Текст книги "Я дождусь..."

Автор книги: Элизабет Хардвик

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 10 страниц)

Так, прикинула про себя Сьюзен, если позвонит невеста, он в баре. В конце концов, я не уполномочена врать или что-то придумывать о его местонахождении. Конечно, я не скажу Глэдис, что в баре ее жениха ждет другая женщина. Ладно, нечего забивать себе голову, это не мои проблемы.

– По-моему, я знаю его, – медленно произнес Норман, провожая глазами парочку. Норман был своим человеком в отеле, и Сьюзен посчитала возможным назвать ему имя загадочного гостя.

– Это Эдвард Каллиган, – как бы безразлично обронила она.

– Эдвард Каллиган? – Норман задумался, вспоминая, что же ему было известно об этом человеке. – Неужели это действительно он? Невероятно богатый и удачливый предприниматель, владелец сети роскошных ресторанов во многих столицах мира, завсегдатаями которых являются сливки общества. Да. Похоже, я не ошибся. – Норман присвистнул. – Слушай, Сюзи, а у тебя не возникает вопрос, почему этот воротила остановился в таком скромном заведении, как наше?

– Конечно, возникает. Наверное, он не хочет привлекать внимание или афишировать свои отношения с той блондинкой.

– А почему? – наивно удивился Норман. – Она же просто красавица. Не женщина – мечта!

Сьюзен трудно было примириться с выдающимися достоинствами другой женщины, но спутница Каллигана и впрямь представляла собой нечто особенное. Маленькая, худенькая, словно выточенная из слоновой кости, она невольно притягивала взгляды. Прелестные длинные ножки и юное, почти по-детски нежное лицо делали ее похожей на дорогую куклу. Остается только прибавить к этому портрету полное бесстыдство, усмехнулась про себя Сьюзен. Встречается с без пяти минут женатым мужчиной, а при этом наверняка знакома с его невестой.

– Они не женаты, – объяснила Сьюзен. Подобная осведомленность о личной жизни Каллигана могла бы удивить Нормана, но он, похоже, не обратил на это особого внимания.

Норман лукаво подмигнул ей, перегнулся через стойку и сказал:

– Бьюсь об заклад, они представились как мистер и миссис Смит.

Сьюзен расслабилась и лучезарно улыбнулась:

– Знаешь, Норман, не пойму почему, но присутствие этого Каллигана заставляет меня быть начеку. Что-то в нем настораживает.

В отличие от Сьюзен, Норман воспринимал все происходящее легко. Не пытался анализировать ситуацию, а просто наблюдал забавные сценки из жизни людей. Он немного отстранился от конторки и с прежней улыбкой принялся наставлять Сьюзен:

– Не бери в голову. Твоя предубежденность против Каллигана продиктована всей этой шумихой вокруг его имени. Я сам читал в газетах душераздирающие письма брошенных им женщин, которые поливали его грязью. Относись к этому проще, ведь это своего рода хитрый ход, реклама.

– Я их не понимаю, – искренне недоумевала Сьюзен. – Как бы там ни было, но обсуждать личную жизнь публично?.. Я, наверное, другого склада. А что ни говори, джентльмены, подобно Каллигану, как мы убедились, предпочитают блондинок. – И она засмеялась.

– А я вот, – подхватил Норман, – предпочитаю рыжеволосых. Неужели не соблазнишься завтра поужинать со мной? Хочешь, устроим все у меня дома, и я сам приготовлю для тебя что-нибудь божественное?

– Еще раз прошу прощения, – с улыбкой сожаления произнесла Сьюзен, – но я действительно не смогу.

– Ну что ж, не буду настаивать, но и сдаваться не намерен. Не последний день живем. Все еще впереди. – Он взглянул на часы. – Всего доброго, Сюзи, мне пора, а то моя крошка решит, что я нашел себе другую женщину.

Сьюзен засмеялась и крикнула ему вдогонку:

– Увидимся послезавтра.

Норман помахал уже от самого выхода. После разговора с ним у Сьюзен было светло на душе. Остроумие и оптимизм шеф-повара последнее время очень помогали ей веселее смотреть на жизнь. Провести вечер с Норманом теперь уже не казалось ей таким предосудительным, наоборот, встречи с ним сулили ей долгожданное тепло, внимание, беззаботный смех. Сьюзен размечталась и на какое-то мгновение потеряла ощущение времени и пространства. Воображение увлекало ее все дальше и дальше от суеты и однообразия будней.

– Вы могли бы заказать мне телефонные переговоры на завтра на семь часов утра? – Знакомый грубоватый голос внезапно вернул девушку с небес на землю. Едва опомнившись, она снова увидела перед собой Эдварда Каллигана. Еще и десяти минут не прошло, как он скрылся в баре со своей подружкой.

– Простите, что вы сказали? – смущенно переспросила Сьюзен.

– Я хочу заказать переговоры на утро, – повторил он нетерпеливо. – Вам не трудно будет справиться с этим?

Щеки Сьюзен зарделись. Саркастический вопрос Эдварда больно задел ее профессиональную гордость. Она еле сдержалась, чтобы не отплатить ему той же монетой. Известная истина, мол, клиент всегда прав, не позволила ей парировать укол.

– Не беспокойтесь, я справлюсь, – ответила она сухо.

– Смотрите не перепутайте, в семь тридцать, – кивнул он. – Да, и еще кофе, пожалуйста. – Каллиган чихнул.

Сьюзен не всегда записывала просьбы и заказы своих клиентов. За два года работы она так натренировала память, что могла запоминать большой объем текущей информации и в нужный момент использовать ее. Но сейчас под пристальным взглядом этого жесткого человека она аккуратно записала все в специальный блокнот.

– Вы ошиблись, мисс. Один кофе, – поправил он, увидев ее пометки. Сьюзен подняла на него глаза и была встречена наглой и насмешливой улыбкой – Моя гостья уехала на ночь, – сухо объяснил Каллиган, перехватив взгляд девушки, когда она машинально попыталась отыскать за его спиной маленькую блондинку. Мало того что там никого не оказалось, так вдобавок Сьюзен еще попала в неловкое положение. Теперь все прояснилось. Оказывается, она поспешила с выводами, решив, что Каллиган проведет ночь не один. И поделом мне. Я плохо подумала о человеке, которого, в сущности, совсем не знаю. А теперь он стоит передо мной и смотрит так, словно видит насквозь, читает мои глупые мысли и потешается. – Я ведь заказывал номер для одного человека. – Каллиган прервал неловкую паузу. – Для себя, – добавил он и снова чихнул. Сьюзен собрала волю в кулак, чтобы противостоять торжествующей насмешке, которую читала в его глазах. Она была сильной женщиной и по опыту знала, что и ее взгляд может быть непреклонным и уничтожающим.

– Номер, мистер Каллиган, оплачивается как таковой, независимо от числа гостей, которые будут в нем проживать, – заявила Сьюзен с вызовом.

– Неужели? – Каллиган сделал вид, что удивился, и его брови поползли вверх. – В таком случае почему бы вам не присоединиться ко мне наверху? Выпить по стаканчику на сон грядущий, – поспешил пояснить он, заметив, как ярость полыхнула в темно-зеленых кошачьих глазах женщины.

После неосторожных высказываний Эдварда Сьюзен решила выдержать паузу, чтобы опомниться и придумать достойный ответ. Она прекрасно понимала, что он играет с ней, и в этой игре хотела быть с ним на равных. Если каждый день этого ловеласа настолько насыщен общением с женщинами, проносилось у нее в голове, как тот, которому я стала свидетельницей, неудивительно, что он преуспел в науке обольщения. Даже я, умная, здравомыслящая женщина, смутилась, когда он почти вплотную придвинулся ко мне и заговорил своим возбуждающим тихим голосом. Ничего, сейчас я ему отвечу. Она состроила вежливую улыбку и заговорила как ни в чем не бывало.

– Мистер Каллиган, вы производите впечатление человека, у которого начинается серьезное заболевание. Может быть, ангина или грипп. И, учитывая, что это заразно, для всех было бы лучше, если бы вы приняли лекарство и легли спать в обнимку с грелкой, а не с женщиной. Они вам сейчас противопоказаны. – Сьюзен торжествовала. Тирада, которую она произнесла, была просто убийственной. Но на Каллигана она, похоже, не произвела никакого впечатления. У него были железные нервы, и ни один мускул на лице, а тем более глаза не выдали его истинных чувств.

– Позвольте мне самому решать, что для меня лучше. Я уже говорил вам, что не болен. – Каллиган снова чихнул. – Просто у меня аллергия на ваши духи. Поэтому, если вы все-таки надумаете присоединиться ко мне сегодня вечером… – Он протянул руку, чтобы лучше рассмотреть ее имя на табличке, приколотой к блузке, и как бы невзначай коснулся ее груди. – Вы, милая Сьюзен, примите, пожалуйста, душ, чтобы смыть аромат духов. Я, видите ли, чихаю от них, а это совсем не романтично. – Каллиган замолчал и посмотрел на нее долгим немигающим взглядом.

Сьюзен оцепенела. Такое объяснение его нездоровья было неожиданным для нее. Ей-то казалось, что после того, как она случайно узнала о подробностях его личной жизни, Каллиган, сам того не подозревая, стал уязвим перед ней. Подобная осведомленность могла в критическую минуту сыграть ей на руку. А тут эта аллергия! Все логично, размышляла она. Каллиган чихал, только когда находился рядом со мной. Так было утром во время регистрации, сейчас и… в спальне его номера. Неужели он знал, что я там? Вдруг он будет меня шантажировать?

Есть ли у него доказательства? Состояние шока не проходило. Губы не слушались ее, и она не могла проронить ни слова.

Чтобы прервать тягостное молчание, Каллиган кашлянул.

– Я еще некоторое время не буду спать. Если вы передумаете и захотите выпить после напряженного трудового дня или просто поболтать, я буду рад. Только не забудьте смыть духи. – Он развернулся и пошел к лифту. Сьюзен смотрела ему вслед, не в силах шевельнуться. Ее лицо неестественно побледнело. Перед тем как двери лифта сомкнулись, Эдвард помахал ей рукой.

Нет, все это не случайно, размышляла Сьюзен. Не может даже самый наглый и бесцеремонный человек так разговаривать с женщиной. Должна быть какая-то причина, чтобы так измываться над незнакомым человеком. Неужели он знает, что я была в его спальне? Неужели знает?

2

– Какая жалость, что у Нормана сегодня выходной, – с досадой сказала Мелани, пытаясь, не повредив нежную мякоть, вынуть косточку из авокадо.

Сестры уже два часа провели на кухне, занимаясь приготовлением фирменных блюд своего шеф-повара, который в это время, устроившись на диване в своей уютной квартире, потягивал виски и лениво гладил кошку.

– Нам бы его золотые руки и умение – был бы шанс ублажить Эдварда Каллигана настолько, чтобы выудить из него все, что нас интересует. Как ни странно, но вкусная еда просто чудеса творит с мужчинами. Уф! – с облегчением выдохнула она, когда косточка наконец выскочила и, упав на пол, покатилась к ногам Сьюзен. Мелани разрезала крупный лимон и обильно полила его соком авокадо, чтобы плод не потемнел и не потерял своей привлекательности. Это был один из кулинарных секретов, которыми иногда делился с ними Норман.

После всего случившегося Сьюзен совершенно не разделяла энтузиазма, с которым ее младшая сестра готовилась к предстоящему обеду. Она была разочарована и расстроена, узнав, что Эдвард Каллиган принял их приглашение. Оказалось, что Мелани успела перехватить его рано утром в холле, когда он собирался идти на деловую встречу. Они мило поговорили, и, по словам Мел, он искренне обрадовался возможности провести вечер в компании старых знакомых.

Но для Сьюзен перспектива пообщаться с Каллиганом уже не казалась такой привлекательной, как раньше. Она смутно подозревала, что Эдвард имеет что-то против нее. Во всяком случае, о чем-то догадывается. Сьюзен с детства не любила неопределенности и недосказанности. После того разговора, поддавшись порыву, она хотела немедленно подняться в номер Каллигана и расставить все точки над «и». Но здравый смысл и жизненный опыт подсказывали, что не стоит принимать опрометчивых решений. В памяти всплыла мудрая поговорка "Не пойман – не вор". И правда, думала она, Эдвард так и не открыл шкаф, не вывел меня за руку оттуда. Значит, прямых доказательств моей вины у него нет, только косвенные. Моя задача – замять это дело. По возможности не встречаться с ним, чтобы не провоцировать на неприятный разговор, и тогда проблема исчезнет сама собой.

Но прежде чем она успела поделиться своими переживаниями с сестрой, объяснить, почему обед лучше не устраивать, та уже прибежала и с восторгом сообщила, что приглашение принято.

– Между прочим, Мел, – чувствовалось, что Сьюзен нервничает, – Каллиган вчера ужинал в нашем ресторане. И тебе лучше меня известно, какой он гурман. Ты ведь не думаешь, что он не сумеет отличить готовку профессионала от стряпни двух дилетанток.

– Ну конечно, не думаю, – с обидой отозвалась Мелани. – А что ты предлагаешь? – Она нагнулась за косточкой и бросила ее в мусорный бак.

– Я предлагаю напоить его, – спокойно сказала Сьюзен.

– Что? – Глаза Мелани расширились от удивления.

– Ну, не совсем напоить. Я неточно выразилась. Просто нужно, чтобы на столе было много хорошего дорогого вина. Больше, чем предполагает подобный обед. Он, я думаю, не обидится, а будет приятно удивлен.

Мелани с улыбкой на лице стала обдумывать эту смелую идею, а Сьюзен занялась делом. Она очищала вареные креветки, чтобы потом залить их майонезом домашнего приготовления и начинить ими авокадо. Возня с морепродуктами всегда вызывала у нее чувство брезгливости, но, когда блюда из обитателей морских глубин готовил кто-то другой, например Норман, она ела их с удовольствием.

– Впрочем, меня все это больше не волнует, – продолжала Сьюзен. – Я уже сказала, что вечером полно работы и мне некогда будет рассиживаться в ресторане. Разберу документацию и подежурю на телефоне.

Настроение девушки стремительно поползло вверх. Уважительная причина, по которой можно было не присутствовать на обеде, появилась как-то сама собой. Теперь Сьюзен могла избежать серьезного испытания провести несколько часов, поддерживая светскую беседу и оставаясь милой и вежливой, в обществе человека, который был ей откровенно неприятен. Неожиданно все это перестало казаться Сьюзен таким значительным. Все страхи, которые волновали ее, исчезли. Стало безразлично, зачем Каллиган поселился в их отеле. Он не сможет его купить, если они не будут заинтересованы в его продаже. А они не будут заинтересованы никогда. И обед я задумала ради Мелани, размышляла Сьюзен. Ей нужно разузнать побольше о Дэвиде. И если разговор получится, я буду абсолютно лишней.

– Но ты же совершенно свободна до десяти часов, – заметила Мелани. – У тебя будет почти полтора часа, чтобы посидеть с нами.

– Да что ты говоришь! – Сьюзен решила бороться до конца. – А ты забыла, что в баре сегодня работает меньше обслуживающего персонала, чем обычно?

– Нет, не забыла. Но я была уверена, что ты отправишь туда Дорис. Она, по-моему, уже не раз выполняла эту работу и прекрасно справлялась. А мы в это время приведем в порядок постели в номерах. И никаких проблем.

Сьюзен не уставала удивляться сестре. Беспомощная и неуверенная в отношениях с людьми, Мел была сама логика и практичность, когда дело касалось управления отелем. Наверное, свою роль сыграл пример родителей. Все проблемы и неурядицы решались на глазах у девочек. Волей-неволей запомнишь, как выйти из трудной ситуации. Мелани все правильно рассчитала, и Сьюзен просто нечего было возразить. Дело, конечно, было не в загруженности и нехватке времени. Просто не хотелось присутствовать на этом обеде.

Нужно было во что бы то ни стало избежать встречи с Каллиганом, но Сьюзен чувствовала, что попала в заколдованный круг. Пространство отеля – это ее мир, из которого ей не вырваться, и, пока этот человек находится здесь, она не может игнорировать его. Значит, снова опасаться разоблачения? Прятаться в собственном доме, где она привыкла отдыхать душой?

– Сюзи, ты скоро закончишь с креветками? Нам надо уже цыпленком заняться. – Нетерпеливый тон сестры вывел Сьюзен из задумчивости. – Смотри, уже семь, а у нас ничего не готово. Потом еще кровати надо заправить.

Так неожиданно для самой себя Сьюзен поняла, что ее попытка найти причину не обедать с Каллиганом была безуспешной. Но это совсем не означало, что она смирилась. Просто Мелани своими доводами ослабила ее решимость, однако надежда, как говорится, умирает последней.

Сьюзен чувствовала, что в ее жизни началась какая-то странная, возможно, неудачная полоса. Обстоятельства явно складывались не в ее пользу, и она ничего не могла сэтим поделать. Такого раньше с ней не случалось. Жизнерадостная и по-хорошему предприимчивая, она никогда не плыла по течению. Но Каллиган, словно злой гений, появился и превратил ее размеренную и предсказуемую жизнь в хаос. Поэтому она даже не удивилась, когда, отправившись приводить в порядок спальни, узнала, что ей достался первый этаж. Тот самый, где находился номер Каллигана. Она было хотела поменяться с сестрой, но той уже и след простыл.

Чтобы снова не попасть в дурацкое положение, Сьюзен приняла все меры предосторожности. Она долго и упорно звонила в его номер, потом что есть силы стучала в дверь, но ответа не последовало. Слава богу, он не вернулся, сделала вывод Сьюзен, хотя ей и показалось странным, что в половине восьмого его еще не было. Ужин был назначен на восемь. Наверное, умение опаздывать он считает признаком хорошего тона, усмехнулась она и открыла дверь своим ключом.

На первый взгляд можно было подумать, что в номере никто не живет. Никаких следов присутствия человека. Не было в беспорядке разбросанных вещей, кровать аккуратно заправлена, нет и намека на запах какого-то одеколона, воздух очень свежий. Подобная аккуратность холостого мужчины вызывала удивление и уважение.

Сьюзен намеревалась сделать все как можно быстрее. Она откинула тяжелое покрывало и в то же мгновение услышала, как за ее спиной открылась дверь. Девушка вздрогнула и резко обернулась. На ее лице застыло растерянное и одновременно виноватое выражение. Ее страх был похож на тот, который испытываешь в детстве, когда чувствуешь, что будешь наказан несправедливо. Ты не хотел сделать ничего плохого, а взрослым было некогда разбираться. Попался – значит, отвечай. Так и Сьюзен. Пришла в номер по хозяйственным делам, но Каллигану ничего не объяснишь. Оказалось, что он все это время был в номере. Принимал душ и не мог слышать ни звонков, ни стука. Какое-то время они молча стояли друг против друга. Совершенно ошарашенная, она словно приросла к полу. Он абсолютно голый, но, несмотря на это, невозмутим и даже развязен. Наконец он прервал затянувшуюся паузу:

– Опять вы здесь! – На сей раз в его голосе не было ни иронии, ни ноток обольщения, одна сплошная неприязнь. Сьюзен оцепенела и не могла должным образом отреагировать на его "опять".

Конечно, ее гордость была задета подобным отношением, но Каллигана тоже можно было понять, поэтому Сьюзен постаралась не принимать близко к сердцу его слова. Взаимные оскорбления и пикировка отошли для нее на второй план. Она неожиданно поймала себя на мысли, что любуется им. Влажные, зачесанные назад волосы придавали лицу Эдварда мальчишеское выражение. Он не был накачан, как культурист с обложки спортивного журнала, но рельеф его мышц был гармонично прорисован, красивый равномерный загар подчеркивал мужественность всего образа. Сьюзен старалась запомнить все до мельчайших подробностей и вдруг представила себе свое лицо и вытаращенные глаза, в которых, как в открытой книге, можно было прочитать ее мысли. Она смутилась и заговорила скороговоркой:

– Мне очень жаль, что так получилось, но я звонила и стучала. Никто не ответил, и я решила…

– Я и не мог ответить. Я был в ванной. – Голос Эдварда прозвучал сухо и безразлично. При этом он почему-то не делал никаких попыток надеть трусы или халат. – Если не ошибаюсь, я приглашал вас вчера. На сегодня мы не договаривались.

Осознав, что он имеет в виду, девушка покраснела.

– Вы не так поняли. Горничная должна была привести в порядок ваш номер…

– Так почему же не привела? – Его темные широкие брови удивленно приподнялись, а голубые глаза впились в Сьюзен.

Так почему же вы не оденетесь? – про себя передразнила она Каллигана Абсолютное отсутствие комплексов. Или он привык так вести себя с женщинами? Может быть, эпатирует меня, проверяет реакцию? Если так, то я его оценила.

– Потому что сегодня я заменяю горничную. У нее много работы в баре. Мы распределили обязанности, чтобы не было заминок. В отеле сегодня меньше обслуги, чем в будние дни.

– Ладно, Сьюзен, не надо ничего объяснять. Все и так предельно ясно. – В его голосе слышались скука и усталость. – Вы просто… – Он не успел договорить, потому что в эту секунду зазвонил телефон. – Будьте любезны, снимите трубку, а я пока что-нибудь надену. Прохладно стало.

Ну наконец-то, мысленно обрадовалась Сьюзен. Процедура закаливания души и тела подошла к концу. А к телефону не притронусь. Что я ему, личный секретарь? Я здесь совершенно случайно оказалась и не обязана…

– Сьюзен! – Вежливые интонации уступили место нетерпению. – Я, кажется, попросил вас ответить на звонок, – Он бросил на нее повелительный взгляд и, распахнув створки платяного шкафа, стал осматривать его содержимое.

Сьюзен сняла трубку и поставленным голосом электронной куклы произнесла нужный текст:

– Администрация отеля слушает.

Не понимая толком, что за абонент находится на другом конце провода, она всеми силами пыталась заставить себя не смотреть в сторону обнаженного Каллигана. Искушение было велико, но Сьюзен эта сцена казалась чересчур интимной. Подобное могло происходить между мужем и женой, между любовниками. Но чтобы два чужих человека так непринужденно и откровенно вели себя друг с другом, это что-то невероятное. С другой стороны, все происходящее забавляло ее, и Эдвард уже не казался неприступным и злым эгоистом. Просто он был уверенным в себе мужчиной с потрясающим чувством юмора.

– Что же это такое! – доносился откуда-то издалека негодующий и капризный женский голос. – Я прошу соединить меня с номером Эдварда Каллигана, а попадаю неизвестно куда. Пожалуйста, сделайте что-нибудь.

– Не волнуйтесь, мадам, – все так же бесстрастно отчеканила Сьюзен, – мистер Каллиган сейчас будет говорить с вами. – И она протянула трубку Эдварду, посмотрев на него умоляющими глазами. За это время он успел надеть черные хлопковые плавки, которые скорее подчеркивали, чем скрывали его мужское естество, но Сьюзен стало немного спокойнее. Тем не менее атмосфера оставалась накаленной. Между мужчиной и женщиной, которых таким оригинальным способом свела судьба, что-то зарождалось. Нечто хрупкое и неуловимое. Оно могло в одно мгновение испариться, но могло и остаться, превратившись в чудо, которое называют любовью.

Каллиган, похоже, не торопился услышать голос нервной леди и продолжал выбирать костюм на вечер. Надо было спасать положение.

– Мадам, вы не могли бы немного подождать? Эдвард Каллиган сейчас не может подойти к телефону. – От растерянности механические нотки пропали, и Сьюзен заговорила своим естественным голосом. Это, конечно, не могло не насторожить бдительную леди, и она взорвалась:

– Да что вы себе позволяете! Что значит "не может подойти к телефону"! Да вы знаете, с кем раз…

– Спасибо, Сьюзен. – Каллиган аккуратно взял трубку из безвольной руки девушки и поднес к уху. – Глэдис! Я так и понял, что это ты. Кто это был? Это представитель администрации отеля. Да, представитель администрации женского пола. – Он весело глянул в сторону Сьюзен. – Ценю твою заботу, но с этим у меня все в порядке. – Сьюзен снова стала свидетельницей, как медленно менялось выражение его лица. Еще секунду назад насмешливое и игривое, оно стало жестким и чуть ли не гневным. – Глэдис! – резко сказал он. – Когда прекратится этот идиотский каждодневный отсчет перед свадьбой? Я прекрасно помню, что теперь осталось всего десять дней.

Свадьба, спохватилась Сьюзен. А я-то совсем забыла, что он скоро женится. Она стояла так близко к нему, что могла ощущать его тепло. Хотелось долго-долго смотреть на его сильное стройное тело. Сьюзен никогда не чувствовала себя достаточно раскованной в отношениях с мужчинами. Мать учила ее сохранять дистанцию, знать себе цену, не позволять смутить себя словом или прикосновением. Поэтому Сьюзен всегда держалась с достоинством, и многие считали ее неприступной.

То, что случилось с ней сегодня, не поддавалось никакому объяснению. Ее женское естество впервые так неистово откликнулось на призыв мужчины. И за его внешней привлекательностью она чувствовала что-то родное, необходимое ее душе. От его близости кружилась голова. Нужно было только протянуть руки, нежно коснуться его плеч и утонуть, раствориться в блаженстве. Он разговаривает со своей невестой – как предупреждение пронеслось у нее в голове. Он женится на ней через десять дней. Я немедленно должна уйти. Я совсем потеряла рассудок. Как в тумане, она подошла к двери и уже хотела открыть ее, когда услышала приглушенный голос:

– Куда вы?

Сьюзен медленно обернулась: его голубые глаза смотрели прямо на нее. Прикрыв микрофон ладонью, он снова спросил:

– Куда же вы уходите? Я думал, вы хотели постелить мне постель. – В его глазах снова заплясали веселые, насмешливые искорки. Непреодолимое желание поскорее удалиться еще отражалось в ее взгляде. Однако Эдвард заметил, как это выражение погасло, сменившись чем-то близким к отчаянию, когда она взглянула на его роскошную кровать. Он не мог понять причины смятения, охватившего девушку, и продолжал подшучивать, прикрыв ладонью трубку. Наконец Сьюзен не выдержала, дала волю своей злости.

– Знаете, мистер, – ледяным тоном заявила она, – я не буду тут ничего стелить. Потрудитесь сделать это сами.

Каллиган, не ожидавший такого отпора, опешил, его глаза стали непроницаемыми.

– А я полагал, вам за это деньги платят.

От гнева кровь прилила к щекам Сьюзен. Что он о себе возомнил? Она вдохнула побольше воздуха, чтобы ответить обидчику, но вовремя осеклась. Он же наверняка не знает, что я сестра Мелани и совладелица отеля. Конечно, кому придет в голову, что главный администратор дежурит у конторки регистрации и прибирается в номерах? Мог бы догадаться, что в семейных отелях все обстоит именно так. А не разыграть ли мне его? Вот он удивится, встретив меня за обеденным столом!

– Вы только о деньгах и думаете, – буркнула она наигранно-сердито, решив до конца оставаться в роли нерасторопной горничной. – Небось, хозяйке моей скажете, будто я работать отказалась? А то, что я потеряю работу, и мой муж и пятеро детей останутся без поддержки, вас не волнует! – Сьюзен старалась не смотреть на Каллигана, боясь расхохотаться.

– Да вы девчонка совсем, чтобы иметь пятерых детей! – рассмеялся Эдвард.

Она изобразила оскорбленную невинность.

– А меня еще несовершеннолетней замуж выдали.

– Конечно, могли выдать. Но что-то не похоже. – Он строго посмотрел на нее.

Сьюзен все больше опасалась не совладать с собой и решила побыстрее ретироваться.

– С вами, по-моему, кто-то по телефону разговаривает, – язвительно напомнила она. – А мне пора бежать другие комнаты убирать. – Она гордо направилась к двери. – Надеюсь, вам у нас понравится.

– Не сомневаюсь, – презрительно бросил ей вслед Каллиган,

Когда Сьюзен с высоко поднятой головой вышла из люкса, она почувствовала себя победительницей. Обвести вокруг пальца такого ловкача! Теперь она не боялась обвинений с его стороны. Если он принимал ее за горничную, то всегда можно сказать, дескать, она несколько раз по делам забегала в его номер. А ее духи оказались такими стойкими, что он, бедный, весь вечер чихал. К тому же, узнав, что она совладелица отеля, он не посмеет даже заикнуться о своих подозрениях. Все устроилось как нельзя лучше. Сьюзен уже не испытывала никакой неловкости перед назначенной встречей, наоборот, с нетерпением ждала обеда.

Мелани с укором взглянула на сияющую сестру. Она очень устала стоять у плиты, а украшение десерта вытянуло из нее остатки энергии.

– Ты что-то повеселела за последние сорок минут. Что-нибудь случилось? – спросила она недоверчиво.

– Ничего особенного. Столько всяких мелочей надо было уладить, за всем проследить. Теперь вроде все в порядке и можно со спокойной: совестью расслабиться и насладиться спокойным вечером. Я не нужна тебе? Хочу пойти переодеться.

– Иди, конечно. – Мелани все еще смотрела на Сьюзен с подозрением. – Но, по-моему, ты прекрасно одета.

Сьюзен действительно была одета весьма элегантно: черная узкая юбка и белая блузка из тончайшего шелка. Этот наряд очень шел к ней, но девушке хотелось поразить и покорить Эдварда, а для этого надо было немного изменить внешность, добавить ярких штрихов.

– Мне хочется надеть что-нибудь другое. Я быстро.

За пять минут она приняла душ, почувствовав себя обновленной и счастливой. Надела маленькое черное платье, которое превосходно подчеркивало линии ее безупречной фигуры и открывало стройные ноги. С удовольствием расчесала густые волосы и распустила их по плечам. Потом слегка припудрила лицо и подкрасила губы. Получилось восхитительно.

По дороге к маленькой гостиной она пыталась представить, как отреагирует Эдвард, узнав, кто она такая на самом деле. Чудесное превращение скандальной горничной и многодетной матери в независимую и состоятельную хозяйку отеля. Массивные резные двери гостиной были закрыты, но по приглушенным голосам Сьюзен поняла, что Каллиган и Мелани уже там. Мел, казалось, просто таяла от удовольствия беседовать с лучшим другом своего возлюбленного супруга. Пора мне появиться на сцене, решила Сьюзен и распахнула двери.

Эдвард недовольно обернулся на звук. Когда он узнал девушку, недовольство сменилось изумлением. Не понимая, что, собственно, происходит, он, однако, не забыл, что даму принято приветствовать вставанием.

– Сюзи, ну наконец-то! – воскликнула Мелани и схватила сестру за локоть, как утопающий хватается за соломинку. Пожалуй, ей было совсем не так уютно в компании Каллигана, как казалось со стороны. – Вот и Эдвард пришел, – выпалила она ни с того ни с сего.

Бедная Мел, думала Сьюзен. Она, похоже, совсем растерялась. Не знает, как себя вести, о чем говорить. Ничего, вместе мы как-нибудь справимся, и от меня сейчас многое зависит.

– Очень приятно, что вы приняли наше приглашение, – сказала она, изобразив на лице светскую улыбку и протянув Эдварду руку. – Я Сьюзен, старшая сестра Мелани. А вы, насколько мне известно, старый друг Дэвида. – Сьюзен внимательно наблюдала за мимикой Каллигана. Она нарочно сделала ударение на слове «старый» и не без удовольствия отметила, как Каллиган напрягся. Он, конечно, не был старым – тридцать шесть лет, а выглядел и того моложе, но ей хотелось во что бы то ни стало вывести его из равновесия.

Он вежливо принял ее руку в свою и на долю секунды сжал, сильнее, чем этого требовал этикет.