, – мне не покоя даёт мысль, что разгадка может таиться в прошлом.
– Если только это не результат ностальгических воспоминаний нашего библиария, – улыбнулся коррехидор, – хотя и меня зацепил рассказ об одинаковой привычке разных людей. Хотя, наверняка, напрасно: господину Кэшу около сорока, а владельцу «Лунного цирка» заведомо больше шестидесяти. Я бы не удивился, узнав, что ему семьдесят с хвостиком, но он отлично держится. Для артиста подобное – не редкость. Но и про доклад его величеству забывать не стоит, распишем в ярких красках, как мы работали в библиотеке Академии магии, глядишь, и отделаемся малым недовольством коронованной особы.
На следующий день последовал вызов в Кленовый дворец. Рика безропотно оставила свои дела в коррехидории, переоделась под удивлёнными взглядами старшей сестры квартирной хозяйки и прибыла в королевскую резиденцию в одном из визитных платьев, пошитых портнихой Дубового клана.
Сказать, что его величество был не в духе, было не сказать ничего. Он буквально рвал и метал. Причина столь яростного королевского гнева крылась в газетах, которые пронюхали про странные убийства в столице Артании и строили самые невозможные предположения, не брезгуя предсказаниями о грядущем конце света.
– Что это! Что это, я вас спрашиваю, граф! – бушевал король Элиас, швыряя на стол ворох городских газет. И, не дождавшись ответа, воскликнул, – это – катастрофа! В предновогоднее время, которое богобоязненные граждане должны проводить в медитациях и возносить благодарственные молитвы богам за те блага, что им дарованы, возжигать благовония в память об ушедших родственниках, они заняты чтением этой гадости!
Красивое, породистое лицо монарха выражало искреннее отвращение.
– Вы читали?
– Нет, сир, – ответил коррехидор, сохраняя на лице невозмутимое выражение древесно-рождённого лорда, – всё моё время было поглощено расследованием убийств. Мы с госпожой Таками посетили библиотеку Академии магии, дабы исключить вмешательство в ситуацию потусторонних сил.
– И как? – выгнул бровь король.
– Потустороннее вмешательство было исключено.
– Великолепно! А вот теперь пойдите и сообщите об этом газетчикам. «Убийства, беспримерные по жестокости являются, вне всяческих сомнений следствием вмешательства в нашу повседневную жизнь выходцев из иных миров, —с выражением прочёл король, – ибо никому кроме них не под силу осуществить то, что нарушило покой и сон граждан нашей столицы. Королевская служба дневной безопасности и ночного покоя хранит гробовое молчание, что не может не свидетельствовать о бессилии наших бравых блюстителей закона перед лицом настоящей опасности. Отныне ни один артанец не сможет спокойно заснуть в своей кровати, ибо страшный убийца настигнет любого, и его не остановят запоры на окнах и прочные двери», – он смял газету и зашвырнул её в угол кабинета, – а Королевская служба дневной безопасности и ночного покоя хранит молчание, потому как сказать коррехидору нечего. И даже не думайте утомлять меня историческими изысканиями, кои вы проделали в библиотеке магов. Мне нужен результат. Слышите, дражайший кузен Вилли, результат. Убийца или группа убийц, которых можно было предъявить народу, судить и казнить по всей строгости закона! Моя помолвка под угрозой, и, если по вашей вине она сорвётся, Дубовый клан может навсегда забыть о всех привилегиях, коми он пользовался с давних времён. Вижу желание высказаться в глазах госпожи Таками. Может быть, невесте Дубового клана найдётся что сказать?
Рика искоса посмотрела на коррехидора, но тот даже не взглянул в её сторону. Памятуя о дворцовом этикете, согласно которому личное обращение монарха давало право слова, чародейка вздохнула и произнесла:
– Мы ещё не успели отработать версию тодзиру. В данном направлении имеются перспективы, ибо никаких следов магического воздействия на жертву я найти не смогла.
– Вы явно совершенствуетесь, мистрис чародейка, – усмехнулся король, – какая обтекаемая формулировка: «я найти не смогла». Не то, что их нет вовсе, а вы не смогли обнаружить. Но, как говориться, с волками жить. Дубовый клан не то, что собаку, стаю этих вот самых волков съел на интригах. А вот тодзиру…, – он посмотрел в окно, за которым кружились редкие снежинки, зима не спешила уступать свои права младшей сестре, – полагаете, особые способности представителей горных деревень сыграли свою роль в странных убийствах?
– К тому же пролеживается некая, не то, чтобы совсем ясная, связь преступлений с известным в столице театром-варьете под названием «Лунный цирк», – Вилохэд воспользовался моментом успокоения его величества и поспешил перевести свой внеочередной доклад из категории «Выволочка» в категорию «Информирование».
– Оставьте в покое уважаемого господина Рэйнольдса, – снова начал раздражаться король, – леди Камирэ в восторге от его представлений. Если вдруг паче чаяния театр встретит на своём пути некие сложности, связанные с расследованием, мне не поздоровится, а вместе со мною и вам. Так что делаете выводы, слушайте воздух и обходите стороной господина Рэйнольдса.
– Но он сам заявлял журналистам, что все его артисты – тодзиру, прошедшие специальную подготовку и суровые тренировки, – не удержалась чародейка.
– Мало ли какую глупость может сказать человек, чтобы привлечь внимание почтеннейшей публики! – его величество Элиас посмотрел на Рику так, словно ей было лет пять, и она по самонадеянности рискнула вмешаться в разговор взрослых, – я повелеваю искать ваших тодзиру в другом месте. Кленфилд – большой город. Ничто не мешает тодзиру приехать сюда по железной дороге или приплыть на корабле. Ступайте и позаботьтесь о результатах. Время идёт, Лунный новый год не станет ждать, пока вы с господином младшим сыном Дубового клана соизволите отыскать и арестовать убийцу. Может, это – вообще сумасшедший? Пробирается в дома и убивает людей, подкупает слуг или ловко прячет концы в воду? Такое простое и логичное объяснение вам в голову не приходило? Или мне ещё и версии за вас придумывать?
Вопрос был риторическим, отчего Вил просто опустил глаза, всем своим видом показывая, сколь глубоки его сожаления о собственном несовершенстве. Чародейка последовала его примеру, хотя у неё имелось ещё несколько довольно весомых аргументов в пользу того, что они все эти дни не прохлаждались по кафе, а вели самое, что ни на есть, натуральное расследование двух невозможных убийств.
– А его величество действительно реализует свою угрозу вашему клану, если мы потерпим неудачу с расследованием? – спросила чародейка уже на выходе. У неё в душе остался неприятный осадок от слов короля.
– Кто знает? – пожал плечами коррехидор.
– На меня начинает давить груз ответственности, – пожаловалась Рика, – не хочу, чтобы из-за моей несостоятельности пострадали другие люди. Представляю лицо вашего отца!
– Груз ответственности тяжело ощущается только поначалу, – шутливо успокоил девушку Вил, – потом привыкаешь и начинаешь воспринимать его, как должное, – и, встретив осуждающий взгляд собеседницы, продолжил уже серьёзно, – после удачно распутанного дела в Оккунари у меня имеется достаточно оснований полагать, что и здесь мы преуспеем. Давайте покопаемся в прошлом господ убитых, может быть отыщем что-то такое, что связывает их в настоящем.
– Что, снова станем копаться в старых газетах? – спросила чародейка.
– А чем плох этот метод? Один раз он нам уже сослужил добрую службу, поможет и сейчас. Фибс говорил о несчастном случае в цирке десятилетней давности. Не сомневаюсь, подобное событие не могло остаться без внимания, журналистская братия просто не в состоянии пройти мимо подобной сенсации.
– Надо будет прихватить с собой магографию, что господин Касл прятал в своей банковской ячейке, – предложила чародейка, – вдруг она имеет отношение к той сенсации. И старые цирковые афиши – то же что-то, да значат.
– Решено, – проговорил коррехидор, – завтра наше расследование вступит в новую фазу. Было бы здорово найти связь между господином Рэйнольдсом и смертями Касла и торговца. Завтра прямо с утра отправимся в архив. Я заеду за вами, а потом пообедаем где-нибудь в спокойной обстановке. Видите ли, – Вил поглядел на чародейку, словно опасался отказа, – когда в жизни случаются неприятности (а беседу с нашим венценосным родственником я склонен причислять именно к этой категории жизненных событий) мне буквально необходимы положительные эмоции. Обед в вашем обществе как раз подойдёт.
Рика сперва хотела ответить какую-нибудь колкость, но потом передумала, потому что Видохэду с лихвой хватило колкостей от его величества, и просто согласилась.
Дома её дожидалась рассерженная старшая сестра квартирной хозяйки. Госпожа Михо Дораку упёрла руки в бока и вопросила:
– До каких пор, юная леди, вы собираетесь питаться на ходу, пренебрегая такими важными вещами, как здоровый плотный обед в кругу семьи?
– В последнее время навалилось слишком много работы, – попыталась отговориться чародейка. Но не тут-то было.
– Идите мойте руки, – приказала тётушка Михо, – и без разговоров. Суп с бульоном из питательных и полезных водорослей будет дожидаться вас на столе. Я просто не могу спокойно наблюдать, как молодая девица наплевательски относится к своему здоровью!
Эрика безуспешно протестовала, поскольку с детства терпеть не могла суп из водорослей, но обедать отправиться ей всё же пришлось под тихие смешки, которые украдкой за спиной госпожи Дораку, позволила себе Эни Вада, поспешившая спуститься на шум в прихожей. Чародейке пришлось съесть целую тарелку отвратительного варева, куда с лёгкой руки родственницы квартирной хозяйки попали разные морепродукты и лапша, после чего ей удалось отговориться усталостью и улизнуть в свою комнату. Куда не замедлила заявиться подруга.
– Ну, – девушка бесцеремонно уселась на кровать, – рассказывай.
– Что рассказывать? – огрызнулась обозлённая чародейка, у которой до сих пор во рту стоял вкус но́ри, – работаю, не покладая рук.
– Работаешь? – прищурила свои большие карие глаза Эни, – в таком-то платье? Так я и поверила! Меня не обманешь: когда ты выезжаешь на место преступления или собираешься делать вскрытие, ты надеваешь старое тёмненькое платьице, делающее тебя похожей на сиротку из приюта. А сейчас на тебе шикарный туалет из бежевого бархата и шёлковые чулочки. Вскрытие? Не смеши меня. И ещё, я знаю, почему ты так морщилась от стряпни вездесущей тётушки Михо.
– И почему? – мрачно спросила Рика, – радуясь в душе возможности уйти от разговора о дорогих туалетах, подаренных ей Дубовым кланом.
– Ты обедала в хорошем ресторане со своим красавцем-коррехидором, – победно изрекла подруга.
– А вам с тётушкой Михо больше делать нечего, как лезть в чужие дела! – не выдержала чародейка, – я с господином Окку была, между прочим, в Кленовом дворце на докладе у его величества Элиаса.
– Счастливица! – воскликнула Эни, подбежала к подруге, обняла за плечи и закружила по комнате, – мне хоть одним глазком бы взглянуть на королевскую резиденцию! А в чём ходят придворные дамы? Какой цвет у них в моде?
– Почём мне знать? – Рика вывернулась из объятий, – я по делу во дворце была, и глазеть на туалеты тамошних красоток не имела ни малейшей причины. Во что-то они одеты, это факт, не голыми же им ходить. Но вот удовольствия в посещении резиденции его величества нет ни малейшего. Знала бы ты, какой сволочной мужик сидит на Кленовом троне.
– Это всё потому, что кое-кому чувства работать мешают, – сладким голоском пропела Эни, – «Чувства мои, как волны бьются о об острые камни утёсов»…, – процитировала она классическое стихотворение из сборника поэзии и немедленно получила прицельный удар диванной подушкой, – всё, всё! Ухожу.
Второй вышитый снаряд ударился уже в закрытую дверь, вызвав лишь взрыв девичьего смеха из коридора.
